Разумеется, я немедленно последовала его совету.
Начать я решила с маленьких шариков. Как-то подсознательно было опасение, что они всё-таки упадут на пол, поэтому я решила не рисковать большими светильниками.
Однако опасалась я зря. Лампочки послушно застывали там, куда я их пристраивала. В итоге я равномерно распределила их по всему пространству, а большие шары развесила возле кресла, где собиралась читать книги, и над прилавком. Получилось невероятно уютно.
Было бы здорово, конечно, ещё и выключить верхний свет для создания атмосферы, но пока я сделать этого не могла. Он включался автоматически при моём появлении в магазине и выключался после ухода. Чтобы им управлять, нужно было сначала освоить хотя бы начальные навыки работы с магическими потоками.
Ну да ладно. Оплату за электричество в Мистбурге не требуют, так что свет экономить необязательно.
Глава 8
Я только успела закончить с обустройством магазина, налить себе чая и присесть на кресло за ширмой, как вдруг Цербер сообщил:
– Там опять какие-то важные гости пожаловали!
Я вскочила, глянула на улицу и… опешила. Рот сам собой приоткрылся, так как зрелище было тако-о-ое…
За окном танцевали длинноволосые мускулистые мужчины в количестве трёх штук – блондин, брюнет и рыжий. Совершенно обнажённые! Все трое – невиданные красавцы! Их будто с обложек романтических книг срисовали!
На их фоне я не сразу заметила женщин в откровенных платьях и остроконечных ведьминских шляпах.
Поймав мой растерянный взгляд, одна из них (очень привлекательная, с пышной шевелюрой рыжих волос!) растянула пухлые красные губы в соблазнительной улыбке и помахала в воздухе рукой с длинными блестящими ногтями (каждый сантиметра по три, не меньше!), показывая жестом, чтобы я убрала полог тишины. Парни при этом продолжали танцевать, глядя только на меня и соблазнительно оглаживая собственные идеальные тела. Это невероятно смущало! Они будто овладевали мной сквозь стекло! И даже не смущались собственной наготы… Размеры у них, кстати, тоже… впечатляли. Да, я не хотела этого знать! Но не заметить того, что будто само лезло в глаза, было попросту невозможно.
Кажется, я покраснела с ног до головы. Ну и городок! М-да. Тут мужики без одежды извиваются, а прохожим будто всё равно – они продолжают на меня таращиться.
Я выглянула к Василию Петровичу, но его на месте не оказалось. Может, в туалет отошел? Или в ближайший магазин?
Поразмыслив, я решила всё-таки снять полог тишины. Интересно же, что скажут ведьмы. Вроде повлиять на меня они не могут, раз уж демоны не смогли, так что бояться нечего.
Полог исчез, и воздух тут же наполнился шумом с улицы.
– Привет! – сказала рыжая ведьма. – Я – Гюзза, глава сообщества ведьм и член правящего совета. А ты – новая хранительница перехода?
– Да…
– Рады знакомству! – Все ведьмы дружно изобразили некое подобие реверанса. – Как тебя зовут?
– Глаша.
– Предлагаем дружбу, Глаша, – без лишних вступлений заявила Гюзза. – Надо думать, ты пока не будешь высовываться из своей крепости, но потом, когда твоя человеческая сущность сменится на магическую, встанет вопрос о союзниках. Так вот мы уже сейчас готовы всячески тебя поддержать.
– Ого… – Ничего более вразумительного я сказать пока не могла. Впрочем, ведьмы от меня этого и не требовали.
– У тебя возник вопрос – зачем это нам? Я отвечу. В совете постоянно грызутся за власть, и нас пытаются вытурить! – Гюзза гневно сверкнула глазами и топнула ногой. Остальные ведьмы тоже сжали кулаки. Кто-то из них зашипел рассерженной кошкой. – Мы с этим не согласны. На единоличное правление магиками мы не претендуем – для этого мы слишком свободолюбивые, но и позволить кому-то одному править всем народом не можем. Подобное уже было в нашей истории, и ничем хорошим не кончилось. Всегда должна быть определённая конкуренция и сдерживающая сила. Поэтому с нами тебе сотрудничать выгоднее всего. Мы не собираемся что-то скрывать и манипулировать! Нам нужно сделать так, чтобы ведьм при всём желании не потеснили из совета и всё! С поддержкой хранительницы перехода достигнуть этой цели будет легче всего! А взамен можешь рассчитывать на любую помощь.
– Я… учту. И обдумаю ваше предложение.
– Отлично! – обрадовалась Гюзза. Вместе с ней просияли и остальные ведьмочки. Вообще, я заметила, что они очень быстро меняли эмоции и будто бы отдавались им полностью. Это выглядело очаровательно. От них так и несло безбашенной безграничной свободой. – В знак нашей дружбы прими эти дары!
Она указала на танцующих мужчин. У меня вторично отпала челюсть.
– Дары? – переспросила я, не веря ушам.
