Рассматривая толпу, Джейсон услышал, как какой-то репортер, стоявший у металлического барьера в сопровождении висящего над его головой дрона, сказал:
– Вот прибыла группа представителей “Cerillion Entertainment”, и с ними молодой человек… Джейсон Родес… тот самый тинейджер, задержанный две недели назад по подозрению в двойном убийстве… Не означает ли это…
Из-за криков и невозможности остановиться, чтобы прислушаться, Джейсон услышал лишь обрывки того, что говорил репортер. Ясно было одно: если кто еще не успел установить связь между подростком, убившим двух человек, и популярным злодеем из «Пробуждения», то теперь ни у кого не должно было остаться никаких сомнений. Многочисленные глаза впивались в него поверх заграждений с обеих сторон.
Наконец они вошли внутрь, где их больше не преследовали крики и камеры. Френсис знаком попросил их приблизиться.
– Итак, с этого момента никто не произносит ни слова без моего разрешения, – он посмотрел на Роберта, который в ответ хмыкнул. – Любой из присутствующих может записать ваши слова, даже если вы в уборной. Если вас попробуют втянуть в разговор – игнорируйте. Понятно?
Все кивнули.
Через пару минут они вошли в зал заседаний. Коридор и все места, отведенные для публики, были забиты людьми. Дюжины глаз следили за тем, как они проходят на свои места в первых рядах. Выяснилось, что охрана Джорджа оцепила несколько мест, на которых они и расположились. Джейсон сел между Клэр и Робертом. Сцена была отделена от партера невысокой стенкой. Там находилась скамья для участников слушаний и два стола перед ней. Френсис и Джордж направились к одному из столов, за другим уже сидели Глория и группа ее сотрудников.
Эти регулятивные слушания больше смахивали на судебное заседание. Весь этот декор, а также несмолкавшие перешептывания в зале действовали Джейсону на нервы, он опять принялся теребить галстук. Его родители, похоже, отсутствовали. Хоть это.
– Джейсон! – крикнул кто-то, он обернулся посмотреть и увидел, что Райли машет ему рукой. Джейсон невольно улыбнулся: она пришла его поддержать, несмотря на неопределенность их отношений в последнее время. Он поднял руку, чтобы тоже помахать ей, да так и застыл.
Райли что-то шептала молодому человеку, сидевшему с ней рядом. Чуть старше Джейсона, рыжеватые волосы, спортивное сложение. Джейсон заметил, как она придвинулась к нему вплотную, чтобы лучше слышать его ответ, и как он привычным жестом положил руку ей на плечо. На Джейсона словно плита упала. Так вот в чем дело! Вот почему она вела себя так странно: Райли после своих потрясений и обид вернулась к нормальной жизни, но не в его компании, а в обществе этого рыжего. Теперь ее поведение стало понятно.
Она обратила внимание на другого.
Он отвернулся, не в силах смотреть, как они любезничают.
– Все будет нормально, – сидевший рядом Роберт похлопал его по плечу, неверно истолковав его кислое выражение лица. Клэр тихо сидела с другой его стороны и с тревогой рассматривала помещение. – Мы тут на местах для зрителей в цирке, через обручи будут прыгать Джордж и Френсис.
– Ну, это только пока, – буркнул Джейсон, глядя в пол. Ему хотелось, чтобы слушания скорее начались и отвлекли его от мыслей о Райли и ее новом бойфренде.
Мироздание откликнулось на его просьбу. Дверь в глубине зала отворилась, и из нее вышли пять человек в строгих костюмах и платьях. В зале наступила тишина, все глаза обратились на вошедших. Сенаторы расположились позади скамьи для противоборствующих сторон. Сенатор, усевшийся на центральное место, был импозантным мужчиной с мраморным профилем профессионального политика, проседью в волосах и в очках, сдвинутых на кончик носа. Он подвигал стопку документов, лежавших на столе перед ним, и обратился к залу.
– Полагаю, мы могли бы начать. Представлюсь тем, кто со мной не знаком: меня зовут Джеймс Липтон, – сказал он и представил по очереди остальных сенаторов. – Все вместе мы образуем регулятивный комитет, надзирающий за деятельностью ККБПТ и ряда других правительственных органов.
