Читать «Одиночество в сети. Возвращение к началу» — Януш Леон Вишневский онлайн
Страница 2 из 2
– Не помню, когда, но однажды вечером я очень захотела послушать это с тобой в постели, – сказала она, ложась рядом с ним на живот. – Знаешь эту музыку?
Он подождал до очередного припева и тихо запел:
Останься здесь, и больше не ищи
Нигде того, что здесь нашел.
Без лишних слов останься.
Она запела вместе с ним. Когда музыка кончилась, он сказал:
– Это из раннего Кортеза. Наверное, самый старый вариант. Однажды я увидел, как мама плакала, когда слушала его на Ютубе. Попросила, чтобы я ей поставил такой звонок на телефон. До сих пор стоит. А потом взяла меня на его концерт. Представляешь: она меня, а не я ее! – добавил он хохоча. – Это был какой-то клуб. И там она тоже обревелась. На сцену вышел невзрачный худой парень в черной футболке и в бейсболке, поздоровался тихо: «добрый вечер» и за полтора часа сумел растрогать всех, а потом также робко попрощался и исчез. На выходе все мурлыкали его мелодии.
– Твоя мама? – воскликнула она. – А ты хоть поинтересовался, почему она плакала? – тихо спросила она и, не дождавшись ответа, отвернулась и замолкла.
Он склонился над ней и стал целовать ее: сначала плечи, потом он добрался – в первый раз – до волшебного бугорка над ягодицами. На чердаке звучал меланхоличный Кортез, а они второй раз, так же жадно, так же дико буйствовали на матрасе.
Он помнит, что проснулся от пронизывающего холода. Поднял голову и сквозь запотевшее стекло окна увидел расплывающиеся контуры. Обнаженная Надя, повернувшись к нему спиной и подняв руки вверх, неподвижно стояла тут же за узкой стеклянной дверью, ведущей на балкон. В комнате было тихо, на узком подоконнике мерцало колыхаемое потоками воздуха пламя свечей.
– Что происходит? – воскликнул он испуганно.
Поначалу она не реагировала. И лишь какое-то время спустя вошла внутрь, подняла с пола платье и надела его. Потом подошла к нему, села на краешек матраса, наклонила голову, положив ее ему на живот и прошептала:
– Какая ночь! Сколько звезд на небе! А значит и та самая, первая, Рождественская, тоже должна быть среди них. Наша звезда. И это Рождество тоже для нас… Двенадцать уже било, не знаешь?
Они лежали молча, прислушиваясь к звукам за окном. Он чувствовал на своей коже ее теплое дыхание и нежно гладил пальцами ее щеки, лоб, губы, веки.
– Может, накинешь что-нибудь на себя, пока я подогрею вареники и борщ. Но сначала, дорогой, застегни мне крючки на спине, хорошо? – и присела на краешек матраса.
Он помнит, как в темноте дрожащими пальцами он неумело искал крючки, взволнованный только что прозвучавшим «дорогой». Как-то неожиданно. Одно слово, а как сокращает дистанцию между людьми.
Они вернулись на кухню и снова оказались друг против друга, глаза в глаза: она в кружевном платьице, он в пиджаке – праздник все-таки. Она поставила перед ним миску с дымящимися варениками, а рядом с еловой веточкой – кружку с борщом. Все было точно так же, как и в начале, когда он впервые появился здесь. Вроде как ничего с той минуты особенного не произошло. Но сколько всего на самом деле было! Лишь крошки преломленной облатки да запах новой клеенки напоминали ему о том, что за стол они садятся уже второй раз. Садятся другими. Совсем другими.
Разговорились. Говорили обо всем, но только не о том, что во время их первой Вигилии произошло на чердаке. Шутили, флиртовали, вспоминали. Он помнит, что, когда были съедены все вареники, Надя достала из холодильника филе карпа и стала жарить его на маленькой сковородочке. «Какое Рождество без карпа?» – резонно спросила она, когда он попросил ее не вставать из-за стола.
