– Mein Name ist Kurt. Ich wohne in Berlin. Ich studiere am Institut. Ich bin in den dritten Kurs gegangen (Меня зовут Курт. Я живу в Берлине. Я учусь в институте. Перешел на третий курс института.)
Тоня поняла все, что сказал Курт. Но ей очень хотелось произнести ту фразу, которую она хорошо выучила на занятиях кружка. И она сказала:
– Sprechen Sie bitte langsamer. (Говорите, пожалуйста, медленнее.)
Курт слегка усмехнулся и повторил свои слова еще раз. Тоня и Курт были довольны завязавшейся беседой. Девушка задала Курту новый вопрос:
– Kurt, welche russischen Schriftsteller mogen Sie? (Курт, какие русские писатели Вам нравятся?)
– Tonya, ich mag Leo Tolstoi, Fjodor Dostojewski und Anton Tschechow am liebsten. Ich liebe Tolstois Roman «Anna Karenina» sehr. (Тоня, мне больше всего нравятся Лев Толстой, Федор Достоевский и Антон Чехов. Я очень люблю роман Толстого «Анна Каренина»), – рассказал Курт.
Тоня была довольна этим разговором.
– Danke schon, Kurt. Alles Gute fur Sie (Большое спасибо, Курт. Всего Вам доброго), – поблагодарила Тоня и отошла в сторону, а потом присоединилась к группе москвичей, разговаривавших с тремя немецкими гостями.
* * *
В предпоследний день фестиваля вечером Тоня поехала гулять к парку «Останкино». Около центрального входа в парк она увидела группу людей – москвичей и гостей столицы. Они пели песню «Подмосковные вечера». Тоня почувствовала, что эта песня всем нравится, поют они с большим воодушевлением, и в то же время певцам грустно: фестиваль заканчивается, скоро надо будет расставаться со всем прекрасным, что было в эти незабываемые дни.
Допели песню, но не ушли, а стали собираться небольшими группами. В центре каждой такой группы стояло несколько человек, которые начали обмениваться впечатлениями, стараясь лучше понять друг друга. Остальные стояли вокруг и внимательно следили за разговором.
Тоня подошла к одной из таких групп. Рядом с ней стояли два молодых человека, которые тихонько переговаривались между собой. Тоня прислушалась к их разговору и поняла, что говорят они по-немецки. Она решила познакомиться с этими юношами. Молодые люди охотно вступили в разговор с Тоней. Она в нескольких словах рассказала о себе, а потом стала расспрашивать их. Оказалось, что оба приехали из Дрездена, более высокого зовут Гансом, а юноша среднего роста – Генри. Генри немного говорил по-русски. Он сказал, что ему очень понравилась песня «Подмосковные вечера», только жаль, что он не знает ее слов, а записать слова не успел. Генри протянул Тоне свою записную книжку и попросил девушку:
– Тоня! Запиши мне, пожалуйста, слова песни «Подмосковные вечера». Дома я попрошу друга перевести ее слова с русского на немецкий язык.
Тоня взяла записную книжку Генри, достала свою авторучку, села на стоящую рядом скамейку и, подложив под записную книжку свою довольно твердую сумочку, написала крупными разборчивыми буквами слова песни на русском языке. Потом подошла к Генри и отдала ему его записную книжку.
– Danke, Tonya. Jetzt werde ich zu Hause eine Nachricht aus Moskau haben (Спасибо, Тоня. Теперь у меня дома будет весточка из Москвы), – улыбаясь, сказал он.
Тоне было приятно то, что она порадовала Генри.
Девушки и юноши, собравшиеся около парка «Останкино», еще долго беседовали друг с другом (то с помощью переводчиков, то вспоминая знакомые друг другу слова). Все разошлись поздно вечером, когда уже стало довольно темно.
* * *
Одиннадцатого августа в Лужниках прошло закрытие фестиваля. Делегаты и другие гости столицы собрались уезжать из Москвы. После закрытия фестиваля и отъезда гостей город скоро вернулся к своему привычному унылому виду. Однако оптимистическое настроение москвичей не исчезло.
Тоня поехала в подмосковную деревню, в которой ее родители снимали на лето небольшую комнатку в старом деревянном доме и которую ее семья называла «дачей». Последние теплые августовские дни она ходила с мамой в лес за земляникой и черникой.
«Всегда буду помнить эти пятнадцать жарких фестивальных дней! Сколько интересного и радостного было у меня в эти дни! – думала Тоня: – Фестиваль дал то, чего нам так не хватало: ощущение свободы, возможность культурного обмена, взаимодействия с самыми разными людьми».
