Макс клацнул челюстью и пальцами в мои бедра впился. Он не просто во мне был. У него стоял. Я стенками чувствовала каменную эрекцию.
– Будешь дергаться, решу, что готова на второй акт.
– Не дождешься! – и снова попыталась соскочить, тщетно. – Пусти, ты не один! Мне всю ночь работать!
Синяки останутся точно. Больно было.
– Ты со всеми такая душевная?
– Тебе какая разница?! – я испытывала странное мазохистское удовольствие, поддерживая его мнение обо мне. И садистское тоже, потому что Максиму неприятно знать, насколько я морально разложилась. Если он, оскорбляя меня, шлюхой обзывая, ждал, что оправдываться начну, то прогадал. Мне не важно, что он думать обо мне будет, когда укатит в свой чопорный Лондон. Пусть пресным англичанкам вставляет!
– Я хочу тебя, Дина, – неожиданно признался. – Сколько стоит твоя ночь? Штуку, две, пять? Сколько тебе нужно?
– Засунь свои деньги, – я склонился к его губам, языком по ним провела, – себе в задницу.
– Задница – это неплохо, – улыбнулся и рванул вперед, снова атакуя меня. На столик возле дивана уложил, рот поцелуем закрыл, одним движением медленно и мучительно разрезал тугие стенки.
– Сволочь… – бросила и дугой выгнулась. Мне терять уже нечего. Это моя последняя ночь в клубе и с этим мужчиной. Одна ошибка наплодила столько злости и боли, что не разгрести.
Макс увеличил темп и с такой же скоростью пальцами меня ласкал. Разрядка наступила стремительно, но принесла одно опустошение. Слишком много ненависти, чтобы испытать блаженство.
– Черт! – выругался, и я открыла глаза.
Господи, ну за что мне это! Презерватив порвался. Не выдержал повторной эксплуатации.
– Прости, – поднялся Максим. – Я виноват.
Он поправил одежду и достал визитку.
– Если будут проблемы, сообщи. Решу.
Я истерично расхохоталась. Решит он! Какая самоуверенная наглость.
– Почему ты так жесток со мной? – задала дурацкий вопрос. Но ведь прошло пять лет, неужели до сих пор не отпустил ситуацию.
– Ты разбила мне сердце, Дина.
– Тогда мы квиты.
Макс криво усмехнулся и засунул визитку мне в бюстье, которое успела поправить. Я промолчала, на липкое от семени тело шорты натянула, поднялась и все-таки влепила ему вторую пощечину.
– Фак! – зло бросил он, но не пытался предотвратить мой выпад.
– Видеть тебя больше не хочу, – и пошла на выход. Домой поеду. Больше я здесь не работаю.
– Я буду в Москве еще три дня, – услышала в спину. – Позвони, если соскучишься.
Я обернулась, визитку под ноги бросила и средний палец показала. Это все, что получит от меня впредь. Все!
Глава 5
Прошлое
Дина
Сигарета подрагивала у меня между пальцами, а тошнота стояла где-то в горле. Я не курила, но сегодня крепким кофе запила целую пачку. Чтобы в глазах потемнело, чтобы вывернуло наизнанку, чтобы не было этих двух полосок на дешевом тесте на беременность.
Это какой-то заговор, не иначе! Я не могла быть беременной! Я выпила Постинор[2 - Таблетки экстренной контроцепции] практически сразу. Забрала свои вещи, выбежала из клуба и уже у дома в круглосуточной аптеке купила препарат. В моей жизни слишком много проблем, чтобы надеяться на русский авось. И тем более я не могла позволить себе стать матерью-одиночкой. У меня нет на это ни сил, ни желания, ни денег. О том, чтобы с Барсовым поговорить и речи не было. Он, наверняка, уже вернулся в Англию и думать забыл о своей оплошности. Да и в целом обо мне.
Что он может сказать? Что сделать? Уничтожить язвительными замечаниями и растоптать, бросив напоследок несколько сотен баксов. Сама разберусь.
