– Но что тогда?
Эйкар сжав губы, косится на виконтессу.
– Кто-то пустил в ход свою собственную магию, укрыв эти земли от всего окружающего мира и надёжно спрятавшись сам. Возможно он использовал и то, до чего смог дотянуться на поле сражения, но основой точно было его собственное заклинание.
Пару секунд идём в тишине, после чего Мэно буквально выдыхает одно слово.
– Граф?
Бывший призрак кривит губы, бросая взгляд по сторонам.
– Может быть. Чувствую – совсем скоро мы всё выясним. Хорошо бы потом ещё вернуться назад живыми.
Замечаю, что идущая впереди Круацина, чуть поворачивает свою голову в нашем направлении и понимаю, что призванная вполне могла слышать разговор. Как и Сэйс, сейчас летящий метрах в десяти над нами, изображая воздушного разведчика. Сложно сказать, насколько хороший слух у этой парочки.
Минут десять бредём в тишине, стараясь не отставать от Джойла и всё же он вырывается чуть вперёд, первым выйдя на островок сухой земли, в который упирается тропинка. Когда тоже добираемся до него, обнаруживаем, что на пути парня стоит Кьюс, которую тот сверлит взглядом. Дождавшись, пока на островок выберутся все остальные, девушка начинает тихо говорить.
– Вам не надо идти туда. Гостям нельзя в руины.
Здоровяк, пальцы которого висят около топорища, мрачно гудит в ответ.
– Это и мой дом, сестра. Я сам могу решить, куда им можно, а куда нет. И сейчас я хочу добраться до графа.
Та мило улыбается, смотря на его мрачное лицо.
– Зачем? Ты думаешь, он скажет тебе что-то хорошее? Успокоит?
Джойл машет головой.
– Нет. Я хочу получить ответы. И не уйду без них.
Хрупкая девушка снова растягивает губы в улыбке.
– Ты же знаешь – нельзя просто так явиться на руины замка и начать выдвигать требования. Это так не работает. Или хочешь забиться в шалаш, как наш дядя?
Морда Шхела высовывается из камышей, позади Кьюс и та повернув голову чуть вбок, обращается к пустоте.
– Да, я знаю. Но если он решит напасть – умрёт раньше, чем сделает хотя бы пару шагов.
Застывшая возле Канса Круацина, скептически хмыкает, а вот Джойл, обхватив пальцами рукоять топора, делает шаг вперёд.
– Уйди с дороги, Кьюс. Либо так, либо мне придётся действовать силой. Не хочу делать тебе больно, но мне придётся.
Склонившая голову набок девушка, внимательно разглядывает здоровяка.
– Раньше ты и не подумал бы о том, чтобы поднять на кого-то из нас руку.
Яростно выдохнувший воздух, парень, едва-ли не рычит.
– Да, сегодня все рассказывают мне, как я изменился. Знаешь, что самое интересное – я действительно стал другим. И только здесь понял, насколько отличаюсь от себя прежнего. Если придётся – я пущу в ход Добряка. И никакие призраки тебе не помогут.
Кьюс, снова покосившись в пространство, задумчиво произносит.
– Ты, как всегда прав Баррис – это не совсем моё дело. Но они все могут погибнуть, если я их пропущу.
На момент застывает, видимо слушая ответ, после чего снова озвучивает реплику.
– Может быть и так. Никто не знает наверняка.
Повернувшись к нам, ещё мгновение изучает взглядом, после чего отходит в сторону.
– Раз вам так нужно – проходите, я не стану мешать. Ты верно сказал братец, это и твой дом тоже. Прошу только об одном – если…там станет совсем опасно, просто бегите. Не пытайтесь сражаться.
На последней фразе она отступает на другой конец небольшого островка и Джойл сразу же устремляется дальше, вынуждая нас двигаться с такой же скоростью. По-хорошему, сейчас стоило бы расспросить его, да и Кьюс о том, что нас может ждать на руинах. Если изначально я предполагал, что граф – это призрак, которого видят местные уроженцы, а то и вовсе все люди, то теперь не знаю, что думать. Слова про опасность явно указывают на тот факт, что граф способен причинить вред. То есть, он либо может использовать магию, либо сражаться врукопашную. Это не вяжется с ситуацией Эйкара, когда тот был призраком – маг был неспособен ни на что, кроме разведки. Кем бы не был Баррис, сопровождавший сестру Джойла – он такой же. А вот личность, ждущая нас в руинах замка, это нечто совсем другое. И пока у меня нет никаких предположений по поводу того, кем этот «граф» может в итоге оказаться.
Все эти мысль мелькают в голове, пока мы мчимся по болоту, стараясь не отстать от Джойла, который почти бежит вперёд, так и не убирая пальцы с топора. Сэйс, летящий наверху, с трудом выдерживает заданный темп, едва поспевая за нами.
