Сергей Лукьяненко "Z: Квази. Кайнозой"

– Да с чего вы решили… – возмущённо воскликнула Анастасия. Потом нахмурилась. – Продолжаете эпатировать?

Я пожал плечами.

– Вам придётся «завязать со мной роман», как вы изволили выразиться, товарищ капитан, – сказала Анастасия.

– С чего бы вдруг? – спросил я.

– Вы не железный, – сказала Анастасия и внезапно прильнула к моим губам.

Нет, я вовсе не был против.

Я этого хотел не меньше, чем она.

Мы целовались, пока лифт не дошёл до первого этажа и двери не разошлись. За дверью обнаружился дедок с пакетом продуктов в одной руке и тростью в другой. Обнаружив нас целующимися, он развеселился так, будто сам участвовал в процессе.

– Кхе-кхе! – жизнерадостно сказал он. – Эх, молодость! Романтика!

– Да уж какая романтика, дедушка, – сказал я, выходя. – Просто учил коллегу делать искусственное дыхание.

– Ты ей непрямой массаж сердца покажи. – Дедок оказался из тех, кто за словом в карман не лезет. – Продолжи обучение коллеги. Кхе-кхе!

Мы выскочили из подъезда, причём у меня возникло смутное дежавю. Что-то подобное было в восьмом классе, когда я целовался с девчонкой из параллельного.

Только тогда я и впрямь чувствовал себя смущённым.

Вдоль дома мы шли совершенно чинно, по-деловому, не разговаривая. Лишь возле дверей магазинчика Анастасия сказала:

– А ты понял, что Михаил старается нас свести?

– Что? – От неожиданности я остановился.

– Он специально нас двоих позвал. И в приют нас обоих взял, хоть уж я-то там была совсем на птичьих правах. Кваzи пытается нас свести!

– Зачем? – Я развёл руками. – Устраивает мою личную жизнь?

– Ты же заметил, у него пунктик такой есть, о правильности всего сущего.

– Он это называет справедливостью, – поправил я.

– Не важно. Вот он решил, что его напарник несправедливо одинок. И заметил, что ты мне нравишься. И начал нас сводить.

Я поразмыслил. Выходило довольно убедительно.

– Тебя это не смущает? – спросил я.

– Ничуть. Кваzи – они как явление природы. А если закон тяготения или направление ветра меня устраивают, то я к ним претензий не имею.

Покачав головой, я придержал дверь, пропуская Анастасию в магазин. Он был совсем маленький, но с неплохим выбором всего. Включая алкоголь.

– Я буду вино, – сказала Анастасия. – Краснодарское «шардоне», хороший год.

– Я тоже вино, – согласился я, поглядывая на бутылку шотландского виски. И цена была неожиданно приличной, и виски неплохой, пусть и бленд. Поперёк этикетки, которая не менялась со старых времён, шла наклейка с надписью: «no animals, no revived, no quazi».

Ну почему стоит только раз поцеловаться с девушкой и все твои привычки летят ко всем чертям?

Блюдом, которое готовил Найд, оказалось карри. В общем-то я так и предполагал. У вегетарианцев, будем откровенны, выбор еды не слишком велик.

В отличие от кваzи Найд, впрочем, с удовольствием ел сыр. Я втайне мечтал о куске мяса или хотя бы колбасе (впрочем, и виски вспоминался тоже).

Но карри был вкусный.

Мы сдвинули бокалы. У меня и Анастасии было налито вино, у Михаила – вода, у Найда – лимонад.

– Если вы не против, то я скажу пару слов первым, – сказал Михаил.

Мы против не были.

Кваzи мгновение помолчал. Потом произнёс:

– Десять лет назад я воскрес из мёртвых и у меня появился сын. Не знаю, что на самом деле более важно. Я помню этот миг очень хорошо. Я внезапно осознал себя. Вспомнил, кто я. Вспомнил, как погиб… впрочем, не важно. Удивился тому, что у меня ничего не болит. И дело даже не в том, как я погиб: в старости у тебя всё время что-нибудь немного болит. А тут я чувствовал себя молодым и сильным. Даже лучше, чем в молодости. Я был в каком-то незнакомом помещении. Потом я поднял взгляд и увидел маленького мальчика, ему ещё и года не было. Солнце садилось, его лучи били в окно, мальчик был тёмным силуэтом… только светлые волосы светились от солнца. На самом деле он был испуган, голоден и хотел спать. Но не плакал, а просто смотрел на меня. Так у меня появился сын. С днём рождения, мальчик мой.

