– Если мазь попадет на здоровую кожу, – повторила, уже для неожиданной гостьи, – останутся пятна. И вряд ли я смогу их вывести с лица вашей дочери.
Посетительница замерла. Мать Яли была женщиной интересной. Мраморная кожа, пухлые губы, яркие, синие глаза, статная фигура. На ее солидный возраст намекали только несколько морщинок в уголках глаз и слегка обозначившаяся носогубная складка. Если Яли, взяла хотя бы половину от внешности своей матери, то передо мной стояла настоящая красавица.
– Что вы делаете?
Женщина вошла внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь. Ронни фыркнул. Судя по восторженному смеху Кайли, снова вернулся к обязанностям няньки.
– Пытаюсь избавить вашу дочь от псориазных бляшек. – Повторила «на автомате».
Работать с лицом Яли я откровенно боялась. Оно требовало максимально трепетного к себе отношения и фактически ювелирных движений. Конечно, я понимала, что после этих ужасных, гноящихся и кровоточащих ран, пятно не такая уж большая проблема. Но внутренний перфекционист требовал идеального исполнения. Или близкого к идеальному.
– Чего?
Женщина подошла ближе и внимательно посмотрела на плечо дочери. На белой коже осталось несколько розовых пятен. Еще несколько дней, и от них не останется ни следа. Только ровная, здоровая кожа девушки.
– Это… – Женщина зажала рот руками, из глаз потекли слезы. Интересно, у нас еще осталась успокоительная настойка? – Вы… Она…
– Если Вы успокоитесь и дадите мне закончить работу…
– Молчу – молчу! – Мама Яли подняла руки и сделала шаг назад.
– Присядьте пока на кровать. Ронни Вас не тронет.
После одобрительного «кар» вернулась к лицу свое первой пациентки. В том, что после Яли ко мне выстроится очередь, я почему-то не сомневалась.
Дариш
Солнце упало за горизонт. Советник поднялся в свой кабинет, в императорском дворце, и плюхнулся в кресло. Не слишком удобное. Но сил перебраться за стол или дойти до спальни у мага не было. Последние несколько недель измотали первого советника.
Разгребать приходилось все и сразу: зыбкие договоренности с нагами, которые были так важны для империи, поиски Софи, которая никак не выходила из головы Дариша, куча трупов по всей империи, обман Виленты и Камилл. Что из этого выматывало советника больше, сказать было сложно.
Мужчина расстегнул жилет и достал из внутреннего кармана красивую резную флягу. В ней он носил бодрящее зелье. Открутил крышки и обнаружил, что фляга опустела еще утром.
Спальня Хаша
– Я рад, что ты вернулся домой.
Сафанир вошел в спальню Хаша потайным коридором. Он часто так делал, когда хотел поговорить с братом без лишних свидетелей.
– Я тоже. – Кивнул черный наг.
Сафанир поджал тонкие губы. Брат выглядел плохо. Синие круги под глазами, впавшие щеки, нехватка веса. Если бы Саф не знал о найре, решил бы, что у Хаша началась преждевременная линька. Наги этот процесс переживали сложно. Становились уязвимыми, раздражительными и предпочитали этот период пережидать где-нибудь в глуши, полностью обернувшись.
– Она пересекла границу Шихарафата и растворилась.
– Я знаю. – Кивнул принц. – Понял, когда отец объявил о твоем возвращении. Это же хорошо. В империи ни один наг не посмеет ее обидеть.
– И не наг. – Одна из ростовых картин отъехала в сторону, и в спальню вполз император Шахиф. – Никто не посмеет тронуть найру Советника.
– Добрый вечер, отец.
Сафанир и Хаш синхронно поднялись на хвостах и поклонились императору. Шахиф не любил дополнительных церемоний. Особенно когда врывался в пижаме к кому-нибудь из своих детей. Но в этот раз ничего не сказал.
– Есссть новости?
– В Дирамаре вчера нашли еще один труп девушки. На этот раз, в одной из горных деревень. Недалеко от нейтральных земель.
– Откуда сссзнаешь?
