– Собирайся, – цедит сквозь зубы. Впервые его таким агрессивным вижу. Особенно по отношению ко мне. – Давай, Виталина, поднимай свою прелестную задницу – и пошла! Я хочу спать.
– Тогда почему вы тут, а не дома? – я поднимаюсь, и одеяло само соскальзывает с плеч. Складываю его в тишине, пока босс пытается ответить. Такой сложный вопрос?
Оборачиваюсь, а он на меня смотрит. С ног до головы изучает, словно изъян какой-то ищет. А что, собственно, не так? На мне обычная рубашка, юбка-каранда…
Опускаю взгляд, чтобы удостовериться в этом.
Натыкаюсь на пижамный костюм (на минутку, с длинными штанами!). Нежно-лилового цвета, с рисунками мопса на нём. Что-то явно пошло не так.
Потому что я на миг забыла, что…
Да блин!
Где моя голова?
– Необычно, – резюмирует. – Любишь собак?
– Не важно, – бурчу и отворачиваюсь от него, краснея до кончиков ушей. Я для этого в одеяло закутывалась, а не потому, что холодно было! – Мама подарила. Жалко было выкидывать.
– Хм. А я люблю собак.
Я, признаться, тоже. Хотя у меня их никогда и не было. Жаль, но когда-нибудь эту мечту я осуществлю.
– Подождите пару минут, ладно? Я переоденусь, и… Выйдите, в общем, пожалуйста.
– Езжай так, – хмыкает, хотя я вижу проблеск озорства в его карих глазах. – Мы в машине. Кто увидит?
– Вы, – отвечаю.
– Я уже увидел. Ещё вопросы?
– Что вы делаете здесь в час ночи?
– Гулял.
– Гуляли? – недоумеваю.
– Именно. Могу же я зайти к себе в офис?
– Можете.
– Тогда вопрос закрыт.
Босс уходит, больше не обронив ни слова.
Странно…
Очень странно.
Но я убираю за собой, хватаю свои вещи и бегу следом. Спускаемся вниз в гнетущей тишине. Через несколько минут оказываемся в машине. Я пристёгиваюсь и, пока босс заводит автомобиль, смотрю в зеркало. Вижу на лице… Осыпавшуюся тушь. Ужас…
– У вас есть салфетки?
– Глянь в бардачке.
Киваю, благодарю его, открываю бардачок. Свет хорошо освещает маленькое пространство. Тянусь к салфеткам, и… Во мне играет мой профессионализм. Я тут же цепляюсь взглядом за буквы в каких-то бумагах.
И замираю, когда вижу несколько слов. И подпись шефа.
«Контракт на услуги суррогатного материнства».
– Что это? – вырывается само.
Да, я всегда была тактична, все конфликты сводила на «нет», а в личную жизнь остальных вообще предпочитала не лезть, но это…
Недоумённо читаю строчку за строчкой.
И крышка бардачка тут же закрывается перед моим лицом. Громко так, заставляя меня подпрыгнуть на сиденье.
– Не важно, – отрезает грубо босс. – Забудь, что увидела.
Я выпрямляюсь, откидываюсь на спинку кресла. И продолжаю шокированно смотреть на дорогу. Замолкаю, чувствую эту давящую тишину. Чёрт, Виталина, держи язык за зубами. Прошу тебя. Не лезь. Делай так, как всегда – прояви безразличие.
Да какое тут, к чёрту, безразличие?
– И всё же, – любопытная женская сторона так и рвётся наружу. Я поворачиваюсь к боссу и, боясь посмотреть на него, говорю чётко. – Когда вы только успеваете? Я вроде весь ваш график знаю.
Это всё, что меня сейчас волнует!
– Ну ты даёшь, Виталина, – усмехается Эмир, резко поворачивая руль. Одной рукой. Так красиво, эстетично, что я неосознанно пускаю слюни от этого зрелища. Обожаю мужчин за рулём. Только ради этого постоянно бы сидела на пассажирском сиденье. – Просто не сплю ночами.
– Делаете детей? – само срывается с губ.
И тут же я давлюсь воздухом.
Начинаю кашлять от собственной дерзости и наглости.
В спину летят аккуратные шлепки, приводящие в чувство.
Я выпрямляюсь и горю от стыда, желая провалиться сквозь землю.
Господи, кто меня вообще за язык-то тянет?
– Почти, Виталина, почти, – отчего-то улыбается босс, а мне совсем не до улыбки. У меня в голове всё это не укладывается. Вечно серьёзный, но в то же время раздолбай-босс связался с суррогатным материнством?
Не верится.
Или верить не хочу. Не знаю.
– А разве это делается не через ЭКО?
– Через него, – без заминки отвечает.
– Вы проводите его ночами?
