Мой спутник сдержанно кивает в ответ, и работник ресторана провожает нас к столику.
Брюнет не дает официанту даже подойти ко мне. Когда тот пытается отодвинуть для меня стул, он резко обрубает его. Буквально загородив меня собой, делает это сам.
Я устраиваюсь за стол, под испуганным и растерянным взглядом работника ресторана. Брюнет устраивается напротив. Его холодные голубые глаза возвращаются к официанту. Бедолага чувствует себя не в своей тарелке.
– Оставь меню и подойди чуть позже, – бросает небрежно, не отрывая от меня наглых глаз. Смотрит на меня так, словно я, априори, его. Он так решил, и с мнением остальных считаться не собирается.
К собственному удивлению, понимаю, что меня ничуть не злят его замашки. Наоборот, мне интересно поучаствовать в этом… Раз уж так сложилось, и я с ним на свидании, так почему бы мне не отыграть свою роль? Брюнету пока хорошо удается роль обеспеченного человека.
Эти мысли заставляют улыбнуться, и немного успокаивают меня.
– Я так понимаю, вы знакомы с данной кухней. Помогите сделать выбор, у меня глаза разбегаются, – отодвинув от себя листок, поднимаю на него невинный взгляд.
Если уж решил пустить пыль в глаза, пусть старается.
Расслабленно откинувшись на спинке стула, он проходится ленивым взглядом по содержимому меню. Пользуясь случаем, рассматриваю его внимательно. Черная куртка, и такого же цвета футболка под ней. Его волосы сейчас затянуты в хвост. Этот громила смотрелся бы более гармонично, если бы мы сидели в одном из пивных баров нашего города. Там, где смотрят футбол, пьют дешевое пойло и кричать «гол».
Но, в то же время, не могу не отметить, что его одежда далеко не дешевая, и смотрится круто. И это путает меня. Он как ходячая головоломка.
Мужчина отрывает взгляд от меню, и его глаза впиваются в мои. Меня тут же окатывает кипятком. Столько в его взгляде обещания, что я тушуюсь.
С легкой улыбкой на губах, он делает знак официанту подойти. Даже, когда парнишка оказывается рядом, брюнет продолжает смотреть на меня в упор.
– Бутылку «Roagna».
Официант делает запись. Я продолжаю молчать. Внутри поднимается раздражение. Даже не спросил, что именно я хочу пить. Я просила его помочь с выбором, а не сделать его за меня.
Продублировав заказ, парень отправляется в сторону кухни.
– Чего губы надула? – смеется, делая глоток воды из бокала.
Его взгляд пробирает до самых костей.
– Не переживай, тебе понравится. Здесь хороший шеф повар.
– Почему вы мне все время тыкаете? Мы ведь даже не знакомы.
Он изгибает бровь, потешаясь надо мной. Подается чуть ближе, ни на секунду не отрывая от меня глаз.
– Астахова Роксана Анатольевна.
Мое имя, в его устах звучит настолько особенно, что по коже бегут мурашки. Он чувствует мою реакцию. Она нравится ему. Отстранившись, продолжает прожигать внимательным взглядом.
– Красивое имя, мне нравится. Я даже не хочу тебе давать глупое прозвище, типа кисы или зайки. Ты интересна сама по себе.
Мои щеки вспыхивают. Если он думал, что это комплимент, так он сильно ошибся.
– Спасибо, что не даете мне прозвища. Интересно, в вашем окружении это нормальная практика?
Мужчина испытывающе молчит.
В этот момент к нам подходит официант. Откупорив бутылку, наполняет бокалы.
Мне слишком волнительно быть под его пристальным взглядом. Я не могу понять, что в его голове. Пытаясь спрятаться хоть как-то, я тянусь к бокалу и отпиваю немного вина. Легкий цветочный аромат взрывается на языке насыщенным вкусом винограда. Оно действительно стоит моего внимания. Стоит признать, что у этого мужчины хороший вкус.
– Так что ты там делала?
– Делала где?
Он отпивает немного вина.
– Там, где я тебя встретил.
Вспыхиваю при воспоминании о вчерашнем вечере. Не думаю, что хочу делиться с ним какими-то подробностями.
– Была на празднике.
– Ты всегда так много пьешь?
– Нет. Это было впервые за долгое время. И на то была причина.
Мой голос слишком резок. Он понимает, что задел больное.
– Больше не будешь это делать, – произносит брюнет и немного отклоняется, помогая официанту беспрепятственно пройти к нам.
