Страница 2 из 3
– Три торта, – доложила Сандра, когда эльф ушел.
– Куда ему столько? – удивленно вскинула я брови.
– Так, наверное, семья из Вечного Леса приезжает. Праздновать что-то будут. А эльфы еще те сладкоежки.
Последнюю фразу Сандра выдала с откровенной завистью. Я сдержала смешок. Вот уж любительница сладкого.
– Предлагаю нанять помощницу. Что? Сандра, не кривись. Ты же видишь, что мы не справляемся.
– С ней придется делиться зарплатой, – проворчала жадная Сандра.
– Так зато и успевать мы будем больше. Нет, я понимаю, ты и рада ни завтракать, ни обедать, но я-то так не смогу, – фыркнула я. – да и спать нам все же надо, пусть и изредка. Когда ты собираешься делами по дому заниматься, если мы постоянно станем готовить на заказ?
В ответ – недовольный взгляд. Сандра понимала, что я права, но признать это пока не хотела. Ничего, еще ночь не поспит, готовя торты, сама побежит помощницу искать.
Этот день выдался чуть полегче, чем прошедший. К концу мы набрали заказов, распродали все, что можно было найти на полках, и с чувством глубокого удовлетворения вечером закрыли лавку. Продавать больше было нечего. Тоник Мари, – то самое волшебное снадобье, на несколько часов вселявшее бодрость в организм, не помогал. Я еле стояла на ногах, постоянно зевала и ночью собиралась спать. А завтра планировала закрыть лавку на санитарный день. В самом деле, даже такой одержимой бизнесменше, как я, надо порой отдыхать.
– Мари, – зевая со мной вместе, пробормотала Сандра, – мы завтра…
– Отдыхаем, – ответила я. – ты помощницу нанимать не хочешь. Отдых нам нужен. Вот и потратим драгоценные сутки на приведение организмов в порядок.
Недовольное фырчание я проигнорировала.
Спала я сладко. Вот как добралась до кровати через пять минут после закрытия лавки, так и заснула, буквально провалилась в сон, причем без сновидений. Проснулась довольная жизнью, бодрая и отдохнувшая.
Новый день встречал меня яркими лучами солнца, бившими в окно, и криками за дверью. Сандра и Барсик снова выясняли отношения. Ничего в этом мире не поменялось за время моего отдыха.
Я не спеша встала, потянулась, зевнула и в длинной разноцветной ночнушке отправилась выяснять причину криков.
– Что за шум, а драки нет? – поинтересовалась я, выглядывая в коридор.
– Он съел всю сметану, – Сандра обвиняюще ткнула пальцем в Барсика.
Тот зашипел. Сандра ойкнула и палец отдернула.
– Съел и съел, – недоуменно пожала я печами. – Из-за этого надо так орать?
– К нам должна повариха прийти. Совсем скоро. Как она готовить будет, без сметаны?
Ой, как интересно…
– А когда ты успела нанять повариху? – удивилась я. – Ты же не хотела никого чужого здесь видеть.
– Так то Ева, приятельница моя, – просветила меня Сандра. – Мы с ней утром возле лавки встретились. Я пожаловалась, что ничего не успеваю. Она предложила свою помощь. Вот, скоро придет. А этот… Всю сметану съел!
– Значит, будем есть блюда без сметаны, – я не видела причины для криков. – И вообще, пора в душ и готовиться к завтрашнему рабочему дню.
Сандра мгновенно замолчала. Теперь она выглядела виноватой.
– Что? – заподозрив неладное, спросила я. – Что ты опять натворила?
– Я объявление написала, – пробормотала Сандра убитым голосом.
– Какое? – уже не ожидая от жизни ничего хорошего, уточнила я.
– Что лавка откроется после обеда…
Переваривала информация я долго, целых несколько секунд. За это время Барсик и Сандра, что удивительно, не произнесли ни звука.
– Мы же решили отдыхать весь день, – чувствуя, что начинаю звереть из-за сорванных планов, напомнила я Сандре.
– Да… Но у нас же появится помощница. Значит, утром можно и приготовить что-нибудь на продажу… – последовал тихий ответ.
Первый раз в жизни я пожалела, что не владею магией. Очень уж хотелось подпалить ярким огоньком пятую точку одной очень неуемной помощницы!