– Ага, – радостно подтвердила она. – Будь уверена, они отлично умеют доставлять удовольствие! А помимо этого им можно поручать различные домашние обязанности.
– Эээээ… – зависла я. Голых мужиков мне ещё не дарили. – Ну а… они-то сами разве не возражают? Или они околдованы?
– Да нет же! – усмехнулась Гюзза. – Это же гомункулусы!
Я нахмурилась. Слово звучало знакомо. Откуда-то из глубин памяти всплыло его значение, вычитанное то ли в фантастических книгах, то ли в мифах и легендах разных народов.
– Искусственно выращенные мужчины? – неуверенно уточнила я.
– Именно! Мы сами их создали. Хорошо получилось, да?
– Угу. Спасибо большое. Но мне… эээ… не надо.
– Правда? – искренне огорчилась Гюзза, а вместе с ней и остальные ведьмочки. – Уверена?
– Абсолютно!
– Жаль… Не передумаешь? Хм. Ну ладно. Если вдруг решишь принять нашу дружбу – сообщи. Мы всегда готовы поддержать союзника.
– Как сообщить? – спохватилась я. – Мне же выходить пока нельзя.
– Да проще простого! Напиши записку. Только начни её с моего имени.
– Отправить-то всё равно не смогу.
– И не надо! Ты, главное, пока пишешь, меня представляй. Я твоё послание сразу и получу.
– Ну… хорошо.
Ведьмочки разулыбались, а потом с дружным гиканьем и смехом принялись прыгать в пустоту, извиваясь при этом совершенно немыслимым образом. Трое из них скакнули на плечи парням и пришпорили их пятками. Парни, подскакивая, будто мячики, тоже исчезли в невидимом портале. Выглядело это так странно и жутко, что мне стало откровенно не по себе. Лучше уж на мётлах бы улетели, честное слово.
Я восстановила полог тишины и вновь выглянула в магазин. Василий Петрович прогуливался по улице прямо перед витриной и разговаривал по мобильному. Увидев меня, он махнул рукой, чтобы не уходила.
Я покинула Мистбург и принялась дожидаться оборотня, заодно проверяя сообщения в чатах. Помимо вороха дурацких обсуждений от подруг имелось довольно много сообщений от Вадима. Он снова писал, что скучает, сетовал, что я куда-то запропала, и предлагал вечером прийти к нему в гости. Хм. А не рановато ли в гости-то? Я его ещё не настолько хорошо знаю. Всего-то пару дней знакомы. Вдруг он маньяк? Пришлось изворачиваться и придумывать на вечер несуществующие дела. К тому же я поймала себя на мысли, что и в самом деле хочу немного от него отдохнуть.
Тем временем Василий Петрович закончил разговор и вернулся в магазин.
– Твои родители звонили, – сообщил он. – Расспрашивали, всё ли у тебя в порядке. Хотели зайти даже на пару минут – у Игоря перерыв выдался, а Света на обед не ходила и отпросилась с ним перекусить. Вот они и собирались тебя проведать. Сюрприз хотели сделать. Я отговорил. Сказал, что отправил тебя с заданием.
– Уф, пронесло! Пока вы с ними общались, ко мне ведьмы залетали…
Я рассказала ему про их визит.
– Что скажете?
– Скажу, что в ближайшее время тебе следует ждать ещё и вампиров – они тоже в правящем совете состоят.
– К вам тоже все являлись?
– Нет, Глаша. Тут всё дело в том, что я – оборотень, соответственно, у меня уже есть принадлежность к конкретной расе и всем ясно, кого именно я буду поддерживать. А вот ты – другое дело.
– И что посоветуете? Стоит мне их всех выслушивать?
– Стоит. Зачем откровенно портить отношения с советом? Особенно если вспомнить, что с демонами уже было два столкновения. С остальными лучше дружить. Или хотя бы сохранять вежливый нейтралитет. Просто на всякий случай. Ведьмочки, кстати, и в самом деле на самый верх не метят. Они слишком ценят свободу и терпеть не могут неподъёмную серьёзность и затяжные скучные мероприятия. Им проще сразу выпустить эмоции, может, даже порчу наложить, а потом забыть. Разумеется, не все такие. Верховные ведьмы могут казаться легкомысленными, но при этом очень умны. Та же Гюзза выглядит, как девчонка, и её поведение может ввести в заблуждение, но на деле она очень старая и мудрая. Те, кто её недооценивал, очень жалели об этом впоследствии. И она тщательно взвешивает каждое слово. Так что предлагать то, что не собирается выполнять, не будет. Вообще, кстати, в Мистбурге постарайся не раздавать пустых обещаний. Иногда это может связать тебя обязательствами. И Гюзза хорошо это знает.
– Выходит, я и в самом деле могу в случае чего к ним обратиться?
– Можешь. Но лучше не делай этого, если не собираешься ничего предлагать взамен. В магическом мире лучше не плодить долгов. По возможности старайся все сделки завершать сразу же. Так безопаснее.
