Глава 6
Синхронизация завершена. Начало инициализации нанитов. Наниты не обнаружены. Инициализация биоройдов. Не обнаружены. Инициализация наботов. Не обнаружены. Внимание, центров воспроизведения нет. Организм стерилен. Обнаружена интоксикация, источник не определен, внутренний анализ невозможен. Обновление информации. Визуализация.
Я проснулся от холода. Солнце уже встало и просвечивало сквозь сомкнутые веки. Рядом со мной было пусто: вероятно, Дандан отправилась по своим делам, не став дожидаться, пока я проснусь. Пусть так, мне есть чем заняться.
Открыв интерфейс, я начал знакомиться с наследством, доставшимся от прошлой жизни. И в первую очередь – характеристики.
ID 001: Валор. Возраст: 7 лет. Раса: не определена.
Сила: 2 из 10. Сила удара: 5 кг. Поднимаемый вес: 10 кг. Опасно низкое значение. Слабак.
Восприятие: 5 из 10. Уровень зрения: 1. Уровень слуха: 100%. Нормальное значение. Зрячий.
Ловкость: 3 из 10. Мелкая моторика: 55%. Координация: 25%. Низкое значение. Неуклюжий.
Выносливость: 2 из 10. Время активности: 6 часов. Время максимальных физических нагрузок: 30 минут в день. Опасно низкое значение. Рохля.
Интеллект: 8 из 10. Объем знаний: энциклопедический. Скорость мышления: высокая. Поддержка системы интеграции: 100%. Выдающийся. Гений.
Ци: 1 из 15000. Уровень напряжения: отсутствует. Уровень запасов: отсутствует. Значение не установлено. Бездарность.
Способности: нет. Нет активных способностей. Нет действующих веществ. Панель способностей заблокирована.
Общая характеристика: умник, сдуваемый ветерком.
Я выругался про себя: не слишком приятно читать такое. Но интерфейс не обманывал – мало того, что мне пришлось занять тело семилетнего ребенка, так еще и ребенка не слишком тренированного. Созданное существо, в отличие от моего прошлого тела, вообще не имело никаких преимуществ. Ни тебе эссенции трех типов, ни врожденного запаса Ци в количестве, достаточном для десятка заклинаний.
– Братик, ты болеешь? – услышал я детский голос и, открыв глаза, увидел сидящую передо мной на корточках девочку лет шести. Светло-зеленая кожа и оливкового цвета глаза выдавали в ней представительницу рода эльфов.
– Привет. Почему болею? – спросил я, садясь.
– Солнце уже в зените, а ты не работаешь, – пожала плечами девочка. – И не тренируешься. Вот в моей семье все тренируются: и папа, и мама. И даже старший братик!
– Понятно, – ответил я, начав одеваться. Еще бы они не тренировались, в таких-то жутких казарменных условиях! – Как тебя зовут?
– Джен Мэй, – задорно улыбнулась девочка, вздернув нос. Джен… кажется, жрица вчера рассказывала об этом клане. Точно – эльфы, маги Жизни. – А тебя?
– Вал… – начал было я, но запнулся на первом слоге. Что-то меня смутило. И дело не только в том, что мое имя не походило на имена окружающих. Я не хотел его раскрывать? Нет, не в этом дело, оно было недавно выбранным, и не факт, что соответствовало моему предыдущему. Значит, дело в другом. Точно! Название рода! Ведь у меня его нет.
– Вал? Может, Вай? Или Вей? А то я никогда таких имен не слышала, – поджала губки эльфийка. – А почему ты клановое имя не называешь? Только друзья по имени друг к другу обращаются. Разве мы друзья? Я тебя первый раз вижу. А что у тебя на голове такое? Красивое.
– Это я в бочку головой залез, а когда вылезал, остался обруч, – усмехнулся я, останавливая поток вопросов. Глаза девочки расширились, став похожими на две чашки.
– Правда? А тебе не больно было? А что в бочке? А зачем ты в нее полез? – завалила меня новыми вопросами эльфийка. Я даже растерялся, не зная, что именно ей ответить. Не говорить же, что соврал просто для красного словца.
– А ты как думаешь, что там было? – решился я на небольшую уловку.
– Думаю, там было что-то настолько вкусное, ради чего стоило влезать с головой! – уверенно сказала эльфийка. – Не селедка, нет; фу, не люблю селедку. И не корни. Наверное, это была вишня! Или моченые яблоки? Точно, в меду, такие вкусные… – Она закатила глаза и причмокивала от удовольствия, представляя лакомства.
– Мэй! Ты где, хитрюга? – раздался снаружи озадаченный голос Дандан. – А ну иди сюда немедленно.
– Ой. Не говори, что я здесь! – попросила девочка, прячась за перегородку. – Иначе ты мне не друг! – С этими словами она подобрала подол платья и затихла, хотя ее тень отчетливо просвечивала через бумажную стену.
– Ваше… – начала было вошедшая рыжеволосая девушка, но я приложил палец к губам, и она осеклась, поняв меня без слов. О том, что император воскрес, не должны знать вне храма. Иначе конфликта не избежать. Так что нужно сократить круг общения до минимума. – Вы не видели здесь мою ученицу, Джен Мэй? – уточнила девушка.
– Боюсь, что нет, госпожа Дандан, – улыбнулся я, разводя руками. – А что случилось? Она в чем-то провинилась?
– Что? Нет! Она замечательная девочка и прилежная ученица. Обычно. Но иногда на нее что-то находит, и вместо того чтобы заниматься Седо, она сбегает смотреть на птиц или любоваться цветами, – рыжая вздохнула, но тут увидела тень за перегородкой и, усмехнувшись, продолжила: – Вот если бы она нашлась, я дала бы ей сладких сушеных яблок на обед.
– Правда? – с детской непосредственностью спросила из-за перегородки Мэй, и тут же поняла свою ошибку, зажав рот руками. – Ой!
– Ага! Вот ты где, негодница! – наигранно топнув, сказала Дандан и, стремительно зайдя за ширму, отвесила девочке звонкую затрещину. – А ну немедленно заниматься! Или хочешь стать женой третьесортного кланового воина, который даже не может печать сложить?!
– Ай-ай! – схватившись за голову, девочка выскочила в комнату. Но затем обернулась на пороге и, улыбнувшись, помахала рукой. – Пока, Вал! До встречи! Обязательно сними с головы обруч от бочки, а то ты вырастешь, а он нет. И голова лопнет!
– Бегом заниматься! – крикнула рыжая и, дождавшись, пока девочка исчезнет из поля зрения, поклонилась. А уже через несколько секунд я услышал веселый смех убегающей Мэй.
– Что за вздор? Какая бочка? – спросила, входя в зал, верховная жрица. – Доброе утро, ваше величество, вас не разбудили? Хорошо ли вам спалось?
– Спасибо, все замечательно. Эта бойкая девчонка навела меня на одну важную мысль. Я не слышал, чтобы вы называли клановое имя Дандан. Почему?
