Страница 1 из 3
«Генеральный директор Акулов Н. Р.» – я как раз изучала позолоченную табличку, когда дверь из лакированного красного бука внезапно распахнулась, и на ее пороге возник мужчина в дорогом темно-сером костюме. Все собравшиеся в этот час в приемной девушки перестали дышать и уставились на него, настороженно и в то же время с затаенным восхищением. А восхититься там было чем: высокий, крупный и в то же время подтянутый, чуть жесткие, но привлекательные черты лица, русые волосы подстрижены коротко, легкая, едва заметная небритость ничуть не портит облик, напротив, придает ему некую брутальность, разбавляя общий лоск делового образа. В общем, я тоже не стала исключением и чуток подвисла, разглядывая его.
– Меня сегодня уже не будет, – между тем бросил мужчина секретарю в приемной. Низкий, с нотками хрипотцы, голос отозвался в груди приятной вибрацией, его же обладатель даже взглядом не удостоил толпу своих потенциальных помощниц и стремительным шагом направился к лифтам, оставляя за собой шлейф умопомрачительной туалетной воды.
Стоило дверям лифта закрыться за ним, как по приемной пронеслась волна сдавленных вздохов.
– Это и есть генеральный директор? – несколько озадаченно спросила я у Даши, приятельницы, благодаря которой мне и удалось попасть на собеседование в «Дом интерьера» – одну из самых крупных мебельных компаний не только столицы, но и всей нашей родины. – Я думала, он старше. Намного старше. Ты, вроде, рассказывала, что он в годах. А этому и сорока нет.
– Тридцать шесть, если быть точнее, – отозвалась Дарья, пряча улыбку, потом же продолжила с печальным вздохом: – А тот, о ком я рассказывала, его отец, Роман Антонович. Он основал эту компанию, больше двадцати лет управлял ею, но в октябре у него случился инфаркт… В общем, скончался наш Роман Антонович, а место генерального занял его старший сын Никита. До этого он возглавлял филиал «Дома» в Питере, а после смерти отца вернулся в Москву. Теперь вот обустраивается тут…
– Теперь понятно, почему так срочно ему понадобился помощник, – протянула я. – А что стало с предыдущим секретарем? У покойного же директора, видимо, он тоже был.
– Да, Раиса Львовна, милейшая женщина и супер-секретарь. Жена Романа Антоновича даже порой ревновала к ней, – Даша хмыкнула. – Но кто знает, что там было между ними на самом деле? А после смерти Романа Антоновича Раиса сразу же написала заявление на увольнение, тем более она и без того уже должна была три года как уйти на пенсию, с ее слов, работала здесь только ради Романа Антоновича. Вот и ушла. А новому директору пришлось подыскивать другую помощницу. Кстати, Люда сказала, – она кивнула в сторону ресепшена, – новый генеральный попросил Раису Львовну напоследок помочь менеджеру подобрать себе замену, так что еще, может, познакомишься с ней.
Потом Даша окинула взглядом моих конкуренток, которых набралось не меньше двух десятков:
– Вот так ажиотаж. И это только те, чьи резюме приглянулись нашему HR-менеджеру. Говорят, за неделю пришло больше трех сотен резюме… Если честно, когда я предлагала тебе тоже попытать удачи, не думала, что будет такая конкуренция…
– Значит, удача пока на моей стороне, – я улыбнулась. – Раз мое резюме выбрали среди такого количества.
Возможно, повезет и дальше… Потому что эта работа мне нужна. Очень.
– А я не сомневалась в этом, – Даша подмигнула мне. – У тебя, Тань, отличное резюме, и прошлое место работы производит впечатление. Все-таки секретарь-референт в «Аримавера» – звучит солидно.
– Надеюсь только, они не будут сильно допытываться о причине моего ухода оттуда, – эта мысль ввергла меня в уныние.
А причина была личного характера: сын моего уже бывшего начальника, в начале лета вернувшийся с учебы из Лондона, начал проявлять ко мне чересчур повышенное внимание. К отказам он не привык, поэтому для достижения своей цели использовал самые радикальные и беспринципные методы, вплоть до… Нет, не хочу даже вспоминать об этом. Но самое противное, что его отец, которого я до этого очень уважала, закрыл на все глаза и просто попросил меня с работы по собственному желанию, так сказать, если не хочу новых проблем. Проблем я не хотела, как и не хотела видеть больше ни его, ни озабоченного сыночка отморозка. Ушла, сбежала, даже забыв собрать свои вещи. Где-то там до сих пор в письменном столе лежит мое зеркальце из цветного стекла, которое купила в память о поездке в Венецию, и флешка с подборкой любимой музыки. И если музыку еще можно восстановить, то с зеркалом, увы, пришлось распрощаться, ибо возвращаться за ним для меня теперь смерти подобно.
