Страница 2 из 3
– Лет сто назад она с чего—то решила, что ей предначертано стать богиней забвения. И все артефакты старой богини, даже стражи бездны, приняли ее. – Судя по голосу, Тайдомир даже спустя столько лет продолжал недоумевать, как такая оказия могла произойти с его собственной сестрой. – И эльфы стали поклоняться ей как богине.
– Все, кроме тебя, – понимающе хмыкнула Зинаида.
Понятное дело, можно принять за богиню постороннюю девицу, но собственную сестру, с которой вместе вырос, – ни за что.
– Пожаловалась уже? – Тайдомир, нахмурившись, пошевелил губами, выражая неодобрение подобным поведением родственницы.
– Переживает она за тебя, – неожиданно решила вступиться за эльфийку Зинаида. – Хочет спасти.
– О да! – со злым сарказмом протянул эльф. – Сначала от переживаний хотела меня еще живого женить, а теперь, пользуясь тем, что я ей возражать не могу, женила мертвым. И как ты меня спасать собираешься? – Несмотря на очень заметную обиду на сестру, в голосе призрака послышалась надежда. Вот только порадовать несчастного Зинаиде было нечем.
– Не знаю. Но предполагаю, что увильнуть от этой миссии у меня не получится.
– Латона очень мстительная, – вместо того чтобы утешить, еще больше расстроил женщину Тайдомир. – Конечно, она не богиня, но может и забвение наслать, и стражей бездны, и просто бандитам каким—нибудь заплатить.
– Ясно. Так, может, мне ей помолиться и она вернет тебе жизнь? – вспомнив слова эльфийки, предположила Зинаида.
– А ты веришь, что она богиня? – Судя по ехидству в голосе призрака, вера являлась ключевым фактором. И само собой, ни в каких богов Зина не верила.
– Делать мне больше нечего…
Тут в дверь кто—то отчаянно затарабанил, похоже – ногой.
– А вот и мой ужин, – оживилась Зинаида. Однако, уже почти открыв засов, решила проявить бдительность и уточнила, что это и правда Марта. Призрак временно, пока в комнате были чужие и морально не подготовленные к знакомству с ним люди, испарился.
– Ох, хорошо, что вы решили наверх уйти. А то там какой—то бешеный бедолага явился. В шлеме и с во—о—от такой дубиной. – Поставив поднос на стол, служанка развела руки в стороны, чтобы продемонстрировать размеры дубинушки. Зина обреченно вздохнула. Похоже, и второй муж ее нашел, непонятно каким образом. – Выпил уже пять кружек пива, подрался со стражниками и пообещал избавить город от дракона. Смешной… Даже жаль, что ночью сегодня помрет.
– А с чего вдруг ему помирать—то? – с трудом сдержала зевок Зина, с гораздо большим интересом наблюдая, как Барни мечется между двумя мисками. То кусок мяса схватит, поурчит довольная, то воду примется жадно лакать, то снова про мясо вспомнит. Рагдрул же драконоборец, так что с драконами сражаться умеет.
– Дык большой больно дракон у нас. Сверкает, аж глаза слепит. Трехголовый, а хвост тонкий, противный и с наконечником, как у копья.
Совсем недавно Зинаида уже слышала схожее описание, поэтому тоже занервничала. В отличие от Марты, богатыря ей жалко не было, она переживала за себя. Кто знает, как богиня отреагирует, если Рагдрул погибнет, сражаясь с драконом, похожим на того, который его уже вроде как убил?
Глава 6. Старые знакомые и новые знакомства
Едва Марта вышла, перед Зиной возник озабоченный Тайдомир.
– Если Рагдрул последнее время торчал в бездне забвения, значит, тут шалит другой дракон.
– Ну и отлично. – Решив, что, пока она ужинает, драконоборец ничего противозаконного совершить не успеет, тем более со стражниками он уже подрался, Зинаида уселась за маленький, ровнехонько под принесенный поднос, столик. От расставленных на нем тарелок вкусно пахло едой.
Зина и раньше была не очень прихотливой в плане питания, а с возрастом стала лишь более придирчива к процессу приготовления, предпочитая тушеное и вареное, ну и от слишком острого с соленым пришлось отказаться.
Сейчас, устав за день, она была готова съесть все что угодно, особенно когда оно так аппетитно пахнет.
– Не то чтобы я сильно за него переживал. – Тайдомир, обойдя стол, встал так, чтобы Зина постоянно натыкалась на него взглядом, стоило ей поднять голову. – Но все же при жизни мы были друзьями. Поэтому очень прошу: пригласи его сюда, пока он не ввязался во что—то пострашнее ночной битвы с драконом.
– Пообедаю… или уже поужинаю, – Зинаида повернулась к окну, пытаясь хотя бы примерно определить, сколько сейчас времени, – а потом спущусь вниз за твоим другом.