– Вы так говорите, будто не сомневаетесь, что мне всё-таки придётся когда-нибудь покинуть магазин.
– Кто знает, Глашенька? Надеюсь, что нет. Но готовиться лучше к любому раскладу.
В магазин со стороны Мистбурга я вернулась в задумчивости. Цербер, который всё это время занимал свою новую лежанку и по виду вообще не собирался её покидать, поинтересовался, что сказал Василий Петрович.
Я пересказывала ему наш разговор о ведьмах, а сама поглядывала на улицу. Там по-прежнему толпился народ. Кто-то ушёл, кто-то пришёл, но группка магиков никак не рассасывалось.
Они с огромным интересом рассматривали внутреннее убранство и обсуждали его, а ещё постоянно что-то пытались жестами мне показать. Может, они всё ждали, что я открою магазин?
Вампиры явились под вечер, в тот момент, когда я уже собиралась вот-вот уходить.
Однако едва перед витриной возникли три столба чёрного дыма, который материализовался в три тёмные фигуры (две мужских, одна женская), как в это же мгновение прямо за ними образовался портал в виде отверстия в пространстве, затянутого водянистой плёнкой.
Из портала вышли демоны.
Почему я решила, что это демоны? Очень просто!
Среди них был давешний юнец с мелкими рогами и его мамаша. Оба выглядели очень жалкими и робко косились на самого, как видно, главного демонидзе – здоровенного мужика чуть не под два метра ростом с широкими плечами, мужественным лицом, собранными в хвост густыми тёмными волосами, чувственной улыбкой и томными глазами с насыщенным багровым зрачком.
Помимо них имелся ещё пяток демонов помельче, видимо, для массовки.
Я убрала полог тишины, помня слова Василия Петровича о том, что лучше всё же с членами совета сохранять как минимум нейтралитет. Прохожие в этот раз не просто раздались в стороны, а отошли подальше, чтобы не помешать разговору.
– Ракира, ночь моя, что ты тут делаешь? – мягким бархатистым голосом вопросил демонидзе у вампирши в прозрачном, как чёрная вуаль, платье, которое обтягивало её фигуру, как перчатка. Надо сказать, фигура у неё была идеальной. А длинные распущенные волосы до самых бёдер (как ни странно, светлые) были настолько гладкими, что казались сделанными из пластмассы. Её два спутника – тоже светловолосые, по этой же причине походили на манекены, хотя их волосы были подстрижены и зачёсаны назад. Однако же лица выглядели по-кукольному неподвижными. Из-за этой неподвижности их симметричность казалась не привлекательной, а жуткой.
– Пришла познакомиться с новой хранительницей перехода, – завораживающе красивым голосом, от звучания которого невольно мурашки ползли по коже, отозвалась вампирша. Забавно. Если она главная, то, выходит, кроме этого громадного демона в совете одни женщины? Вальтиша, Гюзза и Ракира?
– Что ж, я здесь по той же причине, – он посмотрел на меня и обаятельно улыбнулся. – Но раз мы явились чуть позже, уступаю вам первенство.
– Благодарю.
Я была на сто процентов уверена, что вампиры недовольны присутствием демонов при разговоре, но Ракира ничем не выдала своё недовольство. Признаться, я вообще засомневалась, что она способна выражать хоть какие-то эмоции, в отличие от живых взбалмошных ведьмочек.
– Приветствую, хранительница, – обратилась она ко мне. – От лица всех вампиров хочу тебя заверить, что мы давно ждали, когда же вновь откроется переход, и готовы оказать тебе любую помощь.
– Как и все мы, – негромко вставил главный демонидзе.
– Если вдруг ты опасаешься за свою жизнь, – будто бы не слыша его, продолжила вампирша, – То мы можем помочь с защитой. И в целом сочтём за честь оказать любые услуги, ничего не требуя взамен. В отличие от некоторых недальновидных граждан, которые могут подчиниться сиюминутным порывам заполучить твою силу, нам важнее, чтобы магазин вновь начал работать. – Готова поклясться, что она намекает на демонов! И то, что их главарь изобразил ласковую укоризну, только подтверждает мои подозрения. – Поэтому мы не собираемся выманивать тебя из укрытия. Более того, поможем оставаться там до обретения силы.
– Благодарю. Я обдумаю ваше предложение, – размыто ответила я, помня наставления Василия Петровича. Размытые формулировки – наше всё.
– Нам этого достаточно, – заверила Ракира. Я уверена, она сделала это не без умысла. Наверняка специально подчеркнула, что, в отличие от демонов, не собирается меня ни к чему принуждать. – Чтобы связаться со мной, напиши записку, обратившись по имени. Меня зовут Ракира.
Тройка вампиров дружно поклонилась мне, вновь превратилась в чёрный дым и впиталась в мостовую. Демонов они прощанием не удостоили.