С Надей ему было легко, с ней он мог не напрягаться и действительно расслабился до такой степени, что неосмотрительно спросил, почему она прячется здесь, почему в такой вечер она не с родителями? Где они встречают Рождество? Почему они не с ней? Немедленного ответа не последовало. Она долго молчала и смотрела на него так, будто что-то решала, взвешивала. Вдруг соскочила с места и достала из холодильника две бутылки белого вина и поставила на стол. Из буфета достала два высоких бокала и оба наполнила до краев. Не ожидая Якуба, выпила свой до половины. И тогда заговорила. Ее голос был спокойным, порой даже каким-то отстраненным, монотонным. Она нервно скребла ногтем клеенку, иногда вскидывала голову, чтобы проверить, сколько вина осталось в ее бокале, чтобы украдкой заглянуть ему в глаза. Он не прерывал ее. Больше ни о чем не спрашивал. Сосредоточенно молчал, слушая ее рассказ, который совершенно не ожидал услышать. Больше в том рассказе было о смерти, чем о жизни. Иногда его сковывало оцепенение, иногда охватывал страх. Надя четко выдерживала линию: даже если отвлекалась на детали, то все равно всегда возвращалась к главной теме. Так же, как и тогда, во время ее торжественного монолога. Она последовательно отвечала на заданные им в самом начале вопросы, рассказывая при этом о своей жизни. Время от времени она начинала фразу словами «мамы тогда не было, потому что…» или «папы тогда не было, потому что…», «я сбежала, потому что…». И тогда срывался ее голос, она замолкала, правда, только на мгновение. А потом делала глубокий вдох и возвращалась к спокойному тону. Когда она закончила, на кухне воцарилась тишина, и она пригубила вино. Он смотрел как она медленно, неспешно, глоток за глотком опорожнила бокал. Он видел ее подернутые слезами глаза, он видел ее руку, которая так сильно дрожала, что вино выплескивалось из бокала и лилось на пальцы. Она допила вино, провела рукой по волосам, поправила прическу. Потом встала и подошла к Якубу, села ему на колени, поцеловала в губы и сказала:
– А теперь обними меня и давай посидим так молча.
Она положила голову ему на плечо. Он крепко обнял ее, и они так просидели какое-то время. Наконец она взяла его за руку, и они вернулись на чердак. Только там, в темноте, он начал расспрашивать ее, просил объяснить детали и отступал, когда она начинала плакать. Спать они легли, когда на часах было уже четыре. Он сказал Наде, что хочет вернуться домой на завтрак. Она завела огромный, старомодный, громко тикающий будильник и для верности поставила его подальше от матраса – на письменном столе.
Впрочем, будильник ему не понадобился. Он проснулся, почувствовав поцелуи на своих веках, и сразу – аромат свежесваренного кофе. Сидя на балконе под одним одеялом, они пили кофе из эмалированных кружек, молча наблюдая за людьми, спешащими в костел. Когда он уходил и был уже в дверях, она попросила его подождать и вернулась с диском Кортеза.
– Поставь его сегодня маме. Между колядками, – сказала она, запихнув CD в его рюкзак.
Обняла и поцеловала, положив ему на ладонь ключ и сжав его пальцы своими в кулак.
– Приходи сюда почаще, – шепнула она. – А сейчас иди. Нельзя опаздывать.
Когда он был уже у калитки, она крикнула ему вдогонку:
– С праздником, Куба!
Уже сидя в трамвае, он рассмотрел старомодный латунный ключ, который она дала ему. Прицепил к связке своих. Ключ был тяжелый и значительно больше остальных ключей, какой-то непрактичный, распирал карман. Несмотря на это, он решил никогда с ним не расставаться.
Для него это было чем-то большим, чем просто ключ. Очень похожий был у него на шнурке на шее, когда проводил летние каникулы у прабабушки Леокадии, над Бугом. Когда прабабка шла вечером в костел «что на горке», а ходила она туда каждый день, ему удалось ее уговорить оставить его дома и дать поиграть с кошками, во дворе или в пустой конюшне. Она давала ему ключ на длинном кожаном шнурке, наставляя не впускать «на двор бандитов». Якуб радостно и убедительно поддакивал, вешал ключ на шею, прятал под фланелевой рубашкой, а прабабка Леокадия спускала с цепи хромую волкодавиху Тосю, которая от старости едва могла махать хвостом, камнем подпирала высокие ворота хлева, где держала корову Млечусю, и запирала на висячий замок ворота. Слепая на один глаз Тося обходила ворота, находила ближайшую дыру в заборе из ржавой проволоки и вскоре медленно ковыляла за прабабкой по полевой тропке, жалобно воя. Потом собака возвращалась, видно, не надеясь преодолеть горку, на которой стоял костел, длинным розовым языком лакала воду из жестяной миски и исчезала в деревянной будке, покрытой кусками толи. Ее ничуть не интересовали никакие бандиты, и вылезала она из будки только к возвращению прабабки Леокадии.