Любопытная история
Шел 1959 год. Таня Иволгина заканчивала четвертый курс механико-технологического факультета Московского станкоинструментального института. Приближались летние каникулы.
«Поеду отдохнуть в какой-нибудь туристический лагерь или в дом отдыха подальше от Москвы», – мечтала Таня.
В родном институте подходящих путевок не было. Она узнала, что путевку можно купить в городском бюро путевок. Татьяна подъехала туда. Оказалось, что все обстоит не так-то просто. За путевками большая очередь. Причем в очередь надо записаться. Список участников очереди ведет один из желающих получить путевку. Чтобы не потерять свое место в очереди, надо раз в три дня приезжать на перекличку. Того, кто не придет на перекличку, сразу же вычеркнут из очереди.
Таня расстроилась из-за того, что возникли такие трудности. Но выхода не было, больше нигде приобрести путевку она не могла. Девушка записалась в очередь и в назначаемые дни стала приезжать на перекличку отмечаться. Это мероприятие обещало затянуться надолго.
На одной из перекличек с Таней вступил в разговор молодой человек, который был записан в очереди рядом с ней.
– Меня зовут Леней. А вы, наверно, Оля? – сверкнув белозубой улыбкой, сказал он. Парень был высокий, симпатичный, выглядел он на несколько лет старше Тани.
– Да нет, я Таня, – немного смутившись, ответила она.
– Если не секрет, скажите, вы, наверно, еще в школе учитесь? – продолжил спрашивать Леня.
Таня ответила ему:
– Нет, что вы. Я студентка института, вот сдам сессию и перейду на пятый курс.
– А мне тридцать один год. Я уже год как окончил институт. Работаю инженером в конструкторском бюро. Ну вот, мы и познакомились, – весело улыбнувшись, сказал он.
Как только перекличка в очереди закончилась, новый знакомый пошел провожать Таню до метро. Потом Леня провожал ее после каждой переклички. По дороге они рассказывали друг другу о своей жизни. Скоро перешли на «ты».
Наконец, подошла их очередь покупать путевки. Тане очень понравилась путевка в дом отдыха, который находился в Петродворце (в 1997 году городу вернули его первоначальное название – Петергоф). Татьяна знала, что город Петергоф находится в Петродворцовом районе Ленинграда. Он расположен на южном берегу Финского залива.
«Вот здорово! И отдохну, да еще обязательно изучу как следует парк в Петродворце, и в Ленинград несколько раз съезжу», – обрадованно подумала Татьяна и купила эту замечательную путевку.
Леня купил путевку в другой дом отдыха. Получив свои путевки, Таня и Леня дошли вместе до метро, там попрощались и разошлись в разные стороны.
* * *
Наконец, Таня приехала в Петродворец. Дом отдыха она нашла быстро – он находился невдалеке от знаменитого парка этого города.
Перед поездкой Татьяна прочитала о Петродворце много интересного. Она узнала, что Петергоф был основан в 1710 году как императорская загородная резиденция [1]. Статус города он получил в 1762 году. В городе находится памятник мировой архитектуры и дворцово-паркового искусства XVIII–XIX веков – музей-заповедник «Петергоф». В конце XVIII века по проектам архитектора Джакомо Кваренги и садового мастера Джемса Медерса был создан пейзажный Английский парк, в парке построен Английский дворец.
С двадцать третьего сентября 1941 года по девятнадцатое января 1944 года город находился в оккупации фашистскими войсками. Пятого октября 1941 года фашисты высадили в Петергофе морской десант. Линия фронта проходила на западной границе города по линии обороны Ораниенбаумского плацдарма. В результате военных действий фашисты почти полностью разрушили город, многие дома и памятники архитектуры они сожгли. Они вырубили 10 тысяч деревьев – более одной трети зеленого массива.
В 1944 году Петергоф переименовали в Петродворец. В том же году началось восстановление города, его дворцовопаркового ансамбля и системы фонтанов.
Основным зданием Петергофского дворцово-паркового ансамбля являлся Большой Петергофский дворец.
У Тани была путевка на двадцать четыре дня. Она решила, что первые две недели никуда из Петродворца уезжать не будет. Будет гулять в парке, любоваться дворцами и фонтанами, загорать на пляже на берегу Финского залива, купаться в заливе. Зато в следующие две недели отпуска несколько раз съездит в Ленинград, ведь в Ленинграде она до сих пор тоже не была.
Во время отдыха все произошло так, как задумала Таня. Погода стояла солнечная, жаркая, дождей вообще не было. Местные жители рассказывали, что такое лето в Ленинграде и его окрестностях бывает нечасто, так что Тане повезло.
