– Лиза, что ты творишь? – взвился муж.
Ого! Да он боится, что ли, что сын узнает правду? Не уверен, что поймёт?
– Пааап, это правда? – Сашка смотрел на отца. И по его осуждающему взгляду, устремлённому на отца, я поняла, что мой такой замечательный, такой умный мальчик, мой сын, на моей стороне.
Муж нервно встал и отошёл к окну. И, уже глядя в окно, произнёс:
– Устроила здесь водевиль.
Да что ж он так к водевилю то привязался?
– Нет, Артур, водевиль здесь ты устраиваешь. И вчера, и сегодня.
– Дааа, бать, ну ты дааал, – протянул сын и, встав из-за стола, убрал посуду в посудомойку и ушел в свою комнату.
Говорить больше не хотелось. Я развернулась и тоже вышла из кухни, направившись в ванную, пора было собираться на работу. Уже в ванной я вспомнила, что даже не позвонила вчера Наташке, чтобы узнать, как она? Что там у неё такого случилось, что даже меня от родителей на день раньше вытащила.
Вторым сюрпризом сегодняшнего утра стали слова подруги о том, что она здорова, и что её не надо подменять.
– Лиз, давай в обед в нашей кафешке встретимся, и я тебе всё объясню. Всё, не могу больше говорить! Увидимся!
– Хорошо, Наташ, давай в обед в нашей кафешке, – машинально повторила я.
– Мам, я убежал! До вечера!
Услышала я голос сына из прихожей и за сыном хлопнула входная дверь.
– Лиза, ну ты, наконец, готова поговорить? – муж стоял в дверях нашей спальни и слышал мой разговор с подругой.
– О чём, Артур, ты хочешь поговорить? О нас?
– Да, о нас. Ты ведь не будешь отрицать, что у нас кризис в отношениях?
– Отрицать не буду, – согласилась я и прошла в гардероб.
Артур, видно, не ожидал, что я соглашусь с ним, а потому вдруг замолчал. Видать, сбой у мужа случился в запланированном разговоре.
– Лиз, ну прости дурака. Я не знаю, что на меня нашло! – муж подошёл и попытался обнять меня.
К такому тесному контакту я была совсем не готова, а потому резко повернулась к нему и, протестуя, выставила руку. Оказаться в объятиях этого человека, которому я доверяла, как самой себе, и в порядочности которого была уверена, я была не готова. Вот точно не сейчас!
– Артур, шёл бы ты на работу, – еле ворочая языком, проговорила я.
У меня было ощущение, что из меня выдавили весь воздух. Странно, но вчера я такого не испытывала. Мозг только сейчас усвоил информацию? Слова давались с трудом. Сейчас во мне говорила обида на мужа и на его поступок. Мужчина, с которым прожита половина жизни, предал меня. Говорить и даже стоять рядом с ним я не могла. Находиться в относительно небольшом помещении гардероба рядом с мужем мне было физически тяжело. Я никогда не страдала клаустрофобией, а тут, вдруг, я поняла, что мне нечем дышать. Мне захотелось отойти от него как можно дальше, и я вышла из гардероба. Муж же, видя, что сегодня я его вещи не собираю и не складываю в чемодан, расценил это по-своему, воспрял духом, а потому, добавив к голосу умоляющих ноток, произнёс:
– Обещай, что спокойно всё обдумаешь. Хорошо? Я знаю, что виноват перед тобой! Но обещай, что мы вечером поговорим.
– Хорошо, вечером поговорим, – выдохнула я в ответ, лишь бы только он уже отошел от меня, а ещё лучше, ушел из квартиры.
Ответом мне послужила его улыбка. Вот, поди ж ты, улыбается! А когда он просто так мне улыбался? Или смеялся над моими шутками низким интимным смехом? Ведь Артур тоже так умел – это я точно помнила! Когда мы вообще с мужем последний раз просто болтали? Не обсуждали мои или его проблемы, а именно просто так, о кино, о книге, да хоть о том же водевиле, чтоб его? Когда мы с ним последний раз куда-то выходили?
Муж ушёл, а я устало уселась на диван. Мы поженились, когда нам было по двадцать. Через три месяца я забеременела и первую годовщину свадьбы встречала в роддоме, родив накануне Сашку. Тогда мы казались себе жутко взрослыми! Наш сын сейчас старше нас, тогдашних, на три года, а ведь я до сих пор его ещё как ребёнка воспринимаю.
– Вылитый АлександЕр, – сказал мой муж, увидев сына в роддоме.
Мы были молоды и счастливы. Любое море казалось нам по колено. Ну, ещё бы нам так не казалось! Во-первых, жили мы именно с моими родителями, позволяли квадратные метры, а во-вторых, именно мои родители помогали нянчить Сашку. Свекровь со свекром видели внука раз в месяц. Им самим растить их сына, а ныне моего мужа, никто не помогал, поэтому они искренне считали, что раз справились они, то и мы должны справиться. К слову, их квадратные метры были даже больше, они жили за городом в большом и современном доме. Свекор всю свою жизнь работал на руководящих постах и с развалом страны очень удачно пристроился, ничего не потеряв в доходах. Но помним пункт о том, что мы должны сами справляться, да?
