За окном мелькали трубы фабрик, укрытые сумерками и смогом. Постепенно пейзаж сменялся полями и перелесками. А меня продолжало трясти.
Не от излучения маг-вояжера – сейчас я мигрень едва замечала, – а от увиденного в офисе на Ривер-Штрасс. Имира Сиятельная, как же неловко вышло! И почему в моей глупой голове не сложились два и два – слова Регины о щедрой компенсации и тайная встреча в выходной?
Ответ лежал на поверхности: я до сих пор наивно считала, что верность, преданность и взаимоуважение – лучший клей для супружеских отношений. Не могла и мысли допустить, что Регина станет изменять мужу. Давая согласие Адаму, я в себе была совершенно уверена. Нет в этом мире того, что заставит меня посмотреть в сторону другого мужчины!
***
Вдалеке смазанным пятном промелькнула стая зеленых крикеток, вприпрыжку скакавших вдоль изумрудной воды. Небольшое стадо винторогих гхарров обступило озерцо. Пришли на водопой, пока совсем не стемнело.
Хоть гхарры и были главными вредителями фермерских плантаций, но сами напряженно посматривали вглубь леса. Словно там, в темноте, за чертой света за ними пристально наблюдали глаза истинных хищников Эррена.
Но маг-вояжер был прекрасно защищен чарами: в головном магнистерстве транспорта к безопасности на дорогах относились очень серьезно. Так что заблудших порождений Тьмы, просочившихся сквозь разрывы материи, я не боялась. Пугали меня реальные люди.
Я никогда не ощущала себя настолько уязвимой и слабой, пока не познакомилась со Стервами. Отвратительное чувство – понимать, что никак не можешь себя защитить.
Между Тарлином и Либтоуном располагались небольшие угодья, принадлежавшие местному сельхозмагу. Не чета Анжарским, конечно, – там и трава зеленее, и плотоядная саранча агрессивнее.
Романтика Анжарской провинции меня влекла. В смелых мечтах я перебиралась туда, подальше от звенящего промышленной магией Тарлина. К садам, к гхаррам, и даже, Варх с ней, к плотоядной саранче. Устраивалась на работу в Аквелукский сельхозмаг… И на этой прекрасной ноте мечты резко отключались, сменяясь обидной реальностью: без искры меня туда не возьмут.
Мегги рассказывала как-то о смежных мирах. И о тех, где магия жила в каждом, и совсем не было пустышек. И о тех, где не было магии вообще, и все были равны. Мег была начитанной девушкой с приличным уровнем силы и могла неплохо устроиться. Я же своего потолка давно достигла.
В Эррене, где население с детства делилось на магов и не-магов, у простаков, конечно, были права. Но не было будущего. Такого, о каком мечталось.
***
Маг-вояжер медленно вкатился на Тарлинскую площадь и встал у моей улицы. Наверное, есть миры, где жизнь в центре города высоко ценится и считается благом. В моем же случае это было сущее наказание.
Продираясь через насыщенный магическим излучением воздух и едва переставляя ноги, я доплелась до нашей съемной комнаты. Здесь было пусто: Мег еще не вернулась из библиотеки, а Алисса уже ушла на ночное дежурство в лечебницу.
Не успела я ополоснуться холодной водой и втиснуться в платье Лисси, заботливо оставленное подругой, как в дверь пробарабанили. Адам!
– Привет, я… – я отворила, пытаясь свободной рукой накрутить локон на бытовой завивающий артефакт.
Но, кажется, тот ни гхарра не работал: Лисс истратила весь заряд. Она всегда прихорашивалась, отправляясь в лечебницу. Имелась у нее некоторая слабость к одному ворчливому хирургу.
– Собираешься, как сонная вирра, – проворчал парень, облокачиваясь на косяк. – Накинь шаль, Велисофья. Я арендовал двухместный вояжер с открытым верхом на сегодняшний вечер, а на улице холодает.
Я тихонько зарычала: не терплю, когда меня зовут Велисофьей. Но Адам почему-то решил, что полное имя звучит более красиво и благородно. И на мои возражения не реагировал.
– Я устала, как Варх, собравший Звездносвод, – пожаловалась жениху, в последний момент все же оставляя шаль дома. – Это ведь не слишком надолго? Или, может, тебе лучше сходить одному?
– Не надейся, – хохотнул парень и поправил свою изысканную прическу, уложенную волосок к волоску. Вот кому артефакты никто не разрядил! – Не бойся, Грег тебя не съест, а Тереза и вовсе милейшая старушка…
Ну да, ну да, только понадкусывает.
Адам продолжал болтать что-то успокаивающе-оптимистичное, пока заталкивал меня на неудобное сидение крошечного, поистине пижонского красного вояжера. И пока вез по мощеным улочкам в далекий квартал, в котором я ни разу не бывала. И пока доставал обратно, путаясь в моей юбке и неприлично громко хохоча.