Уточнять, что друг по совместительству является еще и сомужем, она не стала. Зина пока очень старалась не сильно вдаваться в размышления о происходящем, чтобы сохранять способность рационально мыслить. Просто день не задался с самого утра, бывает.
Торнадо, перенос в иной мир, богиня, два мужа… Главное – Барни вместе с ней, остальное мелочи. Потихоньку разгребутся.
– Хорошо, – покладисто согласился эльф и остался стоять укором совести.
Правда, придавить Зинаиду таким простым прессингом было сложно. Она спокойно и с удовольствием поела, тщательно вытерла лицо и руки влажной чистой тряпочкой. Лишь потом, подхватив под мышку таксу, а в руки – поднос, отправилась вниз за загулявшим муженьком.
– Так низко, Барнюшка, мы с тобой еще не падали, – шепотом ворчала Зина на ухо собачке. – Чтобы пьянчугу подгулявшего из бара вытаскивать…
Но из рассказа Тайдомира о сестре женщина уловила очень важный момент: Латону признали все вещи и питомцы старой богини. Это был хороший знак для эльфийки и плохой для ее брата.
«Если принять как факт, что в этом мире… – мысленно рассуждала Зинаида, пока спускалась с лестницы. – Вернее, не так, сначала надо принять как факт, что вместо смерти головой об асфальт я попала в другой мир. Потом смириться с присутствием тут богов. И, наконец, с тем, что богом тут может стать любой, как только появляется вакансия».
Минимальные требования, количество человек на место и прочие интересные подробности Зина планировала чуть позже уточнить, хотя бы у Тайдомира. Мало ли, она тоже сможет претендовать на место какой—нибудь богини?
Рагдрул сидел за столом в компании подозрительного вида мужиков и пил что—то, вероятнее всего, алкогольное из огромной кружки.
– Да чтоб тебе… – уже приготовилась высказаться Зинаида, но вовремя вспомнила, что теперь все «чтобтебеды» могут принести и пользу, и беды. – Не помнишь, какой мне там еще свадебный подарочек вручили, а? – поинтересовалась женщина у таксы. – Вроде как вес можем менять? А включается этот дар как? Взглядом? Или тоже через «чтобтебеду»?
Латона произвела на Зинаиду впечатление «юмористки с прибабахом», а такие кадры, со своеобразным юмором и тягой к оригинальности, повторяться в шутках не любят. Значит, включаться все должно простенько, но при этом чтобы была возможность подловить и повеселиться.
– Пусть жидкость в кружке станет тяжелее, чем конь во дворе, – тихо прошептала женщина.
Как она и ожидала, несчастное животное тут же испуганно заржало, подпрыгнуло и едва не взлетело в воздух, так как стало весить килограмма три, ну, может, пять – кружка у Рагдрула была очень внушительной. Только когда у тебя в руках вместо пяти кило оказывается пятьсот, ни один суперсильный богатырь не справится. Само собой, стол тоже не был предназначен для точечного удара пятью сотнями килограммов и треснул.
– Пусть конь снова весит как раньше. – Буркнув очередное пожелание, женщина подошла к бармену и, кивнув в сторону бурно возмущающегося Рагдрула, поинтересовалась: – Сколько тебе уже этот бугай задолжал? Только правду говори, а иначе у тебя все вино обратится в воду.
Круглолицый пройдоха сначала недоверчиво заулыбался, давая понять, что оценил шутку. Но тут Зина воспользовалась суровым взглядом бабушки, намекающей внуку, что тот вот—вот может удостоиться очень непедагогического вмешательства. И как ни странно, даже через внешнюю молодость Зинаида Валерьевна сумела внушить бармену, что разговор у них на самом деле очень серьезный и про последствия никто не шутит.
Вот только прежде, чем демонстрировать свои возможности, неплохо было бы выяснить, как тут относятся к магам. А то вдруг лицензирование какое—нибудь надо и взносы в местный профсоюз? Тестирование на профпригодность, корочка об образовании, штрафы, лимиты… или вообще все строго запрещено.
В книгах взаимодействие людей и магов как только не описывалось, вариантов было множество. Какой конкретно реализован в этом мире – неясно. Но раз хитрый бармен напрягся, значит, маги тут точно встречаются.
– Простите, госпожа. Если это ваш слуга, то пусть себе шалит. Стол и так старый был, скрипел давно, вот и проломился. И браги он не так уж много выпил, полбочонка. – В свой подобострастный лепет мужчина ловко вплетал информацию о том, на сколько именно его разорил Рагдрул. – Да и скушал всего ничего…
– Я тебя о чем спрашивала? – снова включила бабушку Зинаида. – Вот и отвечай на тот вопрос, что задали, не увиливай, а не то… – Очень удачно остановившись и не закончив угрозу привычным «конфет на ужин не дам», Зина сурово уставилась на побелевшего бармена.
