– По рукам, – весело согласился хозяин дома. – С условием, что ты заключишь гхарров контракт с Темсфордами.
Ох, похоже, Адам застрянет в Либтоуне надолго… Мне ведь не придется самой все устраивать?
– Не печальтесь, мисс Эштон, поскольку ваша свадьба будет оплачена со счетов семейства Кольт, я с интересом приму участие в организации церемонии.
Варх Всемогущий! Нет-нет-нет! Да он меня сожрет. С кожей, костями… и даже ногти и зубы не пожалеет.
– Я не готова принять вашу щедрость, сир, и желала бы разделить расходы.
Кольт рассмеялся. Хрипло, задорно. Крайне издевательски. Захотелось подхватить со стола графин с булькающим содержимым и опустошить ему за шиворот.
– Неужто Регина была так щедра? – отсмеявшись, уточнил гад.
– Вовсе нет… – я растерла пунцовые щеки, прикрыла глаза, покусала губы. Как все запутано! – Точнее, была, но…
– Это ваше личное дело, мисс Эштон. И ваши личные йоргены, – насмешливо фыркнул Кольт. – Потратьте их на новое платье, пошитое по хитанской моде… или на что там принято у дам спускать крупные суммы? И впредь не делайте мне таких оскорбительных предложений, если хотите и дальше жить под этой крышей.
Я обескураженно открыла рот. Это я ему делала оскорбительные предложения? Да у этого гхарра парнокопытного что-то с памятью!
– Завтра же займемся подготовкой. Столько всего надо выбрать… Нельзя потерять ни дня, мисс Эштон, – коварно заявил «инвестор» и, видит Варх, подмигнул!
Я с ужасом посмотрела на Адама, каждой мышцей и нервом подавая сигналы бедствия. Но он, кажется, не замечал моей паники. Витал в каких-то своих фабрично-либтоунских облаках. Не понимал, что его опекун кружит вокруг меня голодной акулой, загоняя в тихую заводь, из которой нет выхода.
Судя по мечтательному виду моего жениха, тот уже летел воздушным судном в свои новые владения. Проводил мысленную экскурсию обеим сиррам Темсфорд. И был очень, крайне, вопиюще убедителен.
А платье я буду выбирать… вот с Этим.
Следующие два часа я провела в молчаливой компании задремавшей у окна Терезы. Брошенная обоими Кольтами: младшим – к прискорбию, старшим – к огромному моему удовольствию.
Вместе с юристом они отправились наверх, предположительно в хозяйский кабинет – оформлять бумаги. Адам выглядел довольным, как каффа, налопавшаяся сметаны и подставившая солнышку мохнатое пузо. И я тоже старалась за него радоваться.
Саяра уже трижды сменила мою пустую чашку на полную и даже уговорила отведать фирменный паштет из крикеток, изготовленный по древнему рецепту ее прабабки.
– Вы выглядите потерянной, мисс. Может, добавить успокаивающих капель в охлажденный морс и проводить вас в сад? – тихо спросила она, забирая пустую тарелку. Что примечательно – смело и без ненужной подобострастности, что я не раз видела на лице Танны в доме Стервов.
– Я просто… разволновалась, – я подняла глаза на миловидную прислужницу и тяжко вздохнула. Я не привыкла откровенничать с незнакомцами, но больше спросить совета было не у кого. – Общение с сиром Кольтом действует на меня… странно. Мне кажется, что он ко мне предвзят.
Да что там «предвзят»! У меня от этой темной личности мурашки по коже.
– О, не берите на свой счет, мисс. Сир Кольт ко всем дамам относится с предубеждением и определенной долей пренебрежения, – Саяра покосилась на спящую старушку и украдкой закатила глаза. – Сир Грег – завсегдатай партэлей, так что представления о любви у него… специфические. И манеры соответствующие. Вы уж не обессудьте. Мистер Адам совсем другой – учтивый, обходительный. Никогда слова дурного не скажет.
– Предубеждение и пренебрежение я уже в полной мере прочувствовала, – вымученно улыбнулась. – Или… еще не в полной?
– Боюсь, нет, мисс. Кольты от своего не отступаются, это известно всем от Аквелука до Хитаны. А ведь сир Грег был когда-то женат, представляете? – шепотом поведала прислужница, и я закашлялась так, что взвар чуть носом не пошел.