– Сшшшпионы. – Лаконично ответил советник своему императору. В глазах старика мелькнуло что-то напоминающее гордость.
– Это как-то связано с амулетом?
– Сложно сказать. – Хаш достал из ящика стола несколько свертков. – Все они сделаны по этому образцу. – Ткнул пальцем в древний чертеж «изымающего артефакта». – Точные копии. Найдены на телах убитых.
– Но… – Протянул Сафанир, беря в руки один из амулетов.
– Его функции искажены. – Ответил Хаш, возвращая амулет на место.
– Каким образом?
– Не знаю. Ни один из амулетов не был активирован. Как проверить их безопасно, я пока не знаю.
– «Изымающие артефакты» всегда запускала отдающая. Их все нашли рядом с жертвами? – Сафанир знал, что брат и сам догадывается, что маньяк охотится не на случайных рыжих женщин, а на его найру. Вот только озвучить это боится.
– Убийца рассчитывал, что женщины его активируют.
– У людей нет магии, чтобы активировать даже нагревающие камни. – Фыркнул император.
– У людей нет. – Довольно улыбнулся Саф. – А у нашей найры есть.
Глаза Шахифа расширились. Он вопросительно посмотрел сначала на младшего сына, потом на старшего.
– Это правда. – Подтвердил слова брата Хаш. – У Софи активный источник.
– И она умеет им пользоваться?
– Не уверен. – Задумался Саф. – Если бы кто-то взялся обучать ее управлению силой…
– Умеет. – Перебил брата Советник. – Плохо, но этого достаточно, чтобы выжить и замести следы.
– Шшшто ты еще о ней сссзнаешшшшь?
Император с любопытством посмотрел на старшего сына. С самого рождения он знал, что его первенцу предстоит прожить удивительную жизнь. Но, никогда не думал, что настолько удивительную.
Соня
– У Яли хорошая мама. – Прощебетала Рина, убирая посуду с нашего импровизированного стола. – Правда, очень громкая.
– Может себе позволить. – Усмехнулась замечанию девочки. – Завтра мы сможем сходить, посмотреть несколько домов. С жилой недвижимостью здесь не очень хорошо. Но, Яся обещала показать несколько приличных вариантов.
– Главное, чтобы было больше места. – Обрадовалась Рина. – А то тут очень тесно.
– Просторней, чем было на кухне у Дариша. – Заметила сестра.
– Не ссорьтесь. Мы все равно не можем жить в трактире вечно.
– Почему? – Хлопнула глазами Рина.
– Потому что здесь слишком тесно. И я не смогу принимать посетителей в той же комнате, где мы спим.
– Но Яли, ты же лечишь тут! – Не унималась малышка.
– С Яли я не брала денег.
– Дейра, которая работает? – Оторвалась от грязной посуды Ронда. – Звучит странно.
– То есть, до этого момента тебя ничего не смущало?
– Нет. – Девочка пожала плечами и широко улыбнулась.
А я, впервые за несколько недель засмеялась громко, заразительно, как никогда раньше не смеялась.
Глава 5. Спустя месяц
Соня. Четыре недели спустя
– КАР!
Ронни нахохлился и приземлился прямо в центр стола.
– Не ругайся. – Пробубнила себе под нос. – Сама знаю, что поздно.
– Кар!
– Закончу и сразу пойду спать.
Птица обреченно закатила глаза и переместилась с моего рабочего стола, на жердь. Ровно четыре недели прошло с момента нашего переезда. Родители Яси помогли нам с девочками купить небольшой, но очень уютный домик на окраине городка. Четыре спальни, просторная столовая, кабинет, мастерская. Все, что нужно для полноценной и очень комфортной жизни.
Особую радость моей маленькой семье доставлял сад. Разлапистые деревья, цветы, сочная зеленая трава и чайная беседка. Девочки превратили ее в летнюю кухню. Там мы каждый день собирались на завтрак. А потом, в этой же беседке с ними занимался нанятый учитель. Кажется, когда я училась в школе, это называлось «репетитор». Раньше, мэтр Салиф, как называла его Яли, был ее наставником. Специалистом господин Салиф был востребованным поэтому, пришлось приложить немало усилий, чтобы уговорить вредного старика заниматься с девочками.