Девушка много времени проводила в парке. С утра до вечера там одна за другой шли экскурсии. Приходя в парк, Таня присоединялась к одной из них и проходила вместе с другими людьми весь экскурсионный маршрут. Так повторялось каждый день, и она, в конце концов, знала о дворцах и фонтанах все почти наизусть. Ей очень нравились фонтаны «Монплезир», «Пирамида», «Нептун», «Шахматная горка», фонтаны-шутихи.
В то время, когда Таня отдыхала в Петродворце, Большой дворец еще не был отреставрирован. В него никого не пускали. Таня вместе с другими экскурсантами стояла вблизи дворца около каскада с фонтаном «Большой Самсон». Она очень жалела о том, что не могла войти во дворец. (Двери первых воссозданных залов Большого дворца открылись для посетителей только семнадцатого мая 1964 года, в день празднования 250-летия Петергофа.)
* * *
Время летело быстро. Татьянин отпуск закончился, и она вернулась в Москву. Первого сентября начался новый учебный год.
В один из первых дней занятий в институте Таня слушала лекцию по математике в «Большой лекционной» аудитории. Когда один час лекции закончился, громко и весело прозвучал звонок на перемену. Через пару минут после этого к ней подбежали две подруги.
– Таня, в вестибюле стоял молодой человек. Он сказал, что разыскивает пятикурсницу Татьяну Иволгину, которая учится на механико-технологическом факультете. Мы поняли, что он хочет увидеть тебя, и направили его в эту аудиторию. Сейчас он будет здесь, – сказали девушки.
– Кто бы это мог быть? – удивилась Татьяна.
Через минуту все разъяснилось. В дверях аудитории возник Танин летний знакомый Леня. Таня подошла к нему.
– Здравствуй, Леня! Какими судьбами? Как ты меня нашел? – спросила она.
– Но ведь ты рассказывала мне, в каком институте и на каком факультете учишься. Так что найти тебя оказалось совсем несложно, – объяснил Леонид.
За лето Таня почти забыла про своего знакомого по перекличкам в очереди за путевкой в дом отдыха. Внезапное появление Лени в институте не очень сильно ее взволновало.
Но все же Тане было приятно, что этот симпатичный молодой человек думал о ней, искал и нашел. Появление Лени стало поддержкой девушке, чувствовавшей себя совсем одинокой. Леня спросил:
– Таня, можно я подожду тебя у входа в институт, и после того как у тебя закончатся занятия, мы немного поговорим?
– Конечно, можно, – ответила она, улыбаясь.
Перемена закончилась. Татьяна вместе со своими сокурсниками вернулась в аудиторию. Лекция продолжилась, но Таня слушала лектора рассеянно. Она невольно думала о Лене.
Лекция, наконец, закончилась. Студенты шумно поднялись со своих мест и плотной гурьбой двинулись к выходу из аудитории. Таня вместе со всеми вышла из института. Она огляделась по сторонам и увидела: Леня стоит у входной двери и ждет ее.
– Танечка, как хорошо, что ты уже пришла, – сказал он. – Пойдем, я провожу тебя немного.
Они, не спеша, пошли в сторону метро. Леня стал рассказывать о том, как он жил летом в своем доме отдыха.
– Знаешь, Таня, ты мне нравилась тогда, когда мы встречались в очереди за путевками, но ехать отдыхать вместе с тобой я не хотел. Мечтал встретить в своем доме отдыха особенную девушку, такую, которая будет для меня лучше всех на свете.
– Ну и как, встретил? – спросила Таня.
– Нет, не встретил. Там не было ни одной девушки, которая бы мне понравилась, – начал рассказывать Леня. – Знаешь, Танечка, я все время думал только о тебе. Решил, что обязательно найду тебя, когда вернусь в Москву после отпуска. Вот видишь, нашел. Таня, давай будем встречаться, – предложил Леня на прощанье.
Таня сказала ему:
– Давай.
* * *
Леня стал назначать Тане свидания около станции метро «Рижская». Это было недалеко от ее дома.
При встречах Таня рассказывала Лене о своих впечатлениях от поездки в Петродворец, о полюбившихся ей дворцах и фонтанах в парке Петродворца. Потом она стала делиться с другом своими мнениями о прочитанных новых книгах, о просмотренных фильмах. Леня слушал ее не очень внимательно. Таня чувствовала, что ее восторженные рассказы не очень его интересуют.
Леня шел рядом с Таней и любовался ею. Как-то раз он сказал:
– Танечка, ты такая черненькая, а я блондин. Костюм у меня тоже светлый. По внешнему виду ты очень подходишь к моему костюму и вообще ко мне.
