Валерий Карпенко
Создать бога
Глава первая
Огромная мерзкая тварь из проклятого подземелья с утробным звуком кинулась на соклановца и, разорвав на нем, словно старую ветошь, тяжелую бронезащиту, вгрызлась в мягкую брюшину. Крепкий воин 58-го левела, взмахнув ватными руками, отлетел в противоположную стену. Раздался отчетливый хруст костей, яркая красная кровь щедро брызнула в разные стороны. Пашка уже уперся спиной в угол, а ноги, проскальзывая по полу, упорно продолжали толкать его назад. Оружие было направлено прямо на монстра, палец на спусковом курке судорожно дергался, но кроме сухих щелчков ничего не было слышно. Все, он пуст. Отвратительная, вызывающая животный страх, морда медленно повернулась в его сторону. Чужие, черные, немигающие глаза смотрели прямо ему в лицо, воздуха не хватало, горло больно сжалось, руки тянулись сдернуть застежки защитного комбинезона, но запутались в каких-то ремнях амуниции. Неуловимо быстрым движением монстр метнулся к нему. Пашка крепко зажмурился, откинув голову назад, сильно стукнулся о камень и заорал от ужаса. Тварь навалилась на него, лизнула в щеку, что-то крикнула и громко замурлыкала.
Павел резко открыл глаза. Он неудобно лежал на животе, в своей кровати, прижавшись к стене, руки запутались в простыне, а на нем сидел его домашний будильник Пушкин, здоровый кот с хорошим аппетитом и отсутствием любых признаков совести.
"Фууух!.. – выдохнул Пашка, уронив голову и наконец, задышал. Сердце громко стучало, лицо было мокрым от пота. Пришло облегчение и реальности своего привычного мира: "Слава Богу! Неее, ну его!"
Вид ужасного порождения катакомб все еще стоял перед глазами, и оно было отчетливым и очень натуральным. Оно было так близко… И двигалось, с пугающей до чертиков, быстротой… Шансов у него не было никаких… Даже с полным боезапасом… даже с мощными разрывными патронами в магазине… Он бы не успел сделать и пары выстрелов, самый полный, выпущенный в упор боекомплект, не смог бы задержать этого… эту… Пашка не мог придумать названия своему кошмару. Оно было не нарисованным, не компьютерным образом…
Раздалось требовательное мяуканье, и Пашка снова открыл глаза.
"Да, блин, слазь уже с меня. Слышу, я слышу". – Он развернулся и кот спрыгнул на пол и, усевшись так, чтобы его было видно, и кое-кто не забыл покормить любимое животное. Павел потер голову, оглянулся на стену, посмотрел на руки, на причудливо запутанную простыню, освободил с улыбкой путы и ухмыльнулся причудливой игре воображения. "Фантазия бьет ключом, – подумал Пашка, – надо же так вывернуться было… Испугался до усрачки! Нееет, надо заканчивать с этими ночными посиделками". Компьютерная игра "Дыхание Хаоса" самая популярная стрелялка последних лет имела последователей по всему миру. Зависал в ней и Пашка, здоровенный рейнджер 52 уровня, член клана "Ночные призраки". Его рекордом было 30-часовое погружение в игру, когда его клан захватил развалины крепости Кракс, и они зачищали подземелье уровень за уровнем. Тогда они здорово поднялись, в смысле добычи и личного продвижения, а их клан, на короткое время, попал в десятку лучших. Они с парнями, до сих пор, с удовольствием вспоминают те счастливые моменты, удачу, которая была на их стороне и по прохождению подземелья, и то, что позволила всем, без исключения собраться вместе. Больше такого не повторялось, всегда мешали обстоятельства, семьи, дети, жены. Не то, что это был способом заработка и, хотя какие-то дивиденды игра приносила, а на игровом форуме каждая вторая тема касалась тренингов и курсов по быстрому, но очень реальному зарабатыванию, Паше и парням хватало благоразумия оценивать свои силы, как более чем скромные. Во-первых, недостаточно мощное железо, во-вторых, нехватка свободных средств, но и это не главное, свободное время, вот что было самым ценным ресурсом, его постоянно и хронически не хватало. У Пашки, была еще одна напасть – отсутствие быстрого и надежного интернета у них в поселке сводило на нет все преимущества новой видеокарты известного производителя и последней модели процессора. Только поздно вечером, выставив приемлемый уровень графики, можно было погрузиться в игру и испытать настоящее удовольствие от прохождения трудных заданий и сплоченности боевой группы.
Кот снова напомнил о себе, потершись о ноги. Павел встал, и кот быстро побежал в сторону кухни, подсказывая дорогу к холодильнику. Парень хмыкнул, но его питомец по имени Пушок, в обиходе просто Пушкин, не сомневался ни на секунду в наличии еще одного вкусного пакета мясного желе, и он оказался прав. " Ну, скажи, я прав? Да? Я прав? Прав?" – спрашивал непрерывно кот, путаясь под ногами.
"Да-да! Ты прав! Прав, говорю, Пушкин! Насчет еды тебя не проведешь, кошкин сын! – говорил Паша, доставая последний пакетик с кормом, и вывалил содержимое в чашку. – И насчет кошек тоже".
И пока Пушкин был занят едой, он включил чайник и уставился рассеянным взглядом в окно. Оставался какой-то неприятный осадок после пробуждения. Сон не желал рассеиваться после нескольких минут бодрствования, как происходило обычно, что-то мешало отмахнуться от него привычным образом. Мерзкая маска отчетливо всплыла перед глазами. Что не так? Ну да, он испугался, сильно испугался.
"До усрачки. – повторил Пашка, вспоминая липкий, холодный комок в животе и собственный истошный крик от ужаса. – Так меня давно никто не пугал".
Были, конечно, страхи в детстве. После ужастиков, он одно время боялся ходить ночью в туалет и не выключал свет в коридоре. Он помнит фантастический рассказ, после которого панически боялся паровозов. Высоты боялся, глубокой воды и водоворотов, огромных собак, школьных дерзких хулиганов, живущим по своим, непонятным, для обычным ребят, законам. И в лесу он терялся и в незнакомом месте. Однажды Паша видел, как в парке, с огромной качели-лодки, на десяток человек, упал парнишка и по нему, словно по куску теста, прошлась та самая лодка. Люди вопили, кто-то бросился и вытащил парнишку из-под тяжелой раскачивающейся лодки, но этот случай врезался намертво в его память и он обходил те качели по широкой дуге. В общем, как все нормальные люди, прошел через детские страхи со шрамами и прочими отметинами, но без особых потерь и потрясений. Но сегодняшний кошмар сравнить было не с чем, он был победителем, абсолютным, мать его, чемпионом. И вот, что смущало его особенно, он не может припомнить, что видел где-нибудь или когда-нибудь эту морду. Ни в фильмах, ни в играх, ни на картинке. И представить себе, что видел это раньше, но забыл, невозможно, совсем никак. "Такое ощущение не забудешь и через сто лет. – Пробормотал Паша тихонько вслух и испуганно оглянулся. – Черт!"
Пока чайник закипал, он жадно отпил холодной минералки из пластиковой бутылки. Чайник победно зашумел и отключился, любимая чашка, две ложки любимого кофе, две ложки сахара, чуть-чуть молока. Пушкин уже закончил ранний завтрак и сидел в дверях, старательно умываясь. Паша, ожидая, когда кофе немного остынет, смотрел на кота. Была одна смутная мысль, которая никак не давалась ему для понимания.