Мы и справлялись. Благодаря моим родителям, которые, помогая нянчить Сашку, в нашу семью с Артуром со своими советами не влезали. В отличии, кстати, всё от той же свекрови. Ева Арнольдовна, видя внука раз в месяц сначала по два часа, потом, когда сын подрос, по три часа, таковы были интервалы между сном сына, умудрялась раскритиковать нас с мужем полностью. А заодно и моих родителей.
К бабушке и дедушке со стороны папы Сашка, вполне ожидаемо, теплых чувств не питал, хоть и жили мы с ними в одном городе. Он всегда с радостью общался с моими родителями и по телефону, и по интернету, всячески увиливая от общения с родителями мужа. С не меньшей радостью Сашка ездил в гости к моим родителям даже уже будучи подростком. Никому ведь не надо говорить, что это значит, нет? Вы лично много знаете подростков, которые с удовольствием общаются со своими бабушкой и дедушкой? Мой отец был с внуком строг, но всегда по делу. Общались они всегда только на немецком языке. Дедушка таким образом проверял знания внука. А ещё он водил внука по всем выставкам и премьерам, когда мы приезжали в Берлин. Они с мамой удивительным образом попали в первую волну возвращенцев на свою историческую Родину, а потому могли себе позволить купить билеты на самолет для нас с сыном, ориентируясь на интересные выставки. Ну, и скучали они, конечно, чего уж там!
Именно благодаря помощи моих родителей я и смогла выйти на работу, как только сыну исполнился год. А потом, когда Сашке стукнуло три года, мои родители уехали на свою историческую Родину. Поехали на полное обеспечение, оставив свою квартиру нам.
Звонок телефона отвлек меня от воспоминаний. Номер был незнакомым.
– Слушаю!
– Это Елизавета Герман?
– Да. А с кем я говорю?
– Это доставка цветов. Скажите, наш курьер может подъехать к Вам через двадцать минут?
– Да, может.
Доставка цветов?? Ого!
Молодец, Артур, понимает, как меня надо простимулировать, чтоб я лучше думала над желанием простить его.
Букет был из белых калл. С чего вдруг каллы? Что за намеки? Что такая же холодная и неприступная? А вот и открыточка имеется.
– Надо же, как неожиданно! "Ты лучшая!" Сравнил и только тогда и понял, так что ли, Артур? Ладно, уж, прогнуться хотел мужик, так ведь нет, опять не угодил! – бубнила я сама с собой, ставя букет в гостиной. Прислонила открытку к вазе, отошла на шаг, полюбовалась букетом, – шикарен, нечего сказать! Если бы ещё не в качестве примирения был этот шикарный букет – вообще бы цены ему не было! Хотя, да, шикарен!
Я решила набрать мужа, поблагодарить. Цветы муж, конечно, дарил. Но вот так, с курьером, не присылал ни разу. Должна сказать – это приятно. Трубку муж не снял, впрочем, для него это нормально, освободится – перезвонит. И тут я вспомнила, что Артур что-то мне говорил о том, что к нему должен был приехать какой-то особо ценный производитель техники из Германии. Откуда же ещё, как не оттуда? И кажется именно на этой неделе. Вот, должно быть с этим самым особо ценным немцем муж сейчас и общается. Мужик весь в работе, а тут я со своей благодарностью!
С отъездом моих родителей как-то всё закрутилось. Работа, детский сад, школа, работа. Совместно проведённое время всей семьей – только в отпуске и по праздникам. А наедине с мужем и вовсе урывками. Когда последний раз мы куда-нибудь ходили вместе? Я попыталась вспомнить и поняла, что уже давно. Нереально давно. Секс превратился в рутину и по-быстрому, как у кроликов. Именно по скорости, а не по частоте самого занятия. А потом, как-то уже и желание отпало. Короче, получалось у нас с мужем, как в том анекдоте:
– Что вы больше любите: заниматься сексом или Новый год?
– Новый год.
– Почему?
– Он у меня чаще.
Вот у меня Новый год точно был чаще…
– М-дааа, а желание то отпало, похоже, только у меня, – грустно усмехнулась я сама себе, вспомнив аппетитную фигурку секретарши мужа.
Высокая грудь, явно больше моей, упругая выпирающая попка. Мой халатик на ней запахивался с трудом, только привлекая тем самым внимание к её харизме спереди в районе груди и интеллекту сзади, пониже талии. Ниночка же эта совсем ещё молоденькая! Выглядит ровесницей нашего сына.
Я, конечно, тоже ещё очень неплохо выгляжу для своих лет, но в данном случае ключевые слова "для своих лет". Да и нет у меня таких округлых форм ни сзади, ни спереди.
И ведь я понимала эту Ниночку! Артур был приятным мужчиной. Фигура ещё не поплыла. Лысина тоже ещё не намечалась, только седина на висках появилась, придав мужу шарма.