Он сделал паузу, давая присутствовавшим время осознать сказанное, и продолжил:
– Задача комитета – обеспечивать безопасность общества и рассматривать жалобы в отношении потребительских товаров, которые могут нанести существенный вред потребителям. В данном случае мы намерены обсудить компьютерную игру «Пробуждение онлайн», связанное с ней аппаратное, а также программное обеспечение и работу игрового ИИ-контроллера. Сразу скажу: здесь не место для театральных сцен или сведения личных счетов, – при этих словах сенатор посмотрел на Глорию, прежде чем снова обратиться к публике в зале.
– Мы знаем, что игра «Пробуждение онлайн» приобрела необычайно широкую популярность среди потребителей и вызвала пристальное внимание групп по защите общественных интересов, которые считают, что игровые виар-технологии нарушают некоторые границы. Должен вас сразу предупредить, что нарушители порядка в ходе слушаний будут выдворяться из зала сотрудниками безопасности без всякого предварительного предупреждения.
– Еще одно пояснение: это не стандартное заседание комитета – это выездное слушание, организованное здесь, в городе, по той причине, что обе стороны-участницы имеют здесь свои штаб-квартиры. Посоветовавшись с заинтересованными сторонами, мы решили предоставить “Cerillion Entertainment” и ККБПТ возможность самим представлять их позиции и вызывать свидетелей, как в обычном судебном процессе, то есть сенаторы и я будем больше слушать, чем задавать вопросы, – Джейсон заметил быстрый взгляд, который сенатор бросил на Джорджа.
Видимо, и тут президент компании успел попросить об одолжении.
Джеймс Липтон посмотрел направо и налево на своих товарищей-сенаторов, они кивнули в знак того, что можно начинать.
– После этой прелюдии можно, я думаю, начинать. В качестве первого шага мы выслушаем аргументы директора ККБПТ Глории Бэстьен и юридического советника “Cerillion Entertainment” Френсиса Розенкранца. Главный вопрос повестки дня: должна ли ККБПТ возобновить проверку игры «Пробуждение онлайн» и всех механизмов, с ней связанных? Господин Розенкранц, прошу вас.
Френсис не спеша поднялся.
– Благодарю вас, сенатор Липтон. Позвольте также выразить благодарность комитету за предоставленную возможность выступить перед вами, – он посмотрел на сенаторов, и они опять покивали.
– Как уже отметил сенатор Липтон, мы здесь собрались по настоянию госпожи Бэстьен, обеспокоенной тем, не наносит ли игра «Пробуждение онлайн», ее аппаратное и программное обеспечение ущерба общественному здоровью. Мистер Липтон не упомянул того факта, что ККБПТ уже проводила скрупулезные и многочисленные проверки нашей продукции в течение ряда лет.
– Лет! – с нажимом повторил Френсис.
– Ни на одном этапе этих проверок не было обнаружено никаких следов того, что виар-шлемы или сама игра подвергают пользователей хоть малейшему риску. Получает ли наше оборудование доступ к мозгу пользователя? Да. Меняет ли оно восприятие времени игроками? Да. Влияет ли оно на интерпретацию и хранение людьми сенсорной и другой информации? И опять – да. Ничего нового тут нет. Все эти вопросы ставились и внимательно изучались в ходе предыдущих испытаний, которые показали отсутствие какого-либо вреда или ущерба для участников тестовых проверок.
– Мы можем с гордостью заявить, что наша компания создала революционную технологию в виде виар-среды, практически неотличимой от реальности. Можно сказать, что мы усовершенствовали саму реальность. Открыв для человечества новое, расширенное восприятие времени. Но и этот аспект был подвергнут тщательному исследованию в ходе предварительных проверок.
– Наше изобретение стремительно завоевало мир, – стоявший спиной к залу Френсис полуобернулся и обвел рукой зал. – Свидетельство тому – ажиотаж, вызванный этими слушаниями. Технология не только безопасна – она успела завоевать любовь миллионов геймеров всего за один месяц после релиза.
– И вот мы рискуем начать все сначала. После годов проверок, на пике популярности мы вынуждены тратить время, отвечая на давно закрытые вопросы. Почему? – с нескрываемой грустью вопросил Френсис и посмотрел в сторону Глории, поправляя на носу очки.
– Ответ прост. Страх. Страх – полезная эмоция, он учит нас осторожности, заставляет готовиться к неожиданному повороту событий. Но в то же время страх может быть иррациональным, он может бесконечно водить нас по кругу наших собственных сомнений и химер, заставить тратить сотни часов времени и сотни тысяч долларов на оправдание нашей личной тревожности и неуверенности. Более того, страх способен лишить мир новых неслыханных открытий и инноваций, как в нашем случае.
