Откуда-то донесся странный звук. Мелисса подняла взгляд и увидела, что в дверях стоит Дафна и держит в руке чашку с кофе и маффин. Дафна, словно не веря себе, смотрела на Патрика, и ее зеленые глаза блестели от слез. Девушка быстро сменила спортивный костюм на шелковый топ вишневого цвета и узорчатые шаровары.
– Не могу же я сидеть дома, когда ты тут одна, – сказала Дафна, подходя к Мелиссе, обнимая ее и обдавая ароматом мускуса. – Я подумала, едва ли ты сможешь сейчас есть, но не смогла прийти с пустыми руками.
Она протянула Мелиссе кофе и маффин.
– Спасибо, ты просто ангел, – ответила Мелисса и отхлебнула кофе, с удовольствием отмечая, что он гораздо лучше, чем из автомата внизу.
Дафна крепко сжала плечо Мелиссы, подошла к стулу по другую сторону кровати Патрика и, печально вздохнув, села. В тусклом свете лампочки Мелисса видела, что симпатичное лицо Дафны побледнело и осунулось.
– Есть мысли, кто мог такое сделать? – спросила она.
Мелисса в ответ лишь покачала головой.
– Когда я рассказала Райану, он не поверил.
Мелиссе и раньше было интересно, как отреагировал на это ее старый друг. Райан так и не смог преодолеть неприязнь к Патрику. При встречах они были вежливы. Им просто ничего другого не оставалось, потому что Мелисса дружила с Дафной, его бывшей женой. Когда Льюис начал встречаться с их дочерью Мэдди, Райан также примирился с этим. И все-таки в их с Патриком отношениях ощущалась какая-то напряженность. Но, конечно же, такого Райан не желал Патрику.
– Как дети? – спросила Дафна.
– В ужасе, – коротко ответила Мелисса. Она вдруг представила, как они там, и ей захотелось поскорее вернуться домой, чтобы выведать у них правду. Они что-то знали, определенно они знали больше, чем готовы были рассказать!
Взгляд Дафны скользнул по изголовью кровати Патрика.
– Не могу поверить, что в «Лесной роще» такое происходит. Ведь это самое сонное место в мире. Разве что я иногда над кем-нибудь поиздеваюсь.
– У меня самой все это в голове не укладывается… – начала Мелисса, но почувствовала, как слова застревают в горле.
– Ох, солнышко, – поддержала ее Дафна, перегибаясь через лежащего Патрика и сжимая ладонь Мелиссы, – мне так жаль, что тебе приходится переживать такое.
Мелисса почувствовала, что ее глаза наполнились слезами, и прижала к ним ладони, изо всех сил стараясь не плакать. Вдруг Патрик ее слышит! Но она ничего не могла с собой поделать – рыдания рвались из ее груди. Дафна бросидась к ней и крепко обняла.
– Давай, не стесняйся. Не жалей мой дорогуший топ.
Дафна была такой чудесной подругой. Мелисса часто вспоминала, как впервые увидела ее, когда они с Патриком гуляли в лесу в холодный день пятнадцать лет назад. Тогда Мелисса только узнала, что ждет близнецов, и, как помнит, пыталась представить себе, как она будет справляться с Джоелом и двумя младенцами.
Сначала она заметила своего старого приятеля Райана. Она видела его не часто с тех пор, как они с матерью переехали в новый дом. Мелисса лишь время от времени натыкалась на него во время прогулок в лесу и очень редко в городе. Он всегда был один, конечно, не считая собаки. Но в этот раз рядом с ним шла роскошная рыжеволосая дама в прекрасном платье сапфирового цвета. Это было так странно видеть вместе воплощения гламура и грубости. Но обоюдное влечение, исходившее от них, ощущалось за милю. Мелисса видела, как вспыхнули щеки Райана, когда Дафна прижала руку к груди, рассмеявшись над его словами.
«Неужели Райан может сказать что-то смешное», – удивленно подумала Мелисса.
Еще она вспомнила, что ощутила в этот момент странную ревность. Как будто ей казалось, что Райан, ее дикий мальчик, так всю жизнь и проживет один в этом лесу. Нелепое предположение! С возрастом Райан стал очень красивым – суровый вид и ослепительно голубые глаза. Все женщины города, кажется, нарочно портили свои деревья, чтобы он со своим отцом приехал и поработал на их участке.