Наконец мы подошли к роскошному двухэтажному особняку. Низкому, коренастому, но широкому, «раздающемуся в плечах». Из пышного ухоженного сада, освещенного фиолетовыми магическими фонарями, лилась музыка, доносился гул толпы. Сколько же здесь людей? И что они все празднуют?
Поежившись, я первой ступила на усыпанную синей крошкой дорожку. Зря все-таки шаль не взяла.
– Нам ведь необязательно рассказывать о помолвке сегодня? – я взволнованно помяла юбку.
День начался паршиво, продолжился погано (так, что издохший гхарр не позавидует) и закончиться мог тоже не лучшим образом.
– Велисофья… Право слово, ты бываешь такой трусишкой! – отмахнулся Адам и потащил меня в глубину сада. Навстречу своему уважаемому опекуну, от одного имени которого в жилах отчего-то стыла кровь.
Глава 4
Сад, окружавший коренастое строение, казался бесконечным. Мы с Адамом топали по дорожке уже пять минут – мимо укромных беседок, плетеных цветочных арок, современных статуй, – но так никуда и не приходили. Сколько же садовников ухаживает за этим парком? И во что его поддержание в аккуратном виде встает владельцу?
Хотя родители меня всегда учили, что считать чужие йоргены некультурно, я все же не могла не задаться этим вопросом. Кольт был неприлично богат. И это сразу бросалось в глаза, заставляло смутиться и присмиреть еще на подходе к дому.
– Красиво, правда? – Адам ждал моего согласия, и я кивнула. Хотя на мой вкус саду не помешало бы немного запустения и очарования старины: уж больно идеально были подстрижены кусты, листочек к листочку. Да и современное искусство меня мало вдохновляло.
Наконец мы вышли на залитую фиолетовым светом площадку с лавочками и сценическим помостом вдалеке. Молчаливыми скульптурами у деревьев стояли официанты с подносами, в центре возвышался круглый стол с закусками. Его обступила нарядная, жужжащая разговорами толпа.
Обилие гостей сбивало с толку. Семейная вечеринка? Вся эта сотня человек – родня Адама?
– Я оставлю тебя на минутку, Велисофья? Нужно засвидетельствовать свое почтение одной благородной леди, – пробормотал мой жених и, коротко клюнув в похолодевший висок, отбежал в сторону.
Я запоздало кивнула и отступила обратно в тень садовой дорожки, плотно обнятой высокими кустарниками с обеих сторон. Под защитой пышных растений мне было комфортно, и выходить туда, на свет, в толпу, совершенно не хотелось.
Наверняка там у каждого по паре простеньких, но до искр заряженных артефактов – омолаживающих, разглаживающих кожу, дарящих стойкий аромат, маскирующих шрамы и иные недостатки… У Алиссы имелся один такой, стиравший веснушки.
Адам был чудесным парнем, но не слишком тактичным. Он все время забывал о моих проблемах, связанных с магией. И, конечно, не подумал, что я бахнусь в обморок в этой толчее, обвешанной зачарованными украшениями.
Я видела, как Адам подошел к одной надменной даме, сухой и высокой, и уважительно поклонился. Присмотрелась к ней получше: у жениха ведь были веские причины для того, чтобы оставить меня одну?
Тонкие губы, узкий длинный нос, темные волосы, приглаженные к голове и словно маслом политые. Интересная особа. Издалека она казалась немного сплюснутой с боков и вытянутой, как жердь. Будто вся целиком была натянута на внутренний стержень, который в ней, без сомнений, имелся.
Рядом с ней смущенно переминалась с ноги на ногу девушка моего возраста. Хорошенькая, чем-то на меня похожая: длинные темные волосы, узкие плечи и талия, тонкие черты. Но в ее позе было столько покорности и желания подчиняться, сколько я даже в Танне не замечала. А ведь она не один год прослужила Стервам!
Адаму девушка обрадовалась, даже позволила себе робкую улыбку. Я наконец поняла, что ведет она себя, как положено девице на выданье: скромно и покладисто. И в груди неприятно кольнуло.
Я взяла с пустого подноса бокал с чем-то золотисто-пузырящимся, развернулась и побрела к пустовавшей белой беседке, которую приметила у входа. Надеюсь, у Адама найдется всему этому объяснение.
Звездный вечер ложился на плечи, как прохладное шелковое одеяло. Легкий ветер разносил густые ароматы цветов. Чем дальше я удалялась от толпы гостей, тем спокойнее становилось внутри.
Из-за поворота выплыла пара: высокий темноволосый мужчина медленно вел под руку пожилую леди. Я вжалась спиной в кусты, чтобы их пропустить. Поравнявшись со мной, джентльмен медленно повернул лицо. Имира Сиятельная!..