К сожалению ни Ронда, ни Рина не умели ни читать, ни писать. Все знания, которые у них были, ограничивались сказками старой Рафи, и тяжелым бытовым опытом. Еще в начале знакомства мэтр меня обнадежил. Пожилой мужчина в потертом сюртуке и с совершенно типичной, еврейской внешностью уверял, что к началу следующего учебного года, им удастся ликвидировать все пробелы в знаниях.
– Вы, Соня, не должны ни об чем беспокоиться. – Сказал Салиф сразу после знакомства с моими замарашками. – Они совершенно не обучены. Это факт! Но очень умны. Это также факт!
Девочки действительно были умны. А еще упрямы, настойчивы и любознательны. Как только им покорились первые строчки, обе начали читать все, до чего только дотягивались руки. Учебники, кулинарные брошюры, заметки местных газет, небольшие книги, которые я покупала в пыльной лавке на углу «Жемчужной» улицы.
Особым фетишем в нашем доме стали записки. Сначала это были безобидные листочки со списком продуктов, домашних дел или какие-то коротенькие послания из разряда «ужин на столе». Но мы так этим увлеклись, что постепенно, вместе с бытовыми заметками, я начала писать для них любимые четверостишья или фрагменты из детских сказок, которые помнила. А потом, девочки, на таких же листочках, стали писать мне ответные записки. Описывать самые интересные моменты, которые проходили на уроках, или просто переписывали понравившиеся фразы из книг. Сейчас записки можно было найти буквально везде! От кухонного стола до лестничных перил. Единственным местом, куда не смогли проникнуть квадратные листочки, оставалась аптека.
Каким-то чудом, мне удалось арендовать небольшую лавку в самом сердце городка. Раньше там работал мастер – краснодеревщик. Но, буквально накануне нашего появления в Шасззи мужчина умер. Его семья решила сдать лавку в аренду и перебраться в столицу.
Цена для такого помещения была более чем приемлемая. В придачу к хорошему месту и добротному зданию, мне досталась вся необходимая мебель, витрина, изумительный прилавок и знакомство с женой городского старосты. Женщина по местным меркам далеко не старая, но весьма хлипкая, страдающая бесконечными простудами и целым букетом хронических заболеваний.
Два бутылька с отхаркивающими настойками и витаминный сироп врученные супруге чиновника обеспечили удивительно быстрое оформление всех документов. И сделали неплохую рекламу будущей аптеке. Да и новость о чудесном исцелении Яли не оставила местных жителей без внимания. Теперь, у меня стояла очередь из пациентов со всевозможными недугами. И назрела острая необходимость нанять помощника. Потому что сейчас, мой день проходил за прилавком, а большая часть ночи в импровизированной лаборатории.
Дакир. Поместье дейры.
Вилента
Вот уже четвертый месяц пошел с того момента, как Дариш посадил Виленту и Камилл в эту клетку. За все это время Советник появился в поместье лишь однажды. Спустя пару недель, после заточения. Хозяин поместья пришел под вечер. Когда слуги убрали со стола ужин, и оставили дейру наедине со своими мыслями.
О приходе Советника Виленте не сообщили. Она узнала об этом случайно. Когда вышла на балкон и увидела, как Дариш с супругой прогуливаются по парку. О чем шла речь, Вилента не слышала. Но судя по бледному лицу Камилл, тема разговора была не самой приятной. Сэя бледнела, краснела, нервно теребила в руках шелковый носовой платок.
Вилента, в надежде на личную встречу с Советником рысью бросилась в парк. Но, застать Дариша не успела. Мужчина будто испарился. Только Камилл стояла возле лужайки и смотрела куда-то вдаль.
– Что он сказал? – Дейра подошла к Камилл.
Та повернула голову и ничего не ответила. Просто молча ушла в сторону дома. Вилента до сих пор с ужасом вспоминала бледное лицо сэи и ее испуганный взгляд.
Только спустя несколько дней Камилл пришла в себя, и смогла обговорить с Вилентой сложившуюся ситуация. А она была, мягко говоря, скверной.
