– Просто зашибенно! Мне-то что делать? – рявкнула я, хотя самой хотелось расплакаться от расстройства.
– Сейчас мне передают схему… – Тензо пропал на пару минут, которые показались мне вечностью, но потом снова появился: – Открой панель в боковой стене. Повернись, она за тобой.
Я развернулась и не сразу поняла, где находится устройство. А потом, рассмотрев, не стала разбираться, как оно открывается, просто взяла со стола нож, ковырнула и выдернула кусок облицовки из полимера с корнями. За ним действительно обнаружился пульт.
– Молодец! Жми на третью скорость, потом пятую, там есть джойстик, направишь им движение… – говорил мне Тензо, и я внимательно его слушала, повторяя действия.
Хоть я и нервничала, но смекалка взяла свое. Через пару минут мне удалось разобраться в управлении, и я опустила сферу в огромный люк в крыше ресторана.
Как получилось – сама не знаю. Я очень боялась, что окажется слишком поздно, и разум будто включил скрытые резервы.
К нам тут же бросились охранники, один из которых оказался медиком. Они забрали принца и куда-то понесли. В ресторане включился сигнал тревоги, всех эвакуировали из сфер-кабинок, которые могли тоже оказаться поврежденными. А я замерла посреди холла, не зная, что делать. На миг показалось, обо мне забыли, хотя в стороне оставалась охрана.
– Вот ты где! – раздался рычащий голос за спиной.
Я резко повернулась, и мои плечи обхватили сильные руки райнарца. Я уткнулась в его грудь, всхлипывая от расстройства. На мгновение даже забыла, что это противный Тензо, которого я терпеть не могу.
– Ну-ну! Не раскисай. Ты все правильно сделала и спасла Феликса. В ресторане проведут проверку специалисты. Прежде подобных сбоев не наблюдалось, – проговорил Тензо, поглаживая меня по спине.
В зал вошел кто-то из перепуганных сотрудников, и Тензо мгновенно отстранился.
– Нам нужно улетать. Здесь оставаться опасно. Неизвестно, кто все подстроил.
Я глубоко задышала, пытаясь успокоиться. Мало того, что Феликсу вдруг стало плохо, так еще и связь отказала! Мы ведь могли и разбиться в этом шаре, если бы отключились магнитные поля! Но, похоже, они работали автономно. Почему все совпало? Неужели опасность угрожает не только Лавинии, но и Феликсу?
– Идем, я отвезу тебя во дворец, – решил за меня Тензо.
Феликса к этому времени уже увезли. Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться с райнарцем.
Поскольку снаружи ресторан атаковали журналисты, мы вышли из здания через черный вход, где оказался припаркован уже знакомый аэроцикл. Тензо усадил меня перед собой, запрыгнул в сиденье, и мы взлетели в ночное небо Треокса.
Было несколько непривычно от того, что позади сидел райнарец. Мощное тело прижималось к моему, и от этого по коже ползли мурашки, а в животе становилось неожиданно тепло. Все же я никогда не находилась так близко к мужчине другой расы. Что тут говорить, имелась в райнарцах природная привлекательность и своеобразный хищный шарм.
Одной рукой Тензо управлял машиной, другой придерживал меня за талию. И мне хотелось взяться за эту руку, чтобы потрогать, такая ли она твердая, как мне кажется. Но я решительно одергивала себя.
Тензо не спасает меня! Он спасает лишь свою репутацию, выполняя порученную ему работу. Не стоит обольщаться его вниманием и вообще думать о нем положительно.
Только что произошло нечто страшное: Феликс едва не погиб! И неизвестно, что случилось бы, если бы я не поторопилась. И даже многочисленная охрана, которая оставалась в здании, не спасла бы его. Диверсия или технический сбой? Я предпочла бы второй вариант, чтобы не думать о страшном.
По пути мы не разговаривали, летели в темноте. Приземлились во внутреннем дворе резиденции, откуда Сайтерс провел меня в апартаменты. Я расстроено посмотрела на свое платье, которое потеряло изначальный вид. Но прочная немнущаяся ткань все же сохраняла форму. Правда, сейчас это уже не имело значения.
– Скажи, что случилось с Феликсом! – потребовала я, пока Тензо не ушел.
Райнарец взглянул на меня несколько раздраженно.
– Тебя это совершенно не касается.
Он попытался выйти, но я встала между ним и дверью.