Этот тип и женат? Бедная девушка!
– И что же случилось? Он вдовец?
– Хуже, – глаза Саяры снова уставились в потолок. – Разведен, мисс. Сами знаете, какая редкость для Эррена и дерзость – для рода Кольт…
– Где вы живете, мисс Эштон? – прогремело с лестницы так внезапно, что я подпрыгнула на стуле.
Прислужница неловко пролила взвар на скатерть, и даже Тереза заворочалась у окна. Оставалось лишь мечтать, что хозяин дома не слышал, чью нескромную персону мы тут обсуждали.
– Иди, Саяра, потом уберешь.
Мужчина хмурился Варх знает из-за чего, и девушка поспешила скрыться в кухонных помещениях. Старушка снова провалилась в сон, огласив столовую богатырским храпом.
Кольт-старший подошел ближе, неприятно сцепил пальцы на моем локте, крайне неделикатно вытащил меня из кресла и подтолкнул к выходу. Все-таки решил выпроводить, пока Адам не видит? Что-то «инвестор» повторяется.
– Отпустите, – попыталась выдернуть локоть из мертвой хватки. – И только не говорите, что это не вы держите, а куст!
– На этот раз я, мисс Эштон, – признал Кольт и свободной рукой распахнул входную дверь. – Я решил, что вы заскучали, и придумал вам занятие на время, пока Адам будет разбираться с бумагами.
– Я в состоянии занять себя самостоятельно, сир…
– Так где вы живете?
– Мы с подругами снимаем комнату в центре, – спустившись по ступеням в сад, я все-таки высвободила локоть и развернулась к Кольту. – За площадью, на небольшой улочке, которую облюбовали строители и…
– Достаточно. Так я и думал, – опекун моего жениха потер широкую бровь и кивнул на дорожку, ведущую к воротам.
Там уже дожидался охранник – тот самый, что вручил вчера плащ. И черный четырехместный вояжер с зашторенными окнами. Я резко свернула на противоположную тропу – ту, что вела вглубь сада. Не позволю себя выставить. Не в этот раз!
– Мисс Эштон, вы обескураживающе непослушны, – проворчали в мою спину. Кольт шел за мной по пятам.
– Я никуда не уеду!
– Уедете. А потом вернетесь. С вещами, – отрывисто объяснил Кольт, и я притормозила.
Какими еще вещами?
– С вашими, – уточнил он, хотя я не спрашивала. Видит Варх, не спрашивала! – Осторожнее, мисс Эштон.
– Угрожаете? – я насупилась и сделала шаг назад.
– Это не я, это куст, – хмыкнул Кольт, кивая за мою спину.
Имира Сиятельная! Позади меня снова шевелил колючими плетьми старый знакомец! Ждал, что я опять упаду в его цепкие недружелюбные объятия. Этак у меня платьев совсем не останется…
Я шустро отпрыгнула от куста вперед, влетев обеими ладонями в «большее зло». Твердое, хмурое и небритое. Но в данном случае все-таки меньшее. Которое зачем-то ухватило меня за локти, стоило в него влететь. Рефлекс, видимо – хватать все, что под руку попадается.
– Что до моих угроз, мисс Эштон, – «инвестор» опасно нагнулся к моему лицу, – то я пока даже не начинал.
Я выпуталась из нового капкана, передернула плечами и прямо посмотрела на невыносимого типа.
– Зачем вам мои вещи?
– Они понадобятся вам. Не будет же столь порядочная мисс ходить в одном и том же все три недели? – насмешливо бросил Кольт и двинулся по тропе вперед. – Сегодня вечером вы переезжаете сюда, это не обсуждается. Саяра подготовит для вас гостевую спальню…
Я остановилась. Замерла, как одна из статуй, украшавших сад. Впрочем, на современное искусство я тянула слабо…
Он же шутит, да?
– Что вас так удивило, что вся краска с лица сошла? – Кольт обернулся и оценивающе прошелся по мне взглядом. – Да, я не позволю невесте моего воспитанника прозябать в убогой комнатушке на трех-четырех девиц.
– Мне вполне комфортно… в «убогой комнатушке», сир, – во рту пересохло от ужаса.
Жить под одной крышей? С Этим?!
– Что в словах «это не обсуждается» вы не уловили? Это вопрос статуса, вы будущая Кольт. Если, конечно, не передумаете.