– Эти невежливые вампиры, – фыркнул демонидзе, делая шаг вперёд. – Лучше бы даже не пытались притвориться милыми. У них это получается из рук вон плохо. Ишь решили разыграть, будто их хоть немного беспокоит чья-то жизнь! В нашем мире ходит поговорка: «Если вампир предложил бескорыстную помощь, то проверьте, не спите ли вы»… Впрочем, ладно. Как к вам обращаться, очаровательная хранительница?
– Глаша, – ответила я, ловя неприязненный взгляд юнца, который при первом переходе пытался меня подчинить. Сейчас он смотрел так, будто я что-то ему сделала.
– Красивое имя. Необычное для нашего мира, – заметил главный демон. – А я – Шантар, глава правящего совета. Прошу прощения, что явился так поздно… дело в том, что некоторые несознательные представители моего клана допустили одну ужасную ошибку. И в попытках её скрыть они подсуетились и предприняли меры, чтобы я узнал об этом как можно позже…
Он взял за шкирки демонёнка-малорожку и его мамашу и буквально швырнул их вперёд, к витрине, так, что они упали перед ней, как два мешка с… ну пусть будет – с картошкой.
Дамочка так вовсе, кажется, содрала все колени, тогда как её отпрыск знатно отбил зад, на который приземлился, стукнувшись головой о стекло.
При этом с лица Шантара не сходила милая улыбка. То есть он швырнул своих подданных, продолжая смотреть на меня и излучать дружелюбие. И от этого его поступок смотрелся ещё более жутко.
Мне подумалось, что он с такой улыбкой может армии на верную смерть отправлять. Отвратительный тип.
– Эти двое готовы принести вам, прекраснейшая из хранительниц, свои глубочайшие извинения. Если извинения будут недостаточно искренними или вы их не примете, преступники будут наказаны по всей строгости закона. Вы можете пожелать, чтобы наказание осуществили здесь, на ваших глазах.
– Шантар, ведь я же твоя сестра… – плаксиво пискнула демоница.
– Плевать. Ты подвела меня. Закон равен для всех. В случае доказанной попытки воздействия на чужую волю без веских на то причин меру возмездия выбирает пострадавший, – Шантар церемонно поклонился мне. – Так что сделаем с этими двумя всё, что вы пожелаете, Глаш-ша.
Моё имя он произнёс благоговейно и даже как-то… любовно, что ли. Впрочем, я была точно уверена, что всё это игра на публику.
– Просите прощения, – распорядился он, продолжая смотреть на меня так, что я на секунду засомневалась, кому он это сказал.
Зато эти двое, распростёршиеся перед витриной, поняли всё правильно и принялись слезливо унижаться, не жалея эмоций. В такое мощное раскаяние можно было бы поверить… если бы не глаза.
Демонёнок подвывал, что виноват, ведь он не устоял перед моей красотой и именно поэтому утратил остатки разума, желая заполучить красавицу раньше остальных… и далее в том же духе.
Его мать, размазывая фальшивые слёзы по щекам, вторила, что не смогла устоять перед видом страдающего сына и, ведомая материнским инстинктом, возжелала сделать что угодно, лишь бы вернуть ему жизнерадостность.
Как же самозабвенно они унижались! Я, честно сказать, ничего подобного не ожидала. Оба выглядели такими гордыми и неприступными поначалу. Казалось, они до последнего будут гнуть свою линию. Но нет. Подобный актёрский талант вызывал восхищение. И почему-то брезгливость.
Главный демонидзе одобрительно кивал, наблюдая за этим спектаклем. Он что, за законченную идиотку меня держит? Впрочем, я не сомневалась, что с него сталось бы казнить родственничков. Поэтому мотивация у них была о-го-го какая!
Глава 9
– Я не желаю смерти этим двоим, – сказала я на всякий случай. – Но мне не хотелось бы повторения ситуации.
– Не будет! – пообещал демон. – Я прослежу. Вы точно не желаете полюбоваться на казнь ваших обидчиков? Не хочу, чтобы в вашем сознании раса демонов ассоциировалась именно с ними.
– Нет. Пусть живут. Но если они попытаются мне отомстить, или доставить какое-то неудобство, или ещё раз сюда явиться, или предпринять любую попытку вступить в контакт, я с удовольствием приму ваше предложение по поводу казни.
– Договорились, – с уважением глянул на меня демон. Интересно, наигранное оно или нет? – Уведите этих двоих.
Мать с сынком подняли и без особых церемоний втолкнули в портал, который так и подрагивал водянистой плёнкой за спиной Шантара и его свиты.
– Я рад, что мы всё прояснили. На правах главы правящего совета я готов предложить вам любые услуги, чтобы помочь освоиться в нашем мире и начать чувствовать себя здесь, как дома. Теперь вам точно нечего бояться! Приглашаю вас в гости в наш дворец. Там я лично расскажу вам о нашем мире, отвечу на все вопросы и окажу всю необходимую поддержку.
Ага, конечно, разбежалась прям. Вот сейчас выскочу из магазина, и меня тут же скрутят и в тот же портал закинут. При этом я ничуть не сомневаюсь, что всё это расчёт на несколько шагов вперёд.
