– Я клянусь тебе, Олав действовал сам. Не веришь, – кивнула она, на этот раз быстро прочитав всё по моим глазам. – Тогда поверь доводам разума. Мне невыгодно проклятие. Даже если бы наша семья сумела его избежать, это не наделило бы нас властью. В Эрфолке бы началась гражданская война. А Сердце бы было потеряно.
– Но в этой войне, наверняка, победила бы провинция юга, – хмыкнула я, крепко сжав ладони в кулаки.
– Наверняка, – не стала спорить она. – Но кому выгодна война? Это недальновидно. До тебя, должно быть, дошли слухи о том, что фактически управление провинцией на мне. Так оно и есть. Мне не заменить тебе мать, и подругами нам не быть. Но я могу стать хорошим советником. Только не стоит становиться мне врагом. Нам не нужна война внутри замка, когда враг приближается к его стенам.
Впервые маска невозмутимости сползла с лица этой жёсткой женщины, выдавая её усталость.
– И ты примешь это? – я вгляделась в подёрнутые пеленой неопределённости зелёные глаза Стефана.
От его ответа зависело многое, я бы сказала, моя дальнейшая жизнь.
– Эрика, мы же за тебя переживаем. Ты не говоришь ни о чём, кроме снятия проклятия. Не замечаешь ничего вокруг, – он наконец посмотрел мне в глаза, пытливо, словно стараясь убедить в своих словах.
Он мог поспорить с Исиль, предложить альтернативы. Заступиться за меня, в конце концов. Не с матерью ему проводить брачную ночь, не от неё ждать детей, не с ней встречать старость. Но вряд ли его это интересует. Стефан получит Сердце и титул конунга. Моими интересами можно пренебречь. Своим ответом он подтвердил, что так будет всегда. По крайнем мере, пока Исиль находится за его спиной направляющей тенью.
– Вы подговаривали Олава соврать мне, – отвернувшись от Стефана, я вновь посмотрела в глаза эрлессы. – Способ снять проклятие есть. Намерены ли вы его найти?
– Когда и если всё уляжется, – подтвердила она. – Но ты должна понять, обратить насланное тёмной богиней почти невозможно.
– Я понимаю, – кивнула, сглотнув вставший поперёк горла ком. – Что ж, моё мнение неважно сейчас, и так будет всегда. Вам нужно Сердце, но зачем вам я?
– О чём ты? – Стефан сделал несколько шагов ко мне, но я на него не смотрела.
– Зачем вам сирота? Вы сами сказали, вы умная женщина, Стефану нужен выгодный брак, который я не в состоянии обеспечить.
– Ты из рода конунгов… – начала она, нахмурив брови.
– Вот именно, – хмыкнула я. – Моё знатное происхождение не позволит провести развод, когда замаячит более выгодный брак.
Исиль сама сказала, ей не нужна война внутри семьи. Она будет держать меня на расстоянии, следить. Делиться властью над страной и сыном она не намерена. Я буду всегда ждать удара сакса в спину.
– Сердце мне не удержать, вы прекрасно дали это понять. И я не хочу войны между провинциями. Забирайте Сердце, а меня отпустите. Пока проклятие не снято, пока я сирота – я свободная женщина.
– Не говори глупостей, – вспылила Исиль. – Ты дочь конунга, великого воителя. И Стефану необходим этот брак, так же как Сердце, чтобы подтвердить свои права. Завтра ты посетишь храмы, воздашь дары богам. Послезавтра состоится брачная церемония. Умерь свой характер и выполни долг перед страной и отцом. Идём, Стефан. Эрике нужно время, чтобы смириться.
Она порывисто развернулась и, зло чеканя шаг, направилась на выход, но остановилась, когда заметила, что Стефан не следует за ней.
– Мне нужно поговорить с Эрикой, – сообщил он, прочистив горло.
– Только недолго, – попросила она раздражённо и покинула комнату.
Стефан сразу подошёл ко мне, попытался поймать мой взгляд, но я повернула голову в сторону, избегая смотреть в его глаза.
– Знаешь, – слабым голосом начала я, – когда на мой город пало проклятие, я думала, больше никогда не испытаю столь сильных эмоций: всепоглощающего горя, страха, отчаяния. Но сегодня… сегодня я испытала величайшее разочарование. В друге детства.