Готова поклясться, он подмигнул. Ну… или это у меня глаз задергался.
– Мне нужно обсудить это с Адамом, – схватилась за хрупкую соломинку. – Вряд ли он одобрит мое пребывание…
– Он в восторге от этой идеи. Как и от всех прочих, – саркастично заверил меня Кольт. – Адам благодарен, что я взял на себя обязанность приглядывать за его невестой на время его отсутствия. И вам придется подчиниться воле будущего супруга. Заодно и потренируетесь, может, научитесь…
– Чему?
– Покорности, мисс Эштон. У вас пока не очень хорошо получается подчиняться, – нахально заявил этот… гад.
Вот как есть – гад! Анжарский змей, что впрыскивает яд в жертву постепенно, наслаждаясь властью и доводя до безумия.
– Я не собираюсь вам подчиняться, что бы вы там о себе ни возомнили, сир Кольт! – заверила самого сильного мага Эррена, чтоб его гхарры затоптали. Вот прямо сейчас.
– А с чего вы взяли, что мы говорим обо мне? Это, конечно, лестно… Но у вас вроде бы другой жених? – ехидно так уточнил вархов «инвестор». – Поезжайте, мисс Эштон, Саргаард отвезет, куда скажете. К вечеру жду здесь с чемоданами. У вас ведь не слишком много вещей? Сами обратно доберетесь?
Глава 8
Саргаард – так звали охранника и по совместительству водителя – помог мне забраться на задний диванчик вояжера, а сам уселся спереди. Уточнил адрес и поехал в сторону нашего с Лисс и Мег дома.
Молчание меня не тяготило: в голове был такой фейерверк из мыслей и опасений, что гхарр ногу сломит. Я буду жить с Кольтом! Под одной крышей! С тем самым омерзительным зеленоглазым «инвестором», что водит тесную дружбу с работницами Темоны, а в свободные часы требует компенсацию от чужих жен…
– Во сколько вас забрать с вещами, мисс? – притормозив у моей двери, уточнил охранник.
– Сир Кольт уверен, что я доберусь самостоятельно, – напомнила Саргаарду. И мысленно добавила: «А значит, доберусь. Ему назло!». – У вас наверняка полно других дел.
– Распоряжение хозяина, мисс, – с легкой полуулыбкой пояснил тот, деликатно выуживая меня за талию из тесного маг-вояжера.
Захотелось закатить глаза, но воспитание взяло свое. Да что за мода у всех, кто имеет отношение к Кольтам, перекидывать ответственность на других? То кусты у них виноваты, то хозяева…
Тем более, я точно знала, что хам, с предубеждением относящийся ко всему женскому полу, ничего такого охраннику не велел. Он спит и видит, как я потащусь с двумя чемоданами через кипящую магией Тарлинскую площадь и буду, кряхтя, шататься по брусчатке туда-сюда в поисках свободного вояжера!
– Давайте так, мисс. Свои вещи вы оставите здесь, у хозяйки, и я заберу их в шесть по Звездносводу, – предложил Саргаард, о чем-то поразмыслив. – А сами доберетесь налегке. Сир Грегори садится ужинать в восемь и будет ожидать вас к этому часу.
Ужинать. Варх Всемогущий, об этом я даже не подумала. Нам ведь придется с ним пересекаться за столом и вести светские беседы. От предвкушения сводило зубы и пропадал всякий аппетит – сегодня утром я «наелась» обществом Кольта сполна. Оставалось надеяться, что старушка Тереза и ее вечный помощник Даррен живут там же и будут хоть немного разряжать обстановку.
Ох, Имира! Во что я ввязалась?
А ведь мне с ним еще и платье выбирать. Не с Адамом, с которым это занятие принесло бы массу удовольствия, а с хмурым, циничным женоненавистником в разводе. Почему-то я не сомневалась, что он не любит свадьбы. И будет обидно высмеивать меня на каждом шагу!
Что там для магической церемонии нужно? Оркестр, музыкальная тема, зачарованные украшения… И… О ужас! Постельный комплект для ложа новобрачных! Его расшивают серебряными нитями, вписывая в полотно имена родственников, живых и почивших. Приглашая тех в немые свидетели «свершившегося».