В разговоре с супругой Дариш четко дал понять, что в следующий раз он появится только после рождения малыша. А до этого момента, ни она, ни дейра за пределы поместья не выйдут. Более того, все посетители, прежде чем попасть в поместье, должны будут получить личное разрешение Дариша. Все пожелания, Камилл или Вилента могут передавать через сэю Кюри.
Положение было патовым. На грани катастрофы. И тогда, Камилл решила идти на крайние меры. Виленте план сэи не нравился. Но, выбора у нее не было.
Дейра поморщилась. Воспоминания неприятно зашевелились в груди. К горлу подступила тошнота. Отвратительное состояние, в котором она пребывала вот уже несколько месяцев. Вилента положила руку на живот, и ощутила существо, которое росло у нее внутри. Такое беззащитное, неприятное, причиняющее огромный дискомфорт. Но такое необходимое.
Девушка изо всех сил молилась Арканату, чтобы у нее родилась девочка. Камилл, конечно, постаралась найти мага, обладающего с максимально схожей магией с Даришем. Но, найти кого-то равного ему по силе, было практически невозможно. А родить малыша с меньшим магическим потенциалом, чем у отца, автоматически означало закрытые себе двери во дворец. В лучшем случае Дамиран презентует ее одному из своих любимых чиновников. В худшем, она достанется какому-нибудь среднему офицерскому чину, в качестве награды за особые заслуги.
Дариш
Молодой маг сидел напротив первого Советника Дирамара. В жизни Дариш Шутрук оказался еще страшнее, чем он представлял. Легкий, летний костюм, в нежных персиковых тонах, только усугублял это впечатление.
– Это все, что Вы можете мне рассказать? – Дариш поднял глаза на собеседника.
Тот съежился, и быстро закивал. Совсем молодой маг, Грэб Гродер, адепт одной из элитных академий, не произвел на него никакого впечатления. Почти ребенок, с большими глазами, жесткими темными волосами и неуклюжей походкой. Но, была в этом неприметном мальчишке одна важная особенность. Его магия. Она была очень похожа на магию самого Дариша. Можно сказать, Камилл в какой-то степени повезло, найти парнишку и использовать его в своих играх.
– Хорошо, поставь печать на каждом экземпляре. – Советник подвинул к собеседнику стопку листов. – Надеюсь, не нужно напоминать, что эта история должна остаться втайне.
– Я клянусь, я не знал, что это ваша дейра! Она ничего не сказала. Я думал, очередная магичка хочет развлечься. И… Если бы я знал… Я бы никогда к ней и пальцем не притронулся!
Губы мальчишки дрожали. В глазах стояли слезы ужаса. Все внутренности Шутрука были пронизаны отвращением к этому щенку. Не потому, что он стал отцом ребенка Виленты. А потому что вел себя как трус. Дариш ненавидел трусов. Наверное, еще больше, чем собственную жену.
Глава 6. Вызывающий
Сафанир
На садовой дорожке мелькнула тень огромного черного нага. Хаш вернулся с очередного рейда. Официально Советник проводил «закрытые проверки, на предмет готовности военных гарнизонов и охранных подразделений Шихарафата». А не официально, искал одну маленькую, рыжую женщину, которой уже столько месяцев удавалось скрываться прямо у них под носом.
В том, что найра брата была где-то совсем рядом, Сафанир не сомневался. В противном случае Советник не смог бы чувствовать девушку так отчетливо: эмоции, страхи, иногда, Хаш видел даже ее сны. Вот только найти пропажу никак не удавалось.
– Почему мой принц не спит? – В медленный поток змеиных мыслей вмешался голос любовницы.
Лиша осторожно вытянула руку и дотронулась до плеча своего принца. Подойти ближе к нагу она боялась. Слишком хорошо знала его взрывной характер. Нет, он никогда не применял к ней физического воздействия. Даже голос не повышал. Просто переставал приглашать в свои покои, отдавая предпочтение другим. Иногда это были нагини. Реже обычные женщины. В такие периоды Лиша с ума сходила от злости и желания избавиться от соперницы навсегда. Несколько раз нагине это даже удавалось. Правда, тогда это были лишь мимолетные увлечения принца. Пропажу которых, он даже заметил. Но сейчас, все изменилось. Нагиня чувствовала в нем перемены. Но не могла понять их природу.