– Слушай! При мне только что едва не скончался человек, сестрой которого я временно называюсь. Если бы я не отреагировала, вы могли бы его потерять! И нам предстоит общаться дальше! Мало ли, что может произойти! Как ты думаешь, меня это не касается?
Райнарец передернул ушами, прикусил губу. В янтарных глазах мелькнуло сомнение, если я верно расшифровала его эмоцию. Он не до конца доверял мне. Но все же ответил:
– У него иногда случаются подобные приступы. Врачи выясняют их причину. Они влияют на его мозг, в последнее время у Феликса проблемы с памятью и восприятием окружающего. Но об этом никто не должен знать. Сама видела, журналистам только дай повод.
Я призадумалась. Вызвано ли хорошее отношение ко мне Феликса его проблемами? Когда он общался со мной, то выглядел искренним – я не видела никаких отклонений. Принц вел себя естественно.
– Как давно это происходит?
– Проблемы начались пару лет назад. Ты ему ничем не поможешь. Но теперь знаешь, что делать, если это повторится. В охране постоянно присутствует медик с нужными препаратами, которые блокируют приступ. Остальное – не твое дело.
Он отодвинул меня в сторону и ушел. А я так и осталась стоять в недоумении, пока тихий голос Тигги не вывел меня из ступора:
– Похоже, кто-то хочет избавиться от наследника. Сперва избавились от принцессы, теперь его очередь.
Я опустилась в кресло, чувствуя бессилие и усталость.
– Возможно, так и есть. Но ведь Лавиния пропала совсем недавно, а проблемы у Феликса уже не первый день. Райнарец прав: нужно вести себя осторожно и не проколоться.
Я вдруг подумала о том, что, когда все закончится, Тензо может доставить меня к Самартису. Если я выиграю пари, разумеется. Но теперь задание казалось сложнее, чем изначально. И что такого важного в том чипе, который передал папа?
Глава 7. Бал во дворце
Мэри
Все то, что со мной происходило на первых порах, вызывало страх. С Феликсом я пока не виделась. Его опять обследовали. А вот мне пришлось несладко. Конечно, я ожидала нечто подобное, но…
Как однажды сказал Дэнвор, «знал бы, где упаду, подстелил бы соломку». До недавнего времени я не понимала, что это означает. А теперь это старое земное изречение попало в точку.
С самого утра начиналась беготня.
Приходили служанки, помощницы. Кто-то приносил еду, кто-то убирался в апартаментах. Мне делали прическу – каждый день новую.
Наряжали в дорогие красивые платья или костюмы.
Наносили косметику, приводили в порядок кожу лица и рук.
Ваяли маникюр с алмазной пыльцой и прочими прибамбасами.
Не могу сказать, что все это мне не нравилось, но внимание быстро надоедало, порой просто хотелось одиночества, к которому я привыкла.
Периодически захаживал Шэн. Он выпроваживал из моих комнат всех служанок и лично проверял результат «работы». С ним я чувствовала себя расслабленно, могла пошутить. Он воспринимал все спокойно, даже посмеивался.
Во встроенный в технику апартаментов компьютер пересылалась информация, которую зачитывал приятный автоматический женский голос, вроде интерактивного органайзера. И я примерно знала, какие дела ждут меня сегодня. С этой «девушкой» даже можно было общаться. Заодно я тренировалась, как бы говорила в такой ситуации сама Лавиния.
Потом приходил строгий альтерранин по имени Раймс – один из менеджеров, работавших на Кассия Торквата. Он более конкретно пояснял, куда мы едем и зачем. При этом не знал, что я вовсе не Лави, и мне приходилось снова играть роль.
Тут же перезванивал Тензо, давал дельные советы и наставления.
Раймс отправлялся со мной, если требовалась какая-то помощь. Естественно, без охраны ничего не происходило – меня не оставляли без присмотра вне дворца ни на минуту.
Но сам Тензо почти никогда меня не сопровождал – в его обязанности входило контролировать остальных. А кроме меня, он отвечал за то, что происходило в резиденции Торквата, за жизнь самого императора и за его сына.
Днем я посещала всевозможные выставки и галереи с произведениями искусства, благотворительные организации. Однажды даже пришлось присутствовать на фуршете. К счастью, меня оттуда быстро увезли.
Все мои выезды сопровождались вереницами журналистов или фотосессией. И это чертовски бесило.
Казалось, я вообще не могу остаться одна.
Утром следующего дня меня, как ни странно, никто не беспокоил. И я вообще не хотела подниматься с кровати.