Зеленые глаза полыхнули огнем узнавания, жесткие губы скривились в недоуменной ухмылке:
– Вы все-таки решили присоединиться?
Я вскрикнула, зажала рот ладонью и крепко зажмурилась, отказываясь верить в такое ужасающее совпадение. Варх меня прибери!
Этот хищный профиль невозможно было не узнать. И этот взгляд… нахальный, всезнающий, острый. Я сильнее вжалась в кусты, требуя от них немедленной защиты от незнакомца.
Мой ошарашенно-перепуганный вид вызвал волну хриплого смеха, и глаза пришлось открыть. Да, он все еще тут. Никуда не ушел. Только пожилую леди отпустил и зачем-то сделал шаг ко мне.
– Я… Я… – пыталась подобрать слова, которых от меня уже никто не ждал.
– Грег, к твоей речи все готово! – проорали со стороны гостей.
– Сейчас, Даррен… Уже иду… – бросил мужик негромко, но тот, первый, его прекрасно расслышал.
«Грег»?!
Нет-нет. Кольт старый, а этому и сорока нет. Это какой-то другой Грег, их вполне может быть несколько. Ведь правда?
Да, Софи, правда. И все они сегодня в имении Кольтов будут читать речь. Ничего подозрительного!
Колдовские глаза «инвестора» глядели изучающе, с подозрением. Словно он тоже не знал, чего от меня ожидать, и был весьма удивлен встрече.
– Не стоит прижиматься к кустам, – его хищная ухмылка больше походила на оскал. – Это растение весьма…
Продолжения я не дождалась. Мужчина сделал резкий шаг ко мне и протянул руку. Так хищник в прыжке настигает жертву! Хватает добычу и тащит в логово. Или прямо на месте разрывает на части.
Я даваться в лапы не собиралась. И, тонко вскрикнув, отпрыгнула назад, расплескав содержимое бокала на платье и завалившись в те самые кусты.
Все произошло так быстро, что я сама не поняла, как оказалась на земле. Запутавшаяся в колючих ветках и облитая липкой гадостью. Кто сказал, что на сегодня с меня нервных потрясений достаточно?
Расширившимися от шока глазами я снизу глазела на этого «Грега», мрачно нависавшего над моим опутанным плетьми телом. Лисс убьет меня за свое выходное платье. Если сама сейчас же не умру со стыда.
– Ох, Грегори, ты совсем девушку запугал, – сердобольно охнула старушка и гневно стукнула его кулачком по лопатке. – Кто учил тебя манерам?
– Ты. Ты учила меня манерам, Тереза, – закатил глаза этот тип, игнорируя удар.
Лицо седовласой леди окрасилось виноватым «Ах да». Мол, «что вышло, то вышло, я пыталась». Женщина развернулась и медленно пошла по тропе в сторону музыки и голосов.
– Не припомню, чтобы вас сюда приглашали, – раздраженным шепотом заметил мужчина, без спроса выковыривая меня из кустов.
Те цеплялись колючками за платье, как за спасительную соломинку. Это у нас было взаимно: я бы тоже с превеликим удовольствием в кустах осталась!
– П-приглашали, – возразила максимально твердо. Насколько это было возможно в столь запутанной ситуации.
Не хватало еще, чтобы меня выставили за ворота, пока жених где-то там свидетельствует свое почтение!
В конце концов, Адам сам сказал, что нас ждут и никто не удивится, если он приведет невесту. Тогда откуда столько старательно скрываемого изумления на хищном лице?
– Вы неверно истрактовали мое приглашение, – он приподнял меня к своему лицу и наклонился к самому уху, обдав кожу горячим дыханием. – Я не встречаюсь с девушками… кхм… определенных профессий у себя дома. Но если вы так жаждете продолжить общение, мы можем перенести его… скажем, в «Тарлинскую звезду»? На набережной, в полночь. Там и обсудим ваши перспективы и мое… кхм… внимание.
Окончательно опешив, я повисла в загребущих лапах, методично отдиравших от платья колючки. Моя профессия не подразумевала ночных встреч! Да и дневные уже порядком измотали, и новых подопечных я брать не планировала.
Предвкушающая ухмылка намекала, что и он в услугах гувернантки не нуждался. А зря: проблемы с воспитанием налицо. Но в таком возрасте их исправит только… верно, она самая.
Хотя, если Алисса не шутила и Кольт изобрел зелье бессмертия, то и тут без шансов.
Если это, конечно, Кольт. Ведь есть хоть какой-то мизерный шанс, что нет?
– Я здесь не по вашему приглашению, сир, – зашипела на незнакомца, решив пока не забывать про уважительное обращение. На всякий случай. Кто знает, в каком он там магическом чине. – Меня пригласил другой мужчина. Куда более…
«Воспитанный!»
