– Ладно, – махнул я рукой. – В чем ещё обдурил?
– Ты говорил, что он пообещал вам деньги вашего мира. Возможно он создал временную магическую копию ваших бумажек. Так что если ты вернешься, то потрать деньги поскорее, – хихикнула драконесса.
– Наоборот, – покачал головой я. – Я их подержу подольше, чтобы убедиться что они не развеются.
Девушка как-то странно посмотрела на меня, да так, что я даже почувствовал себя как-то неуютно. Но решил не заострять на этом вопросе внимание, а спросил намного более важное:
– А что за заклинание мы должны были принести в Адиль?
– Да представление не имею! – развела руками Соли. – Но явно что-то такое, что там очень не хотят. Болезнь, незащищенный портал в мир демонов… Да что угодно.
– Чёрт! – выругался я. – А как-то это из моей башки удалить можно?
– Конечно. И очень легко. Дойти до Адиля и обратиться в гильдию магов. Вот только… Они же могут и самым неприятным для тебя способом стереть заклинание. Вместе с головой.
– Чёрт!
– А ты как думал? У них может так статься, что на одной чаше весов окажутся сотни тысяч или даже миллионы жизней, а на другой одна твоя. Ну максимум ещё и твоего вороватого товарища.
Глава 6
Я задумался, и настроение мое здорово испортилось. С одной стороны, мне бы хотелось попасть в Адиль, ведь там может найтись маг, который вернет меня на Землю. А с другой стороны, ведь и вправду могут решить вопрос так сказать, радикально. Нет курьера, нет и опасности.
А Соли потеребила меня за рукав и сочувственно спросила:
– Ты говорил, что видел знаки на халате магистра. Можешь их нарисовать? Я попробую вспомнить, что они означают. Может получится понять, что за тип этот Шарони. В какой магии силен.
Я удивленно посмотрел на девушку, не веря глазам своим. До этого момента она в лучшем случае держала себя нейтрально, а в худшем, язвила и упражнялась в остроумии. А тут надо же…
– Не помню… – вздохнул я. – Вот если увижу, то надеюсь что узнаю. Мне же тогда было не до его халата.
– Увидеть? – задумалась драконесса. – А что… Это мысль. Сейчас… Отдельно я символы пока не помню, но весь круг попробую нарисовать.
Девушка подхватила какой-то камушек, потом отбросила и выбрала другой. Подбежала к скальной стене и зашипела. Опять попрыгала на одной ноге, и я заметил капельки крови, которые веером разлетелись от её босой стопы.
Я было хотел кинуться к ней на помощь, хотя и не знаю, чем бы смог помочь, но драконесса только потерла пострадавшую ногу и фыркнула на меня:
– Не лезь! Сама справлюсь без помощников.
Я оторопело отступил на шаг, но не от стены, а вдоль неё, потому как очень хорошо помнил про пропасть всего в полутора метрах. А Соли… Вот только что она нормально начала общаться, и на тебе. Опять вредная девчонка.
Драконесса тем временем быстро начертила круг, затем задумалась, что-то припоминая, или скорее откапывая из глубин памяти предков, и быстро нарисовала внутри пятиконечную звезду. Затем принялась выписывать по периметру буквы, или скорее уж руны, а может и иероглифы.
– Ну что? – спросила она меня, махнув головой на рисунок. – Узнаешь какие-нибудь?
Я всмотрелся в рисунок, прикрыл глаза, вспоминая позавчерашний вечер, затем ещё раз всмотрелся и уверенно ткнул пальцем в два значка.
– Эти!
– Ну ни фига себе! – протянула Соли, задумчиво обведя знаки пальцем. – Ты даже ещё больший дурень, чем я предполагала!
А вот затем она с визгом отскочила от своего творчества. И очень даже не без причины. Весь рисунок засиял ярко-красным цветом и из него быстро вытянулась труба метров трех длиной и диаметром примерно сантиметров семьдесят. Стенки её состояли из какого-то неяркого сияния и переливались быстро меняющимися разводами, но в целом оказались почти прозрачными.
Еще через секунду в трубе появился какой-то типчик, который тут же упал на нижнюю стенку преграды и принялся с визгом отталкиваться, пытаясь оказаться подальше от прозрачной стенки, или уж скорее изогнутого пола.
Я чуть не разинув рот смотрел на натурального чертенка. Толстенького, ярко красного цвета, с рогами, хвостом и копытцами на густо заросших клочковатой шерстью козлиных ногах.