Итак. Можно ли увидеть во сне то, что никогда не видел раньше? Все, что Павел читал по психологии, было научно-популярным и околонаучным. Но здравый смысл подсказывал, что в памяти должны сохраниться образы, когда-либо увиденные им или пережитые события. Это подтверждали его сны, простые, обычные сны, когда ему вдруг снилась девочка с красным бантом, и он радостно бежал с ней наперегонки, а потом они делали вместе секретки в песке. Было ему 4 года, может чуть больше. Он не помнил, как ее зовут, позднее всплывало имя Маша, в чем он был не уверен, но радость узнавания была настоящей, это точно. Что-то еще он читал про ложные воспоминания, но там с испытуемыми работал опытный психолог и люди были уверены в том, чего с ними не было. Ничего подобного с Пашкой не происходило, обычная жизнь обычного парня. Он верил, конечно, что имеет достаточное воображение, чтобы создать новый мир, наполненный супергероями и злодеями, просто не хватает таланта художника изобразить это на бумаге. В компьютерных играх были достойные образы, настоящие кошмарные порождения, созданные ненормальными психами-художниками, но он с ребятами прекрасно понимал, как они там, у себя в далеких заграницах, работают и что принимают для стимуляции мозга. Другими способами не объяснить, с чем им иногда приходилось встречаться в мрачных подземельях. С каждым годом игры становились изощренней, способов напугать, погрузить в атмосферу ужаса, становилось все больше, без психологии здесь было не обойтись, к каждому замочку подбирался свой ключик. Кого-то пугала темнота, кого-то мерзость в темных углах и на стенах, лично его, Пашку, страшило ожидание чего-то плохого и оно, как правило, сбывалось. И еще музыка, звуки! Каждый раз он попадался, как простак, на одни и те же уловки, вздрагивая от неожиданности, когда на него выскакивал из-за угла, с утробным криком, очередной мертвец или то, что выбранное, по ошибке, оружие не останавливало монстра, а менять он не успеваю. Зачем ему это? Он спрашивал себя и не раз, но четкого ответа не было. Страх давал ощущение полноты жизни, но другой жизни, не той обычной, с нудными соседями, обязательной работой, с пылью на столе и полу, а настоящей, геройской, где ты властен, где ты можешь и делаешь невероятные вещи и монстр, в конце концов, дохнет, распыляется от огненного удара, на мелкое части. Еще более определенно высказался Красный, его напарник по клану: «В жизни меня многие могут взять за жопу – жена, шеф, отец, но в игре, я сам беру всех за жопу!", и многие парни с ним были согласны. А Бурый пояснял, что в фильмах-ужастиках редко, кто может дать достойный отпор злодею, в то время как в игре, они сами превращались из жертв в этаких чудовищ из незваного далёко, что прилетали и устраивали кровавый геноцид местному населению, пусть мерзкому и ужасному. Это патология, клиника, он согласен, но пока это остается в игре и не выплескивается на его жизнь, он будет играть и мочить всяких уродов, и плохих, и хороших. В глубине души, Пашка осознавал, что не только из-за этого его тянет в игру, страх не блестящая монетка с двумя сторонами, и страшно, и приятно, а скорее колючий куст, глубоко пустивший корни. Нет одного простого объяснения, нет примера из чужой жизни или одной умной фразы, что все проясняет. У каждого есть свое, потаенное, спрятанное в наглухо забитых подвалах и чердаках памяти. Копаться в этом было пострашнее, чем оказаться одному, без поддержки в замке рейсового босса, монстры в игре были нарисованными и ненастоящими, их можно было уничтожить, обойти или, хотя бы поставить на паузу, в отличие от реальности. Было что-то еще загадочное, мешающее выкинуть из головы и забыть, как простой кошмар. Павел с досадой вздохнул и откинулся на диване. Загадки это, конечно, хорошо, но не с ним в главной роли. Почему он об этом думает? Приснился кошмар, это бывает. Неприятно, но не смертельно и редко. Испытал непривычные ощущения? Да, и это выбило его из привычного ритма. Как с этим разобраться? Никак. Ситуация иррациональная и обычные способы здесь не работают. Логика отдыхает. Разумных объяснений нет. Все? Все. Пора за работу приниматься, все равно спать не будет, так хоть делом займется, он отпил кофе, взглянул на кота. Тот заканчивал моцион и поглядывал вокруг, видимо работал над приоритетами своих важных дел. Они с Пушком хорошо понимали друг друга, потому что в основе их дружбы лежало уважение. Нет, было всякое, и ссоры и скандалы, Пушкин тот еще крендель, да и Павел не отличался примерным поведением. Но была у них общая черта, они были умными ребятами, это было не отнять, и они готовы были уступать. Пушкин моргнул глазами в ответ на взгляд хозяина, мысленно соглашаясь с его доводами, а может просто сказал спасибо за вкусный завтрак.
"Ладно, что у нас на сегодня? Клиент – одна штука, заданий – две штуки, и… Все. – Озвучил Павел план на сегодня. – Клиент в городе, туда минут сорок, там полчаса. Остальное дома часа на три работы за компом. Обновить свой профиль на сайте фриланса, загрузить свежие работы. Что еще?"
Кот двинулся к нему, не отрывая взгляда, потянулся и запрыгнул на диван.
"Ну, конечно, про тебя не забуду. Как я могу? Ты же мне весь мозг полюбишь.– Павел погладил кота и тот согласно заурчал, толкая головой в ладонь. – И в магазин зайти. Можно в городе, там выбор побольше". На кухне пластик бутылки минеральной воды расправился и громко щелкнул. Пашка от неожиданности вскрикнул и через мгновение засмеялся над собой: "Вот же, блин, воин! Ладно не начал отстреливаться!" – представил себе Паша картину стрельбы по бутылкам на кухне и захохотал еще громче. Пушкин с сожалением поглядел на сумасшедшего хозяина и широко зевнул.
Глава вторая
Через тридцать минут Павел закончил весь обязательный утренний ритуал, посмотрел в зеркало и остался доволен. Презентабельный вид, аккуратная прическа, приятный парфюм и хотя клиентом был мужчина, по своему опыту Пашка знал, что первое впечатление действует вне зависимости от пола. Это правила игры, и соблюдать негласный кодекс означает что, он знает эти правила и согласен им следовать. Это здорово помогало экономить время и отсеивать неадекватных людей. Умные клиенты понимали, с кем они имеют дело, и получение очередного заказа не заставляло себя долго ждать.
Павел снял телефон с зарядки и поискал глазами ключи от машины. На обычном месте, на тумбочке в прихожей, ключей не было. От квартиры были, в ящике лежали от почты, от садового домика, еще от чего-то забытого и пара ключей от давно забытого. От машины не было. Пашка проверил карманы, одежду на вешалке, даже в зимней куртке посмотрел. На полу, под тумбочкой, под ковриком, в обуви. Еще раз в тумбочке и один раз за тумбочкой. Все, больше в прихожей ничего не было. Что за хренотень? Павел стоял и тупо смотрел на пустую тумбу и свои руки. Ключи всегда лежали на тумбочке. Первым делом, что Пашка делал, открыв квартиру, это клал ключи от машины и квартиры, а потом раздевался, снимал обувь и проходил в комнату. Это привычка, многолетняя привычка. Поступить иначе, это… ну, это как разуться в туалете, а одежду положить на плиту в кухне. Пашка уже начинал нервничать, быстро прошел в комнату, окинул взглядом стол и под столом, проверил диван, кровать, заглянул на кухню и, понимая, что это абсурд, посмотрел мусорное ведро, пошел по второму кругу и остановился.
"Хрень какая-то! Бл***! Так спокойно! Черт!" – выкрикнул Пашка, стараясь мыслить здраво. Времени было впритык, если вызвать такси, то можно успеть на встречу. Это главное, остальное потом.
Паша не откладывая, вызвал тачку, проверил наличные, накинул куртку и, в отвратительном настроении, вышел из дома.
День прошел быстро и довольно успешно. Встреча с клиентом была быстрой, оказалось, что тот успел получить благоприятные отзывы от своих знакомых и решение принял заранее. Они разошлись довольные друг другом, обговорив сроки выполнения первой очереди, технические детали и способы связи. Потом несколько необязательных звонков и обед в кафе со старым знакомым. Поход в супермаркет за продуктами и почти часовая поездка домой. Дороговато на такси туда-сюда ездить, но новый заказ позволял такие траты.
Дома, не откладывая дела в долгий ящик, Паша доделал незаконченные задания на компьютере, отправил их заказчикам, просмотрел и откликнулся на несколько новых и, довольный собой, откинулся на стуле, предварительно свернул все окна на мониторе. На сегодня все. За окном заметно стемнело. Пашка встал, потянулся, сделал резкие рывки руками, согнулся, присел. Повторил несколько раз, пока не разогнал кровь. Пора что-нибудь на вечер приготовить.