Ключом, который ему вручила Надя, ему до сих пор не приходилось пользоваться. Не хотел. Предпочитал постучать висевшей на двери чугунной колотушкой и подождать, когда улыбающаяся Надя откроет сама, прижмется к нему, поцелует и, глядя в глаза, пригласит войти, чувственно прошептав: «Ну, что стоишь, входи». Тем не менее, он всегда носил его с собой. Передача ключа в то праздничное утро говорила о том, кто он для нее, гораздо больше, чем любое словесное признание.
С того Рождества он стал появляться в доме под номером восемь регулярно. Когда оба они были в городе, что случалось не часто, потому что Надя много путешествовала, он приходил в пятницу к вечеру и они жили вместе до воскресенья. Именно так: жили, а не просто оставались вместе. Две ночи и неполные три дня непрерывно друг с другом. Не дальше, чем на расстоянии голоса. Как супруги на уик-энд, которых теперь становится все больше.
С понедельника до пятницы они писали друг другу письма. Не электронные. Обычные, бумажные, которые носит почтальон. С ней это очень не вязалось, потому что Надя была типичной представительницей поколения Z. У нее были странички на Фейсбуке, в Инстаграме, Ватсапе и Твиттере. Было у нее три разных адреса: один на Gmail, один институтский и один на немецком GMX. А поскольку она терпеть не могла ходить по магазинам, то большинство покупок, в том числе и продуктовых, делала через интернет. В банке она была только раз. С паспортом, когда открывала счет. Перешла на чтение электронных книг, когда ее спальня на чердаке не могла уже вместить больше полок, а она «книги в подвал снести не сможет, потому что это вроде похорон, да и места для них и там тоже больше нет».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Отзывы о книге
Мне очень понравилась первая часть. Прочла её прям взахлёб, но вот вторая конкретно разочаровала. Я думаю, что продолжение было даже лишним. Было бы лучше, если всё закончилось на такой печальной нотке.
Когда я узнала, что есть вторая часть, я сразу же её купила. Плюс, потратила на её поиски очень много времени, т.к. живу далеко от целивизации. Надеялась узнать, что же произойдёт с НЕЙ и ИМ. Мне бы очень хотелось узнать, что же случилось с НИМ. И что было с НЕЙ. Как они жили всё это время.
А в результате я получила просто жалкую пародию на "50 оттенков серого" и кучу воды о жизни всяких бомжей и подруг! Просто 80% книги это секс и описание всяких персонажей, которые даже не будут влиять на сюжет. В первой части это тоже было, но в меру. Оно не занимало десятки страниц и относилось к…
Начну с того, что от первой части я была если не в восторге, то в чувствах умиления, нежности, страсти и печали, но тут чуда не случилось. Прочитав аннотацию, я ждала интересной развязки, щипка для души, но не встретила ровным счетом ничего из этого. Роман как роман. Сюжет шёл своим чередом, вроде вот-вот что-то произойдет, но нет. И все. Конец книги. Само окончание логично и, скорее всего, верно для подобной истории в реальной жизни, но тут хотелось перчинки) Действительно, два раза в одну реку не войдешь.
Прочитав около 10 лет назад первую часть "Одиночества в Сети", я , как многие, была в восторге, настолько чувствственной мне показалась книга. Даже двоих друзей мужского пола по бартеру предложила прочитать (в обмен на прочитанную другую книгу мной, они почему-то не оценили и плевались)
Спустя 10 лет, я узнала о том, что вышло продолжение. И решила перечитать первую часть для освежения памяти. Вот тут меня и ожидало разочарование. ни глубины, ни чувственности я не нашла. В некоторых моментах хотелось фейспамлить и закатывать глаза от сиропности моментов. Но, преодолев себя, я перешла на продолжение.