Когда Райан в тот день представил Дафну Мелиссе и Патрику, последний, к удивлению Мелиссы, пригласил их на барбекю, которое они решили устроить в тот же вечер. Было так удивительно и странно видеть в тот вечер вместе Райана и Дафну, еще более ослепительную в коротком модном платье с принтом в виде колибри. Рядом с ней Мелисса чувствовала себя скучной, обрюзгшей и усталой. Понемногу Дафне удалось ее разговорить, и Мелисса поняла, что новая знакомая обладает не только потрясающей внешностью, но и довольно язвительным чувством юмора и к тому же разделяет ее любовь к сидру. Они сразу же нашли общий язык, и когда Дафна предложила Патрику помощь с проектами по обновлению визит-центра, Мелисса часто заглядывала к нему, просто чтобы выпить с Дафной кофе. Она расстроилась, когда Дафна сообщила ей, что возвращается в Лондон. Но не прошло и нескольких месяцев, как Дафна приехала обратно в «Лесную Рощу». Она была уже беременна. Мелисса узнала об этом только из местных сплетен и очень обиделась, что Дафна ничего не сказала ей и вообще перестала выходить на связь, хотя вообще-то они обе ждали тогда малышей. Потом, когда у Мелиссы родились близнецы, а три месяца спустя у Дафны – Мэдди, женщины неизбежно стали натыкаться друг на друга на детских площадках. Сперва Дафна, совсем не похожая на прежнюю жизнерадостную Дафну, держалась холодно, но понемногу выбралась из своей раковины, и тогда они с Мелиссой сдружились уже по-настоящему. Мелисса очень расстроилась, когда спустя пять лет Дафна и Райан развелись, но ничуть этому не удивилась. Они были слишком разными, и когда страсть улеглась, стало понятно, что между ними почти нет ничего общего. Но расстались они друзьями и потом прекрасно справлялись с воспитанием Мэдди.
– Я просто не могу поверить, что это произошло, – сказала Мелисса подруге. – Я думала, что после смерти Джоела ничего страшного уже не случится…
Патрик тихо застонал. Вырвавшись из объятий Дафны, Мелисса подалась вперед:
– Патрик!
Его веки чуть дрогнули, но тут же вновь застыли.
– Милый ты мой, – прошептала Мелисса, гладя ему руку.
– Мне пора идти, я просто хотела увидеть, как ты себя чувствуешь, – сказала Дафна, взяв со стула сумку. Ее глаза блестели от слез.
– Это ужасно и для тебя, и для всего поселка, – пробормотала Мелисса. Патрика особенно любили за большой вклад в жизнь поселка, за то, что он смог собрать средства на ремонт визит-центра и сделал еще много чего хорошего.
– Нам не так тяжело, как тебе, – ответила Дафна, – но да, мы все в шоке, конечно. В группе на фейсбуке только об этом и пишут.
Мелисса вздохнула. Она никогда не думала, что станет предметом для обсуждения на фейсбуке, тем более в таком чудовищном контексте.
– Я почему-то уверена, что об этом ходит много слухов, – осторожно поинтересовалась Мелисса. Наверное, кто-то что-то видел, слышал, и это могло бы стать ключом к разгадке.
– Многие слышали сирены, видели полицейские машины. Все в ужасе, конечно, все желают вам поскорее выбраться из этого.
Мелисса выудила из кармана телефон.
– Может, тебе лучше не смотреть? – спросила Дафна.
– Да нет, я справлюсь, – ответила Мелисса, заходя на фейсбук. Она вошла на свою страницу. На аватарке они с Патриком и детьми гуляли в лесу, а за ними простирался луг с цветущими колокольчиками. Билл сделал это фото на прошлой неделе во время воскресного барбекю.
Они были тогда так счастливы.
Мелисса снова обвела взглядом обритую голову Патрика, его перебинтованный живот и периодически попискивающий монитор.
Как же это могло произойти?
Она вздохнула и уткнулась в телефон, затем нашла пост, о котором говорила Дафна.
– О, какой сюрприз! Грэм Кейн и Белинда Белл опять в своем репертуаре.
– Забей на них, они просто идиоты, – вздохнула Дафна.
– При чем тут, черт возьми, моя мама? И что имеет в виду Эндрю Блейк? Что за намеки насчет Райана?
Ее взгляд застыл на комментарии Ребекки Файн.
