– Как кильки в банке, – с отвращением ответил Скрипач. – Да еще и консервантом воняет. Фэб, ты подлейшее в мире существо, ты в курсе?
– В курсе, в курсе, – успокоил Фэб. – Лежите смирно.
– А как тут еще можно лежать? – вызверился Ит. – Не понимаю, для кого сейчас эта комедия, если все и так всё поняли уже?
– Для обывателей, вероятно, – предположил Саб. – Хотя зачем это обывателям, я не очень…
– Да, для обывателей, – подтвердил Фэб. – Покажем всем то, что они должны увидеть, потом будем думать дальше, как выкручиваться.
– Может, вам водички дать? – спросила добрая Эри. Берта согласно закивала. – Вы пить хотите?
– Потерпим, – вздохнул Скрипач. – Ладно, ничего, уже не так долго осталось. Часа полтора, ну два. Кир, Фэб, только давайте в Саприи как-то побыстрее всё решим, а? Закажите катер, и сразу валим оттуда.
– Я уже заказал, – успокоил Фэб. – На старом счету, оказывается, еще изрядно денег осталось. На несколько лет точно хватит. А дальше посмотрим.
– Придется, – проворчал Скрипач. Голос его звучал сейчас глухо, из-за капсулы. – Кстати, все в курсе, что Окист в переводе с украинского означает заднюю часть туши мясного животного?
– Госссссподи, – простонал Кир. – Ты опять? Ты нас снова будешь этой тупейшей шуткой задалбывать, как в те годы, когда мы тут жили? Не из-за этого он так называется! Эри, Саб, не слушайте его!
– А почему он так называется? – с интересом спросил Саб.
– По именам трех основателей колонии, они были рауф, завезли сюда первых поселенцев, – объяснил Саб. – Только про формы имен точно неизвестно. То ли аристократы двухбуквенные, то ли кто попроще. Но уж точно не задняя часть животного.
Эри прыснула.
– Это надо так понимать, что мы в жопе, – констатировал Саб. – Прекрасно.
– Вот кто тебя за язык тянул, а? – безнадежно спросил Кир. – Солнце, учти, когда я тебя выну из этого ящика, я первым делом нарву крапивы, и…
– И напомнишь ему, где его находится его собственная задняя часть, – подсказала Берта. Чем дальше машина уходила от места посадки корабля и таможни, тем лучше становилось ее настроение. – Я подержу, Кир. С удовольствием подержу. И второго тоже. У меня к ним такой счет накопился, что…
– Так, отставить нервы, – приказал Фэб.
– Сейчас, мы еще немножечко, – попросил Скрипач. – Кстати, дом-то большой, конечно, но пару-тройку комнат на втором этаже я бы открывать не стал. Разве что вещи оттуда я бы выкинул.
– Думаю, там нет никаких вещей, – заметил Фэб. – Он сюда сто процентов наведывался. Искал. Так что вещей там, скорее всего, уже нет.
– Эта могла что-то оставить из ностальгических соображений, – заметила Берта. Разумеется, она имела в виду Джессику. – Все-таки первого ребенка они настрогали именно в этом доме.
– Фу, – поморщился Кир. – Бертик, зачем так пошло?
– Затем, – отрезала Берта. – Затем, Кир. Раньше она для меня была если не лучшей подругой, то…
– Она была твоей лучшей подругой, – строго произнес Фэб.
– Ну да, когда-то была. А превратилась в подстилку маньяка и садиста, – в голосе Берты зазвучала сталь. – Не надо сейчас об этом, иначе я снова заведусь, и…
– И придется тебя отпаивать коньяком, а коньяка у нас нет, – подсказал Кир. – Фэб, слушай, закажи туда сразу продуктов, что ли. Или давай я, ты опять фигню всякую назаказываешь. Мяса бочкового взять надо, овощей, бухла, вкусного чего-то… дай мне канал, я сделаю.
– Лови, – пожал плечами Фэб. – И возьми готового. И… да, для поминок на завтра сделай заказ. Побогаче. Не жмись.
– Как скажешь.
– Блины закажи, – глухо посоветовал Скрипач из капсулы. – Мы там скоро доедем, а?
– Скоро, уже горы видны, – отозвался Кир. – Ехать еще минут двадцать. Так, не отвлекайте меня. Берта, не помнишь, тут икра черная ведь была?