Минут через двадцать впереди действительно показываются развалины замка – куски обвалившихся стен, остов цитадели с пустыми проёмами окон, груды камней. Что интересно – несмотря на то, что вокруг замка откровенные топи, его руины находятся на сухой земле. Когда мы вступаем на неё, понимаю, что если бы не видел окружающего пространства, то решил бы, что мы находимся в поле или недалеко от леса. Но рядом, куда ни кинь взгляд, по-прежнему болото и камыш.
Добравшись до твёрдой земли, Джойл наконец сбавляет темп, притормаживая метрах в двадцати от первых камней. Застыв на одном месте, хмуро разглядывает остатки замка, как будто чего-то ожидая. Приблизившийся к нему Канс, с интересом изучающий развалины, уточняет.
– Он всегда здесь? Тот граф, которого мы ищем?
Местный уроженец чуть дёргает головой.
– Да. И нет. Сложно объяснить.
Сын хёрдиса задумывается над неожиданной формулировкой, а сам Джойл решительно шагает вперёд, направляясь к обвалившейся стене. Если я правильно понимаю, парень намеревается начать обшаривать руины, в поисках того самого таинственного графа.
Задумчивый Тонфой бросает на меня взгляд.
– Пойдём за ним или останемся здесь?
Вместо ответа, молча иду вперёд, держа руку на рукояти «Эрстона». Шхел движется немного впереди, по правому флангу, в воздухе висит Сэйс. Если рядом покажется что-то представляющее угрозу, мы узнаем это первыми. Бледная Арса, которая уже наверняка пожалела, что увязалась с нами, вовсе достала револьвер, держа его в подрагивающей правой руке. Бледная девушка вырывается вперёд всех остальных, идя почти сразу за Джойлом и первой замечает неладное. Взвизгнув, замирает на месте, вскинув руку с оружием и поменявшись в лице. Судя по всему, на прицел взят кто-то, стоящий позади небольшого уцелевшего куска стены, которая закрывает цель от нашего обзора.
Вытаскиваю револьвер из кобуры, быстро шагаю вперёд, а в воздухе звучит бодрый мужской голос.
– Зачем ты пришёл ко мне, Джойл? И для чего привёл всех этих людей?
Глава III
Вижу, как уже ушедший за стену Джойл останавливается, поворачиваясь на звук голоса. А когда приближаюсь к замершей на месте Арсе, снова слышу его.
– Девочка, опусти оружие – у тебя так руки трясутся, что можешь ненароком пальнуть в кого-то.
Правая рука Арсы, в который та держит револьвер, действительно ходит ходуном – не удивлюсь, если она правда случайно спустит курок. Наконец, оказываюсь вплотную к ней и говорящий попадает в моё поле зрения. Забыв о своих изначальных намерениях, молча стою, рассматривая его.
Если бросить быстрый взгляд и отвернуться, можно подумать, что перед тобой обычный человек – мужчина средних лет в одежде, напоминающей охотничий комплект и щетиной на волевом лице. Но стоит чуть приглядеться и ты понимаешь, что его правая часть корпуса, вместе с рукой состоит не из плоти, костей и крови, а какого-то густого чёрного дыма, что постоянно слегка меняет очертания. Опустив взгляд, понимаю, что точно такая же ситуация с его правой ногой. Да и с частью черепа. А вот левая часть тела, состоит из плоти. Только вот кожа кисти левой руки, которую мне удаётся рассмотреть выглядит восковой. Такое впечатление, что перед нами некий магический конструкт, созданные с использованием неизвестной мне механики.
Для всех, кроме Джойла, зрелище оказывается слегка шокирующим. Исключение составляет только Эйкар, который изучает фигуру графа, скорее с любопытством. Все остальные, включая зависшего в воздухе Сэйса, рассматривают новое действующее лицо с изрядной долей ошеломления. Взяв себя в руки, смещаюсь немного в сторону, чтобы держать в поле зрения более солидный кусок замкового двора и краем глаза фиксирую движение справа. Повернувшись, обнаруживаю Шхела, что с удивительной для «броненосца» грацией пытается подобраться к стоящему куску стены, оказавшись за спиной нашего собеседника. Призванный вопросительно смотрит на меня и получив в ответ отрицательное покачивание головой, застывает на месте, прекратив продвижение вперёд.
А вот Джойл, приблизившийся к графу на расстояние нескольких шагов, принимается говорить.
– Я пришёл, чтобы получить ответы. Почему Хельгинские болота скрыты ото всех? Кто это сделал? Почему мы с сёстрами ни разу не видели нашего отца? Кто он, вообще?