– Ай! Жжётся! – верещал тот. – Ай! Какой идиот нарисовал пентаграмму на стене? Да чтоб вас! Ай! Да ещё такую тесную! Вот вылезу, и совсем и навсегда морды набью!
Чертёнок быстро пополз по трубе, взвизгивая при каждом касании нижней стенки руками или коленями. А через секунду как торпеда выскочил наружу и с протяжным воплем рухнул в пропасть.
А в трубе уже материализовался следующий клиент. Такой же как и первый, только заметно тоньше.
– Гога! – первым делом завопил он. – Я же тебе говорил, чтобы ты меньше ел! Вдвоем уже на вызов не помещаемся.
А дальше он тоже начал подпрыгивать, не желая контактировать с трубой, и так же как и первый визжать и ругаться. Драконесса кинулась к скале и принялась оттирать сияющие руны. Но я спохватился и закричал:
– Подожди! Пусть он тоже свалится в пропасть, и тогда будем закрывать этот чёртов портал.
Так и вышло. Когда вопль второго беса затих в пропасти, мы оба как заведённые принялись стирать одну из рун, постоянно соприкасаясь руками и стукаясь головами. Но успели. Третьим никто не вылез, а пентаграмма погасла.
– Фуф, – села прямо на дорожку Соли и вытерла пот со лба. Хотела было расстегнуть очень теплую куртку, но опомнилась, взглянула на меня и произнесла. – Я тоже дура ещё та. Это же надо! Нарисовала пентаграмму призыва, да еще и активировала её своей кровью.
– Да уж… Неприятно, – согласился я. – Надо аккуратнее относиться к технике магической безопасности. Хотя… двух каких-то бесенят угрохали.
– Да нет! – отмахнулась девчонка. – Это не опасно. Эта пентаграмма ведёт на самый верхний слой демонического мира. Но если бы эти копытные здесь очутились, то задолбали бы нас, это уж без всякого сомнения.
– А что им надо? – насторожился я.
– Да что угодно. Часто с ними расплачиваются едой, а лучше кровью. Для них кровь лучше. Можно работу какую с них потребовать или ещё что. Но они очень суетливые и тупые.
– Эти отсуетились, похоже, – пробормотал я подходя к пропасти и опасливо заглядывая в глубину.
– Нет. Их убить очень непросто. Но да. В нашем мире они копыта отбросили, да в свой вернулись. И энергии кучу потеряли. Сам понимаешь, что они такому повороту очень не рады.
Я посмотрел на напарницу, которая после короткого отдыха продолжила оттирать всё свое творчество со скалы, и принялся помогать. Правда уточнил:
– А что? Пентаграмму так просто создать?
– Да. Такую слабую хоть кто соорудить может. Но всем экспериментаторам обычно одного раза хватает. Эти черти очень навязчивые. И они сами лезут, стоит только проход открыть.
Драконесса почесала опять взлохматившуюся макушку и хихикнула:
– А здорово получилось! Так-то пентаграммы рисуют горизонтально, и защитный периметр не выпускает демонов, пока маг сделку не обговорит и не сотрет один из символов. А на стене смешно вышло. Хотя… хорошо, что они нас не заметили.
– Не заметили? – насторожился я.
– Ну да. Защитный контур изнутри непрозрачный, пока ты к вызванному не обратишься. Как ты про такое сказал? Техника магической безопасности.
Вскоре мы продолжили путь, и Соли наконец рассказала мне, что поняла про моего нанимателя:
– Знаки некромантии и земли. Их обожает одна группа. Они себя называют «Черный ковен». Главным у них лет тридцать назад был Архинекромант Штрессель. Тогда они были полны сил и очень враждовали с магами Гильдии. Возможно, им хорошенько наподдали, и они мечтают отомстить. Вот так. А ваш Шарони, скорее всего и есть сам Штрессель.
– Думаешь?
– Ну, он самый сильный у них был. И их земли недалеко от королевства Хега, которое, кстати, весьма к тьме тяготеет.
– Да уж… Неприятно, – проворчал я.
– Ещё бы! – подхватила драконесса. – И у меня для тебя плохие новости. Вероятность того, что с курьером Штресселя начнут разговор с предупредительной стрелы в сердце или огнешара в голову, намного выше, чем можно было бы опасаться, если бы вас нанял кто-то другой.
Я только угрюмо покивал, но вскоре махнул рукой на еще одну ожидающую в будущем опасность, и попросил:
– Соли, а пока идем, ты можешь меня письменности научить?