– Так это просто невероятное совпадение? – хам ухмыльнулся, с плотоядным интересом изучая мое раздраженное лицо.
Подбросил легонько, поудобнее устраивая талию в капкане его рук. Я растерянно заозиралась. Как некстати Адам задерживается! Вырываться из захвата было бы глупо: я оставалась оплетена коварными колючками и, выпусти меня мужик, непременно упала бы обратно в самую гущу. И кто вообще додумался высаживать такое недружелюбное «чудо» вдоль садовой дорожки?
Явно тот, кто не слишком любил гостей. И развлекался, наблюдая, как они портят свои платья и пытаются отодрать от них приставучие плети, покрытые крошечными, но очень прилипчивыми шипами.
– Выходит, у столь юной воспитанницы пансиона с отсутствующей магической искрой уже имеется покровитель? – вернул меня на землю (пока лишь в переносном смысле) «инвестор».
Я недоуменно сдвинула брови: на мне не написано, что я простачка! Тем более тут темно. Да и платье на мне не бедное – самое нарядное, что есть у Лисс.
– Бросьте, годы муштры под крылом мэтра Сайлэ у вас на упрямом личике высечены, – он нахально стряхнул взлохмаченные волосы с моего лба. – Что до искры, – коварный шепот пробрался в ухо, – Вы так оголены, так беззащитны, что все ваши эмоции как на ладони. Так кто ваш покровитель, глупышка? Или вы работаете на Темону?
– Я честная девушка! – возмущенно схватилась за его запястье и попыталась отодрать руку от своей талии. Уж лучше обратно в колючки!
– Но имя Темоны вам явно знакомо… – задумчиво поиграл бровью.
– Я работаю гувернанткой… сир. В доме Стервов, – уважения во мне оставалось все меньше, а ярость брала свое. – Можете уточнить этот момент у миссис Стерв. Вы ведь хорошо знакомы?
– Ах, вот почему вы так беспардонно вломились в ее офис. Я, право слово, решил, что дверью ошиблись: прислуга у Регины обычно более деликатна.
– Не прислуга. Гувернантка, – едва ли не по слогам процедила, с надеждой посматривая на другой конец дорожки. Может, оттуда, из темноты, выплывет Адам и спасет меня из лап ужасного дракона?
– Боюсь, уже нет, – равнодушно пожал плечами незнакомец. – После всего, что вы так некстати увидели, уверен, уже завтра вы получите расчет. Йозеф в гневе весьма неприятен, Регина не захочет рисковать. Может, она даже на некоторую сумму за неразглашение расщедрится, но я бы сильно не рассчитывал.
– Отпустите меня, – прохрипела, борясь с желанием схватить ближайшую плеть и огреть мерзавца.
– Я вас не держу. Это все куст. Он неисправим и имеет отвратительный нрав, – отрекомендовал растительность «инвестор». – Что ж, раз вы остались без работы… А в Тарлине довольно трудно устроиться простачкам…
– Намерены меня «пристроить»? – фыркнула насмешливо.
Грудь пекло от честной, совершенно заслуженной злости. Где ходит Адам, почему не торопится найти меня, свою, между прочим, невесту?
Если этот зеленоглазый мужик – тот самый Кольт, его опекун, то пора бы нас уже официально представить. Чтобы избавить друг друга от ложных ожиданий и дурных намерений. Потому как этот «Грег» – просто невыносимое создание, относящееся к женщинам, судя по всему, как к товару для утех и не более.
– Можем обсудить ваш потенциал. В «Звезде», в полночь, – задумчиво выдал «инвестор». – А мой дом я вас попрошу покинуть. Поймите правильно, я бы охотно провел время в обществе ваших огромных синих глаз, но есть обязательства перед семьей.
Он оторвал от платья последнюю колючку и вернул меня в вертикальное положение. Махнул свободной рукой, и почти сразу же на горизонте появился охранник в черном форменном плаще до земли.
– Я никуда не уйду, – прошептала взволнованно. Все-таки Кольт. Не будет «просто гость» вызывать охрану по ментальной связи! – Я пришла сюда не для того, чтобы…
– Вот как? А для чего? Шантажировать? Меня? – «инвестор» удивленно поднял бровь, словно только умалишенный рискнет пойти против Кольта. И был, в общем-то, прав. После всех сплетен, что я вчера наслушалась, опасения имелись самые разные.
– Я не собиралась… никому, сир Кольт!
Фигура охранника медленно плыла к нам по дорожке, а мысли в голову вбивались одна плачевнее другой.
Этот мужик – опекун моего жениха.
Варх меня прибери! Имира Сиятельная, куда ты смотрела?
