– Ангел? – смеюсь я. – Уж простите, Данте, но я точно не Ангел.
– Ты – Ангел. А ещё любовь всей моей жизни, – вдруг говорит он на полном серьёзе, и я сбиваюсь с шага.
Смотрю на мужчину в замешательстве.
– Вы – псих! – озаряет меня понимание. – Говорят, именно весной и осенью начинается обострение психических состояний. Вот же мне «повезло»! Такой хороший день и тут вы…
Кривлюсь и наконец, начинаю пить свой раф. Раф успел остыть и настроение портится.
– Оставьте меня, Данте. Идите своей дорогой и забу…
– Это правда, – обрывает он меня на полуслове.
Смотрит на меня проницательным и внимательным взглядом голубых глаз. Я же словно смотрю в бесконечную синь ясного неба. Боже, что за глаза…
– Я впервые за долгие годы вновь вижу краски этого мира и улыбаюсь. У меня даже с непривычки губы разболелись. Веришь? – смеётся он.
– Наверное, сегодня какая-то необычная луна, вот она на вас и действует, – говорю осторожно.
Затем подхожу к мусорной урне и аккуратно, чтобы не уронить и не пролить ставлю недопитый кофе в стакане на дно невысокого бака.
Поворачиваюсь к мужчине. Блондин хмурится, а я киваю ему и произношу мягко и с лёгкой улыбкой на губах:
– Спасибо за компанию, но мне уже пора идти. Прощайте, Данте.
И быстро-быстро иду в сторону университета. Прогулка в парке с любимым кофе вышла неудачной.
Иду и не выдерживаю. Любопытство сильнее меня. Оборачиваюсь и вижу, что мужчины с необычными глазами нигде нет. Оглядываюсь, но не нахожу его.
Хмыкаю.
– А сказал любовь всей его жизни, – шепчу одним губами.
Выбрасываю из головы блондина с голубыми глазами и иду в университет. Там тоже есть кофейня, там не готовят раф, зато чашку капучино выпить можно.
* * *
ДАНТЕ
Один мудрец сказал, что ни одно действие не проходит бесследно.
Да, людям суждено однажды умереть, а потом предстать перед судом.
Но иногда при жизни приходиться вершить суд.
То, что я совершил в своей жизни и кем стал, имеет конкретную причинно-следственную связь.
Когда-то я был хорошим парнем. Вёл праведный образ жизни. Соблюдал все законы – человеческие и божьи. В итоге жизнь распорядилась весьма своеобразно.
Возможно, моя судьба изначально была предрешена.
Возможно, Господь испытывал меня. Если так, то испытание я провалил. Но не жалею о своих поступках.
Сейчас я тот, кого плохие парни боятся и при моём имени вздрагивают в ужасе.
Наказание виновных кровавыми и убийственными методами – это моя работа.
Да, мои руки хорошо испачканы в крови. Не отмыться.
Но я не только убиваю и избиваю. Не все проблемы можно решить убийством и кулаками. Я всегда предлагаю людям выбор – подумать и сделать, как должно. Убеждать умею.
Я решаю серьёзные вопросы, касающиеся бизнеса моего друга, товарища, партнёра и босса – Шведа. Бизнес не вполне легальный, но разрешённый сверху. Теневой бизнес, даже грязный. Отмывание грязных денег – разве это богоугодное дело? Но я думаю, Он давно забыл о своих детях…
Однако есть и то, с чем ни я, ни Швед, ни наши парни никогда не связываемся – женщины, дети, наркота, торговля людьми.
Я не жалею о выбранном пути. Иду по жизни, уничтожая тех, кто встаёт на нашем со Шведом пути.
Ни жалости, ни сожалений, ничего…
Я давно забыл, как это испытывать хоть какие-то чувства и эмоции. Пустота внутри – чёрная бездна. Она моя вечная спутница.
Я придавил свою душу могильной плитой, залил её кровью мною же убиенных. Запер на все замки путь к душе и заставил себя забыть о жизни.
Я не живу. Я существую. Хорошо делаю свою работу и с каждым днём умираю.
Никогда не обдумывал и не ощущал тяжесть каждого своего тёмного поступка. Никогда и ни перед кем не оправдывался в совершённых делах.
Но сегодня звёзды явно сошлись в каком-то божественном просветлении.
Прекрасное утро, которое я оценил после того как увидел её…
Она мягкой походкой, с лёгкой улыбкой на губах и невинным, беспечным взглядом вошла в кофейню. Свет за её спиной и вокруг лика засиял, словно бы к людям спустился лучезарный ангел.
У меня дух перехватило от этого зрелища.
Я увидел её так ясно, чётко и в ярких красках, что вдруг ощутил, как в груди забилось с бешеной скоростью сердце.
Моргнул, боясь, что это всего лишь видение. Но к счастью прекрасная незнакомка не исчезла, не растворилась, не показалась. Она реальна.
Миниатюрная, изящная, нежная, красивая.
Она осмотрелась и скользнула по мне ясным и умным взглядом тёмных глаз, словно глубокое море.