Спасибо, что судьба свела меня с Дашей. С ней мы как раз и познакомились в том самом путешествии по Италии и вот уже почти два года поддерживали общение: время от времени созванивались, переписывались в соцсетях, пару раз встречались за чашечкой кофе и пирожным. И так получилось, что она была первой, кто узнал, о моем увольнении: случайно позвонила в тот момент, когда я, закрывшись в кабинке офисного туалета, пыталась справиться со слезами обиды после откровенного разговора с начальником. Сама Даша работала бухгалтером в мебельной компании «Дом интерьера», чем очень гордилась и считала своим чуть ли не главным достижением в жизни, после двух сынишек, конечно. С мужем у нее, к слову, не сложилось, развелась, поэтому теперь она пребывала в активном поиске. Оказалось, что в «Доме интерьера» как раз на днях появились вакантная должность секретаря, или личного помощника, как это здесь называлось, для генерального директора. По всем требуемые пунктам я вполне подходила, поэтому, с легкой руки Даши, мое резюме оказалось на столе менеджера по персоналу, а вчера я получила приглашение на собеседование.
– Какая ты уже в очереди? – уточнила приятельница, взглядом подсчитывая соискательниц в приемной.
– Передо мной еще три, – отозвалась я, радуясь, что за мной их в два раза больше. – Ты можешь идти, Даш, я сама справлюсь. У тебя ведь работа…
– Нет, я подожду, – упрямо ответила та. – Посижу с тобой до победного конца. А работа не убежит, я с девочками договорилась, прикроют.
Я признательно улыбнулась ей и собралась спросить еще кое-что о «Доме интерьера», как вдруг из лифта выпорхнула блондинка. Высокая, худенькая, в норковой шубке нараспашку, под которой виднелась короткая юбочка и облегающая водолазка. Ноги у этого модельного создания были, естественно, от ушей, а пухлые губки явно совсем недавно прошли коррекцию у косметолога. Блондинка, стуча каблучками, продефилировала к ресепшену и небрежно уточнила у секретаря:
– Где отдел кадров?
– Вот, – показала секретарь и поспешила предупредить: – Если вы на собеседование, то придется подождать. Соискателей много. Назовите мне свое имя, я предупрежу менеджера, он вас вызовет, когда подойдет очередь.
Девица презрительно фыркнула и направилась к кабинету, бросив через плечо:
– Менеджер и без того предупрежден и ждет меня.
– Вот это наглость! – возмутился кто-то из девушек, а взволнованная секретарь уже спешила за блондинкой, которая бесцеремонно распахнула дверь отдела кадров.
Секретарь исчезла следом за ней в кабинете, но буквально через минуту вышла. Пожала растерянно плечами в ответ на вопросительные взгляды кандидаток и, потупив глаза, вернулась за свою стойку.
– Блатная, – резюмировала тихо Даша. – Интересно, кто ее протеже? К Борису Андреичу, менеджеру нашему, так просто не подступишь. Даже мне твое резюме пришлось продвигать на общих условиях, без всяких «знакомств». И ничего никто не обещал.
– Ты и так много для меня сделала, – попыталась успокоить я подругу, хотя у самой на душе от появления новой конкурентки тоже стало тревожно. – Дальше уже все зависит от меня, вашего Бориса Андреевича и удачи. Посмотрим…
В следующую минуту из дальнего коридора вынырнул некий заспанный юноша с растрепанными волосами, в помятой футболке и потертых джинсах.
– Ваня, наконец-то! – лицо секретаря озарила счастливая улыбка. – Я тебя уже заждалась!
– Что на этот раз случилось? – молодой человек, напротив, не выказывал никакой радости от встречи. Подошел к ней ближе и, засунув руки в карманы, уставился на компьютер.