«Несчастья не отпускают бедную девочку.»
Мелисса снова мысленно видела старый дуб, сломанную ветку и серебристую туфельку на земле. Она закрыла глаза.
Почему темнота не может просто уйти?
Глава седьмая
Пятница, 19 апреля 2019 года, 06.13.
Когда приходит мама, я делаю вид, что сплю. Но всю ночь меня мучает бессонница. Я снова и снова чувствую, как нож входит в папино тело. Чувствую его горячую кровь на своих пальцах. Липкую кровь. Слышу его удивленный стон, прежде чем он рухнул на пол.
Я вжимаюсь лицом в подушку, чтобы не заплакать. В комнате мелькает мамина тень. Мама подходит ко мне, и я стараюсь дышать медленно и глубоко, как обычно, когда я уже не сплю и она приходит будить меня в школу. Наклонившись, она целует меня в щеку.
Чувствует ли она соленый вкус моих слез?
Я не открываю глаза, как бы сильно мне ни хотелось, потому что, если открою, я расскажу ей все, а мы уже решили, что ничего не скажем.
Я все жду, что она сейчас уйдет, но она не двигается и неотрывно смотрит на меня. Я почти слышу, как движется ее мысль, как она пытается во всем разобраться. Она не могла не понять, что виноваты мы, и когда мы проснемся, нас ожидает допрос с пристрастием.
Наконец она выходит, и я облегченно выдыхаю. Она шепотом говорит с бабушкой, потом голоса стихают, и я слышу, как они спускаются вниз по лестнице. Как же мне хочется разбудить остальных, чтобы не было так одиноко в большой комнате на мансарде бабушки и деда. В детстве мне всегда было страшно здесь ночевать. Мне казалось, что с карниза на меня смотрят жуткие глаза. Приходилось прятаться под одеяло, потеть и мечтать о том, чтобы у мамы и папы не было такой бурной светской жизни и нам бы не приходилось проводить выходные здесь, пока они общаются с друзьями. Может быть, мама чувствовала то же самое, когда жила на этой мансарде сначала с бабушкой Куэйл, а потом одна. Здесь на стенах по-прежнему висят мамины рисунки деревьев.
Один из этих рисунков я всегда разглядываю особенно пристально. На нем огромный дуб, из дупла которого выглядывают две пары глаз. Они кажутся мне испуганными, а по земле от дерева простирается тень.
Я знаю, что это за дерево. Теперь я знаю и то, что здесь произошло.
Но лучше бы мне этого не знать.
Все это так мучительно. Утром мне надо быть в нормальном состоянии, иначе я могу проболтаться.
Я ворочаюсь с боку на бок, но сон совершенно не идет ко мне. Выбираюсь из кровати, лежу на полу, прижавшись к нему ухом и щекой, чтобы быть поближе к маминой комнате. Мне кажется, я слышу ее дыхание. Я плачу, и мои слезы капают на ковер.
Надеюсь, что она никогда не узнает, что случилось, как и никогда не узнает, кто это сделал.
Глава восьмая
Группа сообщества жителей «Лесной рощи» на фейсбуке
Пятница, 19 апреля 2019 года, 08.56
Китти Флетчер
Я хочу выразить свою любовь и поддержку семье Байеттов. Буду верить в лучшее и молиться, чтобы Патрик Байетт быстро поправился. Не могу даже представить, через что им сейчас придется пройти.
Имон Пайпер
Вы о чем? Я только вчера видел Патрика в кафе.
Белинда Белл
Вчера здесь был пост об этом, но, похоже, утром его удалили. Вчера днем в доме Байеттов произошел несчастный случай. Андреа Купер, зачем вы удалили пост? Ведь это группа для обмена новостями!
Андреа Купер
Пожалуйста, прочитайте правила, Белинда.
Ребекка Файн
Видимо, все из-за свинских комментариев Грэма Кейна, Белинда.
Питер Милехам
Вернемся к теме! К сожалению, плохие новости. С разрешения Розмари и Билла, я вынужден сообщить, что мой дорогой друг Патрик вчера был ранен ножом у себя дома. Предположительно в дом кто-то вломился. Патрика обнаружили дети.
Паулина Шарп
Ножом? Господи, что в последнее время творится в «Лесной роще»! Сначала погром на Бирч-Роуд в прошлом месяце, теперь такое… Уверена, это связано с открытием фабрики в Эсбридже и рабочими-иммигрантами. Мои соболезнования и лучи добра Байеттам.