– Мари, – видимо, на моем лице отразилось охватившее меня желание, потому что голос Сандры звучал еле слышно, – я… Я не хотела, я только пыталась сделать лучше… я…
Слезы из глаз Сандры брызнули потоком.
– Она тут сейчас все зальет, – недовольно фыркнул Барсик.
– Вот ты ее и утешай, – отрезала я. – А я – отдыхать. Пока не придет повариха, меня не беспокоить.
С этими словами я вернулась в спальню, захлопнула дверь и завалилась на кровать, широкую и довольно удобную. Понятия не имею, откуда в доме взялась вся мебель, но, несмотря на потрепанный внешний вид, она была невероятно комфортабельной.
Я лежала в позе морской звезды, не желая прислушиваться к тому, что могло происходить за дверью. Я. Устала. Этим все сказано. Эта дурында хочет поработать? Флаг ей в руки. А моему телу нужен отдых. Иначе завтра утром я просто останусь в постели. На весь день.
Сколько времени я так лежала, не знаю. Но долго отдыхать мне не дали. Сначала в дверь постучали, затем тихий голос Сандры позвал:
– Мари, повариха пришла. Ты просила тебя позвать.
Повариха – это серьезно. С новым членом нашей команды, конечно, следовало познакомиться. Поэтому я нехотя встала и вышла из комнаты. В коридоре обнаружились заплаканная Сандра и непривычно молчаливый Барсик.
– И где?.. – с явным намеком оглянулась я вокруг.
– Так на кухне…
А, ну да. Логично.
Все втроем мы направились на кухню, откуда уже раздавался звон посуды.
Поварихой оказалась молодая шатенка, телосложением напомнившая мне колобка. Она, одетая в длинное и широкое платье синего цвета, весело гремела на кухне кастрюлями и мисками и прервалась только после того, как мы перешагнули порог.
– Вы хозяйка? – деловито посмотрела она на меня. – Я – Ева. Сандра сказала, вам срочно понадобилась кухарка. Я согласна работать за серебрушку в неделю. Если вас устраивает, ударим по рукам. Это обычная плата за услуги, подобные моим…
Она трещала, трещала и трещала. Я не успевала вставить ни слова. Внезапно ее взгляд опустился на пол, на Барсика.
– Это что такое? – грозно нахмурилась она. – Почему на кухне животное?! От него же грязь, пыль, шерсть летят. А ну брысь отсюда, кошак ты недоделанный.
Мы с Сандрой переглянулись и синхронно сделали два шага назад, поближе к порогу.
– Кто я? – между тем открыл пасть Барсик. – Это от меня летят?! Да я…
Он не договорил: брови поварихи взлетели практически под волосы, глаза стали круглей блюдец. Она заверещала со всей дури, оглушив нас троих.
– А-а-а-а-а!!! – орала она без остановки.
Мы с Сандрой молчали, стоя без движения. А вот Барсик молчать не стал. Подойдя к поварихе, он ударил лапой по ее ноге и с презрением сообщил всему миру:
– Истеричка.
Подействовало. Повариха замолчала. А затем хлопнулась в обморок, упав прямо на деревянный пол возле местного холодильника.
– Поздравляю, Барсик, – саркастически заметила я, чувствуя, как в душе снова поднимается раздражение, причем на этот раз не только на дурную помощницу, но и идиота кота вместе с истеричной поварихой, – теперь готовить завтрак будешь ты. И обед с ужином – тоже. – И уже Сандре. – Набери воды из-под крана, полей ее. Как в чувство придет, будем разговаривать.
– Не надо воды, – подхватилась Сандра. – Она нервная, часто в обморок падает. У нее лекарство есть особенное.
В кармане платья поварихи действительно нашелся пузырек с непонятным лекарством. Сандра подсунула его под нос приятельнице. Та сделала вдох, вздрогнула, открыла глаза.
– Только не кричите, – попросила я, наблюдая, как Сандра помогает ей встать. – Барсик – обычное животное.
– Обычные животные не разговаривают, – поджала губы повариха.
– Трусиха, – с презрением в голосе заметил Барсик. – Кота испугалась. Да кому ты нужна…
– Ты, говорящий комок шерсти, – взорвалась повариха, перебив кота. Куда только страх делся. – Да тебе мышей ловить положено! А ты…
Я поманила пальцем Сандру, и мы вдвоем на цыпочках вышли их кухни. Пусть общаются. Авось общий язык найдут.