Эти слова огорчили Таню. Вообще, все поведение Лени расстраивало ее. В одну из встреч он стал говорить, что Таня ему очень нравится и он хочет жениться на ней.
– Скоро я подарю тебе книгу «О вкусной и здоровой пище». В ней много интересных рецептов. Когда мы поженимся, ты будешь готовить мне хорошие блюда, – поделился Леня своими мечтами.
Таня не была против вкусных блюд, однако Ленины мечты о еде и о будущей счастливой семейной жизни смутили и не привлекли ее.
* * *
«Нам пора расстаться. Только как мне поступить, чтобы не говорить Лене вслух эти неприятные слова?» – задумалась Таня.
У нее была родная сестра Лора, которая была младше Тани на восемь лет.
«– Лора мне поможет,» – решила Таня.
Она написала Лене записку.
«Леня, сегодня я не приду, – написала Таня в этой записке, – ты хороший человек, но мы с тобой слишком разные люди и никогда не сможем понять друг друга. Мы – слишком разные люди. Поэтому мы больше не будем встречаться. Я не хотела обманывать тебя, встречалась с тобой потому, что решила до конца проверить свое отношение к тебе. Извини меня. Таня».
Эту записку Таня дала сестре.
– Лорочка, прошу тебя помочь мне. Сегодня в шесть часов вечера я должна встретиться со своим знакомым парнем Леней. Возьми мою записку и передай ему. Ты с ним не знакома, но узнаешь по моему описанию.
Лора не отказалась помочь сестре. Она была еще девчонкой, и предстоящее приключение заинтересовало ее. Таня рассказала Лоре, как выглядит Леня. Лора взяла записку и пришла ко входу на станцию их родного метро «Рижская». Леню она узнала сразу. Подошла к нему, отдала записку.
– Я знаю, вы Леня, знакомый моей сестры. Таня просила меня передать вам ее записку. Прочитайте записку. Отвечать не надо, – смущенно сказала Лора.
Леня взял записку, раскрыл ее, медленно прочитал. Помрачнел. Развернулся и, не сказав ни слова, пошел на станцию метро.
Лора вернулась домой и рассказала сестре, как выполнила ее поручение и как поступил Леня. С того дня Таня больше не встречалась с ним. Ей было немного жаль Леню.
«Ведь он уже мечтал, что я буду его женой», – думала Таня.
Через несколько дней Тане начали приходить в голову и другие мысли: «Хоть это и жестоко, но мне становится легче, когда вспоминаю о том, что кто-то страдает из-за меня, что не только мне не очень радостно живется. Но я совсем не думаю об этом Лене, а только вспоминаю о нем для успокоения своего самолюбия».
Так начинала думать Таня из-за того, что постоянно чувствовала себя совсем одинокой. «Это противоестественно, что молодость проходит в одиночестве. Приятно, когда говорят: “Танечка, разве ты не замечаешь, как восхищенно многие на тебя смотрят”, – и очень больно чувствовать, что рядом с тобой нет главного и любимого человека».
* * *
Прошло несколько лет. Таня уже была замужем, у нее родился и подрастал сын. Таня с семьей переехала на квартиру в другом районе Москвы.
Однажды она ехала в метро. Вдруг увидела: на переходе в метро навстречу ей идет Леня. Он возмужал, но оставался таким же симпатичным, как раньше. Леня тоже заметил Татьяну.
– Какими судьбами? – удивленно спросил он. – Как поживаешь?
Таня коротко рассказала Лене о своей жизни. Он послушал и вдруг взволнованно стал говорить:
– За это время у меня было несколько знакомых девушек. Всех их бросал я. Все они страдали из-за меня. Только ты одна заставила долго страдать меня. Такие вот дела.
Они поговорили еще немного. Потом разошлись в разные стороны. Больше Таня не встречала Леню никогда в жизни.
Воспоминание
Маша простудилась, у нее была немного повышена температура. Все косточки ломило. Она вызвала врача на дом. Врач пришла, осмотрела больную, выписала ей лекарства и больничный лист. Поэтому Маша не пошла на работу. На следующий день после прихода врача и начала усиленного лечения она чувствовала себя намного лучше.
Всю свою жизнь Маша прожила в Москве, ненадолго уезжая в отпуск путешествовать по родной стране или за рубеж. Маше было уже пятьдесят пять лет. Выглядела она гораздо моложе, продолжала оставаться привлекательной женщиной. У ее детей, сына и дочки, давно были свои семьи, они жили отдельно от родителей. Маша жила с мужем Валерием в трехкомнатной квартире в микрорайоне Свиблово. Утром он ушел на работу. Маша осталась дома одна. После завтрака ей захотелось посмотреть альбомы со старыми фотографиями. В квартире было тихо, ничто не мешало ей отвлечься от повседневных забот и немного повспоминать прошлое.