– Это очень просто. В шестнадцать девушка должна выйти замуж за предназначенного ей кланом мужа. Обычно сватовство происходит еще до пяти лет. А крупные кланы и вовсе могут договариваться до рождения ребенка. Едва узнав пол. Сразу после совершеннолетия девушка теряет свое клановое имя и должна войти в клан супруга, взяв новое.
– Но это происходит не всегда, – догадался я.
– Верно. Супруг может погибнуть до совершеннолетия, и тогда главы семей договариваются о новом браке. Как и в нашем случае. Еще в десять Дандан познакомилась с будущим супругом и смирилась со своей участью. Они сдружились, хоть и встречались только под присмотром взрослых. Но в прошлом году парень погиб на стене, и она отказалась выходить за его старшего брата, у которого и так уже две жены. Учитывая, что потенциальный муж почти в два раза ее старше, я согласилась оставить девушку при себе.
– Разумно и весьма благородно с вашей стороны, – одобрительно кивнул я. – Но таким образом получается, что у мужчины клановое имя должно быть всегда?
– Верно, – поморщилась Кингжао. – Вам оно не нужно. Император один. У него есть свой собственный клан, в который входит его семья и доверенные лица. Однако вы сменили имя. А кроме того, даже если вы вспомните старое и возьмете его, это вызовет кучу вопросов. У нас небольшой остров, и пусть далеко не все на виду, но абсолютно неизвестных детей нет. А раньше времени выдать ваш секрет – значит поднять шумиху и подвергнуть вас смертельной опасности.
– Я думал об этом со вчерашнего вечера, – кивнул я. – Неужели на острове все живут вместе и всех знают? Сто тысяч человек? Неужели нет изгоев, преступников, отступников или просто отшельников, которые не пересекаются с остальными?
– Безусловно, есть и такие, – кивнула, не понимая, к чему я клоню, верховная жрица. – Вне скрытого дворца, между нами и внешней стеной острова, проживает несколько не самых удачливых семей. Но зачем они вам?
– Они? Совершенно незачем. Но мне нужны их имена и местонахождение. Это может пригодиться в самое ближайшее время. Выясните, нет ли пар с детьми, которые живут вдали от основного населения, на отшибе или просто в труднодоступных местах. Я не могу скрываться в храме несколько лет. Рано или поздно секрет раскроется, если только его не прикрыть сверху другим секретом.
– Вы хотите заменить чужого ребенка собой? – ошарашенно проговорила Кингжао. – Это весьма предусмотрительно. Ведь сирота может попасть в любой клан. Или если у изгнанников был родственный клан, они могут принять дитя. Даже если покинули родителей. Отличная идея, ваше величество. Тогда вы сможете поступить в общую школу и учиться вместе с другими детьми, не вызывая подозрений. А я, со своей стороны, смогу оказывать вам поддержку! Я немедля пошлю Дандан, чтобы она нашла и освободила для вас место.
– Имеешь в виду – убить невинных? Даже не думай. У меня довольно времени. Кроме того, существует еще одна проблема, сущая безделица. Нужно вначале снять с меня корону. Согласись, сын ткачей или охотников в короне – это перебор.
– Да. Вы снова правы. Но… как это сделать? Ведь она соединилась с вами намертво! – сказала жрица, осматривая мою лысую голову.
– Не вся, только камень. А его можно вынуть из оправы и спрятать под повязкой или платком. Надеюсь, в будущем у меня отрастут волосы, и тогда проблема вовсе исчезнет – я закрою камень челкой, – улыбнулся я, ногтем пробуя отодвинуть края диадемы. – Нужен острый и прочный нож. Или же отвертка. Уверен, мы справимся без посторонней помощи.
– Как прикажете, ваше величество, – кивнула Кингжао, и спустя несколько минут они с Дандан уже аккуратно отгибали золотые усики на камне. Проблема заключалась в том, что усики были не только снаружи, но и внутри. Тифлинг несколько раз порезалась в попытках вытянуть камень и при этом не навредить мне.
– Боюсь, у меня ничего не выходит.
– Спокойствие. Все получится, – сказал я, прикидывая варианты. От диадемы в любом случае нужно избавляться, и чем скорее, тем лучше. А вот привлекать лишнее внимание нельзя, так что и мастеров-ювелиров не позовешь. Значит, нужно полагаться на собственные знания и навыки. – Посмотрите, сколько усиков держат камень изнутри?
– Четыре, – тут же ответила рыжая помощница. – По два с каждой стороны.
– Это совсем немного. Нужно всего-то отогнуть один из них. Остальные соскочат сами. Пусть одна из вас держит камень, в то время как вторая начнет расшатывать корону, вытягивая ее на себя. Металл тонкий, и нескольких сильных движений должно хватить.
– Но это все равно металл! – замотала головой Кингжао. – Мы раздерем вам кожу, и останутся синяки!
– С девочками, что у вас тренируются, вы так же осторожничаете? – усмехнулся я. – Постарайтесь. Главное – снять.
Повинуясь моему приказу, женщина, закусив губу, двумя руками вцепилась в диадему и что есть сил потянула на себя.
В глазах потемнело, голову пронзила резкая боль, но спустя всего несколько секунд мы отлетели в противоположные стороны. Несколько капель крови текли по моей переносице, но камень накрепко сидел в черепе.
Несколько месяцев – и он зарастет кожей, останется только бугорок на месте третьего глаза. А до тех пор его можно прикрыть бинтами или повязкой. Теперь я свободен от королевской диадемы. Крохотный, но чрезвычайно важный шажок к моей главной цели.
Глава 7
– Привет, братик! Наставницы нет? – хитро спросила Мэй, протиснувшаяся в крохотную щель. Вот уж действительно, гибкость – дар детей. Ее хрящи, как и мои, еще не отвердели, кости двигались почти свободно, связки растягивались почти мгновенно. – Ой, а что ты делаешь?
Спросила она явно не про шпагат, на котором сидели все без исключения воспитанники храма Послушания. Тем более что у самой девочки он выходил куда лучше моего. Просто я старался совмещать растяжку с упражнениями для ума и тела. Мелкая моторика оставляла желать лучшего. Пальцы слушались, но точности мне не хватало, вот и решил взяться за эту проблему. Писать иероглифы, следуя Пути Меча, стоило только под присмотром Кингжао, которая сумеет поставить мне кисть, чтобы я не допускал ошибок, которые при самостоятельном обучении только укоренятся.
– Привет, непоседа. Видишь же, вырезаю, – сказал я немного отрешенно. Крохотный нож был достаточно острым, чтобы снимать тонкую стружку с крепкого корня, и легко мог отрезать мне полпальца, если соскользнет. Сказать, что мне хорошо удается воплощать задуманное, было бы преувеличением. Однако благодаря интерфейсу я видел то, что должно получиться в результате, а пространственное мышление – одна из моих сильных сторон.
– А что это такое? Это птица? А почему тогда такая жирная? Почему у нее тело больше… – засыпала меня вопросами девочка, примостившись рядом. Обычно такое любопытство характерно для мальчиков, и я очень огорчусь, если Кингжао убьет такой пытливый ум муштрой. С другой стороны, сейчас меня это внимание напрягало, да так, что, надавив слишком сильно на нож, я поранил палец.