Эти дни вымотали, высосали буквально всю мою энергию. Да еще и съела вчера что-то непривычное, меня даже мутило. А просить лекарство не хотелось. Привыкла жить по принципу «само пройдет».
– Ну и гадость там подавали. Неудивительно, что тебе после нее плохо. Ворейские приправы, определенно, испортят любую хорошую еду, – поддакивала Тигги, ползая вокруг меня и охая.
– Знала бы, вообще бы ни к чему не притронулась, – жалобно протянула я.
Так и лежала, пока мне не позвонил Шэн.
– Ваше Высочество, вечером предстоит поездка в театр. Нужно сделать подходящую случаю прическу. Так что жду у себя в мастерской.
– Хорошо, я скоро приду, – пообещала я. А потом усилием воли заставила себя вылезти из постели и вызвала прислугу, чтобы мне принесли что-нибудь от боли в желудке.
Буквально через несколько минут ко мне примчалась испуганная девица, которая принесла капсулы. И настойчиво советовала обратиться к доктору.
Но после лекарства мне стало легче. И я побрела уже знакомым коридором к стилисту, по пути размышляя, зачем нужно идти в театр. Все это и так казалось мне театром абсолютного абсурда. Ведь где-то есть настоящая Лав, а я почему-то должна выполнять ее глупые обязанности и выслушивать бред, который несут аристократы на своих «цирковых» сборищах.
Шэн усадил меня в вертящееся кресло и показал, что собирается сотворить на голове: прическу в форме лилии, закрепив волосы на легком пластиковом каркасе, который обматывался прядями.
– Час от часу не легче, – фыркнула я. – Это ведь ужасно!
– Такова традиция. Театр – место, куда нужно явиться при полном параде, все будут на тебя смотреть.
Он включил мне старое видео, где принцесса Лавиния находилась в отдельной лоджии театра. В тот раз ее прическа вообще походила на осиное гнездо, вокруг которого вился рой голограмм-насекомых.
– А я думала, все будут смотреть спектакль. Ну ладно, делай эту ерундовину, пока я не передумала. А то мне заранее стремно, что придется носить этот веер на голове. Того и гляди, зацепится за что-нибудь – там и останется.
– Зря ты так. Между прочим, это самая популярная прическа из новой коллекции Дали Далло, главного законодателя моды. Фаворитка Феликса только его прически у меня и заказывает. А она, между прочим, разбирается в трендах.
– Этот Далло установил закон, что все принцессы должны носить на голове вирусоподобную штуку?
Альтерранин терпеливо вздохнул и принялся за дело.
Мы находились в одной из комнат на верхнем этаже дворца. С кучей зеркал, медиаэкраном и зоной отдыха на террасе.
Пока Шэн отвлекся, Тигги незаметно отправилась на прогулку по помещению. Я не видела ее, лишь иногда до меня доносились отдельные мысли и эмоции: удивление, веселье, интерес ко всему, что здесь находилось.
«Мэричка, спроси у этого блюстителя моды, бывала тут принцесса в последние дни?» – вдруг попросила вирисса.
– Шэн, а Лавиния часто сюда заходила? – повернулась я, едва не испортив весь процесс.
– Почему спросила?
– Просто так.
«Я обнаружила в одном из флаконов следы сильнодействующего психотропа. Его забросили за дальний стеллаж».
Шустрая вирисса успела везде сунуть свой любопытный нос.
– Лавиния пропала именно отсюда, – нахмурился Шэн. – Меня на время отключили эфиром, и я ничего не видел. Поэтому я в курсе твоей замены. Мне разрешили остаться.
Эта новости слегка обескуражили. И я решила не торопиться с признаниями. Не могла же сказать, что со мной вирисса, которая кругом найдет что-то подозрительное.
«Тигги, посмотри, может, еще странное заметишь», – попросила я.
Пока я заговаривала Шэну зубы, вирисса решительно взялась за обследование комнаты. При необходимости она могла ползать везде – главное, чтобы нашлось, за что зацепиться.
«На внешней стене дворца у лоджии странные следы, будто кто-то упирался в нее каблуками».
«Может, она ушла через лоджию? – Я на время даже забыла, что творят с моими волосами. – Здесь огромная высота. Хочешь сказать, Лави использовала страховку?»
Вирисса видела следы, которые никто из обычных гуманоидов не смог бы обнаружить. Но у гайтарских разумных хамелеонов особое зрение. Они замечают мелочи, неподвластные человеческому глазу или даже зрению райнарцев. И, по словам Тигги, следы нашлись лишь одни. Не похоже, что Лавинию выкрали!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
