Да, у нас всегда были очень нежные отношения.
– Ремонт делать будешь? – жуя, спросил Андрей. – У меня есть ребята, которые могут электрику провести. С батареями надо в ЖЭК, конечно. Обои сама поклеишь… Что там еще? Полы будет сложно, тут я помогу.
– Не знаю… – Я оглянулась по сторонам, оценивая фронт работ. Ремонт представлялся сейчас совершенно неподъемной задачей. – Я не умею обои.
– Что там уметь – наливай да пей, – хохотнул брат. Жену к тебе снаряжу, будете сплетничать и работать, всем удовольствие.
– Интересные у тебя представления об удовольствии, надеюсь, жена с ними согласна.
– Варвара! – с угрозой рявкнул Андрей.
Я сделала невинный вид.
Когда он ушел, я вернулась в большую комнату, ставшую вдруг пустой и гулкой.
Диван, пианино, стол со стульями, моя постель на полу у окна. Эхо, ловящее самый тихий вздох.
Кресло я тоже выбросила. Хотя было до слез жаль воспоминаний о бабушке, но жить в музее невозможно. Я и так каждый раз оборачивалась к нему и вздрагивала, понимая, что бабушка уже больше никогда не будет сидеть и смотреть телевизор, язвительно комментируя обещания политиков и глупость ведущих ток-шоу.
Интересно, как там Кирилл?
Я нагуглила несколько выпусков «Острова», посмотрела – и не впечатлилась. Он вел себя на экране как самый обычный балабол из телика. Много улыбался, много махал руками, болтал какую-то ерунду, записанную в сценарии, и ничем не напоминал того харизматичного и милого парня, который так нагло напрашивался на ужин. Даже и не заподозришь, что где-то глубоко внутри он по-настоящему радуется за сложившиеся на передаче парочки.
Маленькая комната все еще оставалась нетронутой. По-хорошему, надо было купить хотя бы самую простенькую кровать, выкинув бабушкиного пружинного монстра. Отправить трехстворчатый гардероб вслед за «стенкой», завести на подоконнике цветочки, постирать занавески… Но я на цыпочках вышла оттуда и прикрыла за собой дверь.
Не сейчас. Будем считать, у меня однокомнатная квартира.
Из кухни раздалось тихое дребезжание телефона.
Когда я туда добралась, на экране уже было три пропущенных. Телефон снова звонил.
– Привет! – сказал Кирилл.
Кажется, надо было занести его в контакты, чтобы не удивляться так каждый раз.
– Я ничего не выставляла! – испуганно пискнула я.
– Да я не про «Авито», – утешил он. – Куда мне столько хлама, у меня и дома-то нет. На самом деле, я понял, что повел себя как мудак. Два раза тебя уже объел и спасибо не сказал.
– Сказал вроде.
Он засмеялся.
– Варвара, я тебе намекаю, что теперь ужин с меня! Давай свожу тебя в приличное место, чтобы хоть как-то отблагодарить за потрясающую пасту.
– Спасибо, – вежливо сказала я. – Но нет.
– Вот это фокус! – весело удивился Кирилл. – Почему? Я настолько плохо себя вел? Держал вилку не в той руке? Неуместно шутил?
– Просто не люблю пафосные места, – призналась я. – Куда нужно долго наряжаться и вести себя определенным образом. У меня на работе дресс-код, в свободное время хочется расслабиться. Это все не для меня.
– Ну-у-у-у… – задумчиво протянул он. – Место попроще? Без дресс-кода, но со вкусной едой?
– Вообще не хочу никуда, я устала.
Секунды три Кирилл молчал, а потом вкрадчиво поинтересовался:
– Ты правда не хочешь в ресторан или просто отшиваешь меня? Давай тогда я куплю, что хочешь, приеду, а ты приготовишь?
– Кухаркой меня наймешь?
– Ни в коем случае! Ты художник, гений, мастер, а не наемная работница! Но ты не ответила на вопрос, не отшиваешь ли. Это потому что отшиваешь?
– Нет, я…
Это что – свидание?
Я замешкалась, пытаясь сообразить, что мне с этим делать.
– Короче, собирайся, я приеду и там разберемся.
