– Ну… – засомневался он. Да что ж такое, уламываю его, как барышню!
– А будешь упрямиться – твоё лицо снова станет перекошенным и страшным. Так что поторопись! Времени нет! Изменения могут начаться в любой момент! Ой, кажется, волна по щеке пробежала!
Это помогло. Он встал на четвереньки, а потом с трудом приподнялся. Я схватила его за руку и потащила к выходу. Из-под лестницы он выходил с опаской, но потом, увидев, что чудовищ нет, успокоился и ускорил шаг.
Как же опешили крысаны, когда я вывела к ним парня!
– Что случилось?! – подскочил ко мне папаша Кыц.
– Бедняга застрял в поле искажения!
Мы все вместе вышли на улицу. Я почти не удивилась, увидев рядом с той самой группой парней Пырща со знакомым прибором, похожим на карманные часы. Как видно, он и в самом деле ждал, пока исчезнет поле искажения. Вот неугомонный тип!
Однако же, увидев меня и спасённого аристократа, он забыл о своём приборе и ринулся к нам. Парни же дружно спали с лица и с ужасом заорали:
– Эрлас, ты… ты был там?! Ты жив?!
Такая суета поднялась!
– Лорд Вилкис, я спасу вас! Сейчас вызову лучших целителей! Ни о чём не волнуйтесь, вы теперь в надёжных руках. – Пырщ подхватил пошатнувшегося парня и повёл его в сторону своей машины. – Я обо всём позабочусь!
Остальные, кудахча, как курицы, двинулись за ними.
Глава 14
Я только выругалась. Гадкий Пырщ, похоже, решил присвоить себе мою заслугу. Наверняка он выставит всё так, что парень спасся только благодаря ему!
Папаша Кыц понимающе похлопал меня по плечу.
– Не обращай внимания. Главное, что парнишка жив и даже не преобразился. Всё могло быть намного хуже!
«Всё и было хуже», – про себя ответила я. А вслух сказала:
– Не удивлюсь, что все заслуги Пырща принадлежат на самом деле кому-нибудь другому. Он сам хоть что-то может, кроме того, чтобы таскаться за мной и контролировать каждый шаг, а? Как будто и работы у него другой нет!
– Ты что, его ж многие героем считают! – с явным удовольствием растолковал мне Фыр. – Он, например, наш магический мир от самого опасного бандита, говорят, избавил! А Рурграс знаешь какой страшный был?! Его даже остальные бандиты боялись! И правительство с ним связываться не хотело! Только Пырщ осмелился кинуть ему вызов!
– Так и есть! – согласно закивала мамаша Кыц и украдкой кинула в сторону ушедшего Пырща восхищённый взгляд. Папаша поморщился. – Я тоже слышала, что он сразился с Рурграсом один на один и победил его в честной битве! Так что не такой тебе плохой куратор достался. Характер у него, конечно, не сахар, но это из-за того, что он холостой. Вот когда найдётся женщина, которая растопит его ледяное сердце, он станет совсем другим…
Её глаза подёрнулись романтической дымкой, а я аж закашлялась. Кто-то явно перечитал легкомысленных женских романчиков…
– Женщина? Нет уж, если кто-то и сможет с ним сладить, то только здоровенная драчливая бабища со сковородкой в одной руке и скалкой в другой. Собственно, такую я ему и желаю. А насчёт вашего бандита я другое слышала. На ярмарке вакансий сам Пырщ сказал при мне другому мужику, что к исчезновению Рурграса его служба никакого отношения не имеет. Бандита, скорее всего, убрали свои же.
– Правда? – Мамаша разочарованно вздохнула. Папаша широко ухмыльнулся, подмигнул мне и заметил:
– Главное, что бандита нет. А уж кто его убрал – не имеет значения. Весь магический мир благодарен этому герою. Марго, там работа закончена?
– Нет, надо ещё кое-что доделать…
– Тогда предлагаю этим заняться. Поболтать всегда успеем.
С этим никто спорить не стал. Я вернулась в холл, вызвала Шур-шура, и мы, уже не особенно торопясь, занялись восстановлением вещей и истреблением оставшихся сгустков искажённой магии, плавающих в воздухе.
Когда мы покидали территорию особняка, машины Пырща видно не было. Зато у ворот стояли растерянные аристократы, обсуждающие беднягу Эрласа. Суть обсуждений сводилась к тому, что ему здорово повезло сохранить своё лицо.
Я подошла к молодому хозяину особняка и отчиталась:
– Работа выполнена.
