Страница 2 из 8
– Час?! Они там что, весь город погрузить собираются? Уру-Буку ко мне!
Генерал прибежал и встал навытяжку с виноватым видом.
– Проштите, Владыка, никак нельжя быштрее. У половины приштаней жатоплены корабли, не приштать. Приходитшя гружить по очереди.
Опять диверсия. Ну как это называется, а? Была бы у меня атомная бомба, не колеблясь бы сбросил на этот сволочной город.
– Ещё час?
– Мы поштараемшя быштрее.
– Хорошо. Ты с орками в резерве, я буду держать проход скелетами. Если понадобишься – дам знать.
Уру-Бука кивнул и умчался обратно к кораблям. Тёмные боги, дайте мне продержаться этот дурацкий час!
Дома и беднягу голема эльфы взорвали так же, как и мой особняк. Хочу такое же заклинание! Вернусь домой – напрягу мумия, пусть добудет мне его текст. Буду пуляться им во всех приближающихся к Калькуаре и только после этого спрашивать, как зовут.
Несмотря на освободившийся путь, светлые в атаку не пошли. Вместо этого эльфы прислали парламентёров: хмурого мага в белой хламиде с посохом и парочку рыцарей в золочёных доспехах.
Пока я раздумывал, прибить их, в соответствии с тёмными традициями, или всё же поговорить, они дошли до баррикады и принялись орать:
– Владыка!
– Выходи, подлый, то есть, тёмный.
– Переговоры!
– Вылазь, чёрный!
Я всё же решил пообщаться со светлыми. Буду тянуть время, пока грузятся беженцы. Поправив шлем, я осторожно выглянул.
– Чего надо?
– Поговорить хотим, – мрачным тоном заявил маг.
– Рассказывай, я слушаю.
– Я, высший эльф, волшебник Белого товарищества и бранный маг Радужной ложи, Элиандюкил «Молот света», пришёл объявить тебе ультиматум.
– О как! Прям настоящий ультиматум?
– Самый что ни на есть.
– Ну давай, показывай. Надеюсь, он не слишком маленький? Маленькие мы не берём, только большие.
– Прекрати глумиться, чёрный! – маг взвизгнул и топнул ногой. Но тут же одёрнул себя и встал в величественную позу. – Мы…
– Прости, хотелось бы уточнить. Мы, это ты про себя? Или кто-то ещё есть?
– Мы – экспедиционный корпус светлых сил.
– Теперь ясно, давай дальше.
– Кхм, – маг закашлялся, – мы, светлые силы всего мира…
– Точно всего? Галадон тоже подписался?
– Прекрати! – маг чуть не прожёг меня взглядом. – Не перебивай меня! Это ритуальная формула, так положено говорить.
– Извини, не знал. Я не местный, всех тонкостей не знаю. Всё, продолжай, молчу.
– Мы, светлые силы всего мира, требуем твоей сдачи! Ты должен немедленно сложить оружие, упокоить скелетов и выйти с поднятыми руками.
– Зачем?
– Чтобы мы могли тебя арестовать, судить справедливым судом и казнить.
– Хорошенькое дело! Это вы до суда мне уже казнь назначили?
– Суд это формальность, – хмыкнул маг, – чтобы не говорили потом, что убили по беспределу. Адвокат и последнее слово тебе всё равно не положены.
– Дыхни.
– Что?
– Я говорю – дыхни. Хочу понять, что ты эдакое забористое пьёшь. Не верю, что можно трезвым и в здравом уме такие ультиматумы предъявлять.
Эльф глумливо расхохотался.
– Ты глуп, Владыка. Здесь двадцать магов высшей ступени. Если не сдашься, мы убьём тебя, и всё.
– Тогда зачем пришли?
– Суд – это красиво и торжественно. Наши художники нарисуют картины, как мы тебя судим, обличительную речь прокурора запишут в хроники. Приговор мы повесим в рамочку как реликвию. А просто убить тебя – скучно.
– Ну вы даёте, судари. Можно я подумаю?
– Нет!
– Хоть минуточку?
– Мы не дадим тебе тянуть время. Отвечай: сдаёшься или нет?
– Совести у вас нет. Серьёзный вопрос, а вы торопите.
– Да или нет?
– Мы, Чёрный Владыка, хозяин Калькуары, повелитель орков и мёртвых, господин сумерек и ночи, со всей ответственностью заявляем: идите-ка вы все в…
Я указал им направление со всей доходчивостью.
– Строем, с песней и в ногу. Владыка никогда не сдаётся. Особенно таким наглым светлым.
Маг криво осклабился.
– Так я и думал. Что ж, готовься. Мы постараемся взять тебя живым, чтобы наш палач не остался без гонорара.
– Это вы зря.
– Что?