У мужа своя фирма. Он занимается продажей бытовой техники. Микроволновки, плиты, духовки, вытяжки, раковины, стиральные машины и много чего ещё. Немецкое качество от производителей. Всё, что можно встроить на кухне или в ванной комнате – это всё и собрано в одном месте. Фирма – его гордость, его детище. Со многими производителями из Германии он знаком лично, почти все они уже побывали в нашей стране. С теми, кто побывал, даже я знакома. Ужины после плодотворного рабочего дня, желательно в ресторане с русской кухней, нравятся всем. Языкового барьера у нас не возникает, муж тоже свободно владеет немецким языком.
Последние десять лет он очень хорошо зарабатывает. Мои доходы тоже не маленькие, но всё равно, значительно ниже, чем у мужа, да и сын, хоть и учиться, но начал уже свои деньги зарабатывать. Того и гляди девушку приведет знакомиться. Что-то уж слишком часто он стал пропадать якобы с друзьями. Нет, друзья у сына, конечно, были, но после встреч с друзьями его вещи не пахли хорошими духами. А духи у девушки были явно из дорогих, раз уж так долго держались на одежде моего сына.
Я огляделась – квартира у нас, конечно, большая и уже перепланированная под наш вкус, но почему-то мне кажется, что молодые жить с нами не будут. Одной мне она такая большая не нужна, значит, надо будет продавать. А вот квартиру то, как раз было жалко. В ней прошла вся моя жизнь.
Я вздохнула – в измене мужа есть и моя вина: ушла с головой в работу, не уделяла мужу должного внимания, желание близости притупилось. То он уставал, то я не хотела. Очень редко бывает, когда виноват только кто-то один. Хотя, да, и так бывает… Но, как говорится, это не про нас с мужем. Как бы это парадоксально сейчас не звучало, но да, была и моя вина в измене мужа.
Эх! Простить, что ли, мужа? Виноваты то, выходит, оба. Да и столько лет вместе прожито, столько всего вместе пережито.
Глянув на часы, я поняла, что пора собираться на встречу с подругой. Опаздывать я не любила, а в городе к обеду начинали собираться пробки.
Глава 4
В наше любимое кафе я приехала раньше подруги. Кафе было рядом с одним из магазинов мужа. Решила, что до встречи с подругой зайду, вдруг они с тем особо ценным производителем из Германии уже закончили, и муж уже свободен. Этот магазин – любимое детище моего мужа. Он открыл его совсем недавно и очень им гордился. Да, самим магазином руководил управляющий, но муж, как глава всей фирмы, включающей в себя уже три магазина и большой склад, именно здесь оборудовал свой кабинет с секретаршей. Вспомнив Ниночку, я сникла. А потом решила:
– Да какого лешего? Он мой муж! Мой, а не этой самой Ниночки! Отдавать просто так своего мужа я не собиралась. А Ниночка молодая, красивая. Она ещё себе найдет состоятельного и приятного во всех отношениях мужчину!
Может, мне повезет, и я застану мужа в кабинете? И я решительно шагнула в магазин.
Я кивнула продавцу, прошла в конец зала и открыла дверь, ведущую в офис мужа. А, попав в его офис, я замерла: на столе перед Ниночкой стоял точно такой же букет! М-дааа, Артурчик, ну ты даешь… Как так можно то, вообще? Подарить одновременно одинаковые букеты и жене, и любовнице?
Глаз зацепился на открытку, торчащую в букете. Интересно, ей он тоже написал, что она лучшая? Я машинально подошла к букету и вытащила открытку. А нет, ей он написал "Прости!". Надо же. Логичнее было бы как раз мне эту открытку вложить, а Ниночке ту, со словами, что она лучшая. И тут до меня дошло: и букеты, и открытки были одинаковыми, а это значит, что курьер мог просто перепутать букеты! Я рассмеялась. Ниночка смотрела на меня, как на ненормальную. А я, отсмеявшись, произнесла:
– Знаешь, мне кажется, что курьер перепутал наши с тобой букеты. Мне сегодня такой же в точности принесли. Даже открытка такая же! Только в моей написано, что я лучшая. А тебе вот эта досталась!
Я вышла, не дождавшись от Ниночки ни слова. Да и что она должна была мне сказать? Предложить обменяться открытками?
Выбрав столик в углу, заказала сок, решив, что потом с Натальей вместе пообедаем. Подруга, правда, любит, когда называют её "Натали".
Натали была младше меня. В этом году ей стукнет сорок. Не замужем и не была. Последние два года озадачилась тем, чтоб родить, а потому была в активном поиске кандидатуры на роль донора. Натали – натура целеустремленная, а потому скоро, я уверена в этом, найдёт своего идеального мужчину на роль донора.
– Понимаешь, Лизавета, от первого встречного я уже не хочу рожать. Банк спермы тоже как то не по мне. Вот найду умного и красивого, как твой Артур и от него рожу себе сына, – шутила подруга – Артурчик, пойдёшь ко мне в доноры?
– Извини, но не пойду.