– Спасибо, папа… – Найд привстал и поцеловал Михаила в щёку. Снова сел, явно смущённый.

Я смотрел на Найда.

Так, значит, сегодня не настоящий его день рождения. Десять лет назад Михаил его где-то подобрал. Стал кваzи как раз в тот момент, когда наткнулся на светловолосого малыша, и это спасло мальчику жизнь…

Бокал в моей руке вдруг задрожал и несколько раз звякнул о бокал Анастасии.

К счастью, она это приняла за чоканье и воскликнула:

– С днём рождения, Найд!

– С днём рождения, – выдавил я из себя, осушил бокал и посмотрел на Михаила.

Кваzи смотрел на меня спокойно и грустно.

– Здорово, что вы переехали в Москву, – сказал я деревянным голосом. – Тебе здесь понравится.

– Я бы хотел остаться в Питере… – протянул Найд. – Ну да здесь тоже ничего. Только людей мало.

– Людей здесь много, – поправил Михаил. – Кваzи мало.

– Ну да, – поморщился Найд.

– Михаил, можно тебя на минуточку? – спросил я, вставая.

– Да, конечно.

Мы вышли из кухни, где в связи с малочисленностью сидели за праздничным столом. Михаил молча пошёл впереди, мы зашли в маленькую комнату, которую, похоже, занимал Найд – валялась разбросанная одежда, стоял в углу чемоданчик, на столе лежал подключённый к заряднику планшет. Я прикрыл дверь, повернулся к Михаилу. Шёпотом спросил:

– Ты ничего мне сказать не хочешь, кваzюк поганый?

– Всё, что я мог сказать, ты уже услышал, – так же тихо ответил Михаил.

– Найд… – Я запнулся, но всё-таки продолжил: – Найд мой сын?

Михаил поморщился, будто от боли.

– Я не знаю…

– Как это ты не знаешь? Ты ведь сейчас для меня всё это рассказывал!

– Да. Для тебя.

– Где, где ты его нашёл?

– Я не знаю этого места. Первые дни после возвышения сознание ещё путается. Там были восставшие, их было много. Я ещё не понимал, что могу ими управлять. Я бежал, уносил ребёнка. Прятался. Это было где-то в Подмосковье… В твоём личном деле есть запись беседы с психологом…

– Ты и её читал? – Я едва сдержался от того, чтобы не ударить Михаила. Впрочем, какой с того толк…

– Иначе бы я сейчас эту историю не рассказал. Я пытался найти родственников мальчика, когда всё более-менее наладилось. Читал социальные сети, обращался в службы поиска. Было несколько похожих историй, но это оказались чужие люди.

– Я не обращался в службы поиска. Я знаю, что Ольга погибла, а сын… – Я замолчал.

Михаил кивнул:

– Психологу ты сказал, что не видел его гибели, но шансов выжить у него не было.

Я закрыл глаза. Постоял, мысленно считая до десяти. Успокаиваясь.

– Да, Михаил. У него… у него не было шансов. Ни у Ольги, ни у него. Это не Найд. То есть Найд – не он.

Михаил испытующе смотрел на меня.

– Ты уверен?

Я несколько раз глубоко вдохнул.

– Уверен. Не хочу рассказывать, но уверен. Извини, что вспылил. Извини за «кваzюка». То, что примерно совпадает возраст… и что он был светловолосым в детстве… это ерунда, это совпадение.

– Денис, я хотел предложить тебе сделать генетический тест.

– Глупость. – Я замотал головой. – Чудес не бывает. Так ты специально прибыл в Москву, чтобы со мной встретиться?

