– Нет, я с Сашей договорилась, что, если не возьмут, то напьёмся с горя, а если возьмут, то отпразднуем.
Я не боялась папе говорить про “напьёмся”. Во-первых, я девочка взрослая, а во-вторых, он сам во мне благоразумие воспитывал, так что волноваться точно не будет.
– Хорошо, тогда со мной завтра чай с тортом пить будешь, – я знала, что торт он купил тоже под тем же предлогом: или утешить, или поздравить. Люблю его.
Распрощавшись с папой, я написала Вконтакте подруге. Она кивнула в ответ кучу восторженных смайлов и сообщила, что ждёт меня у себя как можно скорее. Подруга моя имела богатых и щедрых родителей, так что, квартира у неё была своя и в самом центре, как раз недалеко моего нового места работы. Мне вот придётся долго по утрам добираться, потому что наша двушка находилась совсем не в таком шикарном районе.
Пешком я добралась всего за пятнадцать минут, потому что на автобусе у меня бы это заняло намного больше времени. Час-пик, как-никак.
– Ну, ты у меня большая умничка! – начала нахваливать меня Сашка, как только я переступила порог её квартиры. – Я в тебе и не сомневалась даже!
Я усмехнулась. Саша всегда считала меня, несмотря ни на что, умнее себя, хотя я готова была с ней поспорить. Я просто не могла себе позволить столько лениться, как она. Вот сейчас, например, она не работала, потому что ей это просто надоело. Она в поиске себя находилась.
Я бы вот тоже не отказалась от поисков, вот только времени на них у меня не было, и денег тоже.
За болтовнёй мы быстренько перекусили, я переоделась в оставленные здесь на такой случай кожаные брюки и ярко-красный топ, в цвет него накрасила губы, распустила волосы и была готова. У Саши всё было сложнее, но она собралась заранее, так что, мне ждать её не пришлось.
К клубу мы подъехали как раз к открытию. Раз сегодня пятница, то у входа собралась целая толпа, но мы к ней не присоединились, нет. Подруга подошла к охраннику, что-то шепнула и нас пропустили. Не знаю, как она это обычно проворачивает, но меня всё устраивает.
Внутри было шумно и тесно, но мы пробились-таки к бару и сразу же заказали по коктейлю. Чокнулись бокалами, Саша прокричала так. чтобы я её услышала:
– За тебя, красотка, ты лучше всех, – я расхохоталась и выпила достаточно крепкий коктейль залпом. Алкоголь всё равно на меня медленно действует.
Потом мы танцевали, потом к нам присоединились какие-то парни. Мы с ними похихикали, но, когда они стали настойчивыми, дружно свалили “попудрить носики” и слиняли по-тихому, потому что подобных приключений на свои попки мы не искали обычно. По крайней мере, во время совместных вылазок точно.
После клуба мы вызвали такси и поехали к Саша. Я ночевала у неё нередко, потому что неудобно было ночью одной добираться до дома. Ну, а сейчас у нас была ещё одна причина: мы решили “дозаправиться” винишком, припасённым у подруги на такой вот случай.
В итоге проболтали мы до пяти утра. В какой-то момент, после воспоминаний о Сашином бывшем-мудаке, она спросила меня:
– А ты так и собираешься куковать или есть кто на примете?
И то ли чёрт меня за язык дёрнул, то ли алкоголь в крови сделал такой смелой, но я ей ответила:
– У меня начальник новый такой красивый, просто ужас. И голос у него… Только он злится когда, это кошмар просто.
Мысли путались, связно всё рассказать я не могла.
– Да ну, начальников этих, – махнула она рукой. – Они обычно тоже мудаки все, кроме, конечно, папули.
Я усмехнулась. Да, папа у Саши был специфический, конечно, но не мудак точно. Просто в семейном кругу он превращался в, грубо говоря, тролля. И эту часть его характера с лихвой отхватила дочь, нет-нет подкалывавшая всех по поводу и без.
– В любом случае, если ты в него втрескаешься, мы воспользуемся моим планом и он будет весь твой… Хотя бы на парочку недель, а там после хорошего секса можно и страдать брошенкой, – да, рассуждения у подруги порой выходили за все рамки разумного, я к этому так-то уже привыкла.