– Блин, – поморщившись, я отвел руку в сторону. Нужно найти чистую тряпку, перевязать. Но пока я оглядывался, девочка поймала меня за ладонь и взяла палец в рот. – Эй, ты чего делаешь?
– У меня слюна целебная, – уверенно заявила Мэй. – Дандан всегда говорит, что нужно ранку поцеловать и все сразу пройдет. Ведь правда?
– Ну, это не совсем так, – сказал я, нахмурившись. Но, увидев, как озорно заулыбалась эльфийка, решил не спорить. В конце концов, именно из-за меня она сейчас шляется по всему храму без присмотра. Рыжая помощница жрицы отправилась помогать отщепенцам и изгнанникам. А по-простому – шпионить и искать мне подходящую семью.
Отложив в сторону нож, я поднял фигурку, в которую впитывалась капля моей крови. Прямо туда, где должно находиться сердце. – Это дельфин.
– А фто такое дефьфин? – тут же спросила Мэй, не выпуская моего пальца изо рта. – Он летает? Пофему такие кфыфышки мафенкие?
– Не разговаривай, когда держишь что-то во рту, – сказал я, но не смог сдержать улыбку от того, как мило она тут же скуксилась. – А то не понятно, что ты говоришь. У дельфина нет крыльев, это плавники. Он живет, как рыба – в воде. Но при этом дышит легкими. Как мы с тобой. Так что это животное, а не рыба и не птица. Хоть его дом – моря и океаны.
– Откуда ты фшаеф? Ты ефо фидел? – спросила с интересом девочка. Я уже хотел ответить, что конечно, кто же не видел этих великолепных созданий, по крайней мере на картинке, но тут меня проняло. Откуда я знаю, как выглядят дельфины? Откуда я вообще о них узнал? Я же никогда не был дальше своей деревни и севера. Озера и реки, но никаких морей.
Ложные воспоминания? Мог ли кто-то рассказать мне о дельфинах раньше? Они опасны? Это монстры, с которыми мне пришлось сражаться? Чем больше вопросов я сам себе задавал, тем четче мог ответить – нет. Воспоминания просто появились мимолетным видением и тут же исчезли. Я просто знал о существовании дельфинов. Все попытки порыться в собственной памяти приводили к появлению острейшей головной боли, но я до последнего старательно рылся в себе. Пока взор не замутился и перед глазами не заплясали искры.
Выкрашенные в зеленый и белый бетонные стены. Старая карта, висящая в кабинете географии на задней стене. Глобус на коричневом столе и стопка тетрадей. Учительница старается не обращать внимания на то, что большая часть класса отвлекается, глядя в планшеты и телефоны, спрятанные под партами. География не является профильным предметом, никто из присутствующих не будет ее сдавать и выбирать в качестве дополнительного обучения. Так что преподавательница давно отчаялась вбить в головы старшеклассников биологическое разнообразие видов Земли. А мне? Нет, мне просто нравится сама практикантка, хоть она и на восемь лет меня старше. Но от того любое ее слово слушать еще интереснее.
– Дельфины являются одними из самых разумных существ на планете. Уникальное устройство их мозга позволяет одному полушарию спать, в то время как второе полностью берет на себя контроль за всеми функциями организма, – проговорил я и, услышав собственный голос, понял, что видение схлынуло. Рядом, испуганная и ошарашенная, сидела Мэй. – Они очень любознательны и способны быстро учиться. Обитают стаями и всегда спешат на выручку друг другу. А еще у них есть свой собственный язык, неслышимый для других. Который позволяет им общаться даже на больших расстояниях.
– Ого. Ты так много знаешь. Но откуда? Ты прочитал это в свитке монстров? Я видела один в библиотеке храма, там столько разных зверей! – воодушевленно начала рассказывать девочка, мгновенно позабыв о прежнем испуге.
– Интересно, – улыбнулся я. Раздел бестиария в интерфейсе заполнился из моих воспоминаний на несколько тысяч страниц. Но никого даже похожего на дельфинов в нем не было. В этом я полностью уверен. Ведь они, хоть и хищники, но не опасны для человека, а в моем справочнике содержалось описание только смертельно опасных существ. Очень, очень много. – Вот, возьми, – протянул я Мэй фигурку дельфина. – Они чем-то напоминают тебя.
– Я могу его взять? – Глаза эльфийки расширились от удивления. – Но ты же… Ты сам его сделал. И в нем есть частичка тебя, кровь.
– Верно, получилось не слишком удачно. Еще и запачкал. Как надоест играться, можешь выкинуть. В любой момент, – отмахнувшись, я поднялся и посмотрел на палец. Кровь уже свернулась, и перевязка не требовалась. То ли слюна девочки и в самом деле оказалась целебной, то ли мои собственные кровяные тельца постарались, закупорив ранку изнутри.
– Но мне нечего дать тебе взамен… – проговорила Мэй, смущенно принимая фигурку.
– А ничего и не нужно, – пожал я плечами. – Если хочешь, можешь помочь с подготовкой. Я не могу свободно гулять по храму, а свитки из библиотеки мне пришлись бы как нельзя кстати. Например, по рангам монстров и мастеров.
– Хорошо! Я быстро! – кивнула девочка, вскакивая и пряча фигурку дельфина в складки одежды. Топот ее маленьких ног скоро затих, и я смог вернуться к своим размышлениям.
Сила. Много и быстро. Почти нереализуемое сочетание. Получить ее будет проблемой. Я уже почти неделю тренируюсь и только сегодня смог сделать пять отжиманий подряд. Тело, созданное артефактом древних, не могло похвастать ничем. Координация, ловкость, выносливость – все на отвратительном уровне, который мне предстоит развивать всеми доступными способами. Но пока прогресс не слишком радовал. Такими темпами я и в самом деле только к двадцати годам сумею сравниться с местными воинами.
Воспоминания о последних двух месяцах войны за Рубеж отпечатались в моем мозгу словно клеймо, выжженное каленым железом. Я помнил все приемы работы с двуручным военным мечом, магические плетения и множество других вещей. Вот только, каким бы умелым я тогда ни являлся бойцом, напирал на грубую силу.
Нет смысла выводить противника из равновесия финтом или пытаться обмануть, если твой огненный меч разрубает поставленный в блок клинок или щит вместе с врагом. Но эти благословенные времена прошли. Теперь мне придется приспосабливаться и искать способы победить без упора на грубую физическую силу. Путь Меча и Письма, Седо – как его называла верховная жрица. И множество других искусств, все, что я смогу перенять – станет моей новой силой.
– Ай-ай-ай. Пустите! Я обещала! – донесся обиженный голосок Мэй со двора. Девочка находилась явно на грани плача, и я поспешил ей на выручку, но она и сама сумела справиться, шмыгнув в мою комнату. Следом влетела рассерженная девушка лет семнадцати, сжимающая в руках свернутый вчетверо тряпичный пояс.