– Палачу надо платить не за казни, а посуточно. Хорошего специалиста надо удерживать…
– Он тянет время, – переглянулись маг и рыцари. – Уходим.
Я помахал им вслед, судорожно придумывая, как сдержать атаку магов. Из чего можно сделать големов? Слева от баррикады я видел бочки, но это же дерево, сожгут сразу. Может…
Додумать я не успел. С рёвом, как ураган, по улице прокатилась волна пламени. Вся баррикада, тяжёлая и неприступная, разлетелась на куски, как игрушечная. Ну и я отправился полетать, размахивая руками и вопя.
Приложило меня порядочно. Я грохнулся на землю метрах в ста от взрыва, у самой пристани. Как ничего себе не сломал – одни тёмные боги знают. Скорее всего, спас зачарованный доспех. Но ощущение было, словно из меня сделали отбивную.
Кажется, некоторое время я провалялся без сознания. А когда очухался и сел, постанывая от боли, у входа в порт шёл бой. Жестокий замес скелетов, орков и рыцарей эльфов. Наших теснили, подавляя численностью и напором.
Желая хоть как-то помочь своим, я покрутил головой. Ага, бочки. Ну и ладно, пусть будут бочки. Хоть пару минут помогут, и то дело.
Initium!
Import bibliotheca Chrysostomus vivet;
Import bibliotheca mentem;
Procedure voca: eiusmodi confirmationis;
Procedure voca: provectus neural ipsum, docuit sui;
Finis!
Тяжело и неповоротливо из бочек сложились големы. Целых семь штук, высотой метров по четыре каждый.
– Вперёд! В атаку! – проорал я им, хотя особого смысла не было. Они и так знали, кто враг.
Первый из големов вырвался вперёд и напал светлым во фланг. Отбросил не больше десятка солдат и получил в упор струю магического пламени. А затем и удар в грудь воздушным молотом.
Бздыщь!
Бочки, из которых состоял голем, взорвались. Селёдка! В них была селёдка! Судя по запаху, прокисшая ещё во времена мумия, не позже. Тёмные боги, можно же задохнуться от такого! Светлые тоже так подумали и дружно отступили, зажимая носы рукавами и тряпками.
Внезапная передышка дала нам шанс. Раненых из эпицентра вони вытащили скелеты. А вот Уру-Буку, получившего в схватке по голове, выволок Дэймон, хотя сам был в крови и еле передвигался.
– На корабль их! – скомандовал я железным парням. – Живо! Орков тоже грузите!
Со стороны города поднимался ветер, с явным магическим запашком. Светлые, не желая сдаваться, продували порт от импровизированного химического оружия.
– Грузите! Ну же!
Следом за ветром по улице прошла стена воды, смывая в реку спасительную рыбу. Ударила магия, отозвавшись звоном в ушах – уцелевшие големы сгорели, как спички. А затем стали слышны марширующие как на параде эльфы. Но мы успели раньше!
Предпоследний корабль отвалил от пирса и поднял парус. На пристани оставалось последнее судно, для меня и трёх десятков скелетов.
– Двигаем!
Мы побежали. Метров тридцать, не больше, и мы на корабле. Главное – не останавливаться и не обращать внимания на отзывающиеся болью ноги. Быстрее. Быстрее!
На бегу я обернулся и разглядел входящие в порт ряды светлых. Впереди строя шёл Элиандюкил. Увидев, что мы сбегаем, он состроил жуткую гримасу. Вытянул посох и громогласно пропел заклинание.
С навершия посоха сорвался огненный шар. Завывая, как пикирующий бомбардировщик, файербол полетел в мою сторону.
Бух!
Меня окутало пламя, обжигая лицо и слепя глаза. В спину толкнуло, и я полетел в воду. Чтобы тут же пойти ко дну под тяжестью доспеха.
Как же мне было хреново! Всё тело болело, в голове шумело, перед глазами плавала муть. Где я? Почему вокруг холодно и мокро? Даже на вопрос – а кто собственно я, ответ находился с трудом.
Где-то над головой загрохотали шаги, а затем послышались голоса:
– Слушаю.
– Господин штандартенэльфенфуйрер! Докладывает старший гауптштурмэльфенфуйрер Велеандил. Войска Владыки бежали, понеся потери.
– Что?! Это фы называете бежали? Разгромили наш афангард, разнесли порт, а потом спокойно уплыли – это бежали? Что мне докладывать наферх?
– Никак нет! Неприятель понёс потери.
– Крупные?
– Так точно! Последний корабль был уничтожен огнём нашего подразделения. Также, есть сведения, что Владыка был убит.
– То есть, сам? Насмерть?
– Так точно!
– Какие будут фаши доказательстфа?
– На данный момент силами подразделения проводим поиски тела в реке.