– Да какой втрескаться, Саш. Я могу втрескаться только в зарплату, которую он мне платить будет, всё. Чувствую, я ещё увижу его во всей красе и ни о какой влюблённости и речи идти не будет. А теперь пошли спать, а то уже всякую чушь обе собираем.
***
Днём я собралась и ушла, не дожидаясь пробуждения подруги. Она может хоть сутки проспать, а я буду сидеть, ждать её только чтобы пока-пока сказать. Благо, дверь у неё можно было захлопнуть, так что, с этим обычно никаких сложностей не возникало.
Домой я добралась на метро, потому что для меня самой такси – это слишком шикарно. Но сегодня был выходной, так что, страшной толкучки, как то обычно бывало в будни, не было. Я даже доехала сидя, никакие бабульки меня не дёргали с требованиями немедля уступить им место.
Домой приехала и с порога почувствовала восхитительный аромат запечённой курицы. Папа готовил. Он умел это делать прекрасно, но у него редко оставались на это силы, к тому же, мне уже со времён студенчества приходилось перекусывать чаще всего вне дома, так что, есть его шедевры вкуса было некому.
– Привет, – я подошла к отцу со спины и обняла его в знак приветствия. – По какому поводу у нас тут праздник живота намечается?
Папа повернулся ко мне, усмехнулся и сказал:
– Привет, гулёна, – я чуть стушевалась, но не особо показывала это. – Решил тебя порадовать, раз ты у нас теперь полноценная рабочая единица. Иди руки мой и за стол садись, там уже картошка готова, курица на подходе, ну, а потом обещанный торт.
Я, как маленькая девочка, радостно запищала, и побежала мыть руки в ванную, а потом, вспомнив о том, что еда жирная, а я бываю хрюшей, пошла в свою комнату переодеваться.
Когда вернулась на кухню, то увидела, что на стол уже накрыто.
Перед глазами сразу возникли воспоминания из детства, такие тёплые, но такие далёкие. Мы с мамой часто по выходным ходили гулять вместе по городу, особенно летом, а если у папы тоже был выходной, то по возвращению нас ждала порция вкуснятины.
Отец меня баловал, мама пыталась это пресекать, но и сама меня нежила. Я была балованным ребёнком, но не злым… Пока мама была жива. Она всегда в нашей семье была лучиком света, такой доброй и чистой, что нам с папой неосознанно хотелось ей соответствовать. Я унаследовала его характер, так что, когда мы остались только вдвоём, то, казалось едва ли не перегрызлись. Не со злости, нет… От горя. Это теперь у нас так вот всё идеально, а ещё лет пять назад мы с ним нередко ругались до потери пульса.
Я отогнала грустные мысли в сторону. Не к чему это сейчас.
– Ммм, как вкусно, – с набитым ртом пробормотала я, пробуя картошку. – Наколдовал опять, по-любому, люди не могут такую вкуснотищу создавать!
Мы немного посмеялись, когда я кусочек той самой вкуснотищи уронила себе на футболку.
– Ладно хоть переоделась, – вздохнула я и принялась за куриное бёдрышко. Мясо ничуть не уступало картофелю, о чём я немедля сообщила отцу.
– Дань, ты больше говоришь, чем ешь, – закатил родитель глаза.
Кстати, Даней меня называл только он. Мама, которая и выбрала мне имя, всегда произносила его правильно, а вот отец любил поиздеваться над, по его мнению, вычурным имечком.
Я решила всё-таки поесть молча, потому что и правда было очень вкусно, да и голодная я была после вчерашнего. Но с молчанием пришли и мысли, ничего удивительного.
Новая работа для меня и правда была настоящим подарком небес. Папа работал охранником в не самом крупном торговом центре и, в общем-то, нам его денег хватало, пока я училась в школе, пока училась в институте. Но, во-первых, чтобы нам не приходилось сидеть на гречке, папе часто приходилось брать дополнительные смены, а, во-вторых, даже если он будет работать месяц напролет без перерывов и выходных, то на крупные затраты всё равно не хватит.
В позапрошлом месяце у нас сломалась стиральная машинка, и нам повезло, что сделала она это не позже, потому что, уволься я, и всё, капут бы нам пришёл.
Но теперь, если я буду хорошей девочкой, и продержусь достаточно долго на этом месте, то нам возможно даже копейки считать не придётся уже через пару месяцев… Ремонт бы не помешал, к тому же, и окна поменять неплохо было бы… Но это уже мечты, вот придёт первая зарплата, тогда и буду планировать уже, хотя бы в мыслях.
