– Выпей, съешь что-нибудь. Тут много всего. – Она жестом указывает в сторону угла, где я вижу бар и стол с закусками. – И обязательно сделай запись в гостевой книге.
Я улыбаюсь и благодарю ее.
– Шэй? – говорит она, когда я собираюсь уходить.
Я смотрю на нее, и меня снова приводит в изумление ее мощная энергетика.
– Спасибо большое, что пришла. Мы ждали больше людей, но в наше время все так заняты… Мы разобщены, каждый живет свою жизнь. Но ты нашла время сюда зайти.
Ее слова не просто прогоняют смущение и стыд, которые я чувствовала лишь несколько мгновений назад.
Благодаря им я чувствую себя причастной.
Выпрямив спину, я направляюсь к бару и прошу стакан минеральной воды, а потом обхожу зал. Никакой программы или других фотографий Аманды нет. Какие странные поминки.
И тут я замираю на месте, заметив большой букет желтых цинний рядом со снимком Аманды. «Вот эту», – подумала я тогда, протянув руку мимо лилий и роз и выбрав циннию, чтобы положить у входа.
Сердце начинает биться чаще. Почему я выбрала именно этот цветок среди всех остальных, представленных в магазинчике на углу по дороге к дому Аманды? Может, она тоже закупалась в этом магазинчике. Могла ли цинния быть ее любимым цветком?
Отрываю взгляд от цветов и делаю запись в гостевой книге, как попросила Кассандра. Вписываю свое полное имя – Шэй Миллер, – но оставляю место для адреса пустым. Наверное, информацию собирают для семьи Аманды, возможно, чтобы они могли разослать благодарственные письма ее друзьям за посещение поминок или просто оставаться с ними на связи.
Кладу ручку и подхожу к фотографии Аманды. Я долго на нее смотрю.
Впечатление, сложившееся тогда в метро, находит подтверждение: она выглядит доброй.
«Жаль, что я не смогла тебе помочь, – думаю я. – Жаль, что заметила не сразу. Мне очень жаль».
Чувствую, как по щеке стекает слеза. Потом замечаю одну деталь: на фотографии у Аманды на шее висит золотое украшение на тонкой цепочке. Кулон в форме солнца.
По коже пробегают мурашки, когда до меня доходит: именно этот кулон я нашла на платформе.
Куда он делся? Я очень смутно помню часы после самоубийства Аманды. Может, я убрала его в сумку. Лезу в сумку и пытаюсь осторожно его отыскать, но пальцы не нащупывают никаких маленьких, острых краев.
Возможно, я выронила его под действием шока от случившегося, но на всякий случай я решаю проверить потом сумку еще раз.
К фотографии Аманды подошли еще две посетительницы.
– Я буду скучать по тому, как она вечно передразнивала мой бостонский акцент, – говорит одна.
– Да, помню как сейчас, – отвечает другая.
Подходит третья девушка и обнимает двух других. Помимо того, что на вид им всем около тридцати, внешне между ними нет практически ничего общего. Та, что с акцентом, немного напоминает неприбранную кровать – мятая рубашка, непричесанные рыжие волосы и комок мятых бумажных салфеток в руке. Ее спутница – невысокая, дерзкая на вид, с фиолетовой прядью в светлых волосах. Третья – из тех, кого я причисляю к гламурным штучкам: она выглядит идеально от кончиков ногтей до тонких полосок розоватых босоножек.
Привязанность между всеми тремя очевидна. И Аманда – которая, опять же, выглядела совсем иначе, чем они, – была, очевидно, частью их компании.
Может, они все были членами женского клуба в колледже.
Интересно: Аманда, у которой явно были такие преданные друзья, обращалась к ним за помощью? Она явно много для них значила. Но, видимо, на нее навалилось что-то слишком тяжелое, и она не смогла преодолеть это даже с их поддержкой.
Наблюдаю, как три девушки снова наклоняются друг к другу и о чем-то переговариваются, а потом та, у которой фиолетовая прядь в волосах, поворачивается ко мне и пристально вглядывается своими близко посаженными глазами. Две другие делают то же самое.