Мужик. Которого я застала со спущенными штанами в офисе Стервеллы. Опекун. Моего. Жениха!
– Едва ли мою репутацию может хоть что-то испортить сильнее, – Кольт махнул охраннику, и тот притормозил. – Мне, право, все равно, кому вы расскажете. Да и свободная пресса в Эррене не такая уж и свободная.
– Это не мое дело, сир. Все это просто вархово совпадение. Я здесь с…
– Грег! – с другой стороны тропы возник тот самый мужчина, что звал его в первый раз. Даррен, кажется. Хорошо одетый (Мег сказала бы «респектабельный»), с обилием «дружелюбных» мимических морщин на лице, но чем-то сильно озабоченный. – Люди ждут. Все давно собрались у сцены!
– В таком случае – «Тарлинская звезда», сегодня в полночь. Не опаздывайте, – бросил «инвестор» шепотом и бодрой походкой зашагал к гостям. Оставив меня в компании невоспитанного куста, напрягшегося охранника и тонны недоумения.
Глава 5
Выбрав из двух зол – охранника и Грегори Кольта – большее, я двинулась в сторону последнего. Его прямая спина давно исчезла в сиянии сиреневых фонарей, что освещали открытую площадку, но дух неодобрения продолжал витать над дорожкой. Я даже как будто слышала ворчание «инвестора», велевшего мне слушаться его и немедленно покинуть частную территорию.
Видит Варх, сбежать подальше от колдовских глаз очень хотелось! Но не могла же я бросить Адама на «семейной вечеринке» столичных масштабов? Так что я пошла по тропе с гордо задранным подбородком, игнорируя взгляд стража, сверлившего мой затылок.
И не только стража. Странное чувство: казалось, на меня смотрит сразу две пары глаз. И как минимум одна – зеленых. От щекотно-колючего взгляда хотелось чесаться, но я сдерживалась: воспитаннице пансиона мэтра Сайлэ не подобает. А «годы муштры» у меня высечены не только на личике.
Стараясь держаться подальше от толпы, я отошла в тень дерева и вернула пустой бокал на поднос молчаливого официанта в белом. Неподалеку от меня стояла «девица на выданье», которой Адам «свидетельствовал почтение». А самого его нигде не было.
Шутка затянулась, и я с нетерпением ждала ее окончания. С пансиона недолюбливаю розыгрыши, тем более обидные.
Спустя пять минут бездействия и одиночества я все же рискнула выдернуть девушку из задумчивого оцепенения.
– Прошу прощения, мисс…
– Сирра. Темсфорд, – вежливо поправила меня та и одарила скромной улыбкой.
Хотя, видит Варх, на сирру она никак не тянула. Даже Адам до этого магического титула еще не дорос. О чем я не преминула ей напомнить.
– Я видела, что вы общались с мистером Кольтом. Младшим. Не подскажете, куда он направился после?
Уж я-то сильных магов за версту чувствовала: от одной их ауры накрывала бесконечная головная боль. С Адамом мне было комфортно еще и потому, что он не был слишком одаренным чародеем. В отличие от своего раздражающего опекуна.
– Так ведь… Туда же, куда и старший, – растерянно пробормотала безымянная «сирра Темсфорд», поправила на плечах волны белоснежного трисольского кружева и ткнула пальчиком на сцену.
И действительно, Адам обнаружился там, куда я всеми силами старалась не смотреть. У ярко-зеленого кристалла, заговоренного на усиление звука, в компании мрачного опекуна и его нервного, но все так же улыбчивого помощника.
– Кхм, – влилось в уши многократно усиленное. – Приветствую всех приглашенных на торжестве, посвященном открытию фабрики магических красок в Либтоуне, – хрипловатый голос Кольта пробирался прямо под кожу, вызывая столпотворение беспокойных мурашек. – А тех, кого не приглашали, прошу покинуть частную территорию. Не то ведь я вас найду… Шутка.
Тон «инвестора», впрочем, был совсем не веселым, и я на всякий случай отступила в тень. Не найдет. Прятаться я умею.
– Масштабный проект, к которому моя компания так долго шла, наконец получил жизнь. И это бесценно. Впрочем, думаю, все уже успели прочитать колонку мисс Мэтьюз в «Вестнике» и в курсе, каких трудов мне это стоило…
По саду прокатились неловкие смешки, и я очень пожалела, что не попросила у попутчика сегодняшнюю газету. Хотя бы морально подготовилась. В том, что мы с этим человеком не подружимся, я уже не сомневалась.
– Не волнуйтесь, я получил щедрую компенсацию своих страданий, – ухмыльнулся Кольт, выискивая кого-то глазами.