– А ну стой, негодница! Кто тебе разрешил брать свитки из зала Знаний?! – кричала она, распахивая дверь настежь. – Вот я тебе сейчас всыплю!
– Успокойтесь! – сказал я строго, встав между Мэй и преследовательницей. – Она принесла свитки по моей просьбе.
– А ты еще кто? И что здесь делаешь? Неужели госпожа начала подбирать бродяжек с улицы? – сквозь зубы процедила, набрасываясь на меня, библиотекарша. Я даже опешил от такого отношения. До этого все обращались ко мне крайне вежливо и почтительно. Сейчас я оделся для тренировки, в серые невыкрашенные одежды. Так что и в самом деле не выглядел важным. Но это не помешало мне по-прежнему стоять между ними. – А ну, отойди в сторону, иначе я тебя самого так отлуплю, будешь знать, как не слушаться в храме Послушания.
– Ты ее не тронешь, – как можно спокойнее и увереннее проговорил я. В воздухе просвистели скрученные в жгут полоски ткани, и меня ожгло ударом. Красные круги мгновенно появились перед глазами. Она. Посмела. Ударить. МЕНЯ! Да я таких жрал на завтрак, обед и ужин, не запивая! Да я диких демонов пачками валил!
Следующий удар вернул меня с небес на землю: щеку разодрало до крови, – но я не отступил. То, что я лишь ребенок, не значит, что я дам в обиду слабого. Вначале ей придется перешагнуть через меня.
– А ну, пошел отсюда! – крикнула девушка, замахиваясь в очередной раз импровизированным хлыстом. Но когда она уже собиралась нанести удар, наши взгляды встретились, и, вздрогнув, библиотекарша отшатнулась на полшага. – Ты что на меня так смотришь? Да я тебя сейчас! Да как ты смеешь на меня так смотреть! Я из благородного дома!
– Что здесь происходит? – раздался из-за стены недовольный голос Кингжао, вернувшейся с городского совета. Девушка и Мэй мгновенно втянули головы в плечи, а стоило верховной жрице появиться на пороге, как обе послушницы склонились в глубоком поклоне и только потому не увидели, как я поднял руку, останавливая почти незаметное движение демонессы. Тонкий матовый клинок замер в нескольких сантиметрах от шеи библиотекарши.
Кингжао прекрасно соображала и мгновенно сумела оценить ситуацию. Послушницам объявили, что все произошедшее ранее – лишь тренировка, проверка их способностей на случай, если истинный правитель проснется. Именно потому и не зазвонил гонг. Но убей она сейчас девушку – могут возникнуть вопросы.
– Пошли вон. Обе, – процедила сквозь зубы настоятельница. – Я разберусь с вами позже.
Глава 8
– Прошу прощения, господин. Их поведение недопустимо. Примите мои искренние извинения, – склонилась в поклоне Кингжао, стоило девочкам выйти из комнаты. Ее слова были вполне понятны: даже косой взгляд на императора мог караться смертью, а чего уж говорить о том, что какая-то служанка посмела ударить меня. Почти гарантированная казнь всех ответственных и их прямого начальства.
– В этом нет вашей вины, – проговорил я, успокаиваясь и вытирая со щеки кровь. – Прошу не наказывать их сверх меры. Особенно Мэй, нарушившую спокойствие библиотеки по моему приказу. Она принесла мне книги по боевым искусствам и бестиарий.
– Вы вполне могли дождаться моего возвращения, – резонно заметила жрица. – К чему такая спешка? У вас будет несколько лет на то, чтобы ознакомиться со всей храмовой библиотекой. Кроме того, выходить наружу в вашем нынешнем состоянии небезопасно. Даже если ваш смелый план удастся.
– Что-то случилось? – решил уточнить я, возвращаясь на растяжку. – Ваш голос звучал озадаченно еще до того, как вы увидели происходящее. А значит, на совете был неприятный разговор или конфликт. Семьи потребовали возврата долга?
– Спасибо за беспокойство, ваше величество. Нет. Пока нашему храму ничего не угрожает. Но в ближайшее время даже во внутреннем дворце может стать небезопасно. Прибытие на остров капитана Вэйджа взбудоражило умы молодежи. Фенг Ки, глава клана людей, идущих по Пути Крови, предложил сделать вылазку на Гэге. – Жрица тяжело вздохнула и пригладила волосы непроизвольным движением.
– Такого раньше не случалось? – решил уточнить я.
– Каждые три-четыре людских поколения, – горько улыбнулась Кингжао. – Они не помнят советов предков и каждый раз считают, что уж они-то точно сильнее, быстрее и выносливее, чем их старые учителя. Когда видишь это в десятый раз, начинаешь улавливать закономерности. Но теперь все произошло куда быстрее, чем мы рассчитывали.
При попытках вылазок на Старшего Брата гибнет много отличных бойцов. Из сотни воинов выживает пять. Оборона слабеет, и чудовища неминуемо прорываются через внешнюю стену. Обычно за полторы сотни лет мы укрепляем оборону и восполняем потери в достаточной мере, чтобы отразить атаку, находясь во внутреннем дворце. Вот только прошлое нашествие монстров закончилось всего пятьдесят лет назад, погибло слишком много достойных мужей и жен.
– Вы боитесь, что на этот раз укрепления не выдержат и враги прорвутся в скрытый дворец?
– Все верно. Мы не готовы. Погибнуть могут даже не сотни – десятки тысяч. Если падет внутренняя стена, нам придется обороняться в собственных домах. Защищать кварталы, а потом заново отвоевывать остров у тварей. – Тифлинг сокрушенно покачала головой. – Однажды такое уже произошло, и победили мы только ценой неимоверных усилий, пережидая в подземном убежище самые страшные волны. Почти три сотни лет потребовалось, чтобы вернуть свое.
– Перспектива ужасающая, – пришлось признать мне. – Если вы столетиями отбивались одними и теми же методами, то, может, и в самом деле затея слишком рискованная. Хотя цели у них, безусловно, самые благородные: отвоевать как можно больше жизненного пространства, улучшить жизнь для всех на острове.
– И стать сильнее, – кивнула жрица. – Если кто-то сумеет перешагнуть через ступень владыки и стать легендой, возможно, тогда мы справимся.
– Расскажи об этом подробнее. Именно для того, чтобы разобраться с системой рангов, я и попросил Мэй сходить в библиотеку. Мои воспоминания расходятся с вашей системой. Кажется, общепринятая классификация была проще. Обычные, тренированные, опытные, элитные, эпические и легендарные – именно в таком порядке. И вне категорий – божественные. Никаких золотых или серебряных я не помню.
– Это крайне упрощенное виденье мира, – покачала головой Кингжао. – Хотя легендарные и божественные существа есть в обеих версиях, наша куда более полная и всеобъемлющая. Давайте я помогу вам разобраться. В первую очередь нужно понимать, что вся система Путей основана на взаимодействии с Ци трех основных типов. Чжен-ци, природная энергия, пронизывающая все живое, Жизнь. Юань-ци, наследная энергия, передающаяся от родителей, Душа. Сюэ-ци, движущаяся по телу, Кровь.