Имон Пайпер
Должен признаться, я тоже об этом думал, Паулина.
Дебби Лампард
Мой брат много общается с работниками фабрики, он инструктор по технике безопасности. Это хорошие, порядочные и трудолюбивые люди, а не преступники.
Белинда Белл
Думаю, это была кража со взломом, но что-то пошло не так. Мне в дверь стучались два помятых полицейских, хотели узнать, видела ли я что-нибудь. Но когда я спросила, что именно произошло, они уклонились от ответа.
Томми Милехам
Давайте организуем поисковый отряд и выясним, какая сволочь это сделала! Мои собаки его найдут.
Грэм Кейн
А пистолет, с которым ты на аве[2], возьмешь, Томми?
Томми Милехам
Не соблазняй…
Ребекка Файн
Пистолет? Ну что за глупости. Мальчишки и их игрушки.
Китти Флетчер
Девочки тоже любят пистолеты, Ребекка.
Ребекка Файн
Элли Милехам
Это ужасно. Пусть Адриан Купер как офицер полиции прокомментирует ситуацию. Он же тоже в этой группе. Если это взлом, мне хотелось бы знать об этом. Я живу на соседней улице, и у меня дети.
Белинда Белл
Отряд полиции сейчас направился в лес. Я их вижу из окна, они идут на запад.
Эндрю Блейк
Хмммммм, кто же из наших знакомых живет в этой части леса?;-)
Ребекка Файн
Эндрю Блейк, что вы хотите сказать?
Грэм Кейн
Ну хватит, мы все понимаем, что хочет сказать Эндрю… и если я не ошибаюсь, этот пост админ удалит быстрее, чем я напечатаю имя «Райан».
Ребекка Файн
Если вы имеете в виду Райана Дэя, то вы явно лаете не на то дерево. Хватит уже обсуждать это все. Андреа Купер, удалите последние комментарии, пожалуйста!
Грэм Кейн
Это все ваши преДУБеждеиия, Ребекка Файн (зацените шутку!)
Эндрю Блейк
Грэм Кейн, ахаха)
Китти Флетчер
Не могу поверить, что вы способны над этим смеяться, Грэм Кейн и Эндрю Блейк.
Грэм Кейн
Черный юмор. Неплохой способ выпЛЕСнуть эмоции.
Китти Флетчер
Как дипломированный специалист, скажу вам, что ничего подобного. Это лишь способ на время отключить эмоции.
Грэм Кейн
Давно хотел спросить, когда вы успели получить диплом, Китти!
Белинда Белл
Райан вчера приезжал на Нью-Пайн-Роуд. Я видела его машину.
Андреа Купер
Так, внимание! Хотя я и ценю свободу слова, сообщаю, что до конца расследования все подобные комментарии будут ЗАКРЫТЫ!
Глава девятая
Пятница, 19 апреля 2019 года, 10.13
Проснувшись, Мелисса уловила аромат жареного бекона и блинов. Ее голова раскалывалась, как будто она накануне весь вечер пила сидр. В те несколько часов, что ей довелось поспать, ее мучили сны о лесе, о том, как она бежит по нему, продираясь сквозь деревья и, не видя дороги, пытается найти своих детей. Она снова увидела вдалеке старый дуб – та самая сломанная ветка и серебряная туфелька. Подобные кошмары снились ей часто и до этого. Но сегодня все было еще хуже. Случилось что-то страшное, очень страшное, и она никак не могла понять, что именно… Потом в мозг ударило воспоминание о Патрике, лежавшем на полу, и о тайне, которую скрывали ее дети.
– Патрик… – прошептала Мелисса, и ее глаза наполнились слезами.
Она быстро схватила телефон и, промотав несколько сообщений со словами поддержки и несколько оповещений с фейсбука, наконец нашла обещанное известие от Розмари, которая поехала в больницу, как только Мелисса отправилась домой.
Все так же. Надеюсь, ты хорошо отдохнула. Целую.
Мелисса посмотрела на часы. Она отдыхала слишком долго! Внезапное ощущение необходимости поговорить с детьми вырвало ее из постели, несмотря на головную боль. Утром голова прояснилась, и Мелисса уже отчаянно жалела, что скрыла от полиции пропажу ножа.
О чем только она думала?!