– Была, была, точно была. Кир, где ты смотришь? В сегмент русского клана выйди, и оттуда… ага, вот, смотри, поминальная трапеза, давай заказывай на десять человек, а там посмотрим. Нет, не на десять. На двадцать. На завтра. Какой вечер, какое в десять, ты чего?
– Днем? – удивился Кир.
– Часов на шесть, – сдалась Берта. – Хорошо, пусть будет вечер. Но не позже шести. Ага, так нормально.
– Икру я ел, штука вкусная, – Саб на секунду задумался. – Кир, а можно пива заказать ещё?
– На поминки нельзя, на поминках пиво не пьют, – вмешалась Эри. – Но ты всё равно закажи, я тоже хочу. На сегодня.
– Ит, слушай, они в наше отсутствие, по-моему, неплохо спелись, – заметил Скрипач. – Тебе так не кажется?
– Кажется, – обреченно отозвался Ит из другой капсулы. – Когда только успели?
– У нас было время, – хмыкнул Саб. – Позже расскажем.
– Я так чувствую, что для рассказа потребуется что-то покрепче, – предположил Скрипач.
– Возможно, – согласился Фэб. – Так, всё, лежите и молчите. Подъезжаем.
* * *
В Саприи, самом большом поселении на Окисте, расположенном в теле горы, управились на удивление быстро. Отпустили машину транспортников, дождались большого грузового катера, пересели в него, и тут же стартовали. Разумеется, за процедурой пересадки наблюдала не одна сотня любопытных глаз, и увидела эта сотня то, что ей положено было увидеть – безутешных родственников и друзей, и две капсулы с телами. Кир, когда пересаживались, посмотрел на высокую, в облака уходящую белую стену Саприи, испещренную тысячами окон, и махнул рукой – то ли случайный жест, то ли приветствие. Интересно, знакомые видели? Запросто. Знакомых немало. Точнее, их много. Вот и поглядим, что из этого получится.
Саприи, в переводе это слово обозначало «дом», представлял собой уникальный даже для Окиста объект: стабилизированную гору, в один из склонов которой встраивались жилые этажи, расположенные снаружи, и множество технических помещений и различных предприятий и заведений, расположенных внутри горы. Самыми престижными считались верхние этажи, гильдия строителей продавала жилье в них за баснословные деньги, народ попроще селился уровнями ниже, а самые нижние, начальные уровни спросом не пользовались, квартиры на них либо сдавались за гроши, либо вовсе стояли пустым десятилетиями, если не столетиями. Снимали они всей семьей когда-то квартиры внизу, было дело. Вполне хорошее жилье, но народ, живущий в Саприи, считай, в столице, избалован, не беден, и на дешевизну не польстится.
– Кир, чего завис? – поторопил Саб. – Поехали.
– Да так, вспомнил просто, – Кир вздохнул. – Вон там, дальше, есть дендрарий. Мы, когда нас вернули… ай, ладно, потом расскажу. Так, накрыло немножко. Воспоминания.
– Ничего, потом повспоминаешь, – Саб огляделся. – Местечко и впрямь примечательное. С размахом строили.
– Есть такое дело, – Кир всё еще смотрел куда-то вверх. – Остальные поселения тут колхоз колхозом, за некоторыми исключениями. А тут да…
– Колхоз? – не понял Саб.
– Ну, селяне живут, – объяснил Кир.
– То есть деревня. Мог бы так и сказать. Черт, сколько еще всего придется выучить, – пробормотал Саб. – С вами пообщаешься, такого наберешься… ладно, поехали, пока нас Фэб не прибил.
Долетели быстро, за полчаса. По дороге Скрипач с Итом устроили, по словам Кира, бунт на корабле, и по прибытии их, в конце концов, выпустили. Достали из катера обе капсулы, побросали в траву несколько сумок с вещами, отпустили машину. Уже вечерело, в траве заливались местные цикады, лес стоял вокруг дома неподвижной стеной. Безветрие, безмолвие, тишина.
– Запустение, – констатировала Берта. – Какая трава высокая… Интересно, был тут этот? С этой?
Ит огляделся. Высокие непримятые стебли, мелкие цветочки – почти как там, на той поляне, на Берегу. Под елками, ставшими огромными, слой нетронутой хвои – сколько же лет назад Фэб их сажал? Подумать страшно.
