Рейдер попятился и попытался ускорить процесс, хоть и известно, что спешка нужна лишь для ловли блох. Вот и сейчас не помогло. Крупнокалиберный штурмовой автомат штука для него новая, а поэтому непривычная. Это не автомат Калашникова, который разберёт и соберёт вслепую любой нормальный пацан, заставший уроки начальной военной подготовки. Да ещё и на время сможет это сделать. У Ракшаса же никак не получалось защёлкнуть магазин на место. Времени до столкновения с уцелевшими заражёнными оставалось всё меньше, и парень рванул за угол дома. Уж сколько-то времени он от этих инвалидов побегать сможет.
За спиной задолбили выстрелы, посыпались срезанные пулями ветки. Кусты одичавшей вишни трещали, словно через них ломился дикий кабан. Принципиальной ошибки в этом предположении не было. Сплошная стена зелени раздалась, и на открытое место выскочил Бекон. Воплощение берсеркера в состоянии боевого безумства. Следом появился Монгол, но воевать уже было не с кем. Положили всех. Капитан настороженно переходил от трупа к трупу. Ствол автомата двигался синхронно с глазами.
– Твою мать, тебя только не хватало, – вопль Ракшаса донёсся из-за дома и тут же раздался грохот заполошных очередей.
– Я разберусь, – бросил Бекон на бегу Монголу, – не отвлекайся.
Этот лотерейщик напугал Ракшаса до икоты. Мало того, что выскочил как чёрт из табакерки откуда-то со стороны бани, так он ещё настолько ловко уворачивался от пуль, что Ракшас выпустил все патроны, но ни разу не попал. Какой-то неправильный лотерейщик.
Монстр уже подобрался для финального прыжка, но вдруг его что-то остановило. На безобразной морде промелькнуло недоумение. В этом Ракшас был готов присягнуть на Страшном Суде. Впрочем, парню могло и почудится. Выброс адреналина и всё такое. Да и какие эмоции у этого воплощения ночных кошмаров. Нет, точно показалось.
– Парень, в сторону, – раздался за спиной знакомый бас.
Спорить было бы глупо, и Ракшас кинулся вправо. Бекон пронёсся мимо грузовым локомотивом. Удар был настолько мощным, что чудовище отлетело назад, кувыркнувшись через голову. Видать, неспроста ходили байки про Бекона. Мог он с лотерейщиком потягаться, ох как мог. Но лидер «Ангелов» решил отложить рукопашный поединок на более удобное время. Он уже поднимал свой Desert Eagle – Ракшас ушёл с линии огня, можно было стрелять.
Монстр ловко вскочил на ноги, недобро зыркнул на нового противника и злобно заурчал. Этот лотерейщик точно неправильный, слишком умный, сволочь. Он отпрыгнул в сторону за миг до выстрела, развернулся в воздухе и помчался прочь огромными прыжками. Бекон выпустил ему вслед всю обойму, но тварь непредсказуемо меняла траекторию, и рейдер преуспел не больше Ракшаса.
– Твою, урода, мать! – в сердцах выругался Бекон, выщёлкивая пустую обойму. – Ты как, парень, цел?
– Нормально, – улыбнулся Ракшас. Он уже успел заново перезарядиться и был во всеоружии.
Из-за угла дома показался Монгол. уже удостоверившийся в окончательной гибели каждого из бегунов. Подойдя ближе, протянул автомат с опустевшим магазином Бекону – тот его бросил в суматохе, когда спешил на помощь Ракшасу. «Ангел» с благодарностью кивнул и вдруг с загадочным видом поманил соратников за собой. Развоевавшаяся троица подошла к бане, стараясь поменьше шуметь.
– Выходите, лишенцы, – грозно громыхнул Бекон. – Сколько вас там сидит?
Монгол моментально взял дверь строения на прицел, уходя чуть в сторону. Ракшас непроизвольно повторил его движение, смещаясь зеркально. В бане послышалась возня, что-то упало, зазвенело пустое ведро. Наконец дверь открылась, явив свету двоих парней, вымазанных в саже и копоти с ног до головы.
– Вы на трубочистов похожи, – не удержался Бекон от смеха, – а трубы-то и нет.
И он захохотал ещё пуще. Да так заразительно, что даже суровый капитан улыбнулся уголком рта и опустил автомат. Найдёныши немного смущались, но смотрели на Бекона с восторгом и обожанием. Видели его схватку с лотерейщиком, не иначе.
– Перегоняйте свою развалюху туда, – Бекон уточнил направление взмахом руки, – будем решать, что с вами делать.
На базе их встретили встревоженные взгляды и оружие на изготовку. Лидер «Ангелов» успокоил всех одним своим видом. Вот ведь человек-кремень. У него четыре мужика осталось от всего состава, ни колёс, ни тяжёлого вооружения, а ведёт себя, как прежде. Уверенности хоть отбавляй. Очень органично у него это получается. Карьерный бульдозер, а не человек. Он появился и всё оживилось. Ворот ускакал собирать трофеи, опять прихватив с собой молодого спецназовца. Голый с Халком поджидали голубой УАЗ. Монгол было послал своих бойцов в дозор, но Бекон и тут влез с инициативой.