Через полчаса, Пашка уселся на диване с бутылкой пива. На плите уже тихо булькало в жаровне, и по кухне плыл мясной аромат. Переживая весь день в голове, Павел вернулся к утренней неприятности. Он уже второй раз за день мысленно произнес: "Неприятно, но не смертельно". Несколько дней он может не ездить и за это время нужно решить проблему. Не единственный же он, в конце концов, кто терял ключи. Непредвиденные траты, конечно, но уверен – это решаемо. Для начала попытаться их найти. Где искать ключи? Он попытался вспомнить, когда ездил последний раз. Три дня назад, помогал другу что-то там перевести с почты к нему домой. Попил чаю, поболтал с его семьей, заехал в книжный, купил журнал с красивыми иллюстрациями. Затем в местный магазин или, нет, он ходил в него позднее пешком. Итак, он доехал до дома, поставил машину, где она и стоит сейчас. Багажник не открывал, пакет с журналом лежал рядом с ним. Вышел, нажал на сигналку и пошел к подъезду. На скамейке, кажется, сосед сидел с первого этажа, дядя Егор, он там всегда сидит. Поздоровался с ним, тот что-то спросил и, вроде, все, пошел домой. Позднее, он сбегал в магазин за пивом и закуской, готовился играть всю ночь. Мысли были только о предвкушении прохождения нового недавно найденного дворца, он уже практически был в игре, перебирая варианты снаряжения и оружия. Следующие дни слились в один непрерывный поход по данжу, лут, сбыт ресурсов и прокачка, иными словами, геноцид местного населения. В реальность он выходил поспать, накормить кота и покушать самому. Из дома не выходил, на машине не ездил, все, конец истории.
Он оглянулся по комнате, тут и теряться негде. Тяжело вздохнул и начал розыск утерянных ключей, сначала, не торопясь.
Спустя час бесплодных поисков в самых неожиданных местах и две бутылки пива, Пашка, чертыхаясь и тихо матерясь, рухнул на диван: "Провалились, как сквозь землю, мать их! Если бы, хоть кто-нибудь заходил, а так… Барабашка завелась в доме, в самом деле, или домовой шутит". Придется по второму варианту идти, как бы этого не хотелось. Паша подсел к компу, забил в поиске марку машины и потерю ключа. К его удивлению, поиск выдал много вариантов фирм с похожими услугами. По ценам вполне ему по карману, сроки в течение часа, выезд на место… Он забил свой регион, вариантов стало поменьше, но они были. Итак, заполнить форму, указать телефон и отправить заявку. Готово. Не прошло и десяти минут, как ему позвонили и вежливый мужской голос уточнил марку авто, владельца, регистрацию и адрес. После длительной паузы, тот же голос, с сожалением, сообщил, что мастер сможет приехать к нему только через неделю, попросил не отзывать заявку и обещал позвонить, если ситуация изменится, после чего отключился.
"Жаль, а так хорошо начиналось,– подумал Пашка. – Ладно, могло быть и хуже, завтра подумаю над другими вариантами".
Ну что, клацнем затвором? Рука привычно потянулась к мышке, чтобы воткнуть курсор на иконке Хаоса, но задумчиво проплыла дальше и опустилась на стол. Может перерыв сделать на несколько дней? А то просыпаться от своего крика, то еще удовольствие. Он вздрогнул, вспомнив ночную сцену, ужасная тварь слишком шустрая для него и его передернуло. И как своим парням из клана объяснить, что он решил взять тайм-аут? Испугался? Смешно, боится ночных снов, поэтому пока не будет играть. Глупо, но не смешно, вообще нисколько. Он зашел на игровой форум, поискал что-нибудь похожее по описанию на ночной кошмар, но ничего не нашел. Новую тему создавать не стал, слишком размытые черты.
"Блин, и спросить не у кого", – разочарованно подумал Пашка.
Как ее описать? Он задумался и, впервые, попробовал размышлять отстраненно, без эмоций, словно сторонний наблюдатель. Слов не хватало, сравнить не с чем. Ужасающие зубы, морда страшная. А какая морда? Сколько по времени это длилось? Секунд пять – шесть, хотя он может ошибаться. Временные ощущения могут растягиваться в критические моменты, а значит, все могло происходить намного быстрее. Про сон можно и не заикаться, там течение времени имеет свои непредсказуемые особенности. Оно… она была неопределенная, переливчатая, но не в смысле окраски, цвет был темный, не то серый, может темно-серый, а формы. Она перетекала из одной формы в другую, и происходило это так незаметно и быстро, что он сам удивился этому открытию. Вот почему он не мог подобрать описания этой твари. Но выглядела так реалистично, что… Пашка боялся про это думать, но понимание уже проявилось и обратно возвращаться не собиралось, как пена из пивной бутылку. Он глубоко вздохнул и преодолел внутреннее сопротивление, как перед прыжком в холодную воду. Оно было не компьютерным образом, не рисунком художника. Таких образин он насмотрелся по разным играм и, хотя выглядели они кошмарно, это было подобно просмотру ужастика в кинотеатре. Да, вздрагивал и закрывал глаза, но ощущение безопасности было незыблемым, забыть про мягкое кресло, попкорн и полный зал зрителей невозможно. Он там был не один, тем более что можно было посмеяться со всеми над своей секундной слабостью. Здесь же он был один на один со своим страхом и спасения, не было, ни мягкого кресла под задницей, ни сладкой газировки с трубочкой под рукой. И эта тварь была настоящей, живой, реальной…
Потрясенный Пашка пошел на кухню, достал бутылку коньяка, плеснул в высокий стакан и тут же залпом выпил.
Спустя некоторое время, оцепенение с Пашки спало, может коньяк подействовал, может его рассудительность не могла долго молчать.
"Ну и что, – пробормотал он. – Ну и видел я тебя в компьютерной игре, но игра то мне снилась. А во сне все выглядит по- настоящему".
Паша приободрился и стал развивать эту тему дальше. Если вспомнить старые компьютерные игры, там же пиксели невооруженным глазом было видно, но они с друзьями восторженно орали от ужаса при виде очередного монстра. Он до сих пор помнит это состояние, когда мурашки ползают по затылку. А ужастики? Пробирало до пяток, хотя по сравнению с современным хоррором, это как просто страшные сказки для малышей. Он как-то попробовал смотреть один из ужастиков из детства, но лучше бы этого не делал. Грустно и смешно. Кукольный театр вместе с цирковыми фокусами. Реально страшными были только книги, потому что там вовсю работало воображение. Как он пугался скрипучих дверей, шагов по лестнице и ночных шорохов. А тупые рассказы при свете костра про черную комнату, черную дверь и черную-черную руку, причем рассказчик боялся едва ли не больше всех остальных. Воображение, вот ключевое слово, собственная фантазия пугает больше, чем реалистичный компьютерный образ. Это как цепочка из костяшек домино, стоит упасть одной, как следует лавина из остальных.
Павел уже почти успокоился, встал, уверенно добавил в стакан немного коньяка, выпил. Проходя в коридоре в темноте, боковым зрением заметил движение, рука рефлекторно потянулась к невидимой кобуре на бедре, медленно сделал шаг назад, повернул голову и увидел темный силуэт на фоне серой стены. Осторожно поднял руку, черный силуэт тоже поприветствовал его. "Тьфу ты!"– только и смог буркнуть, с облегчением, Пашка, выключил компьютер и пошел спать.
Глава третья
Утром Паша проснулся сам, без кота и чувствовал себя замечательно. Он полежал с закрытыми глазами, прислушался к себе, все хорошо. Ночью ему ничего не снилось, он выспался и отдохнул, самочувствие было отличное, настроение тоже. К нему запрыгнул Пушкин, пощекотал усами и тихонько что-то спросил.
"Привет – привет! И тебе доброе утро, – улыбнулся Паша, потрепав котика. Котик увернулся и коротко мяукнул. – Да, все, уже встаю".
Утро и вправду было добрым и бодрым. Время до обеда прошло незаметно и с пользой. Пашка начал работу над заказом, и успел проделать большой объем, отправил промежуточный вариант заказчику для уточнения. Его попросили подождать, пока кто-то там, очень занятый, не освободится. Он легко согласился и решил закругляться. Смахнул все в рабочую папку, закрыл окна, почистил корзину. Курсор на мониторе слегка покрутился около иконки любимой игры и двинулся дальше, плавными движением обогнул стройные ряды рабочих приложений и уперся в незнакомый темно-коричневый значок с буквами МОТ.
