– Нет, – отворачиваюсь, чтобы подарок оказался как можно дальше от него. – Мне все нравится, это какой-то конкретный монстр?
– За год ты где-то растеряла сообразительность. Разве не понятно? Это Несси, я собрал его для тебя в память о нашем первом приключении вместе. Ты можешь называть его Нилли, тогда у тебя будет собственное чудовище.
Не находя нужных слов, кручу Нилли в руках, рассматривая. Теперь я вижу сходство с картинками Несси в книжках. Вытянутая морда, большие лапы-ласты. Мне становится стыдно, что не смогла сразу оценить его усилий.
– Спасибо, – говорю искренне. – Прости, что не поняла. Мне очень нравится, я всегда буду его беречь!
– Я рад, что тебе понравилось, – он откидывается на кровати и упирается в стену. – Ну что? Уже пришло время отдать и мой сюрприз? – следует вопрос, на который я непреклонно качаю головой. Кладу Нилли в коробку, чтобы с ней ничего не случилось.
– Для твоего сюрприза нужна правильная атмосфера, – загадочно развожу руками.
– Атмосфера? – Денис подается вперед. – Как атмосфера земли? Тогда она у нас уже есть.
– Да нет же, другая атмосфера, мистическая, – повторяю свое движение руками. – Должно быть темно, так что придется подождать. – сажусь рядом с Денисом на кровать.
– Жаль, я уже приготовился радоваться подарку.
– Разве ожидание не сделает его лучше?
– Ожидание только делает все дольше.
– Зато у нас есть отличный способ провести это время с пользой, – машу головой в сторону компьютера, тонко намекая.
Дениса не приходится уговаривать. Нет еще такого ребенка, которого пришлось бы уговаривать поиграть в компьютер. Он прыгает к стулу, чтобы все включить. Я же остаюсь на кровати, с нее все видно и сидеть намного мягче. Споров по поводу того, кто будет играть, у нас не возникает. Смотреть мне всегда нравилось больше. Так ты вроде и играешь сам, но никакой ответственности на тебе нет. Не надо запоминать кнопки, следить за ситуацией и быстро реагировать. Сидишь и наслаждаешься, иногда комментируя и говоря, что игроку надо делать. Работа как раз для меня.
Оказывается, кроме компьютера Денису привезли еще и его полную коллекция игр. Минут десять мы выбираем то, что будет интересно обоим и останавливаемся на игре с животными, сбежавшими из зоопарка. Мне понравился мультик, а игру такую мне не покупали. Денис сам ее еще не открывал. Приходится ждать пока она установится и только потом мы запускаем новую игру.
Роль наблюдателя я выбрала не зря. В игре много сложных моментов, даже в самом начале. Выкрикивать подсказки у меня получается отлично, а комментирую происходящее я еще лучше. Не уверена, что Денис разделяет мое мнение. Особенно учитывая, как часто он не слушает меня и говорит не мешать на сложных задания. Ему же хуже, с моей помощью он прошел бы все быстрее.
В идеальный момент, когда мы заканчиваем с тяжелым уровнем, приходит бабушка Инна с большой тарелкой печенья. Оно такое же красивое и вкусное как и когда я увидела его в первый раз на озере. Идеально круглое, шоколадное с кусочками шоколада. С недавних пор этот вкус стал моим любимым. Ради него я отказалась от своей любви к клубничному мороженому и теперь всегда заказываю шоколадное. Для меня это стало тяжелым решением. Вишню с первого места сдвинуть еще никому не удалось.
Мы берем по печенью и съедаем его за несколько укусов, чтобы не отвлекаться от игры. Горячее печенье прямо из печки в миллион раз вкуснее, с ним настроение поднимается и пропадает злость от проигранных уровней.
Играть мы продолжаем до самой темноты, однако не проходим и половины. В мультике все намного проще. Денис тоже успевает устать, и мы сходимся на том, что срочно требуется перерыв.
– Мы уже так долго играем, что пришлось включить свет, – смотрю на пустую тарелку на столе. – Даже печенье закончилась.
– И игровой машине по имени Денис нужна заправка. Ты нигде ни одного не спрятала?
– У меня пусто. Денис сможет работать если кинуть в него немного бумаги? Или дров? Раньше машины заправляли так.
– У нас новая модель, работает исключительно на печенье, – смеется он. – Уже пришло время для твоего сюрприза?