* * *
Маша достала альбом с фотокарточками, которые были сделаны еще тогда, когда она была студенткой второго курса института. Валерия в то время у нее и в помине не было. Несколько знакомых ребят пробовали тогда ухаживать за Машей, но эти ребята не интересовали ее, она не обращала на них внимания и оставалась в одиночестве.
С фото на взрослую Машу и на весь мир смотрела совсем молодая Машенька. Маша подумала: «Надо же, в то время я была довольно симпатичной девушкой. Правда, тогда я не понимала этого».
Машенька была высокой, стройной девушкой. Ее карие, широко распахнутые глаза смотрели на окружающий ее мир доверчиво и внимательно. Было видно, что она ждет от жизни чего-то интересного и даже чудесного.
А вот фотография, на которой показана Машенька летом после окончания второго курса. Тогда она задумалась о том, куда поедет отдыхать во время летних каникул.
Взрослая Маша вспомнила, что в то время ей – молоденькой Машеньке – удалось купить путевку на двадцать четыре дня в дом отдыха, который находился в городе Петродворце, недалеко от Ленинграда. Она была рада, что поедет отдыхать в Петродворец (Маша знала, что городу, который во время ее молодости назывался Петродворцом, в 1997 года возвращено его первоначальное название Петергоф). Машенька узнала, что Петродворец – небольшой город на южном берегу Финского залива, в сорока минутах езды от Ленинграда. Он известен благодаря дворцово-парковому ансамблю, который и дал название городу – Петергоф. Музей-заповедник «Петергоф» – самый знаменитый его парк.
«Вот здорово, – думала Машенька, – за время жизни в доме отдыха я смогу посмотреть дворцы и парки музея-заповедника “Петергоф” и даже несколько раз съездить в Ленинград!»
Маша отложила в сторону альбом с фотографиями и стала вспоминать о своем приезде в Петродворец и о жизни в доме отдыха.
Вот Машенька приехала в Петродворец. С небольшим чемоданчиком в руках она идет по городу – ищет свой дом отдыха.
– Скажите, пожалуйста, где находится дом отдыха «Петродворец»? – спросила Машенька встретившегося ей мужчину средних лет.
– Ваш дом отдыха находится совсем недалеко отсюда, на соседней улице, рядом с парком, – ответил мужчина, – только мне непонятно, зачем вы сюда приехали, ведь здесь совсем неинтересно, здесь вообще нечего делать!
– Спасибо, – сказала Машенька и пошла туда, куда показал ей этот мужчина. Но его слова о том, что в Петродворце вообще нечего делать, сильно ее удивили. Эти странные слова местного жителя запомнились ей на всю жизнь.
Дом отдыха Машенька нашла быстро. Он был расположен в большом красном кирпичном здании, совсем рядом с главным парком заповедника «Петергоф». Она знала, что именно в этом парке находятся знаменитый Большой дворец и множество уникальных фонтанов.
Через некоторое время Машенька устроилась и освоилась на новом месте. Ее поселили в комнату, в которой, кроме нее, отдыхали еще две девушки. Сотрудница дома отдыха показала столовую и стол, за которым она будет завтракать, обедать и ужинать.
Подошло время обеда. Машенька пришла в столовую и села за свой стол. Кроме нее, за этим столом сидели еще трое: пожилой мужчина, довольно старая женщина и молодой человек, которому было, как показалось Машеньке, немного больше двадцати лет. Этот молодой человек был высоким, подтянутым, с прямыми, зачесанными назад темно-русыми волосами. Машеньке он показался симпатичным, но немного простоватым. Юноша был одет в форму курсанта мореходного училища: темно-синяя рубашка с отложным матросским воротником и такого же цвета брюки. Через разрез вверху рубашки виднелась тельняшка с чередующимися поперечными полосками белого и темно-синего цветов.
Все четверо приехали в дом отдыха в один и тот же день, за столом в столовой появились в первый раз. Познакомились друг с другом. Машенька коротко рассказала о себе. Пожилой мужчина сказал, что его зовут Павлом Петровичем, приехал он из Саратова, работает прорабом на стройке. Оказалось, что довольно старая женщина живет совсем недалеко от Петродворца, – в Ленинграде, рассказала, что уже на пенсии, а зовут ее Анной Ивановной.
– Меня зовут Григорием, моя фамилия Мартенс, я учусь в мореходном училище в Мурманске. Когда окончу училище, буду ходить на морском корабле по всему миру, – объяснил своим соседям по столу юноша.