Быстро ухожу оттуда на случай, если они захотят подойти ко мне и поговорить об Аманде. Хотя Кассандра и сказала, что рада меня видеть, я все равно здесь лишняя.
Когда я направляюсь к двери, у меня на пути оказывается еще одна девушка.
– Ты в порядке? – Она сочувственно улыбается, и на правой щеке у нее появляется ямочка. – Я Джейн. Ты уже видела мою сестру Кассандру.
Можно догадаться, что они родственницы: у них не только одинаковые цвета эбенового дерева волосы и сияющая кожа, но и схожий магнетизм. Джейн миниатюрнее сестры, ее черты мягче, голос – нежнее.
– Спасибо. – Я беру предложенную ею салфетку и промокаю глаза под очками. – Просто… Я жалею, что не смогла помочь Аманде.
Джейн делает ко мне шаг, и я вдыхаю сладкий аромат ее цветочных духов.
– Знаю, – понимающе говорит она. – Многим из нас приходится сегодня бороться с противоречивыми чувствами. Мне вот определенно.
Видимо, после самоубийства все чувствуют за собой вину.
Я готова отдать что угодно, лишь бы забрать назад свою ложь об обстоятельствах нашей с Амандой встречи, но это невозможно, и потому я честно говорю Джейн:
– Я не знала ее близко, но не могу перестать о ней думать. Наверное, я пришла сюда, чтобы побольше о ней узнать.
– Ясно. – Джейн наклоняет голову набок, словно ее посещает внезапная мысль. – Знаешь, после поминок мы собираемся пойти выпить небольшой компанией. Может, присоединишься?
– Ого, – растерянно вырывается у меня. Я настолько удивлена предложением, что едва могу говорить. – У меня, хм, планы.
Она выглядит расстроенной.
– Очень жаль. Знаю, мы только познакомились, но у меня ощущение, что нам есть о чем поговорить.
Прежде чем я успеваю ответить, Кассандра отрывается от разговора с заплаканной пожилой женщиной с бокалом вина в руке, которая, судя по виду, является матерью Аманды. Кассандра обнимает собеседницу, а затем направляется к нам, не сводя при этом с меня глаз.
Она кладет руку мне на предплечье.
– Мы с сестрой знаем, каково это – переживать потерю. Свяжись с нами, если вдруг захочешь поговорить. Главное в такой ситуации – держаться вместе. Жаль, что Аманда…
Я невольно киваю.
– Да, я бы очень хотела…
Кассандра награждает меня широкой, искренней улыбкой.
– Вот. – Она протягивает мне свободной рукой визитку. На белоснежном прямоугольнике резко выделяются тисненые черные буквы: КАССАНДРА МУР. И больше никакой информации, только номер телефона и электронная почта.
– Надеюсь, мы увидим тебя снова, Шэй. – Кассандра убирает руку, но я по-прежнему чувствую кожей ее тепло. И внезапно понимаю, что мне не хочется уходить.
И дело не в связи, которую я ощущаю между собой и Амандой. А в связи, которую я хочу почувствовать с ее друзьями.
Глава 9
Кассандра & Джейн
За время короткого знакомства с Шэй Кассандра и Джейн узнают про нее две вещи.
Она не умеет лгать; у нее краснели щеки и она избегала зрительного контакта, когда придумывала историю про ветеринара.
И у Шэй есть странная, тревожная привязанность к Аманде.
Сразу после поминок Шэй направляется в закусочную и садится за стойку. За ней наблюдает Валери, шестая и последняя участница группы – и единственная, кто не пришел на поминки.
Валери, которая была актрисой в Лос-Анджелесе, прежде чем переехать в Нью-Йорк, работает в пиар-фирме Кассандры и Джейн. Она помогает им как со множеством рабочих заданий, так и личных.
Риск, что Шэй заметит слежку, невелик. Валери – хамелеон. Сегодня на ней простое синее платье, а волосы убраны в низкий хвост. Она встает рядом с высоким барным столом, занятым группой туристов, и без труда сливается с ними.