Мямля уже утихомирился, сидел на завалинке и грыз плитку шоколада. Вид у него при этом был самый умиротворённый. Рядом стоял его охранник – Пузо. Бекон подошёл к ним, наклонился к парню.
– Ты как, сынок, в порядке? – широкая ладонь взъерошила ему волосы.
Мямля в ответ лишь молча кивнул.
– Сможешь последить за окрестностями ещё немного? – и на этот вопрос ответ был таким же. – Вот и молодец. Пузо, организуй ему нормальное место. И еду поосновательнее, чего пацан аппетит перебивает этими пустяками.
– Ну, так это от нервов, – попытался оправдаться рейдер.
– Пузо! – Бекон повысил голос.
– Понял, пошёл, – толстяк убежал выполнять поручение.
– Вот и ладненько, с этим решили, – подвёл черту Бекон и взмахом руки позвал за собой Монгола. Он бы ещё и Ракшаса пригласил, но тот чем-то занимался в недрах «Каймана».
Транспорт незадачливой парочки уже заехал во внутренний двор схрона. Сами парни топтались перед машиной под ненавязчивым контролем автоматов Халка и Голого. Не мы такие, жизнь такая. В Улье самые крупные неприятности следует ожидать именно от людей. И чем безобиднее они выглядят, тем сильнее могут удивить. Внешний вид ни о чём не говорит. Аксиома, проверенная не один раз.
Бекон посмотрел на капитана, мотнул головой в сторону гостей и вопросительно изогнул бровь. Пантомима была предельно ясна. Была ещё одна интерпретация, из разряда крайних мер. Но пускать в расход этих почти детей никто и не думал.
– Не до рекрутов мне пока, – нахмурил брови Монгол, – ещё кое с чем разобраться нужно.
– Ну, как знаешь, – «Ангел» пожал плечами и посмотрел на парней. – Так, вьюноши, как у вас с отношением к мототехнике?
Правила есть правила, и отступать от них Бекон не собирался даже в условиях острого кадрового голода. Исключения делались только для людей с особенными, крайне полезными умениями. Но это тоже было прописано в уставе банды.
– Как в деревне без мотоцикла? – на чумазом лице Веника белой полосой прорезалась улыбка. Он уже понял, к чему идёт дело и ткнул напарника локтем в бок. – Ну, Рыжий, хоть сейчас не тупи.
– Мопед у меня был, – тонким фальцетом отозвался тот.
– Имеете что-то, против вступления в славное сообщество «Ангелов тёмного солнца»? – вид Бекона стал торжественным и даже слегка монументальным.
Вот он, долгожданный шанс, которого так ждал Веник. От неожиданной радости у него перехватило дыхание и стало трудно говорить. Но парень так энергично кивал головой, что слова стали попросту не нужны. Про то, что Рыжий не отставал от товарища, и упоминать незачем. И так всё ясно.
– Умойтесь и приведите себя в порядок, – распорядился Бекон. – Голый, займись. Потом организуй приём пищи, ну и посмотри, что ещё необходимо.
Хозяйственные хлопоты никто не отменял. Помыться, привести себя в порядок, почистить и снарядить личное вооружение – на всё нужно время. А ещё и технику надо проверить. Если она подведёт где-нибудь среди кластеров, будет очень печально. Техническую службу не вызовешь.
Ракшас с Халком заканчивали с заправкой «Каймана». Не самое лёгкое занятие, когда в наличии лишь двухсотлитровые бочки и длинный кусок шланга. Несмотря на всю свою силу и сноровку, наглотаться солярки всё-таки пришлось обоим. Последние литры топлива перетекали в бак, когда внутрь сеновала зашли капитан и лидер «Ангелов».
– Чего дальше делать думаете? – не стал ходить вокруг да около Бекон.
– Да хрен его знает, если честно, – Ракшас принялся протирать руки замасленной тряпкой. – Не решали ещё, не до того было, сам понимаешь.
– Вот сейчас и порешаем, – «Ангел» хлопнул в ладоши. – Давай, капитан, сперва ты.
– Мне в Перевалок надо, на базу институтскую, дела сдавать, – огласил свои планы Монгол. – Со службой раскидаюсь, а там видно будет.
– А вот я, наверное, туда сунуться остерегусь, – огладил бороду Бекон, – пока силу снова не наберу. И вам, хлопцы, тоже не советую.
Ракшас с Халком переглянулись. Не признать правоту байкера было глупо. Их убьют просто для того, чтобы проверить, нашли они что-нибудь или нет. Ситуация стала ещё хуже, чем была до этого. Раньше хоть только с Институтом воевать приходилось. Дары золотой жемчужины очень многих заставят переступить через свои принципы в желании обладать ими. Надо переждать пока ажиотаж не потеряет накал и пробираться в места, где их не знают.
Ну а раз всё для всех ясно, то и принятие решения не затянулось. Сначала доставить капитана в пограничный стаб, затем помочь Бекону, а потом и своими делами заняться. Хоть первоначальное знакомство и не задалось, рейдеры уже приняли ответственность за судьбу этих людей.
А пока ужинать и спать. Переход был тяжёлый, а когда ещё появится время для отдыха – не совсем понятно.