Машенька поняла, что за ее столом нет никого, с кем бы ей хотелось познакомиться поближе. Она огляделась по сторонам и увидела, что за соседними столиками в столовой сидят люди, которые тоже не могли бы привлечь к себе ее внимание.
«Ну, ничего, что же теперь делать… Зато погуляю по Петергофу, по Ленинграду и его окрестностям», – успокоила себя девушка.
Когда пообедали, Гриша подошел к ней.
– Если вы не против, я провожу вас до вашей комнаты, а потом покажу вам комнату, в которую поселили меня, – сказал он.
Машенька была не против. Гриша сначала посмотрел, где находится ее комната, потом показал ей свою. Оказалось, что оба они будут жить на одном и том же этаже – на втором. Потом разошлись по своим комнатам, чтобы немного отдохнуть.
Вечером за ужином Машенька, Григорий, Анна Ивановна и Павел Петрович опять собрались вместе за одним столом. Гриша сел рядом с Машенькой. Соседи по столу заметили, что Машенька приглянулась ему, и он хотел бы встречаться с ней не только за общим столом в столовой.
– Машенька, давайте завтра утром после завтрака пойдем вместе на пляж загорать и купаться, – предложил Григорий.
– Нет, Гриша, сначала я пойду одна в Петергофский парк, мне не терпится для начала хотя бы немного посмотреть парк, Большой Петергофский дворец, фонтаны. После обеда согласна пойти вместе с вами на пляж.
– Ну ладно, пойдем на купаться после обеда, – согласился Гриша.
Машеньке ее новый знакомый не очень понравился. Но она уже поняла, что в доме отдыха нет ни одного интересного для нее человека.
«Не скучать же здесь одной. Буду гулять с этим курсантом из Мурманска – Гришкой», – решила Машенька.
* * *
Один за другим побежали замечательные денечки отпуска.
Климат Петродворца похож на климат расположенного рядом Ленинграда. Обычно там, как и в Ленинграде, летом часто идут дожди. Но в то лето, когда в Петродворце отдыхала Машенька, было все по-другому. Все дни стояла ясная солнечная, даже жаркая погода.
Главный вход в знаменитый Петергофский парк находился в нескольких шагах от дома отдыха. Приезжающие в Петродворец туристы должны были для входа в парк покупать билеты. Для отдыхающих дома отдыха «Петродворец» вход был бесплатным. Отдыхающие из этого дома отдыха могли гулять в парке каждый день с десяти часов утра до закрытия парка в шесть часов вечера.
* * *
…Взрослая Маша снова взяла в руки альбом с фотографиями, сделанными в то далекое лето в главном парке Петродворца. На одной из этих черно-белых фотокарточек снята небольшая группа людей, расположившихся рядом с фонтаном «Самсон». В глубине фото виден Большой Петергофский дворец. Он стоит на возвышении, от него открывается вид на Большой каскад фонтанов. Среди сфотографированных людей в первом ряду сидит Машенька. На ней легкое летнее красивое платье без рукавов. Около нее сидят три молодые улыбающиеся девушки.
На другой фотографии видна группа людей из дома отдыха, которых фотограф снимал около фонтана «Шахматная горка». Это женщины и мужчины средних лет, они внимательно смотрят вдаль, конечно, стараются глядеть в объектив фотоаппарата не моргая. Среди них молоденькая Машенька в сером шерстяном сарафане, в вырезе наверху сарафана видна белая нейлоновая кофточка с короткими рукавчиками фонариком. Она такая же серьезная и сосредоточенная, как все остальные люди на фото.
Взрослая Маша снова закрыла и отложила в сторону альбом с фотографиями. Снова ее охватили воспоминания о том таком далеком лете.
* * *
Рядом с парком был лес, а чуть подальше – пляж на берегу Финского залива.
Вода в Финском заливе около Петродворца днем хорошо прогревалась, поэтому на пляже всегда было много отдыхающих. Все загорали, кто на пляжных топчанах, а кто на своих подстилках, и время от времени отдыхающие заходили в залив купаться. Машенька ходила на пляж купаться и загорать. Всегда рядом с ней здесь оказывался Гриша Мартенс. Они довольно скоро стали друзьями, обращались друг к другу на «ты», она звала его Гришкой, а он всегда ласково называл ее Машенькой. Гришка на все прогулки брал с собой фотоаппарат, делал снимки и на пляже, и в лесу, и в парке около фонтанов. Снимал Машеньку, часто просил прохожих сфотографировать себя вместе с ней. Прохожие, конечно, всегда охотно откликались на его просьбы. У Гриши появилось много фотопленок с интересными кадрами.