Парень выставляет блюда и, пожелав нам приятного аппетита, уходит. Брюнет тут же принимается за еду. Неспешно нарезает стейк. Его татуированные пальцы так ловко орудуют вилкой и ножом, что я немного теряюсь. Каждое его движение наполнено грацией. Да кто он такой?!
– Ты что-то хотела спросить? – вдруг раздается его хриплый голос. И я понимаю, что он снова взял меня с поличным.
Встряхнув головой, привожу свои мысли в порядок.
– О чем ты только что говорил? Что я больше не буду делать?
Уголок его губ слегка вздрагивает. И от этого намека на улыбку, у меня мурашки бегут.
– Пить так много. По крайне мере, не будешь пить, если рядом нет меня.
Я буквально чувствую, как раздражение от его слов опаляет жаром каждый нерв.
– Хватит. С меня достаточно. Не знаю, может, девушкам в вашем окружении нравится подобное общение, но для меня это неприемлемо. Отдайте мне документы, и я поеду.
Он не реагирует на мои слова. Продолжает неспешно нарезать стейк. А когда заканчивает с этим действом, поднимает свою тарелку и меняет ее на мою.
– Поешь, здесь вкусно готовят.
С губ рвется смешок. Он серьезно?! Я продолжаю смотреть на него в упор. Теперь мужчина разделывает свой кусок стейка. Никак не могу понять, он настолько наглый? Или просто хитрит? Почему он ведет себя так, словно мы с ним на настоящем свидании? Будто не знает о моем семейном положении?
– У меня есть муж, – выпаливаю, когда он снова поднимает на меня глаза.
– Сейчас ты со мной на свидании. Не упоминай других мужчин, – я слышу злость в его голосе.
Я хочу ответить ему, но замечаю, что со стороны бара, к нам направляется высокий блондин. Он довольно крупный, одет в шикарный брючный костюм. Белокурые волосы аккуратно зачесаны назад, а в голубых глазах плещется интерес. На всем пути до столика, он не сводит с меня глаз.
– Добрый вечер, – его тихий голос ласкает мой слух. Он останавливается в метре от нас. Брюнет поднимает на него глаза, и, мазнув равнодушным взглядом, возвращает внимание к тарелке.
– Надеюсь, вам все понравилось? Мы долго ждали вас… обещали быть к пяти вечера, – в голосе блондина слышатся недовольные нотки. Он опускает взгляд на наручные часы. Замечаю, что это золотые ролексы.
Брюнет задумчиво трет подбородок, со смехом глядя на блондина.
– Как видишь, не все понравилось. Моя женщина почти ничего не съела.
И в который раз за этот вечер я вспыхиваю от стыда. Зачем он выставляет меня в таком свете?!
– Простите, я не представился, – блондин подходит ближе. – Амир, я хозяин этого заведения.
Вот оно что! Если брюнет дружит с хозяином ресторана, так вот почему он смог попасть сюда. Но, с другой стороны, что может связывать такого богатого человека и ремонтника дорог? Черт… кажется, я совсем сбита с толку.
– Все в порядке? Или вам что-то пришлось не по вкусу?
– Мой собеседник совсем не по вкусу, а ресторан отличный.
На губах Амира искрится улыбка. Он переводит взгляд на брюнета. Громила же, с кривой ухмылкой следит за мной.
– Могу я предложить… – начинает блондин, но громила его перебивает.
– Ты можешь свалить и не маячить, Амир, – произносит небрежно. – Ты не должен верить ее словам.
Брюнет облокачивается о стол, сверля меня пронизывающим взглядом.
– Моя женщина немного не в духе. У нас сейчас решающий период в отношениях. Решается вопрос первенства. Мне попалась сильная и характерная львица, – на этих словах он переводит взгляд к хозяину ресторана. – Сам понимаешь, как сложно оказать влияние на такую.
– В таком случае, могу только пожелать неудачи, – произносит Амир с улыбкой, не сводя с меня голубых глаз.
Я думаю о том, что его глаза похожи на глаза брюнета.
Мужчины смеются, а меня это злит. Такое чувство, что все вокруг водят меня за нос!
– Я ухожу, – бросив на стол салфетку, поднимаюсь из-за стола. Мужчины поднимают на меня удивленные взгляды.
– Документы можете оставить себе. Проще сделать новые, чем дождаться их от вас. Не люблю, когда со мной играют в такие игры.