Каждый из видов Ци имеет свои особенности и не может управляться человеком без должной подготовки. Однако если развивать собственное тело и осваивать Ци, постепенно накапливая ее, можно творить настоящие чудеса. Бегать по воде, разбивать гранитные камни и порхать по воздуху – вот далеко не все возможности истинного мастера.
Слушая жрицу, я невольно открыл рот. Бегать по воде? Что? Нет, чисто теоретически, на пике своей силы, я мог крошить гранит голыми руками, это правда. Силы у меня было в избытке. Да и порхать тоже мог. Ну, как… высоко и далеко прыгать. Но вот чтобы бегать по воде – это уже перебор. Это же с какой скоростью нужно ногами бить, чтобы поверхностное натяжение тебя наружу выталкивало?
– Кроме того, умелое владение Сюэ-ци позволяет, используя акупунктурные точки, останавливать кровообращение врага или, наоборот, заживлять раны союзника, – продолжила Кингжао. – И это только на первых этапах. Чем глубже вы погрузитесь в изучение искусств, тем больше ваши навыки станут похожи на истинную магию. Клинки и стрелы из крови, иллюзии и наваждения, заживление смертельных ран одним прикосновением – вот далеко не полный список того, что может истинный мастер.
Однако как нельзя в малый сосуд налить много воды, так и слабое тело невозможно напитать энергией. Развитие физического состояния должно находиться на том же уровне, что и энергетического. Иначе либо возникнет перенапряжение и ученик сломается, получив слишком много Ци, его меридианы порвутся от избытка энергии и ядро никогда не сможет сформироваться. Если же, наоборот, тренировать только тело, мы получим большого и сильного увальня, который не в состоянии даже простейших печатей сложить.
– Логично, – пришлось согласиться мне. – Хотя, насколько я помню, все зависит от формы энергии, способа ее применения и выносливости. В общем, не только количество, но и качество.
– Совершенно верно, – кивнула недовольная тем, что ее перебили, Кингжао. – Сейчас вы говорите про ядро, хоть и опять упрощаете. Давайте пойдем по порядку, тем более что каждый из рангов имеет собственные внутренние значения и присваивается не просто так. Начинается все с самого нуля. Когда ребенок только рождается. В это время у него нет никаких рангов и уровней. Его тело быстро развивается и взрослеет, пока в шесть лет не сможет усваивать заемную энергию.
Как только внутренний порог, поддерживаемый эликсирами, достигает десяти, ребенка принимают в академию и присваивают самый низший ранг – медный неофит. Сразу после этого по преобладающему Ци его определяют на одно из трех направлений. Кровь, Жизнь или Душа. Именно на нем ребенок станет совершенствоваться несколько лет, пока его тело не окрепнет достаточно, чтобы начать вырабатывать Ци самостоятельно. С этого момента многие отказываются от приема эликсиров из-за их дороговизны.
Но до того ученику нужно усердно и много тренироваться. Растяжка, боевые приемы и стили, постановка ударов и блоков. Медный неофит обладает Ци в десять единиц, силой удара в половину собственного веса и обязан знать три основных стойки. При весе в двадцать пять-тридцать килограмм это совсем немного. Сила, выносливость и ловкость должны дойти до трех. Но это только начало.
Бронзовый неофит уже имеет удар, равный собственному весу. Его тренировки на выносливость позволяют совершать до пятидесяти отжиманий за один заход. Скорость и сила возрастают. Количество стилей поднимается до пяти, а ударов до двенадцати. Так же учитывается растяжка. Тело укрепляется многочасовыми тренировками, органы становятся менее восприимчивыми к повреждениям. Еще говорят, что они «набиваются». Благодаря жестким тренировкам количество Ци у бронзового неофита удваивается по сравнению с медным. А характеристики достигают четверки.
Серебряный неофит уже не исполняет одиночные удары или блоки, его тело начинает впитывать техники и стили. На этом этапе организм начинает меняться, эликсиры усваиваются куда хуже, их требуется больше, а количество накопленной в организме Ци достигает тридцати единиц. В три раза больше, чем у медного неофита, и вполне достаточно, чтобы начать заучивать первые печати. Сила удара достигает полутора собственных весов. В девять лет это обычно шестьдесят-семьдесят килограмм.
Для того чтобы стать золотым неофитом, необходимо уверенно применять один из основных стилей боя, делать по сотне отжиманий и подтягиваний. Сила удара минимум в два собственных веса, именно в этот момент она перестает считаться в весах и начинает только в килограммах. Ци достигает первого порога самовоспроизведения, в сорок единиц. Эликсиры почти перестают действовать, но этого все еще мало, чтобы подняться с первой ступени.
Говорят, что главным условием перехода на уровень медного адепта является рост Ци до семидесяти пяти единиц. В семь с половиной раз больше, чем у медного неофита. Но это совсем не так. Даже если человек может выдать силу в сто килограмм, уверенно складывает две печати выбранной школы и его энергии достаточно для применения первого приема – это все не главное. Только тот, чье тело самостоятельно вырабатывает Ци, способен стать медным адептом.
Пожалуй, этого достаточно на первое время, – в задумчивости проговорила Кингжао. – Вам лишь нужно знать, что и неофит, и адепт считаются ученическими уровнями. Они должны во всем слушаться мастера и выполнять все его указания и рекомендации. Как в тренировках, так и в повседневной жизни. Только после перехода на ступень воина человек считается достаточно взрослым, чтобы отделиться от школы и получить самостоятельность.
– И какие же примерные характеристики воина? Медного и золотого. Просто чтобы я знал принципиальную разницу. А еще лучше – какие максимальные значения?
– Обычно эти сведения держатся в секрете, чтобы не угнетать учеников. Но, думаю, вам можно их знать. Нормальная сила удара медного воина – четыреста пятьдесят килограмм. Ци – двести. Золотого воина – шестьсот килограмм, и три с половиной сотни Ци. Золотой воин может запрыгивать на трехметровые стены, разбивать столб кирпичей ребром ладони или пробивать кулаком десяток деревянных дощечек. Но важнее то, что воины формируют первый контур ядра и вплотную подходят к его созданию.
Максимальные же характеристики показывал на моей памяти Пинг Ченг, – с улыбкой и даже гордостью заявила Кигжао, будто сама обучала его. – Глава клана Пинг, потомственных военных и стражей. Будучи золотым владыкой, он демонстрировал силу удара в две тысячи триста килограмм. А энергетический кристалл показал напряжение в две с половиной тысячи Ци. Столь выдающихся показателей ему удалось добиться благодаря формированию второго контура ядра. Он почти начал создавать третий контур, но его жизнь слишком важна для скрытого дворца, чтобы так рисковать, а шанс успеха слишком мал.
– В сто раз сильнее начинающего и в десять – любого воина, – пробормотал я ошарашенно. Названные тифлингом цифры казались совершенно невозможными. Но сам я достигал уровня легендарной силы. А значит, смогу сделать это еще раз. Нужно только постараться. – Вы несколько раз упоминали ядро; что это такое?