Тарелка быстро опустела, я поблагодарила папу, пошла к раковине посуду мыть.
– Дань, я пойду посплю пару часиков, а то вырубаюсь вообще.
Я усмехнулась. Нет повести печальнее на свете, чем повесть о папе и режиме! Он у меня был заядлой совой, но жизнь – штука суровая, и вставать ему приходилось в пять утра на работу, то есть, и ложиться тоже рано. А вот в выходные он иногда позволял себе маленькие слабости вроде дневного сна. Сам потом мучился, но всё равно продолжал так делать.
Я, к счастью, спать могла в любое время, дай мне только возможность, поэтому от времени суток обычно не зависела. Но, помыв посуду, решила быть солидарной с папой, и пошла спать. Поддерживать отца, так сказать, в любых его начинаниях.
Воскресенье я провела так, как не проводила его очень и очень давно. За сериалами. Не сказать, что я была прям заядлой сериаломанкой, но временами проваливалась из реальности на сезон-другой какого-нибудь фэнтезийного сериальчика. И этот выходной как раз идеально подошёл для таких целей, потому что дома я была одна, да и делать ничего не нужно было.
Ну, а понедельник… Понедельник начался весело, ничего не скажешь.
Глава 2. Влад.
С момента встречи с девушкой, которая будет моей секретаршей номер три за последние полгода, я пребывал излишне… приподнятом настроение. Грубо говоря, у меня на неё встал и опускать не собирался.
На первый взгляд ничего особенного в ней не было. Просто девушка и девушка. Волосы светлые, собранные в строгий пучок, глаза большие серые, стройная фигура. Да таких я в день вижу несколько штук, в то и несколько десятков. Но почему-то именно она заставила меня думать о себе… И, что уж скрывать, мечтать.
Она говорила про то, что не заводит отношений на работе. Я сначала даже обрадовался: мне уже поперёк глотки стояли девицы, которые сюда приходили не работать, а охмурять богатенького босса. Но потом пришло лёгкое разочарование: я её хочу, а она будет дистанцию держать. Неприятно.
Но, в конце концов, я же не сопливый оборотень в период созревания! Я могу справляться со своими желаниями. Если не сам, то найду помощь на стороне… Надо как раз сегодня поиском и заняться, а то в последние две недели я чуть ли не монах: не пью, не курю, похоти и праздности не предаюсь. Так и ноги протянуть не далеко.
Но, несмотря на то, что сегодня была пятница, меня умудрились заставить задержаться, потому что пришлось в срочном порядке проводить совещание с одним из филиалов. Вопрос и правда был важным, но я лучше бы понаблюдал через камеры наблюдения за новенькой, чем обсуждал тендеры. Мозги уже едва варили.
Но, как только совещание было окончено, от усталости не осталось и следа. Я решил, что обязательно должен наверстать этим вечером прошедшие две недели, и отправился в клуб.
Не сказать, что я был каким-то ярым их фанатом. но мой хороший друг владел неплохим заведением, где наливали хорошую выпивку, и, что самое главное, где можно было найти себе на вечер и на ночь пару. Последнее мне требовалось больше всего, потому что, как бы я не отгонял мысли о Дане прочь, возбуждение всё равно продолжало гулять в крови, заставляя испытывать дискомфорт по поводу тесных брюк.
В клуб я отправился с водителем, приехав туда, отпустил его, решив, что останусь на ночь в отеле напротив. К тому же, в планах был секс, а одноразовых любовниц домой я не таскаю.
В клуб я заходил не через главных вход, а через чёрный: там такой толкучки не было, на верхнюю площадку проще подняться. Вдали от танцпола звуки музыки были приглушёнными и не раздражали. Я сел так, чтобы иметь возможность смотреть на барную стойку, выбирая, какая красотка проведёт со мной сегодняшнюю ночь.
Пил я немного, боясь, что, если накачаюсь по полной, то тогда сладким этой ночью у меня будут только лишь сон. В очередной раз оглядев толпу, я заметил смутно знакомую макушку. Пригляделся.
