Читать «Мой покойный муж» — Екатерина Бакулина онлайн
Страница 3 из 5
– Чего ты хочешь? – требует Нэт. – В чем еще признаться? Говори, я признаюсь, в чем угодно! Только отпусти ее!
Гордан берет веревку и связывает мне руки.
Я стою перед ними голая, меня трясет.
– Ты не все рассказал мне, – говорит Джон. – Расскажи. И я отпущу.
– Я все рассказал! – Чувствую, как голос Нэта тоже вибрирует от напряжения и ярости. – Мне нечего добавить. Я был пьян, я не помню ничего. Вечером Майрет подходила ко мне, что-то рассказывала, очень взволнованно. Но я не помню. Я был пьян и не помню, Джон! А проснулся уже в той постели.
– О чем рассказывала?
– Я не помню… – почти отчаянье. Он тянет цепи, скрежет и даже треск крошащегося камня под потолком. – Отпусти ее!
Джон качает головой, потом кивает Гордану. Тот спускает еще один крюк, поднимает мои руки, закидывает на него веревку. Поднимает так, что я теперь едва могу стоять, почти висну, веревка впивается в кожу.
– Пожалуйста… – шепотом говорю я, понимаю, что бесполезно.
Джон подходит ближе, обходит вокруг меня, разглядывая.
– А ты ничего, – говорит он. – Почти как молоденькая, даже грудь не сильно обвисла.
Тянет руку, кладет мне на грудь, сжимает… Я понимаю, что у меня по щеке течет слеза.
– Ублюдок! – Нэт дергается изо всей силы. – Не смей!
– Почему? – удивляется Джон, с ухмылкой, задумчиво окидывает меня взглядом. – Ты просто взял и трахнул мою дочь. А если я сейчас сделаю то же самое с твоей женой?
– Не смей! Я убью тебя!
– Ты угрожаешь королю, – говорит Джон. – Подумай. А то я заменю плаху на четвертование.
– Да мне плевать! Ублюдок! Я убью тебя! С того света достану!
Джон кивает Гордану, тот берет у стола увесистую дубинку, примеряется, подходит к Нэту и резко бьет под дых. Нэт сгибается пополам… как может, как позволяют цепи, пытается вздохнуть, но не выходит, воздуха нет… Но лишь только может дышать, рвется снова…
– Я убью тебя! – хрипит, весь красный от напряжения, цепи трещат…
Гордан бьет его по ногам. Сильно. Нэт разом падает, повиснув на цепях, колени подгибаются. По рукам, от содранных кандалами запястий, течет кровь.
– Тихо! – говорит Джон. – Не перестарайся, Гордан. На казнь он должен выйти на своих ногах.
У меня кружится голова…
И вот тут неожиданно стук в дверь.
– Лорд Макинтайр!
Слуга появляется на пороге.
– Простите, милорд! ваше величество… – он замирает.
– Что там? – говорит Гордан. Подвалы – это его территория.
– Вам письмо, милорд! Простите, я не знал…
– Давай!
Гордан подходит и письмо забирает. Пробегает глазами. Очень выразительно смотрит на Джона.
– Хм… – говорит он.
– Что там? – Джон тоже хочет знать. Раздраженно. Его отвлекли.
– Фергюс пишет, что приедет на днях. Пишет, что хочет поговорить с ней, – кивает на меня.
Фергюс Бейтан, герцог Уолша, дядя Джона по матери. Ему принадлежит южное побережье и контроль едва ли не над всей морской торговлей. А еще золотые шахты. Денег у него втрое больше, чем у короны. Джон предпочитает с ним не связываться, хотя в политику Фергюс не лезет никогда.
А еще… нас с Фергюсом кое-что связывает. Нет, ничего такого, конечно, он почти вдвое старше меня, притом, что и я далеко не девочка. Но кое-что было… Теперь он называет меня дочкой и милой девочкой, так и норовит усадить к себе на колени. Впрочем, не позволяет себе ничего лишнего.
Самое главное, что Фергюс не позволит издеваться надо мной.
Джон смотрит на Гордана, на меня. Тихо ругается.
Гордан ждет.
– Это ты позвал его? – рявкает Джон.
– Что вы, ваше величество! – Гордан разводит руками. – Вести быстро разносятся. А у Фергюса всегда были свои источники.
Джон ругается, потом вздыхает.
– Ладно, развяжи ее. Пусть проваливает.