– Смотри, – секретарь сразу засуетилась, подхватила мышку, стала ею щелкать и показывать на экран: – Когда я нажимаю так, или вот сюда… Вылезает вот это. И не убирается, только сворачивает окна…
Ваня тяжело вздохнул и посмотрел на девушку со смесью жалости и раздражения:
– Пусти, сейчас сделаю… – и плюхнулся в ее кресло.
– Это наш сисадмин, – пояснила мне Даша, что, впрочем, я уже поняла и без нее. Но подруга продолжила: – Он младший брат генерального. Товарищ на своей волне, но программер от бога. Весь офис один тянет. Да, характер тяжелый, необщительный, но если что попросишь – побухтит, но сделает.
– Ты сейчас описала портрет типичного сисадмина, – усмехнулась я. – Мне кажется, других и не бывает в природе.
Даша, согласившись, хохотнула.
«Блатная» блондинка в отделе кадров пробыла недолго. Вышла через минут пять с довольной физиономией, окинула всех нас надменным взглядом и исчезла в лифте.
– Кукла расфуфыренная, – поморщилась Даша. – Неужели ее возьмут? У нее же отсутствие интеллекта на лице написано. И зачем тогда вот это все?..– она махнула рукой в сторону моих конкуренток. – Хотя… Что взять с этого Никиты Романовича? Не удивлюсь, если он поставил негласное условие, чтобы у помощницы в первую очередь было смазливое личико. Это не Роман Антонович, который в первую очередь в сотрудниках ценил ум и профессионализм.
– Не торопись с выводами, возможно, ты ошибаешься, – сказала я, а сама невольно повернулась к зеркальной стене, которая как раз находилась справа от диванчика, где мы сидели.
Придирчиво себя осмотрела, пытаясь представить, как меня могут воспринять со стороны: брюнетка, глаза зелено-карие, среднего роста, стройная, не модель с обложки, но вполне симпатичная, миловидная. Грудь… Не самая выдающаяся часть моего тела, но умело маскируемая пуш-апом. Есть небольшая близорукость, потому иногда ношу очки, чаще – линзы. Сегодня я в последних, так что о плохом зрении никто пока не догадается. На собеседование оделась сдержанно, в деловом стиле: пудренная блузка, черная юбка-карандаш, замшевые полусапожки на каблуке. В принципе, мне нравилось, как я выгляжу. Во всяком случае именно так я представляла себе личного секретаря генерального директора солидной компании: опрятная, элегантная, без вызывающих деталей в образе. Но совпадает ли мое видение с мнением менеджера по персоналу и самого Акулова? С другой стороны, если для гендиректора важна в первую очередь смазливая мордашка и параметры модели, то грош цена такой должности. Дважды на одни и те же грабли наступать не хочу. Мне хватило предыдущего начальства…
– Татьяна Ларина, вас приглашают, – позвала секретарь, отключая переговорное устройство.
Это же меня зовут! Я тут же подхватилась.
– Давай, Танюха, сделай их там всех! – Даша помахала кулачками.
Я кивнула, оправила юбку, пригладила волосы и набрала в грудь побольше воздуха:
– Все, я пошла…
– Удачи! – крикнула вслед Даша. – Ни пуха ни пера…
– К черту, – выдохнула я и открыла дверь.
– Присаживайтесь, – мне указали на мягкий офисный стул, обитый бежевой экокожей.
Если я правильно поняла, то этот плотный рыжеволосый мужчина с квадратным подбородком и есть Борис Андреевич, менеджер по персоналу. А худенькая женщина в годах рядом с ним – бывший секретарь Раиса Львовна.
– Татьяна Ларина, верно? – еще раз уточнил менеджер, при этом губы его дрогнули в едва заметной усмешке. И с вероятностью в 99% ему так и хотелось продолжить: «Итак, она звалась Татьяной…»
– Верно, – ответила совершенно спокойно.
Я уже привыкла к такой реакции на сочетании моего имени и фамилии. Спасибо родителям, которые решили так «соригинальничать» и назвать меня в честь самой известной пушкинской героини. Моей младшей сестре повезло не меньше: она у нас Ольга. Родителям это кажется забавным и романтичным, мы же с сестрой иного мнения. А если учесть, что моего нынешнего молодого человека зовут Женя… Ну, вы понимаете, шутки в нашу сторону так и сыплются. К счастью, он не Онегин, но все равно весело. Осталось Оле найти Ленского, или хотя бы Володю, и «шалость» мамы и папы удалась бы в полной мере…
– Двадцать семь лет, не замужем… – продолжил цитировать мое резюме Борис Андреевич. – А собираетесь туда?