– Надо уточнить, – перекатываюсь на бок и смотрю в окно за монитором. На заднем дворе фонарей нет, поэтому видно сплошное темное небо. – Мы готовы.
– Тогда пойдем. Даже со сломанной ногой я больше не могу сидеть, – Денис поднимается настолько быстро, насколько позволяет его травма и почти бежит к выходу из комнаты.
– Подожди, нам нужно кое-что взять с собой. У тебя есть покрывало и фонарик?
– Возьми то одеяло, на котором сидишь, а фонарик лежит снаружи в ящике, я тебе покажу где. Если нам нужно покрывало, мы будем лежать? – спрашивает он и косится на свою ногу.
– Я помогу тебе и лечь, и встать. Возьмем подушку для твоей ноги? – беру одну, которая лежит рядом со мной и предлагаю ему.
– Во-первых, я сплю на ней головой, так что нет, – пожимаю плечами и откладываю подушку. – Справлюсь и так, пойдем.
Киваю и забираю со стола подарок, без него уходить нельзя. Перед входной дверью до этого уверенно прыгающи Денис останавливается. Открывает стоящий сбоку шкаф, несколько ящиков и достает фонарик.
– Ты его неси. Мне будет неудобно прыгать.
Осматриваю свои полные руки и перевожу вопросительный взгляд на Дениса.
– Думаю ты справишься, я и так много несу.
– И как я должен светить по-твоему?
В итоге работа осветителем достается мне, потому что я единственная иду на двух ногах, у него фонарик бы постоянно прыгал. Доходим до места рядом с яблоней, где загорал Денис, и я передаю ему всю свою ношу кроме покрывала.
– Посмотри-ка, ты настоящий фонарный столб, – не удерживаюсь от смешка, когда вижу, как Денис держит фонарик над головой, стоя на одной ноге.
– Этот фонарный столб устанет и упадет, если ты долго будешь возиться.
– Есть, командир.
Отодвигаю в сторону кресло и стул и раскрываю одеяло. Денис передает мне подарок, который я кладу на покрывало, и фонарик.
– Давай руку, я помогу тебе сесть.
– Держи меня крепко, – говорит он, сжимая мои руки в тисках.
Стараюсь опустить его как можно осторожнее. Не знаю, дело в тяжелом гипсе или в избытке печенья в Денисе, но он оказывается удивительно тяжелым. Чудом не роняю его. Когда он садится удобно на покрывале и аккуратно устраивает ногу, опускаюсь рядом.
– Ну так что? Что это за невероятно сложный сюрприз ради которого надо ждать ночь и выйти на улицу?
– На самом деле, ничего особенного, – говорю тихо, пока мну в руках завернутый подарок. – Ничего такого впечатляющего как Нилли, но я надеюсь что тебе понравится. – поднимаю голову и смотрю прямо на него, его лицо слабо освещено лежащим рядом фонариком и далекими окнами дома. – Посмотри наверх.
Он нехотя поднимает голову.
– Что я должен увидеть? Здесь только звезды, – его голова опускается обратно.
– Я прочитала, что все в мире и во вселенной было создано очень-очень давно и что все это когда-то было вместе в одной точке. Еще оказывается звезды никогда никуда не падают, ты знал? Это пролетают кометы и другие космические тела. И звезды бывают разных цветов, и они тоже живут и умирают, – проговариваю все на одном дыхании. – И когда я это прочитала, то подумала, что тебе тоже будет интересно, потому что ты любишь книжки и загадки, так что вот.
Протягиваю ему старательно завернутый подарок. Денис забирает его у меня из рук и принимается открывать. Становится немного грустно, когда красивая бумага превращается в лоскутки, но содержимое намного интереснее.
– Она про космос. У меня есть такая же.
Поднимаю фонарик, чтобы Денис мог пролистать свое приобретение.
– Звезды правда не падают? Какой обман, – страницы сменяют друг друга. Он не пытается читать, лишь рассматривает картинки. – Ты уже все это прочитала? – говорит он оценивая толщину книжки.
– Да, – энергично киваю, – я закончила совсем недавно и решила, что тебе нужна такая же.
– Теперь мне точно есть чем заняться, надо будет тебя нагнать. Столько дел, столько дел. Даже больше, чем с целой ногой, – он поднимает на меня глаза. – Спасибо, это отличный подарок, и насчет атмосферы ты была права.