Глава 5
– Знаешь, Халк, меня не отпускает одна мысль, – Ракшас разложил свой спальник и повернулся к напарнику.
– Мы по уши в дерьме? – Халк заворочался, устраиваясь поудобнее. – Сука, я с этой мыслью живу.
Рейдеры расположились на ночлег в пустующем углу сеновала, рядом с броневиком. Вполне себе распространённое место для ночлега в деревне. Крыша над головой и свежий воздух. Сена ещё сюда завезти, только что скошенного, и было бы вовсе замечательно. Но чего нет, того нет, остался лишь едва уловимый отголосок душистого запаха.
Ворот выделил парням воды, еды и две раскладушки. В «Каймане» оставалось с пару десятков армейских пайков, но запас, как водится, карман не тянет. Жизнерадостный байкер вообще был рубаха-парень. Улучив минуту, он притащил им бутылку водки. Без привычных изысков, только чтобы ребят помянуть. Два полных пластиковых стакана, накрытых чёрными сухарями, стояли на носу броневика.
– Это тоже, – Ракшас с осторожностью улёгся, и пружины под его тяжестью противно заскрипели, – но сейчас я про другое.
– Спи давай, – здоровяк явно не был расположен к долгим беседам. – Завтра поговорим.
Ракшас, похоже, не особенно нуждался в собеседнике. Он скорее просто размышлял вслух, а вопросы задавались с чисто риторической целью заполнить паузы. Ночного бдения, к слову, им благополучно удалось избежать. Составление графика дежурств взял на себя Монгол, и обошёл их в распределении смен. Пост охраны был уже давно устроен «Ангелами» на чердаке одного из наименее разрушенных домов. Господствующая высота, так сказать. Окна в каждом фронтоне, и по паре листов шифера убрали со скатов крыши. Обзор на четыре стороны. С Мямлей эта предосторожность стала лишней, но парню тоже надо когда-нибудь отдыхать. Он, впрочем, и сегодня рвался в бой, в смысле на дежурство, еле отговорили.
Разобрало же Ракшаса на душевные разговоры на ночь глядя. Сейчас бы спать и спать. Халк недовольно пробурчал под нос что-то про кота, и чем он занимается, когда ему делать нечего. Но товарищ не унимался.
– Этот лотерейщик был какой-то не такой, – задумчиво протянул Ракшас, глядя в потолок.
– Это ты стал бы не такой, если бы тебя Бекон не выручил, – подробности недавней схватки с заражёнными были известны даже не участвовавшим в ней бойцам. – Порвали бы тебя на ветошь, вот и вся недолга.
– Он в последний момент передумал нападать.
– Что?
– Передумал нападать, говорю, – повторил Ракшас, – я это ясно видел. Лотерейщик тормозил, когда его Бекон с ног свалил.
– Но так же не бывает, – сна у Халка не было ни в одном глазу.
– Вот же. А ещё эти бегуны. Охотиться из засады ведь не в их привычках?
– Да нет вроде.
– А эти точно где-то прятались. И пацаны, которых спасли, обмолвились, что лотерейщик, как будто управлял остальными. Наподобие стаи получается, только помельче. Веник это сворой назвал.
– Да ладно, – хлипкая раскладушка застонала под огромным телом. Халк от удивления даже привстал на локтях.
– Вот тебе и ладно, – Ракшас прихлопнул комара на лбу. – Хотелось бы найти причины такого поведения.
– Ну, допустим, то, что лотерейщик собрал бегунов в стаю и ими управлял, это как раз можно понять. И даже как-то объяснить, – в ночной тишине было отчётливо слышно, как Халк чесал в затылке. – В Улье любая небывальщина в порядке вещей. Хрен его знает, на кого ты напоролся, может новый вид. Согласен?
– Согласен. По крайней мере, такую версию исключить нельзя.
– А вот со вторым моментом остаётся много непонятного, – на этих словах Халк задумался.
Ракшас его не торопил. Есть повод для размышлений. У него у самого мозги враскоряку. Нет, объяснение, конечно, было. Причём лежащее на поверхности. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы сложить две двойки. Задачка для младших классов. Всегда четыре получается. Что Халк и озвучил после недолгого молчания.
– Я думаю, что дело в золотой жемчужине, иных вариантов нет.
Ракшасу вдруг стало стыдно от мысли, вызванной новыми словами друга. Очень стыдно. Даже круговерть последних событий не оправдывает такой поступок. Как так-то? Рисковали вместе, а жемчужину сожрал только он один.
Ракшас соскочил со спальника, одновременно расстёгивая нагрудный карман.
– Халк, дружище, прости меня великодушно, – вымолвил он, приблизившись к товарищу. – Держи.
– Что там? – подозрительно поинтересовался здоровяк.
– Вторая жемчужина, – извиняющиеся нотки не покидали голос Ракшаса, – золотая. Возьми, выпей.
– Вот ты придумал, – захохотал Халк. – Мне такого счастья и даром не надо. Нам с тобой ещё разбираться и разбираться. Не, на хрен. Спрячь это обратно и не парься по этому поводу. Придумаем, куда её деть. Потом.