– Куда, простите? – я сделала вид, что не поняла.
– Замуж.
– Вполне возможно… – уклончиво ответила я.
– Детей планируете?
– Я думаю, что практически любая женщина в моем возрасте планирует детей. Другое, дело, что планы – понятие растяжимое, а в таких вопросах могут еще и не сбыться. Не все зависит от одного желания.
– Давайте перейдем к следующему пункту, Борис Андреевич, – невозмутимо предложила Раиса Львовна и тоже заглянула в мое резюме. – Образование – высшее лингвистическое. Свободное владение английским и немецким, испанский, итальянский – разговорный… Синхронным переводом владеете?
– Английский, – ответила я.
Раиса Львовна одобрительно кивнула.
– Документация, деловая переписка?
– Безусловно, на английском и немецком без вопросов.
– Последнее место работы – компания «Аримавера», – зачитал уже Борис Андреевич, и я несколько напряглась, ожидая неприятного вопроса. И он не заставил себя ждать: – Проработали там без двух месяцев три года. Почему уволились?
– На то были серьезные причины, – ровным голосом ответила я. – Не связанные с профессиональной деятельностью.
– Что-то личное? – рыжая бровь менеджера приподнялась.
– Не думаю, что стоит это обсуждать, – снова заступилась за меня Раиса Львовна, и я окончательно прониклась к ней симпатией.
Видно было, что Борис Андреевич хотел ей возразить, но в последний момент передумал. Положил передо мной несколько психологических тестов:
– На их выполнение у вас пять минут.
– Почему хотите работать именно в нашей компании? – задал он стандартный вопрос уже в заключении беседы.
– Мне импонирует стабильность вашей компании, а также социальные гарантии, которые вы предоставляете своим сотрудникам. Заработная плата, безусловно, тоже немаловажный фактор, – ответила я честно.
– Как насчет карьерной лестницы? Не желаете в перспективе сменить профессию на другую, где можно продвинуться вверх по должности? Стать начальником?
– В вертикальном росте не испытываю потребности, – усмехнулась в ответ. – Я люблю свою профессию и прекрасно отдаю себе отчет в том, что в ней расти можно только горизонтально, то есть совершенствуя профессиональные качества. Хорошие секретари-референты – тоже на вес золота. Вот к этому совершенству я и стремлюсь.
Борис Андреевич улыбнулся и бросил взгляд на Раису Львовну. На губах той тоже промелькнула легкая улыбка.
– Спасибо, Татьяна, – менеджер отложил мое резюме вместе с тестами в отдельную стопочку. – Когда примем окончательное решение, мы перезвоним вам.
Мы распрощались, и я наконец выпала обратно в приемную. Там меня, сгорая от нетерпения, ждала Даша.
– Ну как? Ну что?
– Кто ж их поймет? – я пожала плечами. – Сказали, перезвонят. Впрочем, это стандартный ответ, ты же знаешь.
– Черт, – Даша закусила губу. – Неужели взяли ту мымру белобрысую?
– Скоро узнаем, – вздохнула я, в глубине души радуясь, что этап собеседования позади и можно немного расслабиться. – Беги работай. А то еще проблем хватишь из-за меня. Спасибо большое за поддержку и помощь. С меня обед в кафе.
– Проставишься, когда получишь эту должность, а пока не за что, – Даша быстро обняла меня. – Все, удачи, Танюш. Я действительно побежала. Пока!
– Пока! – я помахала ей вслед рукой и направилась к вешалке, где оставила свою дубленку.
Двадцать седьмое ноября, а уже снег… И как меня угораздило за месяц до Нового года остаться без работы? А если не найду ничего до праздников, значит, и весь следующий год буду безработной? Женя, конечно, только обрадуется, если я не буду работать, он спит и видит, чтобы я осела дома, но меня такая перспектива не прельщает. Если не выгорит здесь, в чем я как-то уже почти не сомневаюсь, надо срочно искать другой вариант… Можно даже начать поиски запасного аэродрома сегодня.
– Всего доброго, – попрощалась я с секретарем Людой, которая с головой ушла в свой компьютер. Судя по тому, что сисадмина Вани рядом с ней уже не было, проблему он решил.