– Я отметила одно место, открой там, – показываю на торчащую закладку. Денис послушно открывает нужную страницу, пока я свечу фонариком.
– Большой взрыв? – читает он заголовок. – Это ты хотела мне показать?
– Ну, показать тебе я его не могу, – смеюсь над ним. – Представляешь, все что есть во вселенной началось с одного взрыва? – откладываю фонарика, чтобы показать руками. – В начале все было такое маленькое, – делаю из ладоней шар, – потом все сжалось, – повторяю слова руками, – а потом бум, – развожу руки в сторону, – взорвалось и появилась вселенная.
– Обычно взрывы разрушают. В фильмах, когда показывают взрывы, всегда случается что-то плохое.
– Значит, это был хороший взрыв, – пожимаю плечами. Книжку до конца я, конечно, прочитала, но так полностью и не поняла, как на самом деле все случилось. – Люди же бывают плохие и хорошие. Значит взрыв тоже могут быть разными.
– Получается, – он задирает голову вверх, – что-то взорвалось и получилось все это? – Денис обводит рукой ночное небо.
– Говорят, что да, – тоже поднимаю голову и смотрю на россыпь ярких звезд. – Разве это не невероятно? Знать как появилась вселенная?
– Не уверен. Если это и правда так, то получается, самая большая тайна жизни раскрыта? Если ученые уже нашли ответ на самый главный вопрос в истории, то что дальше? – на некоторое время мы оба замолкаем. Он – потому что рассматривает небо, а я – потому что никогда о таком не думала. – Я хочу верить, что жизнь все еще одна большая загадка, – Денис опускает голову и встречается со мной взглядом. – Понимаешь?
02.07.2010
Лучи солнца создают радугу, попадая на воду, которой я поливаю огород. За этим занятием я провела уже несколько часов и успела не только согреться на солнце, но и устать от него. Однако я пообещала бабушке помогать ей целый день, поэтому продолжаю поливать бесконечный огород. Когда гуляешь по нему, он не кажется таким большим. Стоит же начать что-то на нем делать и внезапно он занимает целое футбольное поле. Или два. Не знаю, насколько большое футбольное поле. Папа постоянно ими что-то измеряет, значит они должны быть довольно большими. Сначала мне даже нравилось поливать траву перед входом и делать радугу над полянкой. Веселье пропало где-то рядом с помидорами. Спряталось под листьями, и я так и не смогла его найти.
Стою, зарывшись голыми ступнями в мокрую землю, и вожу шлангом над малиной. Моя последняя задача в плане полива. Намного хуже будет, когда скоро меня заставят собирать малину, а там столько колючек и насекомых, что жутко становится от одной мысли. Направляю шланг вертикально вверх, чтобы обрызгать себя на этой жаре. За такую тяжелую работу я заслуживаю мороженое. Нет, целое ведро. Шоколадное с шоколадной крошкой. Осталось полить последний уголок малины у забора, и я свободна. Правда, сомневаюсь, что меня ждет мороженое. Таким мечтам не сбыться.
Решаю, что малина напилась и бросаю шланг в ее заросли, срывая несколько ягод и кладя их в рот. Не мороженое, но выбирать не приходиться. По дороге к дому быстро останавливаюсь и закручиваю кран, чтобы выключить воду иначе за такую растрату меня отчитает бабушка. Подхожу к крыльцу, где бабушка перебирает сливу и строю недовольное лицо. У нас много сливовых деревьев, видимо бабушка их обожает. Чего не могу сказать о себе.
– Бабушка, я закончила, – говорю, присаживаясь на ступеньки. Кто знает, может у меня появится шанс позагорать.
– Уже? – откликается она, отрываясь от своего занятия всего на секунду. – Ты точно все хорошо полила? – ее внимание возвращается к сливе.
– Точно, я занималась этим весь день.
– Можешь переходить к следующему, – бабушка отворачивается и достает из-за спины еще одно ведро. Магия. Такие магические трюки мне нисколько не нравится. Лучше бы бабушка вытащило другое ведро. С мороженым. – Иди пособирай вишню. И начни сверху.
– Сверху? Мне надо лезть на самый верх? – говорю и недоверчиво смотрю на верхушки вишневого дерева справа от меня. Слишком высоко. – Ты же помнишь, что случилось с Денисом? Что если я тоже сломаю что-то?