Он от меня отмахнулся, как от назойливой мухи. Я вдруг заподозрила, что за работу нам могут и не заплатить. По крайней мере, этот юнец не выглядит надёжным заказчиком. А претензии ему предъявить мы вряд ли сможем. Какие у нас шансы против аристократов? Разве что мы откажемся приезжать сюда на следующие вызовы.
Поэтому я скучающим голосом добавила:
– И больше не проводите магические дуэли. Иначе в следующий раз всё может кончиться плачевно.
Вот тут они как-то очень побледнели и переглянулись.
– Откуда ты знаешь про дуэль? – осторожно уточнил хозяин дома.
– Это было очевидно. – Судя по его лицу, это действительно могло грозить не только штрафом. Ага, испугался! Значит, продолжаем игру. – И, разумеется, я должна буду обо всём этом подробно доложить. Вы же видели, кто мой куратор. Он всегда требует строгой отчётности.
– Не надо!
– Понимаю. Но и вы меня поймите – работа была нестандартная, очень тяжёлая, поле искажения накрыло весь холл. Вещи взбесились. Потом спросите у своего спасённого товарища, что именно там происходило. Порождения магии даже едва не вырвались наружу из особняка! Вы же сами видели. Всё это никак нельзя оставить без внимания…
– Я заплачу втройне! И чаевые ещё будут за беспокойство! Очень щедрые! – засуетился парнишка.
– Даже не знаю, насколько щедрыми они могут быть, чтобы я забыла доложить… – призадумалась я.
Ну он и сказал сумму. Папаша Кыц застыл, а мамаша едва не хлопнулась в обморок.
– Ладно, так уж и быть, – решилась я. – Есть вероятность, что если деньги поступят сейчас, то мы дружно забудем заехать к моему куратору и обо всём рассказать.
Стоит ли говорить, что оплата за заказ поступила ещё до того, как мы загрузились в фургон?
– Ну, Марго! Ну! – Крысан от избытка чувств растерял все слова.
Мамаша просто крепко меня обняла. А их дети смотрели на меня, как на супергероя, особенно Пискун.
До вечера мы успели выполнить ещё один заказ. В этот раз никаких сюрпризов – было даже забавно. Оказалось, что у аристократов начал сбоить магический холодильник и внутри образовалось поле искажения. А когда ничего не подозревающая повариха открыла дверцу, её атаковали порядком раздражённые продукты.
Когда мы приехали, слава о наших подвигах уже дошла до хозяев, поэтому встретили нас крайне радушно. Более того, нам намекнули, что если сможем починить холодильник, то нам заплатят отдельный гонорар, как бригаде профессиональных мастеров. Видимо, им уже рассказали о том, как я восстановила шкаф. Отказываться мы не стали и чуть позже выяснили, что, оказывается, мастерам, которые чинят магические предметы, платят весьма прилично. Гораздо больше, чем чистильщикам.
В общем, с этим заказом мы разобрались очень быстро, да ещё и Пырщ в этот раз не появился, чтобы проконтролировать.
Потом крысан отвёз меня в общагу, не переставая многословно превозносить мои выдающиеся навыки.
В общагу я входила в замечательном настроении. Открытия о моих новых возможностях здорово меня приободрили, заставив смотреть в будущее с оптимизмом. Сейчас я уже не сомневалась, что смогу адаптироваться в магическом мире и с честью пройти испытательный срок. Даже мой злейший враг сейчас представлялся мне маленьким и безобидным.
Однако, как выяснилось, недооценивать его не стоило.
Пырщ ждал меня в общем зале.
Он сидел в одиночестве за одним из столов и смотрел на меня неподвижным, как у змеи, взглядом.
Наверное, он ждал, что я застыну в дверях или буду корчиться напротив, ожидая, пока он соизволит что-то сказать. Однако я так не сделала.
Легко пожелав ему доброго вечера, я направилась к противоположной двери, ведущей к комнатам. А чего мяться? Никто же не сказал, что он пришёл сюда ко мне. Может, просто решил посидеть тут, отдохнуть после рабочего дня.
– Сядь! – зло сказал Пырщ, осознав, что тревожно торчать напротив, ёжась под его взглядом, я не собираюсь, да и вообще вот-вот уйду.
Я села на ближайший от меня стул, выполнив его указание, как тупой, но послушный солдатик. Стул, к слову, находился довольно далеко от него.
– Напротив сядь! – процедил сквозь зубы Пырщ.
В этот раз я решила его не доводить и пересела туда, куда просили. Он разговор затевать не торопился, продолжая на меня таращиться.
Что ж, я в гляделки играть не любила, поэтому отвернулась к окну и принялась увлечённо любоваться видом, размышляя о прошедшем дне. Потом поняла, что устала, положила голову на руки и зевнула. Подремать, что ли?