– До свидания, – бросила мне в ответ занятая Люда, а я подумала, что хорошо бы, чтобы мы все же еще свиделись. И не раз.
Никита Акулов
Телефон, как всегда, зазвонил не вовремя. Но на экране значилось «мама», и Никита не мог не ответить. Еще полгода назад он бы спокойно проигнорировал звонок родительницы, перезвонив позже, когда появится возможность, но теперь многое изменилось. После смерти отца в начале осени здоровье матери тоже серьезно пошатнулось, она даже успела провести две недели в больнице. А позже лечащий врач позвал Никиту на разговор и предупредил, что маму необходимо оберегать от любых переживаний и потрясений, иначе, не ровен час, она отправится вслед за любимым супругом. И Никита, насколько это было возможно, пытался следовать этим советам и не давать родительнице повода для волнения, тем более она за эти месяцы стала чересчур мнительной, и один неотвеченный звонок сына мог для нее перерасти в настоящую трагедию, а там и снова до больницы недалеко…
Никита поспешил принять вызов, благо светофор впереди мигнул желтым, а следом загорелся красным, и автомобиль пришлось притормозить.
– Да, мам, – ответил он, включая громкую связь.
– Как ты, дорогой? – первым делом спросила она.
– Нормально. Еду по делам, – Никита бросил взгляд на секундомер светофора. Еще полминуты.
– Почему ты до сих пор ездишь без водителя? – голос мамы задребезжал от возмущения и тревоги одновременно. – У твоего отца он был.
– Я люблю сам ездить за рулем, ты знаешь, – Никита против воли поморщился. Мама опять за свое… Но надо держаться, быть терпеливым.
– Но с водителем безопасней! – с нажимом произнесла мать. – Мало ли что случится!
– Ну что может случиться, мам? – Никита подавил вздох.
– Да все что угодно! Или ты хочешь, чтобы я каждый раз переживала, когда ты куда-то едешь? Мне только тебя потерять не хватало! Я этого не вынесу, – теперь в ее голосе появились драматически-слезливые нотки.
– Хорошо, мама, я подумаю насчет водителя, – поторопился пообещать Никита, стиснув при этом зубы. – Только вначале разберусь с секретарем… Мне он сейчас куда нужнее.
– А я, кстати, звоню тебе именно по этому поводу, – мама тут же приободрилась. – Я нашла тебе помощницу!
Светофор загорелся зеленым, и Никита, спеша тронуться, не успел ответить, а мама между тем продолжала с воодушевлением:
– Это Ликочка, ты знаешь ее.
– Какая Ликочка? – машинально переспросил Никита, занятый в этот момент маневром по пристраиванию в другой ряд.
– Ну дочка тети Риты! – с укором отозвалась мама. – Ты разве ее не помнишь? Они еще к нам в гости как-то приходили. Давно правда, Лика тогда совсем малышкой была, годика два, наверное, а тебе – лет двенадцать. Она еще на коленках у тебя все время хотела сидеть, – хихикнула мама. – И хвостиком за тобой ходила весь вечер. Беленькая такая, прям ангелочек…
– Это, случайно, не ее потом стошнило тортом на мою футболку? – мрачно уточнил Никита.
– Ах, ну да, ее! – мама засмеялась. – Забавно было, правда?
– Я бы так не сказал, – невесело хмыкнул Никита. Футболка та была новая, только привезенная отцом из Германии, и ужасно модная. Но «ангелочек» ее своей детской неожиданностью безнадежно испортил. – И теперь ты хочешь предложить ее мне в секретари?
– Именно! – воодушевленно подтвердила родительница. – Лика – замечательная девочка, умница, красавица. Училась в МГИМО. Три курса.
– Всего три? – скептически изогнул бровь Никита.
– Ну да, там какие-то проблемы случились, – быстро, глотая слова, стала объяснять мама. – То ли со здоровьем, то ли с чем другим… Но это неважно! Главное, что девочка толковая, и просто идеальная помощница для тебя! А красавица какая! Мне Рита фото присылала.
– А ты ничего не путаешь? Я секретаря ищу, а не жену.
– Ну… – мама как-то замялась. – Секретарь тоже должна быть красивой. Это же твое лицо.