– Вот ты и ответила на свой вопрос. Я подписал контракт. И, пока я работаю, девушка, которая согласилась на это, уже готовится стать мамой. Поэтому…
На секунду он останавливается. Смотрит вперёд и ничего не говорит. Руль сжимает.
– Ты и не заметила. Но советую не акцентировать на этом внимание. Я не хотел бы, чтобы об этом узнали до рождения ребёнка. И в течение первого года после.
– Хорошо… – выдыхаю. Личную жизнь босса уж точно ни с кем обсуждать не буду. – Но можно маленький вопросик? И всё. Я оставлю тему, никогда не вернусь к ней. Закрою рот на замок и выкину ключ в воду.
Замечаю, как сжимаются пальцы на руле. Думаю, Эмир откажет. Пошлёт меня к чёрту. Но нет.
– Один. И очень маленький.
– Зачем вам это?
– Это большой вопрос, – хмурится.
– И вы оставите его без ответа? Не в вашем стиле.
– Ай, Виталина, – опять приподнимает уголки губ. Улыбается не только ими, но и глазами, возле которых появляются едва заметные морщинки. Ничуть не портят его. – Выучила меня уже наизусть.
Именно.
Он не любит неотвеченных вопросов.
– Мне тридцать восемь. Как думаешь, когда я встречу ту самую, с которой решусь завести ребёнка? Вместе жить? Ещё нужен период притирания.
– Хм, – странный вопрос. – Вдруг это случится завтра?
– Веришь в случайности? – отвлекается от дороги и выгибает бровь.
Раньше – нет. Но после того, что со мной произошло буквально недавно…
– Да. Я верю в них. Пока вы смотрите на меня, вы можете сбить какую-нибудь девушку, раз не следите за дорогой. Вы поможете ей, а дальше – подвезёте домой. Она покраснеет, поулыбается, а на следующий день вы вернётесь к её двери с цветами – и пригласите на свидание. Чем не случайность? А вы поторопились. С контрактом.
Усмешка озаряет его лицо, но я не вижу ничего смешного.
Эмир отворачивается, смотрит в зеркало заднего вида и снова на дорогу.
– Вы не восприняли мои слова всерьёз?
– Как видишь, я вернул всё внимание на дорогу, – так вот оно что… – Да и как же я отвезу девушку домой, если в моей машине вы?
– Это может произойти завтра.
– Это не для меня, – улыбка сползает с лица Эмира, и он становится таким, каким обычно пребывает на работе. – Дни идут. Годы. Мне нужен наследник. Я всё же хочу побывать на школьном выпускном своего сына или дочери. Боюсь, что не успею.
– Почему? – подаюсь вперёд и наивно, скорее в шутку, спрашиваю: – Вы решили умереть?
– Не исключено, – хмыкает. – Может, через год меня собьёт машина. Что останется от меня? Бизнес? Уйдёт государству. Я не собираюсь отдавать его какому-то левому человеку. И всё? Кто придёт ко мне на могилу через, например, десять лет?
Слушаю и сама впадаю в это состояние. Хандры. Я ненавижу разговоры про жизнь и смерть. Начинаю реветь. Я иногда пессимистично смотрю на реальность. Представляю то, чего боюсь. Потерять родных.
– Я?
Мы останавливаемся у дома Эмира Тагировича. Но не спешу отстёгивать ремень. А вот босс решает быстро выбраться из автомобиля, сбежать от темы. И перед тем как выйти из салона, произносит:
– Поверь, Виталина, тебе точно будет не до меня.
Хм, как-то всё грустно… Но, в чём-то, он прав.
Глава 7
– Я постелил тебе в спальне, – бросаю свою любимую подушку на диван.
Кто же знал, что всё так получится. Что я вообще окажусь в час ночи в офисе, где встречу Виталину? Чёрт.
Но после работы я приехал домой вовремя. Лёг спать.
А потом вспомнил, что забыл в офисе трусы.
У нас уборщица с утра приходит, заволновался, что увидит. Хоть кабинет и заперт, но Зинаида Михайловна ко всему найдет доступ.
Вот я сломя голову и помчался. А там… Сюрприз в фиолетовой пижаме.
Сейчас сидит у меня дома, неловко плед до горла задирает.
– Я тут посплю. Спасибо.
– Нет, – отодвигаю ладонью плед и хватаю её за шкирку. Приподнимаю Виту и ставлю на ноги, как бы она не сопротивлялась. – Сегодня здесь буду спать я.
Я помню, что в последний раз, когда она у меня ночевала… Хм, когда это было? Четыре месяца назад, кажется. Сказала, в общем, что ей здесь неудобно и у неё болела шея. Раз уж я привёз её к себе, а не заказал номер в отеле (почему, кстати?), то мне это неудобство терпеть.