– Думаешь что сможешь за пару дней выучить то, на что такие как ты тратят годы обучения? – скептически взглянула на меня девчонка.
– Какие годы? – не согласился я. – Язык ваш я уже знаю. Покажи как записываются звуки, вот и всё обучение.
– Ну если на таком уровне… – пожала плечами Соли. – Но в этом случае ты будешь писать, делая по паре ошибок в каждом слове. Не всё пишется так как слышится.
– Ну хоть как-то, – развел руками я. – Да и важнее читать научиться.
– Ладно, – кивнула драконесса и накарябала мягким камушком на скальной стене букву. – Это первая в алфавите. Запоминай…
Мы шли часа два, и даже пробежались по всему алфавиту. Не сказать, что я всё запомнил, но начало было положено. И тут нашим взорам открылся довольно крупный поселок прямо на крутом, но не отвесном склоне, который поднимался справа от дороги.
– О! – воскликнула Соли, которой похоже здорово уже надоело изображать из себя учительницу. – Сейчас еды купим! А может и из одежды что-нибудь. Ты только своими восемьюдесятью серебрушками правильно распорядись. Не соглашайся на первую цену. Торгуйся.
Я удивленно посмотрел на спутницу и спросил с подозрением:
– А откуда ты знаешь, сколько у меня серебрушек?
Девчонка как-то замялась, а я сразу вспомнил, что и зеркальце из моего походного набора уже у неё в кармане лежит. Это не говоря о теплой одежде, которую эта нахалка уже здорово изгваздала.
– Ты рылась в моих карманах? – уточнил вопрос я.
– Не рылась, – фыркнула девчонка. – А просто посмотрела. Что? Уже и посмотреть нельзя?
Но не успел я что-то ответить, да порезче, как она взяла меня под руку и быстро произнесла, сверкнув змеиными глазами с вертикальными щелочками зрачков:
– Я твой брат. Слепой. Ты ведешь меня сдавать в монастырь, где я буду до конца жизни крутить ворот колодца, отдыхая только пять часов в сутки. А питаться буду отрубями.
– Если я всё это скажу, то мне дадут по башке, а тебя пристроят здесь поднимать ведра с водой не больше чем половину дня, – усмехнулся в ответ я. – И кормить будут получше.
– Действительно, – проворчала Соли. – Ну тогда сам что-нибудь соври.
– А ты надолго так? В смысле, слепого изображать будешь, – насторожился я, размышляя, хочу ли я быть поводырём этой нахалки.
– Нет, – успокоила меня девчонка. – Скоро научусь создавать себе нормальные зрачки. Так-то все драконы это умеют.
В поселке я первым делом спросил про таверну, но выглянувшая из-за высокого забора женщина только развела руками и махнула вперед по дороге:
– В тридцати лигах город. Там только. Но он после перевала, на котором снег всегда лежит.
– А у вас еду купить можно? – набрался смелости я. – И плащ какой-нибудь теплый. И ботинки.
– А что с вами случилось? – всплеснула руками селянка.
– А… это… – принялся лихорадочно придумывать легенду я. – Брат у меня во сне видел, что если помоет глаза росой с восточных склонов дальних гор, то прозреет.
Я посмотрел на хлопающую глазами женщину и неуверенно добавил:
– Росу надо собирать с полыни.
– И что? Правда поможет? – на вдохе произнесли хозяйка, причем мне почудился в голосе какой-то восторг, будто в ожидании услышать про чудо чудесное.
Соли фыркнула, а я уже увереннее закончил:
– Нет, конечно. Просто мой братец на головку слаб. Боги над ним здорово пошутили. Но чего бы не порадовать убогого? Мне сотню лиг пройти ради брата не трудно. А одежда… Видите, он в моем. Свою одежду в костре сжег по скудоумию, пока я за съедобными корешками ходил.
Женщина охнула и спрыгнула с чего-то, что позволяло ей выглядывать из-за сложенного из камней забора. Заскрипела калитка, но пока та не распахнулась, драконесса поднесла губы к моему уху и быстро прошептала:
– Здорово придумал как меня опозорить! Я в восторге, мститель хренов! Отмечу только, что из тебя получится отличный нищий.
– Почему? – удивился я.
– Сейчас увидишь.
И действительно, калитка уже распахнулась, и из нее быстро вышел мужчина, который, похоже, слушал наш диалог, не показываясь на глаза.