– Я возвращаюсь в свою комнату. Отдыхать. Ты, если хочешь, можешь заниматься чем угодно. Если эта парочка разругается в пух и прах, на тебе – завтрак, обед, ужин и другая повариха, не настолько нервная, – проинформировала я Сандру и ушла в спальню.
Закрывшись в комнате, я подошла к окну, выглянула наружу. В городе кипела жизнь. Народ сновал туда-сюда по тротуару, у каждого было дело, была цель, к которой он двигался. И только в моей жизни, похоже, имелся бардак. Самый натуральный бардак.
Я никогда не умела и не любила командовать, предпочитала все вопросы решать тихо-мирно, договариваясь, приходя к компромиссу, но не командуя. Здесь же, став хозяйкой лавки, похоже, я должна была только приказывать. Всем вокруг: коту, Сандре, возможной поварихе. И все для того, чтобы дело, то, о котором я давно мечтала, хоть как-то двигалось в нужном направлении! Блин! А я ведь просто хотела заниматься тем, что умею и люблю, – готовить свои сладости и торговать ими! Правильно говорят умные люди: бойтесь своих желаний…
Мой взгляд скользил по народу на улице. Гном, оборотень, тролль, вампир, снова гном… Так, а вон того красавца, в коричневом камзоле, я, похоже, уже видела. Он вроде бы уже второй раз проходит мимо лавки. Нет, я вполне допускала, что у меня могла развиться мания преследования. С моими потрепанными нервами возможно все. Но, блин… да, вон встал на другой стороне улицы, прислонился к фонарному столбу прямо напротив лавки и чего-то ждет.
Я отошла от окна, сглотнула, покрутила пальцем у виска.
– Тихо шифером шурша, – пробормотала я изумленно. За лавкой, похоже, установлена слежка.
Слежка? Какая, блин, слежка? Кому я нужна, что попаданка, что ведьма из глухой провинции?!
Едва попав в этот мир, я первым делом проверила свои умения. Чтение, письмо, азы рисования – человечка я рисовала легко, кошка уже получалась хуже – вот и все, что было мне доступно. Возможно, Мари играла на музыкальных инструментах, отлично колдовала и ездила верхом. Но ни лошади, ни пианино с гитарой или любых других инструментов у меня под рукой не оказалось. Магические книги меня к себе не подпускали. Рукоделие Мари было не доступно. Так что я, считай, ничем не отличалась от среднестатистического гражданина этого города. Тогда внимание, вопрос: если это правда, зачем кому-то следить за мной? Или же Мари – шпионка, попавшая сюда из вражеского стана?
«Скорей всего, кое у кого просто потекла «крыша», – проворчала я про себя, тоскливо вздохнула и все же вышла из спальни. Раз уж отдых мне сегодня не светил, следовало разобраться со свалившимися на голову проблемами.
Сандру я застала за приготовлением торта. Скептически посмотрев на получавшийся продукт, я предупредила:
– Главное, деньги заранее возьми. До того, как клиент это попробует.
Помощница обиженно надулась. Но мне было все равно. Не только ж ей мне нервы трепать.
– Повариха не ушла? – приступая к изготовлению пирожных, спросила я.
– Нет. Ева заявила, что не может бросить нас, неумех, в одном доме с говорящим котом. А вдруг это древний демон, пришедший по наши души.
Я прыснула от смеха. Если Барсик и демон, то интересует его исключительно «душа» сметаны.
– А сейчас они оба…
– На кухне. Выясняют отношения.
– Что ж, кивнула я, – отлично. Значит, они там не скучают. – И без перехода. – Сандра, среди твоих знакомых, приятелей или друзей не числится высокий шатен, скорее всего, оборотень?
– Среди моих знакомых мало оборотней, – откликнулась Сандра. – И шатена я там не припомню. А что?
– Мне кажется, за лавкой следят.
– Кто?
Идиотский вопрос. Знала бы, не спрашивала бы насчет знакомых.
– Выясню – расскажу, – иронично пообещала я.
Сандра покраснела и вернулась к торту.
– Может быть, это кто-то из той местности, откуда ты приехала? – предположила она.