Когда Гордан режет веревки, я едва не падаю к нему на руки, он поддерживает меня.
– Вот видишь? – шепотом говорит он мне на ухо. – Не стоило бояться.
– Твоих рук дело? – так же шепотом говорю я.
– Конечно. Я не позволю причинить тебе боль.
Гордан улыбается. Даже помогает мне влезть в платье, хотя оно испорчено и сползает. А меня до сих пор трясет. Гордан накидывает мне на плечи плащ.
– Все будет хорошо, не бойся.
Оглядываясь на Нэта, я вижу, что он смеется.
Глава 6. Обо всем том, что так не нравится королеве
– Шибел… я, наверно, сейчас очень странный вопрос задам, – облизала губы, собираясь с духом, – но ты уверена, что у них действительно что-то было?
Королева тем временем наливала бренди.
Меня отпустили, проводили наверх, сказали только не уезжать, дождаться Фергюса и… официальной части. Я дождусь. Надеюсь, пугать меня больше не будут.
Вот только руки трясутся до сих пор. Шибел отпаивает…
Но чем дольше я думаю над этим, тем более странным кажется.
Королева хмурится.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросила она.
Ровно то, что говорю.
– Они проснулись в спальне, Шибел. Кстати, в чьей? В спальне Нэта?
– Это гостевая спальня внизу. – Она нахмурилась еще больше, не понимая, к чему я клоню. – О чем ты сейчас? Какая разница?
– Они были всю ночь вместе… – Я и сама пыталась это осознать. – Это не похоже на насилие. Не так, чтобы Нэт напился до беспамятства и зажал Майрет в кустах. Она не звала на помощь, не сбежала…
– Айлин! – в голосе Шибел ясно сверкнуло предостережение. Еще немного, и она захочет убить меня за такие слова.
– Но неужели ты думаешь, что Майрет пошла на это добровольно? – поспешила я.
– Она была напугана! Она совсем девочка!
Да полно! Когда я была такой девочкой, Кит уже гонял голубей по саду!
– А ты не думаешь, – сказала я осторожно, – что это могло быть подстроено кем-то? Кто-то мог опоить их обоих так, что они не понимали ничего. И не помнят. Что говорит Майрет? Что если кто-то желал подставить Нэта или подставить твою дочь… Я не знаю, зачем. У Нэта много врагов… Это все странно. Но если представить, что они оба сделали это добровольно, это странно еще больше.
– Ты защищаешь его! – ноздри Шибел гневно дрогнули. – Майрет бы никогда не согласилась сама. Он заставил ее, запугал! Я не знаю, что сделал! Но это он что-то сделал с ней!
Шибел всегда недолюбливала Нэта. Не знаю уж, что там было между ними… из того, что я слышала мимоходом, скорее – ничего. Шибел едва ли не единственная женщина, которую Нэт своим вниманием обошел. Но для Нэта она королева и законная жена его друга. А для Шибел, как и для любой женщины, это обидно. Подробностей я никогда не желала знать.
Но обиженная Шибел может быть еще опаснее, чем Джон. Если Джон просто с ходу ударит в лоб, в этом они похожи с Нэтом, то Шибел будет тихо мстить исподтишка. Искать любой повод. Лучше не портить отношения с ней.
– Я не защищаю его, Шибел. От Нэта я могу ожидать чего угодно. Но Майрет никак не могла! Ты ведь сама понимаешь… Она бы позвала на помощь, она бы сбежала. Она не из тех, кто не может за себя постоять. Ты ее знаешь. Как же так вышло?
А, между прочим, я помню, как на каком-то балу с Майрет танцевал какой-то красавчик, сын какого-то барона… не важно. Он что-то рассказывал, Майрет весело смеялась. И в какой-то момент красавчик самонадеянно решил, что ему позволено больше. И его рука, словно невзначай, скользнула по спине Майрет и вниз. Майрет что-то сказала ему, он явно не понял. Прямо там, в бальном зале. И тогда Майрет, ни мгновения не сомневаясь, врезала красавчику по морде. Причем не просто пощечина, а разбила губу. Я помню, как он стоял, совершенно обалдело, утирая пальцами кровь…
А Майрет как ни в чем не бывало развернулась, подошла к другому, и так «милорд, мой кавалер плохо танцует, не потанцуете ли вы со мной?».