Я забыл обо всём на свете. Забыл, кто я. Забыл, зачем я здесь, сижу в этом кафе.
Смотрел, смотрел и смотрел на темноволосую девушку и не мог оторвать от неё взгляда.
А потом в моё сознание проник эгоизм и внутренний голос спросил: «Так и будешь сидеть истуканом? Или сделаешь хоть что-нибудь?»
И едва пронеслась эта мысль, как незнакомка вдруг обернулась, и наши взгляды встретились.
Какие же у неё глаза…
Даже за стёклами очков я вижу, что душа девушки чиста и прекрасна.
Я не должен был подходить к ней. Не должен был говорить с ней. Не должен был знакомиться. Но лишь один взгляд на неё и я ощущаю жизнь. Ощущаю, как у меня открывается новое дыхание, и губы сами собой растягиваются в улыбке.
Мне хочется, и смеяться, и плакать. Словно я тот путник, много лет, скитающийся по пустыне, что, наконец, набрёл на свой оазис.
В это утро, когда я впервые её увидел, её и моя жизни изменились навсегда.
И имя у неё ангельское – Ангелина.
И её глаза – всего лишь один взгляд и они стали центром моего мира.
Разве так бывает?
Она абсолютно чиста, а я приведу её в свой тёмный мир… Но раз увидев Ангела уже невозможно отказаться от света и чистоты.
Эта девушка должна стать моей. И станет.
В тот миг я и думать не думал, что у неё есть своя спланированная жизнь. Не думал, что у неё может быть парень или жених. Ни о чём не думал, кроме её бездонных синих глаз, алых губ и нежного румянца на красивом лице.
Она боится, не понимает, зачем я пристал к ней, иду за ней, как маньяк.
А мне нравится смотреть на неё, нравится её голос. Чёрт возьми, мне уже нравится её характер!
Кажется, это любовь.
Любовь всей моей жизни.
От этой мысли сердце вновь заходится в бешеном ритме, накрывает правильность этого чувства, и я признаюсь девушке:
– Ты – Ангел. А ещё любовь всей моей жизни.
Она облизывает полные губы и смотрит на меня в неверии.
И этот её невинный жест заставляет мой член «ожить» и стать твёрдым. Моментально схожу с ума, потому что никогда в жизни у меня не было такой реакции на женщину.
Чувствую, что хочу её не просто на время. Хочу её навсегда.
Последний раз вдыхаю её сладость, а затем позволяю уйти. Ангелина спешит скорее оказаться как можно дальше от меня. И я создаю видимость, что ей это удалось.
Быстро бегу к своей тачке, запрыгиваю в машину и еду за ней.
Прослеживаю весь путь Ангела.
Довольно усмехаюсь, когда она взбегает по лестнице в университет.
Студентка, значит. Или преподаёт?
Выключаю двигатель и начинаю ждать. Пока жду, беру телефон и звоню.
– Гена, сразу к делу. Мне нужно познакомиться с ректором одного университета. Устрой, друг.
Называю универ.
– Данте, все в курсе, что ты еб@нутый, но чтобы настолько! На кой хер ты собрался поступать учиться? – ржёт друг.
– В знаниях сила, – улыбаюсь в трубку, и Гена вдруг слышит мою «улыбку».
– Погоди… – бормочет он, – это что-то новенькое. Ты улыбаешься?
– Гена, просто устрой, ладно? – усмехаюсь я.
– Твою ж мать… Неужели Ад замёрз? – смеётся Гена. – Данте, за твою улыбку я готов устроить дружбу хоть со всеми ректорами города!
– Нужен только один. И как можно скорее, – повторяю просьбу и отключаюсь.
На губах продолжает играть улыбка. А внутри вдруг становится хорошо, тепло и мне кажется, что я «оживаю».
– Ангелина. Ангел. Мой Ангел.
Глава 5
ДАНТЕ
Когда приезжаю в офис, парни уже ожидают меня. Киваю им. Парни усмехаются и кивают в ответ.
Швед уже у себя, ждёт всю нашу команду.
Когда первым захожу в кабинет, Крош встаёт и следует за мной. Он ещё один мой лучший друг после Шведа. Как и Гена. Эти трое стали для меня братьями, семьёй. Они помогли мне начать жизнь с нуля, помогли справиться с безудержным гневом и ненавистью ко всему человеческому роду.
За ним следуют Гена и другие наши самые лучшие парни – молодые, горячие.
Когда они к нам пришли, то жаждали экстрима, погонь, крутизны. Пришлось с ними поработать, чтобы выбить дурь из головы. В нашем деле важны осторожность, незаметность и благонадёжность.
Все мы садимся за прямоугольный стол для переговоров. Рабочий стол Шведа стоит в другом конце кабинета, где из окна виден весьма скучный и унылый пейзаж.
Швед бы переехал в другое место с видом на город, но тогда все наши дела будут на виду.
– Данте, ты расскажешь нам, что за блажь с универом пришла в твою голову? – спрашивает Швед с улыбкой, медленно и со вкусом потягивая чёрный кофе.