– Может, – согласилась я. – Но он мне не знаком. Барсик вряд ли обзавелся тут приятелями. Так что…
Я замолчала, покачала головой:
– Непонятное что-то творится. Сначала – куча клиентов, потом – слежка…
Время до обеда пролетело, как метеор. Мы с Сандрой готовили. Много и упорно. Она вечером собиралась разносить заказы, я планировала что-то оставить для торговли. Тем более, объявление гласило, что лавку сегодня точно откроют.
Когда в дверь комнаты постучали, я как раз выкладывала на противне из печи порцию бубликов на продажу.
– Вы обедать будете? – поинтересовалась заглянувшая внутрь Ева. – А то этот троглодит все съест сам и не подавится.
При слове «обедать» наши с Сандрой желудки согласно заурчали. Конечно же, будем. А Барсик… Барсик получит свою порцию. И точка.
Нежнейшее мясо, чуть сладковатая каша из гортов, местных грибов, в меру перченые овощи, потушенные на сковородке – все это исчезало в наших с Сандрой животах невероятно быстро. Пока Барсик, недовольно фырча, ел на полу свой кусок мяса, мы разделались со всем остальным. Повариха, которую я про себя уже стала называть по имени, Евой, наблюдала за нами с умилением. Она смотрела так, как обычно смотрят матери на своих неразумных детей. Впрочем, здесь и сейчас я готова была для разнообразия называться ее ребенком, если это даст мне возможность набить желудок.
После обеда я вышла в лавку, отперла ее, сняла объявление, внимательно огляделась. На улице не было никого, хоть отдаленно похожего на следившего за лавкой мужчину.
«Похоже, у меня все же едет крыша», – решила я и встала за прилавок.
Сандра умчалась с заказами, я же готовилась обслуживать покупателей. Конечно, если кто-нибудь здесь появится после недолгого простоя.
Как оказалось, появились.
Сначала появилась чета троллей. Высокие зеленокожие существа с трудом поместились в лавке. Муж и жена были похожи друг на друга, практически оно лицо: крупные черты, длинные толстые носы, мясистые губы, высокий и широкий лоб, густые волосы. Если бы не светло-зеленая шляпка на одном из существ, я бы никогда не догадалась, что передо мной женщина.
– Нам десяток баранок и четыре пирожных, – раскатисто произнес тролль.
Да не вопрос. Можно и четыре. Правда, пирожных станется всего восемь штук. Но мне оставалось только надеяться, что остальные покупатели будут брать что-нибудь другое. Хотя, конечно, именно пирожные, с разными вкусами, стали самым покупаемым продуктом. Пирожные и торты. Все остальное брали так себе.
Отбросив мысли о непонятной популярности части сладостей, я собрала заказ, получила серебрушки и довольно потерла руки. Что ж, хотя бы на зарплату Еве хватит. А ведь еще нужно было купить у поставщиков продукты. Наши запасы стремительно таяли.
Сандра вернулась довольная, потрясла деньгами в кармане, охотно ссыпала их в кассу.
– У нас два заказа на торты и пирожные, – обрадовала она меня.
Опять. Опять торты. Опять пирожные.
Додумать я не успела. Сандра продолжила:
– Мне показалось, что за мной пару кварталов шел шатен. Вроде бы оборотень. Не уверена точно, по тротуару шло много существ. Но ты сказала о шатене, и я вспомнила о нем, когда шла.
Мои брови поднялись куда-то к волосам. Называется, почувствуй себя главным действующим лицом шпионского боевика. И вот куда мы с Сандрой вляпались, когда открыли эту лавку?!
– Мы подумаем об этом позже, вечером, после работы, – решила я. – Иди пока к Еве. Если ей не нужна помощь, занимайся заказами.
Сандра кивнула и исчезла в жилой части дома. Я же осталась за прилавком – ждать возможных клиентов.
После троллей появились дриады. Высокие, тонкокостные, вечно молодые женщины, они шагали, словно модели по подиуму. Легкие цветастые сарафаны сидели на них просто чудесно, выгодно подчеркивая фигуру. Брюнетка и две шатенки, они купили мармелад, пастилу и бублики. Я даже удивилась: как это без пирожных с тортами обошлось?
Следом зашли две семьи гномов. Пока взрослые спорили, что именно брать к чаю, дети оглядывали полки голодными глазами. Гномы практически все считались очень зажиточной расой, но лишь потому, что жутко на всем экономили. Одна буханка хлеба в семье из пяти-семи человек могла потребляться не меньше трех дней. Так что не было ничего удивительного в том, что малышня хотела есть и готова была снести все, как та саранча.