– Э! – чуть не закричал он. – Заходите! Сейчас барашка приготовим. Еда будет! Одежда будет! Всё будет! А вы гостями будете! Дорогими гостями.
Я попытался отшатнуться, но хозяин схватил меня за свободную руку крепкими пальцами и буквально втянул во двор.
А дальше мне стало невероятно стыдно. Двор, да и сами хозяева с кучей детей вокруг выглядели очень бедно. А нам вот собрались готовить просто царский пир. Плюс одежду принесли. Неплохие ботинки маленького размера и что-то вроде бурки из войлока. Всё не новое, но чистое и аккуратно починенное.
Я попытался заикнуться о деньгах, но на меня чуть не заругались, крича о смертной обиде.
Обед получился на славу, и если бы меня не грызла совесть, я бы после тяжелого путешествия, да суточного голодания, почувствовал бы себя в раю. А под конец нам ещё и собрали еды в дорогу.
Спасла ситуацию только Соли, которая выгадав мгновение, когда около нас крутилось только несколько мелких девчонок, которые убирали пустые глиняные тарелки, вдруг быстро и четко сказала:
– А ну-ка, красотки! Что у вас за бусы? Приданное собираете?
И я впервые обратил внимание, что на шеях девочек на кожаных шнурках висят просверленные медные монеты. Немного. По две-три на каждой.
А Соли уже запустила руку мне в карман и быстро высыпала все серебрушки в ладонь старшей девчонки, веско припечатав:
– Это тебе с сестрами на украшения. И родителям расскажешь только завтра. Всё! Беги и прячь!
Когда мы уже вышли из поселка, отягощенные теплым плащом и припасами в сумке, драконесса притопнула ботинком и ворчливо произнесла:
– Дракон может отобрать, может украсть в конце концов. Но никогда. Слышишь! Никогда дракон не воспользуется добротой из жалости. И ладно бы просто гостеприимство, но мы их разжалобили враньем и раскрутили на очень существенные для них подарки.
– Да я тоже не хочу так, – проворчал я. Затем секунду подумал и добавил. – Спасибо! Ты здорово выкрутилась. За нас обоих.
Глава 7
За этот день мы прошли перевал и заночевали уже на северной стороне горной гряды в малюсенькой чабанской избушке. И надо сказать, без теплой войлочной бурки я бы точно не проснулся, даже с учетом разведенного прямо в хижине костерка.
А утром я заметил, что Соли посмотрела на меня обычными круглыми зрачками.
– Ты научилась менять глаза на человеческие? – радостно спросил я.
– Что? – нахмурилась девушка.
Затем достала из кармана бывшее моё зеркальце и всмотрелась в свое лицо, по итогу проворчав:
– И не вижу повода для веселья. Я не научилась, а изменилась. Я больше не дракон в образе человека, а человек, который может оборачиваться в дракона.
– А ты так хочешь быть драконом? – спросил я.
– Хочу! Дракон – это величественное создание! Владыка небес!
– А еще бандит и грабитель, – почему-то возразил я.
– С чего ты это взял? – удивилась Соли.
– Ну как же… Нападает на путников. Грабит…
– Мы прошли по горам и видели поселение. Сильно оно защищено от атак с воздуха? И поселение здесь не единственное. И драконов в округе хватает, – насмешливо прокомментировала мои подозрения Соли.
– А как же… – попытался сформулировать мысль я.
– Это тебе магистр Шарони, он же Архинекромант Штрессель про нас такое сказал? – фыркнула драконесса. – Ну на него-то драконы накинутся сразу. Но, надо сказать, что на такого негодяя многие накинутся.
– А как же перевал между Клепалем и Ругелем? – попытался привести другой довод я. – Драконы через него никого не пускают.
– Знаешь… – усмехнулась девчонка. – Драконы не добряки, но без причины ни на кого не нападают. Просто запомни это. А перевал… Я припоминаю… Тем перевалом владеет одна шайка наших. Вот и собирают плату за проход.
– Ты же говорила, что драконы индивидуалисты, – воспользовавшись паузой, пока девушка рылась в своей памяти, возразил я.
– Ну да. Но ради барыша могут заключать союзы. Так вот… На перевале они сидят давно. Раньше собирали небольшие деньги за проход и даже от троллей его зачистили. Вроде как за это и начали деньги брать. Как за защиту. Но потом им понравилось, и они сильно задрали цены. Очень сильно. В сотни раз. И путники перевелись. Только вроги водят караваны, но те-то не делятся. В общем, жадность подвела.