Вместо ответа на ее вопрос Сафанир посмотрел в глаза любовницы. Она быстро прикрыла грудь руками, будто впервые оставалась с нагом один на один и густо покраснела.
– Иди к себе Лиша.
Такой приказ любовницу ничуть ни удивил. Она молча набросила на плечи плотный халат и вышла в одну из боковых дверей. А принц с тоской посмотрел на окна Хаша. Он знал, чувствовал, как брат мучается вдали от найры. И безумно ему завидовал.
Где-то в окрестностях Дакира
Мужчина, в пепельной мантии спустился в один из многочисленных подземных тоннелей. Лицо незнакомца скрывал капюшон. В руках мужчина держал ларец из черного, могильного дерева. Несмотря на полную темноту, он легко ориентировался в каменных переходах и очень быстро нашел нужный зал.
Низкое, полукруглое помещение, с капающим сводом и подземными гадами вот уже несколько десятилетий служило ему идеальным убежищем для незаконных магических экспериментов. Здесь он хранил все свои записи, амулеты, артефакты и инструменты, необходимые для работы. Здесь же проводил ритуалы, на которые ни один маг, в здравом уме не пойдет.
Мужчина поставил могильный ларец на каменный стол. Нежно провел рукой по деревянной крышке и выдохнул. Уже почти два года прошло с тех пор, как он потерял один из источников силы. Теперь, каждый, даже самый элементарный ритуал, требовал в разы больше сил и концентрации. Ему даже пришлось отказаться от элементарных бытовых заклинаний, и купить огромное количество артефактов.
Сейчас маг постарался отбросить в сторону все посторонние мысли и сосредоточиться только на ритуале. Все должно получиться с первого раза. Повторить обряд он сможет не раньше, чем через несколько лун.
Подготовка к вызову заняла чуть больше половины часа. Вспыхнули свечи. Слепые, похожие на лысых крыс животные издали задушевный вопль и разбежались в разные стороны. На полу появились череда ажурных символов. Мужчина откинул капюшон, надел на лицо железную маску, и громко, сотрясая все вокруг, прокричал короткое, но очень мощное заклинание.
Как только он произнес последнее слово, свечи погасли. Символы на каменном полу засветились ярким, синим светом. В воздухе начал формироваться женский силуэт. Через минуту призрак проявился полностью.
Женщина, в длинном бальном платье, с растрепанными волосами и выпученными глазами смотрела на своего хозяина. О насильственной смерти девушки говорило не только изуродованное лицо, но и характерные пятна на ее шее. Сотни лет назад ее звали Лунри. Юная красавица была его первой удачной жертвой. До нее были еще десятки девушек. Но только малышка Лунри, стала по-настоящему ценным приобретением.
– Вызывали? – Призрак смотрела на железную маску. За столько столетий своего плена она знала в ней каждую трещинку, каждую царапинку, каждый скол.
– Ты нашла ее? – Голос Хозяина в этот раз звучал как-то иначе. По-прежнему сильный, зычный, властный. Но что-то в нем неуловимо изменилось.
– Нет.
– Почему?
Он был недоволен. Лунри это чувствовала. И приготовилась к очередной порции боли.
Говорят, после смерти боль уходит. Ты покидаешь физическое тело и направляешься прямиком в царство великого Харанмата. Он дает каждой душе ворона. Проводника по мертвой долине, чтобы каждая душа нашла покой и перерождение. Но только в том случае, если ты не попала в руки маньяка. И твоя душа не была заключена в вечный плен этих светящихся букв.
– Нитей этой девушки нет ни в мире живых, ни на мертвых дорогах. У нее нет ни рождения, ни смерти.
– Не ври мне!
Хозяин зашипел как достопочтенный наг. Раньше это до ужаса пугала призрака. Но теперь, она точно знала – это признак его слабости. А значит, тратить драгоценную магию на наказание садист не станет.