"Что это? – спросил сам себя Пашка. – Кажется, какая то игра".
Он смутно помнил, когда установил эту игру, помнил только, что он клюнул на название, вроде "тайна старого храма", что это квест с нелинейным сюжетом, по-простому бродилка. Он пожал плечами и ткнул значок. Если не понравится, то удалить игру он всегда успеет. Открылось окно, пока шла загрузка, он успел сгонять на кухню и налить себе кофе и сделать бутерброд с колбасой и маслом. Заставка кончилась, никаких пояснений не было. "Что ж уже радует, – подумал Пашка, вспоминая, как иногда бесили длинные, нудные описания нового мира с обилием труднопроизносимых названий и имен с большим количеством букв, – будем выяснять по ходу». Появилась комната, его руки, в смысле, героя-персонажа. Так, можно брать предметы, двигать стул, открывать ящики стола. Где-то должна находиться записка, дневник или иная запись, поясняющая ситуацию. Записки не было, был блокнот с единственной записью: "Найди ключ". Все это было знакомо, по другим квестам, дальше надо будет найти такого-сякого и попросить у него старую книгу или шифр от сейфа, а он пошлет его еще дальше и пойдет он далеко-далеко, за тридевять земель. Ключа не было. Паша нахмурился, комната была небольшой, почти квадратной, из мебели стол, стул и диван, несколько шагов вширь, столько же вглубь. На стене обшарпанный стеллаж с несколькими книгами, на столе настольная лампа. Он пошарил по книгам, описание фауны местного парка, учебник по архитектуре. В одной из книг лежала открытка без подписи и горным видом. В ящике стола лежала пара карандашей, чистый лист бумаги. На столе стоял радиоприемник, он включался и даже ловил несколько станций. Он оставил канал с приятной инструментальной музыкой и продолжил осмотр. Подергал дверь, никакого результата. На стене висело несколько рамок с пейзажем и фотографией. Пейзаж изображал летний парк с садовой беседкой, на старом черно-белом фото были незнакомые люди, двое мужчин и одна женщина в темной форменной одежде, в уголке надпись с завитками "Уфа, 1951 год". Рядом со столом, чуть дальше от входа, стоял небольшой диван с подушкой. Под подушкой, ожидаемо, ничего не нашлось. Странно, это все. Значит, что-то пропустил.
"Знакомая ситуация, – хмыкнул Пашка. – Будем искать".
Он продолжил крутиться возле дивана. На одной из боковых подлокотников нарисованная рука сжалась. Так, значит, можно действовать. Он попробовал вверх, ничего не произошло, потом на себя и диван сдвинулся.
"Ага, все просто", – обрадовался главный герой и стал отодвигать диван.
Заглянул за него, уже зная, что там будет, и поднял ключ. Ключ был от двери, и она открылась. Паша испытал легкое разочарование, дальше будет несколько вариантов следования, два – три легких задания и одно сложное. Стоит ли терять время незамысловатую игрушку-квест? Он поставил игру на паузу, встал и зачем-то посмотрел на свой диван. "Да нет, не может быть, – сказал он и все же, начал отодвигать диван. – Уфф! Слава богу!" Под диваном лежало несколько монет и пыльный стикер. Он вернул диван на место, постоял, посмотрел на него, подумал и принялся раскладывать. Раздался скрип пружин, скрежет металлических пластин и что-то тихо, но слышно звякнуло. Паша нагнулся и поднял с пола брелок с ключами. Сжал их в кулак, поцеловал кулак и потряс рукой. Как камень с плеч свалился. Как они здесь очутились? Нет, понятно, что это он, а не Пушкин, их оставил на диване, но за каким хреном? Секундное недоумение смыло ликованием и облегчением. Да, какая разница? Все-таки, это настоящий геморрой – менять ключи, ждать спеца, тратить деньги и время. Кстати, надо позвонить в ту фирму. Пашка тут же набрал номер и дождавшись ответа, радостно сообщил им свою новость, на том конце, без особого энтузиазма, заметно кислым голосом поздравили его и попросили, в случае чего, обращаться к ним.
Пушкин внимательно следил за его радостными перемещениями в пространстве, беспорядочным дрыганьем рук и ног, и неодобрительно щурился, даже когда его погладили по голове, он не понимал, из-за чего переполох. Пашка упал на стул и, недолго думая, снова открыл окно с игрой. Снял паузу и открыл дверь из игровой комнаты. За дверью был прямой коридор с рядом дверей по обе стороны. Двери не открывались, но отличались внешним видом. Некоторые были старые, с потрескавшейся краской, некоторые совсем новые. Никаких надписей и подсказок. Он дошел до конца, последняя дверь открылась и вела на улицу. В небольшом дворике стояло пара пустых скамеек, и в центре клумбы рос куст. На клумбе росли два ярко-красных и больших мака. Цветы впечатляли, Пашка даже подошел поближе, попробовал взять, но рука проскакивала сквозь стебли, не задерживаясь.
"Так, что здесь еще?" – оглянулся Паша.
На одной из скамеек стояла консервная банка. Он взял ее в руки. Томатный суп. Кто ж такое ест? Ладно, пригодится. Выход из дворика был один. Он оглянулся на дом, старый, двухэтажный с одним подъездом. Как его родной дом. Игру на паузу.
"Так, это надо проверить". – Он сорвался с места и быстро одевшись, выбежал из квартиры.
На выходе сидел сосед:
– Привет, Павел!
– Привет, дядя Егор!
– Слушай, выручишь старика?
– А что надо?
– Сбегай в магазин, купи мне хлеба и банку томатной пасты, хочу суп сварить, да ноги болят.
– Хорошо, схожу, – он взял протянутые купюры и пошел.
До магазина и обратно Паша уложился в пятнадцать минут. И вот он уже протягивал соседу сдачу и пакет.
– Быстро, ты, однако, спасибо. На, вот, журнал возьми, почитай, статья здесь интересная есть.
– Спасибо, почитаю. – На автомате он взял журнал и зашел в дом.
Дома он молча сел за комп. Герой его все стоял во дворике, он повернулся и зашел в коридор, дошел до конца и остановился возле двери напротив своей. Дверь была немного обшарпанный, светло-коричневого цвета, но он смотрел не это. На двери был номер. Светлый металлический овал с номером 4 в центре. Ручка повернулась, дверь со скрипом открылась. Он осторожно заглянул. Одна комната, никого нет, старая мебель, большой стол, вместо стула кресло, чисто и уютно. Он подошел к столу, достал банку томатного супа, поставил и взял со стола журнал. Затем вышел из соседней комнаты и зашел в свою. Пауза.
Пашка молча откинулся на стуле и уставился на журнал, что ему дал сосед:
" Офигеть… Так не бывает…".
Дядя Егор жил на первом этаже, в четвертой квартире.
Пашка мог поклясться, что в том коридоре ни на одной двери не было бирок, до того, пока он не вышел во дворик. Что же получается? Какая-то компьютерная игра показывает квест про него, его дом и квартиру соседа. Полная хрень. Но совпадения, совпадения-то были… ключи раз, банка с томатным супом два и журнал три. Как это объяснить? Были и отличия, у него не было на площадке такого коридора, он жил на втором этаже и дворика такого тоже не наблюдалось. А еще родные ключи были от машины. Он соскочил, запустил пальцы в волосы, потребил их и яростно стал тереть голову. Но где-то глубоко, тихий рассудительный голос уже объявил, что это неважно.
Он плюхнулся на диван и ехидным голосом избранного объявил:
"Да, я тебя услышал, и ты совершенно не собираешься помогать мне выбраться. Я должен буду сделать выбор сам. Печеньку?"
Была еще странность, он нашел банку супа в игре раньше, чем в реале, и значит, что игра опережает события.
"Да, блин, говори уже прямо, – брякнул Пашка. – Она определяет события или видит, чего я не вижу. А дверь номер четыре открылась после выполнения квеста в реальности. А значит, те, остальные двери, не квартиры, а другие квесты. И откроются они там только тогда… когда он выполнит что-то здесь".
Он опять вскочил и начал кружить по комнате. И что теперь делать? Куда бежать? Как это проверить?
Эту суету прервал звонок, он вздрогнул от неожиданности и взял телефон:
– Алло!