После второго зевка, гораздо более затяжного, Пырщ не выдержал и наконец перешёл к делу.
– Ты ведь уже ощутила тяжесть своего дара, девочка? – спросил он с интонациями бывалого сыщика. Даже голос сделал более низким, чем обычно. Это выглядело наигранно и нелепо. Впрочем, сейчас здесь будет два не очень хороших актёра.
– А должна быть тяжесть? – озабоченно уточнила я, сделав вид, что прислушиваюсь к себе. – Нет, ничего подобного я пока не ощущала.
– Врёшь! – стукнул рукой по столу он. Я невольно вздрогнула от неожиданности. – Дар разъедает тебя изнутри, не даёт спокойно спать, не даёт расслабиться! Как долго ты собираешься притворяться, что этого не происходит? Хватит играть! Да, ты оказалась крепче, чем я думал, но даже самый крепкий человек не в состоянии долго справляться с такой ношей. Я снова предлагаю тебе отдать дар мне. Сейчас лучшее время для того, чтобы это сделать. Раз уж ты выдержала так долго, значит, после передачи дара у тебя совершенно точно останутся в подарок зачатки магических способностей. Может, даже проявившийся сегодня дар артефактора останется. Не исключено, что ты продолжишь быть частью магического мира, только уже не будешь носить внутри этот ужасный груз.
– Да о каком грузе вы говорите? – Неужто он так глуп, что хоть немного надеется на моё согласие? – Разве я похожа на изможденного человека? Наверное, если бы что-то разъедало меня изнутри, я бы выглядела из рук вон плохо, так? Как минимум была бы усталой и бледной, с синяками под глазами, ведь так? Может, даже с кровати бы не вставала. А я отлично себя чувствую, на ваших глазах сегодня вполне бодро работала целый день.
С неумолимой логикой спорить было довольно сложно. Пырщ не стал даже и пытаться.
– Лучше отдай дар по-хорошему, – с угрозой сказал он, скидывая маску. Его лицо исказилось, став откровенно страшным. От острой, мощной и неприкрытой ненависти в его глазах я струхнула не на шутку. – Неужели ты надеешься, что я позволю тебе так просто остаться в магическом мире?
Это прозвучало так, что я вдруг со всей ясностью поняла – нет, не позволит. Ни за что не позволит.
Ощутив мою уязвимость, он резко подался вперёд и больно вцепился в моё запястье. В то самое, на котором был браслет. От неожиданности я вскрикнула и вдруг увидела, как воздух над моей кожей задрожал, покрывшись мелкой рябью, будто поверхность озера под воздействием лёгкого ветерка. Потом эта узкая полоска ряби перескочила на руку Пырща и нырнула под рукав его модного пиджака. Всё длилось долю секунды. Мой противник этого явно не заметил, поскольку продолжал смотреть мне в лицо, надеясь увидеть, как я морщусь от боли. Я и в самом деле сморщилась, чтобы его не разочаровывать. А сама с некоторым опасением принялась за ним наблюдать. Как именно проявит себя этот микроскопический выплеск магии искажений? Заметит ли это Пырщ?
– Поверь мне, у меня много способов сделать твою жизнь невыносимой! – выплюнул мне в лицо Пырщ. В этот момент я вдруг увидела, как его брови окрасились в нежно-розовый цвет. Ой-ой! С другой стороны – а зачем сильно переживать? Ну как он свяжет меня с этим? Скорее, он решит, что его кто-то проклял. Ведь мой дар, как он знает, – чёрный и тяжёлый. Так что если бы он выплеснулся, то Пырщ ждал бы чего-то вроде происшествия в квартире ведьмы. Ну, может, в чуть меньших масштабах. А так… вряд ли у него при всём желании получится связать меня с произошедшим.
Ой! Мне кажется, или его ресницы начали голубеть? Нет, не кажется… Они ещё и подросли, загнувшись вверх, как у Мальвины…
Должно быть, вид у меня был очень ошарашенный.
– Страшно?! – прошипел Пырщ, сжимая моё запястье ещё сильнее. Я охнула, но не из-за боли, а из-за того, что из ушей моего ухоженного, даже, можно сказать, прилизанного, врага внезапно выросло два лохматых клока кудрявых ярко-рыжих волос.
К счастью, на этом изменения закончились.
Удовлетворившись диковатым выражением моего лица, Пырщ, наконец, отпустил меня и откинулся назад.
– Правильно, девочка, бойся! – Он говорил хриплым голосом настоящего головореза, тяжело роняя слова. Вот только с его изменённой внешностью эффект был не совсем такой, на который он рассчитывал. Чем суровее он хмурил розовые брови, тем больше мне приходилось напрягаться. Я с ужасом чувствовала, как истерический смех буквально распирает меня изнутри! Но заржать сейчас было худшей из идей.