– Точно? – Ракшас удивился такому лёгкому отношению друга.
– Говорю, забей, – отмахнулся Халк, хоть в темноте его жеста и не было видно. – Давай лучше про заражённых поболтаем.
– Не, я так не могу. Я знаю, что делать, – Ракшас нащупал на одежде Халка карман и сунул туда жемчужины. – Вот, твоя доля. Четыре белых и золотая. И не спорь. Про яйца и одну корзину слышал? Вот и помолчи.
На душе у Ракшаса стало гораздо легче. Щепетильную ситуацию разрулили, недомолвок больше не было. Можно разговаривать дальше.
– А почему тогда бегуны на меня дуром пёрли? – продолжил он дискуссию с прерванного момента.
– А чёрт его знает, я же тебе не институтский учёный. Хотя предположить могу, но это сам понимаешь, всё равно что пальцем в небо тыкать. Возможно, у тебя появился Дар, благодаря которому тебя не трогают заражённые. И то ли Дар этот только народился, то ли воспринимают его лишь лотерейщики. А может и те, кто идёт после лотерейщиков, вверх по шкале. Мелкие заражённые, они всё-таки тупые. Проверить можно исключительно опытным путём. Единственная версия, объясняющая все странности. По крайней мере, у меня. А теперь ты как хочешь, а я спать.
С этими словами Халк повернулся на правый бок и через минуту уже храпел. Не у всех есть такая способность моментально засыпа́ть. Хотя, может Улей подарил? Но это в порядке шутки. Ракшас же ещё некоторое время размышлял, прокручивая события по-всякому, но вскоре беспокойный сон сморил и его.
Человеческий мозг так устроен, что перерабатывает информацию постоянно. И в период бодрствования и во время ночного отдыха. И во сне его работа даже более продуктивна. Есть и такая версия. Можно таблицу Менделеева привести как пример. Лишних раздражителей нет, поэтому нервным клеткам ничего не мешает осмысливать информацию, полученную накануне. Предполагается, что сны – результат этого процесса. И чем ярче эмоциональная окраска пережитых событий, тем красочнее и реалистичнее становятся ночные виде́ния.
Сон Ракшаса был крайне правдоподобен.
Его затянуло в чёрную воронку и перебросило в другое место. Мгновенно. Перемещение сопровождалось звуком, с каким вода уходит в сифон слива. Не то всплеск, не то всхлюп. Ракшас висел в воздухе, обдуваемый ветром, и осматривался вокруг. Под ногами виднелись опоры автомобильного моста. Паутина мощных тросов, подсвеченная фонарями. Редкие по случаю ночного времени машины добавляли красных оттенков габаритными огнями. Это место Ракшас узнал. Кировский мост, Самара. Именно отсюда началось его пребывание в Улье, будь он трижды неладен. Вдруг скулы непроизвольно свело, рот наполнился обильной слюной. Дохнуло едкой кислятиной. Этот запах ни с чем не перепутаешь. Жёлтый туман, предвещающий скорую перезагрузку. Рейдер успел заметить мелькающие в мутном мареве тени, и его тут же втянуло обратно.
Минута прошла в безмолвном спокойствии абсолютной темноты. И снова всплеск. Очередная воронка и новое место. Тут Ракшас задержался подольше. Влиять на время пребывания не было возможности – сон же, оставалась лишь роль стороннего наблюдателя.
Он сначала чуть не оглох от гула турбин взлетающего аэробуса, проскочившего мимо в считанных метрах. Внизу причудливой крестовиной раскинулся современный аэродромный комплекс. Самолёты уткнулись носами в терминалы, словно детёныши, приникшие к соскам кормящей матери. Плавное движение по дуге сменило точку обзора. Стали видны объёмные буквы на фасаде центрального здания. Москва – Шереметьево. На взлётной полосе полыхали обломки. Две крылатые машины столкнулись, торопясь оторваться от земли. Пронзительные крики доносились до слуха Ракшаса, как сквозь ватные тампоны. Территория аэропорта была полностью охвачена суматошным движением людей. Они бежали, не разбирая дороги в тщетной попытке спасти свои жизни. Но спасения не было нигде. И быть не могло. На охоту вышли развитые заражённые. Элита. Потрясённый Ракшас смотрел, не отводя глаз, настолько его шокировало происходящее.
Огромный монстр догнал разгоняющийся на рулёжной дорожке «Боинг-747», запрыгнул на крыло и вырвал кусок обшивки фюзеляжа. Несколько секунд и чудовище уже внутри салона. Что там произошло дальше, можно себе представить. «Боинг» взвыл напоследок двигателями, а затем притих и покатился по аэродромному покрытию, забирая в сторону.
Стая, возглавляемая элитником чудовищных размеров, преследовала обезумевшую от страха толпу. Даже не преследовала, скорее загоняла. Преследование всё-таки подразумевает возможность жертвы убежать от хищника. В этом случае не было ни единого шанса. Обычный человек не может конкурировать с перерождёнными обитателями Улья ни в силе, ни в скорости, ни в быстроте реакции. Так охотятся дельфины, сбивая рыбный косяк в плотную кучу, чтобы потом не размениваться по мелочам. Хищники рассыпались полумесяцем, окружая добычу. Дуга сомкнулась в круг, и началось избиение.