И, не дав мне возразить, он отключился.
Собирайся? То есть все-таки краситься и вот это все?
Наедине с маньяком
Я бы хотела разозлиться.
Не накраситься и пойти прямо так, в домашних джинсах и старом свитере.
Чтобы в следующий раз думал, прежде чем вот так наглеть!
В следующий раз…
Но я подозревала, что Кирилл даже не обратит внимания, во что я там одета. Зато сама сгорю со стыда, куда бы он меня ни повел. Даже если в «Макдональдс».
Поэтому я вздохнула, закатила глаза, фыркнула – выразила, короче, свое отношение – и пошла переодеваться и мыть голову.
Накрасила ресницы, влезла на каблуки… передумала и сменила туфли на кроссовки. Не заслужил!
Но к тому времени как Кирилл позвонил, коротко предложив: «Спускайся!», я уже остыла и даже начала волноваться.
Может, все же туфли?
Или нет?
Или да?
Ладно!
В последний момент я еще и губы накрасила. Просто не удержалась.
Оказавшись на улице, я поняла, почему Кирилл не стал сообщать, на каком экземпляре из его коллекции роскошных авто он сегодня прибыл.
Сверкающее зеркально-бирюзовое чудовище торчало посреди дворовой парковки, затмевая собой солнечный свет. Стоящий рядом Кирилл сиял не хуже.
– Нравится? – первым делом спросил он, глядя на свою игрушку тем взглядом, который девушка, пришедшая на свидание, хотела бы ощущать на себе. – Новенькая, сегодня только забрал.
– Обалде-е-е-еть… – совершенно искренне выдохнула я.
– «Шевроле-Камаро-ZL1», шестьсот пятьдесят лошадиных сил, восемь цилиндров, до сотни за три с половиной секунды, можно выжать триста пятьдесят… Но главное – обвес… Ну и цвет! Чума, да?
– Чума, – согласилась я, посмеиваясь про себя. Мальчики никогда не взрослеют, только игрушки становятся дороже и опасней.
– Садись! – Кирилл открыл мне дверь.
Надо было все-таки надеть каблуки. В таких машинах возят самых роскошных девушек.
В нашем дворе негде было разгоняться до сотни за три с половиной секунды, но Кирилл очень постарался это сделать. Шины взвизгнули, сверкающая корма чуть не снесла куст сирени на повороте – но влившись в поток, табун в шесть сотен лошадей все-таки немного присмирел.
– А куда мы едем? – спохватилась я.
– Сюрприз! – ухмыльнулся Кирилл. Он оглаживал руль с таким видимым наслаждением, так кайфовал в кресле водителя, с такой нежностью касался каждой мелочи в этой машине, что я не знала: то ли отвернуться и не мешать их любви, то ли позавидовать, то ли… Не знаю, что еще!
– Я не хочу в ресторан! – еще раз напомнила я.
– Правда? – Кирилл бросил на меня быстрый взгляд. Огни оранжевых фонарей бликовали на медных волосах, зажигая их огнем. – Ну ладно, значит, не будет ресторана.
Я совсем растерялась.
Как бы узнать: это свидание или что?
Хотя… что ж еще?
Нет, я решительно не понимала, что происходит, и от этого напрягалась все сильнее с каждой минутой.
А уж когда мы заехали в какой-то узкий и темный переулок, едва освещенный забранными в железные клетки тусклыми лампами, напряглась по полной программе. Сюда выходили только глухие двери без вывесок. Вдоль стен, поставленные один на другой, гудели несколько огромных промышленных вентиляторов. Я приоткрыла окно, с трудом разобравшись, как в этой машине все устроено, и вдохнула дующий от них теплый ветер с запахом жареного мяса.
Кирилл вышел из машины, не закрывая дверь. Из-под его ног с возмущенным мявом порскнула упитанная черная кошка. Он постучал в одну из дверей, и через несколько мгновений она открылась. Мне было не видно того, с кем у Кирилла состоялся короткий разговор, – и не слышно из-за гула вентиляторов. Но вернулся обратно он с большим вощеным пакетом.
Забрался в машину, пристроив пакет где-то позади, и улыбнулся, поворачиваясь ко мне:
– Ну что, можно ехать на основное место развлечения. Что у тебя с лицом?