– Иди, я уже постелил. Иначе мы сейчас вдвоём на одном диване спать будем.
– Ну, Эмир Тагирович, мне неловко.
– А мне ловко, – толкаю её в сторону своей комнаты. – Иди.
Для таких случаев нужно иметь больше спален. Но у меня холостяцкая берлога. Двухкомнатная, хоть и просторная. Когда ребёнок родится – перееду в частный дом. Там и тише, и воздух другой. И всегда можно отправить одного погулять, зная, что никто не похитит и машина не собьёт.
Виталина, вместо того чтобы послушать меня, опять садится. Скрещивает руки на груди и недовольно высказывается.
– Я сегодня буду смелой. Вот возьму и скажу вам «нет». Буду спать в кресле, рядом. Пока вы разместитесь на диване.
– Да что же с тобой делать, – вздыхаю.
Подхожу к недовольной ассистентке и подхватываю её с места под недоумевающие вопли. Закидываю на плечо. Опять неосознанно принюхиваюсь. У меня уже рефлекс, как у собаки. Я всех кого не попадя нюхаю.
Снова пытаюсь выловить знакомый аромат, но… Пахнет гелем для душа. Вкусным таким, какой-то ванилью, смешанной с цветами.
Блин. Не она.
Хотя на мгновение, перед сном – задумался. Может, Вита все-таки носит такие трусики? Хм, кстати, чтобы точно вычеркнуть из списка подозреваемых – надо узнать, её ли это размер.
Тем более, она отель этот гуглила недавно.
Пока совпадения закончились.
А, ещё очки!
Точно!
Кстати…
– Ты сегодня без очков, – задумчиво тяну, пока несу Виту в свою комнату. Потираю свободной рукой подбородок.
А ведь девчонка, которая была в комнате, может носить линзы вместо очков.
– Так я перед сном их не надеваю…
– А что же ты видишь тогда? – как вообще она эти буквы на контракте разглядела? Я вообще чуть не растерялся, когда она его нашла. Вот какого чёрта я его в бардачке оставил? Это ведь старый. На данный момент я разорвал контракт с агентством. Да, странно поступил, да, поздно, но… Пока не надо. Я ребёнка хочу, но двое – это слишком. Раздел имущества после моей смерти. Дети будут вгрызаться друг другу в глотки. И никакое завещание не поможет.
Не готов я к этому.
Хоть уже и не увижу.
– Я, если честно, только вблизи вижу. Вы для меня, когда только в офис вошли, были ходячим пятнышком. Я вас по запаху узнала.
Класс, пятно.
Захожу в спальню и в отместку за «пятнышко» кидаю Виту на кровать.
– Таких комплиментов мне ещё не делали, – честно признаюсь.
– Простите, – смотрит снизу вверх, не шевелясь. Чёрт. С каких пор Виталина такая красивая? Лежит в пижаме на тёмных простынях. Волосы, разметавшиеся по подушке, делают из неё какую-то сказочную фею. И без очков ей определённо лучше. Хотя… Они были её изюминкой. – Мне неудобно. Кровать большая. Давайте вместе?
Я сглатываю, скользя взглядом по её телу.
Коллега только.
Подчинённая.
Нельзя на неё, Эмир, так смотреть.
Когда раз перепихнёшься – она перестанет быть сотрудницей. И хоть Вита не будет виснуть на мне, как одежда на вешалке, но… Станет совсем другой. Напрягать начнет.
Но чёрт! Она же не переспать предлагает! А просто уснуть на разных частях кровати. Я её не трону. Тем более… Кое-что сделать надо.
– Ла-адно, – прищуриваюсь и обхожу кровать.
Располагаюсь на своей половине и отворачиваюсь. Делаю вид, что сплю. Лежу так десять минут. Двадцать.
Сопения Виты я не слышу.
Странно.
Она всегда так беззвучно спит?
Я не выдерживаю – начинаю засыпать по-настоящему. Поэтому поворачиваюсь, присаживаюсь и достаю трусы, которые всё это время прятал в тумбочке.
Ещё раз удостоверившись, что глаза Виты закрыты – прикладываю бельё к попе. Ну, её размер. Идеально садится вроде.
Но все же странный способ проверки.
– Босс, вы что делаете? – внезапно раздаётся в комнате. Так неожиданно, что моё вечно спокойное сердце отстукивает в груди бешеный ритм и бьётся о рёбра. Ощущение, будто сейчас выпрыгнет.
Твою ж дивизию. Спалился. Снова.
Я когда-нибудь перестану наступать на одни и те же грабли?
Виталина
– Эмир Тагирович, вы что делаете?
Босс меня за попу щупает! Я же чувствую.
А теперь, когда поймала его с поличным, он убирает свои пальцы от моей задницы – и копошится. Может, скажет хоть что-то? Объяснится?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