Один момент отпечатался в мозгу калёным тавром. Матёрый рубер подмял под себя целую группу людей и тут же принялся жрать. Как свинья у кормушки, неряшливо и жадно. Вдруг контуры массивной туши исказила непроизвольная судорога. Плечи раздались вширь, увеличиваясь в размерах, вдоль хребта полезли костяные шипы. Пластины роговой брони пришли в движение, выстраиваясь в новый рисунок. Монстр перешёл на следующую ступень развития.
Точка быстрого питания. Фастфуд для заражённых. Ассоциация ужасная, но других найти не получилось. Через Шереметьево за день проходит почти сто пятьдесят тысяч народу. И это только пассажиров, а ещё персонал, аэродромная обслуга, охрана, встречающие и провожающие, таксисты, в конце концов. Есть на чём раскормиться элите. На этой мысли рейдера засосало в темноту.
И вновь ненадолго. Очередной всплеск и новое место.
На языке сразу появился знакомый кислый привкус. Не очень заметный, почти на грани восприятия. Перезагрузка уже произошла, и жёлтый туман практически рассосался, остались лишь следы. Высотки мегаполиса сливались в абстрактную композицию, заполоняя всё поле зрения. То тут, то там на улицах занималась беспорядочная стрельба. Местами ночную темень разгоняли сине-красные сполохи полицейских спецсигналов. На разные голоса верещали сирены спасательных служб. Далеко, но слышно было отчётливо. Удивительно, но многие окна горели электрическим светом. Наверное, пока ещё работали аварийные генераторы.
Что это за город, Ракшас понять не смог. Скорее всего, что-то американское, судя по общей архитектуре, но это неточно. Да и неважно, если честно. Рейдер повернул голову вправо. В сотне метров от него пылала автозаправочная станция. Клубы пламени облизывали ночное небо, разгоняя ночь далеко вокруг. Видно было не хуже, чем днём. Два седана, брошенные на дороге с открытыми дверями, фирменный фургон ночной доставки, стоя́щий у крайней колонки и силуэты заражённых. Они передвигались по внешней границе освещённого круга, и их было много. Очень много. Столько, что Ракшас себе и представить раньше не мог.
Плавные, ленивые движения сытых хищников. Низших форм развития тут не было и в помине. От топтуна и выше, до красной части классификационной шкалы. В эту толпу, похоже, собрался не один десяток стай. Периодически в плотном скоплении разгорались свары, но они быстро утихали под громогласным урчанием какой-нибудь исполинской твари. Детали рейдер рассмотреть не смог. Его снова втянуло в чёрную воронку.
Такое метание начинало уже надоедать. Ракшас настолько задолбался прыгать с места на место, что ему даже во сне захотелось прилечь и отдохнуть. Но нет, снова звук сливающейся воды и следующая локация.
На этот раз его выкинуло над широкой рекой. Вдруг, неизвестно по какой причине, процесс засбоил. Ощущение полёта пропало, Ракшаса потащило в сторону, периодически окуная в воду по пояс, и швырнуло на берег. Если точнее, то на набережную, как раз на широкую лестницу, спускающуюся к водной глади. Рейдер здорово треснулся коленом об угол ступени и зашипел от боли. Мы так не договаривались.
Намокшая ткань камуфляжных брюк противно липла к ногам. Когда Ракшас захромал вверх по пролёту, в сапогах хлюпало. Короткий взгляд вокруг помог понять, где он оказался. Каменные львы, мосты и белые ночи. Такое сочетание трудно найти в каком-то месте, кроме Питера. Ошибиться был сложно.
И в самом деле, Ракшас очутился на Петровской набережной. Троицкий мост перешагивал Неву широкими арками. Линейный трёхпалубный фрегат царапал высокими мачтами серое небо. Череда причудливо изогнутых фонарей убегала вдоль дороги к Адмиралтейству. Легендарный шпиль этого сооружения виден издалека. Особенная, непередаваемая атмосфера. Казалось, что даже местные заражённые не потеряли чувства собственного достоинства. А их здесь было немало. Правда, в основном представители зелёной и начала жёлтой шкалы, но и эти могут задавить количеством, если поставят перед собой такую задачу. Вот, кстати, один из них решил проявить себя.
Пока Ракшас обозревал окружающие красоты, а здесь было чем полюбоваться, один из заражённых решил выбрать его объектом охоты. Бегун прервал прогулку по набережной, ускорился и атаковал человека. Что примечательно – он не урчал. Наверное, хотел, чтобы ему больше досталось. Справиться с одним бегуном Ракшас смог бы и в бытность Сергеем, так его звали в прошлой жизни. Хватило бы и здоровья, и силы, и навыков. А уж теперь-то и подавно. Заметив боковым зрением приближающееся движение, рейдер машинально выкинул руку в сторону опасности и ухватил заражённого за шею. Бегун дёрнулся, пытаясь дотянуться до горла выбранной не по размерам добычи, но у него получалось лишь цепляться за плотный материал форменной куртки. Он даже до воротника не доставал. Не в этот раз, приятель. Руки коротки. Ракшас продолжал стискивать пальцы, и бегун трепыхался всё тише и тише.
