Анна выгибала брови так сильно, что я боялась, как бы не свело мышцы лица.
Снайпер зажмурился и вскинул ладони.
– Клянусь, камрад, если ты не перестанешь трепаться об этом, я когда-нибудь просто пристрелю тебя в задницу.
Джеймс захохотал.
– И тогда Командор снова заставит нас исповедаться!
Анна нахмурилась. Кажется, она совершенно запуталась.
– А ваш Командор… Он что, какой-то священник?
Я тут же поперхнулась колой, вспомнив Стива в колоратке на свадьбе Мии и Джеймса, и захохотала, упираясь рукой в колени Логана. Он обнял меня и запрокинул голову, рыча и трясясь всем телом.
Мия едва не съехала под стол, а Коннор застонал, прижимая руку к недавно полученной ране.
Джеймс вытер глаза и, посмеиваясь, покачал головой.
– Анна, о боже… нет! Нет!
Он прижался к жене.
– Ох, священник! Ох! Я переименую его в телефоне
Новый взрыв хохота разнесся по пабу, когда Логан щелкнул пальцами.
– Отче наш, твою мать!
Коннор, все еще смеясь, обнял смутившуюся блондинку. Она непонимающе смотрела на нас и явно ждала хоть какого-то пояснения. Но парни были не в состоянии что-либо сказать. Они смеялись, пряча лица в огромных ладонях.
Наконец снайпер умудрился успокоиться. Он заправил волосы Анны за ухо и улыбнулся.
– Нет, он наш… лидер. А исповедь – это… наш способ признавать ошибки друг перед другом.
Джеймс торжественно кивнул.
– Самый честный.
Логан поднял бокал.
– Самый верный.
По моим рукам побежали мурашки. Я с восхищением смотрела на камрадов, нежно улыбаясь.
Я слышала их исповедь. Это… Черт, у меня не было слов, чтобы описать те эмоции, которые я испытала, слушая ее в исполнении Коннора.
Джеймс с хитрым видом посмотрел на парней. Те по очереди кивнули.
Я прижала руку к животу и улыбнулась. Сейчас что-то будет…
Амбал протянул руки и уложил их на стол ладонями вверх. Логан и Коннор сделали то же самое, обхватив друг друга за предплечья. Когда они тихо заговорили, все одновременно, мне показалось, что весь мир замер, вслушиваясь в их речь.
Голос Джеймса звучал низко, торжественно.
– Я держу ответ перед тобой, камрад. Ибо ни злость, ни гнев, ни обида, ни любовь не заставят меня забыть о моем долге перед тобой.
Голос Логана почти шелестел, но в нем слышались сила и твердость характера.
– Я дал клятву, камрад. Моя жизнь в твоих руках, так же, как и твоя – в моих. И чем труднее наш путь, тем крепче я буду сжимать кулаки, прикрывая твой тыл.
Голос Коннора, немного хриплый, видимо, от боли, обнимал компанию обещанием.
– А если мой дух будет сломлен и путь мой будет завершен, обагри последние шаги кровью моего врага, камрад. Об этом я прошу.
Анна с восхищением смотрела на снайпера. Мия ласково улыбалась мужу.
Я испытала легкую ревность и тревогу от того, что мою подругу так быстро посвятили в такие личные вещи. Но, поймав ее полный восторга взгляд, я лишь засмеялась. Потому что мне стало очевидно кое-что очень забавное и греющее душу.
Анна влюбилась. И это было хорошо.
Коннор тоже выглядел довольным.
С какого-то хрена перед взглядом встали такие недавние и уже настолько далекие события. Снег в крови. Серая куртка с дыркой слева… И этот рассказ про его жену…
Черт, он точно заслуживал еще один шанс.
Поддавшись непонятному порыву, я повернулась в сторону бара. Лиза болтала со Стоуном, но ее полный ревности взгляд то и дело скользил по Коннору.
Я невольно сглотнула.
«Только обиженных женщин нам не хватало для полного счастья».
Когда я с удивлением обнаружила, что часы показывают почти пять утра, Логан крепко поцеловал меня в щеку. От него пахло виски, а в глазах засела усталость.
– Домой?
Я кивнула, ласково погладив его по щеке, и окинула взглядом нашу компанию.
Анна вовсю шепталась с Коннором и явно не собиралась ехать с нами.
Я постучала пальцем по столу, привлекая их внимание, и улыбнулась.
– Мы, пожалуй, отчалим. Вы как? Кого подкинуть? Я за рулем.
Снайпер слишком уж энергично помотал головой. Я поджала губы и прищурилась, а Джеймс захохотал и поднял бокал.
– Я никогда не наматывался на столб в машине, за рулем которой была моя сумасшедшая бывшая, которая явно хотела меня прибить.
Коннор вздрогнул всем телом и осушил бокал до дна. Анна округлила глаза.
Джеймс протянул руку Логану.
– Пожалуй, мы еще посидим. Да, детка?