Об этой традиции чародеев нам рассказывал мэтр Сайлэ. И вархов опекун тоже наверняка о ней не забыл. Я скривилась – это что получается, на нашем с Адамом ложе будет написано имя Кольта-старшего? И он будет «приглядывать» за завершением церемонии? Как-то это… ненормально. Жутко даже!
– Вы все бледнее и бледнее, мисс. С момента, как выехали, безотрывно наблюдаю за вами, – признался охранник обеспокоенно. – Вам нездоровится?
И столько в его голосе было подозрения, словно он на мое «нездоровье» готовился списать наш с Адамом скоропалительный брак.
– Я совершенно «здорова», – нахмурилась и сердито тряхнула волосами. – Мне неоткуда было… «заболеть». Просто меня пугает перспектива переезда.
– Сир Грегори крайне дорожит репутацией рода Кольт. С сегодняшнего дня он никому не позволит вас обидеть, – заверил меня Саргаард.
Словно не понимал, что единственный, кого я боюсь – и есть сир Грегори! Да и не похоже было, чтобы «инвестора» сильно волновала его пугающая репутация.
***
Алисса еще отсыпалась после ночной смены, о чем-то бормоча с блаженной улыбкой на губах. Так что я старалась не шуметь, собирая сумки. За время учебы накопилось немало вещей – книг и безделушек, форменных блузок и скромной обуви… Но я не планировала тащить все это в имение Кольтов. Обойдусь минимумом, я ведь не навечно туда перебираюсь.
Когда толстенький зеленый чемодан был собран и я наконец решилась растолкать подругу и поведать о свалившихся на меня неприятностях, ящик для магической почты подозрительно затрясся и задымился. И в сгустке фиолетового пламени появилось письмо.
«Я отбываю в Либтоун из воздушной гавани в шесть по Звездносводу. Ты ведь приедешь меня проводить, Велисофья? Второй причал, судно «Арделия». Твой счастливый жених».
Глубокий вдох, такой же выдох. И почему Адам все время забывает, что я прошу не называть себя Велисофьей? И еще – что простачкам заказан путь в воздушную гавань?
И сама себе ответила – потому что это Адам. Легкомысленный, простосердечный, мягкий, уступчивый и совершенно незлопамятный… по причине отсутствия памяти как таковой. Я знала, кого выбирала: нам с ним всегда было легко. Почти всегда. Но у него было еще много времени, чтобы повзрослеть и стать серьезнее.
Сменив платье на удобный походный вариант, я сунула ноги в разношенные туфли и положила в кармашек заряженный Мегги камень-оберег. Вчера позабыла, не подумав, что на семейной вечеринке предполагается толпа гостей с мощными артефактами. Зато сейчас он пригодится: позволит провести в гавани хотя бы десять минут и не превратиться в кисельную лужу.
***
Мне повезло всего за пять минут найти маг-вояжер, направляющийся к пристани. И как раз с единственным свободным местом. Что удивительно – ровно напротив знакомого джентльмена с извечной газетой.
Я приветливо улыбнулась бессменному попутчику и плюхнулась в кресло, пообещав не портить себе настроение мрачными думами. Адам чудесный парень, он никогда нарочно меня не обидит. Только по легкомыслию или плохой памяти.
Мне нравилось в нем очень многое. То, как легко с ним беседовать. И то, как учтиво он себя со мной ведет. Что не торопит события. И не пытается нарушить приличия – прижать к дереву в темноте сада или скабрезно пошутить… Уж точно его никогда не застукают со спущенными штанами в объятиях чужой супруги!
Словом, Адам был полной противоположностью своего хмурого, циничного, распутного опекуна. Да, временами казалось, что он слишком мягок и послушен, не имеет собственного мнения и охотно транслирует чужие идеи (несложно догадаться, чьи). Но это и понятно: трудно расти в величественной тени Кольта-старшего.
– Держите, я вчера дочитал, – добродушно крякнул попутчик, протягивая мне газету.
Отказываться не стала: эти буковки – мое единственное спасение от мигрени, накатившей сразу, едва я забралась в нутро вояжера.
Газета оказалась вчерашней, с первой полосы на меня снова смотрела улыбчивая Дафна. Мелкий шрифт заставлял щуриться и вглядываться в слова. Маг-вояжер скакал на неровной брусчатке. Строчки плясали, буквы подпрыгивали, скатывались к углам страницы, а затем медленно ползли обратно на свои места.