Тот протер валяющейся на стойке тряпкой вспотевшую лысину, покосился сначала на драконоборца, пересевшего за другой, целый стол и заказавшего еще браги. Затем окинул взглядом хмурую Зинаиду. Горестно вздохнул, закатил глаза к потолку, подсчитывая убытки, и наконец выдал:
– Три золотых.
– Три так три, – тут же согласилась Зина, с удовольствием отмечая, как в бармене проснулась жадность и теперь пинает его по почкам, переживая, что тот продешевил.
Но внезапно пройдоха посерел, глядя на кого—то, идущего к ним от входной двери. Зина немного напряглась, так как тяжелые уверенные шаги, скорее всего, принадлежали крупному мужчине.
– Миледи, это ваш слуга поклялся мне, а значит, королю, что этой ночью победит дракона? – От негромкого вкрадчиво—мелодичного голоса у Зинаиды случился мощный гормональный нокаут. И если бы не богатый жизненный опыт, она бы растеклась прямо по стойке. Даже притихшая у нее на руках Барни оживилась и повернулась в сторону источника.
Источник в целом тоже оказался неплох. Приятное для глаз смешение аристократической породистости эльфа с плечистой богатырностью Рагдрула. Причем большинство мужчин вокруг были без бороды, на радость Зине. Просто еще с юных лет она верила, что повышенная лохматость – это преимущество среди кошек и собак, а мужчина должен быть коротко подстрижен и тщательно побрит.
– Мой, – с уверенным видом заявила Зинаида, продолжая разглядывать своего собеседника, очень похожего на второй страшный кошмар: кареглазый, в кольчуге и даже со шлемом в одной руке.
Но при этом не курносое простоватое лицо, как у драконоборца, а вполне себе изящный дворянский профиль. Четко очерченные почти темные брови, каштановые локоны вместо темно—русых кудрей и слишком уж алые для бледной, почти белой, кожи губы. И ростом пришелец был не два с лишним метра, а чуть пониже. Но значительно выше, чем тонкокостный Тайдомир. Плечи опять же…
– Если ваш слуга утром не вернется, я с радостью подыщу ему замену, чтобы вас сопроводили до конечной цели. Но сам я привязан к этому месту.
Зина оценила, что мужчина не возмутился, хотя она его изучала буквально как корову на базаре, только в рот не заглядывала, чтобы зубы посмотреть. И свой интерес к ней выразил не столь явно.
– И позвольте мне заплатить за вашего слугу. В качестве извинений за его скорую потерю.
Глава 7. Капитан начинает расследование
– Я бы не стала хоронить моего… слугу так поспешно.
Неожиданно у Зинаиды сработало инстинктивное желание защитить свое. Плохенькое, пьяненькое, но вроде как самой богиней врученное. К тому же опыт, как говорится, не пропьешь, а драконов Рагдрул должен уметь шинковать как капусту. Тайдомир на своего друга с уважением поглядывал, когда тот не видел.
– Думаете, справится? Я был бы только рад. И простите мою неучтивость. Уже так долго разговариваю с леди и забыл представиться! Лорд Гуржен, капитан королевских стражников.
И мужчина поклонился как придворный в исторических фильмах, правда, вместо шляпы довольно ловко помахал шлемом. И каштановые локоны рассыпались по кольчуге. Хотя, может, в средневековье дворяне именно так и выглядели? Не все же с гульфиками между ног бегали!
– Зинаида Ва… Леди Зинаида. – Чуть—чуть адаптировав свое имя к местным реалиям, Зина даже изобразила жалкое подобие реверанса. И, судя по улыбке, быстро промелькнувшей на лице Гуржена, вышло у нее не слишком удачно.
– Вы к нам приехали издалека? Такое красивое необычное имя не встречается в нашей стране.
– Да, из дальнего далека, – энергично кивнула Зина и, решив, что капитан стражников не самый безопасный собеседник, повернулась к бармену: – Значит, мы в расчете и мой слуга вам ничего не должен. Так?
Бедолага, все еще сероватый, к тому же не просто напряженный, а вроде как даже напуганный, замотал головой, замахал руками и потом пихнул в сторону Зины все три золотых:
– Все вам, ваше, забирайте! Лорд Гуржен сказал, что заплатит…
Зинаида скептически покосилась на лорда. Мужчина, расслабленно облокотившись на стойку, явно не собирался ни за что платить. Возможно, потом, когда—нибудь, завтра или лет через сто. А Зину немного грызла совесть за шутку со сменой веса, из—за которой повредился стол. Поддалась желанию проверить второй свадебный дар в действии, а в итоге пострадала ни в чем не повинная мебель.
– Золотого за стол хватит?
Бармен так затрясся, что Зинаиде стало жаль несчастного. Главное, непонятно, с чего он так распереживался?