– В Москву я прибыл по другому делу. А вот в отделение – специально. Когда ты набросился на меня в квартире профессора, я взял твоё личное дело. Прочитал…

– И решил, что судьба нас таким образом свела. – Я усмехнулся. – Нет, Михаил. Судьба посмеялась над тобой. И надо мной.

– Да, я понимал, что вероятность мала, – признал Михаил. – Но у меня была надежда, что ты не всё рассказал психологу. Да и если даже это не так…

– И что тогда?

Михаил опять замешкался.

– Я занимаюсь опасным расследованием. Очень опасным, Денис. Смерть профессора и даже безумное нападение на приют – только верхушка айсберга. Вполне возможно, что мне никакая вечность не грозит, меня убьют. И тогда… Я подумал, что даже если Найд не твой сын в полном смысле этого слова с точки зрения биологии, то сама схожесть обстоятельств… тем более если бы мы работали вместе и стали друзьями… может быть, ты усыновил бы его.

– Из всех безумных идей о человеческих отношениях, которые мне доводилось слышать, это самая – слышишь, самая – безумная идея! – воскликнул я. – Если бы я хотел иметь новую семью – я бы давно женился! Если бы хотел усыновить ребёнка – давно бы усыновил! Да если бы даже мы с тобой стали лучшими друзьями, какой из меня вышел бы отец для подростка? Холостой алкаш-полицейский с нерегулярными подругами, развлекающийся на работе отрубанием голов живым мертвецам? Ну ты и заботливый папаша, кваzи…

И тут до меня всё допёрло окончательно.

– Так ты поэтому стараешься нас с Анастасией свести вместе? – воскликнул я. – Создаёшь полноценную семью, куда можно будет сбагрить приёмного ребёнка, если тебя убьют?

Если можно себе представить смущённого кваzи, то Михаил был им.

Я начал смеяться.

Всё напряжение последних дней, арест и побег Виктории, захват приюта, братушки, на апокалиптических автомобилях едущие к Москве, признавшаяся в любви Настя, безумная вспышка надежды от тоста Михаила и горькое разочарование, когда я заставил себя подумать о происходящем, – всё это вдруг меня отпустило. Я смотрел на Михаила, чей безупречный интеллект кваzи породил столь безумный план, и хохотал.

– Михаил, человеческие отношения – не твоя стихия, – сказал я, отсмеявшись. – Уж поверь. Спасай мир, лови преступников. Отмеряй специи на весах. Налаживай отношения ваших и наших. Но в дела, касающиеся эмоций, не лезь.

– Я только хотел лучшего для Найда, – обиженно сказал Михаил. – Я серьёзно озабочен происходящим. Я расскажу тебе кое-что… наверное, уже завтра, но расскажу. Вероятность моей гибели достаточно высока, и Найд…

– Да успокойся ты. Он большой и умный мальчик. Если что, обещаю позаботиться, чтобы ему нашли хорошую приёмную семью.

– Спасибо, Денис. Твои слова только укрепляют меня в мысли, что ты – хороший человек, и моя идея изначально неплоха.

Я снова засмеялся. В этот момент дверь приоткрылась, и в комнату осторожно заглянул Найд. Спросил:

– А что вы тут делаете?

Смотреть на него по-прежнему было больно. Но уже немного.

– Твой папа рассказал мне анекдот, – сказал я. – Очень смешной, но не детский, извини.

– Подумаешь, – надулся Найд. – Там Настя скучает. Вы плохой кавалер, Денис.

– Ужасный, – подтвердил я. – Пойдём, Михаил. Мне кажется, твой сын на самом деле не столько заботится о Насте, как ждёт торта и свечек. Или ты про торт забыл?

– Я же сам покупал, а я такие вещи не забываю, – заявил Найд.

Машину я оставил Михаилу. Во-первых – выпил, во-вторых – пусть ездит по Москве, это ему не экологически чистый велосипедный Питер. Мы вышли вместе с Анастасией, ещё в лифте я заказал с телефона такси. Настя ничего не говорила, и я вызвал одну машину.

– Подождёшь минутку? – попросил я. – В магазин загляну…