– Твой друг сломал ногу, потому что упал, а не потому, что залез на дерево. Так что бери и не падай, делов то. Иди уже собирай вишню. Кто-то обещал без претензий мне помогать.
– Ладно, – печально соглашаюсь и беру с собой ведро.
Вишня у нас особенно большая с длинными широкими ветвями и толстым стволом. Конечно, выглядит она внушительнее и надежнее какого-нибудь маленького дерева, но для человека со страхом высоты она выглядит пугающе. Такой человек, например, я.
– Ты уже столько по ней лазила, – успокаиваю саму себя. – Это будет весело.
Используя всю силу своего воображения, представляю, что каждая вишня – золотая монетка. Если я соберу себе гору монеток, то стану невероятно богатой. Смогу плавать в золоте, как в мультике. Желание поплавать в золоте слегка притупляет страх, и я встаю вплотную к дереву.
– Только не сбрасывай меня, – тихо прошу вишню. Вешаю ведро на руку и забираюсь на маленькую лестницу.
Лестница ведет не до самого верха, а до того места, где ствол расходится в стороны и позволяет встать, поэтому у нее мало ступенек. По ней не страшно подниматься, и я быстро достигаю нужного места. Ставлю обе ноги на ствол и смотрю вниз. И зря это делаю. Земля уже далеко, и ствол кажется не самым безопасным местом. Делаю глубокий вдох. Или два. Надо перестать делать вдохи и начать переставлять ноги, но переходить на следующий этап совершенно не хочется. В определенный момент не раздумывая ставлю ногу на ближайшую ветку и не даю себе повернуть назад. Надо собрать монетки. Цепляюсь руками за сильные ветви и поднимаюсь еще немного, прежде чем найти удобное место для сбора.
Смотреть вниз прямо сейчас определенно не лучшая идея. Поэтому отвожу глаза в противоположную сторону и задираю голову. Надо мной виднеются зелено-красные ветки вишни и яркий шар солнца. Недавно я узнала, что солнце как раз огромный горящий шар, и мне стало печально. Мне нравилась легенда о колеснице с солнцем. Нравилось думать, что ночью оно куда-то уходит и отдыхает, совсем как я перед новым днем. Мы были друзьями, которые встречали вместе утро и заканчивали день. Теперь же это горящий шар в космосе. Возможно, знать правду о предмете не всегда так приятно, как придумывать собственные истории о нем.
Чтобы не расстраиваться, возвращаюсь к тому, что еще могу придумать. К моей охоте за монетами. Дерево усыпано ими. Протягиваю руку, срываю одну и кидаю в ведро, подвешенное на соседнюю ветку. Одна монета на счету. Начало пути к богатству положено. Одну за другой бросаю монеты в ведро, осторожно перебирая ветки и стараясь лишний раз не смотреть вниз. Выходит довольно неплохо и намного быстрее, чем поливать огород.
Ближайшие ко мне ягоды заканчиваются, разворачиваюсь и принимаюсь за другую часть дерева. Ведро заполнено на половину, а я успела обобрать лишь небольшую часть веток. Придется спускаться за новым ведром, что меня не очень радует. В своем будущем четко вижу подъем на дерево во второй раз. Зато я уже миллионерша, столько золота мало кто может собрать. Правда, не все монетки попадают в ведро, некоторые особенно красивые оказываются сразу у меня во рту. Конечно, это съедобное золото, зачем выращивать и собирать какое-то другое.
Когда я уже мысленно собираюсь спускаться вниз, раздается чужой крик, разносящийся по всей даче.
– Ева, – повторяет голос снова и снова. На бабушку не похоже, скорее кричит мальчик.
– Я здесь, – стараюсь крикнуть так же громко, чтобы Денис смог меня найти.
– Где здесь?
– На вишне! – так он точно должен понять куда идти. Видимо, бабушка пошла в дом, и он не мог спросить у нее, где я.
Вишня растет практически у самого входа, и все же путь до нее занимает у Дениса ужасно много времени. Успеваю несколько раз переложить ведро из одной руки в другую, пока он идет до меня на своей единственной здоровой ноге. Точнее прыгает. Он сказал, что ему скоро должны снять гипс. Мы оба уже никак не дождемся, когда сможем нормально проводить лето. В основном нам приходилось постоянно сидеть на одном месте, либо у него дома, либо у меня, далеко уходить мы не могли.
Наконец подо мной показываются светлые волосы, а потом Денис задирает голову и смотрит на меня.