– Мое лицо – это мое лицо. А секретарь должна безупречно выполнять свои обязанности, – Никиту уже стал тяготить этот бессмысленный разговор. – И ты же знаешь, я предпочитаю не нанимать сотрудников на работу по протекции. Только в крайних случаях и если это реально специалист на вес золота.
– То есть, мое мнение для тебя не имеет никого веса? – мамин голос задрожал от обиды. – Ты считаешь, я не разбираюсь в людях?
Да, Никита так именно и считал, но вслух произносить этого не стал, от греха подальше.
– Ладно, – сказал после некоторой паузы, – пусть эта Лика подойдет ко мне, я пообщаюсь с ней.
– Так уже! – родительница снова воспрянула духом.
– Что «уже»? – не понял Никита.
– Я отправила ее в офис на собеседование. И Борису позвонила, предупредила, что от меня! – сообщила мама.
– То есть, со мной решила не советоваться? – рыкнул Никита, все же не сдержав эмоции.
– Значит, все-таки не доверяешь мне… – оскорбленно протянула мать. – А это, между прочим, и моя компания тоже. Я ее акционер и тоже имею права голоса. И вообще… Папа твой всегда прислушивался к моему мнению… А Рита… Она моя подруга, и хотя мы давно не виделись, она сразу примчалась ко мне, как только узнала, что Рома умер. И теперь только она поддерживает меня, только она… – мама всхлипнула и судорожно вздохнула.
Так, сейчас будут слезы, понял Никита. Спокойствие, только спокойствие…
– Я сказал, что подумаю, – произнес он. – Посмотрю, что можно сделать.
– Ты обещаешь? – вновь короткий всхлип.
– Да, – устало отозвался Никита. – А ты иди отдыхай. Попей чаю, полежи, ладно?
– Хорошо, дорогой. Целую тебя…
– И я тебя, – Никита повесил трубку и отбросил телефон на сидение рядом.
Он подумает обо всем. Только позже.
Из «Дома интерьера» позвонили через два дня, когда я уже почти перестала ждать. Даже успела отобрать для себя несколько вакансий в других компаниях, не таких привлекательных, конечно же, но вполне сносных, куда планировала в ближайшее время отправить свое резюме.
– Татьяна, – голос в трубке был похож на секретаря Люду, – вы прошли в следующий этап конкурса на должность помощника директора и вас приглашают на личное собеседование с ним.
– С самим генеральным? – от радости я немного растерялась.
– Да, с Никитой Романовичем, – ответили мне невозмутимо. – Завтра в одиннадцать ноль-ноль вам будет удобно?
– Конечно, да! – я даже закивала, хотя моя собеседница и не могла этого видеть.
– Тогда подходите, как и в прошлый раз, в приемную. Постарайтесь не опаздывать.
– Да, да, постараюсь, конечно, – я повесила трубку и еще несколько минут сидела, замерев и глупо улыбаясь.
Но потом одернула себя: расслабляться и радоваться рано. Пока лишь пройден очередной этап, окончательное решение еще не принято.
– Если не будет той блатной, это место точно твое! – вроде как, подбодрила меня Даша, но напоминание о конкурентке с, возможно, тузом в рукаве, несколько поубавила радости. – Я очень надеюсь, что бог не Тимошка и видит немножко. И не допустит несправедливости! Нет, ты просто обязана взять реванш и обойти ту белобрысую!
– Вот завтра и узнаем, – ответила я, уже мысленно прокручивая все варианты завтрашних диалогов с гендиректором. Справлюсь ли? Не буду ли слишком сдержанной и неестественной? А то от волнения порой несу чушь, при этом пытаясь выглядеть умной. Как бы не оплошать.
Я настолько волновалась, что даже свидание с Женей не могло меня отвлечь. Он пришел ко мне на ужин, по традиции с фруктами и бутылочкой вина, но от спиртного в этот вечер я отказалась:
– Оставим его на завтра. Возможно, будет повод кое-что отметить.
– Что именно? – Женя сделал заинтересованное лицо, но бутылку отодвинул в сторону.
– Если очень повезет, то скоро у меня будет новая работа, – сообщила я, улыбаясь. – Но не хочу пока загадывать.
– Все-таки ты не отказалась от этой мысли… – светлые брови Жени сошлись на переносице, а уголки губ поехали вниз.