Спустившись с возвышения, направляюсь к выходу. Внутри меня все полыхает от злости и обиды. Я им не маленькая девчонка, над которой можно насмехаться! И я никому не позволю говорить обо мне в таком тоне.
Когда я подхожу к двери, швейцар перегораживает мне путь.
– Дайте пройти.
– Простите, – слетает тихое, мужчина виновато тупит взгляд.
– Ты не уйдешь без меня, Роксана, – раздается глубокий голос над головой, от звучания которого дрожь пробегает в коленках.
– А я еще не насладился десертом, – я чувствую его спиной. Жар и твердость его тела, запах его парфюма. Он пугает меня.
Его ладонь ложится на мое плечо. Он делает знак швейцару, и тот распахивает дверь.
Передо мной – свобода. Казалось бы, пошли его к черту, и беги со всех ног. Не позволяй ему манипулировать тобой! Но почему я не бегу? Почему позволяю ему снова взять себя за руку и увезти к той вульгарной машине?
Брюнет распахивает пассажирскую дверь и предлагает забраться в салон. Его взгляд каждую секунду колит иголками. Впервые за долгое время я чувствую себя растерянной и смущенной. Будто мне снова семнадцать. Казалось, я уже не способна на такие нежные эмоции.
Одарив его злым взглядом, я наклоняюсь, желая забраться внутрь, но брюнет вдруг выставляет руку, и пока я не устраиваюсь на сидении, он держит ее над моей головой так, чтобы я не ударилась ненароком о корпус машины.
Пока он обходит авто, я сижу в полном оцепенении. Думаю о том, что рядом с ним мои эмоции меняются кардинально, и делают это едва ли не каждую минуту. В один момент он поражает меня до глубины души своей обходительностью и заботой. Такой ненавязчивой, словно для него это в порядке вещей – нарезать мясо для своей спутницы, или защитить от удара в месте, где казалось бы, сложно получить травму. И в то же время я одергиваю себя, и думаю о том, что он до раздражения наглый и самоуверенный. И он в принципе не может быть рядом со мной.
Что ты творишь, Роксана? Зачем позволяешь вовлекать себя в нечто опасное, способное принести тебе массу проблем?
Он устраивается на водительском, и не успевает и слова промолвить, телефон в его руках оживает.
– Прости, – бросив тихое, он принимает вызов, в это же время заводит мотор, выезжая на проезжую часть.
Его длинные пальцы прижимают телефон к уху. Какие они ровные и красивые. Если бы не эти ужасные татуировки, я бы могла сказать, что его руки похожи на руки пианиста.
– Да, – рявкает в трубку грубым голосом, так что мороз пробегает по коже. – Я занят. Мне плевать, решайте самостоятельно этот вопрос.
Он сбрасывает вызов. А я будто только что в себя пришла. Набравшись смелости, решаю покончить со всем происходящим.
– Послушайте… это сплошное недоразумение.
Он бросает на меня беглый взгляд.
– Я не давала вам ни единого повода думать, что у нас что- то выйдет. И даже если бы я не была замужем… мы не подходим друг другу от слова «совсем».
На его губах улыбка.
– Ты переживаешь за свой возраст? Брось, Роксана, он не имеет значения.
– Ваши слова – лишнее доказательство того, что мы из разных вселенных. Говорить женщине о ее возврате – верх неприличия.
Он останавливается на перекрестке. Резко подается ко мне, сокращая расстояние между нашими лицами до нескольких сантиметров. Злость, пылающая в его глазах, заставляет меня испуганно замереть.
– Верх неприличия, когда в глазах такой красотки страх и тоска. Верх неприличия, быть зацикленной на условностях и правилах, и быть несчастной, – в его голосе та же злость, что и в глазах.
– Роксана, ты же красивая баба, так почему элементарные цветы ввели тебя в такой ступор? Твой муж – полный кретин, потому что его жена несчастна. Твои глаза должны сиять, ведь природой тебе дано все, чтобы ты была счастлива. А ты напиваешься на вечере, сбегаешь, только бы не возвращаться туда. Так может, твои принципы неверные, Роксана? И это не я из другой вселенной, а ты потерялась в чужой?
Он говорит так, словно знает обо мне намного больше. Будто мы знакомы не один день. В его глазах столько ярости, словно ему есть до меня дело. Этот мужчина сводит меня с ума.
– Еще вчера вы назвали меня уродиной…
В моем голосе презрение и усмешка. Я не хочу вслушиваться в его слова. Что он может знать обо мне?