– Почему это? – Натали картинно поднимала брови.
– А я всё лучшее уже в Сашку влил. Так что, за качество не ручаюсь. А дочку ты не хочешь. Ведь не хочешь же?
– Нет, только сына!
Обычно эти разговоры происходили у нас дома, после выпитой бутылки вина. Я не ревновала, потому что знала, что Натали была не во вкусе моего мужа. Она была девушкой крупной, крепко сбитой, с большой грудью. Такой типаж ценился в прошлом веке в деревнях в крестьянских семьях. И это, кстати, так сам же Артур и говорил после ухода Натали.
– Вот тебя, Лиза, точно замуж в крестьянскую семью не взяли бы! Уж больно ты изящна для крестьянки. Ты, скорей уж, барышня. А вот Натали твоя замуж удачно бы вышла. Крепкая, сильная. Кровь с молоком – это вот как раз про неё. Ну и горящие избы, и скачущие кони – это тоже про неё. Вот, правда, называли бы её Наташка, а не Натали! – смеялся всегда муж – и кстати, вымя её меня не привлекает.
– Ой, да ладно, уж грудь то у Натали шикарная, признай! – заступалась я за подругу, – она же не виновата, что у неё такое телосложение.
– Вот, вот! Именно этим своим телосложением она меня и придавила бы! – хохотал муж.
Мне уже принесли сок, когда вдруг входящим сообщением пиликнул телефон.
Герман: "Добрый день, красавица! Он ведь у тебя добрый?"
Я: "Добрый день, граф! Надеюсь, что твой день добрее моего!"
Герман: "Хочешь, можем встретиться? Порыдаешь у меня на плече, а я буду держать тебя за руку и подавать носовые платки".
Я: "Звучит заманчиво, но извини, не могу".
Герман: " Почему?"
Я: " Потому что, когда я рыдаю, я не красивая: глаза опухают и нос картошкой становится. Да и не хочу портить твои шикарные вещи своей потекшей тушью. Так что, я уж лучше подруге сейчас всё прорыдаю. Но за предложенное плечо спасибо! Я буду иметь его ввиду, если, вдруг что"
Герман: " Ну, вот, испортила мне весь настрой! Я уж и платок носовой на плече разложил, и влажные салфетки приготовил!"
Я: "Собирай обратно свой платок. Тем более, что вот уже и подруга моя со своим платком пришла. Хорошего тебе вечера!"
Герман: "Спасибо, но ты знай, тебе стоит только позвать, и я прибегу со своим платком! И, кстати, если ты не занята вечером, может, встретимся? Всё будет чинно-благородно: меня тут в ресторан русской кухни приглашают. Ресторан называется "Тройка". Приглашают с дамой. Обещают, что будет вкусно и по высшему разряду. Я подумал, может, ты составишь компанию?"
Я: "Нет, извини. Боюсь, что у меня сейчас совсем не то настроение. Зачем же его ещё и тебе портить! А ресторан хороший, и да, там действительно вкусно кормят и да, там действительно всё по высшему разряду"
Герман: "Жаль. Придется одному идти и уже мне портить малознакомым людям вечер своим одиноким кислым видом. Но если ты передумаешь, то знай, я буду рад увидеться с тобой. Обещаю лишних вопросов не задавать и долгим ужином в компании малознакомых людей тебя не мучить!"
Прочитав последнее сообщение от Германа, я улыбнулась. Герман опять поднял мне настроение. Вот что с нами, женщинами, делает внимание мужчин. Особенно таких умных и привлекательных!
Такой вот улыбающейся меня и застала Натали. Герман, конечно, мне поднял настроение. Но желание узнать, зачем Натали меня вынудила менять дату возвращения, у меня не пропало.
– Привет, подруга! Я смотрю, ты в хорошем настроении, это замечательно. Значит, наш с тобой разговор пройдет легче! – Натали холодно и как-то даже отстраненно улыбнулась.
– Привет! Заинтриговала, что за разговор? И, если честно, то я тоже хотела с тобой поговорить.
– Позволь, я первая, хорошо? – Натали опустилась на стул напротив, – ты хочешь, наверное, узнать, зачем я тебя раньше времени вынудила приехать, оторвав от любимых родителей?
Натали никогда и раньше не бывала особо деликатной, но сегодняшний её настрой был очень уж воинственен.
– Да, хотелось бы услышать, – усмехнулась я.
– А я хотела, чтоб ты застала своего муженька в вашей с ним постели с другой женщиной.
Такого я не ожидала услышать. А Натали продолжала:
– И ты ведь их застала, верно?
На этот вопрос я решила не отвечать. Во-первых, это касается только нас с мужем, а во-вторых, сочувствия я как-то не услышала, а потому спросила:
– Тебе то это зачем надо было, Наташ?
Подруга поморщилась, услышав то, как я её назвала, но ответила:
– Я беременна. Срок почти четыре месяца уже, – Натали сверлила меня взглядом. Но новость у подруги была радостной, а потому у меня вырвалось:
– Серьёзно? Поздравляю! – я даже уже встала и собралась её обнять, но она вдруг остановила меня:
– Погоди радоваться, Лиза. Дослушай сначала. И лучше присядь, боюсь, тебе не очень понравится то, что я тебе сейчас скажу.