Правая рука графа на момент превращается в фонтан чёрной пыли, взметнувшейся вверх. Вместе с ней плывут и черты лица – одна из его половинок превращается в плоскую маску. Спустя секунду фигура возвращается в норму и снова слышатся слова.
– Не будь слишком любопытным, Джойл. Ты обязательно всё узнаешь, но в своё время.
Парень, насупившись, угрюмо смотрит на своего собеседника, а я прикидываю, как быть, если дело дойдёт до открытого конфликта. Сомневаюсь, что мы сможем одолеть неизвестного, даже с учётом Эйкара и троицы призванных. Но и Джойл, точно не отступит назад, бросив свою затею.
Пока ломаю голову, на первый план неожиданно выдвигается Эйкар, быстро преодолевший расстояние до уцелевшего куска стены и остановившийся около него. Граф моментально разворачивается к старому магу, а тот принимается задумчиво излагать.
– Первое, что может показаться – вы использовали что-то из области некромантии и химерологии, превратив своё собственное тело в конструкт. Но, достаточно посмотреть на структуру этой субстанции, чтобы отбросить данную идею. Тогда на ум сразу приходит второе предположение – вы относитесь к призванным. На первый взгляд вполне логичное, но оно опровергается рассказами Джойла, да и я не встречал призванных, которые добровольно выбрали бы себе подобный облик. Далее, мои размышления натолкнули меня на воспоминание об одной примечательной вещи из трактата «Самые ужасающие правители Норкрума» – там говорилось о неизвестной остальным области магии династии Схэсс, непохожей ни на…
Граф скользит по земле, один рывком оказавшись вплотную к магу и обрывает того на середине предложения.
– Старый человек в молодой оболочке. Занятно. Но тебе лучше замолчать – иначе мне придётся остановить твой жизненный цикл навсегда.
Вижу, как Джойл медленно тянет у себя из-за спины «Лоун» и на пару шагов приближаюсь к беседующей парочке, начиная говорить.
– Не знаю, кто вы такой. Но рискну предположить, что имеете прямое отношение к Джойлу, его сёстрам и матери.
Взгляд графа перемещается ко мне и я замечаю, как в правой глазнице, что формируется из чёрной пыли, мелькает ярко-алая вспышка. Но действовать он пока не спешит, так что я продолжаю.
– Думаю, вы не собираетесь провести вечность на этих болотах. И конечной целью всего этого, должен стать выход за их пределы. Именно по этой причине Джойл и отправился в Хёниц – чтобы обучиться и познакомиться с внешним миром. Наверняка, вы рассчитывали каким-то образом использовать его после завершения обучения. Только вот вы не учли того, что древние расы внезапно покажутся из подполья и спровоцируют войну, которой империя не видела уже давно. Происходящее сейчас, это не очередной аристократический конфликт – за кулисами ждут своего часа фигуры совсем другого масштаба. И мы уже привлекли к Хельгинским болотам внимание – рано или поздно здесь окажется поисковый отряд, в состав которого войдут маги. Даже если он исчезнет без следа, за ним явится ещё один. А когда всё закончится, на болота может вступить целый корпус, чтобы полностью их прочесать. Пусть вы и прикончите меня, подбросив им тело – армейские маги всё равно осознают, что здесь творится нечто странное. И вашему уединённому существованию настанет конец.
Около десяти секунд мужчина стоит на месте, практически не двигаясь и смотря на меня. За его спиной, Джойл сжимая в руках винтовку, нервно разглядлывает нас, а Эйкар, судя по лицу, погрузился в размышления. Наконец граф разжимает свои губы.
– Кирнес Эйгор, верно? Наследник династии выскочек, что когда-то целовали обувь моих предков и были рады подложить своих дочерей под любого из нас, хотя бы в качестве очередной придворной шлюхи. Одно «но», парень – я чувствую, что с тобой произошло что-то странное. Не так, как с этим призраком, но нечто похожее.
Внутренне матерясь, повторяю свою версию.
– Меня лечили после отравления, используя магию. Как результат – я потерял свою память. И видимо, разум покорёжило сильнее, чем я предполагал.
Мужчина слегка наклоняет подбородок, уперев в меня взгляд.
– Будем считать, что всё так. Что же до твоих слов… Схоры живы и нанесли удар по империи?
За спиной графа скрипят подошвы сапог Джойла и слышится голос здоровяка.
– Мы убили одного из них около Скэррса. Он сказал, что их много и они хотят вернуть себе власть.
Чуть повернувший голову граф, кривит губы в ухмылке. Выглядит довольно жутко, учитывая, что половина лица у него соткана из движущейся массы тёмных частиц, сначала принятых мной за туман. Как он вообще может разговаривать?
