Ростислав Паров "Подвох"

– Главное, жить по справедливости! – не раздумывая ни секунды ответил тот Чигринскому-младшему. – Вот что главное.

Сперва усмехнувшись столь простому ответу, Сергей вспомнил о нем во время прогулки по их маленькому поселку. Незнакомая женщина, проходя мимо двух ссорящихся ребятишек, неожиданно вмешалась в их спор:

– Посмотри, ты сильнее и выше его. Разве можно кататься на самокате больше только потому, что ты сильнее?

– Но это мой самокат! – не соглашался первый мальчик.

– Ты сам меня позвал! – возражал второй.

– Вот видишь, ты сам позвал его не для того же, что б он смотрел, как ты катаешься? А потому, надо кататься по очереди, согласен? Так будет справедливо!

Оставив детей, она улыбнулась оказавшемуся поблизости Чигринскому и, не снимая с лица улыбки, проследовала дальше. На секунду он почувствовал себя неловко, словно это он, как мужчина, должен был сделать это, научив уму-разуму эту парочку балбесов.

«Может, и правда в этом есть соль? – вопрошал себя он. – Можно не быть суперуспешным богатеем, но быть хорошим человеком. Не прохиндеем, не гнилушкой, а таким, которому за себя не стыдно – ни перед праотцами, ни перед Богом, ни перед самим собой!»

На миг представив «обновленного» Чигринского в компании Зверева и его приятелей, он ощутил себя намного увереннее. Как будто внутренняя твердость, этот стержень нравственных принципов, давали ему способность смотреть на них всех свысока, чуть ли не с презрением. Ведь, по суждению Чигринского, все они были готовы родную мать продать за кучку своих миллиардов и успех их «Доси».

– Определенно, в этом что-то есть, – пробурчал себе под нос Сергей, искренне удивленный такому повороту в ходе его мыслей. – Выходит, дело дед говорил!

3

До самого вечера Чигринский жил мыслями о своем нравственном величии, попутно решая оставленные женой бытовые проблемы. Убрался в доме, запустил стирку, наполнил опустевший холодильник продуктами, заплатил по коммунальным счетам и даже сгреб опавшую на заднем дворе листву.

Внутреннее спокойствие как будто стало постепенно возвращаться к нему. Сергей готовился к тихому ужину в одиночестве, когда в дверь его позвонили.

Они с Татьяной были в поселке новенькими, от соседей держались особняком, а потому звонок этот был совершенно неожиданным.

– А?! – увидев на пороге Дарью, Чигринский сильно удивился.

На первых двух курсах института Дарья была его девушкой, они неплохо ладили, и вместе им было весело. Затем небольшая ссора свела его с Татьяной – в ту пору дашиной подругой. Чувства вспыхнули как от искры, и так как Татьяна относилась к этим отношениям более серьезно и бережно, чем ее подруга, они закончились браком.

И Чигринский, и его супруга смогли сохранить добрые отношения с Дарьей, однако, учитывая пикантность прежних событий, она была редким гостем в их доме. И вот теперь Дарья стояла на пороге, незваная, нежданная, с хитрой улыбкой и тяжелым пакетом в руках.

– Не ждали?! – сделав манерный жест рукой, вопросила она.

– Вообще удивила! – согласился хозяин. – Заходи! Ты как через КПП пробралась?

– Я мастер удивлять, ты же знаешь!

– Ага. Чего в пакете?!

– Пиво, естественно! Не так много, как нам нужно, – хитрая улыбка вновь озарила лицо девушки, – но сколько смогла унести… Ну, а где Танька?! – на ходу Дарья небрежно скинула пальто в руки Чигринскому.

– В Европу уехала.

– О-о-о! – искренне удивилась гостья. – Значит мы с тобой сегодня пьем и танцуем!

– Посмотрим, – ухмыльнулся хозяин.

– Никаких посмотрим! Когда еще такой шанс представится! – она манерно прильнула к груди Чигринского. – Кстати, а почему ты не в Европе? Может, вы поссорились?

– У меня дела еще просто. Во вторник, думаю, тоже рвану.

– М-м, это скучно! Лучше бы вы поссорились!

– Какие наши годы? Успеем еще, – парировал Сергей, закладывая банки с пивом в холодильник.

Дарья неспешно осматривалась в гостиной Чигринских, с улыбкой разглядывая старые фотографии на стенах, кухонную утварь, мебель.

– А я сегодня на роботакси приехала! – объявила она, не оборачиваясь на хозяина.

– О! И как оно?!

Хотя полностью роботизированный транспорт разрешили уже почти год назад, он предпочитал обычные машины с живыми водителями.

– Прикольно! Сначала жутко, а потом прикольно! Можно болтать, не боясь, что услышат тебя. Даже песни петь можно!

– Вот уж прелесть, – не поддержал ее энтузиазма Чигринский. – Скоро этими роботаксами весь город заполнят… вместо каршеринга.

– И не говори, дорогой, роботы теперь повсюду, – Дарья закончила осмотр и уселась за стол. – Открой мне баночку, пожалуйста!

– Что, и в ваших маркетах тоже роботы? – он протянул ей пиво.

– Да, – сморщилась Дарья, – и у нас тоже. Цифровизация хренова…

– Ты что же, против прогресса? – съязвил Сергей.

– Да мне вообще пофиг до прогресса! – она с удовольствием пригубила банку и сделала несколько больших глотков. – Ты же знаешь! Но криво пока все выходит.

– В смысле, расскажи?