– В этом году точно не был. В прошлом – тоже. Дальше пока не скажу, – он, раздвигая высокую, по пояс, траву, подошел к крыльцу. – А, нет. Скажу. Не был. Консервация еще наша стоит, старая.
Замок его узнал, дверь вздохнула, активируясь, и стала медленно открываться. Ит толкнул ее, и вошел в дом.
– Не был, тут вообще никого не было, – сообщил он с порога. – Видимо, для гения уже не тот масштаб. А нам в самый раз будет.
– Надеюсь, ванна цела, – Фэб тоже пошел к дому, раздвигая траву. – И косилки. Тут скоро будет столпотворение всех подряд, надо поляну выкосить, и возле дома тоже…
– Фэб, притормози, – попросил Скрипач. – Ты не забыл, что нас еще хоронить предстоит? Ау!
– Ах, да, – Фэб остановился. – Так. Сейчас перенастрою систему, потом все в дом. Надо обсудить, что делать дальше, и связаться с теми, с кем получится.
– Начни с отца Анатолия, – посоветовал Скрипач. – Это будет самым логичным поступком в наших обстоятельствах.
2. Мистификаторы
Действительно, при осмотре выяснили, что дом много лет стоял пустым и законсервированным – видимо, Ри, когда прилетал сюда на поиски (разумеется, безуспешные), в нем не останавливался. То ли не хотел бередить воспоминания о жизни вместе с их частью семьи, то ли побрезговал, что вполне закономерно, то ли просто решил не тратить время на расконсервацию строения, и останавливался в Саприи.
Дом оживал сперва медленно, неохотно; но через пару часов, после того, как запустили основные модули, дело пошло на лад – сперва закончили самоочистку оба насоса, и в систему пошла, наконец, чистейшая вода, потом Кир, по его словам, чуть ли не хворостиной выгнал из подсобки застоявшиеся косилки, и вскоре травы перед домом стало значительно меньше, а после того, как Берта включила, где только можно, очистители воздуха и антипыль, стало совсем хорошо.
– Какой чудесный дом, – с восхищением говорила Эри. – А виды какие, нереально просто! Горы, море, лес… Даже на Берегу такого не было.
– Ну, на Берегу, предположим, встречалось и не такое, но – да, место тут действительно замечательное. Было, – уточнил Скрипач. – Пока не заросло всё напрочь. Кир, две стены чинить надо, я сходил, посмотрел. Наверное, землетрясение, там трещины.
– Да быть не может.
– Сам посмотри. Где Фэб, кстати? – вдруг сообразил Скрипач.
– В кабинете, наверху, занимается вашими похоронами, – доложила Берта. – Не понимаю, почему еда до сих пор не приехала? Тут через пару часов будет уйма народу.
– Не уйма, но человек десять точно, – известил всех Фэб, спускаясь по лестнице вниз. – Отец Анатолий, трое мистиков, несколько человек из русского клана, которым можно доверять, и Клим с женой. Церемонию я заказал через отца Анатолия, она уже в реестре.
– Отлично, – кивнул Кир. – Так, совсем забыли. Нужны еще какие-то подходящие шмотки.
– Мы закажем, – Берта кивнула Эри. – Пойдем на воздух, выберем себе по маленькому черному платью…
– Нам белое, алё, – напомнил Кир. Практически во всех мирах рауф цвет траура – традиционно белый. – Можно еще черные повязки на рукав, для проформы.
– Я тебя в свитере хоронил когда-то, – вздохнул Скрипач. – Так, ладно, к черту это всё. Я не понимаю, где еда? Три часа как заказали!
– Сейчас узнаем, – Кир вывел панель. – Летит еда. Пошли встречать, рыжий.
– Ит, поднимись со мной наверх, – попросил Фэб. – Ненадолго.
* * *
Ванна оказалась цела, и сейчас в ней уже плескалась вода, но Ит понял – Фэб и тут запустил очистку, причем глобальную.
– Сутки мыть буду, – подтвердил Фэб. – Может, дольше. По следам ДНК посмотрю, не хочу, чтобы хоть что-то после них тут осталось.
– Согласен, – кивнул Ит. Подошел к Фэбу, погладил по плечу. – Родной, ты хорошо держишься, но даже для тебя, при всей твоей выдержке и терпении, это всё слишком, по-моему.
Фэб слабо улыбнулся.
– Наверное, – он вздохнул. – Знаешь, это были явно не лучшие годы в моей жизни. Особенно в последние дни. Ну и до этого… тоже.