Я растерянно на неё уставилась. И Натали продолжила:
– Я беременна от твоего мужа.
– Что?
– Что слышала, – вдруг огрызнулась Натали.
Я потрясенно опустилась на стул. Натали продолжала на меня смотреть, а я только и смогла выдавить:
– Давно вы с ним спите?
– Почти год! – припечатала подруга.
– Ясно, – вырвалось у меня машинально.
Так, стоп! Вот ничего мне не ясно! Я сидела и смотрела на Натали, а в голове роились вопросы. Но задать их я не успела, подруга меня опередила.
Она сидела и монотонно говорила. Говорила и говорила, говорила и говорила. Да сколько можно то? Она решила мне всю их романтическую историю рассказать? Из всего сказанного подругой я поняла только то, что она вот ТАК, подстроив моё возвращение раньше времени, решила отомстить моему мужу за то, что он нашёл ей замену в лице своей секретарши Ниночки. Молодой и стройной девицы. Вариант, что она и сама переспала с моим мужем, её не смущал. Я сидела до того момента, пока у меня не сформировался вопрос: зачем я здесь сижу? Я встала из-за стола, видимо оборвав мысль подруги, потому что она вдруг замолчала и удивлённо уставилась на меня. Оглядев стол, кажется, ничего не забыла, я молча пошла к выходу.
– Лиза! – окликнула меня теперь уже бывшая подруга, – скажи хоть что-нибудь!
Интересно, что она хочет от меня услышать? Живите долго и счастливо, любимый, когда-то, муж, и любимая же, когда-то, подруга! Мне же не только говорить ничего ей не хотелось, но даже смотреть на неё я не могла в данный момент.
Всю дорогу домой у меня в голове крутилась фраза подруги о том, что они с моим мужем уже почти год вместе. По всему получалось, что встретились эти "два одиночества" после очередной нашей с мужем годовщины свадьбы. Мы тогда отметили в ресторане и продолжили у нас дома. Я пила только шампанское, от которого быстро пьянею, а муж с Натали пили коньяк. Подруга тогда осталась у нас на ночь. Сына дома не было, он свой День рождения укатил отмечать с друзьями, вот я Натали и постелила в комнате сына. Вот собственными руками и застелила им постель, дура. И спать раньше их ушла. Какая же ты, Лизавета, наивная дура!!
Это сейчас всё стало вставать на свои места. Подруга на следующее утро подозрительно бодрая и улыбчивая была. Сразу же утром домой укатила, даже кофе не выпила. Я же ещё ей и позавидовала:
– Везёт же некоторым! Похмельем не мучаешься.
– Да просто я хорошо тут у вас выспалась. У Сашки вашего очень удобная кровать, – хохотнула тогда подруга.
А я то всё за чистую монету принимала! Артур тогда тоже удивил, спал дольше меня и не слышал, как Натали утром ушла. Или это он только делал вид, что спит, чтоб с любовницей своей утром не встречаться? Выходит, что да, просто делал вид.
М-дааа, похоже, что с прощением мужа ты, Лиза, поторопилась…
Не надо оно ему. Ему сейчас развод нужнее! У него там скоро ещё один ребенок родится. Совет вам, Артур и Натали, да любовь!
Глава 5
Герман.
Конечно, она выделялась на фоне толпы. Стильно и со вкусом одета, а значит, всё-таки, русская. Немецким языком владеет свободно, говорит без акцента, но точно русская.
Немки так не одеваются. Гардероб продуман до мелочей, но без фанатизма. Видно, что осознает свой возраст, а потому ухаживает за собой. Слава Богу, живая мимика, значит, не залита этим ботоксом-шмотоксом, или чем там молодящиеся дамочки выравнивают свои морщины. Уже не девочка, но я и не заглядывался никогда на молодых. У меня у самого дочь, так зачем мне рядом ещё один ребёнок? То, как она спокойно и без лишних суетливых движений, выкладывала все звенящие вещи и снимала пиджак, говорило в пользу того, что она постоянно летает. Я ненавижу, когда стоящие передо мной пассажиры начинают суетиться перед металлоискателями. Бестолково, по несколько раз, открывают и закрывают чемоданы или сумки. Потом всё равно обязательно зазвенит рамка, потому что не все металлические вещи выложили. Они стоят, хлопают глазами и разводят руками в браслетах и часах, не понимая, что ещё может на них звенеть. Господи, дай мне терпения и сил вынести этот спектакль! А глядя на то, как она спокойно и без суеты, открывает свой чемодан, выкладывает прозрачную косметичку, спокойно же снимает и аккуратно складывает свой пиджак, я отдыхал глазами. И да, фигура у неё тоже загляденье, конечно. Не расплывшаяся, но и не сухарь, заморенный диетами, всё в меру и всё аппетитно.