– То есть фы не знаете точно, жиф он или нет?
– Владыка попал под удар штурмового файербола, которым была уничтожена пристань. Выжить в таком пламени невозможно.
Были бы силы – заржал бы в голос. Выкусите, гадкие эльфы! Не дождётесь! Как выберусь отсюда, устрою вам сюрприз.
– Тело затонуло где-то здесь, полагаю из-за доспехов. Сейчас пытаемся баграми найти.
– Хм…
Эльф у меня над головой прошёлся туда-сюда.
– Здесь течение, могло унести. Отпрафьте фторую команду чуть ниже, пусть там поищут. Если найдут – фсех представлю к награде.
– Рады стараться, господин штандартенэльфенфуйрер!
Голоса наверху смолкли. В голове постепенно прояснялось, и я попытался пошевелиться, но только слабо плюхнул руками по воде.
– Тсс… – раздалось у меня над ухом. – Тихо!
Ого, а я здесь не один. Запрокинув голову, я попытался разглядеть, кто это. Моргнул раз, другой, зрение фокусировалось с трудом, а перед глазами плыли цветные пятна.
– Не дёргайтесь, Владыка, – прошептал голос, – нас могут услышать.
– Ты кто? – тоже шёпотом спросил я фиолетовое пятно.
– Томас.
С трудом ворочая мозгами, я попытался вспомнить, кто это.
– Томас… Эдисон?
– Нет, – он хмыкнул, – Торквин.
– Не знаю такого.
– Молчите. У вас контузия, лучше не разговаривать.
Ишь, командует, Торквин-морквин. Дурацкая фамилия, а туда же. Торквин. Где я её слышал? Вспомнить не получилось – я снова провалился в беспамятство.
Когда я очнулся во второй раз, голова соображала гораздо лучше.
– Торквин, – позвал я.
– Здесь, Владыка, – шёпотом откликнулся «колобок».
– Где мы? Не могу сообразить.
– Под пирсом.
– Давно мы здесь сидим?
– Часа три.
– Эльфы ушли?
– Здесь, – Торквин усмехнулся. – Выловили кусок вашего доспеха, так радости полные штаны были. Теперь хотят остальное найти.
– Может, попробуем выбраться? Очень холодно в воде сидеть.
– Мысль хорошая. Попробуйте встать.
Я шевельнул ногами, попытался упереться в илистое дно и чуть не рухнул, замахав руками. Хорошо, что «колобок» поддержал меня, но воды я глотнул. Так себе на вкус, да ещё тиной воняет.
– Поскользнулись?
– Нет, – прошипел я сквозь зубы, – похоже, у меня нога сломана.
– Плохо, очень плохо, – в голосе Торквина послышалась досада.
– Предлагаете меня бросить?
– Глупости не говорите. Я вам что, эльф какой?
«Колобок» подхватил меня под мышки и медленно потянул. Ну, по воде он меня ещё вытянет. А дальше? Ходить я сейчас не смогу, а волоком далеко не убежишь.
– Торквин, как вы вообще здесь оказались?
– Сам не знаю, – бывший начальник тайной службы вздохнул. – Мог бы уплыть раньше, так нет, хотел посмотреть, чем всё закончится. Думал, на последний корабль с вами попасть.
Сверху по доскам кто-то бодро промаршировал, так что на нас посыпались пыль и мусор. Торквин остановился и замолчал. Дождался, пока эльфы уйдут подальше и продолжил:
– Хорошо хоть, чуйка у меня работает – как увидел файербол, сиганул в воду. Только всплыл, уже начал думать, как перед эльфами отмазываться, а тут прямо передо мной вы упали. Скажите, вы всегда так быстро тонете? Я замаялся нырять за вами.
– Спасибо.
Пирс закончился. Торквин прислонил меня к свае и помог ухватиться покрепче.
– Схожу на разведку. Если не вернусь – постарайтесь ночью выбраться самостоятельно. Учтите, если меня будут пытать, обещаю продержаться только до полуночи.
Я представил, как на одной ноге пробираюсь через город, и невесело рассмеялся.
– До полуночи я успею отойти метров на сто.
Торквин одёрнул мокрый жилет и побрёл к берегу.
Оставшись в одиночестве, я попробовал передвигаться без посторонней помощи. Для начала от одной сваи до другой. Ну что сказать – плохой из меня ходок. Меня пару раз сбило накатившей волной, и я порядочно наглотался воды. Но вывод сделал – если найти палку на роль костыля, на суше вполне смогу ковылять. В марафоне будет участвовать сложно, но передвигаться мне по силам. Может, переодеться нищим? В лицо меня эльфы не знают, а Старейшины разглядывать попрошаек не будут. Выберусь!