– Ее нитей нет. – Спокойно повторил призрак. – Либо эта женщина в нашем мире никогда не рождалась, либо сами Боги скрывают.
При упоминании Богов у мужчины дернулась рука. Концентрация пропала. Символы на полу погасли. А вместе с ними исчез и призрак. Маг обессиленный шлепнулся холодный каменный пол. Ему нужно было срочно найти девчонку из переулка. В противном случае, в скором времени он сам встретится с этими самыми богами. И тогда, придется отвечать за все.
Соня
Встать пришлось на рассвете. Я бы с удовольствием поспала еще несколько часов, но в лаборатории ждал особый настой, для одной из влиятельных дам Шасззи. Лекарство довольно простое. Но, на одно из растений, входящих в состав настойки, можно влиять исключительно в первые рассветные часы. Иначе никакого эффекта от нее не будет.
Трава Хари, растущая здесь практически везде, считалась чуть ли не сорняком. Она лезла буквально изо всех щелей. Занимала пространство между садовыми культурами и раздражала местных огородников. Я бы тоже, считала ее бесполезной. Если бы не тонкая, потрепанная тетрадка, которую я нашла, перебирая чердак в доме. Там осталось несколько сундуков с хламом предыдущих хозяев. Вещи в большинстве своем совершенно бесполезные. Из разряда «выкинуть жалко» или «вдруг пригодится». Вот, в одном из таких сундуков я и нашла несколько тонких ученических тетрадок по травоведению.
В одной из тетрадей молодой травник методично описывал результаты наблюдений за растениями. Труды ничем не примечательные. Все это уже миллион раз было рассказано в справочниках и фолиантах. За исключением Хари. Юный травник заметил, что домашние птицы, которые клевали белые цветки на рассвете, в течение дня вели себя пассивно. Много времени проводили во сне, отказывались от пищи. Употребление травы в более позднее время, к подобному эффекту не приводило. Возможно, я бы и не вспомнила об этих записях, если бы несколько дней назад ко мне не обратилась дама, с зычным именем Россина.
Впрочем, назвать Россину дамой, можно было с огромной натяжкой. Скорее это была молодая женщинаа огромных размеров. Человек, комплекции которого могли позавидовать даже самые богатые дейры. Вот только дейры в этом весе чувствовали себя комфортно. А Россина имела длинный список проблем со здоровьем, связанных с лишним весом. От отдышки и болей в суставах до милых усиков над верхней губой. Как говорится, мир другой, а проблемы все те же.
Чтобы помочь клиентке, пришлось несколько часов потратить на составление программы питания. Идея ей, естественно, не понравилась. Но предложить какие-то чудесные альтернативы я не могла. Чтобы хоть как-то облегчить страдания пышки, решила попробовать поэкспериментировать с Хари. Благо, этого добра во дворе было достаточно.
Закончив с выделением и усилением нужного компонента, посмотрела на часы. Работа с сорняком заняла всего пол оборота времени. Можно было с чистой совестью поспать еще несколько часов, прежде чем проснуться девочки. Вот только планом моим не суждено было сбыться.
Глава 7. Ночная нянька
Соня
Посторонние звуки в спальне малышки Кайли заставили насторожиться. Сначала решила, что ребенок раскапризничался и кто-то из девочек пришел ее успокоить. Но, когда обнаружила обеих сестер у себя в кроватях, желудок неприятно сжался. Ронни тоже дремал в детской, не подавай никаких признаков тревоги. Что для птицы было странно. Прихватив по пути подсвечник, из того же сундука с хламом, тихонько приоткрыла дверь детской и обомлела.
Над кроваткой стоял Харанмат. Мальчишка поднялся на носки, перегнулся через деревянный бортик, и что-то увлеченно рассказывал малышке.
– Я же тебе говорил, что в кроватке будет удобнее, чем в корзине. А ты мне не верила. – Он слегка качнул кроватку. Кайли, радостно защебетала на своем детском языке. – И в Соню не верила. А из нее, видишь, неплохая мама для вас получилась. Вон, глупая, как лекаря для тебя искала. Еще пара дней, и пришлось бы самому просвещать этот рыжий ураган.