– Привет, Серый! Ту куда пропал? Мы тебя вчера ждали, пошли без тебя и, короче, нарвались, бл***! Нас потрепали крепко, ты сегодня как? Сможешь? – тарахтел громкий голос. Это был Сашка или Бурый, напарник по игре, соклановец. А он назвался Серым. Были в команде еще Красный, Белый и Черный. Сашка сначала был Синим, но неудачно подобрал цвет своей метки и Леха (Красный) определил его как голубой или, как он тогда выразился, слегка-голубой. Сашка обиделся, но решил перекраситься в бурый цвет.
– Ну, я… это… немного был занят.
– Да я понял, сегодня-то как у тебя, срастется?
– Ммммм… в принципе можно, только долго не смогу… завтра дела.
– Ну, так у всех дела, брателла, я тоже часа три-четыре и все, отбой! Но без тебя никак, завалят нас, там заморочек полно! Потом расскажу, если пораньше начнем. Ну, что, как обычно начнем или как?
– Давай пораньше, часов в десять. Успеешь рассказать что, да как?
– Конечно, Серый! У меня несколько идей есть, как пройти, только народа не хватает! У тебя как дела, нормально все?
– Да, нормально, – ответил Пашка и, неожиданно, для самого себя спросил, – Как у тебя здоровье?
На том конце повисла пауза, потом Сашка чужим голосом спросил:
– Почему спросил?
– Дааа.... просто…
– Тебе кто рассказал про меня?
– Да никто… а чего… что случилось-то?
Опять молчание, потом вздох:
– Машина меня сбила, урод какой-то, сбил и уехал.
– Сильно побился?
– Да не так, чтобы очень, ничего не сломал, мордой по асфальту проехал, покарябал слегка, не так больно, как страшно! Да на ноге синяк здоровенный и на животе тоже.
– В больничке был?
– А как же! Скорая довезла, полиция, все дела. Зато сейчас на больничном, две недели дома, прикинь?
– Повезло.
– А то. Меня на работе Халком кличут, говорят, могу теперь любую машину руками остановить! Ха-ха-ха!
– Ну, ты монстр! Слушай, а когда это было?
– Да вот, два дня назад, ночью, приспичило мне в круглосуточный сходить, вот....сходил…
– Вот же, блин! Ты это, выздоравливай.
– Да, уже, сто пятьдесят утром, сто пятьдесят вечером! Ха-ха-ха! Ну, что до вечера?
– До вечера.
Дела творятся вокруг него все страньше и страньше. Тот воин во сне был Сашкой. И тварь укусила его первым. Позавчера. Подожди-подожди, значит, он видел во сне, что с Сашкой что-то случилось, но его мозг оформил это в виде компьютерной игры и монстра из подземелья. Так? Похоже, да.… Но откуда он узнал о несчастном случае? Неужели, он такой чувствительный, что ощущает боль близких людей? Такое может быть, Пашка много раз слышал от других людей, что они, буквально, места не находили или сходили с ума от беспокойства, когда что-то происходило с родными. Этим отличалась его бабушка, от нее было невозможно скрыть плохие новости или держать что-то в секрете, настоящий, живой детектор лжи. А уж интернет переполнен подобными историями, целые россыпи литературы, сайтов и учений о психодуховных практиках. Но вот с ним такое происходит впервые, он непосвященный и не просветленный, а обычный парень, который вырос в деревне, ходил в обычную среднюю школу. Мистика ограничивалась ночным сидением у костра, с рассказами о неких странных людях, которые творили чудеса и затем таинственно исчезали в ночной мгле, лично их никто из рассказчиков не знал, всегда был, под рукой, общительный знакомый, который знал много других людей. Да, они верили в болотных тварей, что затягивали неосторожных грибников в трясину, или лесных людей, которые кружили по лесу, не давая из него выйти, охотников, если те не соблюдали некие ритуалы или жадничали при разделе добычи. Потом он вырос, посиделки у костра закончились, детские страшилки заменились на фильмы ужасов и ролевые игры на компах, про походы в лесу он вообще забыл, теперь это называлось – выбраться на природу и шашлыки. Проблема с этим случаем была в том, что с Сашкой они не виделись ни разу, он жил в другом городе, раньше общались в чате и, с недавних пор, по телефону. Все. Считать его близким человеком? Можно, но очень осторожно, с большими оговорками. Так с чего бы ему, Пашке, смотреть сны про соклановца, который Бурый? Случай неприятный, но не из ряда вон выходящий, тем более Сашка ничего не поломал, синяки и ссадины, да и больничный себе заполучил, заслуженный. Что же его так заклинило? Да потому, что тварь из подземелья могла напасть сначала на него, а затем на Бурого, если бы он не оказался чуть позади и не успел вовремя отступить на несколько шагов. А теперь он боится представить себе, что было бы с ним, если Сашка всего лишь попал под машину… Дааа, блин! А он ничего не путает? Может, сначала тот попал под машину, а Пашка увидел во сне сей момент? Чего он наводит тень на плетень, если бы, да кабы. Случилось именно то, что случилось. Сон это… сон… странное, конечно, дело, но чего ему только не снилось,… совпало, тем более сидеть сутками в игре, а потом удивляться, чего это сны про монстров.… Да. Точка. Все живы и здоровы.
Глава четвертая
Вчерашнее погружение в подземелье прошло успешно. Они своей группой зачистили уровень до конца, поднялись сами и ушли без потерь, с хорошей добычей. Пашка вначале немного нервничал, оглядывался по сторонам, но ничего необычного не происходило, монстры вели себя плохо, но предсказуемо, боекомплект был полным, оружие под рукой. Он успокоился и спокойно доиграл до конца, получая порцию удовольствия в виде приятных плюшек от всего добытого и найденного в игре. До трех часов дня Паша успел сделать дела, убраться в квартире и приготовить обед. Он присел передохнуть на диван и тут на него снова нахлынуло. С ним произошло что-то странное, необычное… а он делает вид, что жизнь идет своим чередом, как обычно.
"Непонятное и пугающее.– Добавил он про себя.– Пусть. А он отмахивается от всего этого, прячется за мелочами и работой".
"Да потому, что непонятно, что нашел, то ли кошелек, то ли бомбу, – проворчал он. – И он не поймет этого, пока… Что? Пока не разберется, а он не разберется, покуда не начнет играть".
"Ну, где ты, друг, сын ошибок трудных? – пробормотал Пашка, усаживаясь перед компом. – Для начала проверим, что появилось нового. Дальше по обстоятельствам. Поехали".
Его герой оставался в своей комнате. Он быстро проверил обстановку, все без изменений. В записной книжке появилась новая запись: " Спаси птицу". Никаких пояснений и текстов. Что за птица, какая птица, откуда? Непонятно.
"Ладно, разберемся", – подумал Пашка.
Так, картина на месте, фото тоже, хотя… нет. Фотография изменилась, на ней был угол улицы, переход, часть старого здания. Людей не было, названий тоже. Хммм… Он внимательно рассматривал фото, но так и не понял, что это за место. Единственное, в чем он не сомневался, просто так, здесь ничего не бывает. На столе лежал журнал, в прошлый раз он бросил и не посмотрел его. Паша взял его в руки. Название " Садовый участок", внутри статьи про культуры плодовых деревьев, новые сорта помидор, саженцы, рецепты. Ничего интересного. На последней странице статья " Природный феномен":
******************
В некоторых пригородных районах нашей области сегодня ночью ударили заморозки. И хотя по прогнозу метеорологов, температура ночью не должно была упасть ниже 8 градусов тепла, заморозки в это время нередки. Феномен же заключался, по мнению заведующим отделом прогнозов НИИ МИИВ старшего научного сотрудника Смирнова А.В., в удивительной избирательности. Как оказалось, заморозки были только в узкой полосе поймы реки Среда и затронули некоторые поля деревни Срединовка. По непроверенным данным, это являлось следствием столкновения двух атмосферных фронтов и спровоцированные этим турбулентные аномалии. Неожиданно холодный воздух оказал негативное влияние на земляничные культуры, которые переживают период цветения, некоторые плодовые деревья и рассады томатов. Большого ущерба местному агропромышленному комплексу не нанесено, благодаря заблаговременному предупреждению от отдела прогнозов и высокой точности самих прогнозов метеослужбы.
*****************
Пауза.