Она меня что, преследует, что ли? Надеюсь, нет, потому что тогда у меня вообще крышу сорвёт. Дана с какой-то девушкой на пару плясала на танцполе под какую-то стрёмную современную песенку, не обращая ни на кого внимания. Но мне-то было заметно, что другие особи мужского пола на неё плотоядно поглядывали.
Потом, вполне ожидаемо, нашлись смелые парни, попытались с девушками разговор завести. Но они быстро навешали им на уши какой-то лапши, видимо, и отправились обходить толпу, чтобы с ней смещаться и свободной пройти к выходу.
Ну, и хорошо. Ведь пробудь Дана здесь всю ночь, я бы просто сидел и за ней наблюдал, не в силах оторваться. А так могу переключить своё внимание на вон ту скучающую блондиночку…
Когда я подошёл к девушке ближе, она понравилась мне ещё больше. Красивая, раскованная, глаза серые… Намёки понимала хорошо, благодаря этому мы уже через полчаса поднимались по лестнице отела к номеру.
Я не особо запоминал её имя, вроде бы, Катя. Она была страстной, до секса жадной и этой ночью мне повезло… Вот только, уже под утро, когда она уснула, я понял, что никакого удовлетворения и опустошения не почувствовал. Не то.
Это злило, но я решил, что не буду зацикливаться. Надо просто отдохнуть, вот и всё. Решено, суббота и воскресенье на этой неделе у меня действительно выходные.
Утром я дождался, притворяясь спящим, когда Катя соберётся и уйдёт, потом и сам отправился домой досыпать. Я не привык долго расслабляться в постели, но сегодня в голове было слишком много мыслей, чтобы их думать. Особенно досаждали мысли о Дане. Если бы только мы встретились в других обстоятельствах, то сейчас у меня не было бы никаких вопросов и терзаний: подарил бы ей цветы, пригласил бы на свидание… Но чёртова работа! И чёртовы её принципы, чтоб их. Впервые так досадно от того, что секретарша не собирается прыгать ко мне в постель, до этого я считал, что ничего в жизни лучше быть не может, чем сотрудники, настроенные на рабочий лад, но сейчас я просто проклинал ответственность девушки. Она даже с работы уволилась из-за этого, чёрт возьми! Я, конечно, проверю, как надо, достоверность информации, но, уверен, всё так и есть.
Что-то необъяснимое давало мне понять, что с ней я ещё отгребу от жизни не по-детски, но почему-то хотелось влипнуть во всё это как можно глубже. Главное, не сойти с ума от постоянного присутствия Даны рядом.
***
Выходные я провёл в стиле ленивого тюленя, то есть, лежал, спал и ел. Вставал только в туалет и за новой порцией еды. Звонила мама, узнав, чем я занимаюсь, жутко обрадовалась: за мной такого чуть ли не с подросткового возраста не замечалось. Спрашивала, приехать ли ей, приготовить что-то, но я сказал, что содержимое холодильника не такое уж и скучное, спасибо Марии, моей домработнице. Без неё бы, наверное, вообще в голоду умер.
В понедельник просыпаться не хотелось от слова совсем, поэтому я позволил себе проспать на целый час. И, о чудо, через час я встал куда проще. Собрался быстро, в офис, благодаря водителю, опоздал всего на сорок минут, но этого, как оказалось, было достаточно.
С своими терзаниями я и забыл предупредить Дану об утренних традициях нашей компании. Например, о том, что все отделы в период с девяти до одиннадцати утра приносят в мою приёмную документы на подпись. Ну, а по причине того, что Вика, будь она не ладна, свои четырнадцать, положенных по закону, дней отрабатывала через пень-колоду, в последнюю неделю ей документы не приносили. Зато, сейчас, узнав откуда-то, что секретарша у меня наконец-то новая, все повалили в приёмную, как мухи на… варенье. В итоге на столе у бедной девушки оказались две внушительные кипы документов, на которые она взирала полными ужаса глазами.
– Д-доброе утро, Владислав Егорович… – пробормотала она, кинув на меня жалобный взгляд. – А вам вот тут… на подпись принесли.
– Доброе, Дана, доброе… Вижу уже, сейчас что-нибудь придумаю.
Я вздохнул, посмотрел на часы. Оставалось ещё больше часа до окончания всей этой катавасии, а у нас уже вот что. Надо, надо что-то с этим делать.