– Ни на минуту вас оставить нельзя, – вернувшийся Торквин подставил мне плечо, – так и норовите сбежать.
– А мне ваш город не понравился. Скучно, развлечения однообразные, на гастроли всякие хамы приезжают. В отпуск я сюда точно не поеду.
– Ну, извините, – Колобок повёл меня к берегу, – городской бюджет средства на развитие туризма не выделяет.
В этом месте порт превращался в лабиринт сараев, увешанных рыболовными сетями.
– Слободка рыбаков, – пояснил Торквин. – Здесь хранят и разделывают рыбу. Давно собираются снести, а то как ветер с реки, так запах по всему городу.
В один из этих сараев «колобок» и привёл меня.
– Садитесь, – он указал на кучу тряпья и сетей, – можете подремать. А я пока сбегаю, поищу маскировку.
– Я подумал: может быть, мне в нищего переодеться?
Торквин хмыкнул.
– Вы точно не из моего ведомства? Мне тоже пришла в голову такая мысль, но есть идея получше. Отдыхайте, скоро вернусь.
Ненавижу ждать, особенно в таком беспомощном состоянии. Я ворочался, хмурился и обещал себе больше никогда не попадаться в такие ловушки. Но усталость взяла своё, и через десять минут я заснул.
– Владыка, – тряс меня за плечо Торквин, – просыпайтесь!
Я с трудом разлепил веки. Ого! За порогом сарая уже стояли сумерки. Ничего себе я вздремнул.
– Надо переодеться, Владыка.
На мне оставалась часть экзодоспеха, но Торквин настаивал, что её лучше снять. Бросать заговорённые латы, пусть и некомплектные, было откровенно жаль.
– Пришлёте потом кого-нибудь, чтобы забрали, – посоветовал «колобок», пряча доспехи куда-то в угол. – Сюда чужие не ходят, это мой конспиративный сарай. Вот, надевайте это.
Он протянул мне коричневый балахон, обвешанный колокольчиками.
– Что это?
– Одежда прокажённых. Да не бойтесь вы! Магическая проказа не заразная, любой врач вам скажет.
Дождавшись, когда я облачусь, Торквин помог мне выйти из сарая.
– Садитесь.
– В тачку?
– Не карета, согласен. Но так я вас отвезу гораздо быстрее. Да и вопросов будет поменьше.
– Так до самой Калькуары и будете катить?
– Зачем? У вас на той стороне реки был дом. Знаю, знаю, развалина, а не дом. Но вы туда сможете вызвать вашу чудо-дверь и через минуту окажетесь в Калькуаре. Ну и я заодно.
– Я не помню, где он находится.
– Зато я помню. По должности было положено знать такие вещи.
Я молча кивнул. Говорить, что Казна могла не уцелеть при взрыве, я не стал. Вот не откликнется на зов – тогда будем решать проблему, а сейчас главное – из города выбраться.
Так мы и двинулись в путь. «Колобок», тоже напяливший балахон с колокольчиками, звенел на всю округу и катил тачку. А я изображал тыкву, которую везут на ярмарку. Состроил самое идиотское выражение лица и пялился по сторонам. Надеюсь, в таком виде меня не опознают.
С перезвоном мы подъехали к выходу из порта. Эльфы выставили здесь охрану – десяток бойцов под командованием слащавого напомаженного офицера. Я посильнее натянул капюшон, на всякий случай. А вдруг узнают?
– Кто такие? Куда? – остановил нас один из эльфов.
– Не видишь, шо ли, хто? – неожиданно хриплым голосом ответил Торквин и дёрнул полу хламиды, чтобы звякнули колокольцы.
– Вижу, – эльф скривился, – куда?
– На кладбище.
– Зачем?
– Да вот, – «колобок» указал на меня, – помирать собрался. Везу заранее, чтобы не завонялся.
Торквин тряхнул тачку, и я, подыгрывая, захрипел как можно страшнее.
– Нельзя, выезд в город запрещён.
– Как это запрещён? Мне что теперь, до утра ждать?
– Нам без разницы. Хочешь – жди, не хочешь – не жди.
– Ах так? Ну-ка, подвинься.
Чуть не проехав по ногам эльфа, Торквин подкатил тачку к офицеру.
– Не выпустишь?
Тот даже отвечать побрезговал, задрав подбородок.
– Ну, на тогда.
«Колобок» наклонил тачку и попытался вытряхнуть меня прямо на офицера. Я вытряхиваться не хотел и вцепился в бортики.
– Гы!
– Давай, давай, – приговаривал Торквин, – вылезай. Я тебя обратно не повезу.
– Ты что деляйть?! – возмутился эльф-офицер. – Прекратить!
– А что, мне его обратно везти? Нет уж, забирайте.
– Перестать!