Ее Нэт этому научил. Майрет и сама была не промах, а с таким учителем и подавно. Насмотревшись на меня, Нэт всех встречных девочек учил бить морду обидчикам. Отвечать сразу, не задумываясь, не страдая от угрызений совести. Забыть о том, что женщина чего-то не должна. Очень радовался, когда видел, что его наука пошла впрок, говорил: «Вот, смотри! Она точно не будет падать в обморок и бояться мужа! Пусть муж ее боится».
Кит с Майрет ровесники, одногодки, а Нэт часто бывал при дворе и часто брал Кита с собой. Они с Майрет лазили по деревьям, дрались на палках, как на мечах, и кидались грязью. Шибел была в ужасе, пыталась избавить дочь от столь дурного влияния, но как-то не очень выходило. Джону было все равно, его интересовали только сыновья, а девочка, ну, растет – и ладно.
Майрет выросла такой красавицей…
И Нэт, конечно, в глазах Шибел… тот Нэт, который всю жизнь учил Майрет плохому, сейчас решил пойти дальше.
И ведь еще вопрос, кто им стелил постель в гостевой спальне?
Шибел поджала губы. Она обидчивая, но далеко не дура.
– Не знаю, – покачала головой. – Но моя девочка пострадала, Айлин. Что с ней теперь будет? Кто-то должен понести за это наказание.
Без сомнений. Нэт должен понести…
Вот только после всего, что было, – я уже ни в чем не уверена.
Что если он действительно не виноват? Как это вышло? Если он и правда не помнит… А я не помню, чтобы он напивался так, чтобы совсем не знать, что произошло вчера. И пьяный он тихий, просто засыпает где-то в уголке, его не тянет на подвиги.
Не с Майрет же!
Если они говорили о чем-то с Майрет накануне…
Что могло произойти?
Хуже всего, я отлично понимала, если только сунусь в это, меня саму отправят в подвалы. Меня пугали не зря. И нет, хуже всего то, что Кита могут отправить тоже. Потому что Кит молчать не будет.
Я не должна лезть, по крайней мере, из-за него.
И это сводит с ума.
Я видела Нэта, видела, что они сделали с ним… Он ведь всегда был хорошим парнем. Что бы там ни было, что бы я ни говорила о нем.
За все годы нашего брака он ни разу не обидел меня, по крайней мере, сознательно… то есть, я на него обижалась, и многое не могу простить до сих пор. Но тогда он был совсем мальчишкой и не понимал, как правильно поступить. Глядя на Кита, я сейчас отлично вижу это.
– Подожди, – вдруг вспомнила я. – А что ты там говорила про Иверача? Почему его нельзя при Джоне упоминать?
Шибел вздрогнула. Глянула на меня испуганно.
– Иверача? – Она напряглась, но тут же что-то поняла, выдохнула, отмахнулась. – Это старая история. Джон его не любит. Ты не слышала?
Осторожно так, словно прощупывая почву. Шибел тоже что-то недоговаривает.
– О Нивене? – так же осторожно спросила я. Главное не спугнуть.
Я видела, как ее прямо передернуло, но Шибел умела держать себя в руках. Она улыбнулась.
– Ты же понимаешь, Айлин, Кетнах не лучшее место для воспитания детей. Мальчику здесь одиноко. Среди всех этих придворных лицемеров, в роскоши и золоте… Мальчику нужно простой жизни, бегать по полям, купаться…
Она запнулась.
Ее старший сын, Эйрик, утонул в реке. Ему было уже пятнадцать, и после охоты они купались… Не знаю, что тогда пошло не так. Второй сын Шибел умер в три года, заболел и умер, лихорадка сожгла его за два дня. Нивен – третий сын. Был и четвертый, но он прожил всего несколько дней, родился больным, с большой головой, неестественно вывернутыми ножками, постоянно кричал. У Шибел было пятеро детей, осталось двое. Дети – это всегда больной вопрос.
Шибел изо всех сил старалась справиться.
– Нивену одиноко здесь, – сказала она тихо, голос чуть дрогнул. – У него нет братьев. А у Ришерта два младших сына примерно возраста Нивена. Ему будет хорошо там. У Ришерта все сыновья здоровые и сильные, Алан взрослый совсем, самому уже жениться пора… Может быть, и Нивен там вырастет… здоровым…
Губы дрогнули, Шибел отвернулась.
Алану Иверачу, старшему сыну Лотианского герцога, двадцать шесть, да, он крепкий взрослый мужчина, которому самому бы пора заводить детей.