Здесь меня ожидал все тот же неспешный ритм повествования, та же атмосфера. Но, желая вновь окунуться в переживания ЕЕ и Якуба, я получала истории про соседей, родственников, бомжей у…
Увидеть эту книгу на полках книжного магазина для меня было сравнимо с внезапной встречей человека, который играл в жизни важную роль и которого я не видела много лет. Именно поэтому после получения заказа я долго не решалась прочесть продолжение, потому что обычно после разговора с этим когда-то важным человеком понимаешь, что он уже не тот. И сразу скажу, да, когда я закрыла книгу, было тоже самое ощущение.Разочаровало ли это меня? И да, и нет. Да, потому что я ждала продолжения истории Якуба и ЕЁ и по факту не получила. Нет, потому что глупо ждать тех же самых чувств, которые я испытывала от первой книги. Такое сложно повторить. Акцент в романе сделан на линии Якуба, скажем условно, младшего и Нади. Мы наконец-то узнаем ЕЁ имя - Агнешка, она до сих пор живет с мужем, и они вместе с…
Дважды тебе не войти в одну и ту же реку."Одиночество в сети" в две тыщи первом стало бомбой. По крайней мере, о книге говорили многие, а слышали все. Нет, я не читала. Открыла по настойчивой рекомендации подруги, прочла пару глав, сильно заскучала, отложила, да так и не вернулась - не поклонница Вишневского. Отрицать, однако, что ее появление открыло эпоху сетевых романов, столь же яркую, сколь быстротечную, не рискнет даже самый большой ненавистник автора, буде таковой найдется.Занятно, что "Одиночество..." так и осталось единственным более-менее заметным образцом жанра. Нет, пытались писать о своем опыте интернет-любовей многие, это ж стало на некоторое время всеобщим поветрием. Но ни одной значимой книги, кроме романа умницы поляка, успевшего первым, так и не появилось. А теперь мир…
Сегодня дочитала книгу! Что ждала я ждала от книги: хотела бы узнать судьбу героев первой части. До конца я этого не получила и опять осталось некоторая недосказанность, как в первой части. Очень жаль... Так хотелось конкретики. Во второй части нет тех чувств, что в первой книги, той страсти, тех чувств. Они другие. Я не могу сказать, что книга мне не понравилась, но и окончания тоже нет. Очень необычное изложение книги, мне не доводилось раньше с таким сталкиваться, что реальную книгу первую часть обсуждают в книге. Необычный ход. Все же прочитать советую
У героини книги Одиночество в сети , которой Януш Леон Вишневский дал наконец имя – Агнешка – родился сын Якуб. Так заканчивается книга 2001 года.
Сейчас Якуб вырос. Ему 21 год. Он учится в университете и изучает информатику.
Однажды по просьбе отца Якуб едет в женский монастырь чтобы провести и настроить там интернет. Именно в монастыре он знакомится с Надей. Нет, Надя не монашка. Она тоже там работает. Она реставратор. Реставрирует требующие этого помещения монастыря.
Якуб влюбляется в красивую девушку чуть старше себя, с непростой судьбой. Он начинает всё чаще оставаться в её съемной квартире, пока наконец не перебирается к ней.
Молодые люди очень эмоционально и чувственно любят и узнают подробности жизни друг друга, постепенно, не наседая с расспросами и позволяя каждому…
Книги Вишневского я люблю за какую-то особенную интимность (и это я сейчас не про многочисленные описания секса, которые встречаются в его произведениях). Его книги как разговор с другом или хорошим знакомым за чашкой чая или кофе, а может быть и за бокальчиком чего-то покрепче. Ты сидишь, неспешно потягиваешь белое сухое и слушаешь очередную пронзительную историю. Причем почти все они без желанного хэппи энда, да и герои как правило знают «почем фунт лиха». «Одиночество в сети.Возвращение к началу»- это как встреча со старым дургом, который рассказывает продолжение некогда потрясшей тебя истории.Возможно продолжение не такое пронзительное, и по существу ответ на главный вопрос появляется на последних 10 страницах.Это скорее самостоятельная история, и только отчасти возвращение к тому…
Когда-то я запоем читала книги Вишневского, пока не перечитала всё, что вышло на тот момент. Интерес к творчеству автора давно прошёл, но на встрече с Вишневским я узнала, что вот-вот выйдет продолжение самого известного романа - "Одиночества в сети". И я поняла, что эту книгу я прочитаю обязательно, хотя бы потому что мне интересно, как сложилась жизнь Якуба (да и других героев тоже).Итак, "Конец одиночества" - это история любви Нади и Якуба. Надя читает роман одного польского автора, в котором легко узнать "Одиночество в сети", и постепенно выясняет, что мама её любимого человека - это главная героиня книги."Конец одиночества" оказалась такой же сопливо-романтичной, как и другие книги автора. Кому-то такие истории нравятся, кому-то - нет. Меня не тронуло, но люблю книги Вишневского…