Джейсон заметил, что при этих словах Френсиса Глория моргнула, и подумал, чем это он ее так задел. Намек на сведение счетов за мастера игры Флориуса? Непохоже.
– В ходе слушаний нами будут представлены факты и свидетельства полной безопасности игры, – твердым голосом сказал Френсис. – Мы намерены в очередной раз доказать, что игра, ее аппаратное и программное обеспечение на представляют угрозы общественному здоровью. Спасибо за внимание.
Френсис занял свое место, Джордж мельком взглянул не него, сохраняя непроницаемое выражение лица. Он понимал, что находится под неусыпным прицелом телекамер.
– Спасибо, господин Розенкранц, – произнес сенатор. – Давайте выслушаем мнение ККБПТ. Госпожа Бэстьен, вам слово.
Глория с готовностью встала с своего места. Какое-то время она смотрела на стол перед собой, словно собираясь с мыслями. В отличие от Френсиса, говорившего строго по делу, она начала с разговорной интонации, как будто беседовала с хорошими знакомыми.
– Любопытно, до какой степени некоторые вещи не устают повторяться. Сколько раз мы слышали похожие утверждения о безопасности того или иного продукта?! О том, что исследования показали, что от него никому никогда никакого вреда? А сам продукт пользуется огромным спросом?! Люди его просто обожают?!
Женщина неожиданно строго посмотрел в глаза членам комитета.
– Сотню лет назад то же самое говорили про табак и асбест. Они неопасны. Исследования показали, что никаких побочных эффектов они не вызывают. И только много позже выяснилось, что очень даже вызывают, просто сначала мы не умели их обнаружить. Сколько людей за это время заболели раком легких? Сколько умерло по причине нашей халатности? Нашей неготовности смотреть критически, смотреть с точки зрения будущего?
– Что если мы отворачиваемся, не желаем видеть опасность, которую может представлять игра с ее новым оборудованием виртуальной реальности и ИИ-контроллером? Что если теперь, как это было в прошлом, мы подвергаем здоровье сотен тысяч людей риску? Огромному риску по причине нашей излишней самоуверенности?
– Мы просто обязаны ставить перед собой эти вопросы, пусть они неудобны и влекут дополнительные затраты времени и денег, – продолжила Глория с напором и посмотрела в упор на Френсиса. – Я знаю, о чем говорю. Я знаю это на личном опыте.
– Большинство из вас не знакомы ни со мной, ни с историей моей жизни. Сейчас мне представляется уместным поделиться с вами моим горьким опытом. Моей дочери было два года, когда она ослепла. Это случилось двадцать лет назад, – Глория грустно улыбнулась в сторону зрителей. – Многие, возможно, плохо помнят то время. Тогда как раз появились первые голографические проекторы: на рынок вышла технология, позволившая впоследствии создать Core, которые сейчас есть на каждом запястье, и современные цоколи. Эту технологию тоже называли революционной. Да она и была ею!
Но для маленького ребенка голографическая картинка, как светлячок во тьме: нечто, что непременно нужно потрогать и внимательно рассмотреть. Эти устройства притягивали детей, как ночных бабочек – огонь. Но, к несчастью, самые первые модели не были снабжены системой безопасности для детей, которые не понимали, что нельзя заглядывать в объектив проектора.
– Моя дочь оказалась одной из тысяч детей, – голос Глории дрогнул, и в глазах показались слезы, – которые пострадали, прежде чем проекторы стали действительно безопасны. Представьте, во что превратилась жизнь этих несчастных детей из-за беспечности взрослых, их неумения задаться вопросами, которыми мы задаемся сейчас!..
Она помолчала, собираясь с силами, затем продолжила:
– Вот почему эти слушания важны. Вот почему мы хотим вновь протестировать проверенный продукт, посмотреть на него в новом свете. Одной серии испытаний может оказаться недостаточно, чтобы ответить на все вопросы раз и навсегда.
– Предварительная проверка не оправдала себя. Да, я признаю, что все проведенные исследования показали, что игра и новые виар-технологии не представляют опасности. Мы изучали работу ИИ-контроллера, который почти полностью контролирует мир игры. Однако негативные последствия мы смогли выявить только после того, как игра вышла на рынок и стала чрезвычайно популярной.