На этот раз у меня все же забрали один торт. Последний, кстати. Вторая семья взяла три пирожных. На пятерых, да.
Я окинула полки тоскливым взглядом. Пять пирожных, горстка мармеладок, десятка два бубликов. Все. Не густо. Совсем не густо. И ведь ночью обязательно нужно будет что-то приготовить.
Из коридорчика, соединявшего лавку с жилой частью дома, выглянула Сандра:
– Ева говорит, ужин скоро будет готов. Сколько осталось времени до закрытия?
– Минут сорок, – мой желудок предсказуемо заурчал при слове «ужин». – Они с Барсиком не прибили там друг друга?
Сандра прыснула от смеха:
– Она обещает свернуть ему шею, а он язвит по поводу и без.
– Ясно, – кивнула я. – Они нашли друг друга.
Звякнул колокольчик. На пороге появились пара гоблинов и два эльфа. Я с намеком посмотрела на Сандру. Она все поняла правильно и подскочила ко второй кассе – обслуживать эльфов. Я же пока разбиралась с гоблинами, не требовавшими при разговоре с ними никаких вежливых обращений.
В результате на полках остались пять бубликов. И двадцать минут до конца рабочего дня.
– Закрываемся, – решила я. – Сандра, не надо так жадно смотреть на бублики. Они отправятся в стазис. Нам завтра торговать нечем.
– А к чаю? – жалобно спросила Сандра.
– А к чаю нам подаст что-нибудь Ева.
По крайней мере, я на это надеялась.
– Мари, – позвала Сандра, когда я закрыла дверь и обновила охранные заклинания, – я его снова видела, мельком, на улице. Ну, того оборотня. Стоял и смотрел, как эльфы заходили. А потом исчез в толпе.
Я подавила желание выругаться, причем исключительно по-русски. Матом. Все же не показалось. Ни ей, ни мне. За лавкой действительно установлена слежка. Понять бы еще, за кем именно следят и по какой причине. Хотя, подозревая, настоящая ведьма Мари прекрасно знала, кто и почему за ней так навязчиво «присматривает». Не поэтому ли она сбежала в большой город?
– Сначала – ужин. Остальное – потом, – приняла я решение.
Сандра понятливо кивнула. Мы еще раз проверили все помещение лавки и отправились домой – есть, отдыхать, обсуждать.
На кухне разгоралась очередная стычка.
– Кто тебя учил оладьи готовить? Что это за розоватые комки? Отравить нас собралась? – язвительно интересовался Барсик, предусмотрительно сидя как можно дальше от плиты и стоявшей возле нее Евы.
– Так не ешь, тебя я точно кормить не собиралась. Нахлебник, – отвечала она, ловко орудуя лопаткой и переворачивая оладьи. – Пойди вон в подпол. Там полно мышей.
– Сама их ешь! – возмутился Барсик. – Я – существо разумное! И кормить меня положено соответствующе. Сливками, мягким мясом…
– Дулей с маком, – насмешливо продолжила Ева.
«Совет да любовь», – так и крутилось у меня на языке, когда я переступила порог кухни. И судя по блестевшим глазам Сандры, она подумала примерно то же самое. Но мы обе, конечно, промолчали. Есть-то хотелось. А впереди ожидалась очередная бессонная ночь. И работать во время нее лучше всего было на сытый желудок.
– Что у нас на ужин? – бодро поинтересовалась я, отвлекая внимание обоих спорщиков на себя.
– Мясо с подливой, каша и салат из свежих овощей, – доложила Ева. – Этого нахлебника можно не кормить. Я ему час назад обрезки сырого мяса кинула. Он есть не стал. Значит, не голоден.
Барсик негодующе зашипел. Я сдержала ухмылку. Нахальное животное, Барсик был твердо уверен, что с тех пор как у него появилась речь, он стал разумным существом, а значит, и питаться должен был вместе со всеми. В воспитательный процесс кота я решила не вмешиваться, вместо этого уселась на свое место и голодными глазами уставилась в сторону плиты.