Пырщ тем временем продолжал:
– Ты думаешь, что неплохо устроилась в нашем мире и даже нашла друзей? А что будет, если я займусь твоими друзьями вплотную, а? К примеру, тебе не приходило в голову, что твой заботливый сосед Фарукан – отнюдь не милый безобидный парень? Думаешь, он попал под надзор моей службы только из-за проклятия? О, нет, у него много грешков… в своё время он часто нарушал закон! За что, ты думаешь, его прокляла твоя ведьма? Он вместе с командой дружков ограбил её дом! И это был лишь один из множества ограбленных им домов! Конечно, сейчас он вроде как исправился, но это только пока. Что будет, если я лишу его средств к существованию, а? На работу с его репутацией не устроиться. А выживать как-то надо! Как скоро он снова вернётся к своим незаконным делишкам и даст мне шанс себя схватить?
Вот тут мне стало не до веселья.
– Подумай об этом. Всем, кто тебе помогает, придётся несладко. Если, конечно, ты прямо сейчас не согласишься отдать мне дар.
– Мой ответ остаётся прежним, – ровно отозвалась я.
– Что ж… тогда ты не оставляешь мне выбора.
Он встал и вышел из зала, оставив меня наедине с очень нехорошими предчувствиями.
Глава 15
То, что Пырщ не бросает слова на ветер, я узнала буквально через полчаса. К тому времени я успела поужинать приготовленным Фаруканом ароматным мясом в горшочках и вкратце рассказать ему об угрозах куратора. На моё предложение разъехаться по разным комнатам, пока не поздно, Жаб отреагировал отрицательно.
– Я тебя не оставлю! – был его непреклонный ответ.
И вот сразу после ужина наш враг сделал свой ход.
В комнату ворвалась команда магов в серых костюмах. В этот раз как-то сразу бросалось в глаза, что конкретно эти представители их службы обычно работали не столько головой, сколько руками: все они как на подбор были здоровенными и очень неулыбчивыми.
Они, игнорируя вопросы, принялись молча выносить из нашей комнаты все купленные Фаруканом вещи. Вслед за магами появился Пырщ, который помахивал какой-то официальной бумажкой.
Я не сразу его узнала, так как на нём были огромные непрозрачные солнечные очки и надвинутый на самые глаза капюшон толстовки. Ага, видимо, ему уже сообщили о кое-каких изменениях в его внешности! Но меня он в этом не обвиняет, значит, видимо, всё-таки решил, что виноват кто-то другой.
Я заметила, что некоторые сопровождающие Пырща время от времени кидают на него взгляды и ухмыляются. Похоже, они знают, что там – под капюшоном и очками. Вряд ли это добавляло настроения моему злейшему врагу. Правда, злорадствовать пока как-то не хотелось.
– Что происходит? – мрачно обратился к Пырщу мой сосед. – Почему вы выносите мебель? Всё это куплено абсолютно законно, на выплаченное мне пособие!
– Так и есть, – ласково подтвердил Пырщ. – Только видишь ли, какое дело интересное. Когда ты был под действием проклятия, ты попадал под закон о помощи пострадавшим от магических проклятий, который отменил все предыдущие твои нарушения. И тебе действительно платили обязательное пособие. Однако сейчас, когда проклятие снято и ты вновь стал здоровым и дееспособным, все предыдущие наложенные на тебя штрафы вновь имеют силу. На их покрытие как раз ушла вся до копеечки сумма с твоих счетов и стоимость купленных тобой за последнее время предметов. Конечно, средств к существованию у тебя не осталось, зато теперь ты чист перед законом! По крайней мере, пока. Вряд ли это надолго. Конечно, вам могут помочь ваши товарищи по общаге, но есть одно но! Во-первых, они и сами перебиваются случайными заработками, а, во-вторых, я всем намекнул, что попытка помочь моей подопечной может стоить им очень дорого. Вряд ли они захотят оказаться на вашем месте. Так что – удачи! Надеюсь, вы хорошо сейчас поели, ведь в следующий раз еда может появиться очень нескоро.
Он омерзительно расхохотался и вышел прочь. Его ребята ещё некоторое время выносили вещи, а потом тоже ушли.
Мы остались вдвоём в абсолютно пустой комнате. Эти гады забрали даже занавески, постельное бельё, полотенца, шампуни и средства для ухода за лицом и телом. Ладно хоть, кровати оставили. Но это только потому, что кровати изначально принадлежали общаге.