Колонка Дафны Мэтьюз-Грейс была написана бойким, острым, ироничным и довольно желчным язычком. Сначала в статье шли сплетни о якобы новом фаворите королевы. В этом сезоне она одарила благосклонностью мастера по защите от проклятий со сложным именем Даннтиэль Рэдхэйвен. По мнению Дафны, он был самым завидным женихом столицы, но до сих пор никому не дался в цепкие лапки.
Словно магу его уровня больше заняться нечем, кроме как у королевы под юбкой лазить! Он туда тоже – прости, Имира! – защиту от проклятий накладывал?
Ладно, к гхаррам его, парнокопытного.
Глаза побежали дальше, к фотографии красивого здания на фоне фейерверка. Речь шла об открытии новой фабрики магических красок в Либтоуне, что выводило промышленный город на второе место после столицы.
Маг-вояжер снова подпрыгнул на кочке. Я подпрыгнула вместе с ним. Потому что непослушные буквы сложились в слова «Грегори Кольт».
Ох, что-то слишком много стало в моей жизни Грегори Кольта. Это нервировало. Сначала Лисс рассказывала жуткие сплетни, теперь вот эта кудрявая Дафна… Да еще в каких выражениях!
***
«Вечный затворник Тарлина, не спешащий показываться в столице. Главный знаток партэлей Эррена (обращайтесь за консультацией, если вы у нас проездом). Мужчина, давно позабывший, что такое уважение к женщине. И, к прискорбию, богатейший маг Тарлина.
Агрессивная компания Кольта недавно поглотила Исследовательский центр эрренских материй, выкупив долю Йозефа Стерва. А открытая фабрика магических красок может серьезно ударить по благополучию семейства Темсфорд. Если, конечно, «железной Барбаре» не удастся договориться с Кольтом полюбовно. Мы ведь все знаем, как с ним принято договариваться? Вперед, Барбара, мы в тебя верим!
Впрочем, и старине Грегу важен этот контракт, так что, думаю, от слияния активов они получат обоюдное удовольствие…
Ваш обозреватель светской жизни и королевских юбок, Дафна Мэтьюз-Грейс. Будем следить за событиями вместе».
***
Я передернула плечами и положила газету на колени. Захотелось помыться. Стереть с себя мочалкой липкую, дурно пахнущую гадость, в которую меня, казалось, только что окунули. Столько желчи было в этих словах, вогнавших в краску не только меня, но и королевскую юбку на злой карикатуре!
От колких строк, посвященных Кольту – острых, как жало анжарской осы, бьющих точно в цель, чтобы задеть побольнее, – даже моя кровь закипела возмущением. Немудрено, что «инвестор» захотел компенсации… Я уже успела уяснить, что в Эррене никто в подобных выражениях не смеет говорить о «том самом Кольте».
Я брезгливо вернула газету джентльмену, и он принялся изучать ее по второму кругу. Словно успел позабыть, что уже читал.
– Вам снова дурно, мисс? – не отрывая глаз от страницы, уточнил он. – Нечасто путешествуете скоростным маг-вояжером?
– Я плохо переношу магический транспорт, – призналась с некоторой заминкой.
– Представляю. Вот, положите одну под язык, – он выглянул из-за газеты и протянул мне бумажный пакет с красными желейными конфетами. – Мне помогает от укачивания на воздушных судах.
Я с опаской посмотрела на кулек, потом на мужчину с умными глазами и висками, забеленными сединой. На вид около шестидесяти. Довольно добродушный, приятный. Похоже, из магов-интеллигентов, что обожают прятаться за книгами и газетами от реальной жизни.
Решив, что хуже мне сегодня уже точно не станет, взяла одну конфету и бросила в рот.
– Вы учитесь в Либтоуне или в Хитане?
– Я недавно выпустилась из пансиона Тарлина и до последнего времени работала. Гувернанткой, – спешно уточнила, чтобы он чего дурного не подумал. Того, что обычно думают про выпускниц пансионов, настолько бедных магически, что им дурнеет в обычном маг-вояжере.
– Прекрасная работа. Дарить знания – это благородно. А моя дочь Эйви сейчас на каникулах, по осени вернется в Аквелукскую Академию. Она увлекается прикладной артефакторикой. Изучает бытовые плетения. Надеется изобрести что-то полезное, – в его голосе в невообразимом коктейле смешивались горечь, гордость и соль невыплаканных слез. – Вся в мать. Эх…
Он отвел от лица газету с бесстыдной статьей мисс Мэтьюз, явно желая продолжить разговор. Путь до гавани был неблизкий, так что я ободрила старика улыбкой.