Вот и неприятная весточка. Пашка почувствовал холодок в груди. Это была его родная деревня, он там родился и вырос. Там живет его бабушка, там познакомились его родители. Друзья и его звали Паша-Среда, потому что половина деревни носила фамилию Срединов.
Погоди, ему ведь дядя Егор тоже журнал дал. Он нашел журнал соседа и пролистал его от начала до конца. Ничего похожего, на статью из игрового журнала, не увидел. Старый журнал, обо всем понемногу, рассказы, статьи, кроссворд, такой раньше брали в поезд в дальние поездки и читали от корки до корки. "Поговорить с дядей Егором? О чем?.. – размышлял Пашка. – Пока отложим до удобного случая. А к бабуле надо сгонять, проведать ее. Что-то неспроста все это".
Решив в самое ближайшее время съездить к бабушке, Павел вернулся к игре.
В своей комнате делать нечего, надо в посмотреть в других. В комнате 4 он нашел использованный автобусный билет, моток тонкой веревки и желтую, возможно, золотую монету. На одной стороне был крест, с другой профиль старого некрасивого мужика, либо совсем уж страшной женщины. По краю монеты читалась полустертая надпись "Innocen.....I.." . все, больше ничего нового не нашлось. Находки переместились в его сумку.
" Ладно, пойдем, прогуляемся, – сказал Пашка, и направил главного героя на улицу. Во дворике было тихо, на скамейке лежал желтый лист. Непорядок был на клумбе. Один цветок мака согнулся и лежал на земле, с другого слетел лепесток.
" Блин, и что это значит? Что за ребус? "– Смотрел он на цветы, понимая, что ничего хорошего это не значило.
Тропинка повела его дальше, но далеко он не ушел. Тропа уперлась в небольшой домик с закрытыми окнами и дверью. Он обошел вокруг, подергал за все, что можно. Ничего. Тупик. Пауза.
Куда теперь? Он немного подумал и … ничего не придумал.
"Так бывает. Случается с любым мужиком. – Успокоил он себя. – Ты же не идеален".
Игра на паузу. Пашка медленно оделся и вышел на улицу. Соседа не было, были две соседки. Пожилая и кругленькая тетя Роза беседовала с просто пожилой тетей Верой. Беседой это можно было назвать условно. Говорила тетя Роза, а ее подруга только охала и прижимала ладонь к лицу. Паша уже хотел включить задний ход, но не успел.
– Здравствуй, Павел! Слышал, что случилось?
– Здравствуйте! Нет, а что?
– Скорая приезжала к Егору, плохо ему стало. Я тут была, все видела, он аж синий стал, хрипеть стал, ужас какой!
Он смотрел в круглые Розины глаза и видел там тревогу и страх, она была напугана.
"Вот, значит, к чему билет, надо в больничку ехать", – думал Паша, кивая и качая головой.
– Врач говорит, еще немного бы и все, можно было не торопиться. Я ему давно говорила, ложись на обслуживание, сейчас врачи сразу видят в своих телевизорах, все органы как на ладони. Где камни, а где сердце. У меня вот камень был, так мне сразу сказали что, да как, и лечение назначили и профилактику.
– Так его увезли?
– Кого?
– Ну, дядю Егора?
– Ааа… нет, дома он, лежит, поди. А я ему говорила…
– Спасибо, пойду я.
– А… да, зайди к нему, проведай.
Паша подошел к квартире соседа и постучал. Неожиданно, дверь открылась сразу, как будто дядя Егор стоял за дверью:
– Ааа! Привет, Павел!
– Привет, дядя Егор! Я тут слышал… – он махнул рукой в сторону двора.
– Да немного сердце кольнуло, у меня часто бывает, а соседка, Роза, рядом сидела, увидела и панику подняла! И скорую вызвала и сама напугалась и других перепугала. Ты, давай, заходи, нечего в дверях стоять. Мне на сегодня одной Розы хватит.
Пашка не стал отнекиваться и прошел вовнутрь. Он уже бывал здесь раньше. В квартире царил порядок отставного военного, может только запах стоял стариковский.
– Садись вон на диван.
– Да я… спасибо. Может вам лекарства какие?.. У вас точно все хорошо?
– Нет, этого добра вон сколько, – махнул Егор в сторону тумбочки. Лекарств хватало, с избытком. – Хорошо, не то слово, лучше быть не может. Я, как старый катер, в трюме течь, движок дымит, масло течет, но все еще на плаву. Можно чинить, конечно, но… тут сделаешь, там ломается. Что поделать, срок свой отработал, песок отовсюду сыпется.
Дядя Егор замолчал, а Пашка подумал, что даже не знает, сколько тому лет. Кажется, он ровесник их общего дома, всегда сидел на лавочке, круглый год, и зимой и летом. Росли деревья, уезжали дети, а он, единственный, не меняется. И сейчас он собирается выдать ему квест. Паша удивился своим мыслям и даже незаметно глянул над головой старика, ожидая увидеть светящийся ник, типа "Хранитель дома, 100 уровень". Надпись не светилась, а вот дядя Егор внимательно смотрел на него. Пашка покраснел, называя себя идиотом.
– Ты, часом, не из этих…?
– Из каких!? – Пашка был ошеломлен таким поворотом беседы.
Дядя Егор кивнул на телевизор и покрутил ладонью с растопыренными пальцами, что-то из репертуара народного ансамбля "Березка". На экране в это время, под бодрые крики радостного, возбужденного ведущего, одна стареющая звезда эстрады трепала и портила прическу другой, бывшей звезде. Звука не было, но смысл слов угадывался.
Как не странно, Паша понял, о чем речь и усмехнулся:
– Нет, не из них.
– Дак, что-то не вижу я девушку твою или прячешь где?.. Чего молчишь? Есть девушка или нет?
– Пока нет…
– А искать не пробовал? Не в интернете своем, а живую? Они же по улицам ходят, настоящие-то, а не в компьютере ждут тебя. Ты думаешь, мы вечные? Бабушка твоя, да я. Родители не дождались, а нам же знать надо, что внуки останутся, что род не прервется. Я хоть не родственник тебе, но бабушка твоя мне, как родная, да и ты тоже. Обещал я ей, что присмотрю за тобой, а вишь, как поворачивается, скоро и некому будет приглядывать… И Лидия моложе не становится…
Старик замолчал, Павел сидел, опустив голову и сцепив ладони, лицо горело, на носу подло висела капля.
– Ты, скажи, как бабушка-то поживает? Как у нее здоровье? Давно ее не видел…
Паша, судорожно вздохнул, смахнул каплю, кашлянул и осторожно ответил:
– Месяца два назад был у нее, нормально все было, на здоровье не жаловалась.
– Собираешься к ней?
– Да, на этой неделе съезжу.
– Хорошо. Привет ей от меня передавай, и письмо захвати, на столе лежит.
– Передам. – Пашка встал и взял незапечатанное письмо в конверте.
Они помолчали. Паша ждал, дядя Егор о чем-то думал.
– Паша, у тебя же был садовый домик?
– Был, а что?
– Понимаешь, я в саду уже год не был, боюсь, зайцы деревья прогрызли, побелить бы, да сил нету съездить. Да проверить там, все ли в порядке. Ты же знаешь, где мой участок. Поможешь?
" А вот и квест, и не откажешься ведь", – подумал Паша и, чувствуя себя круглым дураком, выдал обязательную фразу при получении квеста.
– Что я еще могу сделать?
Старик хмыкнул:
–Ну, раз спросил, передай Лиде, ну, бабушке своей, книгу вот эту и сверток в сарае на моем участке возьми, обещал я ей. Ты его сразу найдешь, в мешковине он. Ключи не забудь, на вешалке висят. Ну, ладно, ступай, устал я что-то.... полежать надо.
И уже на выходе спросил:
– Ты журнал почитал? Ты посмотри его, обязательно.
Пашка кивнул и наугад задал деду, вертевшийся на языке, вопрос:
– Дядя Егор, вы в Уфе жили?
– Зачем спрашиваешь? – уже было устроившийся на диване, дед снова присел и озадаченно смотрел на него.
– Да, кажется, там моя бабушка училась.