Прогулки в лес вместе с Машенькой особенно нравились Григорию. Они не встречали по пути людей, им казалось, что вокруг вообще никого нет. Машенька гуляла с Гришей в лесу совершенно спокойно, ей даже не приходило в голову, что он может поступить с ней как-то против ее воли. Когда они медленно ходили по тропинке в лесу, Гриша несколько раз хотел обнять и поцеловать Машеньку, но она не разрешала ему делать это.
– Не надо, Гриша, не надо. Мы с тобой просто хорошие знакомые. Я не люблю тебя и не буду с тобой целоваться, – говорила Машенька.
Он огорчался, но послушно отступал в сторону.
Однажды Машенька просидела рядом с Гришей в дальнем углу парка на траве целый вечер. Ему очень хотелось целоваться, но Машенька не разрешила Грише сделать это.
– Не могу, Гриша, не могу, – повторяла она.
Машенька не была холодной и бесчувственной девушкой. Ей очень хотелось целоваться. Дома, перед отъездом в дом отдыха, она мечтала встретить там кого-то, кто мог бы стать ее любимым.
«А если не встречу такого парня, и мне будет очень тоскливо, то буду притворяться, отведу душу, буду целоваться с кем-нибудь. Но видно, я и вправду «дуб» или «букварь», как говорит Гришка. Ничего не могу с собой поделать», – думала Машенька.
В ней крепко застряло убеждение: «Умри, но не давай поцелуя без любви».
Машенька знала, что это слова из романа Н. Г. Чернышевского «Что делать». Вере Павловне сделал предложение выйти за него замуж мужчина, который ей не нравился. Она говорила гувернантке, француженке Жюли: «Нет, никогда, никогда! Я брошусь из окна, я пойду собирать милостыню… но отдать руку гадкому, низкому человеку – нет, лучше умереть».
Машенька хорошо понимала чувства и переживания Веры Павловны, да и Гришка, конечно, не был низким человеком, но, все же, Чернышевский со своей Верой Павловной тут был ни при чем. Просто она сама чувствовала, что не может изменить себе.
«Я перестану себя уважать, если буду целоваться с нелюбимым парнем», – так и только так считала Машенька.
Гриша подумал: «Машеньке, наверно, нравится кто-то другой, поэтому она отодвигает меня от себя».
Он даже приревновал Машеньку к этому другому. Но никакого другого у нее не было, Машенька только мечтала о нем и хотела быть верной своему будущему любимому. Но Гришка не понимал этого, и он даже поссорился в этот вечер с дорогой ему девушкой.
Обиду на Машеньку Гриша держал в себе недолго. На следующий день он снова пошел с ней в парк.
Дни шли один за другим. Машенька несколько раз ездила в Ленинград. Была в Эрмитаже, в Русском музее, в Александро-Невском монастыре, в Исаакиевском соборе. Съездила в Ораниенбаум и в Пушкин. Восхищалась Екатерининскими парками и дворцами этих пригородов Лениграда.
Пришел последний день жизни Машеньки в Петродворце.
«Какое у меня было восторженное настроение! – думала она. – А сейчас опять грущу. Такая тоска, пустота… Завтра уже буду дома, опять учиться, бледнеть, худеть…»
* * *
На следующий день Машенька вернулась в Москву, домой. В последние дни августа жила воспоминаниями о фонтанах и парке Петергофа, о своих интересных поездках в Ленинград и его окрестности.
«А в доме отдыха была скука страшная, – переживала Машенька. – Я не знала там ни одного интересного человека.
От нечего делать ходила везде с Гришкой. Хорошо хоть, что я с ним не целовалась, а то стала бы себя презирать. Как трудно быть твердой и выдержанной, тем более, когда знаешь, что тебя дома никто не ждет!»
* * *
Первого сентября начались занятия в институте. Машенька приступила к учебе.
В начале этого месяца в воскресенье раздался звонок в дверь Машенькиной квартиры. Дома были Машенька и ее мама Александра Васильевна. Александра Васильевна открыла дверь.
На пороге стоял молодой человек в форме курсанта мореходного училища. В руках у него были большой букет роз и коробка с тортом. Он протянул цветы Александре Васильевне, и она приняла их.
– Кто вы и к кому пришли? – спросила она с удивлением.
К входной двери подошла Машенька.
– Это Гриша, мой знакомый из дома отдыха, – объяснила она маме.
– Гриша, заходи, пожалуйста, к нам, – обратилась к нему Машенька. – Садись за стол.
Он зашел в квартиру, снял ботинки, надел предложенные ему тапочки, вымыл руки, подошел к столу, поставил торт на стол и сел за стол на стоявший рядом стул. Машенька и Александра Васильевна тоже сели за стол. Машенька представила Гришу и свою маму друг другу и начала расспрашивать его:
– Гриша, какими судьбами? Ведь ты же должен быть в Мурманске!