Но ведь Шибел всегда была против подобного. Что же теперь?
– Но ты ведь не хотела отпускать Нивена туда?
– Я и сейчас не хочу! – Шибел всхлипнула. – Это Джон! Он настаивает! Он говорит, Нивена надо держать подальше от меня. Я плохая мать, это из-за меня все… И если Нивен не уедет в Лотиан, с ним будет то же… – Она отвернулась, закрыла глаза ладонью. – Я не могу еще и Нивена потерять.
Плохая мать? Вот сукин сын! Разве можно говорить такое? В другое время я бы пожаловалась Нэту, и Нэт бы вправил Джону мозги, он бы не побоялся высказать все, что думает. Но теперь…
Гордан говорил, у Нэта с Джоном в последнее время не все ладно. Что если Нэт и сам пытался вправить, он же был здесь и все видел. А Джон уже не мальчик, чтобы терпеть…
Что там произошло на самом деле?
– И когда Нивен должен уехать?
Шибел покачала головой, словно не знала. Потом вздохнула.
– Его увезут сразу после казни, – сказала чуть нарочито небрежно.
Вот это поворот! Я не ожидала, что так скоро. Но…
– Шибел, а… – Мне вдруг такая странная мысль в голову пришла, как бы только узнать об этом? – Скажи, Джон хотел отправить Нивена в Лотиан, так? А Нэт? Он был против?
– При чем здесь Нэт?! – Шибел вскрикнула, едва не подскочила на месте. Дернулась. – Я не хочу ничего слышать о нем!
Плеснула себе бренди и выпила разом. У нее руки тряслись.
Это ведь не ненависть, это страх. Шибел чего-то боялась.
– Шибел…
– Нет! – Она резко поднялась, отвернулась, отошла в сторону. – Хватит! Я не хочу больше говорить, я устала! У меня был тяжелый день!
Это у меня был тяжелый день! Меня в подвалы завели, раздели, чуть было пытать не начали! Я вообще скоро вдовой стану. И не известно еще, что потом со мной будет. Если уж кому и впадать в истерики, то скорее мне.
Что тут происходит, черт побери?!
– Подожди, – сказала я. – Шибел, подожди, прости, я не хотела… Я не знаю, я сама так растеряна… Прости меня… Я ведь всегда была на твоей стороне.
Ах, я так растеряна, что сейчас просто пристукну Шибел на месте. Она явно крутит и что-то скрывает, что-то важное. Я не могу понять.
Шибел остановилась, все еще спиной ко мне.
– Я на твоей стороне, – мягко сказала я, проникновенно, как только могла. – Я тоже мать, я прекрасно понимаю тебя. Как тебе страшно. Если бы что-то угрожало моему сыну, я бы убила на месте, не раздумывая! Шибел… ты ведь хотела поговорить? Когда я шла к Джону, ты ведь сама позвала меня. Тебя ведь беспокоит что-то? Если я могу помочь… только скажи.
Шибел повернулась. Она долго стояла, глядя на меня, прижимая руки к груди, сжимая пальцы.
– Я боюсь, Айлин, – шепнула она. – Но я не могу ничего сказать. Если я буду молчать, то меня, возможно, не тронут. И Нивена не тронут. Они там… сговорились все. Я не знаю, кому верить! Никому. Они все… – Шибел всхлипнула. – Они хотят убить Джона! И меня тоже убьют. Отравить! Ему что-то подмешивают в еду, я уверена! Ты ведь видела, каким он стал?! Теперь я боюсь и его тоже! Он то смеется, то плачет… и вспышки ярости!
Шибел точно боялась, все это выглядело очень правдиво, на самом деле.
Но, может быть, все дело в Джоне? Это всегда было в нем, это болезнь… но раньше едва заметно, а сейчас, с возрастом, все становится только хуже.
Но даже если это так… даже если дело в Джоне изначально, то, может быть, приближенные к нему люди видят перемены и… решили сменить сумасшедшего короля на нового? Пока Джон не стал слишком опасен?
Не нравится мне это.