Думаю, он уверен, что я сейчас не выйду, просто решил попытать удачи. Но при этом хитрец прогревает и обстановку на будущее. Ведь ему нужен и человек в качестве батарейки, и прикормленный послушный хранитель перехода, который будет поставлять накопители.
Если я выйду сейчас, жажда заполучить очень долгоиграющую (при бережном уходе) батарейку, из которой можно будет долгие годы выкачивать силу, победит. Но чуть позже, когда человеком я быть перестану, он продолжит меня окучивать уже как ценную хранительницу.
– Спасибо за предложение. Я не выйду, так как знаю, что сейчас я всех интересую в качестве батарейки. А вот если позже, после пробуждения силы и изменения, я не смогу закрыть дверь и останусь здесь, тогда можно будет и строить планы по совместному существованию, – прямо и спокойно ответила я. А зачем хитрить? Прошаренного демонюгу мне не переиграть. Он и старше меня намного, и опытнее, и в интригах давным-давно поднаторел. Поэтому состязаться нет смысла. Лучше уж сразу обозначить свою позицию. Без грубости, но твёрдо.
Он посмотрел на меня с ласковой улыбкой. Однако взгляд, как мне показалось, чуть изменился.
– Валисиус жив-здоров, я погляжу? И он, судя по всему, рассказал вам, какая именно здесь расстановка сил? По крайней мере, какой она была, когда он уходил.
– Так и есть.
Не вижу смысла отрицать. Пусть знает, что мне есть, с кем посоветоваться.
– Что ж, в таком случае и в самом деле ходить вокруг да около не стоит! – Он глубоко вздохнул, будто прямо сейчас собирался перейти на открытое, прямое и честное общение. На деле же я была уверена, что это очередной слой игры. – Валисиус во многом прав, но кое-чего он не знает. То, что я вам сейчас скажу, вы можете смело ему передать. Мы очень пожалели, что обидели его и вынудили закрыть дверь. После его ухода обстановка значительно ухудшилась. Не сразу, но спустя некоторое время. Оказалось, что мы привыкли к дешёвым и мощным источникам энергии, а без них пришлось вводить множество ограничений и отказываться от массы удобств для города в целом и для себя лично. Более того, его помощь своим сородичам в совете едва не сгубила нас! Вальтиша сделала попытку захватить единоличную власть, используя подаренный ей запас накопителей. Нам еле-еле удалось отбиться и закрепить существующую систему совета. Ещё чуток и нами уже управляли бы оборотни. А это, поверь, обернулось бы катастрофой. Конечно, сам Валисиус – крайне уравновешенный магик, однако не думай, что остальные такие же. Собственно, из-за своей уникальной способности контролировать свою звериную сущность он и стал хранителем перехода. В отличие от него у большинства оборотней сильна животная часть. Только представь, во что превратилось бы наше прекрасное для жизни и самореализации общество магиков, если бы власть захватили те, кого ведут первобытные инстинкты убивать врагов, кидаться в бой по любому поводу, совокупляться прямо на улицах, как животные… Никто не выиграл бы от этого. Можешь опрос провести, пока здесь сидишь. Поспрашивай рядовых прохожих, хотят ли они, чтобы власть оказалась в руках оборотней. Услышишь много интересного. В общем, дорогая моя Глаш-ша, мы – это лучший вариант, как ни крути. Вампиры вообще не понимают чужих потребностей и не считают эмоции чем-то важным, ведьмы легкомысленны и эмоциональны, оборотни… ну ты поняла уже насчёт них.
– Ясно, – отозвалась я. А что ещё сказать? И так ведь ясно, что каждый тут себя рекламирует, как может.
– В общем, мы тоже принимали ошибочные решения, как, например, с тем же Валисиусом. И нет смысла это отрицать. Однако мы умеем учиться на своих ошибках. И сейчас и нам, и всему городу уже просто невероятно требуется хранитель перехода. Настолько требуется, что я готов ждать сколько угодно, пока ваша человеческая сущность перестанет быть таковой. И если пожелаете, даже охрану тут выставлю, чтобы никто не беспокоил. А потом, когда вы без страха сможете выходить, мы в совете готовы предоставить вам всё что угодно для адаптации в этом мире. Только попросите. Собственное жильё в Мистбурге, деньги, охрану, доставку любых ресурсов, выполнение желаний. Кстати, многое из этого можем дать вам прямо сейчас. Например, доставку различных товаров организовать. Хотите?
– Я… подумаю над этим, спасибо. Посоветуюсь с Валисиусом.
– Конечно. Обязательно посоветуйтесь. Но безоглядно ему не верьте. Помните, что у него устаревшие сведения. А ещё его сущность оборотня может накладывать отпечаток на его решения. Имейте это в виду. Охрана вам нужна?
– Нет, спасибо. Пока что в ней нет никакой нужды. Большую часть времени я сижу с пологом тишины, так что прохожие меня не беспокоят. Разве что мне интересно, почему они тут толпятся.