– Он мог и солгать, мой мальчик. Разумные существа далеко не всегда говорят правду.
Здоровяк задумчиво морщится и я подключаюсь к разговору.
– Палач взял под свой контроль Хёниц. И, как я предполагаю, хочет использовать его магов в качестве армии. Это достаточное основание? Сами понимаете, он не стал бы идти на такой шаг, чтобы помочь одной из сторон в очередной битве за власть. Покушение на семью Орвира, убийство Ланца – в обоих случаях магам канцелярии не удалось выяснить, кто нанёс удар. Эти смерти расшатали систему власти и спровоцировали сползание Норкрума в хаос. А тот схор был весьма убедителен – я уверен, что всё сказанное им, правда. К тому же он убил себя, чтобы не дать нам провести допрос.
Граф кривит губы и до меня только через секунду доходит, что он пытался улыбнуться.
– Яд в зубе, да? Их старая фишка – если взяли схора в плен, первым делом парализуйте ему челюсть и рвите зубы, только потом начиная допрос.
Немного помолчав, поднимает правую руку, указывая куда-то внутрь двора.
– Разговор предстоит не самый короткий – лучше расположиться с комфортом.
Как выясняется через пару минут, под «комфортом» он подразумевал остатки каменной кладки небольшого строения, на которых можно разместиться. Все рассаживаются на остатках стены, а Шхел занимает позицию в стороне – недавно прибывший призванный, пока с трудом ориентируется в происходящем и видимо не совсем понимает, как ему быть. Практически любое своё действие стремится подтвердить у меня.
Граф же, встав напротив нас, задаёт вопрос.
– Вы просите моей помощи в идущей войне, как я понимаю?
Формулировка ненадолго ставит меня в ступор. Остальных, судя по их молчанию, тоже. Когда становится понятно, что все присутствующие, включая Джойла, поворачиваются ко мне, решаю ответить.
– Мы просто сопровождали Джойла, который хотел выяснить историю своей семьи. Но, как я теперь вижу, тут всё далеко не так просто.
Смотрящий на меня мужчина, внезапно разражается хохотом.
– Не так просто! Да ты шутник, парень! И похоже совсем не понимаешь, что происходит.
Отсмеявшись, успокаивается и куда более спокойно, продолжает.
– Если смотреть с моей точки зрения, то единственный законный наследник престола – Джойл. Если быть более точным – Джойлерс Схэсс, сын Рэна Схэсса, последнего правителя империи из нашей династии.
Ошарашенно кошусь на здоровяка, который сам выглядит до крайности изумлённым. А «граф» говорит дальше.
– Мой сын имеет права на престол, ничуть не меньше, чем любой из Эйгоров и уж тем более ублюдков Сарров, что свергли нас, вырезав почти всех моих родственников.
Сидящий слева от меня Эйкар, задумчиво отмечает.
– Династия Схэссов… Это же было почти тысячу лет назад.
Наполовину состоящий из пыли, мужчина, согласно кивает.
– Так и есть. Около тысячи лет. Большую часть из которых я вполне неплохо прожил под видом графа Рэгсона. Когда в твоём распоряжении есть неограниченное время и магия, недоступная остальным, получить титул не так сложно, как кажется. Я наблюдал, как один за другим сменялись императоры и раздумывал, не стоит ли сделать рывок наверх, вернув себе трон. Даже стал готовиться к этому. Но потом началась война между тремя Эйгорами и мне пришлось выбирать – или раскрыть себя, став мишенью для всех троих, или провернуть трюк и затаиться здесь.
Сделав короткую паузу, продолжает.
– И я бы выбрал первое, не будь Сторн таким могущественным магом. Возможно, я бы смог одолеть его, но и у него был шанс на победу. А рисковать после столь длительного ожидания, я не хотел. Поэтому в конце концов, в дело пошёл вариант под номером два.
Держащий на коленях винтовку Джойл, хмуро уточняет.
– То есть ты бывший император, живший тысячу лет назад? А я и мои сёстры – твои дети?
Рэн Схэсс внезапно оскаливает зубы, раздражённо фыркнув.
– Как ты видишь, я всё ещё жив. И до сих пор остаюсь императором Норкрума. У которого больше прав на престол, чем у кого-то ещё.
Интересное заявление. Он же не собирается присоединиться к кровавой бойне, которой сейчас охвачен почти весь континент? Рядом слышится голос Эйкара.
– Так что именно вы сделали?
Мужчина помахивает восковой рукой, которая выглядит весьма иссушённой и похожей на мумифицированную.
– Не думай, что я намекну тебе на то, как именно работает моя магия.
Бывший призрак поднимает руку в примирительном жесте.