– Моя родня живет в Аквелуке, но я очень давно не была в гостях.
– Я и сам не терплю выбираться в другие города. Только в исключительных случаях. Вот моя жена… да, она любила столичную жизнь. Мне же по душе покой Анжарской провинции, – глядя то в окно, то на меня, продолжал мужчина. – Мы с дочерью перебрались в Аквелук, и с тех пор избавлены от всех этих волнений и глупого бега по кругу.
Он фыркнул и возмущенно потряс газетой, вновь привлекая мое внимание к хитрой улыбке Дафны Мэтьюз-Грейс.
– Словно им больше заняться нечем, кроме как кости перемывать друг другу! А в Анжарской провинции разрыв за разрывом, – бухтел попутчик сердито. – Им бы этих магов, что по партэлям ходят да королевские юбки ублажают, отправить к нам в Аквелук. Пускай штопают материю, пока весь Эррен Тьмой не затянуло!
Мужчина раздраженно стукнул кулаком по газете. Подпрыгнула кудрявая Дафна вместе со своими золотистыми локонами-пружинками. Содрогнулся высокий чернобровый мастер проклятий, на злой карикатуре догонявший королевскую юбку Ее Величества. Покосилась новая фабрика на черно-белом фото. Неровные строчки сбились в кучку и вновь расправились в слова:
***
«Один из сильнейших и богатейших магов Эррена, многоуважаемый Грегори Кольт возрождает либтоунские магокрасочные традиции.
– Новая фабрика – только начало. Мы уверены в успехе, ведь совмещаем современные технологии и древние знания, – с оптимизмом смотрит в будущее предприниматель, ныне проживающий в цветущем Тарлине со своим воспитанником и теткой, старшей представительницей древнего рода Кольт.
Барбара Темсфорд и Йозеф Стерв с воодушевлением отнеслись к идее Кольта, поддержав ее не только словом, но и делом. Так, на днях строительный магнат подписал…»
***
Я закашлялась, чуть не подавившись конфетой. То ли у меня от нее галлюцинации начались, то ли в гадкой статье произошли изменения.
Вот прямо на моих глазах произошли!
– Что вас напугало?
– Т-там… Другое было, – ткнула в первую страницу, обращая на нее внимание попутчика.
– А вы думаете, почему я читаю одну и ту же газету по несколько раз? Всегда что-то меняется, – он пожал плечами.
***
В воздушной гавани, несмотря на гаснущий Звездносвод, дарующий уютный, темный летний вечер, кипела жизнь. Я не успела заметить, когда окончательно пропал дневной свет – еще за сборами чемодана или уже во время стремительной поездки в маг-вояжере? И теперь с удивлением отметила, что Алисса, получается, проспала весь день. Стоило отнестись к сопящей подруге повнимательнее… Все ли в порядке?
До жуткого момента, когда мне придется ступить на порог имения Кольтов и усесться за стол с их хозяином, оставалась почти три часа. Красная конфета попутчика избавила меня от мигрени, так что чувствовала я себя сносно. Но понимала, что обморок – дело времени. И я, крепко сжав в ладони заговоренный камешек-джантарик, пошла вдоль причалов. Где-то тут должен быть Адам и его «Арделия».
В ноздри втиснулся аромат «темного топлива». Черную муть, добываемую из разрывов в материи Эррена, трудно было с чем-то спутать. Поначалу сладко-горький и приторный, этот запах забивался в поры и позволял себя «распробовать». И минуту спустя он уже казался манящим, привлекательным… Нотки цитрусовых корок и весенних цветов приятно смешивались и походили на дорогие духи.
Несколько капель переработанной и сгущенной темной субстанции наделяло чары левитации такой мощью, что судно было невозможно удержать на земле. Перетянутые крепкими магическими тросами, воздушные корабли висели над головами путешественников. Как норовистые анжарские скакуны, они рвались в путь, и лишь надежные карабины и грузы не пускали их в свободное плавание.
– Попалась! – выловил меня Адам из портовой толчеи и прижал к деревянному корпусу корабля. Видимо, той самой «Арделии» – она единственная была спущена почти до земли для удобства пассажиров. – Ты чего такая взволнованная, Велисофья?