Она почистила зубы, натянула ту же одежду, что и вчера, побрызгала подмышки дезодорантом и побежала вниз. Было странно после стольких лет вновь провести ночь в этом доме. Когда-то он был ее убежищем, но теперь здесь было ей неуютно, в отличие от Патрика и детей, которые этот дом любили. Это был первый особняк «Лесной рощи», и его построили здесь двадцать шесть лет назад. Просторная лоджия, крепкие стены из кирпича и дерева, пять больших спален. Огромный участок с лужайками, пастбищными угодьями и даже полоской частного леса. Детям нравилось здесь, они проводили здесь ту ночь, когда Патрик и Мелисса раз в месяц устраивали себе романтический вечер. У всех были ключи от этого дома, здесь их ждали в любое время. Из кухни всегда изумительно пахло волшебными маффинами, которые любил печь Билл, первоклассными блюдами Розмари, непременно с душистой карри. Большой вельветовый диван в гостиной был древним, но он был самым удобным диваном в мире, и по всему дому были развешаны полки, заставленные книгами.
Несмотря на то, что дому было меньше тридцати лет, детям он казался старинным, так они привыкли к своему ультрасовременному коттеджу. Когда он был построен, поселок «Лесная роща» представлял собой одну-единственную улицу и пять больших участков, но за несколько лет проложили новые улицы, которые кругами оплели лес. Ближе всех к этому дому оказались Олд- и Нью-Пайн-роуд.
Девочки сидели на кухонных стульях и пили апельсиновый сок, а Льюис помогал Биллу жарить бекон. Сперва Мелиссе показалось странным, что Билл так спокойно готовит завтрак, как будто вчера ничего и не было, но потом поняла – ради внуков он старается создать ощущение нормальности.
Дети еще не переоделись после сна, их лица были бледными и измученными. В пижамах и ночных рубашках они всегда казались ей более хрупкими, даже Льюис в футболке с хэштегом «#неустал», которую Лилли подарила ему на прошлый день рождения, потому что он, с ранних лет страдавший бессонницей, по ночам был полон энергии.
За окном простирался лес, с дерева взирал одинокий ястреб. Солнечный свет лился на кухню, такой яркий и чуть крапчатый, как это часто бывает в лесу.
Когда мать вошла в кухню, все трое подняли глаза и с беспокойством посмотрели на нее. Очевидно, они ожидали выволочки, и они, черт возьми, были правы! Она посмотрела на Билла. Допросить их сейчас, при свекре, рассказав ему о том, как странно вели себя дети, сказать о пропавшем ноже, о лжи и тайне, тяжелый груз которых Мелисса видела на плечах детей, явно было невозможно. Билл и Розмари, конечно, были настоящими профи по части того, чтобы разделить любую ношу. Но здесь ситуация была неоднозначная. Она уже не была ребенком. Она была матерью, и ее самым главным долгом было все, что связано с детьми. В первую очередь нужно было все выяснить и уже потом принимать решение, кому и что рассказывать. И к тому же следовало помнить, что Патрик был сыном Билла и Розмари, а для них он был важнее всего… может быть, даже важнее собственных внуков. Поэтому Мелисса решила подождать с допросом, пока Билл уйдет.
Она посмотрела на часы. Ирнтересно, когда она сможет поговорить с детьми с глазу на глаз.
Сэнди подбежал к Мелиссе и ткнулся мокрым носом, требуя внимания. Два шоколадных лабрадора Билла и Розмари, послушно сидевшие на дорогих подстилках в кладовке, казались такими ухоженными и лоснящимися, что составляли резкий контраст с Сэнди, золотистая шуба которого до сих пор была в грязи после вчерашней прогулки. Невоспитанный пес пытался схватить кусок бекона со сковородки Билла, но тот быстро отогнал его.
Билл и Розмари разводили лабрадоров на продажу. Знаменитая выставочная линия «Лабрадоры Байеттов» тридцать лет выигрывала всевозможные выставки, включая даже «Крафтс»[3]. За щенка из их помета люди были готовы заплатить больше тысячи фунтов. Ну а Сэнди появился на свет из-за счастливой случайности, когда одна из сук Байеттов, Берта, во время прогулки в лесу сорвалась с поводка и вступила в связь с менее породистым золотистым лабрадором-кобелем. За поводок, увы, держалась тогда Мелисса, и с тех пор родители мужа больше никогда не разрешали выгуливать ей своих бесценных собак. Каждый раз при виде Сэнди на их лицах появлялась особая мина, говорившая все, что они думают о единственном упущении в идеальной родословной. Билл предложил даже сделать Берте аборт, когда выяснил, что ее обрюхатил обычный кобель. Но, к счастью, близнецы имели на дедушку большое влияние, и они убедили его сохранить щенков, а одного забрали себе.