– Идите уже к себе! И слугу своего забирайте, пусть проспится перед боем!
Лысый хапуга только «кыш—кыш» не добавил, чтобы уж наверняка дать понять, что Зине тут не рады, даже с ее золотыми. А ведь золото он очень заметно уважал.
– Да, миледи, вашему слуге и правда надо слегка проспаться. Позвольте, я помогу вам довести его до комнаты. – И, даже не поворачиваясь, лорд Гуржен просто протянул руку в сторону бармена, а тот быстро вложил в нее ключ и убрал куда—то в недра барной стойки положенный на нее шлем.
– Третья слева, ваша сиятельство, как раз напротив той, что с засовом, – залебезил проклятый подхалим. Зина даже не сомневалась, что и выбор второй комнаты, и упоминание о первой были не случайны. Но возмущаться не стала, решив, что у нее целых четыре туза в рукаве: засов, проклятия, весовой обмен и привидение. Что—то да поможет от настырного ухажера.
Сама Зина даже не рассчитывала затащить двухметрового, широкоплечего, в дупель пьяного мужика в кольчуге вверх по лестнице. Она планировала запинать Рагдрула за самый дальний столик под лестницей и приглядеть за ним, пока тот не уснет. А от обязательства идти на бой с драконом надеялась увильнуть. Напился человек и спит, чего вы пристали?
Теперь же, когда сам капитан стражников решил помочь с переносом буйного тела, отвертеться не получится.
– О! Гуржен… Ты чего опять явился—то? Снова королевскую дочь в жены предлагать станешь? Я ж тебе уже сказал… – Язык у бойца с драконами почти не заплетался, а вот взгляд был слегка расфокусированный, как у всех очень много выпивших. – Женат я… Латона, чтоб ее, удружила! Главное, даже не сказала на ком, может, на жабе какой… Вот! Но уж лучше жаба, чем принцесса ваша…
– Она такая же моя, как и твоя. – Неодобрительно нахмурившись и сморщившись от витающего вокруг сладковато—хмельного запаха, капитан подхватил Рагдрула, закинул его руку себе за шею и практически потащил наверх. Зина подхватила оставленный на столе шлем и, проходя мимо барной стойки, вручила его лысому бармену.
– Вот кто эту остроухую просил меня женить?! Раз богиня, значит, все можно? – Остановившись на середине лестницы и пьяно икнув, драконоборец уставился на Гуржена. – Ладно бы из этих была, из тех, кто с крылышками… А она богиня забвения! Мертвяками повелевает. И все туда же!
– Пошли уж, мертвяк. – Насмешливо хмыкнув, капитан потянул разговорчивый груз дальше.
– Ты же знаешь, что я вашего дракона одной левой…
– Потом правой, потом снова левой, – бубнила себе под нос Зина, прижимая к груди таксу, которой тоже не нравился запах дешевого спиртного. – Жаба у него жена, Барнюшка! А сам прямо Иван—царевич, куда там. Принцессы ему не угодили, ишь переборчивый какой…
– Проспись сначала, а то дракон от одного твоего дыхания сдохнет. – Ухмыльнувшись, лорд капитан закинул Рагдрула на кровать и вышел к стоящей в коридоре Зине. Женщине просто не хватило наглости уйти к себе и запереться на засов. Воспитание требовало поблагодарить, хотя ехидство намекало, что благодарить по сути не за что. Воспользовались ситуацией и заставили несчастного молодожена вписаться в смертельно опасную операцию.
– Между прочим, подпись, сделанную лицом, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, можно опротестовать, – как можно увереннее заявила Зинаида, едва Гуржен запер дверь, из—за которой доносился мощный храп будущего победителя дракона.
– В вашей стране – возможно, а в нашей рекомендуется или не напиваться, или не подписывать ничего, пока не протрезвеешь, – спокойно отреагировал капитан, с интересом разглядывая Зину. Вот только изучали ее теперь не как женщину, а как подозрительный объект, проникший на вверенную лорду Гуржену территорию. – Кстати, не подскажете, как называется ваша страна, леди?
Зинаида догадывалась, что глуховатой в текущих реалиях не прикинуться, этот номер удавался только с внуками. Если просто проигнорировать не слишком тактичный вопрос, настырный капитан обязательно его повторит. У него прямо на лице написано, что он привык докапываться до сути. Поэтому, мило улыбнувшись, Зина честно призналась:
– Не скажу. – И сразу же уточнила гораздо больше волнующий ее момент: – А бой с драконом будет по расписанию или когда Рагдрул проснется?
– Когда дракон прилетит, – зловеще хмыкнул Гуржен и снова уставился на Зинаиду, как будто надеясь телепатически вытянуть из нее правду.
– То есть не проспим, – нервно хихикнула Зина. – Это хорошо. А пока извините, но мне хотелось бы немного вздремнуть до начала героической битвы.