В голове сложилась мозаика: «Либтоунский вестник»! Он принадлежал Стервам, как и вся «свободная пресса» от Тарлина до Аквелука. Выходит, мисс Мэтьюз-Грейс написала что-то гадкое, и Регине пришлось… Словом, фу.
Компенсацию он себе взял приличную. Неприличную, если точнее. Дважды фу!
– Считаю должным вам рассказать, что мы с отцом Адама спроектировали фабрику давным-давно. Но только сейчас я смог реализовать его идею. И то, что открылась она на годовщину смерти Эшфорда Кловенборна – дань памяти моему другу и партнеру по магическому бизнесу.
Голос Кольта на мгновение осип, и мужчина похлопал Адама по плечу.
– Мы с Эшем вместе начинали. Он поставлял идеи, я воплощал их в жизнь. Мой товарищ не был слишком одарен магически, зато его фантазия не знала границ. Я же, хоть в молодости побывал в дюжине миров, так и остался простым реализатором. Совру, если скажу, что до сих пор не тоскую по Эшу.
Грегори Кольт приобнял Адама за плечи и чему-то улыбнулся. Даже не таким великим и ужасным показался на мгновение. Но это все, конечно, была иллюзия.
– Эш, гхарр линялый, предчувствовал свой уход и прекрасно к нему подготовился, повесив всю ответственность на меня. Минуло десять лет, как его нет с нами. А мальчишка вырос его точной копией.
Мужчина щелкнул костяшками пальцев по кристаллу и голос стал тише, интимнее. Словно он собирался рассказать нечто личное.
– Эшфорд, Даррен и я… В юности мы были веселой троицей, доставляющей немало хлопот моему отцу, Ангусу Кольту, – чародей стряхнул невидимую пыль с плеча помощника. – И для меня бесценно, Даррен, что ты все эти годы продолжаешь служить нашей семье. Что до Эша… Я уже упоминал, что он линялый гхарр?
Гости послушно рассмеялись, а я напряженно закусила губу. Неясное предчувствие неприятностей вдруг накатило со страшной силой. Куда Кольт клонил, затеяв всю эту историю о дружбе и семейных ценностях?
– Да, человеческие слабости были ему не чужды. И я не все их понимал и принимал, – хмурая тень наползла на лицо «инвестора». – Но он был отличным другом. И я рад, что мне удалось приложить руку к воспитанию его сына. Сейчас рядом стоят люди, которым я безоговорочно вверю свою жизнь. Моя опора. И для каждого из них я готов сделать очень многое. Очень. Многое.
По площадке разнеслись аплодисменты, я же нервно передернула плечами. Не вязалась эта речь с образом циничного, жесткого, властного мага, о котором мне всю ночь рассказывали Лисс и Мег! Хотя Адам о своем опекуне всегда отзывался с уважением, но…
– Так уж вышло, что мое «долго и счастливо» длилось не так долго и не так счастливо, как я рассчитывал, – прочистив горло, сухо продолжил Кольт. Он снова нацепил маску равнодушия, и от его голоса повеяло холодом. – Своих детей я завести не успел. Адам, хоть и не родная мне кровь, но продолжение моего товарища и партнера по бизнесу. Развлекайся, Даррен, но не усугубляй, утром ты мне понадобишься в качестве семейного юриста. Потому что сегодняшним днем я передаю фабрику красок моему воспитаннику.
Толпа взорвалась громкими одобрительным возгласами, и я едва услышала, как рядом со мной восторженно выдохнула «сирра Темсфорд».
– Прекрасное решение, вы не находите? – пытаясь скрыть неуемную радость, что сочилась даже из пор, прошептала черноглазка. Она поправила оборки элегантного бело-голубого платья и приняла самую благовоспитанную позу из возможных. – Сир Кольт так благороден, так мудр! И бесконечно дальновиден. Адам, как никто другой, достоин стать будущим рода Кольт.
– Да, конечно… достоин, – закивала согласно, размышляя о «благородстве» совсем-не-старого Кольта. Который как раз успел спрыгнуть со сцены и теперь стоял в гуще толпы, обсуждая что-то с матушкой «девицы на выданье».
– Он прекрасный молодой человек. Воспитанный, приятный, веселый, – продолжала нахваливать девушка. – А с этого вечера еще и самый завидный жених Тарлина.
Вот оно. То, что острым камешком врезалось в грудь несколькими минутами ранее и не давало мне присоединиться к чужому восторгу.
Адам мне куда больше нравился, когда был менее «завидным». Как гхарру пить дать, теперь его испорченный опекун решит, что я очередная охотница за наследством! Раз, лишенная искры, добровольно согласна на тяготы жизни с магом. Едва ли этот циник верит в настоящую любовь.
Но я знала, на что иду. Или думала, что знала. До этого вечера.