– О таком я и не думал. Просто интересно, как можно провернуть такое под носом у трёх сражающихся друг с другом армий, не вызвав при этом никаких подозрений.
На лице экс-императора появляется ухмылка.
– Это было не так сложно – эти парни были слишком поглощены уничтожением друг друга. А магической энергии выплеснулось столько, что она заглушила все их радары – они были слепы и глухи.
Замечаю, как на лице Эйкара появляется вопросительное выражение.
– Радары?
Рэн слегка морщится и чёрные частицы мельтешат в воздухе около черепа.
– Следящие артефакты. Они не могли давать чёткой картинки, когда вокруг творился настоящий хаос – десятки применяемых заклинаний высшего порядка, магические конструкты, массово применяемые комбинации рангом пониже – всё это, не позволяло им нормально работать.
Едва удерживаюсь, чтобы не выматериться вслух. Если сначала я подумал, что слово «радары» выдал мой собственный мозг, заменив им какой-то здешний аналог, то теперь ясно, что оно, напротив незнакомо местным. Тогда выходит, что стоящий перед нами человек – не из этого мира. Вполне может быть, что он тоже прибыл из моей вселенной. Хотя, как знать – если маги могут пробиться к двум мирам, кто сказал, что невозможно проделать дыру в стене, защищающую третий. Или четвёртый. Сам представитель древней династии, уточнив момент с артефактами, продолжает излагать дальше.
– Раньше всё это место было прикрыто моими защитными заклинаниями. На случай, если кто-то заинтересуется, чем таким занимается граф-отшельник, со скромным штатом прислуги, чей замок стоит в болотах. Битва на Коньей пустоши поставила под угрозу всю маскировку – защитные заклинания были нарушены из-за масштабов выплёскивающейся силы и после её окончания, меня бы точно обнаружили победители. Поэтому, пришлось пустить в ход то, что было заготовлено совсем для другого. В итоге Хельгинские болота оказались под надёжным магическим щитом, а маги здесь крайне ограничены в своих возможностях. Единственным минусом стала моя внешность, оставляющая желать лучшего.
Задумчиво слушающий его Джойл, чуть смутившись, уточняет.
– Но как ты… Дети? Не понимаю, как в таком виде можно…сделать детей.
Рассмеявшийся Рэн качает головой, глядя на сына.
– Ты смотри, поездка во внешний мир не прошла даром – уже говоришь о сексе, не краснея, как юная дева и не пытаясь рухнуть в обморок. Если серьёзно – каждые десять-пятнадцать лет я могу принимать нормальный облик, в котором остаюсь на пару дней. И ты сам понимаешь, чем мы занимаемся с твоей матерью.
Парень морщится, а вот Айрин, сидящая справа от меня, задаёт вопрос.
– Мать Джойла – кто она? Императрица?
На лице мужчины снова появляется ухмылка.
– Конечно, нет. Я так и не женился – Схэссам ни к чему связывать себя узами брака, когда вокруг полно женщин, готовых отдаться по первому зову. Дайра – лишь верная служанка, что скрашивала мои вечера, когда я уставал от постоянной новизны ощущений. Она немного владела магией, а после изменения парадигмы магического фона получила достаточно сил, чтобы контролировать ситуацию. Всё это время она провела со мной, служа и терпеливо ожидая. Надо признать – в конце концов я даже начал задумываться, что ей бы подошла корона правительницы Норкрума, прикрывающей мою спину.
Виконтесса, хмыкнув, снова интересуется.
– А он сам? Его сёстры? Почему их оружие светится, а сами они способны на такие вещи, которые никак кроме магии не объяснить.
Тысячелетний старик пристально смотрит на девушку.
– Неужели так сложно догадаться? Магический фон искажён и вывернут, обычные законы магической науки здесь не действуют. Это не говоря уже о том, что каждый из них является Схэссом, а среди нас крайне редко встречались люди, не умеющие управляться с магией. Каждый ребёнок получался уникальным. Это можно счесть поводом для гордости, но в моей ситуации, скорее стало расстройством – ни одну из дочерей нельзя было отправить за пределы болот, не вызвав подозрений. Джойл был первым моим сыном. И единственным, в ком было сложно заподозрить уникума. Поэтому он и стал нашей надеждой.
Смотрящий на своего отца Джойл, непонимающе хмыкает.
– Надеждой? Что я должен был сделать?
Тот разочарованно вздыхает.
– Когда-нибудь ты помог бы мне выбраться отсюда. И мы вместе прошлись до ворот Схердаса, чтобы вернуть своё.
Занятная постановка вопроса. То есть все его разглагольствования по поводу прав Джойла на престол, всё-таки были профанацией. На самом деле, этот старик хочет оказаться на вершине пирамиды сам. И снова править Норкрумом. Что автоматически делает его такой же угрозой, как и всех иных претендентов на трон. До самого Рэна это тоже доходит и он с усмешкой добавляет.