Ужин прошел под ворчание Барсика. Устав за день, я пропускала его мимо ушей. А вот Сандра поглядывала на кота с жалостью. Так что я не удивилась бы, что после ухода Евы кошачья миска наполнилась бы обычной едой.
Поужинав, я переоделась в домашнее платье и отправилась создавать свои кулинарные шедевры. Закончила я поздно ночью и, зевая, с трудом доползла до кровати. Сандра осталась убирать после готовки, в наказание за самовольство.
А утром… Утром у нас всех случился нежданчик, как любила говорить моя младшая сестра, оставшаяся на Земле. Не успели мы позавтракать оладьями с крепким черным чаем, как в дверь позвонили, причем довольно настойчиво. Что самое удивительное – звонили в дверь жилого дома, не лавки. Ни я, ни Сандра, ни уж тем более Барсик гостей не ждали. Мы с Сандрой выглядели сейчас не особо презентабельно: уставшие, с черными кругами под глазами из-за недосыпа, вроде бы и причесанные, и все равно с не уложенными волосами. Наши домашние платья, зеленое и голубое, смотрелись далеко не нарядно. В общем, в таком виде только гостей встречать. Можно еще и улыбнуться, выщерив все зубы, тогда вообще гости сбегут, не успев переступив порог, – не захотят связываться то ли с вампиршами, то ли с утопленницами.
Но в дверь продолжали звонить. Нужно было открывать. И я, вздохнув, поднялась из-за стола и поплелась к двери – узнавать, кого там принесло в такой ранний час.
На пороге, на каменных ступенях дома, стояли двое сотрудников местного правопорядка, дознавателей, как их звали в народе. Оба высокие, плечистые, в сине-зеленой форме с позолоченными пуговицами, с внимательным цепким взглядом и тонкими чертами лица, намекавшими на благородных предков.
Один из них, кареглазый брюнет, готов был убить меня взглядом. Выражение его лица давало понять, что он не рад нашей встрече. Сжатые в тонкую полоску губы свидетельствовали о недовольстве даже больше, чем молнии, так и сыпавшиеся из глаз.
Второго мы с Сандрой уже видели. Синеглазый шатен. Именно он следил за лавкой и Сандрой, когда она выходила к заказчикам.
– Мари Орская? – красивым баритоном поинтересовался брюнет.
Как будто он не знал правильного ответа! Недаром же прожигал меня взглядом! Хотя, конечно, я допускала, что он и в свободное время мог быть злобным занудой.
– Да, – кивнула я.
– Сотрудники тринадцатого отделения госуправления, – брюнет вытащил из кармашка какую-то карточку, видимо, подтверждавшую его слова. Шатен сделал то же самое. – Разрешите войти?
Я недоуменно пожала плечами и освободила дорогу. Тринадцатое отделение? Госуправления? И чем они там занимаются, в своем госуправлении? И почему именно тринадцатое отделение? Где остальные двенадцать?
На миг мне показалось, что в глазах брюнета появилось и исчезло разочарование. Он как будто ждал от меня других действий, той же паники или страха, например. Понятия не имею, как действовала бы настоящая Мари Орская, я же про себя досадовала, что меня отвлекают от работы и не дают открыть лавку. Время, блин, деньги! Для кого, спрашивается, я полночи готовила?!
Дознаватели зашли оба, брюнет перекрыл своим телом выход, кивнул шатену, и тот исчез в недрах дома.
– Где мы можем поговорить, дарна Орская? – с непонятным сарказмом в голосе произнес брюнет.
Дарна, значит. Насколько я помнила, так обращались к нетитулованным особам любой расы.
– Пойдемте в гостиную, это две двери от выхода, – пожала я плечами.
Брюнет кивнул, закрыл дверь, тщательно проверил, чтобы ее нельзя было открыть, и приказал мне:
– Ведите.
Все еще слабо понимая, что происходит, я дошла до гостиной, небольшой уютной комнаты, обставленной старой, но качественной мебелью. Усевшись в одно из кресел, оббитое серым бархатом, немного истрепанным, я вопросительно уставилась на собеседника, севшего в такое же кресло напротив:
– Может быть, представитесь для начала?
– А вы меня не помните? – опять этот сарказм в голосе. И фигура напряжена. Он как будто ждет, что я попытаюсь бежать.
– Нет, – покачала я головой. – Не имею чести быть с вами знакомой.