Решение проблемы не заставило себя ждать. Я взял на столе у Даны лист А4, размашисто на нём написал “Документы сегодня на подпись больше не принимаются!”, попросил у девушки скотч и пошёл лепить предупреждение на дверь. Потом подумал, и к надписи ещё собственный росчерк оставил, чтобы точно все всё поняли.
Но мера была временная, и завтра нам придётся разгребать и остальное. А пока, надо быстрее разобраться с двумя пизанскими башнями, пока они ещё не выросли, и один я этого сделать точно не смогу… Конечно, можно бездумно налепить закорючек и дело с концом, но я не привык подписываться не понятно под чем.
– Дана, вы мне поможете с этим? – я обвёл руками всё бумажное великолепие. Девушка сначала рассеянно на меня посмотрела, а потом спросила:
– А что нужно делать?
Я облегчённо вздохнул:
– Ну, у вас же экономическое образование. В общем-то, ничего сложного. Читаете документ, если не видите несостыковок, то отдаёте мне на подпись, если появляются вопросы – задаёте. Вместе быстрее справимся.
Она кивнула, порывалась было взять одну из стопок и тащить ко мне в кабинет, но я смотреть на это спокойно не мог.
– Куда?! – рявкнул я и девушка от стола отшатнулась. – Я тут по-вашему смотреть должен, как вы надрываетесь? Идите лучше за кофе сходить, мне двойной эспрессо без сахара.
Дана, при упоминание моего любимого напитка, едва заметно скривилась, но послушно отправилась в кофейню на первом этаже нашего офиса.
Когда она вышла из приёмной, я спокойно подхватил обе стопки документов и отнёс в кабинет. Да, в последние лет пятнадцать, а то и двадцать, я только так силу оборотня и использую. Надо бы, кстати, размяться, что ли, а то скоро совсем в офисного мажора превращусь.
Решил, что не буду терять время напрасно и сразу же сел разбирать документы. К десятому договору вернулась Дана.
– Я туда больше не выйду! – воскликнула она. – Они меня едва не сожрали, пытаясь впихнуть пару бумажек в руки!
Я усмехнулся. да, надо было такое предположить, но кофе хотелось.
Девушка поставила передо мной стакан, я краем глаза глянул на то, какой кофе она взяла себе. Ванильный латте. Приторно для меня, но ей даже подходит.
Дана работала медленнее меня раза в полтора, наверное, но всё равно её участие было ощутимо. Да и, к тому же, я потом слегка притормозил, потому что начал всё дольше и дольше за ней наблюдать.
Она, к счастью, этого не замечала, и я могу спокойно разглядывать её лицо и её жесты. Дана хмурилась, вчитываясь в формулировки, иногда украдкой зевала и мило морщилась. Мне казалось, что я так вечность способен сидеть и смотреть.
Но всё хорошее, как и всё плохое, рано или поздно заканчивается. Закончились треклятые документы, закончилось и время, которое я мог провести рядом с Даной. Но мне хотелось продлить его хоть чуть-чуть…
Я посмотрел на девушку, она выглядела уставшей. Конечно, в отличие от меня она действительно работала и не отвлеклась от этих дурацких бумажек ни разу, а я вот едва ли не прохлаждался всё это время, договоры просматривал сквозь пальцы. Время было не обеденное, потому что обед мы уже пропустили. Странно, что никто меня ещё не дёрнул по какому-нибудь делу неотложной важности. Хотя, понедельник, первая половина дня… Не удивлюсь, если у меня половина офиса спит на рабочем месте.
Сопоставив все факты, я решительно поднялся на ноги и сказал:
– Дана, кажется, я заставил вас выполнить слишком много работы, не входящей в ваши обязанности. Чувствую себя должным. Пойдёмте, пообедаем?
Девушка от такого предложения сначала растерялась, потом взяла себя в руки и чётко мне отказала:
– Простите, Владислав Егорович, я не думаю, что это будет уместно…
Ах, да, кажется, она думает, что я к ней клинья подбиваю. Пусть, так оно и есть, но я должен убедить её в обратном… да и себя, желательно, тоже.
– Дана, вы устали, и, скорее всего, проголодались. А я лишил вас обеда, да и вам пришлось из-за меня перетрудиться в самом начале нашего сотрудничества. Мне не хочется, чтобы вы считали меня начальником-тираном.