– А я и не отказывалась! – я поняла, что очередная ссора не за горами, но уступать не собиралась. – И сто раз говорила, что не собираюсь оседать дома! Я люблю свою профессию, люблю зарабатывать сама на свои нужды, хотя бы мелочи. Что в этом плохого?
– А быть женой ты не хочешь? Детей не хочешь? – Женя сел на своего конька.
– Хочу! Очень! Но почему это должно мешать одно другому? Миллионы женщин и работают, и имеют семьи. Что в этом такого?
– Женщина не должна работать! Она в первую очередь жена и мать. Приносить деньги – забота мужчины.
– Откуда у тебя этот патриархат в голове? – настроение было испорчено, как и аппетит. Я отодвинула от себя тарелку с так и не начатым ужином и переплела руки на груди.
– Я так воспитан, – Женя тоже отбросил вилку. – Я не хочу, чтобы моя жена работала и точка.
– Но я пока не твоя жена, – отозвалась тихо, но с вызовом.
В голубых глазах Жени вспыхнула злость.
– Если не изменишь своего отношения ко всему, то и не станешь, – медленно произнес он и поднялся, с грохотом отодвигая стул.
– Угрожаешь? – я пыталась внешне сохранять спокойствие, но внутри у меня все клокотало от обиды и возмущения.
– Предупреждаю, – Женя развернулся и направился в прихожую, я же не двинулась с места.
И даже не попыталась остановить, видя, как он одевается и щелкает замками. И только когда за ним закрылась дверь, устало обхватила голову руками.
Я почти не сомневалась, что скоро мы помиримся, такое случилось не впервые, но уже который раз за последние месяцы в голову закралась мысль: «А мой ли это мужчина?»
Ночью я плохо спала, не так из-за ссоры с Женей, как из-за предстоящего собеседования. А все утро провела в тщательных сборах: принимала душ, укладывала волосы, подбирала одежду. Примирительных звонков от Жени не поступало, но мне пока было не до этого. Если что, вечером сама позвоню.
В уже знакомый офис «Дома интерьера» приехала за пятнадцать минут до назначенного времени. Меня снова встретила Даша, но оставаться со мной, как в прошлый раз, она не могла: главбух срочно требовал какой-то отчет. Поэтому подруга только и смогла, что пожелать удачи и держать за меня кулачки. Секретарь Людмила попросила подождать на диванчике, где уже сидела девушка, которую я помнила с прошлого этапа собеседования. Мы обменялись короткими кивками, но в разговор вступать друг с другом не стали: слишком были напряжены и взволнованы. Да и конкуренцию никто не отменял. Вскоре подошли еще две претендентки, и я уже думала, что мы в таком составе и останемся, как в приемную впорхнула блондинка. Ага, та самая, «протеже». Ну вот… Впрочем, чему тут удивляться?.. Остальные девушки тоже заметно помрачнели, но из последних сил старались держать лицо.
– Дамы, проходите, – окликнула нас Люда ровно в одиннадцать. – Никита Романович ждет.
– Все? – удивилась блондинка, поведя очерченной бровью.
– Да, Никита Романович будет беседовать со всеми одновременно, – спокойствию Людочки можно было позавидовать. Настоящий профессионал.
Чего не скажешь о блондинке. Она фыркнула, передернула плечами и, обгоняя остальных, первая ринулась к двери кабинета генерального.
– Доброе утро, – приветствовал нас Акулов и жестом показал на ряд стульев, стоящих перед ним.
Нас с работодателем разделял широкий массивный стол, на котором царил идеальный порядок: органайзер, папки, канцелярские мелочи – все лежало на своих местах и не нарушало гармонию. Сам босс тоже был безупречен: от темно-синего галстука до запонок.
– Итак, – он облокотился о стол и обвел нас внимательным взглядом, – вас осталось пятеро… Именно ваши кандидатуры выделил наш менеджер по персоналу после прошлого собеседования и рекомендовал вас мне. Поэтому я решил познакомиться с вами лично, чтобы сделать окончательный выбор, – в его руках оказалась чья-то анкета. – Валерия Пехова…
– Я Валерия Пехова, – подняла руку шатенка с острым носиком и маленькими кукольными губками.
– Очень приятно, – кивнул Акулов. – Анжелика Сокур?