Рыжий ураган с трудом сдержался, чтобы не влепить затрещину местному божеству. К сожалению, с врачами, особенно с педиатрами, дела в Рамони обстояли так себе. Все более или менее квалифицированные лекари Шихарафата занимались здоровьем и развитием нагов. Как представителей высшей расы и «хранителей благополучия и процветания». И если знахарки, повитухи и травница способные сбить жар у младенца, или прописать настойку от колик иногда встречались, то о дефектологах, логопедах, психологах или специалистах по раннему развитию малышей здесь просто никто не слышал.
Меня волновал уровень развития малышки. По нашим подсчетам сейчас Кайли было около года. Она уже самостоятельно сидела, довольно активно ползала, стремилась изучать окружающий мир, путем засовывания всего в рот. Но отказывалась разговаривать.
Честно говоря, я понятия не имела, в каком возрасте дети с гуления и пищания должны перейти на нормальную речь. Моя осведомленность в этом вопросе заканчивалась на уровне кухонных разговоров с Любашей. Когда ее сыну исполнился годик, подруга с гордостью заявила, что отпрыск совсем недавно начал разговаривать. Правда, вместо ожидаемого «мама» прозвучало требовательное «дай».
Кайли, даже «дай» произносить не спешила. И я, какое – то время находилась в состоянии легкого беспокойства. К счастью, мама Яли вовремя оказалась рядом. Женщина долго смеялась над моими переживаниями. И удивлялась, как я, лишенная всякого «материнского навыка», вообще осмелилась приютить чужих детей.
В ответ я неопределенно вздыхала и отмалчивалась. Наша легенда гласила, что я просто подобрала сирот в одной из заброшенных деревень, неподалеку от нейтральных земель. Родители девочек погибли в пожаре. Никаких документов на детей не осталось. Достоверность моих слов в местном органе управления проверять не стали. Просто выдали бумагу, подтверждающую право опеки.
– Ты что здесь делаешь?
– Не уверен, что эта железяка поможет тебе со мной справиться. – Мальчишка скептически приподнял бровь.
– Я думала, в дом влезли воры.
– А железяка зачем?
– Отбиваться.
– Еще не привыкла к новой реальности? – Хмыкнул Харанмат и отошел от кроватки. Кайли недовольно пискнула, но плакать не стала.
– У меня всегда были проблемы с адаптацией.
– В следующий раз, когда решишь спасать дом от воров, лучше натрави на них Ронни. Он уже давно никого ко мне не приводил.
Мальчик – Смерть самодовольно улыбнулся и сел на маленький детский стульчик. Я, последовала его примеру, села напротив, оперла локти на низкий детский столик, отодвинув в сторону семью вязаных зайцев. Вот уж не думала, что буду общаться со Смертью на детской табуретке.
– Выпить хочешь?
Не дожидаясь моего ответа, мальчишка достал из кармана небольшую, стеклянную бутылку с фиолетовой жидкостью и две стопки.
– Не рановато для алкоголя? Мне скоро детей будить.
– Сегодня выходной. Пусть дольше поспят. – Детская рука подвинула стопку ближе. – Пей.
– Не отравишь?
– Если захочу тебя забрать, придумаю что-то более оригинальное.
Не доверять мальчишке причин не было. Одним махом опрокинула содержимое стопки. По горлу потекла пряная, обжигающая жидкость. А через пару секунд поняла, что захмелела.
– Хороша зараза?
– Знаешь, напиваться с ребенком, мне еще не приходилось.
– У тебя все еще впереди. – Он налил еще по одной. – Не хочешь узнать, как дела у твоего нага?
При упоминании о Хаше, сердце сжалось. Каждый день я старалась засунуть воспоминания о змее как можно дальше в подсознание. В самые отдаленные уголки своей памяти. Ничего не получалось. Ранним утром, поздним вечером, ночью, днем он врывался в мои мысли. Разумная Соня методично напоминала о том, что змеюка, каким бы симпатичным он ни был, нам не пара. Поматросит, метку снимет и уйдет к какой-нибудь гадюке подколодной. А нам после него собирать разбитое сердце и надежды в кучку. А еще, громко кричала о том, что за это время, можно было бы и иголку в стоге сена найти. Не говоря уже об одинокой женщине с тремя детьми на руках. И да, Харанмат изо всех сил скрывал нас магическим щитом. Но, банальную дедукцию и старые добрые оперативно – розыскные мероприятия еще никто не отменял! Для нага с его статусом и возможностями нет ничего невозможного. Хотел бы найти, уже давно бы это сделал.