– Даже так, – задумчиво проговорил брюнет. – Что ж… Рональд ронторн Ромарский.
И снова этот внимательный взгляд. Очередная проверка? Ну, я, допустим, знаю, что «ронторн» указывает на дальнее родство с правящей семьей. Очень дальнее. Какие-то там родственники десятого или двенадцатого колена. Но и все. Как мне следовало отреагировать? Присесть в книксене? Склонить голову в поклоне? Что вообще этот Рональд от меня ждет?
– Приятно познакомиться, – вежливо ответила я.
В глазах мужчины веселье крепко сплелось с изумлением. «Ну надо же, какая дура», – будто бы говорил этот взгляд. В принципе, я была с ним согласна. Каюсь, мне стоило лучше выучить местные обращения и этикет. Увы, все мои мысли были заняты собственным делом. Так что теперь, имея под боком лавку, я выглядела глупой провинциалкой.
– Самое странное, что агашер не сработал ни разу, – задумчиво, так, словно только себе под нос, произнес непонятный дознаватель.
Агашер? То есть ко мне заявились с аппаратом, распознающим ложь? Книги уверяли, что этот аппарат, последняя разработка спецслужб данного мира, был дорогим и редким девайсом, как сказали бы на Земле. Мари, чтоб тебя! Что ты такого могла натворить в своей жизни?!
Поскольку никакой реакции от меня дождаться было нельзя, – я просто не знала, что именно ждут и как правильно реагировать, поэтому сидела в своем кресле молча, – Рональд ронторн Ромарский снова заговорил.
– Мари Орская, вы подозреваетесь в изготовлении и распространении продуктов, вызывающих побочные эффекты у части населения нашей столицы. Что вы можете сказать в свое оправдание?
– Понятия не имею, о каких побочных эффектах вы говорите, – честно ответила я.
Теперь мозаика наконец-то начала складываться в единое полотно. Тот, второй следователь, следил за Сандрой, видимо, потому что был твердо уверен, что она разносит подобные продукты. Получается, нас с ней приравняли к земным наркоторговцам.
Додумать я не успела: за дверью, как в дешевых фильмах, послышался шум: крики, звуки чего-то падающего, стук. Кто-то явно развлекался на всю катушку, и причем без меня!
– Что там… – нахмурив брови, произнес недоуменно Рональд ронторн Ромарский, но договорить не успел.
Дверь распахнулась, и в комнату в буквальном смысле слова влетели двое: второй следователь и непонятное создание, в котором я с трудом узнала собственного кота. Разъяренный, шипящий сквозь распушенные усы, словно кобра, Барсик, выщерив клыки, начал гонять несчастного следователя по всей комнате. На нас с Рональдом ронторн Ромарским эта парочка не обращала ни малейшего внимания.
– Что происходит? – повысил голос мой собеседник. Ноль реакции. Один убегал, другой догонял. И оба были заняты делом.
– Шарток!
То ли имя, то ли ругательство. И снова ноль реакции.
Мой собеседник выругался на незнакомом языке и взмахнул рукой. В следующее мгновение кот и следователь, обездвиженные, застыли в воздухе в паре сантиметров друг от друга.
– Шарток ногр Лорский! Что происходит?! Отвечать! – прогремел на всю комнату взбешенный Рональд.
– Он пытается меня убить, – выдал его спутник.
– Кто? – саркастически поинтересовался Рональд. – Кот? Ты случайно не перегрелся у них на кухне?
– Я и тебя убью, – прошипел задира Барсик. – Сволочи! Отвлекать меня от еды!
Рональд повернулся к коту, удивленно взглянул на него, как будто не мог поверить в увиденное, затем перевел задумчивый взгляд на меня.
Что?! Вот что опять случилось?! Я-то тут при чем?!
– Дарна Орская, – холодный тон Рональда мне не понравился, – вы разве не знаете, что опыты над животными строжайше запрещены?
– Какие опыты? – удивилась я. – Барсик, кто и когда проводил на тебе опыты?
– Ты и проводила, – заявила эта пушистая сволочь, – когда сливок со сметаной лишала! Мне, мыслящему существу, приходилось голодать!
– То есть вы отрицаете, что пытались воздействовать своей магией на это животное?
– Какой магией? Мне ни одна магическая книга не подчиняется. Я не могу колдовать.
Брови Рональда сошлись к переносице.