– А снизить цену? – удивился я.
– Драконы так не могут. Просто не могут, и всё, – развела руками Соли. – Они могут только оставить перевал и вернуться через несколько лет, начав собирать небольшие деньги. Вроде как заново.
– И почему так не сделать?
– Если эта шайка драконов уберется, то их место займёт другая. Место-то доходное. Вот и получается, что к Адилю остались только западная и восточная дороги. С севера там непроходимые горы, а с юга перевал с жадными драконами. И такими же врогами, которым иногда платят путники с юга, потому что огибать континент на кораблях очень долго и дорого.
Дальше мы несколько дней путешествовали по кривой горной дорожке. Совсем холодных перевалов больше не встречалось, да и поселения стали попадаться чаще. А вот с едой оказалось совсем туго. Подаренные припасы очень быстро закончились, и только то, что я поменял бурку на мешок сухарей, позволило нам совсем уж не голодать.
А в один из дней дорога привела нас к совершенно невероятной пропасти. Пробитая кем-то достаточно широкая тропа пролегала почти посередине отвесной скальной стены, так что и вверх и вниз было примерно по полкилометра голого камня. Сначала высота была ещё не такой пугающей, но уже через час пути пропасть стала настолько глубокой, что я с непривычки старался прижиматься к скальной стене. А вот Соли как будто специально шла по самому краю обрыва, бросая на меня торжествующие взгляды. А я… Я даже смотреть на нее лишний раз не хотел, чтобы не представлять, что случится, если эта девчонка оступится.
– Ты такой смешной, – в который раз решила заняться мной драконесса. – Здесь даже телеги ездят. Не бойся, иди по краю. Ты же когда ходишь по равнинной дороге, мимо края не промахиваешься. Так с чего бы тебе здесь оступаться? Смотри как надо!
На последних словах наглая девчонка побежала по самому краю обрыва и быстро скрылась от меня за очередным скальным выступом, который огибала дорога. Я только вздохнул и немного прибавил шаг, в очередной раз не сумев заставить себя хотя бы выйти на середину тропы. Ну не был я раньше в таких горах! Не привык ещё. Может позже и смогу спокойно ходить, не обращая внимания на полукилометровую отвесную пропасть, но никак не сейчас.
Пока я занимался самоубеждением, впереди что-то громыхнуло, а затем раздался оглушительный визг Соли. И я сразу его узнал. Именно так вопил неделю назад мелкий дракончик, когда его убивал большой.
Я перехватил палку, которую нес в руках как хоть какое-то оружие, и ринулся вперед. Но не успел пробежать и трех шагов, как из-за поворота вылетела моя спутница, и продолжая визжать помчалась всё также по самому краю обрыва.
А буквально в двух шагах за ней мчался какой-то оборванец, но в сияющем стальном шлеме на голове и сжимающий в руке ржавый меч. Причем этот тип быстро догонял драконессу, и уже даже начал заносить свое оружие над головой.
Я не раздумывая шагнул на середину тропы и постарался ударить негодяя палкой, но тот неожиданно ловко увернулся и в долю секунды развернулся ко мне с уже занесенным мечом. И тут я мгновенно осознал, что все мои навыки самообороны совершенно не годятся в схватке против меча. В голове у меня мелькнуло единственное желание – разорвать дистанцию. Я одновременно шагнул назад, больше всего на свете желая, чтобы этот бандит оказался от меня подальше. Даже движение рукой сделал будто отмахиваюсь от него. Но это левой рукой, а правой я метнул ему в ноги свою дубину.
И случилось чудо! Этот тип, роняя шлем, отскочил от моей палки-металки, но вот незадача – всего в полушаге у него за спиной была пустота. Поэтому он наступил на последний камень дороги, взмахнул руками, будто стараясь вернуть себя на твердую поверхность, камень вывернулся из-под ноги и полетел в пропасть. А за ним и разбойник. Но в отличие от камня совсем не молча. Правда, я не разобрал ни слова. Да и не до того было, потому что я тоже споткнулся, отшагивая назад, и рухнул на спину, еще и приложившись затылком к скале.
В глазах мелькнуло светлое сияние, которое часто называют искрами, и я на секунду оказался здорово дезориентирован. А когда с трудом принялся вставать на ноги, ко мне подбежала Соли и затараторила:
– Ну ты и крут! Арти, ты герой! Ты победил дракона!