– Не говори так, пожалуйста, – он мягко взял меня за плечи, встряхнул. А когда я не повернула к нему голову, сжал мой подбородок пальцами, вынуждая посмотреть в его лицо. – Мы вместе с детства, Эрика. Нам пророчили брак. Мы этого хотели, даже когда твой отец был против. Обстоятельства изменились, но мы по-прежнему можем быть вместе, можем быть счастливы.
– Счастлива в этих обстоятельствах будет только твоя мать. О, Великая Сигурн, ты готов во всём её слушать. Если она решит присутствовать на брачной ночи, чтобы мы ничего не перепутали, ты и тут не станешь спорить, – я оттолкнула его руку и сделала несколько неверных шагов назад. – Исиль права, я дочь конунга, дочь великого рода. И мой долг его продолжить. С достойным мужчиной, Стефан. А каких детей принесёт твоя безвольная кровь?
– Мой род так же знатен и знаменит, – пророкотал он, дёрнув рукой.
На мгновение я решила, что он ударит. Но Стефан сдержался.
– А ты уверен? Отец готовился принять Сердце несколько лет и полгода боролся с ним, чтобы обуздать его силу. Не боишься, что и стихия не сочтёт тебя достойным?
– Не боюсь, – он выпрямил спину, глядя на меня словно свысока. – Ты сейчас злишься, потом свыкнешься. Вспомнишь, что я тебе друг.
– Друг? – я горько усмехнулась, мотнув головой. – Здесь я одна. У меня нет родных, нет поддержки. Откажусь от свадьбы – заставят, опоят. Что угодно. Сердце мне не удержать. Я и не имею права его удерживать. Оно станет твоим. Но имей в виду, лишь первая брачная ночь будет добровольной. Отдам Сердце, и на этом буду считать свой долг перед страной исполненным.
– Ты… – он громко вздохнул. Зелёные глаза пылали сотней эмоций, – ты остынешь, успокоишься.
– Это тоже сказала тебе Исиль?
– Эрика, – злость его мигом растаяла. Он расстроенно растрепал волосы. – Я же люблю тебя.
– Любовь не терпит принуждения, – отвернувшись, я направилась в свою спальню, больше не глядя на Стефана.
Посмотрю, что за наряды приготовили мне на свадьбу. Завтра предстоит надеть платье невесты вместо траурного одеяния скорбящей дочери.
***
Половину ночи я не могла заснуть. Измяла простыню, мечась в кровати то в безысходной ярости, то в неутолимой печали. И плакала, позволяя себе эту слабость. Меня загнали в ловушку, лишили надежды на спасение родных, даже шанса на счастливую супружескую жизнь. Эрика будто исчезла. Был лишь сосуд для огромной силы, который вскоре опустошат. Мне остаётся искать спасение лишь в детях от мужчины, что станет ненавистным. Если, конечно, меня не уберут раньше. Любовь Стефана может растаять, когда окажется, что его мечты не соотносятся с реальностью.
Наутро служанкам пришлось повозиться, чтобы придать моему лицу свежесть. Тело вымыли до скрипа. Волосы расчесали до блеска. И облачили меня в белоснежное платье свободного кроя. Невесте надлежало показать свою покорность перед богами. Но девушкам знатного происхождения разрешались украшения, потому мой наряд был расшит сотней мерцающих жемчужин.
Как только облачение было завершено, в комнату вошли Исиль и Стефан. Жених, как и я, был одет в простую одежду: белоснежную рубаху и чёрные брюки. Только и его наряд украшали жемчужины. Исиль же выглядела на нашем фоне особенно шикарно в нежно-алом корсетном платье. Мама бы оценила этот наряд. Я же лишь проворчала про себя на отхождение от традиционного фасона.
– Ты прекрасна, Эрика, – Стефан подошёл ко мне, протягивая венок из бело-розовых алфей, моих любимых цветов. И маминых тоже.
Я склонила голову, позволяя возложить его. Стефан счастливо улыбнулся. Мне было всё равно. Эмоции ушли ночью, со слезами. Я ощущала себя замёрзшей изнутри, выпотрошенной горем и как никогда покорной судьбе.
В городе было несколько храмов богов. Не всех, конечно. И самые крупные находились за многие мили отсюда. Но Исиль решила и здесь отойти от традиций. Меня не собирались выпускать за пределы замка. Потому молиться мне предстояло в часовне с алтарями всех богов. В Эйресунде отдельно был воздвигнут только храм богине любви Лиген, в котором пройдёт брачная церемония.
