Моя дорогая,
Здесь нет моряков.
И пассажиры на палубах
От безделья маются.
А мне отчаянно в этом
Безбрежном роуминге
Тебя не хватает —
Каюсь
2006
«почему я не там где ты розовеют стекла…»
почему я не там где ты розовеют стекла уже утро
и скоро будильник команда голос закрываю глаза
твои пальцы я помню все как вчера и не отпустить
бесполезная опция
забывать у меня никогда это не выходило
представляешь чего там только не накопилось
уже солнце идет и держится за перила доброе утро
любимая что тебе снилось
я увы не спала и к тому же болело горло да к черту его
мне наверное девяносто но я как представлю манжеты
запястья ворот такое кино можно снять осторожным
кроссом
эти ветки бегут по стене у меня морская болезнь
или как объяснить тот факт что во мне таблетка
я какое то странное существо ну а ты такая что меня
уже не спасти ни за что но лето
скоро будет осталось недолго право всего-то пара
недель и я увижу как ты забираешься в море коленки
сплавы самых прекрасных линий все ближе ближе
2009
«эта осень не поддается органам чувств…»
эта осень не поддается органам чувств:
просыпаюсь как по будильнику – тебя хочу.
не хочу волочиться следом, но волочусь;
по-другому и не бывает. такое бешеное
время – полно обещаний на послезавтра,
я уже персонаж, и жаль, но совсем не автор.
эта осень листья слизывает на завтрак,
как собака, когда положишь ей в миску свежее.
утро влажное, что-то капает, тянет лоб
прижимать к основанию твой позвоночный столб.
все запотело внутри: как калейдоскоп
белья в барабане машины, что лень развешивать.
2010
«все однажды кончается: море – сушей…»
все однажды кончается: море – сушей,
жара – дождем, улицы – тупиками.
не смотри на меня – у меня нет лица, и слушай,
слушай ту тишину, что выросла между нами,
что съедает мой рот, и звуки, и голоса,
и уже ничего не слышно – и мгла слепая,
впрочем, жаль, что уже не видима полоса —
та совершенно сплошная, и та – двойная.
это все как рубеж, как новенький поворот,
как предел, как царапины от колец.
ты прости, что так долго тянула. скорее вот:
что так долго оттягивала конец.
и не то чтобы я дурак, или ты – дурак,
и не то чтобы я виновата, и ты – местами.
просто это та широта, долгота и мрак,
что на нашей карте не значится между нами.
значит, это предел. значит, я потерпела крах,
значит, я не смогла, не выдержала пути.
значит, я слабак. значит, здесь. и пусть будет так:
отпускаю тебя и руку твою: иди.
2010
На фиг
П.К.
Имя твое впечаталось в губы
Фатально.
Шепчу его даже во сне —
В два удара по нёбу.
Сжимаю и пальцы, и зубы,
Чтобы не плакать.
Когда ты – навстречу,
Сердце ломает рёбра.
Но чувствую прочно:
Я не имею права
Врываться в твое сознание.
В кожу. В график.
Как только признаюсь —
Ты подаришь мне барабан,
Чтобы я колонну возглавила
Идущих на фиг.
2005
«забывается все: ключи, кошелек и зонт…»
забывается все: ключи, кошелек и зонт,
все проходит мимо, стирается суть прицела,
пропадает из виду, уходит за горизонт —
привет пограничному офицеру
цель въезда? бесцельно – это последний шанс
прошу убежища или хотя бы пристань.
языка не знаю, мне хватит и пары фраз:
какие у вас в меню есть коктейли с виски?
голова мне жмет, я расту, и она – мала,
посмотри на меня напоследок: могла б гордиться,
чем я так тебе не пригодна, не хороша,
почему ты мне не хочешь принадлежать
и со мной водиться?
человек так слаб, а соблазн как всегда велик.
человек вообще мудак и не моногамен.
есть такая дурная привычка ее любить —
путаться под ногами
2011
Синие шорты
Ужасно холодно в синих шортах.
Рубашка в три четверти —
уже не греет. Хожу углами
и поворотами. Так предсказуемо:
ты не приедешь.
Ужасно мутно в глазах от соли.
Платки бумажные на оригами
давно растрачены. Окно консоли
раскрыто настежь. Торчит в пижаме
мой беспорядок. Мой модный дайджест.
И понедельник уже на связи, уже в фаворе.
Уже по-майски звенят трамваи
ревнивым лязгом.
Ужасно холодно. Пальцы ноют
от долгих лет неприкосновений.
Ты не приедешь. Пошел ты нахуй.
до дрожи вязкое ощущение —
быть далеко. И не знать до мили
твое пространство. Дрожать от боли.
Бинтом словарным почти стерильным
себя укутывать.
Все под контролем.
Ты не приедешь. Уже вечереет.
А я жила этим – вот оплошность.
Рубашка в три четверти —
уже не греет.
И очень холодно в синих шортах.
2003
Пески
Мой Бог, эти птицы – ужасные дикари:
садятся на ветки антенн
и пялятся в мои двенадцать метров.
А я – засвеченная насквозь – смотри:
пою верлибр.
Серебро браслетов вокруг запястий —