В самолете ко мне подошла стюардесса с вопросом:
– Добрый день! Не возражаете, если рядом с вами будет сидеть дама? У нас инвалид на борту, а ему необходимо больше свободного места.
– Да, конечно.
Но я не ожидал, что этой дамой окажется она. Приятный бонус четырехчасового времяпрепровождения!
– Позвольте представиться: Герман. Герман Штерн.
Она почему-то рассмеялась. Ничего же смешного не было сказано. Флиртует что ли дамочка?
– Елизавета. Елизавета Герман!
Услышав её имя и фамилию, настала моя очередь рассмеяться. Даже дышать легче стало, когда стала понятна причина её веселья. Нет, я, конечно, не имел ничего против легкого флирта, но и смех без причины тоже не люблю. А оказалось, что причина, всё-таки была. Вот уж совпадение, так совпадение! Моё имя – это её фамилия.
Мне понравилось то, что она не стала скрывать, что замужем, и не стала выдумывать, что с мужем живёт плохо. Понравилось даже то, что честно сказала, что мне ничего не светит.
С Елизаветой легко и приятно было общаться. Отвык я, однако, с умными женщинами общаться. После того как моя жена бросила меня с нашей годовалой дочерью, укатив с моим же адвокатом, я больше не женился. Женщин в моей жизни хватало. Но вот желания с кем-то из них связать свою жизнь больше не возникало. Сначала, дочь была маленькой, а потом уже и мне не хотелось никого рядом. Мои родители приучили меня к идеальному порядку, к такому же я приучил свою дочь. А с появлением в моём доме женщины даже на одну ночь, бардак, казалось, возникал сам собой.
Вот почему, скажите на милость, я свою обувь ставлю аккуратно на полку для обуви? А все женщины, бывающие в моем доме, если и снимают сразу, увидев, что это делаю я, так обязательно оставят там, где сняли? Да, в моем доме все снимают обувь! Да, не по-европейски, но это мой дом и мои правила. А получив пару одноразовых тапочек, упакованных в целлофан, оставляют этот целлофан, там же в прихожей? Да, в моем доме есть прислуга, которая убирается, но можно ведь и спросить, куда выкинуть пакет, верно?
А волосы, которые ни одна не сняла с моей же расчёски? Хорошо, ну воспользовалась ты чужой расчёской после душа, но свои волосы же надо с неё снять. Разве нет? Или женщины так метят собой территорию?
А содержимое дамских сумочек? Я могу принять, что в маленькой дамской сумочке может храниться всё что угодно, от гвоздя до бриллианта. Но главное то, КАК там это хранится. Я не залезаю в дамские сумочки, нет. Достаточно обратить внимание на то, как долго дама ищет в сумочке зазвонивший телефон, зеркальце или помаду. Некоторые умудряются ещё и вывалить это всё на стол, чтобы найти то, что необходимо. О, да! Я всегда удивляюсь вместительности дамских сумочек. И не говорите мне после этого, что если у женщины в сумочке бардак, то в её доме идеальная чистота!
А эта женская привычка есть в машине, когда вы едете куда-то далеко? О! Это, пожалуй, самая отвратительная женская привычка! Я люблю белоснежные салоны в автомобилях. Обивка на дверцах и особенно кожа на сиденьях должна быть идеально белой! Имел я неосторожность пригласить одну даму в романтическую поездку на курорт в соседнем городе. Понятно, что поехали мы с ней вдвоем. Вот, правда, не доехали мы с ней до того курорта. А виной всему была её привычка есть шоколад в салоне автомобиля.
Шоколад в моем идеально белом салоне? Серьезно? На мое замечание убрать шоколад, она рассмеялась и отчего то решила, что я беспокоюсь за её фигуру.
– Я не толстею от сладкого! И вечером я тебе продемонстрирую, почему именно! – она игриво положила свою левую руку мне на ширинку и даже погладила там, наивно думая, что у меня там всё встанет от этого колом.
Не встало. Даже, наоборот, всё сжалось. Как и пропало желание ехать куда-то с этой дамой, которая не слышит и не понимает просьб ТАК не делать, когда я за рулем. И не есть шоколад в салоне автомобиля!
Пришлось разворачиваться на первой же развилке и везти её обратно. Она потом, в отместку, даже интервью давала о том, какой я педант и чистоплюй. Пропиарилась та дама знатно за мой счет, хотя и мне в копилку упало, чего уж там. Теперь я стал ещё загадочнее и таинственнее.
Ужин на борту самолета в компании Елизаветы меня удивил. Точнее, то, КАК она складывала упаковку. Точно так же, как и я. Вот уж точно, как минимум, нас двое таких сдвинутых на чистоте. Это я теперь точно знаю!
Да, Герман, докатился! Если кто-нибудь узнает, что женщина завоевала твоё сердце тем, как она складывает упаковку от одноразовой посуды, то место в клинике для людей с отклонениями тебе обеспечено!