– Им хочется посмотреть на чистокровного человека. Это для нас в диковинку. Но главное – они надеются, что магазин снова начнёт работать. Поверьте, нам всем нужны товары. Кстати, что вам мешает ими торговать? Защита на магазине ведь никак не связана со стенами и дверью. Она сама по себе. Если вы откроете дверь, зайти никто не сможет без вашего дозволения. Так что вполне можно разместить в дверном проёме прилавок и продавать товары. Посоветуйтесь со своим оборотнем. Идея очень даже здравая. Я, если что, готов стать оптовым покупателем.
– Спасибо за информацию, я подумаю.
– Нужна будет любая помощь, даже мелкая, – обращайтесь. Раз в день я буду отправлять к вам одного из своих демонов, чтобы он проверял, всё ли в порядке. Ну и вы всегда можете написать мне сообщение. Только начните его с моего имени. Приятно было познакомиться, Глаш-ша. Надеюсь, что это знакомство вскоре станет более близким.
Он слегка поклонился и ушёл в портал. Его свита последовала за ним. Окно схлопнулось и исчезло. А я установила полог тишины и бросилась в свой мир рассказывать Василию Петровичу про визит демонов.
Однако рассказывать не пришлось.
Едва я выскочила, как он остановил меня словами:
– Я всё слышал. И вампиров, и демонов.
– Что думаете?
– Думаю, ты и сама поняла, как обстоят дела. В целом доверять не стоит никому, а демонам – в последнюю очередь. Но, как ни странно, многое из того, что сказал Шантар, очень похоже на правду. Думаю, он и в самом деле здорово пожалел, что довёл меня до ухода. Очевидно, им действительно не хватает дешёвой энергии.
– А насчёт защиты? Я и в самом деле могу открыть дверь и начать торговать?
– Можешь. Защита от двери действительно не зависит. Но её граница проходит вровень с дверью. Если ты высунешь за границу хотя бы руку, тебя легко схватят и вытянут наружу. Реакция у магиков в большинстве своём отменная. До того, как я дал тебе кольцо, был ещё риск, что могут просто выманить наружу прямым воздействием на разум, ведь на тебя защита не реагирует. Но теперь об этом можно не волноваться. Однако с торговлей я бы предложил тебе подождать. Нужды-то нет. А риск велик. Да и зачем тебе деньги магического мира, если пока неизвестно, будешь ли ты с ним в дальнейшем контактировать, или откроешь собственные силы и тут же закроешь дверь?
– Справедливо, – согласилась я.
По поводу истинности слов про расу оборотней, подверженных во многом первобытным инстинктам, я уточнять у Василия Петровича не стала. Раз он всё слышал, то сам пояснит, если захочет. Опровергать, по крайней мере, он не торопится, что уже о многом говорит. Иногда больше можно понять по молчанию и по избеганию некоторых тем, чем по прямому их обсуждению.
Больше за этот день ничего интересного не произошло. Домой я пришла рано, так как с Вадимом встречаться не стала, а подруги дружно умотали за город с его друзьями (ведь в клубе наша компашка познакомилась с его компашкой и не только между нами двоими проскочила искра), о чём мне исправно отписались. Вообще, они звали нас с Вадимом с собой, но я сослалась на занятость. Странно было бы соврать Вадиму, но поехать с ними. Вот если бы они в городе остались – можно было бы тайный девичник устроить и перемыть парням косточки.
Поэтому вечер я провела спокойным и приятным образом. Пока родители наслаждались просмотром очередного сериала (он был настолько интересным, что маме было даже лень пытать меня разговорами о лунатизме), я приняла ванну, а потом завалилась с интересной книгой в постель и зачиталась так, что спать легла чуть ли не позже обычного.
– Наконец-то ты снова навестила меня, Глаша, – насмешливо заметил голос. Я открыла глаза и вновь обнаружила себя в гадком сейфе. Опять этот отвратительный сон! Почему днём я напрочь о нём забываю?! И кольцо от мысленного вмешательства ему не помеха…
Большая часть рисунка на шкатулке исчезла. Осталось совсем немного.
– Твоё недовольство царапает меня. Оно жутко неприятное на вкус, ты знаешь? Мне очень хочется, чтобы ты перестала внутренне корчиться из-за этого металлического ящика. И ещё я жажду испытать снова то приятное чувство, которое мимолётно посетило меня, когда ты засмеялась. Поэтому я кое-что попробую. Только постарайся не бояться, ладно?
Ответить я не успела. А если бы успела, то сказала бы, что после этой фразы всегда становится ещё в десять раз страшнее.
Поэтому когда щупальца внезапно метнулись ко мне, обвили меня со всех сторон, и резко дёрнули к шкатулке, я завизжала.
Казалось, что я ударюсь в неё своей призрачной головой, но нет.
Произошло кое-что другое.
Шкатулка с натугой приоткрылась так, что между крышкой и основанием появилась еле заметная щель, в которую призрачную меня с обидной лёгкостью и затянуло.