Мелисса подошла к близнецам, по очереди поцеловала их в лоб, крепко обняла и прошептала, что любит их. Потом прижала к себе Грейс. Они немного расслабились, по-видимому, поняв, что она не собирается набрасываться на них с расспросами, куда делся нож… Но так будет до поры до времени.
– Как себя чувствовал Патрик, когда вы ушли? – спросила Мелисса Билла.
– Все так же, – ответил он со вздохом.
– Мы ведь навестим его, как будем готовы, правда, ребята? – поинтересовалась Мелисса, глядя им в лица и пытаясь уловить в их выражении намек на то, свидетелями чего они были вчера.
Дети ерзали на стульях, не глядя ей в глаза, и внутри у Мелиссы словно что-то оборвалось. Неужели они не хотят видеть своего раненого отца?
Билл нахмурился, тоже обвел их взглядом, потом глубоко вздохнул и указал на свободный стул рядом с Грейс.
– Сперва завтрак Байеттов, – провозгласил он.
Этот знаменитый завтрак тоже был частью семейных традиций. Каждое утро после романтического вечера Патрика и Мелиссы Билл, Патрик и Льюис готовили что-нибудь жареное. Три поколения мужчин семьи Байеттов были очень близки. Каждое воскресенье они вместе играли в футбол в местном парке. У них даже шутки были понятны только им одним. Они были похожи и внешне – все трое высокие, стройные, с карими глазами. Льюис обожал дедушку и с трепетом относился ко всему, что было связано с его военным прошлым, а за приготовлением завтрака всегда приставал к нему с расспросами. Иногда подключалась Грейс, жаждавшая кровавых подробностей, а Лилли в таких случаях корчила гримасы отвращения.
Но теперь такого оживленного разговора не получалось. Все устало молчали, пока готовился завтрак, который, возможно, никто из них не смог бы даже съесть.
Мелисса заметила, что на Лилли мешковатая футболка с фото из мюзикла «Злая», который ставили прошлым летом.
– Господи, я и не спросила! – воскликнула она. – Ты получила роль в «Звуках музыки»?
Помедлив немного, Лилли кивнула:
– Угу.
– Это же просто чудесные новости! – обрадовался Билл. – Я знал, что так и будет! Наша прекрасная, талантливая Лилли, идеальное сочетание генов Байеттов.
Он так бурно жестикулировал лопаткой, что жир разлетался по всей кухне.
– Твой папа будет тобой гордиться.
Мелисса изо всех сил постаралась не обращать внимания на фразу насчет генов Байеттов. В конце концов, она к такому уже привыкла. Наклонившись к дочери, она крепко пожала ей руку.
– Да, папа будет гордиться, – повторила она.
Но Лилли напряглась и отдернула руку. Мелисса нахмурилась.
Да что происходит с ее детьми?
Когда завтрак был приготовлен, все в молчании принялись есть. Билл, раньше с жадностью уничтожавший все, что лежало в тарелке, теперь еле-еле ковырялся в ней вилкой.
– Думаю, вам стоит пойти поспать, Билл, – сказала Мелисса, которой не терпелось все выяснить. – Отдохните пару часиков, пока я приберусь тут. Если будут новости, разбужу.
Билл ничего не ответил, и Мелисса забеспокоилась, что он не захочет спать. Но в конце концов он заявил, со вздохом отложив вилку:
– Ну, может быть, пару часиков отдохнуть и впрямь не помешает.
Он поднялся, поцеловал внуков в макушки, помахал рукой Мелиссе и побрел в спальню наверху. Дождавшись, когда щелкнет задвижка на двери, Мелисса решительно повернулась к детям.
– Я знаю, что нож был и пропал.
Она хотела увидеть реакцию детей, но те лишь молча смотрели в стол, не издавая ни звука.
– Он лежал вот здесь, на полу в кухне, – продолжала она, – а потом пропал.
Мелисса наклонилась вперед, чувствуя, как колотится ее сердце:
