Тихомир улыбнулся, а Третьяк рассмеялся:
– Не будет больше у баб горшков да крынок.
* * *
Третьяк указал рукой:
– Род хозяина древний. Видишь: от первых дубов да берез только корни и остались… Раньше как было?! Выбирал человек место для житья там, где умереть хотелось, чтобы красиво было, спокойно, душевно. Так и птицы гнезда свои строят. Поэтому усадьбы строились как под птиц: сначала колея-аллея, чтобы птице было видно, куда лететь, за ней пруд для посадки на воду, и сама форма терема как птица – спереди голова из мезонина, по бокам – флигели как крылья, а сзади уже длинное тело да хвост. Вот и получается, что усадьба есть родовое «гнездо»!
Тихомир уже внимательно слушал, видя в Третьяке интересного рассказчика.
* * *
Неспешно выехали из ворот усадьбы.
С пригорка хорошо было видать местные окрестности, которые освещались зеленым лучом заходящего солнца.
В селении было тихо.
– Почему ни одной живой души? – спросил Тихомир.
Третьяк снова улыбнулся:
– Так завтра ж Ивана Купала. Все уже на заре выйдут на работы – отсыпаются.
Тихомир не понял:
– Так я знаю, что Ивана Купалу ночью празднуют.
– Так это в ночь праздновать… – махнул рукой Третьяк. – Это в стародавние времена был большой праздник – Купало. Потом стал церковный – Ивана Купала. А сейчас вообще все сводится к сжиганию трав на поташ для коммерции.
Тихомир спросил:
– А ты веруешь в Бога?
Третьяк сделал вид, что не расслышал, и показал на реку:
– Красота! Мы зовем Его «Тихий Дон наш, батюшка», потому что он величавый и спокойный, кормилец наш.
* * *
Выехали к Дону. Лучи заката скользили по широкой водной глади, образовывая дорожку.
После довольно продолжительного молчания Третьяк спросил у Тихомира и тем самым поставил того в тупик:
– А ты знаешь, почему правый берег Дона крутой и отвесный, а левый – пологий и низменный?
Тихомир никогда не думал об этом. «А ведь правда! Почему простой деревенский мужик знает то, чего мне никогда и в голову не приходило. Все как бы само собой разумеется. А столько загадок вокруг!» – подумал Тихомир, а вслух попросил:
– Расскажи!
Третьяк, довольный собой, ответил:
– Все просто. Потому что наша планета не как плоский блин, а круглая, как шар, да еще и крутится вокруг оси, как колесо. С запада на восток. Вот вода реки и подмывает правый берег. Раз земля крутится вокруг оси, то одна сторона отворачивается от солнца, поэтому бывает день и ночь. А после сегодняшней ночи дни уже будут все короче и короче. Солнце будет светить меньше, поэтому в старину это был праздник прощания с летним солнцем. А еще Земля крутится вокруг самого Солнца, поэтому есть зима, весна, лето и осень.
– Действительно все просто.
Конечно же, Тихомир знал про Солнечную систему, но такое объяснение разных берегов никогда бы не пришло ему в голову.
– Просто да непросто, – рассмеялся Третьяк. – На другой стороне земли все наоборот. Левый берег реки крутой, а правый – пологий!
– Да, Южное полушарие, – тут уже Тихомир блеснул. – Лето в Южном полушарии длится с декабря по февраль, а зима – с июня по август.
Третьяк рассмеялся:
– Я ж говорю – все наоборот. В полдень там солнце на севере, а у нас – на юге. Поэтому мы на путь солнца смотрим с севера – слева направо, а они – с юга справа налево.
* * *
Третьяк, глядя в небо, стал разворачивать коня:
– Поедем назад: луна уже поднялась, серебряная. Небо чистое – хороший завтра день будет. Заболтались с тобой, а завтра тяжелый день.
– А возьми меня завтра с собой, – попросил Тихомир.
– Ну, если на заре поднимешься, милости прошу… – рассмеялся Третьяк.
* * *
Проехав немного, Тихомир, призадумавшись, спросил:
– Третьяк, а откуда ты знаешь все, что мне рассказывал?
Тот обыденно ответил:
– Так я же «Третьяк» – третий сын в семье. Старших братьев война забрала, а третьего на бойню не берут – не положено. Родичи мои вскоре померли. Вот и остался я сиротой. Кругом все небогато живут, вот и приютила меня Знахарка. Она не была крепостной. Знахарка образованная и научила меня еще в детстве читать, писать и считать. А после – многому другому. Вот я благодаря грамоте и стал управляющим.
– А что за Знахарка? Когда меня в имение везли, я видел в лесу избушку, – спросил Тихомир, вспомнив непонятную реакцию Игната.
– Так там она и живет с внучкой своей – Забавой. Хотя никто и никогда не видел ее родителей.
Эпизод 3
Ин ша Аллах
8 октября 1843 год, Туркменистан
По широкой пустынной степи, покрытой редкими кустарниками саксаула, прогуливался седовласый мужчина преклонного возраста, одетый в распашной халат с вышитым на спине летящим журавлем и тюбетейку из красного шелка, расшитую мелким геометрическим узором. Он держал за руку маленькую девочку с непокрытой головой в узких штанишках и темно-красном халатике, густо вышитым яркими цветами. Пожилой человек что-то рассказывал девочке, а она увлеченно слушала и… улыбалась. Легкий ветерок нежно трепал длинные, пепельного цвета волосы девчушки – осень 1843 года была на редкость мягкой для Туркменистана.
* * *
Из-за невысоких кустарников за происходящим возле юрты в небольшую подзорную трубу внимательно наблюдал Гор. Он уже больше двух лет рыскал по всей России в поиске следов отдельных гусар Ингерманландского полка в надежде, что они приведут его к Первым.
Теперь Гор ликовал!
* * *
Пожилой человек уже давно увидел блики от линзы подзорной трубы, но не подал вида и спокойно продолжал прогулку с девочкой.
* * *
Из небольшой одинокой юрты вышла красивая молодая женщина в темно-зеленом чекмене, украшенном тонкой тесьмой по бортам, подолу и боковым разрезам. Платок еле сдерживал ее густые волосы такого же необычного цвета, как и у девочки, и она то и дело поправляла их.
* * *
Как только женщина посмотрела в сторону девочки, та, словно прочитав ее мысли, повернулась и, смеясь, побежала к маме.
За ней, заметно прихрамывая, в сторону юрты направился и мужчина.
– Забавушка! – женщина приобняла девочку, – что тебе рассказывал учитель?
Девочка прильнула к маме:
– Сказочку, матушка.
Женщина, обращаясь к мужчине, с почтением пригласила:
– Пойдемте вечерять. Загулялись сегодня – скоро спать пора.
* * *
Войдя в юрту, старик чуть слышно прошептал на ухо женщины:
– Надо уходить. Нас нашли.
Женщина совершенно спокойно и серьезно ответила:
– Я ждала этого и давно приняла решение… Встретимся в следующей жизни…
* * *
Этой же ночью разъяренная толпа людей в оборванных халатах, кто в тюбетейках, кто в тельпеках, вооруженная палками и факелами, окружила юрту.
Степь наполнилась криками:
– Смерть ведьме! Смерть ведьме!
* * *
Внезапно крики начали стихать, а затем и вовсе затихли: сквозь толпу к входу юрты шел Гор. Люди расступались, давая ему проход. Они с почтением смотрели на него снизу вверх, самые рослые едва достигали ему до плеча.
* * *
Гор, с видом победителя, зашел в юрту и замер от неожиданности.
В юрте была только одна женщина. Она сидела спиной к нему в позе «лотоса» в одной длинной белой шелковой рубахе.
Гор обошел ее вокруг.
Глаза женщины были закрыты, руки уложены на колени ладонями вверх, а большие и указательные пальцы соединены.
В почти уже погасшем очаге благоухали степные травы…
Гор понял, что его обманули. Он опоздал и уже не сможет вытащить Первую из астрала.
В ярости он было выхватил саблю с серебряной рукоятью, но, глубоко вдохнув с закрытыми глазами и плавно выдохнув, успокоился.
* * *
Выйдя их юрты, он прокричал:
– Ин ша Аллах!
Толпа радостно загалдела, и на юрту полетели факелы.
* * *
Гор отошел подальше и начал внимательно всматриваться в кромешную темноту.
* * *
Под покровом ночи старик и девочка почти ползком, но как можно быстрее углублялись в степь.
Остановившись на короткий передых, старик приоткрыл старую потертую походную торбу. Девочка увидела, что из нее исходит какое-то необыкновенное красное свечение…
5 серия
Эпизод 1
Накануне
23 июня 1861 года, Костянки
Ранним утром дня накануне Ивана Купалы Тихомир с Третьяком ехали по цветущему лугу в телеге, в которой лежал кофр с фотоаппаратом и тубус.
Тихомир смотрел на мужиков, которые по росе, выстроившись в ряд, складно косили полевые цветущие травы.
* * *
Третьяк соскочил с телеги, сорвал пучок какой-то травы, растер в руках и поднес к лицу Тихомира.
Тихомир понюхал и затряс головой от резкого неприятного для него запаха.
Третьяк рассмеялся:
– На этом лугу все больше полыни, чем других трав. А всего собирается больше шести десятков разных трав.
Он показал Тихомиру на женщин, которые шли перед мужиками:
– Каждая женщина собирает определенную травку. Но, прежде чем сорвать, проситу нее прощения: они живые!
Тихомир удивленно посмотрел на Третьяка.
Тот, не обращая внимания, показал на берег реки:
– Скошенные травы будут свозиться на большую поляну у реки для сжигания до золы, а собранные травы будут сушиться или из них будет делаться отвар.
Он понукал кобылку:
– Скоро придется отдать телегу в работу.
* * *
Видя, что мужики сделали перекур, Тихомир слез с телеги, подготовил фотоаппарат и сфотографировал их прямо с самокрутками во ртах и косами в руках.
Теперь пришла очередь Третьяка удивляться.
Тихомир с гордостью объяснил ему принцип фотосъемки и, подмигнув, сказал:
– Становись. Только замри и не двигайся. Потом пришлю твой портрет!
Третьяк выставил вперед грудь, подтянул живот и уставился в объектив…
* * *
Подъехав ближе к лесной дороге, Тихомир с Третьяком встретили идущую навстречу девушку в простой крестьянской белой с вышивками одежде. Девушка несла на коромысле деревянные ведра с водой.
* * *
Девушка-красавица была славянской внешности с большими небесными глазами. Она приятным певучим голосом приветливо поздоровалась с небольшим поклоном головой:
– Доброго дня. Испейте водицы – ключевая.
Третьяк лихо спрыгнул с телеги и также с легким поклоном, улыбаясь, ответил:
– И тебе доброго дня, Забава.
* * *
Тихомир как завороженный сидел в телеге и не мог вымолвить ни слова.
Он неповоротливо, с окаменевшими ногами, слез только тогда, когда Третьяк сначала раз, а потом и второй приглашающе махнул ему рукой.
* * *
Мужчины поочередно стали пригоршнями пить воду прямо из ведра.
В то время, когда Тихомир пил воду, его глаза и глаза девушки встретились, и обоим показалось, что между ними пробежала искра…
Он, заикаясь, представился:
– Тих-ой-мир.
Она рассмеялась и пролепетала в ответ:
– Забава.
Видя неловкое замешательство, Третьяк коротко сказал:
– Пора.
Но Тихомир взмахом руки остановил его.
* * *
Он очень суетливо стал собирать фотоаппарат.
Забава с интересом наблюдала, а после послушно позировала: вставала то на одно указанное Тихомиром место, то на другое – в лесу были тени от деревьев.
Наконец, Тихомир сфотографировал Забаву и с облегчением выдохнул.
– Увидимся на Купала, – сказала Забава, развернулась и пошла по руслу старого ручья к виднеющейся избушке.
* * *
Мужчины, не отрывая глаз, смотрели ей вслед. Забава шла словно по струночке. Только толстая коса почти до пят из пепельных густых волос размеренно покачивалась из стороны в сторону в такт ее мелким шажкам.
* * *
У кромки невысокого редкого молодого лесочка Тихомир и Третьяк встретили женщин, одетых с ног до головы, в рукавицах и с лицами, завязанными платками вокруг головы до самых глаз. С женщинами, жестикулируя, разговаривала какая-то тощая старуха невысокого роста, одетая так же, как и остальные.
Женщины с любопытством смотрели на подъехавших и стали перешептываться.
Старуха прикрикнула на них, стоя спиной и никак не реагируя на мужчин.
* * *
Третьяк слез с телеги, подошел к ней с поклоном и начал уважительную беседу.
* * *
Тихомир в это время приготовил фотоаппарат и, когда старуха повернулась, без всякого предупреждения сделал снимок. Поднялся крик: женщины, испугавшись магниевой вспышки, стали убегать в сторону лесочка.
У одной из женщин во время бега слетел головной платок и показались огненно-рыжие волосы.
* * *
Старуха неспешно подошла к Тихомиру. На него она, кажется, не обращала никакого внимания, зато внимательно рассматривала объектив фотоаппарата. После короткой паузы она также неспешно молча развернулась и пошла в сторону лесочка.
* * *
Третьяк, стоящий рядом, развел руками:
– Вот такая она – наша Знахарка!
Разочарованный таким знакомством Тихомир обратил внимание, что на том месте, где стояли женщины, валяется много яичной скорлупы.
Третьяк перехватил его вопросительный взгляд:
– Знахарка ведет женщин собирать особенные травы и цветы, которые очень ядовитые, поэтому женщины закрывают все части тела, оставляя только глаза. Пред этим они обмазывают руки и лица яичным белком, а желтки выпивают. Этому учит Знахарка, чтобы женщины не отравились. Сбор таких трав очень опасен, поэтому для него привлекают только уже рожавших женщин, почти все из них являются одинокими или вдовами-«солдатками»…
* * *
На обратном пути к усадьбе, подъезжая к Дону, Тихомир увидел, как на крутом берегу несколько мужиков на скорую руку сбивают длинный дощатый стол, а на пологом берегу выкашивают траву. Он вопросительно посмотрел на Третьяка.
* * *
Третьяк, уже, видно, спешивший, быстро объяснил:
– На правом берегу, там, где усадьба, будет празднество. Но стол будет накрываться намного раньше, потому что существует традиция: постоянно есть во время работы. А на левом берегу, у луга, будут сжигать травы. Это место выбрано специально – вдалеке ото всех. Травы будут сжигать самые возрастные мужики или те, кто в чем-то провинился, потому что это очень опасная работа и некоторые люди потом сильно болеют и даже могут умереть.
* * *
К мужчинам спешил босоногий мальчонка, который, запыхавшись, проговорил:
– Начали грузить траву. Надобно еще телег.
Третьяк кивнул:
– Тихомир, прогуляйся сам, а я на работу.
– Довези меня до усадьбы. Оставлю фотоаппарат, – понимающе ответил тот.
* * *
Подъезжая к терему, Тихомир увидел сцену порки какого-то бородатого мужика. Мужик орал во все горло и попытался вырваться из привязей к лавке, но только получил плетью по лицу.
На крыльце стоял хозяин в стеганном атласном домашнем халате и наблюдал за экзекуцией.
Тихомир вопросительно посмотрел на Третьяка, но тот только пожал плечами и тихонько кивнул в сторону хозяина.
* * *
Поднявшись на крыльцо, Тихомир поравнялся с хозяином.
– Тихомир Богданович, мне бы фотопластины в погреб положить, – попросил он.
Хозяин был явно не в духе, он молча достал из кармана ключ от кабинета и отдал его Тихомиру.
* * *
Спускаясь в погреб, Тихомир увидел засов с внутренней стороны люка, на который он в первый раз не обратил внимания.
* * *
Он старательно пронумеровал и подписал фото пл астины. Когда он укладывал их в коробку, то улыбнулся, глядя на фотопластину с номером «4» и надписью «Забава».
* * *
В горнице Тихомира поджидала Лукерья Митрофановна:
– Тихомир Андреевич! Вы все утро пропадали. Мы беспокоились. Да и голодный, поди?
Тихомир виновато улыбнулся, а хозяйка пригласила:
– Перехватите завтрака! Полдник да обед еще далеко, а ужин и паужин все равно с Третьяком проходите!
На столе стоял самовар с чайником наверху и посуда с горячим картофелем, вареными яйцами, ржаным хлебом, вареньем, сливками, печеньем и кренделями.
Хозяйка махнула рукой, и в гостиную занесли блюдо с пышущей аппетитной кулебякой.
Тихомир уселся за стол. Он на самом деле испытывал жуткий голод.
Хозяйка подошла к нему и предложила:
– Вам чай байховый или цветочный?
Тихомир благодарно закивал головой с набитым кулебякой ртом.
Эпизод 2
Послание
13 ноября 1843 года, Ростов-на-Дону
Почти всю осень 1843 года Гор потратил на безуспешные поиски сбежавших по всей Средней Азии.
* * *
Он сидел в трактире чернее тучи и размышлял над неудачей, накручивая себя.
Взяв себя в руки, он вспомнил, чему его учили: нет мысли – отвлекись на другое, нейтральное.
Он подозвал полового и заказал еще препоганого местного пива.
– Еще три копейки, милостивый сударь, – сказал тот, поднося кружку с пивной пеной, оседавшей прямо на глазах.
Гор отмахнулся от него и стал рассуждать: «Я нахожусь в Ростове-на-Дону. По европейским меркам это город не большой, но и не малый. Как мне сказали, в нем постоянно живет больше, чем двадцать тысяч человек, да на заработки приходит тысяч пятнадцать, но с полумиллионной Москвой, конечно же, не сравнить».
Добрый глоток пива поднял ему настроение.