Немногочисленные гости ждали у входа в часовню. Все взволнованно переговаривались. А стоило нам появиться в их поле зрения, как на нас сосредоточились десятки любопытных взглядов. На приготовленном столе разместили кубки и кувшины с медовым напитком. Мне предстояло разлить его и предложить каждому из гостей. Выслушать поздравления и наставления. Когда Стефан просто будет стоять рядом и улыбаться…
Я всегда представляла свою свадьбу иначе. По крайней мере, хотелось бы, чтобы поздравления не звучали так неправдоподобно, даже лживо. Местная знать пребывала в недоумении и возмущении от происходящего. От них скрыли смерть конунга и эрла, а теперь, не выдержав сроки траура, проводили брачный обряд. Люди не понимали, что происходит. Одна особо невежливая женщина даже вцепилась мне в руку, чуть потянув на себя, когда я передавала ей кубок.
– Это правда, великий Аргейл погиб? – прошептала она, пытливо заглядывая в мои глаза.
– На него пало проклятие, – ровно ответила я, пытаясь высвободиться из её хватки.
– А Сердце? Что с Сердцем?
Среди людей пронёсся ропот. Этот вопрос волновал остальных не меньше. Что стало с силой стихии?
– Отойдите, – попросил Стефан, и уже сам отцепил от меня ладони женщины. – Ты в порядке? – спросил тише у меня, когда несдержанная гостья отошла.
– Какая разница, в порядке ли я? – хмыкнула я, отворачиваясь к столу, чтобы наполнить следующий кубок мёдом.
Казалось, этот день никогда не закончится. Кубки забирали один за другим. И когда вдруг все гости получили напиток, я даже не поверила. Стефан произнёс тост, все выпили. Я лишь коснулась губами кубка. Терпкий запах мёда защекотал нос, отчего к горлу подкатила тошнота. Со вчерашнего дня во рту не было ни крошки. Аппетит так и не появился, но поесть стоило. Быстрее бы этот фарс завершился…
Часовня была небольшой. Короткий коридор вёл в круговое помещение с колоннами, где на постаментах стояли небольшие статуэтки, изображавшие богов. А на каменном столе в центре лежали дары. Двери часовни закрылись, отрезая меня от взоров гостей. Впервые за день я осталась в одиночестве. Как только вознесу дары, первый этап брачного ритуала будет завершён. Подойдя к столу, я взяла из корзины сладкую булочку и надкусила её, рассматривая бесстрастные лики статуй.
– Неужели ничего не сделаешь? – обратилась я к грозной воительнице с луком.
– Сигурн хоть раз тебе ответила? – раздался незнакомый мужской голос, а я от неожиданности подавилась.
Из-за колонны вышел мужчина. В светлых волосах блестело серебро. Зелёные глаза смотрели в мои с улыбкой. Мощную фигуру охватывал кожаный доспех, обитый металлом. На поясе покоились меч и короткий топор.
– Эсмонд, что вы здесь делаете? – с опаской уточнила я, сразу узнав младшего брата эрла Торвульда и дядю Стефана.
Мы виделись в прошлом, даже разговаривали несколько раз. Но он жил вдали, не ладил с братом. Насколько помню, и отец его не жаловал, хоть и не объяснял причин.
– Это я удачно вернулся на родину, – щербато улыбнулся он, медленно надвигаясь на меня. – Чтобы спасти тебя.
– Спасти? – я зашла за стол, мельком оглядывая выложенные дары.
Защититься можно было разве что кубком. Видимо, Исиль решила, что им обойдётся бог войны Моркейм, предпочитающий получать в дар оружие. Хотя в Эрфолке ему поклонялись больше всего. Она слишком осторожна, а я в итоге вновь беззащитна.
– Конечно. Дочь Аргейла Холодное Сердце насильно выдают замуж. Как можно остаться в стороне?
– Вам лучше уйти, – я бросила взгляд в сторону дверей, прикидывая про себя, успею ли убежать, и с досадой заметила, что комнату окружает какая-то сероватая рябь.
Похоже, он не один, а с магом. Похоже, потому он и не боится, что я привлеку внимание криком о помощи.
– Я долго думал, зачем Исиль сирота. Свадьба не даст её драгоценному щенку титула конунга. И тогда меня осенило, – он коротко хохотнул. – Сердце у тебя.
– Вы ошибаетесь.