В этот раз я летел не частным рейсом, а обычным только потому, что на утро была намечена встреча с новым заказчиком, а механикам моего самолета не понравилось его техническое состояние. Ругаться и выяснять, почему это выяснилось только сегодня, не было смысла, в конце концов, эти люди делают свою работу. Да, и если быть совсем уж честным, лететь я должен был только на следующий день, но сам же и передумал в последний момент. Ладно, бизнес-классом тоже можно летать, тем более, что лететь же было не до Китая и не 13 часов, а всего неполных четыре.
Этот новый потенциальный партнер из России сам на меня вышел. Сам же себя и нахваливал, но это нормально, они все так делают. Он же и зазывал в Россию для личного знакомства. Это тоже полезно. Должен же я понимать, стоит ли начинать наше сотрудничество, расширять линии производства, наращивать мощности, выстраивать логистику, ну и так далее по списку. Он расширял свою сферу деятельности, а потому маячила перспектива подписать контракт на приличную сумму, на производимую на моих заводах продукцию.
Обычно я не приезжаю лично. Нет необходимости – у меня для этого работают грамотные помощники. Но захотелось увидеть дочь, мою Вильму. У неё сейчас курсовые работы. Заканчивался год её обучения. И от того, насколько понравятся костюмы и платья, созданные ею, зависит, возьмут ли её на стажировку в эту фирму. К этому, обожаемому ею, русскому дизайнеру одежды. Зная её целеустремленность, я уверен, что возьмут. Тогда домой она прилетит не скоро, а мы и так с ней не виделись уже три месяца. Поэтому я и решил слетать на свою Родину сам, лично.
И да, этот новый будущий партнер порадовал подходом – он предложил начать наше знакомство не в ресторане, а всё-таки показать свою вотчину. Свои салоны техники и даже свой склад. Точнее уж, начать именно с его вотчины, а потом, вечером, уже и ресторан. Куда ж без него? Что ж, такой подход мне импонировал, и я согласился.
Да, рейс вечерний, это значит, что прилечу я поздно. Пока доберусь до квартиры дочери, пока мы с ней обсудим наши новости. А утром деловая встреча. Но, зато, я летел без обратного билета, решив провести с дочерью, хотя бы неделю. Соскучился папа по своей дочурке, чего уж там!
И вот этот подарок судьбы в лице Елизаветы! Странно, почему мне кажется, что это имя ей не идет? Не верю, что это имя ей дали родители! Ей бы скорее подошло имя Элизабет. Да, определенно Элизабет. Так и буду её называть. И да, я уже понял, что два стаканчика шампанского – её предел. А потому, воспользовавшись тем, что она расслабилась и чуть захмелела, выудил у неё номер её телефона и сразу же записал его в свой телефон. Но что самое невероятное, так это то, что мне удалось уговорить её записать мой личный номер! Обычно я только брал номера телефонов у своих любовниц. Звонил всегда сам и всегда с рабочего. Ох, определенно эта женщина меня очаровала! А иначе как объяснить, что я захотел, чтобы у неё был мой личный номер? Хотя, может, включился тот самый долбаный инстинкт охотника? Впервые женщина не хотела давать свой номер телефона, впрочем, как и брать мой.
Для своей дочери я снял квартиру. Вильма привыкла жить в комфорте, а я привык ей его обеспечивать. Эта съемная квартира была большой, мы вместе с ней решили, что одна из комнат будет моей. Поэтому из аэропорта я поехал к дочери. Ключи у меня были, дочь знала, что я прилечу поздно, но я знал, что Вильма не будет спать. Эта квартира была совсем не в центре, но зато она была рядом с местом работы-учебы дочери. Да, ехать от аэропорта было не близко, но я этим моментом и воспользовался, сидя в такси настрочил сообщение Елизавете. Моей Элизабет.
– Ну что, сюрприз для мужа удался?
Время позднее. Семья, муж рядом. Я не ждал, что она мне ответит, просто захотелось написать. Но неожиданно ответ прилетел сразу.
– Кому сюрприз, кому удар!
Тааак, значит, я оказался прав. Не ждал муженёк раннего, а точнее уж позднего возвращения жены. Будь я на месте её мужа, я бы её всегда ждал. А точнее уж, не отпускал бы от себя. Хотя! Кому я тут сказки рассказываю? Современная жизнь не подразумевает круглосуточного нахождения вместе.
Неужели её муж настолько глуп, что, заведя любовницу, притащил её в свой дом? Ладно, я к себе приводил, но у меня нет жены. Да и если честно, я специально женщин к себе приводил. Для себя выводы сделать и дочери показать, что я встречаюсь с женщинами. Вильма всегда мне твердила, что у меня нет личной жизни, вот я и демонстрировал дочери, что она, эта личная жизнь, у меня есть. Хотя, далеко не всех я к себе приводил. Бывало и так, что дальше пары ужинов знакомство не шло. Я зануда, и я знаю это, но могу себе позволить позанудствовать и повыбирать, знаете ли. И могу, и выбираю.
Господи, неужели ТАК бывает? Мне же через год полтинник, а я строчу сообщения, цитирую песни и улыбаюсь, как подросток в пубертатный период.