Про бобра с ослом Зинаида договаривать не стала, хотя очень хотелось. Но вряд ли бы капитан понял и оценил шутку из ее мира.
Вот только ловко прошмыгнуть в свою комнату и запереться на засов у женщины не получилось. Гуржен за один шаг пересек небольшое расстояние между дверями и встал так, чтобы и рукой, и ногой подпереть вход в комнату с засовом.
Задрав голову, Зина инстинктивно поежилась, так ей стало неуютно от хищной улыбки нависшего над ней капитана. Мужчина решил продемонстрировать все свои тридцать с лишним белоснежных зубов, причем в глаза сразу бросались два острых верхних клыка.
Вот только вместо того, чтобы испугаться, женщина вытянула руку и потрогала клык пальцем.
– Неужели и правда вампир? – с изумлением протянула она, стараясь не рассмеяться. Просто у бедного капитана в глазах светилось недоумение на грани ошарашенности, а Зинаиду так и подмывало поинтересоваться: «Бабушка, а бабушка, почему у тебя такие большие зубки?..»
– В обморок падать не будешь? Это хорошо, – одобрительно кивнул Гуржен, перестав демонстрировать клыки. Или легкая капля крови у Зины на пальце его не привлекала, или он отлично себя контролировал. – Продолжим разговор о странных именах и стране, откуда вы, миледи, к нам заявились? – Зинаида, дернув плечами, демонстративно отвернулась, однако капитан, наклонив голову к самому ее уху, негромко продолжил: – Как вам удалось нанять слугой лучшего из драконоборцев Теблихана, без вести пропавшего два года назад? Где он прятался, чтобы очередной раз избежать свадьбы с принцессой?!
В это время Барни, отчетливо ощущающая и недовольство хозяйки, и угрозу, исходящую от мужчины, негромко зарычала и оскалилась.
– Какая у вас храбрая защитница. – Капитан на пару секунд отвлекся на таксу, и та неожиданно замолчала, сжавшись в маленький пушистый комочек.
– Не любят меня животные, – вроде бы пожаловался Гуржен, правда, без особой печали в голосе. – А вот женщины любят, – самоуверенно заявил он, опять уставившись Зине в глаза. – Но не все, – признал он после пары секунд тишины. – Отвечать правду вы мне не собираетесь?
– Не заслужили, – недовольно буркнула Зинаида.
– Любви женщин или правды? – Вот сейчас капитан улыбался просто так, а не для демонстрации своих клыков. – Без любви я какое—то время потерплю, а правду мне очень надо, просто не поверите, насколько сильно! – И, все еще очаровательно улыбаясь, Гуржен, перестав подпирать, а, наоборот, распахнув дверь, затолкал Зину в ее же комнату и запер их на засов.
Зинаида уже была готова использовать какой—нибудь из свадебных даров, чтобы спастись от настырного правдоискателя, но тут ей на помощь пришел один из мужей.
Увидев возникшего буквально из воздуха Тайдомира, Гуржен широко распахнул глаза, а потом захохотал.
– Ну и кто меня все время восставшим мертвецом дразнил? У меня хоть тело нормальное! А ты прозрачный, как стекло в окне!
Веселился, правда, капитан недолго. Резко посерьезнев, он уселся на единственный в комнате стул и наглым образом затащил к себе на колени Зинаиду. Воспользовался моментом, когда женщина наклонилась, чтобы выпустить на пол Барни!
– Простите, миледи, целый день на ногах, устал. А сидеть, когда дама стоит, мне воспитание не позволяет.
– Ничего, я на кровать сяду, – попыталась дернуться Зина, только авторы, описывающие в книгах чудовищную силу вампиров, похоже, не лгали. Вырваться не получилось, но Гуржен сам ослабил тиски.
– На кровать – это хорошо, – ухмыльнулся он, снова сверкнув клыками.
– Не смей приставать к моей жене, – угрожающе процедил призрак, после чего капитан опять зашелся хохотом.
– А не то?.. – сквозь смех уточнил он. – Напугаешь меня ночью? И когда ты, кстати, жениться успел? И почему на свадьбу не позвал? – последний вопрос был задан с явной обидой в голосе.
– Уже после смерти, – проворчал Тайдомир, поджав губы и недовольно нахмурившись. Веселья своего знакомого он не разделял, да и радоваться в его положении было нечему. – Латона удружила.
– Что—то твоя сестричка не той богиней стала, ей бы в богини любви, с ее—то страстью всех переженить.
– И детишек побольше… – очень похоже передразнил голос сестры Тайдомир. А потом насторожился: – Кому—то еще счастья перепало?
– Да, Рагдрул жаловался, что его на какой—то жабе женили. Правда, никак понять не могу, как Латона умудрилась с ним справиться, он же всегда клялся, что живым в храм ни ногой!