– Во-первых, я приехал в Москву из Мурманска и зашел к вам, чтобы подарить на память тебе, Машенька, фотографии, которые я снял в доме отдыха в Петродворце.
Гриша протянул ей бумажный пакет с фотографиями. Машенька взяла у Григория пакет, достала из него фото и стала рассматривать их. Снимки были любительские, довольно среднего качества. Все же Машеньке было приятно получить такой подарок, приятно было снова видеть Петергофский парк, Большой Петергофский дворец, фонтаны в парке, о которых она теперь почти все знала наизусть. Интересно было получить на память фотографии себя на фоне этих фонтанов, Гришку рядом с собой в парке и на пляже на берегу Финского залива.
– Спасибо тебе, Гриша. Я рада, что ты привез мне эти фото, – сказала Машенька.
Александра Васильевна поставила на стол закипевший чайник, заварила чай, поставила сахарницу, чашки с блюдцами, раскрыла коробку с тортом и разрезала его на отдельные куски. Машенька налила чай в чашки. Потом она спросила гостя:
– Гриша, ты сказал, что фото – это, во-первых. Так что же во-вторых?
Григорий смутился, даже немного покраснел. После небольшой паузы он торжественно обратился к маме Машеньки:
– Александра Васильевна! Разрешите мне, пожалуйста, просить вашу дочь выйти за меня замуж.
Александра Васильевна и Машенька оторопели. Они не ожидали такого поворота событий. Немного помолчав, мама девушки спросила:
– Гриша, а как Машенька относится к вашему предложению?
– Мама, я в первый раз слышу об этом. У нас в доме отдыха не было ничего, кроме дружественных отношений. Со стороны Гриши не было никаких намеков на то, о чем он сказал сейчас, – ответила Машенька маме.
Потом она спросила:
– Гриша, почему ты решил, что я захочу выйти за тебя замуж? У меня и в мыслях ничего подобного никогда не было. Нет, замуж за тебя я не выйду, – твердо сказала Машенька.
Ее ответ огорчил Гришу.
– Машенька, давай выйдем на улицу, поговорим немного, – попросил он.
Машенька согласилась. Они быстро оделись и вышли на улицу. Некоторое время оба молчали. Гриша заговорил первым.
– Машенька, ты мне понравилась с самого начала – с нашей первой встречи в столовой дома отдыха. Ты очень симпатичная девушка. Но дело не только в этом. С каждым днем ты нравилась мне все больше и больше.
Знаешь, у меня есть знакомые девушки, с которыми я встречался. Но никто из них никогда не отказывался, если я начинал целовать их, и целовались со мной. Потом соглашались и на полную близость. Жениться ни на одной из них мне совсем не хочется.
Ты гордая, к тебе невозможно подступиться. Такой девушки, как ты, у меня никогда не было. В Мурманске я все время думал о тебе и скучал по тебе. Потом решил поехать в Москву просить твою руку и сердце. Ты отказала мне, это очень обидно. Завтра я возьму билет на самолет и улечу в Мурманск. Буду продолжать учиться в мореходке. Знай, Машенька, я прилечу к тебе по первому твоему слову.
– Понимаю твои переживания, Гриша, и желаю тебе счастья в жизни, – сказала она.
Григорий проводил Машеньку до дома.
– Прощай, Гриша.
– До свидания, Машенька.
Григорий пошел в сторону метро. Машенька вернулась домой и сказала маме, что попрощалась с Гришей.
Машеньке снова было грустно оттого, что у нее по-прежнему нет дорогого ей человека (родители были само собой разумеющимся фактом). Грише она сочувствовала, но все же ей было приятно то, что он приехал ради нее из Мурманска в Москву и сказал ей о своей любви.
* * *
Взрослая Маша встала, взяла в руки альбом со старыми фотографиями, поставила его на прежнее место, улыбнулась своему прошлому. Она почувствовала, что простуда, наконец-то, постепенно проходит. Маша вспомнила о своих повседневных заботах и стала дожидаться возвращения мужа с работы.
Знакомство
В 1961 году Нина жила вместе с родителями и сестрой в Москве, в старом деревянном доме на севере столицы. Дом находился в Широком переулке вблизи проспекта Мира. В доме было шесть коммунальных квартир. Семья Нины проживала в одной из них в шестнадцатиметровой комнате. Нина была худенькой, среднего роста девушкой, самолюбивой и очень застенчивой. Мама Надежда Андреевна беспокоилась за свою дочь. Она с огорчением говорила:
