Страница 4 из 5
– Хорошо.
– Только без трюков.
– Согласен.
– Значит, признаешь за собой хитрость?
Я промолчал, а потом подумал, что нельзя строить отношения на лжи. Влад мужчина прямой, кажется, он оценит такой же подход к делу.
– Была небольшая, но Мишаня… – как там у вас говорят? – не лыком шит! Он поймал меня за руку.
– Вот как? Удивлен, что ты признался.
– Я хочу от вас небольшую услугу за честность.
– Да ты понабрался у лис наглости за два года, что провел здесь! А был гордым заграничным волком.
– С кем поведешься… – Я специально не стал заканчивать.
Давно заметил, что поговорки всегда в ходу и в цене, чем и пользовался.
– И стал силен в народных мудростях! – усмехнулся Влад. – Так что за услуга за третий раунд с Мишаней?
– Поиск Золушки в вашей берлоге.
Мимику Влада было всегда трудно распознать, а в этот момент он стал абсолютно нечитаем. Молчал несколько секунд, после чего вдруг сказал:
– Услуга за услугу.
Теперь напрягся я. С медведями было не так легко торговаться, как я думал.
– Что нужно?
– Информация.
– Смотря о ком. Лис не сдам.
– О твоей сестре.
Я напрягся еще больше.
***
Аня
Медведица Миры была красивой, с шикарной шкурой редкого песочного цвета. У меня такая же, вот и расхваливаю. Словом, зверь сестры – одно загляденье, если бы не капающая слюна, которая, казалось, была способна прожечь пол берлоги.
Подростки – такие подростки!
– Вань, отойди. Выйдите все, она так быстрее успокоится. – Я попыталась отодвинуть сверха, но проще отодвинуть гору, чем оборотня-медведя.
Ваня не шелохнулся.
– Давай позовем парней, развернем клетку для подрастающего поколения.
– Она ненавидит клетку. Не надо, – попыталась я выйти из-за оборотня, но он сделал шаг в ту же сторону, не давая мне пройти к сестре.
В моменты ее срывов с ней была всегда я, поэтому знала, как действовать. Стоило рядом замаячить кому-то еще, как это неминуемо оборачивалось большой неприятностью.
– Кто же ее любит? Зато клетка воспитывает лучше отца с матерью, – сказал Ваня, а потом крикнул помощнику главы: – Жень, обходи с другой стороны. Вдвоем сможем скрутить.
От последних слов вздрогнула не только я, но и Мира. Это внешне и на язык она колючка и злючка, но внутри скрывалась очень чувствительная натура, о которой мало кто знал.
– Так, парни, это наши с ней семейные дела. Выйдите! – серьезным тоном объявила я, видя, как Мира зарычала и замотала головой, готовая броситься, если ее попытаются «скрутить».
– Так мы и есть семья. Влад вам вместо отца, я вместо брата. Женька вместо соседа! – Ваня заржал.
– Это что это я вместо соседа? – напряженно рассмеялся парень, не сводя взгляда с Миры. – Хотя пусть так. Лучше, чем быть в братской зоне, как ты.
– Ах ты, языкастый! – Ваня выхватил у меня венчик и швырнул в Женю, а тот легко поймал.
Мира отвлеклась на летящий предмет, и два сверха тут же кинулись на нее.
– Не-е-ет! – закричала я.
Они не знали, что нельзя так делать. Что так можно ловить любого другого подростка-сверха, но не Миру.
Ваня сказал правду, что глава нам как отец, хотя по родственным связям являлся троюродным братом. Десять лет назад мы появились в клане бурых, не помня ничего из прошлого. Нам только сказали, что с нашим кланом случилось что-то непонятное. Бурые пришли на подмогу на зов родни о помощи, но нашли только нас с Мирой, и то в бочках: сестру в полупустом бочонке меда, а меня – пива.
В момент этих воспоминаний все смеялись, не забывая показывать фото находки. На них две мордашки – мне двенадцать, сестре шесть – смотрели на фотографа глазами-бусинками. Я явно была недовольна, что меня нашли, а вот Мира тянула руки к спасителям изо всех сил.
У меня вообще не осталось воспоминаний о том, что произошло тогда, словно ластиком стерли, а Мира часто мучилась кошмарами. Когда я спрашивала, что она видит, она говорила, что на нее набрасываются со всех сторон.
И сейчас Ваня с Женей оживили ее самый страшный кошмар.
Мира снова выросла рывком, в одно мгновение став размером со взрослую медведицу, и бросилась биться не на жизнь, а на смерть.
– Отошли все! – крикнула я гортанно.
Я сейчас не думала ни о чем – просто знала, что надо быстрей спасти Миру. Что сама меньше сверхов, что слабее – не думала. Расшвыряла их в стороны, видя перед собой только перепуганные глаза сестры в звериной шкуре. Она уже прилично подрала парней и по инерции бросилась на меня. Я успела подставить руку, и тут же ее пронзила боль. Зубы у сестры были что надо!
Мира застыла, глядя в мои глаза, медленно разжала челюсти и на глазах обернулась обратно.
Женя тут же сорвал скатерть со стола, а я помогла замотать голую сестру. Мира вцепилась в меня клещом, рыдая и постоянно повторяя:
– Прости, прости, прости.
Она всегда так вела себя, если даже царапала меня. Колючка, злючка и вреднючка, стоило ей нанести реальный вред, она тут же посыпала голову пеплом.
– У тебя кровь не останавливается! – Ваня частично размотал Миру под ее обиженное «эй» и оторвал от скатерти длинную полоску ткани. Он тут же кинулся обматывать мою руку, которая стала красной, словно мои туфли на шпильке. В итоге накрутил непонятно что.
– Лекарь из тебя аховый. – Я прижала к себе голову Миры, поцеловала в макушку. Она все еще повторяла «прости», но уже тише, так, чтобы слышала только я.
– Ну вот, теперь лазанья отменяется, да? – Женя разочарованно вздохнул, но взгляд у сверха был невероятно сосредоточен. Особенно на Мире.
– Заживет. Я же сверх. – Я была равнодушна к травме, но не к сестре: – Мира, все хорошо. Это гормоны. Ты справишься.
– Ты бы так никогда не сделала! – Нижняя губа Миры задрожала.
– Неправда. Когда я была в твоем возрасте, то покусала главу, – шепнула я.
– Правда? – Ваня даже руку мою отпустил от удивления.
– А за какое место? – уточнил Женя. Как помощника главы, его явно неспроста интересовал этот вопрос.
– Не скажу, – вспомнила я те деньки. – Мне за это до сих пор стыдно. Так что, Мира, не ты первая, не ты последняя.
– Ага, только помни, что слово может ранить даже сильнее твоих зубов. У оборотней не только регенерация хорошая, но и память. Ты бы перед сестрой не только за рану извинилась, но и за фокусы.
Мира подняла на меня взгляд. Я читала ее эмоции, будто она была открытой книгой. И обняла ее крепче, зная, что мы самые близкие друг другу существа на этом свете.
– Нам нельзя ругаться, помнишь? – шепнула я ей на ухо. – Ничто в этом мире не может нас рассорить.
Мира смотрела на меня взглядом побитой собаки. Кивнула и шмыгнула носом.
– А теперь приводи себя в порядок, а я здесь уберусь.
Скоро нагрянет очень важный для сестры гость. Судьбоносный.
– Оденься красиво, – шепнула я, чувствуя себя так, будто отдаю правую руку человеку с двумя руками. Дурацкие эмоции!
Я же обещала, что сестер ничто не поссорит. Алрик ее, надо помочь им встретиться как следует.
Я начала разматывать бинт, но Ваня поймал мою руку:
– Рано.
– Мне нужно приготовить лазанью.
– Еще не затянулось.
– Спасибо за помощь, я сама.
Ваня посмотрел на меня так, будто хотел еще что-то сказать, но тут его телефон зазвонил.
– Да, глава. Понял. Скоро буду. – Он повесил трубку и сказал Жене: – Поехали. Дело срочное.
Мы с сестрой встали, и я продолжила разматывать руку. Краем глаза заметила, как Ваня остановился на выходе.
– Что?
– Ничего. – С каменным выражением лица он пошел прочь.
Мира проводила его долгим взглядом, а потом вдруг спросила:
– Ваня тебе нравится?
– Мне? – Я так удивилась, что кончик лоскута выскользнул из пальцев.
– Да. Ты постоянно с ним то ругаешься, то смеешься. Он тебе нравится?
– Нет, конечно!
На выходе что-то громыхнуло. Когда мы с Мирой подошли посмотреть, что за звук, то нашли у дверного косяка венчик.
***
Алрик
– Зачем вам моя сестра?
Внешне я был абсолютно спокойным, мирным, как поверхность планеты, но внутри меня кипела магма. Я привык к интересу со стороны сверхов к Вильме, но когда о ней спрашивает глава другого клана – хорошего не жди.
– Ну как зачем? Статистика неумолима. Хочу дать шанс своим ребятам. Парень у меня один есть – здоровый, сильный, преданный, на хорошем счету за свои уникальные способности. Расскажи о предпочтениях своей сестры, и мы вместе подстроим их свидание.
И этот медведь называет лис хитрыми? У него, случайно, пузо не рыжее? Может, гибрид?
– Ничего не получится, – откровенно сказал я. – Вильма слишком через многое прошла.
– Я слышал, что к ней невозможно подобраться. Она приветлива, улыбчива, пользуется внешностью, но никогда не подпускает ближе. Неужели ты, как брат, не хочешь ей счастья? Я предлагаю очень надежного парня.
– Так и сватай к своим. Хороших не отдают.
Влад опустил взгляд, будто хотел что-то скрыть от меня.
– По определенным причинам я вынужден действовать так. Потом ты поймешь и скажешь мне спасибо. Я могу за него ручаться. Все-таки слово главы что-то да значит, не находишь?
– Не боитесь, что Вильма будет недостаточно хороша для вашего парня? Вдруг она только красивая обертка? Не задумывались?
– Я изучал ее на нескольких встречах кланов за эти два года. Она по-лисьи умна и по-волчьи преданна. Вы делаете для клана рыжих очень много, а поступки говорят лучше слов. Так что? Одна встреча – и больше не лезем в их жизнь, а ты получаешь доступ к видео и экскурсию в берлогу?
– Я насчет сестры не торгуюсь. Если суждено – встретятся. Судьба очень хитрая госпожа.
– Да уж, судьба – та еще коварная женщина, – кивнул со странным выражением лица Влад.
И тут раздался стук в дверь.
– Входи.
– Глава? – В проеме показался огромный сверх под два метра ростом.
– Это Иван. Тот, про кого я тебе говорил.
И стоило только медведю войти, как в нос ударил знакомый запах такой силы, будто этот Ваня весь терся об нее. О владелицу туфельки.
– Черт! – Влад тоже уловил запах и резко вскочил с места.
Оборот случился словно по щелчку хлыста – резко, хлестко, больно.
– Только не в кабинете! – заорал глава бурых.
Я бессильно зарычал, пытаясь справиться с диким желанием растерзать соперника на части. Нельзя, не сейчас, надо сначала узнать все. Вдруг это ее брат?
Влад встал между нами, а Ваня недоуменно положил руку главе на плечо:
– Я могу за себя постоять. Если у волчары какие-то претензии, я готов разобраться сам! – Парень явно чувствовал себя странно за своим главой.
– В душ, Ваня! БЫСТРО!
Медведь замешкался, глядя то на меня, то на главу, словно боялся оставить зверя наедине с Владом, выругался сквозь зубы, но побежал выполнять приказ.
Я закрыл глаза и втянул носом аромат своей женщины, желая собрать его весь и забрать себе, не оставить тут и частички. Это она. Точно она.
– Вот сменная одежда. Давай поговорим. – Влад достал из стеллажа вакуумный пакет с одеждой.
Я понимал, что надо, но зверя было нелегко обуздать. Хотелось бежать следом за этим Ваней, разорвать на куски. Кажется, я даже уловил легкий запах крови, поэтому жажда расправы была просто неподавляемой.
Влад встал у закрытой дверь, преградив путь.
– Ты же швед. Слышал, вы умеете лучше всех держать себя в руках. Давай, мужик, возвращай контроль.
Да если бы я не держал своего зверя в узде, давно бы от мишки остались шишки.
Я закрыл глаза и с трудом вернул себе человеческий облик. Разорвал пакет, нашел там спортивный костюм, быстро оделся, постоянно поглядывая на дверь, от которой так и не отошел глава бурых.
– Значит, поэтому ты хочешь сосватать его к моей сестре? – спросил я сипло – речевой аппарат еще не совсем перестроился.
Влад промолчал, но и так было понятно – глава знает намного больше, чем говорит.
– Нет. – Глава медведей медленно прошел к столу, сел и бросил взгляд на дверь.
Я видел, как он усиленно думает о чем-то.
Обычно я очень терпелив. Очень. Но не в этой ситуации. Мне осточертело ходить кругами, я перешел на «ты»:
– И это все объяснение? От этого парня за версту пахнет моей женщиной. Ты попросил меня сдержаться – я сделал это. Но теперь я хочу объяснений.
Влад еще раз прожег взглядом дверь и говорить не спешил.
Я начал рассуждать вслух, следя за реакцией:
– Раз ты сватаешь его, значит, она не замужем. Он ее парень?
– Во-первых, сядь. – Влад указал ручкой на стул и, только когда я тяжело приземлился на него, сказал: – Во-вторых, выдохни и остынь. Ты так ярко чувствуешь запах истинной потому, что находишься в режиме охоты. От Вани несет берлогой с кучей запахов всех, кто там живет. Ты нашел свою истинную у нас – что ж, я этому рад.
Я осмыслил то, что он сказал. В чем-то он прав, я действительно мог слишком остро чувствовать запах истинной.
– Но запах крови – откуда он?
– Я не почувствовал, хотя на нюх не жалуюсь.
И тут дверь открылась, зашел этот Ваня.
– Никакой крови на мне не было. – Парень двигался агрессивно, резко отодвинул соседний стул и с вызовом сел, подавшись корпусом вперед. Взгляда с меня не сводил, а я с него. – У заграничного волка глюки.
– Ваня, выйди. На сегодня свободен.
– Глава!
– Мне повторить?
Мы с этим парнем держали друг друга на прицеле взгляда, готовые кинуться в бой по малейшему поводу. Долгую минуту, пока Влад тихо не рыкнул. Тогда Ваня с неохотой прервал зрительный контакт и вышел.
Я повернулся к Владу, стараясь не поддаться инстинктам и не побежать вслед за соперником, не вцепиться ему в глотку. Я напал на след, и я ни за что его не потеряю, не пойду на поводу у эмоций.
– Я не продам сестру. Я уже знаю, что моя женщина в твоем клане. У меня есть туфля. Есть номер телефона. Я все равно ее найду, так или иначе.
Влад держал руку у рта, будто боялся, что у него вылетят лишние слова.
Я не мог не спросить:
– Я правильно понимаю, ты действительно не понял по запаху, кто моя истинная?
– Да. – Влад убрал руку ото рта и выпрямился. – Ваня пах сразу несколькими оборотнями.
Я заметил обезличенную форму.
– Все свои, верно?
– Я не уверен.
– Да ладно. У медведей прекрасный нюх. Не хочешь говорить, потому что я не устраиваю судьбу своей сестры?
– Возможно.
– Зачем тебе сплавлять этого Ваню? Ответь честно.
Влад положил руки на стол, оперся локтями и поменял положение на стуле. Глядя прямо мне в глаза, сказал:
– Потому что, если этого не сделать, одна семья разобьется.
– И ты не знаешь, кто моя истинная? Ты же точно видел записи камер.
Влад открыл ноутбук, быстро пробежал пальцами по клавиатуре и развернул монитором ко мне.
На экране показался выход торгового центра. Я обратил внимание на время. Как раз начиная с той минуты, что на экране, я и хотел увидеть запись. Три минуты вперед, мне больше ничего не надо.