– Мы выберемся, – пообещал Ит. – И не из такого выбирались.
– Да мы уже выбрались. Но только у меня будет просьба: не оставляй меня одного, и держи при себе успокоительные. Ит, я боюсь сорваться, – Фэб отвернулся. – А еще мне до сих пор физически плохо.
– Давай ты сейчас приляжешь на часок внизу, пока народ не прилетел. А я пока тебе чего-нибудь из старых запасов соображу, – предложил Ит.
– Боевую восьмерку, например, – хмыкнул Фэб.
– Не пойдет, тебе расслабиться нужно, а не головы кому-то отрывать в массовом порядке. Всё, ванна чистится, люди прилетят вовремя, а мы с тобой пойдем вниз, и ты у нас сейчас будешь пиво пить в положении лежа, – Ит старался не показывать того, что слова Фэба его слегка напугали. – Идём, идём. Вон, Кир и рыжий уже еду тащат, – добавил он, выглянув в окно. – Поесть надо обязательно.
…Есть, как выяснилось, хотели все без исключения, и никакого разговора не вышло, все набросились на еду, как сумасшедшие – пока шли на корабле до планеты, максимум, перехватывали какие-то кусочки, потом почти весь день ушел на высадку и дорогу – словом, проголодались все, причем капитально. Даже обычно сдержанный Фэб, и тот смел три тарелки каких-то овощей в соусе, и только после этого обнаружил, что овощи-то были острыми, пришлось спешно запивать всем подряд. Берта с Эри нашли в криониках маленькие коробочки с «пирожными, которые как мороженое», и съели по две порции – Берта основательно по местной кухне соскучилась, а Эри подобного вообще никогда не пробовала.
После еды Фэб, да и все остальные, почувствовали себя лучше, и, по словам Кира, были теперь морально и физически готовы к переговорам. Еду убрали обратно в крионики – кухня пока что тоже стояла на полной очистке – и вовремя, буквально через десять минут во дворе сел первый катер. Прибыл отец Анатолий, настоятель русского храма, с которым в свое время долго дружил Фэб, да и все остальные члены семьи тоже.
* * *
– Погоди, Фэб, погоди, уже голова кругом. Вы, прости, исчезаете на пятьдесят с лишним лет, – отец Анатолий загнул один палец, – ни слуху от вас, ни духу. Потом начинаются всякие странные события…
– Это когда? – спросил Кир. – И какие?
– Лет семь назад примерно. Всякие. Так вот, события, явно связанные с вами, но никто ничего не объясняет, дом пустой, вас нет, – отец Анатолий загнул второй палец. – А теперь вы появляетесь в совершенно неадекватном состоянии, и просите меня устроить похороны двоих вполне себе живых…
– Толя, я тебя умоляю! – Фэб подался вперед. – Ситуация не просто серьезная, она наисерьезнейшая! Сделай так, как я прошу, все объяснения будут, но чуть позже. Тут столько всего произошло за эти годы, что…
– Фэб, я всё понимаю… точнее, я не понимаю вообще ничего, но…
– Толя, ты бывший военный хирург…
– Ну, не такой уж и бывший, три года как снова подтвердил статус, но при чем тут это?
– Из солидарности с коллегой по цеху, – подсказал Кир. – Толь, правда. Катастрофа. Честно. Если сейчас этого не сделать, могут пострадать все. Вообще все.
– Совсем хорошо. Так. Кого еще вы позвали кроме меня и мистиков? – безнадежно спросил отец Анатолий. Его светлая борода сейчас выглядела взъерошенной, обычно аккуратный хост растрепался, а еще он все время теребил ворот своей дорогущей, из натурального, явно привозного льна, рубашки.
– Клима с женой, и из русского клана женщин, с которыми я работала, – ответила Берта.
– Ладно. Сейчас мистики прилетят, как я понял. Так… Фэб, давай все-таки совсем кратко. И по делу. Вы что-то не поделили с Торком, и он в результате на вас ополчился. Так?
– Не так, – покачал головой Кир. – Он сошел с ума, дорвавшись до власти. Толь, я очень сильно обобщаю, учти. Решил, что они вот, – кивок в сторону Ита со Скрипачом, – ему конкуренты. Он думает, что он их убил. Собственно, он и убил, но пока неважно. Нам он отдал их тела, но получилось так, что они оказались не мертвы, и…