Поначалу история Шэй про то, что у нее есть планы, кажется совершенной правдой. Но минуты идут, а к ней так никто и не присоединяется, и постепенно становится ясно: это очередная ложь. Шэй потягивает пиво, ест гамбургер и периодически поглядывает на телефон.
Примерно через час она выходит из заведения. Бармен быстро забирает подписанный ею чек, и имя разглядеть не удается.
Она проходит тридцать восемь кварталов до дома спортивной походкой, не задерживаясь ни на секунду возле нескольких станций метро – а ведь на нем она могла бы добраться быстрее.
Еще одна любопытная деталь. Возможно, метро связано для нее с неприятными воспоминаниями об Аманде.
Она исчезает в пятиэтажном многоквартирном доме из белого кирпича.
Это тот самый дом, где, судя по отслеживающему устройству сестер, находится кулон Аманды.
Валери продолжает наблюдать за входом, но Шэй остается внутри, а вместе с ней и секреты об Аманде, которые она может хранить.
Валери поднимает телефон, чтобы сфотографировать заходящего в здание мужчину – он может оказаться соседом, от которого можно узнать полезную информацию, – когда на экране отображается входящий звонок от Кассандры.
– Я с Дафной, – начинает Кассандра.
Валери инстинктивно сжимает трубку, услышав ее тон.
– Детектив полиции оставила ей сообщение, пока мы были на поминках, – продолжает Кассандра. – Она просила Дафну позвонить и ответить на несколько вопросов.
Валери резко втягивает воздух.
– Про Аманду?
– Нет. Про мужчину по имени Джеймс, с которым Дафна ходила на свидание вслепую десять месяцев назад.
Глава 10
Дафна
Десять месяцев назад
Дафна стояла в фойе маленького итальянского ресторанчика, поправляя на шее винтажный шарфик. Неважно, какое это по счету первое свидание – в этот момент у нее всегда сводило желудок от волнения.
Она надела белоснежное шерстяное платье и ботильоны на высоком каблуке из шоурума своего бутика в Вест-Виллидж, а в обеденный перерыв ей сделали укладку.
– Думаю, вы хорошо поладите, – сказала Кит, клиентка, которая устроила им свидание вслепую. – Джеймс и мой муж состояли в одном братстве в колледже, и недавно они возобновили общение. Он очень веселый парень.
Открылась дверь, и вошел высокий, широкоплечий мужчина.
– Ты, наверное, Дафна. – Он широко улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. – Я Джеймс.
Он действительно оказался привлекательным, как и обещала Кит. К тому же, Джеймс отправлял ей такие любезные и теплые сообщения, что сегодняшний вечер представлялся многообещающим. Он сказал, что ему нравится ее имя, и предложил встретиться в удобном для нее ресторане.
– Ньокки здесь просто восхитительные, – сообщил Джеймс, пока официантка вела их к уютному столику у камина.
Еще одна располагающая деталь: большинство мужчин предложили бы встретиться, чтобы выпить. Джеймс же, казалось, хотел узнать ее получше.
– Закажем бутылку вина? – спросил он и, когда она согласилась, заказал «Пино-Гри».
Она предпочитала красное вино, но промолчала.
Пока официант наполнял их бокалы водой, Джеймс принялся рассказывать смешную историю о свадьбе его приятеля и Кит, вспоминая, как не пришел солист музыкальной группы.
– Поэтому мы все по очереди брали микрофон и пели.
– И что спел ты?
Он заразительно расхохотался. У него был чудесный смех – теплый и притягательный.
– Выкладывай!
– «Мое сердце будет биться дальше», – едва выдавил он.
– Песню Селин Дион? Да ладно!
Он пропел фальцетом первую строчку песни.
– Пожалуйста, скажи, что есть видео! – Она наконец взяла себя в руки и сделала глоток вина, которое оказалось вполне неплохим. Джеймс был очень внимателен, предложил ей попробовать свои ньокки и просил рассказать ему какие-нибудь истории про ее клиентов.
Она подумала, что это лучшее первое свидание за долгое время.
Когда он поднял бутылку вина, чтобы снова наполнить ее бокал, она сказала:
– Ой, мне совсем чуть-чуть.