– Я слышала, как Нэт грозился убить его, – сказала Шибел. – Я сама слышала! И как Нэт орал на него! Ты видела своего мужа в ярости? Он чудовище! Да я бы за милю не подошла. Я за стеной была… и не за одной… слышала просто… и то хотелось в угол забиться. Нэт Джону всю мебель в кабинете переломал, я думала, он действительно убьет! Его когда уводили оттуда… Гордан пытался успокоить. Так Нэт Гордану нос разбил и руку едва не сломал! Я уж не знаю, что там было, но… Прости, я даже рада, что Нэта казнят… После всего. Но я боюсь, на этом не закончится.
Глава 7. О двух предложениях руки и сердца
– Как ты? – Гордан заглянул вечером. – Шибел уже напоила тебя бренди? А я принес пирожки с мясом. Любишь такие?
С мясом не очень, но люблю с луком и шкварками, впрочем, сейчас не важно, я готова съесть все. Меня не то чтобы под охраной держали, но когда я попыталась выйти, мне намекнули, что лучше бы вашей светлости далеко не ходить. А кормить меня здесь тоже никто не спешил.
Благо хоть вещи мои принесли, я смогла переодеться.
– Давай пирожки, – согласилась я.
Гордан зашел, поставил миску на столик, и еще бутылку вина принес. Сам уселся в кресло напротив, глядя на меня.
Я взяла пирожок, попробовала. Сойдет…
– Аппетит у тебя не пропал, это хорошо, – улыбнувшись, сказал он.
– Когда я нервничаю, то всегда хочу есть, – сказала я.
– Да? – удивился он. – Не похоже. Такая худая до сих пор.
Я тяжело вздохнула, чуть закатив глаза.
– Потому что до недавнего времени, Гордан, жизнь у меня была легкая и прекрасная. Никаких нервов. И никаких лишних пирожков.
Похоже, бренди все же ударил мне в голову. Но вроде не слишком.
– Я думал, ты будешь напугана, а ты ничего, держишься.
– Меня столько пугали в детстве, – сказала я, – что теперь долго бояться уже сложно. Значит, ты позвал сюда Фергюса?
Гордан заулыбался, откинулся на спинку кресла.
– Не звал, – сказал он. – Но если надо, то позову.
– Но он приедет?
Гордан пожал плечами.
– Если захочет. Думаю, он все знает, у него действительно свои источники. Письмо я сам написал от его имени. Дал приказ своим, что как только я пошлю за нашатырем, нести письмо мне. Джон знает, что Фергюс тебя любит, и предпочитает с дядей не связываться. Я ведь говорил, что смогу защитить тебя.
Обманом.
Наверно, неважно как… если б не Гордан, кто знает, что бы со мной сейчас было. Вышла бы я вообще оттуда живой. Но об этом лучше не думать.
Нэту Гордан не поможет. Даже если это будет в его силах, он не станет. Я видела, с каким удовольствием Гордан бил его. Отлично понимаю, что есть за что, это старые счеты, и Гордан возможности не упустит. Хотя бы за разбитый нос и почти сломанную руку…
– Слушай, Гордан… а что такое произошло у Нэта с Джоном? Мне Шибел рассказывала, как Нэт грозился Джона убить, всю мебель у него в кабинете переломал, орал на него так, что тряслись стены.
Гордан удивленно поднял бровь, заинтересованно.
– Шибел сказала, что Нэт орал на Джона?
Вот так поворот, снова! И что не так?
– Этого не было? – спросила я.
– Было, – согласился Гордан и как-то едва уловимо подобрался, даже чуть вглубь кресла отодвинулся. – Я просто не думал, что Шибел могла слышать это.
А вот сейчас он врет. Кому угодно он может врать, но я вижу.
– Я так поняла, там весь дворец слышал. Нэт рвал и метал как разъяренный дракон. Говорит, он тебе нос сломал, когда ты его оттащить пытался?
– Не сломал, но разбил, да, – Гордан потер переносицу. – Крови много было, весь камзол мне залило, а я только новый, с серебряным шитьем… – Он вздохнул, сморщился. – Я не знаю, что у них произошло, Айлин. Я прибежал на крики, но из-за чего у них все это, мне никто не сказал. Джон во всем видит заговор, последнее время у него навязчивая идея. Думаю, дело в этом, они с Нэтом в очередной раз не сошлись во взглядах. А Нэт вспыхивает… ты сама знаешь. Он мне руку вывихнул, до сих пор еще болит. – Гордан вытянул руку передо мной так, словно я могла бы что-то увидеть. – А камзол выбрасывать пришлось, столько крови не отстирать, я кучу денег отдал, а я, знаешь ли, не герцог, чтобы каждый раз новый…
Вздохнул, покачал головой.