Егор сверлил его взглядом и Пашке стоило немало усилий выдержать его, не отвести глаза. Наконец, дед решился:
– Да, был я там.… Не знаю, откуда ты прознал.… А! Чего там, столько времени прошло! Обещал я не вспоминать, да шила в мешке не утаишь. Любовь у нас с Лидой была, крепкая, как раньше говорили, до гроба, пожениться мечтали, дом построить, детишек завести.
Дед замолчал, уйдя в тяжелые воспоминания. Павел потоптался и негромко кашлянул:
– А дальше?
– Дальше.… Не устоял я во время разлуки, закрутил роман с другой женщиной и все. И любовь свою потерял и новой не нашел, своими руками разрушил нашу мечту… хрустальный храм разбил…
Парень подождал немного, но дед замолчал и прикрыл глаза. Похоже, продолжения не будет, решил Пашка и вышел. Закрыл за собой дверь и выдохнул:
"Ничего себе, прогулялся, блин". Ему было стыдно, лицо горело, как печка. Бабушка, каждый раз, при встрече, спрашивала его про невесту, намекала на детей. Он, признаться, привык к ворчанию бабули, махал на него рукой, отшучивался, отмалчивался, уводил разговор в сторону. Но вот родители…. Тут дядя Егор задел за больное… девушки у него были,… не было той самой, единственной, ради которой он пошел бы на край света… Похожей на маму, с ее сияющими глазами, звонким смехом, самую красивую на свете…. И любящую его, просто так, что он есть. Нет, такой не было, и Пашка сомневался, что когда-нибудь сможет найти кого-нибудь. Ему казалось и не раз, что он влюблен, готов был даже на самый важный шаг в своей жизни, но потом, влюбленность проходила, незаметно таяла, достоинства испарялись, а недостатки, наоборот, становились все тяжелее и весомее. С недоумением, он смотрел на свою девушку и гадал, как могло случиться, что ему она безумно нравилась. Следовал неизбежный разрыв отношений, чаще шумный и неприятный, девушка становилась бывшей, ее телефон вносился в черный список, удалялись контакты в соцсетях и совместные фотографии. Пашка облегченно вздыхал, радовался свободе, а потом, через несколько недель, повторял все, по-новой, с небольшими вариациями. Жениться? Да никогда! Нашли дурака! Перед глазами были живые примеры друзей, которые стонали, ругались, скрипели зубами и тянули, изо всех сил, лямку семейного обоза, открыто завидуя свободной жизни Павла, иногда напрашиваясь на тайные вечеринки в его квартире. Ему было хорошо одному… до сегодняшнего момента. Мечтали его родители о таком сыне? Хотела мама, чтобы у нее не было внуков? Нет и нет. Может поэтому Пашка прячется в игре, стремясь победить всех монстров и собрать весь лут? Ему некогда думать о таких мелочах…
Глава пятая
Дорога была пустой, кое-где местами наползал туман, и рассвет только обозначил оранжевым, где будет солнце. До садовых участков оставалось минут тридцать езды, и Паша мысленно прокручивал вчерашний день. Он пролистал книжку, что передал дядя Егор для бабушки. Интересная книга, называлась "Мифология и религия". Вначале он просматривал ее, не особо вникая, пока не попался раздел про драконов. Оказывается, почти у всех народов есть свои легенды. Даже его любимые древние греки, удивился Павел, не обошлись без них. Сам Зевс превращался в дракона, когда тайно посещал жену Аида Персефону. Правда, там речь шла о змее, но вряд ли от обычной змеи родится рогатый младенец. А еще Пашке понравилась легенда о змее Хатуибвари.
****************
Давным-давно жил такой дух, его еще звали Агунуа, который родил и вскормил все живое. Полузмея, получеловек с двумя парами глаз. Одна смотрела на верхний мир, вторая видела под землей. Мог он, и летать, так как были у него огромные крылья. И вот однажды попалась ему под руки красная глина. Взял он кусок, размял, слепил подобие фигурки и положил на солнце, чтобы подсохла. Полежала она и ожила, так получилась у него женщина. Когда уснула она, он вынул из нее ребро, добавил глины и слепил вторую фигурку – мужчину. Кроме Хатуибвари, как иначе звали Агунуп, были на свете Тьма, Постоянство и Море. Они существовали всегда, а Хатуибвари создал все живое и следил на установленным порядком в небе и на земле. Он любил подношения, и если кто приходил к нему без даров, то вскоре покрывался язвами. Чтобы задобрить божество, ему приносили в жертву свиней. Когда он хотел пить, то вызывал дождь. Он заботился обо всех живых и часто приходил в Священный сад. Однажды, он, желая успокоить родившееся дитя, обвился вокруг него кольцами. Тут вернулся мужчина, увидел змею вокруг своего ребенка и испугался, думая, что тот душит младенца. Достал нож и разрубил змея на части. Хатуибвари смог соединить все части тела, но был очень огорчен и рассержен. В великом расстройстве, улетел он на другой остров, а природа этой земли постепенно пришла в упадок и запустение.
****************
Островная версия божественного райского сада, удивлялся Пашка. Журнал старика он, на этот раз, внимательно просмотрел от начала до конца, зацепил его один рассказ. Любитель истории, увлеченный человек, ездил по старым деревням и встречался с местными жителями, собирал фольклор, сказания, легенды, сказки, и надо сказать, вполне успешно. Это было серебро слов, живое серебро старины, целая россыпь былин и песен. Чаще всего, это были лесные жители: ведьмы, лешие и водяные. Но, иногда, попадались ему и золотые самородки. Таким была история о белом храме.
*****************
Жил-был мастер, был он молод, здоров и легок на подъем. Работа спорилась у него в руках и в помощи никому никогда не отказывал. Рубил лес, ставил срубы, крыши крыл, на все руки мастак. С шутками, прибаутками работу делал, кто куском хлеба поделится, кто кров предложит, а кто и просто спасибо скажет, да поклонится. Всем он доволен был и не забывал в ответ поклониться. Собрались как-то люди церковь поставить и все не могли место выбрать, спорили и ругались. Вызвался наш мастер найти место заветное, взял сумку, топор единственный и тут же отправился на поиски. Долго ходил, ноги стоптал, а место заветное не нашел. Присел он возле дерева, да не заметил, как уснул. Проснулся и видит лес незнакомый кругом, напротив него сидит ежик и смотрит прямо на него. Достал он чашу свою, налил немного молока из фляги и подвинул к ежику. Ежик выпил молока, облизнулся и побежал в лес, потом оглянулся на парня, подождал немного, и снова побежал. Ну тот, не дураком родился, подобрал чашку и следом пошел. Долго шли или нет, никто не знает, только вышли они на небольшой открытый пригорок. У мастера дух захватило от вида чудного. С одной стороны пологий склон, с другой обрыв крутой, тут и река течет и деревню родную видно. Оглянулся он, а ежика и след простыл. Поднял он голову, видит – дерево высокое, на верхушке птица белая. Крикнула она звонко, сделала несколько кругов, да улетела. Понял мастер, что нашел он, что искал. И такую силу он ощутил в себе, что взялся за дело и за несколько дней срубил церковку небольшую, да ладную. И только опустил он топор, как упал без сил и уснул прямо на земле. Не видел и не слышал он, как снова прилетела птица белая, чудная, села на самую вершину церкви и запела песню неземной красоты. Два дня спал крепким сном мастер, а когда открыл глаза, не увидел он своей церкви. Стоял на ее месте чудесный белый храм. Не простой храм был, снаружи небольшой, а внутри столько места было, что можно было только диву даваться. Вернулся мастер в свою деревню героем. Почета и уважения было много, слава о нем далеко пошла. Стали уважаемые люди отовсюду его к себе звать в гости, серебром, золотом одаривать за работу, дочерей сватать. И дом у него большой стал, и достаток появился. Вот только перестал он шутить и прибаутки сыпать. А еще помощь от него люди стали видеть все меньше и меньше. За одно спасибо его было уже нельзя попросить, и от куска хлеба он отмахивался. Отгородился он от людей забором высоким, пса злого на цепь посадил.