– А что? – с трудом разжала я стиснутые в напряжении зубы, чтобы ответить.
– Похоже, что ты думаешь, что я тебя тут убью, и готовишься дорого продать свою жизнь.
– До этого момента не думала! – чуть-чуть слукавила я.
– Смотри, какое удобное место. Тихое, скрытое. А ты сама села в машину… – Кирилл откровенно развлекался.
– Очень приметную машину! – намекнула я и непроизвольно сжалась, когда он чуть сдвинулся в мою сторону.
– Правильно, – кивнул Кирилл, заводя двигатель и оборачиваясь, чтобы понять, как выезжать из переулка. – Разве убийца будет приезжать на дело на такой? Он же не дурак. Это отведет от меня подозрения. Кстати, ты знаешь, что тут огромная ресторанная кухня с промышленными мясорубками и мощными печами? Даже тело никуда везти не надо, чтобы спрятать все следы.
– Перестань, – попросила я. – Не смешно.
Я судорожно цеплялась за ручку двери, почему-то не решаясь проверить, могу я ее открыть или Кирилл заблокировал замок.
– Варвара-а-а-а… – Он засмеялся. – Ну это же просто шутка! Чтобы тебя развеселить. Ты знаешь, что женщины в процентном соотношении гораздо чаще мужчин смотрят документалки о маньяках-убийцах? Говорят, это снимает стресс. Многие даже любят засыпать под такие видео. Ты как хочешь, а я, с тех пор как это узнал, боюсь женщин гораздо больше, чем тех маньяков! От маньяка хотя бы знаешь, чего ожидать.
Не знаю, я на ночь смотрела медицинские сериалы в основном. Правда, там тоже была кровь и всякие подробности операций, но ведь это совсем другое, правда?
– Ну вот. – Кирилл кивнул на многополосное шоссе, на которое мы как раз выезжали. – Мы уже в людном месте, и я все еще тебя не убил. Не бойся.
– Я не боюсь, – сказала я, разжимая сведенные пальцы на ручке двери.
Кирилл покосился и ухмыльнулся, но комментировать не стал.
Мы как ветер промчались по вечернему городу, умудрившись не попасть ни в одну пробку, и свернули на улицы потемнее, а потом и вовсе выехали с дороги на земляной склон. Только там Кирилл остановил машину, немного посидел, вслушиваясь в мурлыкающее урчание мотора, и вырубил двигатель тоже. Стало тихо, и через приоткрытое окно я услышала плеск волн.
– На улицу пойдем есть или начнем уляпывать роскошный салон? – спросил Кирилл, вытаскивая пакет, от которого пахло чем-то пряным и жареным.
Он выудил из него несколько пенопластовых контейнеров, которые принялся расставлять на всех подходящих и неподходящих поверхностях. Они загромождали все возможное пространство, опасно покачивались, и я боялась двинуться, чтобы что-нибудь не опрокинуть.
– Так, тут у нас паэлья с морепродуктами. – Кирилл начал открывать контейнеры один за другим. – Здесь закуски… Печеные помидоры, артишоки, паштет, сыр. Суп крабовый. Будешь суп?
Последней он вытащил бутылку вина и два бокала.
– Ты же за рулем? – удивилась я.
– Оно безалкогольное, – сообщил Кирилл, свинчивая пробку и разливая по бокалам темно-красную жидкость с терпким запахом.
Бокалы, к счастью, удачно вставали в подставку для стаканов, так что я была лишена еще и волнения о том, что опрокину дрожащими руками вино на кремовые кожаные сиденья.
Он поднял свой бокал, подождал меня, но я продолжала жонглировать открытыми контейнерами, поэтому Кирилл просто чокнулся со звоном о край моего и отпил вино первым.
Я наконец пристроила коробку с паэльей на коленях, воткнула в нее вилку и добралась до вина. Чокаться не стала, сразу отпила. Похоже на настоящее вино – кисловато, терпко и несладко. Интересно как. И согрело, расслабляя и убирая внутреннюю дрожь.
Хотя алкоголя в нем не было точно, я бы почувствовала.