Во-первых, Адам был слабым чародеем, хотя старательно этот факт скрывал. Во-вторых, наследство, оставленное его погибшим отцом, было не так велико, как многие полагали. Вояжеры мой жених брал в аренду, а не покупал.
Его опекун вполне мог завести собственную семью. Вон он… совсем даже не старый оказался. Что весьма обескураживало.
Но, похоже, Кольт такой вариант не рассматривал, раз с легкостью передал воспитаннику целую фабрику. И где! В Либтоуне! До которого Варх знает сколько часов езды в полуобморочном состоянии… В моем полуобморочном состоянии, само собой.
Я пока не понимала, чем все это грозит для нашей помолвки. Новый статус Адама, омерзительный опекун с этими его «компенсациями» и непристойными предложениями… Восторженная «сирра Темсфорд», да еще и фабрика у гхарра в… неприличном месте!
– Юная мисс, я раньше вас не видел на мероприятиях Кольтов. Кто вас пригласил?
Я нервно обернулась и увидела перед собой строгого охранника. Обреченно прикрыла глаза: он меня все-таки нашел.
«Сирра Темсфорд» растерянно ахнула и поспешила от меня отойти. Словно соседство с преступницей, тайно пробравшейся на торжество, могло навредить ее репутации, сверкающей, как начищенный сапог на анжарском солнце.
Пожилой страж недвусмысленным образом разглядывал мое платье. Оно было пусть и не бедным, но современным модам не соответствовало. Хрупкая Лисс, со стороны напоминавшая подростка, выкупила его у своей начальницы, в силу определенного положения увеличившейся в размерах.
На мне оно тоже в груди едва сходилось, отчего та постыдным образом выпрыгивала из корсажа. И привлекала к себе излишнее внимание. И я еще удивлялась, что Кольт принял меня за… Варх знает кого?
– Я уже ухожу.
Страж указал на дорожку, и я послушно засеменила впереди него. Вокруг смеялась и рукоплескала толпа, скрывая от меня обоих Кольтов. Адам где-то там принимал поздравления и заверения в дружеском расположении. Я бы могла подпрыгнуть, помахать ему рукой, пробиться сквозь круговорот наряженных тел…
Но сейчас все это было совершенно некстати. Явно не тот момент, чтобы быть представленной семье. И в свете внезапного триумфа Адама. И в свете недвусмысленного приглашения его опекуна.
Мне нужно время, чтобы собраться с духом. Вытащить из глубин чувство собственного достоинства. Выпрямить спину и поднять голову, как учил мэтр Сайлэ.
Охранник вышагивал сзади, и я снова ощущала на себе сдвоенный взгляд. Будто некто смотрел на меня его глазами. Почудится же!
Я вышла за помпезные ворота и поежилась. Не столько от холода, сколько от неприятной мысли, что Тарлин вновь напомнил мне, что я в нем лишняя. Мегги постоянно твердит, что за место под анжарским солнцем нужно бороться. Вот только это довольно трудно сделать, если силы катастрофически неравны.
– Стойте, мисс, – пожилой охранник вышел ко мне за ворота. – Ночь обещает быть прохладной, а вам отсюда, полагаю, путь неблизкий?
– Неблизкий, – не стала отпираться.
Мой облик явно не соответствовал респектабельному кварталу, в котором находилось имение Кольтов.
– Накиньте на плечи, – мне в руки сунули свернутый плащ из мягкой шерсти аквелукских венценосных гхарров.
– Я не…
– Вернете с любым курьером. Оплата за счет получателя.
– Вы очень добры, – улыбнулась совершенно искренне и закутала плечи в нежную шерсть. Совсем не колючую, в отличие от той, с которой я привыкла иметь дело.
– Это распоряжение хозяина, мисс, – строго выдал охранник и отвернулся.
Но я ему не поверила. Что бы мне ни почудилось, не мог Кольт с центра сада увидеть замерзшую меня и передать свой приказ прямо в голову охраннику. Глупости это!
Опекун моего жениха, без сомнений, сильный чародей. Но все же не тысячелетний колдун, лично видавший, как Имиру Сиятельную заковывали в цепи и отдавали в иномирское рабство, чтобы откупиться от демонов Керракта.
А еще он явно не из тех людей, кого в разгар торжества будут заботить озябшие женские плечи.
Думая о судьбе проданной богини – столько силы и власти не помогли ей побороть систему! – я торопливо шла по мостовой в сторону площади. Запомнила дорогу, по которой привез меня Адам.
Жили мы с девочками далеко от набережной, так что, где располагалась эта гхаррова гостиница, я понятия не имела. Конечно, ни в какую «Тарлинскую звезду» в полночь я не собиралась. Но уведомить об отказе «старого» Кольта не было никакой возможности…
«Я девушек вашей профессии в своем доме не принимаю». Тьфу!