– Моя история тебя ничему не научила? – спрашивает он шутливо.
– Научила, но бабушка решила, что это глупый урок, и он мне не пригодится, – беру ведро с вишневыми монетками в руку и аккуратно сажусь на ветке. – На, забирай.
– И как я должен это сделать с одной ногой? Людей с травмами нельзя заставлять работать.
– Ты пришел сюда от своего дома, значит чувствуешь себя нормально, – свешиваюсь ниже, цепляясь за ветку изо всех сил и стараясь не думать о том, как упаду. Сердце колотится не только в груди, оно в горле, ногах, рука и в голове. Чувствую, как меня поглощает страх, но продолжаю протягивать ведро. – Бери быстрее или я упаду, и этот перелом тоже окажется на твоей совести.
Денис недовольно вздыхает, берет стоящую неподалеку табуретку, аккуратно на нее залезает и тянется вверх. Мне становится спокойнее, когда дно ведра касается его рук, и я его отпускаю. Денис неуклюже ловит его и ставит на землю.
– Сколько же ты набрала, зачем такое тяжелое, – ворчит он, пока я сажусь на ветке, готовясь спускаться вниз. Начать никак не получается, руки все еще трясутся от тяжести ведра и от страха. Приходится закрыть глаза и сделать несколько глубоких вдохов. – Ты там заснула? Спускайся, у меня важное дело.
– Если не хочешь, чтобы я спустилась твоим способом, лучше не торопи меня, – недовольно бросаю в ответ и отталкиваюсь от ветки.
Денис послушно молчит все время, что я спускаюсь по дереву. Решил не отвлекать, и подает голос, когда я касаюсь ногами земли.
– Пойдем, – хватает он меня за руку и уводит от вишни. – Одна нога у меня, а медленная почему-то ты.
– Что ты хочешь? Куда нам так надо спешить?
Он ничего не отвечает и останавливается у входа в дом.
– У вас есть молоко? – спрашивает Денис совершенно неожиданно.
– Зачем? Хочешь, чтобы кости были крепкие? Уже немного поздно.
– Это не для меня, – никак не реагирует на шутку. – Попроси молока у бабушки, а я подожду здесь.
Его просьба запутывает меня еще больше, но где есть тайны там и приключения, от которых летом никак нельзя отказываться. Оставляю Дениса сидеть на крыльце и захожу в дом, попадая сразу на кухню.
– Бабушка? Можешь дать мне стакан молока? – нахожу ее перед плитой, на которой стоит огромная кастрюля. Будет компот из слив. Или варенье. И все однозначно не для меня.
– Уже и с вишней закончила? – спрашивает она, что-то помешивая.
– Не совсем, но пришел Денис. Можно поиграть с ним? – вопрос заставляет бабушку обратить на меня внимание. На меня смотрит пара сведенных бровей и возмущенных глаз.
– Вот тебе и помощница на целый день. Два дела сделала да не полностью и уже хочет убежать поиграть.
– Это ненадолго, честное слово. Денис говорит, что что-то срочное и важное.
– И для вашего срочного и важного нужно молоко?
– Наверное, – пожимаю плечами, —мне тоже не объяснили.
– Что ж с вами непоседами делать, ну доставай чашку, сейчас налью. Но завтра хоть стадо Денисов придет, никуда не пойдешь, – киваю без особой радости. Если приключение у Дениса невеселое, заставлю его мне помогать в наказание.
Бабушка отходит от кастрюли и открывает наш маленький холодильник. До полок с посудой мне не достать, поэтому выбираю самую чистую кружку из тех, что стоят на столе. Подставляю чашку под бутылку с молоком, стараясь держать ровно и не пролить.
– Все, хватит вам, – говорит бабушка и закрывает молоко. – Иди, только быстро, вишня тебя будет ждать.
– Хорошо…
Надеюсь, вишня успеет забыть про меня. Мы уже прекрасно провели время вместе.
Крепко сжимая чашку, выхожу из дома и подхожу к Денису, который никуда не сдвинулся.
– Вот, – протягиваю кружку ему перед носом. – теперь расскажешь в чем дело? – он поднимается и уже привычно встает на одну ногу. Настоящая цапля. Или фламинго.
– Некогда, лучше я тебе покажу, – говорит Денис и прыгает в сторону калитки. Ну или лягушка. У него как раз зеленая футболка. Следую за ним с молоком. Ему нести его не стоит, все прольется моментально.