Хотелось бы закончить на сегодня. Достаточно приключений для ночных грёз. Особенно учитывая их неправдоподобную реалистичность. Лучше что-нибудь эротическое показывали, с удовольствием посмотрел бы.
Рейдер шлёпнулся вниз с высоты полутора метров, прямо на пятую точку, и очнулся. Хлипкая лежанка сложилась от сильного удара. По глазам противно резанул свет электрического фонаря. Парень закрылся ладонью, яркий луч тут же переместился чуть правее.
– Что это было? – послышался из темноты хриплый голос Халка.
Гигант сидел на полу, вжавшись спиной в пустой угол сеновала. Одна рука сжимала фонарь, другая вцепилась в рукоять штурмового автомата. Палец застыл на спусковом крючке. Вид у него был очумевший и немного испуганный. Чтобы на этого здоровяка такой жути нагнать, надо очень постараться.
– А что случилось? – не понял вопроса Ракшас.
– Ты на себя посмотри, – Халк, не опуская автомата, посветил фонарём.
Ракшас послушно проследил глазами за пятном света. Понимание того, что с ним не так, было из категории ошеломляющих. Он вдруг осознал, что сидит на сломанной раскладушке в мокрых штанах и сжимает в руке горло заражённого.
– Тьфу, пакость, – Ракшас свернул бегуну голову набок и вытолкнул труп в открытые ворота. – Получается, это не сон?
– Угу, – последовал ответ, прозвучавший в ночной тишине так, словно филин ухнул.
Халка вроде стало отпускать, по крайней мере ствол автомата опустился вниз. Пока Ракшас переодевался в сухое, его товарищ немного торопливо делился пережитыми впечатлениями. Сказывалось давешнее волнение.
– Ты то появишься, то снова пропадёшь. А мне что прикажешь думать? Я тебя даже разбудить не успевал. Только сунусь, бах, тебя опять нет. И ещё звук этот, – Халк пощёлкал пальцами, подбирая подходящее определение, – как будто вода журчит. Трындец, страху натерпелся.
Заснуть уже всё равно не получится. Да и рассветёт скоро. Решили скоротать время за чаем. Пока вода кипятилась, Ракшас рассказывал, где был и что видел. Халк внимательно слушал, между делом доставая галеты и упаковки джема из начатого вчера сухпайка. Интересная информация, особенно учитывая, что это не приснилось. Знать бы ещё, как ею распорядиться.
Глава 6
Утро началось с ответов на вопросы. Халк и Ракшас ещё чаёвничали, когда улице сперва громко выматерились, а потом внутрь сеновала ввалился удивлённый Бекон. Удивлённый – это мягко сказано. Немного погодя подтянулся и Монгол. Капитан вошёл молча, с крайне сосредоточенным видом, готовый к возможным неприятностям. Автомат у плеча изготовлен для моментального открытия огня. У кадровых военных свои фишки. На улице забегали, доносились возбуждённые голоса.
– Не могу не поинтересоваться, – бас вожака «Ангелов» гудел иерихонской трубой, – что лежит на улице, и как оно сюда попало?
Монгол продолжал обшаривать помещение цепким взглядом, но было видно, что ему тоже интересно. Халк хмыкнул, отхлебнул горячего чаю из уже третьей по счёту кружки и кивнул, показывая на Ракшаса. Мол, моё дело сторона, виновник торжества вон сидит, с него и спрос. Эта пантомима многое объясняла, по крайней мере тем, кому довелось участвовать в событиях последних дней. Ракшас пожал плечами и попытался как можно короче описать суть своих ночных приключений. Коротко не получилось, хотя изложение событий заняло не больше пяти минут.
Бекон внимательно выслушал, а когда рейдер замолчал, начал его расспрашивать, уточняя детали. Капитан, окончательно убедившись в отсутствии угрозы, немного расслабился и присоединился к дискуссии. Вопросы сыпались с двух сторон нескончаемым потоком. Форменный перекрёстный допрос, без применения физического воздействия. Ракшас отдувался как школьник на экзамене, но вскоре все эти дебаты довели его до белого каления. Монгол и Бекон в очередной раз спросили что-то в один голос, и Ракшас не выдержал.
– Не знаю я! – парень уже почти кричал. – Не знаю!
На самом деле произнесённая им фраза была гораздо длиннее, цветистее и несла глубокую экспрессивную окраску. Вот только слова, которые он для неё подобрал, не приветствуются в печатной форме. Цензура не всегда пропускает. Но смысл был тот самый. Ракшас и правда, не знал причины, а тем более, механизм работы его ночных перемещений. Самому бы кто объяснил. Ему совсем не улыбается проводить ночи, прыгая по незнакомым кластерам, кишащими смертоносными монстрами. Уж поверьте.
– Нужен знахарь, – капитан был по-военному лаконичен, – без него с Дарами не разобраться.
– Так где его взять сейчас? – подал голос Халк. – Ближайший в Перевалке, а туда мы не поедем. Это ещё вчера решили.