И вот однажды, в ненастную погоду, постучался кто-то к нему. Не хотелось ему выходить, мокнуть, но пес все лаял и лаял, не успокаиваясь. Наконец, вздохнув, накинул он шапку и подошел к воротам. Открыл, а там старушка маленькая, сгорбленная стоит, просит пустить ее в дом, укрыться от ненастья и накормить. Грубо мастер ей отказал и уже хотел захлопнуть ворота, как старушка достала откуда-то золотую монету и протянула её. Разгорелись жадным огнем глаза мастера, быстро выхватил монетку, оглядел со всех сторон и пустил бабушку к себе домой. Стала она разоблачаться, а видит он, что не старуха это ветхая, а девушка молодая, да ладная. Спросила она поесть и место, где отдохнуть можно. Воспылал он похотью, схватил за плечи и брякнул тут же, что место свободное только рядом с ним и что, мол, готов даже жениться. Девушка звонко рассмеялась и хлопнула его легонько ладошкой по лбу. Затем ловко выскользнула, развернулась к двери и, словно взлетев, выскочила. Мастер быстро следом рванулся, да куда там, она уже среди деревьев мелькала. Тяжело протопал он по лужам и скрылся за ней в лесу. Больше его никто не видел. Разразилась в ту ночь сильная гроза, молнии сверкали, не переставая, и гром не давал никому уснуть. Утром же, увидели люди, что храм исчез, а на его месте стоял черный камень. Сказывали старики, что только по-настоящему светлый человек может разрушить камень, просто положив на него руку, и как только крикнет птица, белый храм вернется к людям.
****************
Пашке история понравилась, он сразу понял и про птицу и золотую монету, только как все связать вместе, не представлял. Гадал он, откуда дяде Егору известно о его поисках и приходил только к одному выводу, что дед сам занимается поисками чего-то такого, неизвестного. Надо поговорить бы с ним поподробнее, потому что, на него завязана игра, он выдает Пашке квесты, тот их выполняет, получает новые. Но как?! Дядя Егор сроду не пользовался компами, не говоря уж об играх, сидит на скамейке, греется на солнышке и книжку читает, а сам, в игре, выдает ему билет, веревку и монету. И журнал. По билету Пашка мог сказать, как опытный гадальщик и толкователь, что предстоит ему дорога дальняя, веревка, скорее всего, садовый участок деда, а вот монета.… По надписи на монете "Innocen.....I.." он в интернете нашел, что скорее всего речь идет о Папе Римском Иннокентии III, правда не понял, существовали такие монеты на самом деле или нет. Этот Папа был весьма деятельным и энергичным правителем, на все вызовы он реагировал быстро и резко, либо отречение от церкви, либо крестовый поход. А еще с его легкой, а вернее нелегкой руки, начали работать церковные суды, предвестники церковных трибуналов или святой инквизиции. Как бы ему помогла такая информация, Паша не знал, а связать все воедино у него не получалось. Вначале он заехал на свой участок. Дорожки заросли густой травой, кусты смородины скрылись под сухостоем и высоченной крапивой, домик, с его серыми, некрашеными стенами, выглядел заброшенным. Он и был таким, Пашка не был здесь с тех пор, когда не стало родителей, много лет назад. Наверное, он бы не удивился, если на месте домика обнаружил бы пепелище, может даже обрадовался в душе. Слишком тяжело это было… соприкасаться с теми вещами… Он постарался прогнать тяжелые мысли. Это было не так уж сложно, дом мало напоминал прежний, уютный, веселый домик с ухоженным огородом и проложенными дорожками. "Дааа, надо, наконец, привести все в порядок, а стыдно соседям показаться",– подумал парень, прокладывая себе дорогу и невольно оглядываясь. С трудом провернув ключ, он еле-еле открыл дверь. Запах пыли, гнили и еще чего-то малоприятного встретил его. Он поморщился и, решившись, зашел в комнату. Пыль лежала везде ровным серым слоем, так выглядело запустение и забвение. Уверенным и быстрым шагом, подымая в воздух пыльные столбы, он подошел к единственному столу, над которым на стене висели две легкие полочки. Он сдвинул вбок стекло на самой верхней полке и достал жестяную банку из-под кофе. Он знал, что ищет, ведь он был уже здесь вчера. Правда, в виртуальном игровом мире, но какая теперь разница. Паша осторожно открыл крышку и бережно потянул за капроновую нитку. Слегка закручиваясь, появилась деревянная фигурка, напоминающая летящую чайку. Он взял ее в руки и погладил ее крылья. Отец нашел в лесу причудливую закрученную палочку, долго крутил ее в руках и сунул в карман. А потом, однажды, сидя на крыльце, начал вырезать ножом. Рядом сидел маленький мальчик и зачарованно смотрел на нож, который легко погружался в деревяшку, и на невесомую стружку, весело летящую в сторону. Это было чудом, а еще ему нравилось сидеть с папой, смотреть на его сильные руки, на непослушные волосы. Он казался ему самым красивым человеком. Он помнит, как радовалась мама, получив гладкую фигурку птички в подарок. Как они вместе, смеясь и обнимаясь, приделали к амулету нитку и мама тут же надела его на шею. А потом, сплела из разноцветного провода простое колечко для папы. Паша выудил пальцами из банки то самое колечко. Каким совершенным оно ему тогда казалось… и какими счастливыми были его родители......и каким счастливым был он....
На столе невесомым облачком взметнулась пыль от тяжелой капли и еще… и еще…
Пашка уронил банку, выбежал, хлопнув дверью, и рухнул на крыльцо, опустив голову на руки. Наконец, слезы высохли, где-то рядом свистнула невидимая птица, он поднял голову, поискал ее глазами, не нашел, поднялся, запер дверь и поплелся к машине. Уже сидя за рулем, он раскрыл ладонь и посмотрел на два таких дорогих ему предмета, что ни обменял бы их на все сокровища мира. Хотел надеть на себя, но подумав немного, достал бумажник и спрятал их там. Потом немного судорожно вздохнул, получилось похоже на детский всхлип, засмеялся и, немного смущаясь, с облегчением, вслух сказал:
– Я люблю вас, папа и мама…
Глава шестая
Дорога до деревни занимала несколько часов, и Пашка рассчитывал в обед быть там. В саду у деда было все в относительном порядке, заросло, конечно, вместо ряда ровных саженцев торчали короткие огрызки, но в целом, лучше, чем у него на участке. Он быстро нашел в сарае замотанный сверток, похожий на садовый инструмент, загрузил в багажник и поехал на выезд. Решение ехать сегодня, пришло рано утром, когда он внезапно проснулся. Просто открыл глаза и все. Было состояние неясной тревоги, причины которой он пытался понять. Было тихо, за окном вдалеке чирикали воробьи, кот спал на своем месте. Пашка лежал и вспоминал, что ему снилось, но никак не мог ухватить. Полотно сна расползалось, словно тончайшая паутина, ощутить можно, взять в руки нельзя. Смутные образы, непонятные обрывки мельтешили в голове. Нет. Он был раздосадован, такое раннее утро и сна нет. Вот тут-то и пришла идея сгонять в деревню. Быстро обдумав варианты, Пашка понял, что идея хорошая и не стал тянуть кота за интимные места. Насыпал Пушкину полную чашку корма, не забыв про воду, он собрал сумку и, через пять минут, выезжал со двора. И вот он в пути, хваля себя за расторопность и решительность. Ближе к вечеру он, конечно, уже вырубится, но это же будет бабушкин дом. Он надеялся на любимый пирог с капустой и творожники, а еще душистый чай с клубничным вареньем. Эти приятные мысли отозвались в животе эхом угрожающего бурчания. Он поднял бровь и спросил:
– Это угроза?
Опустил бровь, сощурил глаза и сквозь зубы бросил:
– Это предупреждение....
Паша вспомнил, что он даже не завтракал. Ладно, перетерпит как-нибудь, не маленький. Чтобы отвлечься, он решил вспомнить квест и свое задание про птицу. Птицы ему попадались часто, в книгах, в фильмах, были любимые и не очень, но они были ему по барабану, ближе всех стала та, птица из сказки. Но как он мог встретить ее здесь, в реальной жизни? И почему не открылась еще одна дверь? Потому, что он должен встретить ее сначала в реале и информацию он нужную получил. А что он получил? Сам текст и было еще… в его комнате… новая фотография, видимо, тоже как-то связанная с птицей. Такого места в поселке точно не было, а значит, надо ехать в город и искать там. В деревне он думал провести дня два, отдохнуть от дороги, встретиться с друзьями. Затем домой и потом в город.