Со сломанной ногой Денису не разрешают гулять далеко от дома, он и сам устает, когда приходится долго прыгать. Так что наша цель должна находиться где-то поблизости. За последний месяц прогулки с Денисом стали одновременно более и менее веселыми. Мне нравится шутить над ним и наблюдать, как он прыгает с места на места. С ним все еще весело проводить время, да и друзей других у меня здесь нет, но из-за его ноги все длится в тысячу раз дольше. Если я успеваю сделать десять шагов, он все еще на своем пятом прыжке, поэтому мне приходится замедляться и идти со скоростью черепахи. Точнее со скоростью одноногого мальчика. Откровенно говоря, одноногие мальчики невыносимо медленные. Сейчас я даже не знаю куда мы идем, поэтому в добавок ко всему должна идти позади него, пока Денис показывает дорогу. Двойная пытка.
– Может скажешь мне куда идти? Я сбегаю и подожду тебя на месте? – спрашиваю осторожно с невинной улыбкой. Денис оборачивается и обвинительно смотрит на меня.
– Плохой из тебя товарищ. Твой друг ранен, а ты хочешь бросить его одного на поле боя? Не боишься, что со мной что-то случится? Не ожидал, Ева.
– Да не хотела я тебя бросать, – говорю в свою защиту. – Хотела немного быстрее идти, – добавляю едва слышным шепотом. – Нам еще далеко?
– Ты как в мультике, мы же только вышли, – Денис оборачивается через плечо. – Это по пути ко мне домой, так что не ной и неси молоко.
– Командир нашелся, – говорю себе под нос. Теперь хотя бы я знаю куда нам идти. Наши дома всего в паре улиц друг от друга, что в ситуации с Денисом сейчас равняется десяти улицам, но что поделать.
– Это хотя бы что-то интересное? – не выдерживаю через несколько невероятно долгих шагов.
– Конечно, интересное, а главное – крайне важное, – все никак не желает Денис открывать тайну.
– С каких пор ты так любишь загадки? Тебе если что-то дарят, ты еще миллион вопросов задашь, пока не расскажут.
– Кто знает? Может я научился у тебя? Или это мой коварный план, как заманить тебя в ловушку, – он смеется как злодеи в мультиках. Получается не слишком внушительно из-за отсутствия ноги и потому, что он запыхался и смеяться долго не может. Скорее нужного ощущения не создается по второй причине. Злодеи то и одноногие бывают, особенно пираты, и им ничего не мешает быть страшными.
– Над злобным смехом придется еще поработать, как и над коварными планами. Я же могу от тебя убежать, и ты меня не догонишь, – довольно улыбаюсь, понимая, что сила на моей стороне. – Могу дать пару советов, у меня отлично выходят сложные планы.
– Когда пойду на первое ограбление банка, обязательно возьму тебя с собой.
Денис заворачивает за угол на улицу, где стоит его дом, и ускоряет шаг, или прыжок, направляясь к бетонному столбу. Машет мне рукой, чтобы я быстрее шла за ним. Вздыхаю, на секунду задумавшись, почему мне достался такой друг со странностями. Впрочем, выбирать мне было не из кого. Ночью на берегу озера мало кто сидит.
Подхожу к столбу и перевожу взгляд на то место, куда Денис тычет пальцем. В траве рядом с дорогой лежит грязный комок меха. При нашем появлении он разворачивается и начинает громко пищать.
– Котенок, – говорю и опускаюсь перед ним на колени. – Еще такой маленький.
– Я услышал, как он мяукал, пока шел к тебе. Я же молодец? —заявляет Денис и облокачивается на столб. Сам сесть он никак не сможет.
– Что же ты его не принес? До твоего дома два шага, а ты еще потратил время и ко мне пришел, – отстранено отчитываю его, рассматривая котенка.
Такой крошечный, серая шерсть вся в пыли, в некоторых местах виднеются царапины, зато глаза такие ярко-желтые. Ставлю перед ним кружку с молоком и слегка наклоняю, чтобы ему было проще пить.
– Думаешь, котенок оценил бы поездку у меня на руках? – Денис показывает на свою ногу. Верно, для маленького животного это была бы настоящая американская горка.