Гордан уходит от темы.
Так-так… А ведь выходит, по его словам, что Нэт наорал на короля, мебель поломал, и ему за это ничего не было? Да ладно? Джон, как минимум, вышвырнул бы из дворца и велел бы не возвращаться. И не смог бы Нэт принцесс соблазнять.
Что-то мне подсказывает, не на Джона Нэт орал, там был кто-то еще. Не зря Гордан так удивился. Не хочет говорить.
Но если не Гордан мне расскажет, то кто? Кому я вообще могу верить? Я и Гордану не могу, конечно. Но больше совсем некому.
Ладно… Я взяла еще пирожок.
– Гордан, я слышала, Нивена отправляют в Лотиан? – сказала небрежно.
И Гордан напрягся снова.
– Шибел сказала? – почти зашипел он.
Хм…
– А это секрет?
– Да нет… – Гордан потер ладони, чуть выдвинув вперед нижнюю челюсть, задумчиво. – Я никогда не понимал стремление Шибел отправить сына к Иверачу. На севере, конечно, спокойнее и, наверно, будет полезней для парня, но…
– Подожди, – сказала я. – Шибел всегда говорила мне, что она против, это Джон настаивал?
Гордан моргнул. Очень долго смотрел на меня, что-то сопоставляя. Потом нахмурился еще больше. Хлопнул ладонями по коленям, поднялся.
– Знаешь, что я скажу тебе, Айлин, не лезь в это дело. Совсем не лезь. Пока я могу защитить тебя, сделать так, чтобы ты в этой истории не пострадала. Чтобы Кит не пострадал. Но если ты будешь задавать слишком много вопросов, я тебе помочь не смогу. Просто не лезь.
А Шибел-то боится не зря. Там действительно такой клубок, что не распутать.
– Я спрашиваю только тебя, Гордан. – Поднялась тоже, глядя ему в глаза. – Тебе-то я могу доверять? У Нэта с Майрет действительно что-то было?
– Было, – холодно сказал Гордан, резко. Таким тоном он, наверно, там у себя в подвалах говорит, я ни разу не слышала. – Сиди здесь, Айлин, никуда не ходи и ни с кем не разговаривай. Для твоей же безопасности. Послезавтра будет суд, ты выступишь и отречешься. Следующим утром казнь. После этого тебе стоит уехать и вести себя тихо. И сейчас тихо сиди. Я поставлю охрану у дверей.
– Там уже есть охрана.
– Там люди Джона. Я поставлю своих, для надежности. Айлин, пожалуйста, прошу тебя, – его тон стал мягче. – Я всего лишь хочу защитить тебя. Сейчас все так сложно. Тебя просто сомнут и растопчут, если ты сунешься. Не надо. Я переживаю за тебя. Потому что я тебя люблю. – Он почти запнулся, кашлянул. Да, я видела, что по крайней мере это он говорит честно. – Ты очень дорога мне, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Помни, что мое предложение все еще в силе. Если ты станешь моей женой, то у меня будет больше возможностей защитить тебя. Одинокой женщине справиться сложнее… Айлин… не смотри на меня так, ты знаешь, что я всегда тебя любил. Траур ты носить не будешь, так что все можно устроить уже к осени…
Он осекся.
Потому что мой взгляд, наверно, очень красноречиво все выражал. Я молчала, но…
Да ты в своем уме, Гордан? Мой муж еще жив, а ты уже строишь планы, как будешь гулять нашу свадьбу?
– Айлин, – Гордан сказал это совсем тихо, примирительно. – Я понимаю, как тебе нелегко сейчас. Я просто хотел, чтобы ты знала, я всегда буду с тобой. Просто знала. Будь осторожна.
Он кивнул мне и направился к двери.
* * *
Следующим вечером приехал Кит.
Кита ко мне пустили.
Я была в ужасе, если честно. Зачем Кит здесь? Мы же договорились! Ему не нужно было приезжать, его никто не звал, он мог бы просто подписать, и все, тихо…
Если он здесь, то неизбежно сунет нос. И его убьют.
Это меня еще могут пожалеть, не тронуть – что может слабая женщина? Ну, в самом крайнем случае отправят в монастырь. А с Кита снимут голову. Он взрослый мужчина и наследник Арранширского герцогства. Да, Нэта пока еще не лишали никаких титулов.