У них там семья распадается, а я радуюсь. Да, я эгоист, и знаю это! Но, вот уж точно, не я причина распада их семьи. А то, что их семья распадется – это очевидно. Элизабет в самолете не скрывала, что счастлива в браке и уважает своего мужа. А тут вот, вдруг, отвечает на мои поздние сообщения. Значит, обидел он её и крепко. Точнее уж, предал. Я видел и слышал то, как она говорила о своем муже. Она ему доверяла, а он привел любовницу в их дом. Ну, не идиот ли? И да, моя Элизабет не похожа на женщину, готовую прощать подобные вещи.
– Можно я буду называть тебя Элизабет?
– ТЕБЕ можно!
Ух, ты! Вот это вот её "ТЕБЕ" большими буквами – это как понимать? У меня особое разрешение? Настроение резко подскочило ещё выше, хотя, оно и не опускалось. Особенно с учетом того, что Элизабет мне сейчас, не смотря на позднее время, отвечала. А, кстати! Раз отвечает, значит, ей тоже приятно со мной общаться? Или просто я так удачно подвернулся под руку в тот момент, когда она на мужа обижена? Неважно. Главное, что она мне отвечает. Теперь уже только от меня зависит, чтобы она не только из-за обиды на мужа со мной продолжила общение. Эко меня, однако, зацепило то! Если подумать, такого и не было никогда. Додумать я не успел – такси остановилось у дома, где жила моя дочь.
– Папка! – дочь бросилась мне навстречу, едва я зашел в квартиру.
– Привет, моя хорошая!
Мы проболтали почти полночи. Пока я не увидел, что у неё слипаются глаза.
– Всё, Виля, расходимся! У нас ещё будет время на общение. В этот раз я не на два дня, а на неделю к тебе прилетел, так что ещё надоем тебе своим занудством!
– Пап, ну наконец-то! Я тебе город покажу. Здесь столько красивых уголков! Обещаю, что тебе понравится.
– Всё, всё, дочь, спать!
Легко сказать! Я лежал в кровати и вспоминал весь сегодняшний полёт. И потом наш с Элизабет обмен ничего не значащими сообщениями. Вот кто б мне ещё вчера сказал, что я могу влюбиться с первого взгляда, да я первый бы рассмеялся! Нет, кто угодно, но точно только не я! Свое прозвище “айсберг” я не просто так получил в деловых кругах. И потому что холодный, и потому, что на поверхности только малая часть меня и моей жизни.
Конечно, утром я был невыспавшийся, но бизнес обязывает.
Завтрак с Вилей поднял градус настроения. Оказывается, я соскучился по нашим с ней совместным завтракам, а точнее, по утреннему кофе.
– Доброе утро, пап! Как спалось на новом матрасе? Вот твой кофе, если хочешь завтракать, то продукты в холодильнике!
– Доброе, дочь. Не выспался, завтракать не буду, а вот кофе да, очень хочу!
– Слишком жёстко, да? Новый матрас не понравился? Почему ты не выспался? – Вильма внимательно на меня смотрела, – Пап? У тебя, вообще-то вид, конечно, не выспавшегося человека, но почему-то счастливого. Не хочешь ничего мне рассказать?
– Тебя рад видеть, вот и счастлив! – попытался я выкрутиться, но дочь меня слишком хорошо знает, поэтому этот номер с ней не прошел, и я сдался под её пристальным взглядом:
– Да нечего пока рассказывать, Виля.
– Папка, да ты влюбился!! – констатировала дочь и рассмеялась.
– Вот ведь, глазастая! – вздохнул я, – неужели так заметно?
– Вот мог сразу вчера с этого начать! Пап, это ж главнее, чем мои вытачки, складочки, лацканы, карманы. Ну что ты у меня за человек такой? – ворчала дочь, – неужели в самолете встретил свою идеальную женщину? Она русская? Немка? Ты нас познакомишь?
– Ого, сколько вопросов! Вот и будет ещё, о чём нам с тобой сегодня вечером поговорить, – рассмеялся я, – ты, кстати, не опаздываешь на учебу?
Дочь замялась:
– Пап, сегодня вечером не получится поговорить.
– Да? Почему?
– Мы в кино идем. Алекс купил билеты на премьеру фильма. Мы давно планировали. Я же думала, что ты только на следующей неделе прилетишь…
– Алекс? Ого, дочь! Мне кажется, тебе тоже вчера было о чем мне рассказать.
– Пап, я вас с ним познакомлю. Я и собиралась! Правда! Просто кино…
– Да понял я, понял! – рассмеялся я, – всё хорошо, дочь. Идите на свою премьеру! Я найду, чем мне себя занять!
– Папка, ты у меня самый лучший!! – Вильма повисла на шее, затем, отстранившись, произнесла:
– Шикарный пиджак! Сам покупал?
– Да!
– Молодец! Хвалю!
– Иди уже, а то опоздаешь! – я рассмеялся.
Телефон, зазвонивший в кармане и высветившееся имя "Артур Герман" – напомнили мне о том, что рабочий день начался.
Глава 6