Котенок не сразу обращает внимание на молоко и продолжает жалобно мяукать. Пододвигаю кружку ближе и практически тычу его туда носом, чтобы точно не пропустил. Он подозрительно принюхивается, но вскоре пьет молоко так, что капли летят во все стороны, падая на траву и мне на одежду. Малыш почти залезает в кружку, к следам грязи на шерсти добавляется молоко.
– И что нам с ним делать? – спрашиваю саму себя, смотря за крошечным животным.
– Как что? Забрать домой, – говорит Денис без капли сомнения. – Правда я пока не придумал кто именно из нас должен его забрать.
– Бабушка будет ругаться, если я принесу его. Она не любит животных, а сейчас за ним надо много ухаживать.
Осторожно подношу руку к спине котенка, пытаясь его не потревожить. Он все же отвлекается на меня и мяукает, когда я опускаю ладонь на шерсть, но быстро возвращается к более интересной кружке молока. Один за одним вытаскиваю из шерсти листочки, траву и веточки. Такое ощущение, что он лежал не на траве у дороги, а валялся в целом лесу.
– Моей бабушке нравятся животные, но проблема может возникнуть с дедушкой. У него аллергия, так что никаких котов в доме, – заключает Денис и многозначительно смотрит на меня.
– Значит у нас еще меньше вариантов, – печально говорю, пока глажу котенка. – Бабушка может отправить меня жить на улицу вместе с ним.
– Не думаю, что смогу чем-то помочь, учитывая, – он пространно показывает на свою ногу. – Но обещаю, что буду навещать тебя.
– Как трогательно.
Котенок уже допил все молоко и вылизывает стенки стакана изнутри. Бедняжка. Сложно представить, какой он голодный. Интересно, откуда он здесь вообще появился. И как никто не заметил его раньше Дениса. Впрочем, издалека котенок сливается с травой и вряд ли кто-то подошел бы поближе. Вытаскиваю котенка из чашки и передаю ту Денису. Теперь он без всяких проблем может ее нести, проливать больше нечего. Встаю и беру на руки котенка, который возмущенно пищит.
– Не сделаю я тебе ничего плохого. Даже наоборот. Только сиди тихо, и мы тебе поможем, малыш. Пойдем, – обращаюсь к Денису, – время встретиться с главным боссом.
– Твоя бабушка не так страшна в гневе, чтобы сравнивать ее с боссом, – он оценивающе смотрит на меня несколько секунд. – Может не стоит так близко его прижимать к себе? Раздавишь же.
– Я не настолько неаккуратная. Тем более он постоянно ерзает, предлагаешь его на вытянутых руках нести?
– Лучше я ничего не буду предлагать, у меня самого ответственная ноша, – Денис поднимает чашку и трясет.
– Да, если мы еще и без стакана придем домой, можно не возвращаться.
Если бы я шла одна с котенком, то побежала бы и вернулась бы намного быстрее. Но своих бросать нельзя, и Денис не скоро сможет ходить хотя бы шагом. Поэтому домой мы идем в том же темпе. Темпе улитки. У меня в руках вновь что-то важное и ценное, пока Денис прыгает рядом. В этот раз немного интереснее идти, потому что я занимаю себя тем, что глажу котенка. Так дорога пролетает незаметно.
– У тебя раньше были домашние животные? – Денис нарушает недолгую тишину. – Мне надо знать кому я отдаю котенка, которого сам нашел.
– Ты все равно отдашь его мне, вариантов у тебя нет. И да, у меня был кот, когда я была маленькой. Его звали Лев, потому что у него была длинная шерсть, – вспоминаю своего первого и единственного кота. – Мы все время играли вместе. Но после того, как его не стало, родители больше не позволяли мне заводить животных.
– Ты не пробовала их уговаривать?
– Конечно пробовала. Ничего не сработало. Но теперь я больше хочу собаку. Такого уж не произойдет, сколько не уговаривай, – перевожу взгляд на Дениса. – Что, будешь хвастаться, что у тебя есть животные?
– Еще бы, – улыбается он. – Правда это мало поможет, взять котенка к себе в город мне нельзя, как и оставить здесь. Если у тебя нет животных, значит, у меня больше опыта. Тебе придется слушаться меня.
– Не так сложно догадаться, что ему нужно прямо сейчас, еда и вода, – закатываю глаза. Денис прыгает быстрее, останавливается прямо передо мной и, раскинув руки в стороны, загораживает дорогу. Отстраняюсь, чтобы не врезаться в него. – Ты чего? А если бы мы столкнулись и раздавили котенка?