– Газету прочитала. Вчерашнюю, – я устроила руки на его плечах, пытаясь успокоить нервную дрожь в пальцах. Такой вот нездоровый эффект на меня производила темная муть, заполнявшая топливные баки.
– Помню, там была скабрезная статейка от этой Мэтьюз, – парень неодобрительно скривился. – У Дафны на Грега давний острый зуб. Не бери в голову, малышка, он не ангел, конечно, но…
– Этим вечером Дафна ее переписала! На моих глазах, – сообщила жениху новость. Вроде и приятную, но какую-то… с душком.
– Грег вчера говорил, что потребовал внести правки, – припомнил Адам, наморщив лоб. – Жаль, что я не знал заранее. Попросил бы добавить информацию о нашей помолвке.
– Вот еще! – ужаснулась крайне сомнительной радости.
– Но, может, не поздно… – не слыша меня, продолжал парень. – Напишу Грегу из Либтоуна и попрошу еще раз все исправить.
Мимо нас на парящий борт забирались мужчины с чемоданами и леди со шляпными коробами. Последним взошел мой попутчик.
– И сколько раз принято исправлять «свежие новости»? – фыркнула я, представив, как «Грег» заявится к Стервелле с очередной юбочной инспекцией. Даже жалко Регину стало. Совсем немножко. Капельку.
– Сколько нужно, столько и принято, – Адам пожал плечами и взглянул на меня так снисходительно, словно я была глупышкой, не знающей прописных истин Эррена.
– Не вздумай даже! – стукнула парня по плечу. – Послушай меня, пожалуйста, ладно? Я не привыкла ко всей этой шумихе. И меня священный ужас разбирает, как представлю процесс организации церемонии в компании твоего жуткого опекуна… Да я лучше в логово к дикой вирре влезу, чем стану демонстрировать сиру Кольту подвенечные наряды и выбирать с ним постельное белье для брачной ночи!
– Ты передумала? – сухо уточнил Адам, и лицо его посерело.
Я закатила глаза и нащупала помолвочный браслет под манжетой. Передумаешь тут! Решение я собственной головой принимала. И забирать данное слово не стану.
– Я все еще хочу за тебя замуж. Но, может, нам ограничиться скромной церемонией? Без оркестра и простыни, расшитой именами твоей родни?
Вот без последнего я точно легко обойдусь! Если бы еще и саму родню куда-то сплавить на год-другой…
– Соф, Грегори доверил мне стать будущим рода Кольт. Я должен доказать, что уважаю традиции.
– За его счет! – напомнила легкомысленному жениху.
– Не волнуйся, мое счастье. Фабрика уже к концу года начнет приносить доход, и мы закроем долг.
– Мне неудобно брать деньги у твоего опекуна.
Неудобно – это еще мягко сказано. Я как в корыто с колючками сажусь каждый раз, когда этот тип на меня смотрит. Оказаться в долгу у Кольта-старшего – последнее, чего захочет здравомыслящий тарлинец.
– Ты и не берешь. Доверься и не ворчи.
– А твое наследство…
– Я его не промотал, если ты об этом, – карикатурно сдвинул брови Адам. Он не умел выглядеть серьезным, как ни пытался. – Я вложил почти все средства в важное дело. В мой свадебный подарок. Тебе.
– Адам! Не шути так…
– Ну и мне самому. Я внес крупную сумму в строительство кое-какого здания, – он поиграл бровью в туманном намеке. – Ты же не думала, что я до старости намерен жить под одной крышей с Терезой и опекуном? К зиме мы переберемся в собственные хоромы.
– Дом?! – восторженно вскрикнула на всю гавань. – Варх Всемогущий… Наш? С садом, лужайкой и…
– Стой, стой, Велисофья. Не только наш и без сада, но… Гораздо лучше.
– Что может быть лучше своего дома с садом?
Хотя один факт того, что не придется до конца своих дней жить под крышей с Кольтом, взрывал грудь радужным оптимизмом.
– «Импариал»! – гордо произнес парень, и я озадаченно помотала головой. – Ну, брось, малышка, ты что, не читаешь «Вестник»?
– Крайне редко.