– Ну а мертвым и без храма… – эльф сначала начал фразу, потом задумался, с подозрением глядя на Зину.
А Гуржен в это время с таким же подозрением смотрел на своего знакомого.
– Что значит «мертвым»?! – как—то уж слишком спокойно поинтересовался он.
– Проиграл он золотому дракону. Надеюсь, самцу, – криво усмехнулся Тайдомир. – Так что вскоре переродится.
– Для полного перерождения вроде бы три года надо? – все так же спокойно продолжил уточнять капитан.
– Ну вот, два уже прошло.
– М—да… И этот идиот контракт на следующую битву подписал! Вот же тупица!
– Ну, зато у него череп крепкий, – наконец—то заулыбался эльф.
– И желудок… – с мрачным сарказмом добавил капитан.
– А жабу, на которой его женили, ты знаешь? Ведь только она его спасти и может…
– Жаба – это я, – со вздохом призналась Зина, поудобнее устраиваясь на коленях очередной раз ошарашенного вампира. – Ваша общая божественная знакомая выделила мне двух мужей и пообещала третьего. Надеюсь, в шутку.
– Не хочется вас расстраивать, миледи, но если вы прибыли в Теблихан из другого мира, то ваш третий муж – я.
– Да за что?!
Глава 8. А девственницы у вас есть?
– Сам не знаю, – не очень—то весело рассмеялся вампир. – Несчетное количество раз я молил богов о перерождение, и наконец они ответили. Если я готов стать мужем женщины из другого мира и помогу ей, то она поможет мне. Я немного подумал и согласился.
– А вот моего согласия никто не спрашивал! – почти хором отреагировали Тайдомир и Зинаида.
– У Рагдрула тоже, – с меланхолично—равнодушным видом напомнил Гуржен. – Везунчик, похоже, только я.
– Ну, ты же не с Латоной договаривался, в отличие от нас, – недовольно буркнул эльф и с подозрением покосился на заухмылявшегося друга. – Что, с ней?! Как ты докатился?!..
– Другие боги не реагировали, а она явилась и предложила хоть что—то, похожее на возможность.
Тайдомир изобразил на лице смесь скорби и осуждения и, как полагается привидению, тяжко вздохнул.
– Все это здорово, конечно, осталось понять, что мне с вами всеми делать, – тоже вздохнула Зина и, воспользовавшись тем, что Гуржен убрал руки, попыталась встать. Однако тут же оказалась вновь схвачена и зафиксирована на коленях у вампира.
– Согласен. Поэтому предлагаю вызвать Латону и уточнить подробности.
– Без меня. – Брезгливо сморщившись, Тайдомир испарился из комнаты.
Зинаида, на этот раз успешно соскочив на пол, на всякий случай подхватила Барни, плюхнулась с ней на кровать и оттуда буркнула:
– Вызывай…те.
Попытка перейти с капитаном на более близкий уровень общения не удалась, хотя Зина попыталась.
– Мне кажется, на ваш призыв, миледи, она откликнется быстрее, – улыбнулся Гуржен.
Когда вампир не старался продемонстрировать свои клыки, то превращался в вежливого, хотя и слегка нахального кавалера. И из всей троицы, выданной Зине в мужья, только его она и воспринимала как мужчину, причем достаточно привлекательного.
Призрак – это призрак, что с него взять? Рагдрул – простоватый вояка, грубоватый, да еще и любитель выпить, как выяснилось. А вот Гуржен…
– Есть у меня подозрение, что вы сейчас не о богине думаете. – Усмехнувшись, вампир сначала потянулся, словно у него спина затекла, как у обычного человека, а потом, будто случайно, встал так, чтобы позволить даме как можно лучше оценить его внешние достоинства.
Достоинства мужчины Зина оценила еще в начале знакомства, поэтому лишь едва заметно скривила губы, пряча улыбку.
Ее разум отказывался перестраиваться и смиряться с тем, что тело снова молодое, привлекательное и скоро начнет активно требовать не только еды, но и стабильных сексуальных отношений. Поэтому ко всему непригодному в хозяйстве, даже красивому, интерес довольно быстро терялся. А какая польза пожилой женщине от молодого мужчины?
– Я думаю о том, что временами вы производите впечатление умного, а временами – наглого, – с напускным безразличием произнесла Зина, поглаживая притихшую у нее на руках Барни. – Ну а насчет вызова богини хочу вас расстроить – у меня такого опыта нет. В отличие от вас. Так что вызывайте вы, а дальше видно будет.
Гуржен, пакостно ухмыльнувшись, неожиданно зычно гаркнул:
– Лато—о—она!
Барни, испугавшись, разлаялась, сама Зинаида вздрогнула, а Тайдомир высунулся из стены и покрутил пальцем у виска. Даже в напряженно—возмущенном состояние Зина отметила, что в новом мире жест, демонстрирующий отношение к умственным способностям оппонента, совпадал с тем, к которому она привыкла.