– Не волнуйтесь, сейчас я не могу выбраться за пределы Хельгина. А раз у меня нет возможности побороться за трон, то и отсутствуют причины желать гибели кого-то из кандидатов на место правителя империи. Более того – я пожалуй скажу, что согласен помочь вам. Думаю, процесс формирования вашей армии пойдёт куда быстрее, если вы узнаете, какие варианты заклинаний станут работать, а которых лучше избегать.
Со стороны Эйкара слышится утвердительное угуканье. Я же, пытаюсь понять, по какой причине Рэн мог принять такое решение. Как ни крути, для него оно не слишком логично. Ждать тысячу лет, последние сто пятьдесят проведя в крайне странном виде с отдушиной в виде редкого секса, случавшегося раз в десятилетие, а потом решить помочь незнакомому человеку в борьбе за трон? Это, как минимум, странно. И где все остальные его дети? Восемьсот пятьдесят лет – долгий срок, его потомки должны были расплодиться по всей империи. Да и сам он, не мог оставаться постоянно под одной и той же личиной – хотя бы раз в столетие надо было менять имя и внешний вид. Что затруднительно обосновать, если у «тебя старого» отсутствовали наследники, как таковые.
Неподалёку звучит голос Канса, видимо пришедшего к схожим выводам.
– Зачем вам оказывать нам поддержку? Сами же сказали, что хотите вернуть себе власть.
Рэн Схэсс замирает на месте, насмешливо смотря на Тонфоя.
– Безусловно, хочу. И собираюсь это сделать. Но вас надо убрать за пределы болот, чтобы никто из преследователей сюда не сунулся. По крайней мере, крупным отрядом. Чем скорее это произойдёт, тем лучше. И как бы это помягче сказать… На вашу победу в этой войне я бы не поставил даже пуговицы от старого камзола.
Укладываю всё услышанное в голове, когда снова звучит его голос.
– А сейчас, давайте я сразу покажу вам, какие варианты магии призыва будут здесь работать, как надо.
Глава IV
Пока Рэн и Эйкар общаются, определяясь, какие варианты магии призыва работают, а что лучше не использовать, я пытаюсь понять, как лучше поступить. С одной стороны, передо мной человек, который с высокой долей вероятности прибыл из другого мира, точно так же, как и я. С другой – он пробыл здесь, как минимум, тысячу лет. И сознание у него явно изменилось, причём весьма сильно и не в лучшую сторону. Сомневаюсь, что открытый разговор станет хорошей идеей. К тому же, единственное, о чём я могу побеседовать только с ним, либо Кольдом – способ возвращения домой. Хотя, а нужно ли мне вообще туда возвращаться, даже если будет такая возможность? Кто там меня ждёт? Пара старых товарищей, которые уже наверняка и думать про меня забыли. А здесь – Айрин, Канс, Джойл. Эйкар, в конце концов. Плюс молодое тело и перспектива довольно долгой жизни. Если получится уцелеть во всём этом хаосе.
Подошедшая ко мне Айрин, бросив косой взгляд в сторону Схэсса, тихо интересуется.
– Как думаешь, у него есть ещё дети, кроме тех, что живут здесь? За столько времени, он мог наклепать себе потомков на пару батальонов.
Стоящая в нескольких метрах от нас Круацина, до этого изучавшая развалины, поворачивает голову в нашу сторону, а я формулирую ответ для виконтессы.
– Должны быть. Одно только странно – если его талант передаётся по наследству, почему нет ни одного мага, что был бы на него похож?
Девушка, прикусив губу впадает в раздумье, а к нам приближается Эйкар, который неожиданно быстро закончил консультацию с экс-императором. Спустя минуту мы уже покидаем развалины замка, провожаемые взглядом Рэна, что стоит на самом краю сухой земли, смотря, как мы уходим по тропинке.
Когда минуем несколько поворотов дорожки в болотной топи, рядом снижается Сэйс – боязливо оглядываясь назад, заговорщически шепчет.
– Вы почувствовали? Он как будто не человек – я такого не видел ни разу.
Идущая следом за мной Айрин, фыркает.
– Мы видели то же самое, что и ты – на обычного человека, он действительно мало похож. Но это последствия мощной магии.
Крылатый карлик раздражённо машет головой, что со стороны смотрится довольно забавно.