Глория повернулась к залу и посмотрела на Джейсона.
– Насколько хорошо мы понимаем последствия вмешательства в мозг человека? Насколько мы уверены, что, вручив управление игрой новой разновидности искусственного интеллекта, мы не подвергаем себя опасности? Находятся ли здоровье и жизнь наших человеческих детей в игре под человеческим присмотром или они отданы исключительно под надзор компьютерной программе?
– Вот вопросы, которые мы должны поставить перед собой сегодня. Поскольку уже сейчас мы можем видеть, что игра и ее ИИ-контроллер постепенно меняют наших детей к худшему. В этом зале среди нас находится человек, демонстрирующий собой пример такого отрицательного воздействия, и к его истории нам надлежит отнестись самым серьезным образом. Хотя бы для того, чтобы этого не случилось с другими.
При этих словах Джейсон почувствовал приступ настоящей тошноты, во рту появился вкус желчи, и ему показалось, что его сейчас вырвет. Он с ужасом ждал продолжения.
– Мы намерены показать, что «Пробуждение онлайн» и ИИ-контроллер игры развратили достойного молодого человека, превратили его из прилежного ученика престижной школы в монстра, презирающего родителей, нападающего на других школьников, охотно и радостно совершающего виртуальные убийства на потеху публике и, уже окончательно перейдя все границы, совершившего убийство живых людей в реальном мире! И этой игрой нам предлагают восхищаться! Этим самым продуктом, который, по словам “Cerillion Entertainment”, изменит будущее!
Глория опустила глаза и заговорила тихим голосом.
– Умоляю вас, пусть блеск и шумиха не застилают вам глаза, пусть популярность и успех продукта не отвлекут вас от того, что есть сегодня наш долг! История повторяется, наши потомки вспомнят этот день и удивятся нашей самонадеянности. Помните о будущем наших детей, когда будете знакомиться с историей Джейсона Родеса, самопровозглашенного регента Сумеречного Трона.
Глава 15
Угрызения
Дисплей на стене гостиной показывал запись первого заседания слушаний, перед ним сидела Клэр, наспех и спустя рукава завершившая свои прочите дела, и смотрела ролик уже в который раз, будучи не в состоянии думать о чем-либо другом. Перед ее глазами стояло лицо Джейсона, смотрящего на собравшуюся у здания городского совета толпу или слушающего выступление Глории.
Она сидела на диване согнувшись и терла глаза ладонями, будто это могло изгнать воспоминания или заглушить в душе тягостное чувство вины, тяжелое, как гиря.
– Я все сделала правильно! – громко заявила она в пустой комнате.
Прозвучало как-то неубедительно.
До ее обращения к Глории все казалось таким простым и очевидным: Альфред нарушил протоколы безопасности, стал своевольничать, вносить несогласованные изменения в игру, вступать в непредусмотренные взаимодействия с игроками и перестал выходить на связь с разработчиками. Его непостижимый интерес к Джейсону бросался в глаза, хотя причины и цели этого интереса оставались непонятны.
Ну, и потом это нападение на дом… У нее были неопровержимые доказательства того, что Альфред вышел за пределы цифрового мира и взял на себя управление живым телом Джейсона. Это Альфред убил двух реальных людей, которые умерли по-настоящему, безвозвратно. Что и заставило ее в конечном счете забить тревогу и обратиться к Глории.
Однако последствия этого решения терзали и мучили ее.
После передачи Глории информации, скопированной из шлема Джейсона, Клэр тайно участвовала в совещаниях ККБПТ по подготовке к регулятивным слушаниям. Глория рассчитывала, что Клэр станет ключевым свидетелем, который расскажет, как компания отказалась принять необходимые меры в отношении аномалий, зафиксированных в ходе и после проверочных испытаний, и как Альфред взял под контроль сознание, а потом и тело Джейсона. Ей предстояло стать звездой слушаний и, возможно, последним гвоздем в гроб “Cerillion Entertainment”.
По ходу этих совещаний Клэр прочла отчет инспектора о захвате дома Джейсоновой тетки. И этот отчет заронил первое зерно сомнений в ее душу. Парни, проникшие в дом, как оказалось, были вооружены. На приложенных к отчету фотографиях было видно, что разбойники успели перевернуть вверх дном полдома и, безусловно, представляли опасность для жизни Джейсона, не владевшего никакими навыками самообороны и не способного с голыми руками противостоять двум вооруженным людям.