– Это я! – блондинка подскочила на месте, распрямила плечи, выставляя грудь вперед, и улыбнулась, из всех сил пытаясь заглянуть боссу в глаза. Но тот равнодушно кивнул и продолжил: – Татьяна Ларина, – это был тот редкий случай, когда мое имя произнесли без иронии или удивления.
– Я, – ответила как можно спокойней и встретилась с ним взглядом.
«А глаза у него серые», – мелькнула непрошеная мысль. Но Акулов уже смотрел на следующую претендентку.
– Юлия Власова, – поторопилась представиться та сама.
Директор кивнул и перевел взгляд на последнюю девушку:
– Екатерина Рыжикова, как я понимаю…
– Именно, – та даже не улыбнулась, напряженно сдвинув брови.
– Хорошо… – Акулов вздохнул и начал снова перебирать наши анкеты. Казалось, он чем-то озабочен, но пытается не подать виду. – Резюме я ваши все изучил, о профессиональных навыках в курсе… Поэтому вопросы будут несколько из другой области. Кто из вас водит автомобиль? Уверенно.
– Я! – подалась вперед блондинка Лика. – Уверенный водитель, есть своя машина.
Черт, а я таким похвастаться не могла. У меня были права, но опыт вождения минимальный. Однако я решилась на маленькую ложь, еще и желая досадить «протеже»:
– Вожу неплохо, правда, автомобиля временно нет.
Две из оставшихся девушек прав не имели, но едва ли ни хором пообещали, что хоть завтра готовы пойти учиться вождению. Третья же ответила что-то невнятное.
– Как быстро вы сможете добираться из дома до офиса? – задал следующий вопрос Акулов. – На случай, если возникнет форс-мажор и ваше присутствие может понадобиться срочно, например, в выходной день или поздно вечером.
– Я живу в пятнадцати минутах езды отсюда, – как всегда первой среагировала «блатная», а у меня стали закрадываться подозрения, что все это собеседование было «заточено» под нее. Уж слишком выгодные у этой Лики ответы на все вопросы. Возможно, Акулов тем самым желает оправдать свой выбор в пользу нее? Но все равно тогда не понимаю, зачем весь этот цирк? К чему было вызывать пятерых, если решение уже принято? Взял бы ее сразу, и дело с концом…
– Татьяна! – голос Акулова прорвался сквозь мои мысли, в которые я, кажется, слишком глубоко ушла.
Я встрепенулась и вопросительно на него взглянула.
– Вы в каком районе живете? – повторил директор.
– Свиблово, – кашлянув, ответила я. Ну вот, оплошала. Сейчас покажусь ему рассеянной и необязательной, и все, пиши пропало, Таня. Впрочем, если фаворит уже определен, то корить себя не имеет смысла.
И я внутренне сникла. Акулов спрашивал что-то еще, но я уже не вникала особо, отвечала на автомате, а сама уже мысленно рассылала резюме в другие места. А еще злилась на Женю, которого мой провал явно обрадует.
– Что ж… На этом у меня все, – Акулов кивнул. – Подождите в приемной у ресепшена, я скоро позову вас, чтобы сообщить свое окончательное решение.
Он отложил ручку, которую до этих крутил между пальцев, а она покатилась по столу и вдруг соскочила, упав на пол. Прямо у моей ноги. Я подняла ее без всякой задней мысли, просто по инерции, протянула Акулову с полуулыбкой и только потом заметила злой взгляд Лики. Упс. Кажется, я случайно кого-то опередила.
– Спасибо, – сдержанно поблагодарил гендиректор, забирая ручку. Наши пальцы на миг соприкоснулись, и мы, будто стушевавшись от этого случайного контакта, переглянулись. Я первая одернула руку и поспешила к двери.
Анжелика Сокур вышла последней и села отдельно ото всех, закинув ногу за ногу.
– А у вас тут есть бар? – спросила она у секретаря Люды потом. – Кофе выпить, например…
– На втором этаже, – ответила Людмила, поглядывая на нее исподлобья.
Блондинка бросила нервный взгляд на часы и вздохнула, по-видимому, решив, что может не успеть глотнуть кофейку. Я бы тоже сейчас не отказалась от кофе, но в такой стрессовой обстановке… Нет, лучше потерпеть.
– Вон кулер, можете водички попить, – любезно предложила Люда, но Анжелика сморщила нос и отвернулась.
Когда на респепшене звякнул телефон внутренней связи, мы все воззрились на Люду.