Пожалуй, ему будет полезно прогуляться в полночь до набережной. И обратно.
Глава 6
Я подскочила с первыми лучами, едва бледное солнце центрального Эррена лизнуло крышу соседнего дома. Лисс уже вернулась и теперь самозабвенно похрапывала, отдыхая после смены. В стеклянном ящике для магической почты одиноко бился голубой конверт – он-то меня и разбудил.
Игнорируя призывы тела еще немножко полежать, я поднялась с постели. Ноги гудели, равно как и голова. Вчерашняя прогулка по вечернему Тарлину выпила остатки сил и отдалась ноющей болью в пояснице.
А еще я целую ночь провертелась в безуспешных попытках заснуть. В мысли нагло влезали варховы зеленые глаза. То насмешливые, то обвинительно-строгие. Они преследовали с полуночи, и договориться полюбовно, чтобы меня оставили в покое, никак не получалось. Если так выглядела совесть, право слово, образ она выбрала не самый располагающий.
Зеленоглазый кошмар промучил меня до самого рассвета. Словно мстил за пустовавшую гостиницу на набережной! Но я ведь не дала согласие? Хотя, конечно, стоило оставить стражу записку и как-то обозначить свой отказ…
Штамп на конверте был знакомый, тарлинский. Внутри обнаружилась пухлая пачка йоргенов – сплошь голубые сотенные купюры.
Я нервно сглотнула: Регина очень дорого оценила свою тайну. На эти деньги мы с Алиссой и Мег могли бы перебраться из заплесневелой комнатушки в центре куда-нибудь на окраину. И безбедно жить там как минимум полгода.
«В ваших услугах мы более не нуждаемся. Письмо с рекомендацией прилагаю. С наилучшими пожеланиями, Стерв Р.»
Формально, сухо, без секундного проявления слабости… В этом была вся Регина.
Я вытащила небольшую карточку, рекомендовавшую меня как превосходного специалиста, и вложила йоргены обратно. Заклеила конверт и наскоро оформила возврат.
Минуту спустя письмо растворилось в фиолетовой дымке почтового ящика. На душе сразу стало спокойнее. Родители не зря учили меня никогда не брать того, чего не заработала.
Алисса во сне улыбалась и накручивала на палец рыжий завиток. Похоже, нынешнее дежурство прошло удачно.
Я погладила подругу по мягким волосам, гадая, насколько далеко они зашли в их странных, временами болезненных отношениях… При всей своей болтливости, в том, что касалось «того самого хирурга», Лисс была крайне закрыта. Я даже начала подозревать, что он несвободен, и потому ее так лихорадит от каждой встречи и последующего расставания.
Я верила в любовь. В спокойную, разумную, исполненную достоинства, доверия и взаимного уважения. Такую, как была у моих родителей. Но никогда не понимала этих сумасшедших страстей, ночей, напитанных выплаканными слезами, истерик, ревности, бурных сцен…
Вся эта история с хирургом была изначально нездорова, она отравляла Алиссе жизнь. Но та почему-то не спешила прекращать отношения, чем вводила меня в ступор.
В прошлый раз они так крепко повздорили, что Лисс не смогла выйти на ночное дежурство и мне пришлось ее подменить. Рисковое мероприятие, но она так просила… и я не смогла отказать.
Роковая случайность. Именно той ночью в Тарлинской Лечебнице я познакомилась с Адамом Кольтом.
Работа у младшей помощницы целителя была непыльной – размещать пациентов, разносить снадобья и сонные капли, мерить температуру заряженными артефактами, вызывать лекарей в тяжелых случаях. Днем Лисс иногда допускали ассистировать в простейших операциях, но ночные дежурства, как правило, проходили спокойно.
Как правило.
Чаще всего поступали пациенты с магическим истощением, пережившие сильный откат или соприкоснувшиеся с порождением тьмы. Лисс подсказала универсальный способ: развести щепотку порошка керрактского золота в воде и плеснуть туда немножко настойки эшерских дварфов. Помогает в девяти случаях из десяти, и никакой целительской магии не нужно.
И вот, когда я уже расслабилась, почувствовав себя важной и нужной, поступил он – Адам Кольт. С сильнейшим истощением после глупого магического эксперимента и… стойкой аллергией на керрактское золото. Вот Варх бы побрал Алиссу с ее нездоровой, несвоевременной любовью!
Пришлось врать, что мой резерв уже истощен, и буквально на себе тащить парня на этаж главной целительницы. А потом сопровождать юношу в кителе Либтоунской академии обратно в палату и…
Вот тут-то это и произошло. В операционной, которую мы миновали, главный хирург Тарлина вершил очередное чудо. Выброс энергии был таким мощным, что у меня поплыло в глазах. Дыхание оборвалось, ноги подкосились…