– Да нет же! От него энергией так и прёт! Странной и жутковатой. Как будто он…
Движущийся впереди нашей небольшой колонны Эйкар, отстаёт от Джойла и шикает на призванного, приложив палец к губам. Тот сначала непонимающе смотрит на мага, потом с ужасом оглядывается вокруг и взмывает вверх. Удивлённо смотрю на бывшего призрака, намереваясь задать вопрос, но тот всеми силами старается показать мне, чтобы я молчал, так что воздерживаюсь. Джойл, который идёт первым, заметив заминку, останавливается, недоумённо нас разглядывая и мы ускоряемся, догоняя здоровяка.
До самого дома идём в тишине – не уверен, чего именно опасается Эйкар и что хотел сказать Сэйс, но старый маг достаточно умён, чтобы распознать опасность. И разбирается в происходящем куда лучше любого из нас.
Когда уже выходим к относительно сухой земле, Джойл дожидается остальных и нарушает молчание.
– Орн, ты это, знай – не хочу я на престол. Да и времени прошло уже столько – никто и не помнит про таких императоров, как Схэссы.
Чуть помолчав, добавляет.
– Не ожидал я, что всё так повернётся. Вот честно, Орн, даже не думал о таком.
Махнув рукой, с расстроенным видом идёт дальше, направляясь к дому. Похоже, он всерьёз решил, что я стану нервничать из-за его нового статуса. В итоге, на то, чтобы успокоить нервы парня уходит не меньше десяти минут. А потом Эйкар предлагает немедленно приступить к призыву. Судя по его поведению, бывший призрак желает, как можно быстрее закончить процесс формирования отряда и убраться за пределы болот.
В доме пока никого нет, так что мы наспех перекусываем хлебом с копчёной лягушатиной, после чего приступаем к делу. Шхел притаскивает нам сразу троих рицеров, а Джойл с Круациной обеспечивают полусотней громадных лягушек. В процессе, Эйкар обучает нас стационарным заклинаниям призыва – каждый, по очереди проводит ритуал, после чего заключает контракт с призванным. Для надёжности, в каждом из них проговариваем, что помимо основного «хозяина», новые бойцы станут выполнять приказы и остальной четвёрки. А перед тем, как начать, Эйкар использует жизненную силу одного из рицеров, чтобы наполнить браслет, переданный ему Тесконом.
Когда опускаются сумерки и темнота вокруг начинает сгущаться, рядом с нами толпится сорок два призванных разнокалиберного вида. Используемые заклинания позволяют обозначить формат тела, которое получит приходящая сущность, но полностью проконтролировать этот момент невозможно – среди новых бойцов виднеются крылья, звериные уши и даже имеется несколько хвостов. Ещё одна проблема – одежды, которую может предложить Джойл, на всех не хватает, в доме довольно скудный гардероб. Ввиду этого, гениталии призванных прикрыты только полосами ткани, нарезанными из простыней. В целях экономии, на каждого из свежих бойцов приходится всего по одному лоскуту, что изрядно раздражает Айрин, постоянно косящуюся в сторону практически обнажённых призванных женского пола.
Джойл, сумрачно и методично изучающий заклинания Эйкара, к моему удивлению, абсолютно не смущён – гибель Сонэры и всё произошедшее за последнее время, его сильно изменили. Когда заканчивается очередной ритуал, проводимый совместно Айрин, Джойлом и Эйкаром, в стороне слышится голос Джерны.
– Вы решили устроить тут гнездо разврата? Что за игры?
Повернув голову, вижу широкоплечую девушку, по бокам от которой стоят медведи.
– Это основа того самого отряда, о котором мы говорили.
Та пренебрежительно усмехается.
– Действительно? И на что эта голозадая банда способна?
От толпы отделяется пара призванных – абсолютно идентичные девушки, появившиеся вместе и выбравшие полностью одинаковый облик. Останавливаются в нескольких метрах от меня и одна из них задаёт вопрос.
– Можно преподать ей урок, хозяин? Это не составит особенного труда.
Слышу, как за моей спиной фыркает Джерна и отрицательно качаю головой.
– Нет. Вернитесь в строй.
Эта парочка подписала контракт со мной, так что шансов ослушаться приказа у них нет. Та, что говорила со мной, вздёргивает подбородок, окидывая Джерну презрительным взглядом и обе разворачиваются, возвращаясь к остальным. Невольно задерживаю взгляд на ягодицах, которые сложно назвать прикрытыми и сразу же слышу голос виконтессы.
– Что? Будят в тебе фантазии? Узнаю, что ты решил с ними позабавиться – численность будущей армии немного сократится.
Переведя взгляд, вижу лицо Айрин, которая прищурившись, разглядывает меня. А близняшки с тёмно-красными волосами, судя по их взглядам, слегка удивлены яростной тирадой. Канс, отвлёкшись от беседы с Сэйсом, который кружится рядом, добавляет масла в огонь.