– Да что тут рассказывать… Штрих-коды заменили микрочипами, кассиров повыгоняли. Ты б видел этих теток! Я чуть не заплакала, когда их увольняли!

– Вот уж не поверю!

В представлении Чигринского его бывшая была исключительно циничным человеком, которого не мог разжалобить вид увольняемого с работы персонала.

– Да правда! Сам подумай, куда им теперь идти, как зарабатывать?

– Не знаю, – честно признался Чигринский, занимаясь приготовлением закуски. – Пусть образование новое получают.

– А дома мужья, которые раньше таксистами были. И какое, на хрен, образование в пятьдесят лет?!

– Да, им не позавидуешь, – согласился Сергей. – В периоды технологических революций всегда так происходит. Но вы-то хоть сэкономили?

– Это самое смешное! – задорно рассмеялась гостья. – Текущая выручка упала, прикинь!

– Странно. Люди не хотят ходить в магазины без кассиров?

– Людишки-то также ходят, а вот средний чек упал. Интригует?!

– Да, любопытно.

– Босс наш тоже любопытствовал! А потом провели инвентаризацию, и все вскрылось! Оказалось, что процент воровства вырос в четыре раза. Заценил?

– Как так? Будешь бутеры горячие?

– А то! Мне два, но посуше, ты ж знаешь, как я люблю!

– Ага! Так как они тащат?

Чигринский включил духовой шкаф и достал багет. Он пребывал в прекрасном настроении, да и по обществу своей старой подруги за годы разлуки успел соскучиться.

– Эти ушлые человечки научились отковыривать чипы. Я закурю?

– Не, на улице.

– Сереж, там же холодно! Давай я у вытяжки, аккуратненько?

– Лучше дверь на балкон открой и туда…

– Ладно. Так вот, мы эти чипы горстями потом из-под прилавков вытаскивали!

– Прикольно!

– Ни фига не прикольно, Сереж! – она подожгла сигарету и с удовольствием затянулась. – Меня из-за этого с бонусом годовым прокатили. И ты представляешь, это несмотря на то, что я сразу была против этих меток!

– Несправедливо!

– Еще как! Суки!

С работы разговор перешел на политику, а затем на общих знакомых. Дарья обожала перемывать косточки своим друзьям и коллегам, язвительно высмеивая их недостатки и слабости. Хотя Чигринский и не считал это хорошим занятием, он не мог не признать, что получалось у нее это мастерски.

– Слушай, Дашка, ты замечаешь в других лишь их недостатки, – усмехаясь подметил он, – как будто у них нет никаких достоинств! Это несправедливо!

– Ой, а ты у нас прям поборник справедливости! – наигранно возмутилась она.

– Что-то имеешь против справедливости? – зацепился за слово Чигринский, теперь вкладывая в него гораздо больше надежд и смыслов. – Не лыбься, это серьезный вопрос.

– Да это ж туфта полная! – звонко рассмеялась Дарья.

К тому моменту она опустошила уже три банки, однако голос ее не давал и намека на опьянение. Алкоголь всегда доходил до нее медленно.

– Да почему туфта-то? – улыбнулся Сергей; ему очень нравился ее искренний смех. – Разве это плохо, поступать по справедливости?

– Сейчас я покурю и все расскажу тебе о твоей справедливости! – она направилась к балконной двери, на ходу доставая сигарету.

– Давай на улицу, а то провоняет все. Сейчас принесу тебе куртку.

– И себе захвати, одной мне скучно!

Они вышли, сели за уличный столик. Сладострастно затянувшись, Дарья выпустила в небо несколько колец дыма.

– Так вот, про справедливость! – начала она, от предвкушения не в силах сдержать улыбку.

– Ну, что у тебя на нее?

– Вот представь, кораблекрушение, необитаемый остров, двое спасшихся. Все как обычно, значит. Большой такой сильный мужчинка и хрупкая девушка… Им голодно, целый день они ищут еду, и под конец дня ей удается поймать мелкую зверушку.

– Зверушку? Допустим.

– Да! Вот такусенькую всего! – она отделила пальцами сантиметров двадцать.

– Ладно, что дальше?

– А дальше ты, дорогой, скажи! Как им поделить добычу? По справедливости если? – Дарья широко улыбнулась и спешно затушила тоненькую сигарету, рассчитанную всего на две затяжки.

– Как? Так, как они договорились изначально.

– Они никак не договаривались! Ну! Чего молчишь?

Чигринский быстро догадался, что вопрос ее был с подвохом.

– Что бы я ни ответил, ты скажешь, что я не прав, – он ухмыльнулся.

– Да бли-и-н, чего ты, как маленький?! Говори уже!

– Поровну?

– Это самый банальный ответ! И самый неправильный, как ты понимаешь! – довольная собой, она рассмеялась.

– Почему же? – после выпитого мозг Чигринского сохранял ясность, но все же уже был не столь остер, чтобы решать сложные задачки.

– Потому, что девушка весит каких-нибудь пятьдесят килограмм, а мужчинка – девяносто. И чтобы им одинаково насытиться… ведь это же справедливо, да? Для этого им надо поделить зверушку в пропорции пять к девяти. Не ошиблась с цифрами?

– Не ошиблась, – улыбнулся Чигринский. – Это и есть правильный ответ?

– Ты меня спрашиваешь?! – картинно возмутилась Дарья. – Это ж ты у нас за справедливость радеешь!

– Так что, это правда все?

– Нет конечно! – вскрикнула она и, завидев неподалеку соседку, шкодливо прикрыла рукой рот. – Кстати, может, сюда пива притащим? – прошептала она. – У вас тут славненько!

– Жди…