Создавалось такое впечатление, что жемчужина продолжала жить своей жизнью, хотя уже давно растворилась в крови и разошлась по клеточкам организма, пропитывая их своей мощью. И человеческое тело приняло эту силу, хоть и не научилось пока ей управлять. Приходилось принимать роль безвольной марионетки, а что ещё оставалось делать. Нужно было смириться. Хорошо хоть ситуация временная, и рано или поздно всё встанет на свои места. По крайней мере, Ракшас на это очень надеялся.
– Да, дела, – протянул Бекон, задумавшись о чём-то своём. – Значит, говоришь, в четырёх местах был? И в каждом мегаполис на разных стадиях недавней перезагрузки. Четыре. За одну ночь. И заражённые толпами. Ох, быть беде.
Задумчивый и обеспокоенный громила вместо брутального и самоуверенного типа. Такое зрелище надо видеть. Иначе трудно будет поверить, что это вообще возможно. Если Бекон загрузился по самые брови, то дела грядут небывалые. Неважно, что никакой конкретики нет, и всё пока лишь на уровне догадок и ощущений. Так, тревожная музыка в фильме ужасов. Нагнетание саспенса. Но пробрало до дрожи в коленках.
– Может, уже решим, что дальше делать будем? – неожиданно робким голосом молвил Халк.
Его несмелые слова вернули всех на грешную землю, отвлекая от грустных перспектив. Решение проблем по мере их возникновения – принцип местных реалий. Мужики встряхнулись, переводя первоначальный формат беседы в импровизированное заседание штаба. Пока Монгол разворачивал свою карту прямо на раскладушке, Бекон успел накрутить хвосты всем. И «Ангелам», и военным, и вновь прибывшим. Никто не остался без дела.
Один Мямля был молодцом. Он с утра сидел на раскладном стуле перед домом и бдел. Сразу заступил на пост, как только закончил с утренним моционом. И это правильно. Привычные занятия и отсутствие праздного времяпрепровождения помогают справляться с нервными потрясениями. Рядом неразлучной тенью маячил Пузо. Только поэтому ему не досталось на орехи. И не то, чтобы все пребывали в состоянии лени и ничегонеделанья, вовсе нет. Но для профилактики не повредит.
– Ещё раз проговорим. Ты, капитан, не передумал к своим ехать? – Бекон дождался отрицательного жеста от Монгола, повернулся к парням. – А вы решили, куда отправитесь?
– Да нам как-то всё равно, – пожал плечами Ракшас и глянул на Халка. Тот согласно кивнул. – Туда, где потише и поспокойней, хотя бы на пару месяцев. С Даром разобраться по-тихому, оклематься от всего этого. А там видно будет.
– Эх, тебя бы к институтским спецам определить, – вставил свои три копейки Монгол. – Они мигом разберутся.
– Институтские спецы твои из парня подопытную обезьяну сделают, – Бекон был категоричен, как всегда, – и жить он будет в комнате без окон за закрытыми снаружи дверями. До тех пор, пока из него все соки не выжмут на анализы. Спецы… – Бекон презрительно сплюнул под колёса БРДМ. С ним никто и спорить не стал. В силу отсутствия альтернативной точки зрения.
– Короче, так, парни, – вожак «Ангелов» рубанул воздух рукой. – Я здесь живу столько лет, сколько вы вместе взятые не наберёте. А Улей, это, знаете ли, не просто место жительства. Улей – это…
Бекон покрутил толстой пятернёй в воздухе с крайне глубокомысленным видом. А он умеет удивлять, этот огромный бородатый байкер. Вот чего-чего, а подобных откровений от него никто не ожидал. Тем более с мистическим уклоном.
– Ты сейчас это к чему? – Ракшас сумел отойти от удивления первым.
– Давай-ка меня не перебивай, а слушай. Я всё скажу, дай только с мыслями собраться, – Бекон погрозил рейдеру пальцем. – В общем, ты, Ракшас, сейчас не обычный иммунный, бездарно коптящий небо Стикса. Ты теперь являешься важной и неотъемлемой частью Улья. Объяснить почему? Нет? Вот и хорошо. И я, на правах старожила, чувствую за тебя ответственность. Не перед тобой и даже не перед собой. Перед ним.
Палец байкера снова уставился в крышу сеновала и описал полукруг. Бекон ещё и воровато оглянулся при этом. Полный эффект присутствия вышних сил. Даже у Монгола от такого брови наверх полезли.
– Поэтому решаем так, – «Ангел» закончил нагонять сверхъестественной жути и вернулся к своему обычному состоянию. – Я доведу вас до нормального стаба. Думаю, Семиреченск подойдёт, и помогу устроиться. А сами вы можете и не добраться. Потому что ты тут без году неделя, а ты, здоровяк, от него недалеко ушёл. Капитан, давай диспозицию.
– Вот мы, вот Перевалок, – Монгол успел сориентироваться в процессе Беконовых излияний, – вот этой дорогой можно уехать в сторону Семиреченска.