– Она пытается показать, что Орнос принадлежит только ей и в случае чего, она вас прикончит. Но я бы, на вашем месте, сильно не опасался – в конце концов, откуда она сможет…
Парень прерывается, получив затрещину от виконтессы, а лица всех, без исключения призванных, становятся совсем непонимающими. Такими темпами, мы их окончательно запутаем, что сейчас совсем не на руку. Сделав несколько шагов вперёд, останавливаюсь перед условным строем.
– Наверняка, вы многое слышали о нашем мире. И кое-что видели. Думаю, каждому из вас интересно, почему так долго не появлялись новые порталы и зачем мы привели вас сюда.
По небольшой толпе прокатывается тихий гул голосов, а я продолжаю.
– Магия, которая используется для вашего призыва, долгое время была под запретом. Мы – одни из немногих, кто может её использовать. Именно поэтому вы здесь.
Вперёд выдвигается рослый мужчина, с бронзовой кожей и парой мощных белых крыльев за спиной.
– Что мы должны делать? Сражаться? Для чего вы нас призвали?
Контракты, заключаемые с ними были относительно стандартными и объяснялись каждому из призванных в процессе их появления. Хотя, как и предупреждал Эйкар, несколько раз имели место проблемы – появляющиеся сущности теряли над собой контроль и утихомирить их выходило только при помощи браслета. Но, на полную детализацию, времени у нас не было – озвучивались лишь базовые данные. Так что все сорок пять, стоящих передо мной, призванных, не в курсе, для чего мы их здесь собрали.
– Ты прав – вам придётся участвовать в войне. Я – Кирнес Эйгор, наследник престола Норкрума, намеренный занять своё место в столице.
Призванный, чуть задумавшись, кивает и обводит взглядом своих сородичей.
– Нас так мало. Не уверен, но на мой взгляд, этого не хватит для захвата трона.
Летающий наверху Сэйс неодобрительно цокает языком, а я формулирую ответ.
– Это наша конечная цель. Пока же, необходимо занять территорию рядом с болотами, заложив базу для дальнейшего наступления. И привлечь на свою сторону людей. Все детали я изложу позже. Пока же, ваша задача – ждать и в любой момент быть готовыми к схватке.
Тот мрачно кивает и отступает назад, присоединяясь к остальным. Больше вопросов нет, так что занимаемся делами практического свойства – размещением наших новых бойцов и обеспечением их питания. Скоро, рядом с домом семьи Джойла горит с десяток костров, на которых жарятся громадные лягушачьи ноги. Вот проблема с одеждой сохраняется – мы пускаем на лоскуты ещё пару простыней, которые приносит Джерна, но этого хватает только на то, чтобы женская часть отряда смогла прикрыть свою грудь.
В процессе, замечаю, что Джойл беседует с обеими сёстрами, возле стены дома. Судя по их лицам – разговор не из самых приятных. Сначала возникает мысль подойти к ним, но потом решаю, что лучше не мешать – пусть обсудят семейные дела сами.
Когда уставшие и изрядно грязные, вваливаемся в дом, внутри обнаруживается ещё и Дайра. Не знаю, успела она побеседовать с Джойлом или нет, но парень с угрюмым видом усаживается за стол, не спеша заводить с ней разговор. А сама женщина выглядит немного опечаленной.
На столах появляются блюда с жареным мясом и желудок сразу же принимается урчать, напоминая, что помимо завтрака, не получил за день никакой пищи. Следующие десять минут в комнате слышен только звук работающих челюстей, перерабатывающих нехитрую снедь. Первым разговор заводит Канс – сделав большой глоток чая из деревянной кружки, обращается к Эйкару.
– Если за вечер мы привели сюда почти полсотни призванных, значит завтра можно добавить ещё, как минимум, сотню? А дней через десять, у нас будет уже тысяча – можно спокойно одолеть армейскую бригаду.
Старый маг, оторвавшись от процесса поглощения пищи, качает головой.
– Всё не так просто – объём заключаемых контрактов зависит от мощи струн и их количества. За сегодня, мы практически исчерпали свой предел – думаю, выйдет связать ещё нескольких призванных со мной, и по паре с каждым из вас, но не более того.
Отвлекается на то, чтобы тоже отхлебнуть травяного настоя и продолжает.
– Для увеличения количества призванных на контракте, нужны артефакты. На их изготовление уйдёт не меньше двух суток и потребуется немало жертв. Мы не можем столько ждать. К тому же, эта магия здесь не работает.
Уже открываю рот, чтобы спросить, почему нельзя подождать, но ловлю на себе выразительный взгляд мага и озвучиваю совсем другой вопрос.
– То есть ты предлагаешь выступить уже завтра?
Тот медленно кивает.
