Я люблю тебя

Губами трогая соски,

Они уже совсем набухли.

И улетая из тоски,

Все завершили мои руки.

И взрыв внутри, и там пожар,

И все наружу вытекает.

По телу чувствуется жар,

И счастье в бок тебя толкает.

Глава

IX

. Сегодня буду изучать

Сегодня буду изучать,

То, что влечет меня по жизни.

Ты все решила показать,

Но бьют меня другие мысли.

Сумею я там устоять,

Когда ко мне раздвинешь ноги.

И все что там как мне принять,

И пальцем подводя итоги.

Касаясь губ твоих и в глубь,

Там затерялся где-то клитор.

И скажешь ты, – Ты там побудь,

А я вошёл и снова вышел.

И точку нужную найду,

И языком ее лаская.

Себя уже я не пойму,

И ты его рукой сжимая.

Достанешь прямо из трусов,

Себе в лицо… И смотришь долго.

– Ему достаточно усов,

Ты посмотри, как их тут много.

– И кто стремился изучить?

Ты промолчишь… Одна дорога.

Сегодня будем мы любить,

Как никогда… Ты недотрога.

– Тогда попробуй им побить,

Сама себе ты прошептала.

– Его должно еще хватить,

Ты говорила как-то вяло.

И я провел им по бокам,

Стучал слегка по ягодицам.

Ты волю дав своим рукам,

К тем перевернутым страницам…

Сама искала что внутри,

На точку пальцем нажимая.

И прошептала, – Так входи!

Я подошла к участку рая.

Отдамся там ему одна,

А Вам потом мой рот поможет.

И наступила тишина,

Вина ее немного гложет.

Ну как она одна могла?

Его схватив почти зубами,

И вновь надежда ожила,

Она похожа снова с нами.

Опять играется с огнем,

Его сосет, ласкает клитор.

И кончим мы теперь вдвоем,

И сном забудемся убитым.

А если вдруг любовь нахлынет

А если вдруг любовь нахлынет,

Ты терпеливая ждала.

И счастье это не покинет,

Ты отдаешься без стыда.

И предаваться ею будешь,

И ночью темной, белым днём.

Ведь ты его настолько любишь,

Что растворишься правдой в нем.

И губ твоих его коснуться,

И ты отдашь тепло своих.

В тот омут счастья окунуться,

Все пополам, все на двоих.

С него снимая ты рубашку,

Он расстегнёт тебе халат.

И ты сама даёшь отмашку,

Его сжимая в свой захват.

И обнаженная прижавшись,

Его возьмёшь рукою плоть.

И ею в волю наигравшись,

И отобьёшь зубами дробь.

И дрожь твоя пойдет по телу,

И страсть желанием кипит.

И подойдя к тому пределу,

И он уже не устоит.

Его рука живот лаская,

Кругами опускаясь вниз.

И ты ему не уступая,

Погонишь в теле его бриз.

Он между ног твоих застынет,

Упрется твердое в тебя.

И кровь твоя горит, и стынет,

И ты сама как из огня.

Упасть успеешь на колени,

И свой ему подставишь рот.

А на стекле играют тени,

И он в тебя уже войдёт.

Сжимая теплое губами,

Рукой ведёшь туда суда.

И у тебя между ногами,

Ни капли нет того стыда.

Вставая медленно, руками,

Ему по телу проведешь.

И поменяетесь местами,

И ты сама в себя войдёшь.

Одной рукой раздвинув губы,

Другой проникнешь глубоко.

И поплывут кругом амуры,

И между ног его лицо.

Его язык уже ласкает,

Пытаясь точку отыскать.

С твоей рукою проникает,

Тебе уже нельзя дышать.

Страсть там внутри ей бы наружу,

Но ты просила не спешить.

Сама в себя нагонишь стужу,

И будешь долго так любить.

Склонясь вниз к нему спиною,

Рукой одной упёршись в пол.

Живёшь ты страстью той одною,

И он в тебя уже вошёл.

Его движений осторожных,

Сама ты, задавая ритм.

Приемов много тех несложных,

И ты уже ловила миг.

Второй рукой коснешься клитор,

Он там пульсирует, живёт.

И он вошёл, и снова вышел,

И все внутри тебя поет.

Рывок один и чашка стона…

Прольётся что-то из тебя.

А он взмахнул разок упорно,

И вылил все там из себя.

И по ногам стекает радость,

Твоя рука по ней скользит.

А в теле истинная сладость,

И мысль твоя, – Как оживить?

И ты опять, и на колени,

Его возьмёшь по горло в рот.

В окно глядят, стыдясь сирени,

А ты опять наоборот.

В кровать вдвоем и друг на друга,

То сверху он, то сверху ты.

Волнением дрожит посуда…

Сирени пышные кусты,

Уже в груди… И где-то рядом,

Его возьмёт такая дрожь.

Окинув все счастливым взглядом,

И ты пошла уже под нож.

И вновь тепло, оно по телу,

И капли бьются по лицу.

Попали в рот, ты так хотела,

Спасибо скажешь молодцу.

Сожмешь в кулак… Почти не видно,

А он ведь только что гремел,

Ему покажется обидно,

И снова дух его воспел.

Растет в твоей руке такое,

И вырываясь из неё.

Нет! Не желаешь ты покоя,

Ты не взяла еще свое.

В потоке дней не ищем счастье