Отчётливая линия, оставшаяся на бумаге от ногтя указательного пальца, пересекла отметку небольшого населённого пункта. Учитывая масштаб, километрах в трёхстах от схрона «Ангелов тёмного солнца». Если третьей точкой принять Перевалок и соединить их воображаемыми линиями, то получится практически равносторонний треугольник. Причём Перевалок будет располагаться на условной границе преддверия Пекла, а схрон и неизвестный посёлок будут равноудалены от него. С некоторыми допущениями, но сейчас не урок геометрии в средней школе. Отклонения возможны, двойку за приблизительные ответы не поставят.
– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Бекон. – А это что?
– Это? Колхоз «Заветы Ильича», – Монгол поднял глаза и упёрся в недоумевающие взгляды. – Я не шучу. Именно такое название. Это стаб небольшой. Там своеобразные люди осели. У них там что-то типа коммуны, или общины староверской. С уклоном в социалистическую идеологию. Практически натуральным хозяйством живут. Поля сеют, скотину держат. Огороды, куры, утки. Странный народ, как по мне.
– Во, как раз подходит, – обрадовался байкер, обращаясь к капитану, у него созрел план. – Смотри, Ворот с новичками берут УАЗик и везут тебя в Перевалок, раз уж по-другому нельзя. Мы с парнями едем в колхоз, дожидаемся Ворота, а потом двигаем в Семиреченск и там занимаемся своими делами. Приблизительно так.
– Нет возражений, – капитан всегда быстро принимал решения.
– Годится, – в один голос отозвались Халк и Ракшас.
– Вот и ладно, – резюмировал заседание штаба Бекон, а потом гаркнул во всю мощь своего голоса. – Ворот, Голый!
Призываемые «Ангелы» явились незамедлительно, как двое из ларца. С поправкой на окружающую действительность. Оружие, разгрузки с запасными магазинами, полные поясные сумки, фляги с водой и живцом. Парни времени зря не теряли. Они уже и на байкеров-то похожи не были. Скорее на солдат элитного подразделения перед специальной операцией. Хотя кожаные безрукавки никуда не делись. Чёрт! Да они отсюда и пешком смогут выбраться, создавалось такое впечатление от их крутого вида.
– Ворот, смотри – Бекон потянул его за рукав, чтобы тот подошёл ближе к карте. – Ты должен доставить Монгола и его ребят в Перевалок и вернуться в этот стаб. Мы тебя там будем ждать.
Палец Бекона возил по бумаге, повторяя недавние манипуляции Монгола, рейдер внимательно слушал своего лидера. Главный «Ангел» дождался понимания в глазах бойца и продолжил.
– Поедете на УАЗе, подопечных возьмёшь с собой. Заодно и посмотришь, что они из себя представляют. Дорога может многое выявить, особенно дальняя. А выводами потом со мной поделишься. Уяснил?
Ворот чуть подумал, пару раз склонился над картой, что-то для себя уточняя, после чего утвердительно кивнул.
– Хорошо. Теперь ты, Голый, – подошла очередь получать задачи второму «Ангелу». – Проверяешь готовность. Чтобы всё, что нужно у всех было. Боекомплект, горючее, еда, вода. Тебе объяснять не надо. Выгоняешь транспорт на дорогу, потом приводишь здесь всё в порядок, как раньше. Ты, я, Мямля и Пузо едем с парнями. Халк, присоединишься?
– Конечно, – другого ответа от него и не ждали.
– Мои бойцы помогут, – моментально отреагировал Монгол и тут же отдал команду, выглянув из сеновала: – Лейтенант, поступаете в распоряжение Голого.
Всё, что могли, придумали, осталось эти придумки воплотить в жизнь. И очень хочется, чтобы удачно. А удача, как известно, любит подготовленных. В Улье выживали лишь те, кто это понимал. Поэтому подготовительная суета является неотъемлемой частью любого начинания. Будь то глубокий рейд в Пекло или переезд в соседний стаб под охраной тяжёлой техники. Подготовка нужна всегда. Ракшаса ещё дед учил: едешь на день, готовься на неделю. Наука немного для других условий, но здесь она приобретает глубокий смысл. Недодумаешь что-нибудь или забудешь – результат может получиться самый печальный.
Бекон не мелочился, не в его привычках было искать мелкую выгоду и считать каждый патрон. Уж чего-чего, а этого добра у «Ангелов» хватало с избытком. Байкеры сюда целый «Камаз» завезли, когда базу подскока организовывали. Стволы на любой вкус и для решения самых разнообразных задач. Про амуницию и боезапас тоже не забыли.
Институтский лейтенант проверял у каждого снаряжение, Голый заведовал раздачей, Веник был у него на посылках. Боекомплект пополнили до стандартного – четыреста пятьдесят патронов на автомат. Четырнадцать одинаковых рюкзаков с рационами, запасом воды и сменой белья стояли в ряд. В этом случае решили не соображать, у кого чего не хватает. Немного помудрили с размерами одежды, подбирая нужные, и всё. Лишним в любом случае не будет.
Пистолеты в противоборстве с заражёнными не катят. В случае столкновения с матёрым монстром из него только и можно, что застрелиться. Но и среди людей не все белые и пушистые. Вероятность угрозы от иммунных иной раз посильнее будет. Поэтому личное оружие выдали всем, у кого не было. Классический пистолет Макарова и по три снаряжённые обоймы. Если дело дойдёт до применения такого оружия, то больше и не понадобится.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