Но тут в центре комнаты появился маленький цветочек и стал резко увеличиваться, пока не достиг потолка, тогда он склонился, раскрыл лепестки, опустив один, как трап корабля. И по этому трапу величественно спустилась золотоволосая эльфийка.
Насмешливо покосившись как раз на ту часть стены, за которой едва успел снова спрятаться Тайдомир, она повернулась к Гуржену и мелодичным голоском прозвенела:
– И незачем так орать! Взывать ко мне надо душой.
– У меня нет души, я же вампир, – нахально заулыбался капитан. – Так что как умею, так и взываю. Вы бы лучше, ваша божественность, поделились своими планами…
– Да, кого, когда и как именно спасать, – влезла с уточнениями Зина.
– Ну—у—у… – Латона с кокетливым видом принялась накручивать кончик локона на палец, хитро глядя на Гуржена. – Брата я женила, теперь его надо вернуть к жизни. Сознание Рагдрула вот—вот поглотит дракон, этого нельзя допустить. Он должен остаться таким, как сейчас. – При этих словах Зинаида брезгливо сморщила нос. – Как спасать своего друга, Тайдомир придумает и без меня. Как спасать самого Тайдомира, я расскажу потом. Ну а ты, – эльфийка стрельнула глазками в сторону вампира, – узнаешь, как спастись, когда все остальные будут в безопасности. Развлекайтесь!
Послав Гуржену воздушный поцелуй, Латона уселась на край лепестка, быстро уменьшилась вместе с цветком и исчезла.
– Что, довольны? – Не успела эльфийка скрыться, как объявился ее недовольный брат. – Много нового выяснили?
– Теперь мы точно знаем, в каком порядке надо вас спасать. – Почесывая таксу между ушек, Зинаида прокручивала в голове все, что сказала богиня. – А, и что ты знаешь, как спасти Рагдрула.
– Я этого и не скрывал, – хмуро процедил эльф. – Я знаю, как выманить из Рагдрула дракона, но тебе не понравится.
– И как же? – Нервно передернув плечами, Зина покрепче прижала к себе Барни. Воображение, позавидовав лаврам братьев Гримм, принялось изобретать варианты спасения один страшнее другого.
– Чтобы заставить дракона высунуться из пещеры, ему предлагали в жертву девственницу и вызывали его на ее первую кровь…
Из всей фразы Зинаида выцепила лишь три слова: пещера, кровь и девственница. На душе стремительно полегчало, потому что она под последнее определение абсолютно точно не подходила. Вот только спасать Рагдрула все равно нужно, а значит, и ингредиент придется искать. Поэтому, повернувшись к Гуржену, Зина совершенно будничным тоном поинтересовалась:
– Вы не знаете, где здесь девственниц дают?
В комнате наступила неловкая пауза, а потом раздался мелодичный, насквозь пропитанный ехидством женский смех:
– У вас уже есть все, чтобы спасти Рагдрула!
– В смысле? – Озадаченная Зинаида сначала посмотрела на почему—то развеселившегося Гуржена, затем – на изучающего потолок эльфа. – Что она имела в виду?
– Тайдомир, даже если и девственник, дракона не заинтересует, хотя бы потому что, он призрак…
– А я думал, потому что мужчина, – выдавил сквозь зубы эльф.
– Ну кто ж их, драконов, знает? – насмешливо заулыбался капитан. – Зато я по всем пунктам не прохожу. И мужчина, и не девственник.
– Погодите, то есть она хотела сказать, что девственница – это я?! – дошло наконец—то до Зины. Просто в своем мире в этом возрасте она уже была вполне опытная женщина.
– Ты, ты, – со смешком подтвердила невидимая Латона. – Развлекайся!
Повторив свое любимое пожелание, богиня замолчала. Остальные тоже затихли на какое—то время, переваривая очередную божественную шутку.
– Она нас постоянно подслушивать теперь будет? – почему—то шепотом поинтересовалась Зина у Тайдомира. Все же кому, как не ему, знать, как будет вести себя его сестра.
– Нет, сейчас нашей реакцией насладится и уйдет. Постоянно за нами наблюдать ей терпения не хватит.
Эльф произнес это не слишком убедительно. Но тут Гуржен, хитро подмигнув Зинаиде, предложил:
– А давайте я зачитаю вам обязанности стражников? За двести восемьдесят три года бессменной службы я выучил их наизусть. Вам понравится! – И, не дожидаясь согласия, принялся монотонно декламировать: – «Если король находится во дворце, то каждую дверь на пути к королевским покоям круглосуточно охраняет четыре стражника. Если король уехал в один из своих замков, то у каждой двери остается по два стражника. Часовые сменяются каждые два часа. Конные стражники несут караул у дворца только в дневное время и сменяются каждый час…»
Гуржен бубнил минуты три без перерыва, и под конец позевывать начала даже Барни.