И последним, громогласным аргументом, который добивал все мои романтические чаяния по отношению к рептилии – переростку, была красивая женщина из таверны. Явно это была не сестра. А значит, и эта метка на моем плече ничего не значит. Просто, красивая татуировка.
– Хочу узнать, с чего ты заделался в няньки с утра пораньше.
– Злюка! – Фыркнул мальчишка. – Уже и по-дружески помочь тебе нельзя.
– По – дружески можно. – Кивнула, опрокидывая вторую стопку. – Мне как раз няня для детей нужна.
– У меня в штате нет никого для тебя подходящего. Сама понимаешь, призраки и трупы не самая лучшая компания для детей.
– Они нас найдут?
– Если ты волнуешься о Дамиране, – Харанмат достал резную трубку для курения, – то он на этих землях ничего не решает. Ты гражданка Шихарафата.
– А как же, депортация? Они же по-прежнему считают меня дейрой.
– Это уже их проблема. – Мальчишка покрутил трубку в руках. – Никаких соглашений между империями нет. И вряд ли император на это согласится.
– А если, согласится?
– А если согласиться… – Харанмат сверкнул глазами. У меня внутри все похолодело. – Ронни лично проводит его в мои палаты.
Хаш
Отчеты по поиску найры стекались к Хашу со всей империи. И везде его ждал один, стандартный результат: девушки даже отдаленно похожей на Софи нет. И не было. И вообще, за указанные месяцы эмигранты ни в человеческие поселения, ни в города нагов не пребывали.
Хаш стоял напротив карты империи, в своем кабинете, и чувствовал, что что-то пропустил. Раз за разом, проходился глазами по населенным пунктам, и не мог понять, какого из них нет на карте. От созерцания полотна нага оторвал стук в дверь и секретарь, с опаской вползающий в кабинет.
Шиллис довольно давно состоял на службе у первого Советника. За несколько десятилетий он вполне привык к его специфическому характеру. И некоторым особенностям. Но в таком состоянии своего руководителя секретарь еще никогда не видел. Вот и сейчас, наг, стоял напротив огромной карты, а мощный черный хвост крушил то, что осталось от великолепного кабинета советника. Несколько разбитых кресел, столик ручной работы, каминные решетки, даже занавески не подлежали восстановлению.
– Висссжу, – сзади секретаря раздался властный голос императора, – работа идет полным ходом.
Хаш резко обернулся и поклонился отцу. Император вполз внутрь, окинул этот хаос беглым взглядом и тяжело вздохнул. Только сейчас Хаш обратил внимание на утренний погром.
– Ваше Величессство!
– Доброе утро. – Император подхватил кончиком хвоста одно из перевернутых кресел и вернул его в функциональное положение. – Осссставь нассс Шилиссс.
Секретарь поклонился и мигом исчез за дверью. Хаш, набросил на кабинет тихий купол. Чтобы ничего лишнего не дошло до ушей секретаря. Или, кого-нибудь менее надежного.
– Доброе утро. Вижу, результата по-прежнему нет.
– Нет. – Наг раздраженно выпустил длинную ленту языка и убрал хвост. Чтобы не уничтожить кабинет окончательно.
– Где ты ее чувствуешь отчётливей всего?
– Сссздесссь.
– В замке?
– В ссстолице.
Шахиф перевел взгляд на карту. Столица, и все ближайшие города, были отмечены крестиками. Кроме одного. Шасззи считался исключительно человеческим поселением. Наги этот городок игнорировали. Зачем селиться на человеческих задворках, если можно жить в столице? Но, многие его жители работали в столице. Имели здесь свои лавки. Или просто служили в домах нагаатов.