– Что? Какого дракона? – удивился я.
– Большого! Старого! Того самого, который неделю назад хотел меня убить.
– Ты хочешь сказать, что я убил дракона? – неверяще протянул я.
Затем подошел к обрыву, но сначала лег на живот и только в этом положении, да и то с опаской, всмотрелся в пропасть. И даже разглядел темное пятнышко на камнях, на самом берегу речушки.
– Э-э-э… – протянула уже немного успокоившаяся Соли, становясь рядом со мной и тоже заглядывая в пропасть. – Нет, ты его не убил. Дракона убить не так-то просто. Это надо ему башку отрубить, или очень сильным заклинанием огреть. А от падения он не сдохнет. На нем куча укрепляющих заклинаний висит, так что через несколько часов оклемается.
– Убить не убил… – пробормотал я вставая. – Но здоровье у него уже не то… Так? Но он же опять напасть сможет?
– Не скоро, – задумчиво покачала головой девчонка. – На регенерацию несколько дней уйдет.
– А в виде дракона не сможет напасть?
– Нет, – покачала головой Соли. – Мы в землях королевства Заборра. Драконам здесь только летать можно, а нападать нельзя. Здесь правит сильнейший маг, он найдет способ отомстить даже дракону. Вот этот дурень на меня и напал в ипостаси человека.
Я еще раз вгляделся в пропасть и не заметил тела.
– Сработал телепорт из артефакта, – тоже всмотревшись вниз пояснила девчонка.
– А почему он был таким оборванцем? – вспомнил внешность нападавшего я.
– Экономит, – засмеялась драконесса. – Он в человека оборачивается может быть раз в двадцать лет, вот и не держит приличной одежды.
– А как он тебя нашел? – не унимался я.
– Поиском магическим, – вздохнула моя спутница. – Наверное слетал посмотреть на мой обледеневший труп, и не обнаружив его, принялся искать.
– Столько дней искал? – не поверил я.
И тут Соли как-то занервничала, после чего поспешила перевести разговор на другую тему:
– А ты здорово его победил! Я в восторге!
– Да… – почесал затылок я, подумав, что мне стоило бы хорошенько отмыться, а то непонятно, чешу я голову от размышлений или от грязи. – Повезло, что он отшатнулся от моей палки…
– Палки? – воскликнула девчонка. – Так ты что? Не понял? Ты его магией сшиб в пропасть! Воздушным кулаком.
– Магией? – не понял я.
– Ну да! Ты всё-таки маг. Только пока необученный.
– А как же тогда?.. Сшиб.
– Ну вот… – усмехнулась драконесса. – Ты же совсем ни черта не знаешь. Тогда слушай! Магия бывает простая и сложная. Простая – это молния, огненный шар, воздушный кулак и многие такие же, которые можно скастовать просто волевым усилием. Понятно?
– Нет…
– Ну вот так… Просто захотел и ударил магией.
– То есть я могу так побеждать врагов? – задумался я.
– Ну как сказать. Помогать себе можешь. Твой кулак воздушный… Он просто отбросит противника. Как будто стукнул его рукой. Тот отлетит, но тут же вскочит, и тогда берегись. А этому типу не повезло. Пропасть за спиной оказалась. Но это не умаляет твоего подвига, Арти!
Я подозрительно посмотрел на спутницу, которая расщедрилась уже на который по счету комплимент. Как будто пытается отвлечь меня от каких-то неудобных ей мыслей.
А девушка продолжила:
– Сложная магия – это уже круто. Порталы, лечение, воздействие на мозги, и так далее. Её уже надо долго учить, и потом читать заклинания. Но если ты имеешь магические способности, то можешь начать учиться.
Я встал, отошел от пропасти, попытался привести мысли в порядок, а пока легонько попинал трофейный шлем и задумчиво произнес:
– А вот и котелок. Купим крупы. Точнее выменяем на сухари и… заживём!
– Ну ты и дурень! – хихикнула Соли. – Это боевой шлем. Не ахти какой, но его продать можно за десяток золотых. Какая крупа? Мы разбогатели, Арти! Приоденемся, обедать и ночевать в трактирах будем! Война – дело доходное.
– Или ты победил и взял трофеи, – проворчал я. – Или тебя…
– Но сейчас-то мы, – засмеялась девчонка, подхватила шлем и показала вперед по дорожке. – Вперёд! К светлому богатому будущему, мой рыцарь!
Глава 8