Я снова посмотрела на тест и решительно допила кофе. Наверное, это вредно, но рожать я все равно не буду. По моим подсчетам срок не больше шести недель. Это должно быть легко. И вообще там не человек, а зернышко граната! Именно так нужно думать. Я не могла позволить себе ребенка, просто не могла. Я даже собаку не заводила, потому что времени заниматься ей нет, как и денег содержать. А младенец…
В дверь позвонили, и я, оставив кружку на подоконнике, открывать пошла. Настя приехать должна. Контакты врача привезти и меня утешить. Она своему будущему малышу радовалась, а я места от безысходности найти не могла.
– Женя? – удивилась я. Не ожидала его приезда. Да и не одета совсем. Майка растянутая и треники домашние. Про круги под глазами молчу.
– Тебя не было на тренировке. Сказали ты плохо себя чувствуешь, – он осмотрелся и слегка улыбнулся: – Можно войти?
Я пропустила его и дверь закрыла.
– Кофе, чай? – поинтересовалась, когда в кухне оказались.
– Чай, спасибо.
Пока возилась с чайником, не заметила, как он на балкон вышел: пепельница, остатки кофе, тест-полоска…
– Дина, все нормально? – напряженно произнес, ткнув пальцем в окурки.
– Извини, – сухо проговорила, – у меня тут не прибранно.
Я пыталась все разом убрать, в итоге пепельница упала, а пепел вместе с измятыми фильтрами разлетелся по кафелю, и все это безобразие накрыло тест на беременность. Положительный. Я не выдержала и сползла по стене, глотая слезы. Зачем я вообще в Москву приехала?! Может, ну ее, столицу эту? Обратно в Сочи к маме и папе? Пять лет сплошной борьбы!
– Что случилось? – Женя сгреб меня в охапку и опустился на стул, качая как маленькую.
– Ты же видел! – воскликнула я. Его спокойствие не умиротворяло, только раздражало.
– Кто он? – тон обычный, но руки, поглаживавшие спину, одеревенели.
– Это неважно. – Да, потому что Барсова больше никогда не будет в моей жизни. – Этот мужчина из прошлого. Между нами давно все кончено. Он даже не живет больше в России, – успокоившись, пожала плечами я. – В общем, это только моя проблема.
– И что ты будешь делать с этой «проблемой»?
– Решать, – вздернула подбородок. Мне не нужно ни сочувствие, ни жалость, ни тем более осуждение. Именно поэтому только с Настей поделилась: она понимала меня. А раздавать правильные советы легко, когда ты мужчина, взрослый и состоявшийся, с престижной профессией и достойным заработком.
– Я отведу тебя к хорошему акушер-гинекологу. Я хоть и стоматолог, но знакомых медиков много.
– Спасибо… – растерялась я. – Настя обещала помочь…
– Это подруга? – уточнил так, словно была приставка «сомнительная». Они пару раз виделись и, кажется, приязни знакомство не вызывало.
– Да, – только кивнула я.
– Тебе нужно поговорить с грамотным врачом. Я возьму это на себя.
– Не понимаю, почему ты возишься со мной? – Я продолжала сидеть у него на руках и в моей маленькой, скромной, но милой кухне Евгений Савин смотрелся дисгармонично. В строгом пальто и деловом костюме под ним, умные каре-зеленые глаза, ровный нос, тонкие губы. Завидный и свободный холостяк в хрущевке за МКАДом. Более нелепо выглядел бы только Барсов – ему бы в моей однушке в тридцать два квадрата в принципе развернуться негде было бы.
– Правда, не понимаешь? – шепотом спросил и выразительный взгляд на мои губы бросил.
Я смущенно отвернулась и слезла с его колен. Женя был привлекательным мужчиной: я слышала, что в зале о нем шептались гимнастки постарше и тренера помоложе. Но он оставался неприступен для них. А я для него. Четыре года. Неужели до сих пор…
– Давай все-таки сделаю тебе чай, – бодро произнесла, меняя тему.
– Сделай, – тактично согласился Женя. Ну почему я не влюбилась в такого мужчину?! Хорошего, чуткого, понимающего, сильного и не боящегося ответственности. Почему нас, девочек, всегда тянет, на тех, кто с легкостью разобьет нам сердце? Хороший вопрос, который всегда без ответа.
Визит к врачу был назначен уже на следующий день. Женя сам отвез меня, сопровождать хотел, но я попросила остаться его в машину. Одна хочу побыть, себя понять и услышать. В клинике «Мать и дитя» меня приняли бесплатно и быстро. Врач средних лет, приятный, выглядел опытным.