– Не стоит забивать себе голову, ваше величество, – улыбнулась Кингжао. – Для формирования центра ядра, или первого контура, требуется пять сотен Ци. И если попытка провалится, каналы ваших потоков навсегда порвутся от перенапряжения. Можно остаться инвалидом, не способным даже манипулировать Ци внутри тела, не то что развиваться. Если же в организме меньше пяти сотен Ци, попытка создания ядра приведет к неминуемой смерти от истощения.
– Если риск столь велик, то почему все на него идут?
– Очень просто. После того как ядро сформировано, оно вырабатывает достаточно Ци, чтобы полностью восстановить свой запас за один день. Кроме того, только обладатель ядра способен применять настоящие заклинания. – С этими словами она закрыла глаза, и свет в зале померк. Я вздрогнул и чуть не вскочил. Ведь из темноты на меня смотрело несколько десятков глаз. Мгновение, и жаждущие крови призраки, неотличимые от тифлинга, ринулись в атаку. Но в метре от меня рассеялись, словно дым.
– Что это, черт возьми, было?
– Моя собственная магия, – гордо заявила Кингжао. – Тысяча Дочерей Тьмы. Любой противник потеряется среди теней и не сможет отличить настоящую меня от иллюзорной.
– Внушает, – ошарашенно проговорил я. – Пожалуй, в создании ядра действительно есть смысл.
– Продолжайте тренировки, и через десять-пятнадцать лет сможете создать собственное заклятье, – улыбнулась верховная жрица.
Десять лет? Ну уж нет, я должен пройти намеченный путь быстрее. И я это сделаю!
Глава 9
Следующие несколько дней я тренировался как проклятый и отсыпался как убитый. Пятьдесят отжиманий за один подход? Надо – значит, сделаю. Ну и пусть у меня пока от силы получается пятнадцать, а все мышцы болят, будто варят живьем. Да и растяжку никто не отменял.
В результате я занимался до полного изнеможения и даже умудрился один раз уснуть на тренажере для шпагата. Мэй приходила еще несколько раз, и, хотя ее не наказали, но нагрузили работой. В результате поговорить мы смогли совсем недолго.
– Вставайте, господин! – трясла меня Кингжао. Кажется, перезанимавшись, я вновь уснул за изучением свитков Путей. На дворе стояла глубокая ночь, и лишь небольшие свечи освещали помещение. Настоятельница, одетая в непривычно простую одежду, скрывала лицо под капюшоном и замотала его тряпками, но я легко узнал ее по цвету глаз и голосу. Кроме того, за тряпичным поясом торчала пара коротких ножен. – Быстрее!
– В чем дело? – помотав головой, я прислушался. Где-то вдалеке бил гонг, из-за стен храма раздавались крики, а во дворе не было ни души. – Что происходит?
– Несколько стражников проигнорировали приказ совета и отправились в самовольную вылазку на Гэге, – недовольно скривилась верховная жрица. – В результате по перекинутым ими на старую стену мосткам прорвались монстры. Сейчас сражение идет на внешней стене и возле нее, но множество тварей разбежалось. Не самые сильные, чудовищ и кошмаров не заметили. Но нашим защитникам будет, чем заняться.
– Значит, пора, – я поднялся. – Погибших жаль, но мы должны воспользоваться этим шансом. Уже нашли семьи с детьми?
– Нет, и, боюсь, с этим придется разбираться на месте. Дандан уже там, она знает больше, потому как жила среди этих людей почти две недели. Я прошу вас спрятаться в корзину и ни о чем не беспокоиться. Ни один из золотых монстров не сможет даже приблизиться к вам, пока вы под моей защитой. Вам нельзя показываться во дворе или скрытом дворце.
– Хорошо. Я тебе полностью доверяю, – кивнул я, уже смирившись с тем, что моя жизнь зависит от демона. Пока она считает меня своим императором – не навредит. А после – кто его знает? Может, я и в самом деле смогу им стать.
Скинув с себя дорогие одежды и оставшись только в трусах, я забрался в рюкзак. Согнуться пришлось в три погибели: даже для семилетнего ребенка было тесновато, – но зато эта корзина компактна и догадаться, что в ней человек – не выйдет.
– Я отправляюсь! – сказала Кингжао и рванула так, что скакуну и не снилось. Она черной тенью мчалась по каменным мостовым, не производя ни звука. Запрыгивала на строения выше трех метров и бежала почти по отвесным стенам. Если бы я не видел это собственными глазами – ни за что бы не поверил. Так вот какова истинная физическая сила одной из владык.
Через узкие щелочки между прутьев я едва успевал рассматривать город, выросший внутри гигантских стен. Кварталы отличались по архитектуре и материалу строений. Высокие пятиэтажные дома из живых деревьев принадлежали эльфийскому клану Джен. Чуть поодаль, на основании из трехметровых подпорок, стояли широкие трехэтажные дома людей из клана Хэй – моряков и морских охотников.
У самых стен, словно муравейники у дерева или гигантского камня, мостились домики стражей. Я успел заметить, что они лишь выглядят небольшими: их основная задача все же не только служить жильем, но и разбить строй атакующих на множество потоков в случае прорыва обороны на стенах. Клан Пинг подошел к жилью крайне рационально. Понятно, откуда такая репутация, они и в самом деле сражаются за город всеми силами.
А вот что оказалось для меня удивительно и непонятно – возвышающееся здание в центре города. Издали оно больше напоминало колонну или обелиск, но главное – в нем насчитывалось больше двадцати этажей! Сомнений в том, что именно отсюда городом управляет семья Гуй, у меня не возникло. Жаль только, что до момента, когда мы спрыгнули вниз, я не сумел найти кварталы кланов помельче. Интересно, у Фенг тоже своя архитектура?
Стоило нам оказаться за стеной, как вид изменился. Здесь уже не было крупных строений, а все пространство вокруг холма занимали небольшие домики, стоящие на расстоянии друг от друга. Фермеры, основа любого государства. Но культивировали здесь не только злаковые и овощи с фруктами. Я явственно видел лесные участки, полностью заросшие травами и кустарниками. Судя по всему, здесь действительно выращивали все необходимое для скрытого дворца.
Вопрос, как именно собрались защищать столь обширные территории, отпал сам собой, когда Кингжао свернула в сторону и я сумел разглядеть внешнюю стену. Как? Из каких материалов можно было возвести такое? До нее еще оставалось больше трех километров, а она уже возвышалась над всей округой и отчетливо просматривалась во всех направлениях, куда хватало глаз. Перебраться через такие укрепления и в самом деле могли только чудовища.
– Тише, господин, – предупредила на бегу тифлинг. – Мы приближаемся к пострадавшим кварталам.
Говорить что-либо не имело смысла. Так что я просто мысленно согласился.
Через прутья я ощущал запах гари и крови. Вдали раздавался звон стали. Монстры прорвались через ограждения и сумели перебить немало жителей, но подоспевшая стража оттеснила их к стене. Жаль лишь, что погибших это не вернет.