Мия кивнула.
– Анна, ты с нами?
– Я не против остаться, если этот парень…
Девушка повернулась к Коннору.
– …потом проводит меня домой.
Глаза снайпера заблестели.
– Так, когда я должен отвезти тебя в аэропорт?
Анна засмеялась и прильнула к мужчине.
Видимо, компания подруги в этот ее визит мне не светит.
– Тогда мы пойдем.
Мы радушно попрощались со всеми. Напоследок я посмотрела в сторону бара. Ни Лизы, ни Стоуна за ним не было…
Логан молчал всю дорогу, благо она была недолгой. Он выглядел спокойным, но я знала – это маска. В его разноцветных глазах мелькали то злость, то гнев, то усталость. Он как будто не мог определиться, что чувствовать.
Я кусала губу. В груди ворочалась тревога. Таким задумчивым я его еще не видела. Но приставать с вопросами не хотелось.
Когда мы вошли в квартиру, Грин сразу ушел в ванную комнату. Я уставилась на закрытую дверь со смешанными чувствами. Мне хотелось что-то сказать, чтобы ему стало легче, как-то поддержать любимого, но… для того, чтобы поддержать кого-то, нужно знать, что его гложет.
Тряхнув волосами, я ушла в спальню.
«Не лезь. Захочет – расскажет».
Я уже лежала в постели, когда Логан, выругавшись, вошел в спальню. Он споткнулся на ровном месте, и я невольно фыркнула. Мой мужчина… налакался. И что-то мне подсказывало, что не праздник был тому причиной.
Грин забрался в кровать и прижался ко мне своим горячим телом. Я вздохнула и погладила его по предплечью.
– Привет.
Он чмокнул меня в плечо.
– Не спишь?
Я улыбнулась и помотала головой.
– Без тебя кровать пустая. И холодная.
Логан вздохнул, обнял меня и прижал к себе. Его теплое дыхание щекотало мою шею, но я не могла расслабиться. В комнате повисло напряжение. По воздуху словно разряды тока бегали. И я не знала, что с этим делать.
Несколько минут царила тишина. Наконец Логан вздохнул.
– Спрашивай.
Я пожала плечами, чувствуя, как быстро и сильно колотится сердце. Видимо, все это время Грин собирался с духом.
Мои пальцы скользнули по его руке.
– Я не хочу спрашивать про то, про что ты не хочешь говорить.
Мужчина выдохнул в мои волосы.
– Но… Ты же хочешь знать, о чем он говорил, да?
Голос Грина звучал хрипло. В нем слышались усталость и что-то очень похожее на обиду. Алкоголь, чтоб его…
Но…
Да, хотела. Настолько сильно, что сводило скулы.
– Если только ты сам хочешь мне про это рассказать.
Логан со вздохом лег на спину. Я перевернулась и прижалась к его боку, с тревогой заглядывая в любимое лицо и слушая учащенное сердцебиение мужчины. В почти полной темноте я заметила, что Логан нахмурился.
Он молчал долго. То ли с духом собирался, то ли с мыслями. Я терпеливо ждала, поглаживая его грудь кончиками пальцев.
Наконец мужчина заговорил. И голос его после затяжного молчания звучал… странно.
– Мы с Дэнни вместе служили в армии. После службы вместе пошли по контракту. Кажется, тогда ни я, ни он не видели для себя другого предназначения в жизни. Или, быть может, так было проще для нас обоих – заниматься тем, что мы умеем, и не напрягаться лишний раз, тревожась о будущем.
Логан потер лоб пальцами и тяжело вздохнул.
– Признаться, мы с Дэнни долгое время были… как братья. Все время были вместе. На отдыхе и на заданиях. Он младше меня на год, и так вышло, что друг в друге мы нашли то, чего нам обоим так не хватало – странное, извращенное представление о семье, я думаю.
Мужчина горько усмехнулся, и я прижалась к нему крепче. То, как Логан говорил… почему-то мне было страшно слушать эту историю. Я знала, что в конце должно произойти что-то очень плохое! Тот самый выстрел! А когда ты знаешь, что все закончится плохо, ты уже заранее настраиваешься на никаких «долго и счастливо».
Сейчас, когда Грин начал свой рассказ, мне страшно хотелось попросить его остановиться. Но я видела – ему нужно было выговориться.
Логан несколько секунд помолчал и продолжил:
– Никто не понимал, по какому такому принципу мы сошлись. Говорят, противоположности притягиваются. Мы с Дэнни… мы были не просто противоположностями. В определенных вопросах мы расходились вплоть до разных сторон баррикад.
Я вопросительно выгнула брови. Мужчина слабо улыбнулся.
– Скажем так. Там, где я испытывал сомнения на уровне ДНК, Дэнни был… патриотом. До мозга костей. Иногда я считал его идиотом, иногда – гением. Но… порой наши мнения в отношении службы расходились. Очень сильно.