– Это недолго проверить, – хмыкнул он, махнув рукой.
Из-за колонн выступило ещё трое мужчин. Один из них держал верёвку, видимо, принесённую для меня. Я взяла со стола кубок и… отломила от булочки кусок поменьше.
– Не сопротивляйся. Я обещаю, что как только заберу Сердце, подарю тебе свободу и столько денег, сколько захочешь.
– А если я захочу всё ваше золото? – улыбнулась ядовито.
Мужчина на секунду замер, а потом громко расхохотался. Этого момента я и ждала. Булочка устремилась в моего похитителя. Дочери Сигурн всегда попадают в цель, даже без лука. Вот и булочка влетела в распахнутый рот Эсмонда. Он подавился, подался вперёд, широко распахнув глаза. Пользуясь общим замешательством, я рванула на выход. И на полном ходу налетела на сероватую дымку. Это было подобно удару об стену. Меня больно швырнуло на пол. Воздух покинул лёгкие. Я закашлялась. Позади послышались торопливые шаги. Но раньше, чем мужчины достигли меня, двойные двери часовни распахнулись. Солнце осветило замершую в проходе фигуру.
– Кора! – воскликнула я, сразу узнав сестру.
Она предстала в одежде мужского фасона: свободных брюках, тунике и меховом жилете. Чёрные волосы непокорными волнами спадали на плечи. В серых глазах сестры плясало колдовское пламя.
– Я же говорю! Магия! – рыкнула она, входя в помещение.
Следом в коридор ворвались стражники. Под взмахи рук Коры непроницаемая пелена зарябила и развеялась, стоило мужчинам её пересечь. Начался короткий бой. Эсмонд унёсся в дальнюю часть помещения. Похоже, там был тайный проход. Ко мне же подбежала сестра. Она встала передо мной на колени, с тревогой всматриваясь в лицо.
– Цела?
– Кора! – я приблизилась к ней и крепко обняла.
– И я скучала, – её руки бережно обхватили мою талию.
Родители превратились в камень, но ко мне вернулась сестра. Может, ещё не всё потеряно.
Началась суета. Эсмонда всё же настигли и арестовали вместе с подручными. Гости громко обсуждали случившееся, ко мне вновь пытались пробиться с вопросами. Но стражники со Стефаном на этот раз отлично держали оборону. Исиль была как никогда зла. Похоже, она не знала об этом тайном ходе. И ведь, если бы не Кора, которая ощутила магическое воздействие, меня бы ещё не скоро хватились. А забрать Сердце, как отметил Эсмонд, недолго.
– Как ты здесь оказалась? – спросила я шёпотом у сестры.
– Прибыла вчера. Исиль разрешила присутствовать на свадьбе, – пояснила она, глядя зло на Эсмонда, которого уводили прочь.
Серые глаза смотрели недобро, губы гневно кривились. В этот момент она была особо похожа на отца.
– Ты знаешь…
– Потом поговорим, – она проникновенно заглянула в мои глаза. – Нам необходимо поговорить.
– Поняла, – кивнула я.
– В храме безопасно, – сообщила Исиль, подходя к нам. – Но будет лучше, если ты помолишься со Стефаном.
Я ничего не ответила, направилась к входу. Стражники расступились, пропуская меня. Следом вошёл Стефан. Двери закрылись.
– Я не буду тебе мешать, – мягко произнёс он.
Пожав плечами, я взяла со стола булочку и присела под пьедесталом моей богини-покровительницы.
– Что ты делаешь? – жених подошёл ближе, глядя на меня сверху.
– Я голодна, – произнесла, глядя перед собой.
– Тебе следует просить благословения на свадьбу, Эрика.
– К богам надлежит приходить с чистыми намерениями и страстными желаниями, чтобы они услышали. Я не чувствую в себе ни того, ни другого, – небрежно дёрнув плечом, я вновь вгрызлась в сдобу.
– Но гости увидят… – недобро нахмурился Стефан.
– Ты можешь сделать всё за меня, если так переживаешь. Моё дело малое: молчать во время обрядеа в постели. Всегда.
– Ты не права, – возразил он, порывисто взмахнув рукой.
– Конечно, – сразу согласилась я. – Молчать не получается.
– Эрика, – он подступил ко мне, но я вытянула руку, останавливая его.
– Дай мне ещё булочку и просто не трогай.
– Хорошо, – губы Стефана вытянулись в прямую линию.