– Сюда, госпожа, – послышался знакомый голос рыжей помощницы, и Кингжао в несколько гигантских прыжков оказалась рядом с Дандан. – Здесь погиб целый квартал. Больше пяти сотен человек сражались до последнего, чтобы задержать врагов до прибытия Пинг.
– Достойный поступок. Так они сохранили жизни сотням других, хоть и пожертвовали своими, – кивнула настоятельница, ставя корзину со мной на землю. – Выходите, господин. Здесь безопасно. Мы должны подобрать вам…
– Осторожно! – крикнула рыжая, и я увидел, как, проламывая завалы, наружу выбирается огромный зверь. Стоящий на задних лапах волк мало чем напоминал разумных волколаков, с которыми мне приходилось сталкиваться в прошлой жизни. Яогуай, золотой ужас – обозначил существо интерфейс, хоть я и так видел, что эта тварь как минимум элита, а скорее – тянет на эпический статус. Отливающая обсидианом шкура, жаркое дыхание и десятисантиметровые клыки в пасти говорили сами за себя – сталкиваться с такой тварью для меня сейчас означало быструю и болезненную смерть. Но противником чудища стал не я.
Неуловимым для глаза движением Кингжао сместилась и встала между мной и ужасом. Ладонь ее покоилась на рукояти меча в ножнах. Стойка, в которой замерла настоятельница, была мне незнакома, но зверь явно ощутил исходящую от противницы угрозу и взвыл так, что задрожали тонкие обуглившиеся стены. На его зов отозвалось еще несколько голосов в отдалении, и Дандан совсем не по-девичьи выругалась, накладывая на тетиву стрелу.
Настоятельница не стала дожидаться подкрепления. Она сделала шаг вперед, и в воздухе повеяло холодом. Огни звезд притухли, и вскоре ужас окружили десятки призрачных видений. Взвыв, волк бросился на врага, но не угадал с направлением, и стремительным штрихом мелькнувший в воздухе клинок отрубил ему голову. Поединок закончился за считанные секунды, но почти сразу на нас ринулись новые монстры.
Колчан Дандан быстро пустел: всего за несколько мгновений она выпустила десяток стрел, каждая из которых нашла свою цель. И пусть большинство тварей оказалось лишь ранено – этого хватило, чтобы замедлить их и дать настоятельнице немного времени, дабы прикончить очередного противника.
Призрачная армия сражалась с вполне реальными монстрами. Звери били по воздуху, раскрывались и почти сразу лишались жизни. Кингжао неслышно и неощутимо, словно порыв ветра, перетекала от одного противника к другому, неминуемо отбирая жизни. Бой больше походил на танец, в котором блистала лишь солистка. Чудовища ничего не могли сделать и гибли одно за другим, не оставляя на верховной жрице даже царапины.
– Нужно уходить, – сказала запыхавшаяся Дандан, выдирая стрелы из тел врагов. – Вскоре отряд Фенг или Пинг окажется здесь.
– Ты права, – кивнула настоятельница, вытирая клинок. – Что ты нашла?
– В этом доме жила семья из трех человек. Боец Фенг Да, не достигший уровня воина, дварфийка Ксу Дэй и их ребенок. Семь лет назад они нарушили законы кланов. Беременность до свадьбы. Позор. Но ребенка примут в любую из этих семей. Ксу возьмут даже неодаренного, у них крепкие кровные узы.
– Но понесшую девушку из города они все же выгнали, – мрачно заметил я. – Нехорошо.
– Таковы законы. И с этим ничего не поделать, – пожала плечами Кингжао. – Давайте отыщем тело ребенка, иначе могут возникнуть лишние вопросы.
Засучив рукава, настоятельница подобрала с земли обгоревшую палку, служившую куском дверной рамы, и начала осматривать развалины. Я присоединился к ней и Дандан. Не только потому, что закончить нужно было как можно быстрее – хотелось проявить уважение к семье, что даст мне второе имя. Они ни в чем не виноваты. Любовь не знает границ, и то, что их за это наказали собственные семьи – полнейшая глупость. Когда приду к власти, отменю эти дурацкие законы.
Тело мужчины нашлось почти сразу. Он погиб, защищая жену и ребенка. Оторванная рука с намертво зажатым клинком валялась поодаль. Туловище, располосованное длинными когтями, было вдавлено в землю. А сразу за ним, сжавшись, лежала женщина, выглядевшая низкорослой по сравнению с мужем. Она прижимала к груди ребенка.
– Девочка, – чуть не выругавшись, сказала настоятельница и набросилась на Дандан: – Ты чем смотрела, дура?
– Они не покидали дома! – оправдываясь, вскричала рыжая. – Я думала, у них мальчик.
– Тише, она еще жива, – сказал я, заметив, как поднимается грудь малышки, лежащей без сознания. Клинок Кингжао взметнулся к небу. – Стой!
– Она должна умереть! Иначе вы не займете ее место. Все соседи мертвы, вряд ли кто-то ее опознает. Теперь никто не сможет сказать, что у семьи отщепенцев была именно девочка.
– Даже думать об этом не смей! Она будет жить! – приказал я, загораживая девчушку. Только что я подумывал отдать ее на воспитание в храм Послушания, но после такого… Нет, нужно придумать другой вариант. – Ей и так досталось. За новое имя я должен отплатить ей хотя бы этим. Отправляйтесь обратно в скрытый дворец, вас не должны видеть.
– Как прикажете, господин, – склонилась Кингжао, вкладывая узкий длинный меч в ножны. – Прощайте, и да сопутствует вам удача.
Произнеся это, она буквально растворилась в воздухе. Дандан улыбнулась и, помахав рукой, побежала следом. Я же склонился над девочкой. Стараясь не повредить обожженную кожу, я разгибал сжавшиеся в предсмертной судороге пальцы матери, которую теперь должен называть своей. Ксу Дэй и Фенг Да – нужно хорошенько запомнить. Вот только про девочку Дандан не узнала ничего. Это плохо.
Когда я уже высвободил новую сестренку, позади раздался скрежет, и я инстинктивно откатился в сторону. Черная тень промчалась в сантиметре, обдав меня сильным трупным запахом. Обсидианового цвета зверь уставился на меня красными глазами. Медный зверь – гласила надпись над его головой. С бока стекала струйка крови, он был ранен, но от того не менее опасен.
Подхватив с земли оставшийся после гибели Фенг Да короткий меч, примерно равный для меня двуручнику, я принял верхнюю стойку. Мозг очистился, боль отступила. Кровь мерно стучала в ушах. Я вновь на поле боя. Я дома.
Глава 10
– Ну, иди сюда, тварь, – усмехнувшись, сказал я. Странно тонкий однолезвийный меч лежал в руках непривычно, но я впервые за несколько дней чувствовал себя по-настоящему живым. Вместо того чтобы переживать или нервничать, я успокоился и был почти счастлив. Я помнил только два месяца своей прошлой жизни, и она полностью состояла из битв. Наконец я стоял на своем месте, перед противником, которого нужно прикончить.