– Так, посмотрим, – он очень осторожно ввел меня стержень с датчиком, внимательно изучая монитор. – Ага, вот и плодное яйцо. Срок недель шесть.
– Гранатовая косточка, – вслух произнесла я. Так легче. Это не ребенок, а семечка.
– У семечки нет такого, – Дмитрий Вячеславович нажал на кнопку, и я услышала что-то. Ритмичное, размеренное, живое.
– Сердце.
Я сглотнула. Стук сердца никак не прибавлял решимости.
– Самый легкий вариант с учетом срока – медикаментозный аборт, – сказал, когда я озвучила свое намерение. – Это безопасно и без дополнительных рисков репродуктивной системы.
– Я уже пила таблетку, не помогло, – проговорила я. – Кстати, почему?
– Бывают случаи, когда экстренная контрацепция на срабатывает: если в момент полового акта была овуляция. Оплодотворение уже произошло, а Постинор – не таблетка для аборта.
– Понятно… – Как такое могло произойти? Случайная неслучайность. Звезды сошлись. Или еще что-то мистическое. Если бы я была романтичной натурой, то решила бы, что это судьба. – Я должна буду просто выпить таблетку?
– Нет, это курс: вы будете принимать препарат, который постепенно вызовет отторжение плодного яйца с последующем вымыванием из матки. Могут быть боли как при менструации или чуть сильнее. Кровотечение.
Я остановилась на словах «отторжение плодного яйца». У него ведь уже сердечко билось… А малышу больно не будет? То есть
косточке, конечно, гранатовой косточке. Он ведь уже пол имеет: интересно, кто там внутри меня поселился?
– Спасибо, Дмитрий Вячеславович. Я… я, наверное, подумаю еще…
Женя ждал меня у белого внедорожника «Mitsubishi». Руки на груди сложил, взгляд выжидающий – каких новостей ждал? Да или нет?
– Как дела? – спросил, открыв мне пассажирскую дверь.
– Я решила оставить ребенка, – просто ответила. Не смогу пойти на это. Сердце противится. Только как жить дальше, не ясно. На что малыша поднимать? Ипотеку платить? Подработки теперь противопоказаны.
– Дина, – Женя ко мне повернулся, за руки взял, – знаю, так не делается, но… Ты выйдешь за меня замуж?
Я ошеломленно глаза распахнула. Что? Но как же? Неожиданно очень. Я ведь беременна от другого…
– Женя, – я сжала его прохладные пальцы, – не нужно. Ну куда мне замуж? – улыбнулась печально.
– Я люблю тебя. Ты ведь знаешь. Тебе хорошо со мной будет, – и к себе меня притянул, к губам настойчиво прижался. Я не сопротивлялась, дала возможность попробовать, а вдруг? От него приятно пахло свежестью леса, а язык умело приглашал станцевать в ритме страсти, но я не чувствовала огня, не сжигало меня от желания. И он, наверняка, чувствовал то же самое. Нас испепелять должно, искрить и коротить. А ровно как-то. Ножка не поднимается, и туфелька не падает.
– Женя, – я прервала поцелуй, – ты должен быть с женщиной, которая тебя любит. Ты этого достоин. А я уж как-нибудь.
– Как-нибудь… – сухо повторил и на дорогу посмотрел. – Позволь помочь хотя бы. Мы ведь друзья.
Я позволила, потому что друзья мне были просто необходимы. Мне даже предположить сложно было, сколько стоить будет эта дружба…
Глава 6
Прошлое
Женя
– Ну зачем? – запротестовала Дина, когда грузчики занесли в коридор несколько тяжелых коробок и вышли. – Я не могу это принять.
– Конечно, можешь. Тебе рожать скоро, а кроватки нет. Сегодня еще коляску привезут.
– Я и так должна тебе, а тут еще и это.
– Ничего ты мне не должна.
Должна, конечно, должна. Только мне нужны не деньги.
– Я так до китайской пасхи долги тебе буду отдавать! – эмоционально взмахнула руками, но глаза улыбались. – Не расплачусь до старости.
Обязательно расплатишься. Никуда не денешься. Почти пять лет жду, и дождусь, не отпущу.
– Для начала напои меня чаем. Сборщик должен подъехать в течение часа, подожду с тобой, можно?