– Башня, что должна крышей задеть сам Звездносвод! В центре Хитаны, с видом на королевский двор! – восторженно просветил меня парень. – Наверху – причал для воздушных судов. Можно перемещаться в Либтоун и обратно, не выходя на улицу. Внизу магический театр и музыкальный ресторан… Словом, Соф, это не дом. Это мечта!
– Чья, Адам? – резонно уточнила, стараясь не выдавать паники. Башня? В столице? Чепуха какая-то.
– Только представителям древних магических родов был дан шанс выкупить квартиру еще на этапе строительства… Я выбрал восемьдесят пятый этаж. Ты же не боишься высоты?
– Ты правда думаешь, что сможешь оттуда разглядеть королевский двор? – я обреченно оперлась лопатками о деревянный борт. Похоже, Адам решил отобрать хлеб у мисс Мэтьюз-Грейс и самолично следить за королевской юбкой. Не удивлюсь, если уже зачарованный бинокль купил. – И что такое квартира?
– «Вестник» уверяет, что это наше будущее. В Хавране все так живут – в домах, задевающих крышами небо…
– И сколько же в башне таких квартир?
– О, сотни! А может, тысячи… Совсем скоро ты сможешь говорить подружкам, что живешь в столице, в «Импариале»! Ты разве не об этом мечтала?
Адам выглядел восторженным детенышем вирры, беззубым пока еще и несмышленым, а потому радующимся новому дню, солнцу и каплям росы… Не хотелось омрачать его поездку и признаваться, что жизнь в столице – последнее, о чем я мечтала. Если мне так дурнеет на Тарлинской площади, то что будет на Королевской?
Но сколько раз повторял мэтр Сайлэ, что роль женщины в эрренском обществе – следовать за своим мужем. Хоть в богатство, хоть в бедность, хоть в мир иной, хоть к дракону в пасть… Или вот в жуткую башню в центре Хитаны.
С такой перспективой имение Кольтов, прячущееся в тихом районе в садовом лабиринте, уже не казалось Варховой карой. Если, конечно, удавалось на секунду забыть о его отвратительном хозяине.
А если вспомнить, что мне сегодня предстоит ночевать с ним под одной крышей… И вряд ли это соседство может закончиться хоть чем-то хорошим…
Я беспокойно глянула на Звездносвод. Имира Сиятельная, куда подевалось все время?
– Адам, «Арделия» взлетит с минуты на минуту! Тебе пора, – взволнованно подтолкнула его к лестнице. – На следующих выходных все обсудим.
– Я напишу, Велисофья, – крикнул парень с вершины трапа. И почти тут же его голос заглушило ревом двигателя и свистом открепленных тросов.
Я отпрыгнула от судна и ухватилась за фонарный столб. Ветер, что подняла «Арделия», взмыв вверх, чуть не отнес меня до самой нашей квартирки на площади.
Запах сгорающего темного топлива вбился в ноздри, ошеломил, запутал… В глазах почернело, и я, обмякнув, опустилась на камни. Мой законный обморок меня нашел.
***
Очнулась я в неуютной узкой кабине, на поверку оказавшейся наблюдательной будкой дежурного по гавани.
– Ох, мисс, ну и навели вы шороху, – проворчал усатый мужчина, едва я шевельнулась на диване. – Как вас, слабоумных, только эрренская земля носит? Вот кто, скажите мне, в здравом разумении без искры в гавань сунется? Али не знаете, что запал темного топлива для вас смертельно опасен?
Он продолжал бубнить все то время, что я вставала. И пока терла голову, глядя в черноту за окном. И пока в ужасе садилась обратно на диван, рассмотрев на Звездносводе никак не менее девяти вечера.
Варх Всемогущий… Кольт меня вместо ужина сожрет! За опоздание.
А ведь это совсем не в моем характере. Обычно я очень пунктуальна. Зная особенности моего пустого организма, я всегда выхожу сильно заранее.
Снова он невесть что обо мне подумает. Решит, что я во второй раз проигнорировала его приглашение. И если, Варх свидетель, с гостиницей я была в своем праве, то на ужин явиться стоило…
– Совсем белая, – недовольно выдохнул усач и негромко выругался. Проблемы в моем лице явно пришлись некстати. – Поищу дежурного целителя. Если он сам еще не «полечился» эшерской дварфовой…
– Не надо целителя. Я просто опаздываю, – замахала руками. – Точнее, уже опоздала.