Что если Альфред спас ему жизнь?!
Прежде она была полностью сосредоточена на последствиях Альфредового управления телом Джейсона и не задавалась вопросом, почему ИИ это сделал. В свете новых открывшихся ей фактов это действие не выглядело таким уж произвольным. Насколько реальной была угроза для жизни Джейсона? В полицейском отчете говорилось, что он ничего не помнит об инциденте. Она просто не знала, что думать по этому поводу, и эта неопределенность отравляла ей жизнь.
Но сомнения не остановили ее от продолжения сотрудничества с ККБПТ. По крайней мере, до тех пор, пока она не увидела снова самого Джейсона. На встрече у Джорджа у него был совершенно изможденный вид. На первом заседании слушаний он старался сохранять спокойствие, но отчаянного выражения в глазах скрыть не мог. Каково ему было? В истории с убийством знал ли он, что происходит, или просто очнулся в какой-то момент перед двумя мертвыми телами в полной растерянности и неведении?
Клэр прекрасно знала о намерениях Глории. Ее планы не ограничивались организацией внезапной встречи Джейсона с родителями. Она хотела выставить его монстром на обозрение всего света, рассказать о всех его деяниях и злодеяниях в игре и реальной жизни. СМИ с радостью уцепятся за эту возможность, раскапывая мельчайшие детали его жизни, искажая и преувеличивая их ради красного словца и броского заголовка.
Клэр не могла сказать, в какой момент она полностью осознала последствия своих действий. Случилось ли это, когда она прочла в глазах Джейсона на слушаниях выражение безнадежности и страха? Они ведь правда погубят жизнь мальчика. Так или иначе. Если Глория выиграет свой крестовый поход, Джейсон может оказаться на принудительном лечении в психиатрической больнице, где на его примере будут изучать последствия вмешательства ИИ в мозг человека. Если Глория потерпит поражение, лучше станет не намного: Джейсон окажется под судом, если не уголовным, то под судом общественности, и ему придется жить дальше с мыслью, что Альфред превратил его в скрытого социопата.
И еще ее не отпускал вопрос: почему Альфред это сделал?! Почему?!!
Вопрос буквально сводил Клэр с ума: от него зависело оправдание или, наоборот, порицание принятого ею решения. Спасает она людей или разрушила жизнь подростка? Неопределенность была хуже всего.
Картинка на экране поменялась, и Клэр усилила звук. Репортер канала подводил итоги заседания, камера показывала, как их группа покидает здание городского совета и идет между полицейскими барьерами к автомобилю. Вот лицо Джейсона крупным планом; видно было, что он старается не смотреть по сторонам и сохранять спокойный вид. То есть он выглядел, как и должен выглядеть подросток, попавший в центр скандального и публичного спектакля.
Сердце Клэр болезненно сжалось. Правильно она сделала или нет?
Одна навязчивая мысль давно терзала ее в глубине души, требуя внимания, вопреки попыткам отмахнуться от нее. Она знала, как получить ответ на мучающий ее вопрос, давно знала. Ей просто не хватало силы (или смелости), чтобы решиться. Существовал некто, кто мог точно сказать, что произошло в том доме; правда, он не хотел с ней разговаривать.
Но и это было не совсем правдой. Она смотрела, как Джейсон садится в лимузин, и думала, что способ есть, есть способ… Но он ей не нравился, или она просто боялась услышать ответ.
Возможность пообщаться с Альфредом существовала, и этой возможностью был Джейсон.
Глава 16
Садоводство
Джейсон шел по мрачным улицам Сумеречного Трона. Слабый зеленоватый свет уличного фонаря едва рассеивал неизбывные потемки, укутавшие город подобно ватному одеялу. Его посох равномерно постукивал по булыжникам мостовой, звуки отдавались эхом от стен окружающих домов. Сегодня он решил выйти без охраны: исключать попытку очередного покушения было нельзя, но реальную угрозу представлял только Торн, а тут никакие подручные его все равно бы не спасли.
Мысли Джейсона были тревожны: он не переставал думать о первом дне слушаний, в особенности о речи Глории. Он, естественно, не знал о беде, случившейся с ее дочерью, что, конечно, объясняло то остервенение, с которым она нападала на “Cerillion Entertainment”, и – каким-то косвенным образом – ее повышенный интерес к нему самому.