Приятного было мало. Нет, боли я не чувствовала, весь дискомфорт был исключительно эмоциональным.
Просто щель резко приблизилась, а потом вокруг наступила полнейшая темнота.
– Это было очень… неприятно, – проговорил голос. – Твои эмоции буквально хлестнули по мне. Я готовился к определённому дискомфорту, но не думал, что будет… так.
У меня мелькнула жуткая мысль, что теперь я тоже заточена в шкатулку.
Ощутив новый прилив страха, невидимый собеседник еле слышно зашипел, а в следующий миг темнота рассеялась.
Я обнаружила себя сидящей на пригорке.
Здесь было красиво. В стороне виднелся лес. Пригорок покрывала мягкая короткая травка, невероятно густая, имеющая странный сине-зелёный оттенок. В ней тут и там мелькали цветы, похожие на рубиново-красные ландыши, которые будто светились изнутри.
Над ними носились странные насекомые, напоминающие то ли упитанных мохнатых бабочек, то ли шмелей с крупными крыльями и розовыми и белыми полосками на пухлых телах.
Чуть поодаль поблёскивало озеро, вокруг которого росли незнакомые мне золотистые деревья с пушистыми кисточками на тонких изящных ветвях, забавные кудрявые кусты и растения вроде огромных папоротников с ажурными листьями, украшенными узором из алых и небесно-синих прожилок.
Над озером парили кувшинки, которые мягко мерцали, пуская солнечные зайчики по воде.
Рядом со мной сидел парень лет двадцати пяти-двадцати семи на вид. Он был полуголым и смуглым, а вся верхняя часть развитого и явно принадлежащего бойцу тела, словно кружевами, была густо украшена зажившими шрамами. Причём эти шрамы ложились в искусный рисунок, что говорило о том, что их нанесли нарочно. Надеюсь, хоть не в детстве?
Густые волосы тёмно-синего (почти, впрочем, чёрного) цвета были заплетены в очень длинную сложную косу, которая в этом сидячем положении доставала до земли и частично лежала там. Кончик косы был заключён в странное украшение-утяжелитель, похожее на жало скорпиона, сделанное будто бы из чёрного металла.
Пронзительные синие (в тон волосам) глаза, до жути яркие, одновременно пугали и вызывали смутное волнение внутри. Их взгляд буквально прошивал насквозь.
Больше всего мне понравилось лицо. Я любила такие лица. Не смазливое и не журнально-безликое, а такое… харАктерное. В том смысле, что с характером.
Оно не было милым и располагающим (и даже слово «красивое» не подходило, пожалуй), но определённо было притягательным. Причём притягательным настолько, что не хотелось отводить взгляд.
Вот бывают парни, которые действительно красивы. Объективно красивы. Среди моих знакомых такие были. А бывают другие, которые именно притягивают чем-то. Глянешь на него, и колени дрожат. Будто бы характер пробивается сквозь внешность и взгляд. И они гораздо эффектнее.
Вот этот принадлежал ко второму типажу.
Если бы меня попросили описать его в деталях, я бы не смогла. Но в целом он был хорош. Настолько хорош, что я аж на время залипла.
Из одежды имелось только некое подобие юбки, разделённой на полосы, сделанные будто бы из чёрного панциря какого-то наверняка жуткого существа (по строению они походили на верхнюю оболочку насекомого. Вот только каких размеров это насекомое должно быть?!). Полосы состояли из плотно прилегающих друг к другу подвижных пластинок и зловеще поблёскивали в свете солнца (откуда тут солнце?!).
Ещё имелись высокие сапоги до колен и наручи от запястья до локтя.
Материал, из которого были сделаны сапоги и наручи, напоминал чешую. Не рыбью, а больше змеиную. Кроме того, и те и другие были украшены шипами. Только на наручах они шли по кругу, а на сапогах располагались от колена до носка.
Мне пришло в голову, что наряд этот был весьма опасным, причём в первую очередь для его владельца. Пораниться было очень легко. Наверняка требовалась привычка, чтобы безбоязненно его носить и (в этом я была уверена) использовать в качестве оружия в бою.
– Гораздо лучше, – с улыбкой сказал парень знакомым голосом. – Наконец-то ты перестала бояться. Красивое место, правда?
– Да… – помедлив, отозвалась я, рассматривая его. Так вот он какой, Эргилий! – Неужели мы по-прежнему внутри шкатулки?
– Именно так. Но это место существует в реальности. Раньше я любил здесь бывать.
– А твоя внешность… ты решил примерить приятное для меня лицо?
– Нет, – он улыбнулся шире. – Так я выглядел, когда у меня было тело. И, надо думать, так буду выглядеть, когда вновь смогу обрести плоть. Я рад, что ты считаешь меня привлекательным.
– Считаю. – Почему-то смущения я не ощущала. – Но ты выглядишь молодым. А сколько ты пробыл в заточении? Неужели твоя внешность не поменяется за долгое время?