И тут вдруг к камере подлетела птица, зависла на секунду, а потом села на оборудование, хвостом закрыв обзор. Я взял мышку и стал мотать, эта глупая птица все сидела так минуту за минутой, а потом слетела, когда уже никаких доказательств было не обнаружить.
На видео было видно, как мы с Мишаней заходили обратно в ТЦ.
– Ну вот… если только твоя истинная не Мишаня, – хмыкнул Влад, внимательно всматриваясь в выражение моего лица.
– Я похож на любителя мальчиков?
Влад поджал губы, как-то странно хмыкнул и вдруг спросил:
– А пиво любишь?
– Не как Мишаня. – Я злился, видя, что меня хотели провести с этим видео. – Значит, если бы я организовал свидание сестры, ты показал бы мне вот это?
– Кто знает, – вдруг таинственно ухмыльнулся Влад. – Кто знает, швед… Ну что, говоришь, на официальную экскурсию не идешь?
– Нет. Только не за счет сестры.
– А на третий тур с Мишаней?
– Я все еще хочу подписать договор.
– И все?
– А что может быть еще?
Глава медведей вдруг остановил взгляд на моей подписи на договоре.
– Что это за знак?
– Герб моего рода. А что?
Влад словно окаменел на секунду, потом моргнул и дежурно улыбнулся:
– Ничего.
Аня
– Куда ты меня так начесываешь? – Мира поморщилась от боли, когда расческа запуталась в колтуне.
– Нужно всегда быть готовой к встрече с судьбой. – Я поймала взгляд сестры в зеркале и грустно улыбнулась.
Мне нужно перебороть это в себе, иначе как дальше будем общаться? Алрик станет частью моей семьи. Нужно рубить чувства на корню, сразу. Я не могу сейчас убежать, будет только больнее. Мне нужно собрать все силенки, все мужество и увидеть своими глазами их встречу, чтобы больше не фантазировать о нем.
Мира обиженно надула пухлые губы:
– Как я буду встречать судьбу без телефона? Вот столкнемся на улице, спросит номер, а я что? Никто же не поверит, что в наш век нет в кармане мобилы. Может, ты меня в магазин собираешь свой гонорар за спор тратить?
Она красивая уже сейчас, повзрослела после резкого скачка роста сегодня утром. Со щек ушла подростковая округлость, скулы заточились. Она сразу вымахала в росте. Крупные черты лица смотрелись гармонично на ее лице, а вот на моем мелком – как-то слишком, делая меня больше похожей на японскую куклу. Именно поэтому грим Мишани обязательно включал в себя подбородок помощнее. Мира же после последнего скачка роста выглядела просто идеально – словно сама природа подготовила ее для встречи с истинным.
Я посмотрела на таких похожих и таких разных нас в зеркале и вздохнула.
– Нет гонорара. Глава хочет еще один раунд. – И только я это сказала, как телефон в кармане зашуршал сообщением.
Пришло на Мишанину симку. Я открыла весточку от Влада и с удивлением подумала: «Зачем ему?» Но если глава просит – пришлю. Нашла в галерее фото своих работ граффити и скинула дяде.
Скоро же соревнование. Я хотела купить краску, участвовать, а сама что делаю? Совсем потеряла интерес к хобби. А ведь раньше была отдушина. Теперь все мысли лишь о нашем последнем раунде с Алриком.
– Что такое? – Мира поймала меня на покачивании головы. – Я опять чем-то провинилась?
– Весь мир не сводится к тебе, – выпалила я, и сестра удивленно моргнула, а потом пожала плечами.
И тут на счет Мишани упала крупная сумма денег. Я даже вышла из банковского приложения и зашла снова. Нет, не показалось!
И следом пришло сообщение от главы: «Мишаня, спасибо за работу. Двойной гонорар за спор за два раунда. Все честно».
Мне будто не денег дали, а битой под коленки ударили.
«А как же третий раунд?»
«Тебя заменят», – пришло бескомпромиссное.
– Ань, у тебя что, руки трясутся? – Мира повернулась ко мне, подняв голову. Привстала, заглянула в телефон, увидела оповещение о деньгах и подпрыгнула: – Так это от счастья!
И порывисто обняла меня.