– Надеюсь, больше нас никто не подслушивает, – прервал вампира Тайдомир. – Латону должно было укачать еще на первых фразах.
– Благодарности, как я понимаю, не ждать? – со смешком уточнил капитан, глядя при этом на Зинаиду. – Нам ведь уже пора начать привыкать друг к другу, готовиться к выполнению супружеского долга и вызову дракона из пещеры.
– Да с чего вы решили, что я на все это соглашусь?! – возмутилась Зина, но потом устало отмахнулась: – У нас сначала по плану другой дракон.
– Так можно же совместить! – неожиданно оживился Тайдомир. – Золотые драконы постоянно делят территорию. Вот и вызовем того, который в Рагдруле, он нападет на местного, ну и в конце или они поубивают друг друга, или нам достанется один обессиленный дракон.
– «Нам»? – с сарказмом уточнил Гуржен. – У вампиров с драконами нейтралитет, ты – призрак, наша общая жена, – капитан от души плеснул многозначительного ехидства, – молодая невинная девушка. Так что на бой с драконами отправится, – продолжил он с интонацией диктора, ведущего прямой эфир со спортивных соревнований, – лучший из драконоборцев Теблихана, Рагдрул Харвидкин.
И, с задумчивым видом поизучав темноту за окном, со вздохом буркнул:
– Не понимаю, зачем этот идиот новый контракт подписал. Чтобы героически самоубиться?
– А кому хочется дать жизнь новому золотому дракону? – потирая переносицу, так же в пустоту отреагировал Тайдомир.
– Потерять невинность в кустах с практически незнакомым мужчиной, зная, что в любой момент могут выскочить два дракона и съесть тебя и твоего любовника, тоже не было моей заветной мечтой, – возмущенно отреагировала Зина. – Может, из Рагдрула очень милый дракончик получится?!
– Увильнуть не выйдет. – Гуржен с сочувствием посмотрел на женщину. – Если Латона что—то вбила себе в голову, то выбить это из нее не удавалось никому. Даже до того, как она стала богиней. А уж теперь, когда мы все в ее власти…
– Да за что?! – снова возмутилась Зина. – За что мне все это?!
Барни, которую хозяйка от избытка чувств слишком сильно стиснула, предупреждающе зарычала.
– Латона – богиня забвения, ей подвластны все, кто перешагнул черту жизни. И если не хотите оказаться бессмертной страшной нежитью, рекомендую не бунтовать. Как вы могли заметить, у нашей богини специфичное чувство юмора, – нравоучительно произнес Гуржен.
– Дорвалась! – неожиданно разозлился Тайдомир. – Всегда мечтала управлять моей жизнью, и после моей смерти, наконец—то, ей это удалось!
– Она вроде как оживить тебя хочет, – не слишком уверенно намекнула Зинаида. Но судя по скепсису в глазах обоих ее собеседников, не только она сомневалась в искреннем желании богини.
Просто Латона не произвела на нее впечатления человека… в общем, не походила она на того, кто легко выпускает добычу, особенно если так долго за ней охотился. А оживление Тайдомира означало бы потерю контроля над его жизнью. Кстати, Рагдрула это тоже касается.
– Знаете, мне кажется, нас собираются грандиозно обмануть.
Зина выдержала паузу, почесывая таксе за ухом и игнорируя заинтересованные взгляды двоих мужчин.
– Вот, например, какие есть подвохи с ритуалом вызывания дракона из пещеры? И вы уверены, что после того, как мы убьем дракона, Рагдрул станет живее всех живых? Может, как раз в страшную нежить обратится?!
После этих слов в комнате наступила очень напряженная тишина, которую прервал довольный женский смех.
– А ты действительно быстро соображаешь! Хорошо, что я в тебе не ошиблась. Значит, развлечение будет действительно веселым.
– Вот ведь… – Зинаида чуть вслух не выругалась, так ей надоела подслушивающая все их разговоры настырная богиня. – Да чтоб ты нас не слышала, пока не призовем! – рявкнула женщина, довольно быстро сформулировав правильное пожелание и вложив в него побольше чувств.
– Думаете, сработает лучше, чем перечисление обязанностей? – Гуржен с любопытством посмотрел на Зину.
– Да, в прошлый раз ее проклятье разнесло по камушкам остатки дворца предыдущей богини забвения, – с мрачным видом подтвердил Тайдомир. – У меня что сестра, что жена – врагу не пожелаешь!
– Зато на троих с друзьями можно, – вроде бы пошутил капитан, даже подмигнул, чтобы никаких сомнений не было. Только грустинка в карих глазах намекала, что радости от подобного расклада мужчина не испытывает.