Вот только зверь подкачал. Несмотря на размеры – а он был раза в два крупнее меня – косился с недоверием то на меч, то на меня. Прикрывал бок. Но затем издали раздался волчий вой, и зверь встал на задние лапы, отвечая. Лучшего момента для атаки и придумать сложно! Прыгнув вперед, я взмахнул мечом… и лезвие пронеслось в полуметре от животного.
Размеры! Чертовы размеры! Я слишком мал. Маленькие шаги, короткий клинок, медленные выпады. Про силу и говорить нечего. Пусть разум мой и живет битвами – тело к таким подвигам не готово. И зверь каким-то непостижимым образом понял мою секундную неуверенность. Прижавшись к земле, он кинулся на меня, целясь в горло.
Простая, бесхитростная атака недавно вышедшего на охоту хищника, еще не ставшего полноценным взрослым, но уже и не щенка. Интересно, кого они загоняли перед нападением на город? Оленей? Конкурирующие стаи? Или нападали на людей? Выставив меч в оборонительной стойке, острием прямо в пасть твари, я прижал локоть к телу, чтобы удержать удар в нужном направлении.
Вот только волк оказался не так прост. В последнее мгновение он отпрыгнул и атаковал снова. Чертыхаясь, я повернулся к врагу, но скорости не хватало, и в результате вместо мощного укола я лишь ударил тварь по морде, рассек нос, надбровную кость и щеку. Заскулив, зверь отпрянул. Сохраняя дистанцию, он обходил меня по широкому кругу, но я не выпускал его из поля зрения.
Тварь рычала, показывая длинные клыки. Скребла черными, словно обсидиан, когтями пол, оставляя глубокие царапины. Но напасть не решалась. Почему? Она крупнее, сильнее, быстрее. Один удачный бросок – и она меня прикончит, но вместо этого ходит кругами, даже не пытаясь напасть. Ждет, пока я устану? Или просто ждет?
Меня бросило в дрожь. Этому волчонку кто-то отвечал. Явно более сильный и опытный. А с меня и этой твари вполне достаточно, я едва с ней справляюсь. Если к ней присоединится еще одна – мне не жить. Думай, думай! Силой не победить. Скоростью тоже. Ни приемов, ни магии, ни даже нормального оружия. А вокруг только черные тлеющие головешки, трупы да обломки домов, наполовину состоящие из бумаги.
Огонь постарался тут на славу, больше поджигать почти нечего. Почти.
Взяв меч в одну руку, я нагнулся, не выпуская врага из виду, и схватил какую-то палку – из тех, что не до конца прогорели. Она еще была горячей, а на конце тлел уголек. То, что нужно. Осталось только добраться до бумажной перегородки. Что я и сделал, шагнув прямо навстречу врагу.
Зверь отшатнулся, а когда понял, что я не собираюсь атаковать, стало уже поздно. Пары выигранных мгновений хватило, чтобы оборвать лист бумаги, обмотать его вокруг деревяшки и, прижав пальцем, раздуть огонек на получившемся факеле. Высохшая от жара бумага вспыхнула не хуже серы, и должна была прогореть за считанные секунды, но мне этого хватит.
Держа факел над головой и чуть позади, зажмурив левый глаз, я сунул меч в золу и как следует пошерудил, поднимая черное облако. Зверь отвернул морду, чихнул, но я привлек его внимание, шагнув вперед. Теперь уже я стал охотником, а он дичью. Отвести от меня взгляд значило пропустить удар, а враг еще был не слишком опытен, чтобы догадаться отбежать и дождаться, пока факел прогорит.
Вместо этого тварь чихала, отворачивала нос, но уйти из круга, который я очерчивал клинком, поднимая облако гари, не могла. Яркий свет факела ослеплял животное, но оно, как завороженное, поворачивалось ко мне раз за разом. Десять секунд, пятнадцать. Бумага разгорелась и вот-вот должна была начать тухнуть, когда издали снова донесся вой, и я услышал цокот когтей по каменной дороге. Мчащаяся к нам тварь явно была крупной.
Волк поднял голову, чтобы взвыть в ответ, но я резко сунул факел в горку пепла. Только что освещенный ярким светом круг погрузился в кромешную тьму, и я прыгнул вперед. Я заранее прикрыл правый глаз и теперь прекрасно все видел. Враг же, засмотревшийся на яркий огонь, практически ослеп и оказался не в состоянии различить мой силуэт. Однако его рефлексы все еще оставались на высоте.
Взмахнув, я коротко ударил клинком, стараясь не прикончить тварь, а ранить. Вывести из равновесия. Измазанный в крови и копоти меч почти не отсвечивал, и зверь не смог оценить его длины. Кончик лезвия угодил прямо в глаз твари. Зверь жалобно взвыл и, не мешкая ни секунды, я припал к земле и ударил два раза ему по ногам. Сил перерубить толстые кости у меня не хватило, клинок оказался затупленным, да и металл паршивым, но перерезать сухожилия я смог. Оставалось только прикончить тварь.
Вот только ему на выручку уже мчался старший товарищ, а может, рассерженная мамаша. Монстр пробивался через легкие стены не разбирая дороги. У меня возникло ощущение, что тварь куда сильнее тех, кого прикончила Кингжао. И когда очередная стена разлетелась на мелкие обломки, а в свете двух лун показался монстр, я смог оценить великолепие этого зверя.
Гигант возвышался над домами. Черный хребет украшали шипы, длиной не уступающие мечам, а глаза горели пламенем ярости. Яогуай, бронзовый ужас – подсказал мне интерфейс. Не снижая скорости, ужас взревел, бросившись прямо на меня. Без шансов. Будь я на пике своей силы, оставшейся в прошлой жизни – легко раскатал бы эту собачонку в тонкий блин и прожарил магией Огня. Но сейчас меня хватит лишь на один укус. Даже голод мной такая тварь не утолит.
Мысленно распрощавшись с жизнью, я поднял клинок, принимая верхнюю защитную стойку. Бежать бесполезно, все равно догонит и прикончит, а так, может, я успею смягчить удар и выживу. Хоть в этом у меня оставались огромные сомнения. Но проверять на практике жесткость собственного блока мне не пришлось.
В воздухе мелькнул росчерк молнии, и ужас откинуло в сторону. Он попытался встать, но сразу десяток копий пригвоздил его к земле, словно муху. Все закончилось в считанные мгновения. Человек пятьдесят – если движущихся с такой скоростью можно назвать людьми – подскочили к противнику и, отделив ему голову от тела, выдернули из убитого свое оружие. Один из воинов уже собирался прикончить замершего передо мной в страхе волчка, но возвышающийся над остальными на две головы командир остановил его взмахом руки.
– Чего ждешь, малец? Прикончи его, – жестко сказал военачальник. Зверь, будто понимая человеческую речь, заскулил и попытался уйти, но я шагнул следом, и в отчаянной атаке существо ринулось на меня. Вот только теперь бой без шансов для него. Подсеченные сухожилия, заплывший глаз и рана в боку сделали свое дело. Движения стали медленными, удары неловкими. Почти такими же, как и мои собственные. Но на моей стороне был громадный опыт убийства всего живого.