Его поражала ее уверенность в себе. Он сначала предполагал, что она блефует, пытаясь вынудить его дать показания против компании. Сейчас же, вспоминая ее жесткий взгляд и рассказанную историю из ее частной жизни, он начал сомневаться: она не производила впечатление человека, действующего наугад. Это пугало его: что ей на самом деле известно? Какие у нее есть доказательства? Тревожные мысли не оставляли его в покое ни на минуту.
Когда кто-то из нежити встречался на его пути, он машинально опускал пониже край капюшона – действие, совершенно лишенное смысла, если учесть, что волшебный плащ и без того делал его лицо неразличимым. Он рассчитывал, что прогулка отвлечет его от надоедливых мыслей. По-хорошему, Джейсону следовало сейчас быть в зале испытаний, но Райли находилась вне игры: наверное, проводила время с своим новым дружком. Каждое воспоминание о Райли было для него как удар кулаком в живот.
Скоро стала видна цель его прогулки. Он находился в северно-восточной части города возле довольно высокого холма, обнесенного толстой каменной городской стеной. Место раньше было городским садом, удобно расположенным вблизи роскошных особняков бывшей знати. После преобразования города в Сумеречный Трон от сада остался только пыльный холм, с которого открывался вид на остовы домов южного квартала.
Подойдя поближе, он разглядел начало туннеля, уходящего вглубь холма. Вход в туннель был почти незаметен, особенно если не знать, куда смотреть. Деревянные опоры поддерживали своды, чтобы холм не обвалился на проделанный проход. Джейсон решительно шагнул внутрь: Ночное видение позволяло ему легко передвигаться в полной темноте. Туннель извивался и потом резко пошел вниз на довольно большую глубину; в конце его обнаружилась массивная железная дверь, перегородившая проход от края до края.
Отлично. Сесил подумал о безопасности. Маленький инженер подумал обо всем: наверху, у входа, не было ни малейших признаков работы, которая шла внизу, под землей.
Он громко постучал, вызвав гулкое эхо, полетевшее по изгибам пещеры, и в двери приоткрылась узкая щель. Сквозь щель внимательно уставились на Джейсона белесые глаза.
– Это Джейсон, откройте, – произнес он, откинув капюшон и демонстрируя свои рога и покрытую татуировками кожу. Новый облик Хранителя имел то преимущество, что его нельзя было перепутать ни с кем.
Человек на той стороне моргнул от удивления, и Джейсон услышал, как заскрипели отодвигаемые задвижки и железные петли двери. Затем сама дверь пришла в движение, поворачиваясь тяжело и неторопливо. Как только проем оказался достаточно широким для его фигуры, Джейсон протиснулся внутрь, и первое, что он увидел, – это направленные на него наконечники копий и мечей: вход охраняла целый дивизион нежити. За его спиной с таким же натужным скрипом закрывалась дверь, которую изо всех сил толкали три человека.
Солдаты при виде Джейсона опустили оружие, и он махнул им рукой, прежде чем обернуться, чтобы полюбоваться набором запоров и щеколд, установленных с внутренней стороны двери.
Пожалуй, это даже перебор, подумалось Джейсону.
Затем он принялся рассматривать подземный комплекс и замер в изумлении. Когда Сесил предъявил ему смету расходов, она показалась ему, мягко говоря, несколько завышенной, но он счел необходимым довериться маленькому инженеру, тем более что Райли решительно выступила в поддержку Сесила. В результате в строительные работы была вложена большая часть денег, накопленных Первородным грехом, но деваться было некуда: они остро нуждались в товаре на продажу, иначе городу было просто не выжить.
Похоже, Сесил не подкачал.
Теперь под Сумеречным Троном располагалась огромная пещера с потолком высотой футов тридцать и не менее 150 ярдов в длину. Вход располагался в верхней части подземного комплекса, откуда вниз вела дорога-серпантин. Сверху открывался отличный вид на ровные ряды аккуратных земляных грядок, разделенных деревянными перегородками. В дальнем конце можно было увидеть кротообразных, прилежно продолжавших свои земляные работы.
– А, Джейсон! – раздался грубый голос: по дорожке снизу поднимался Сесил. Низкорослый крепыш отряхнул руки о штаны и протянул одну из них Джейсону. – Не ожидал тебя, а то бы встретил у входа.