– Я же демон. Ты сейчас видишь меня таким, каким я был незадолго до заточения в шкатулку. В то время у меня уже была своя армия учеников и последователей. И власть над магическим миром. Это значит, что я уже закончил учёбу, стал магистром своего ордена чёрного жала (а на это требуется время, поверь!), овладел силой и захотел большего. Не стоит делать вывод о возрасте демонов по их внешнему виду.
– Угу… интересно, сколько лет Шантару, главе правящего совета в Мистбурге?
– Это тот демон, что правит сейчас? Так это его появление я сегодня почувствовал! Для меня он малыш, но в целом, раз он стоит у власти, то наверняка не молод. – Он внезапно осёкся, развернулся ко мне полностью и сказал: – Мне не нравятся твои эмоции сейчас! Что заставляет тебя их чувствовать?
– Просто вспомнила Шантара. Вообще, не в обиду тебе будет сказано, демоны произвели на меня самое неприятное впечатление. Другие расы на их фоне выглядели вполне себе ничего. Даже вампиры.
Глава 10
– Думаешь, я такой же?
– Нет, но…
– Нет? Должен тебе сказать, что я ощущаю только те твои чувства, которые ты направляешь именно на меня. Если бы ты сейчас сердилась только на Шантара, меня бы не задело.
Я промолчала, не зная, что ему на это ответить. Конечно, он был прав.
Пауза затянулась.
Я залюбовалась на его задумчивое лицо с устремлённым вдаль взглядом. Да уж, внешность этот демон подобрал эффектную, аж оторопь берёт.
Он вдруг улыбнулся.
– Вот так намного-намного лучше. Ты испытываешь восхищение. Это очень приятно. Честно сказать, до сего дня мне не приходилось ощущать эхо чужого удовольствия так ярко и отчётливо. Более того, я и сам такого не чувствовал никогда. В ордене мы учились обрезать и сознательно выжигать эмоции. Мы стремились к абсолютному хладнокровию. И я достиг в этом успеха. Поэтому твои чувства рождают что-то совершенно непривычное. Да уж, я даже не предполагал, что будет именно так, когда использовал твою кровь…
– А если бы предполагал?
– То уж точно не стал бы этого делать. Ведь до этого момента ты испытывала ко мне в основном неприятные эмоции, и порой это было невыносимо. Например, ужас, когда я затягивал тебя в шкатулку, хлестнул по мне так, что практически оглушил.
– Бедняга…
– Ты не должна мне сочувствовать. Наоборот, для тебя это величайшее благо. Ведь из-за этого я помогу тебе достичь того, что ты желаешь, – закрыть дверь между мирами.
Я опешила. Вот так внезапный поворот!
– В каком смысле? – осторожно уточнила я.
Эргилий прилёг на траву и повернулся ко мне лицом, упёршись локтем в землю. И снова я залюбовалась его движениями – изящными и настораживающими одновременно. Он был красив и опасен, как хищник или ядовитая змея, гипнотизирующая жертву перед атакой. Мимолётная улыбка показала мне, что ему приятны мои чувства.
– Меня заточили из-за того, что я захватил магический мир и собирался прорваться в другие миры. В целом меня по-прежнему привлекает этот путь. Но теперь план придётся поменять. Ведь если я начну завоёвывать твой мир или даже Мистбург в то время, пока ты вынуждена там находиться, тебе будет очень плохо. А значит, твои эмоции хлестнут по мне. Поэтому после освобождения я планирую дождаться пробуждения твоих способностей, а потом помогу провести ритуал закрытия двери – буду вливать в тебя силы, пока переход не закроется. Ты останешься в своём мире, а я здесь. И твои эмоции больше не будут доставлять мне неудобств.
– Правда?! Так это же шикарно! – Я невероятно обрадовалась. Сегодняшний день дал мне понять, что в покое меня не оставят.
– Да, вот так… – Судя по всему, он впитывал мою радость и она доставляла ему удовольствие. – Теперь ты перестала меня ненавидеть?
– Перестала?! Да я готова тебя обнять! Правда, это, скорее всего, ни к чему не приведёт, мы ведь оба сейчас призраки.
– Давай попробуем! – Эргилий внезапно подобрался и вдруг оказался прямо передо мной.
Он встал напротив меня на колени и, улыбаясь, предложил:
– Прикасайся!
Это его моя радость опьянила? Или он просто понял, что разговоры о демонах заставляют меня ощущать отрицательные чувства, а вот его внешний вид, напротив, дарит удовольствие? Что ж, я не против прикоснуться. Когда ещё удастся потрогать такого мужчину? Правда, утром воспоминаний об этом не останется… ну и что? Сейчас-то что мешает кайфовать? Особенно после таких потрясающих новостей?
Я протянула руку и провела по его щеке, задев уголок губ.
Эргилий вздрогнул всем телом и с изумлением уставился на меня.
Я тоже опешила. Под моими пальцами была настоящая тёплая и упругая человеческая кожа. Точнее, она принадлежала демону, но на ощупь ничем не отличалась от нормальной.