– Шшшш, – он вытягивает руку и прикладывает палец мне к губам. – Девочкам без животных слово не давали. Здесь я мастер котов, – Денис задирает голову к небу, словно задумался. – Знаешь, мне нравится, называй меня мастер котов. Или лучше повелитель котов. Ты согласен? – он смотрит на котенка в ожидании ответа. Тот не издает ни звука.
– Коты против, чтобы ты ими повелевал. И вообще, – толкаю его в сторону, – будешь придумывать правила, когда хотя бы будешь в состоянии убежать от меня. Или стоять. Сейчас главный тот, у кого две ноги. Почему бы тебе не называть меня повелительница ног? – предлагаю с усмешкой и продолжаю идти в сторону дома.
– Это же бред! У тебя совсем нет котов, а у меня два. Ног у меня столько же сколько и у тебя, просто одной я пользоваться не могу.
– Мы вернемся к этой теме, когда ты сможешь пользоваться обеими. А пока я главная.
– Диктаторов никто не любит, – шепчет Денис, что мне прекрасно слышно, но внимания я не обращаю. Правители должны быть выше каких-то оскорблений.
Мы доходим до нашего забора и заходим внутрь. Денис находит свое место, там же на крыльце, где сидел и раньше.
– Держи, – передаю ему котенка, который впервые за долгое время мяукает. Видимо, на руках у меня ему больше понравилось. – Присмотри за ним, пока я поговорю с бабушкой. Пожелай мне удачи, – обреченно вздыхаю.
– Мысленно я буду с тобой, – Денис приподнимается и хлопает меня по плечу. – Даже если ты будешь жить на улице.
– Чем мне помогут твои мысли, если я окажусь на улице? – он не отвечает и загадочно улыбается. Ни помощи, ни удачи.
Собравшись с духом, иду в заднюю часть дома, сразу снимая обувь. Бабушка скорее всего работает где-то в огороде. С чем я должна ей прямо сейчас помогать. Но что поделать, Денис нашел бедного котенка, о котором некому позаботиться. Нельзя же оставить его на улице одного. Запоминаю эту идею. Может пригодиться, чтобы убедить бабушку.
Вокруг все еще мокрое от моего недавнего поливания, все же я хорошо постаралась, и я смело иду по лужам. Грязь легко смыть. Мне нравится ходить по мокрой земле, она мягкая и приятно пахнет. Единственный плюс полива огорода. Ну еще радуги на солнце.
Прохожу мимо грядок и зову бабушку несколько раз, при этом внимательно осматриваясь вокруг. Глазами удается найти ее быстрее, она стоит рядом с малиной, которую я оставила совсем недавно, и собирает ягоды. Прекрасно, значит мне этим заниматься не придется. Собирать малину – настоящий кошмар. Вкусный кошмар.
Бегу к бабушке и резко останавливаюсь позади нее, натягивая на лицо широкую улыбку. Улыбку, которая говорит: «У меня есть крошечная просьба. Исполни ее, я же твоя горячо любимая внучка». По крайней мере, надеюсь, что улыбка говорит именно это.
– Бабушка, – зову ее милым голосом, – не могла бы ты мне помочь?
– А, бездельница явилась, – говорит она, повернувшись ко мне. Словно не слышала, что я сказала. – Я думала тебя до вечера не будет, а тут всего ничего прошло. Беги за ведром, будешь помогать.
– Я бы с радостью бабушка, но пока никак не могу. Нам очень нужна твоя помощь в доме. А потом я соберу вишню, – и все же надеюсь, что этим заниматься мне не придется.
– Нам? Вы с Денисом снова что-то натворили? – задумываюсь, о чем бабушка говорит. Не помню, чтобы мы хоть раз делали что-то серьезное или плохое. – Мне больше нравилось, когда ты тихо сидела дома, читала и помогала мне без жалоб, если я просила.
– Обещаю, что во всем всегда буду тебе помогать, бабушка. Но сейчас тебе надо помочь нам, – моя широкая улыбка еще никуда не делась. – Денис нашел маленького котенка, мы хотим за ним поухаживать. Ты же знаешь, как заботиться о котах, бабушка? Ты все знаешь.
– Ты точно хочешь, чтобы я о нем позаботилась так как умею? Потому что я привыкла заботиться о нежеланных, – она выделяет это слово, – котятах с помощью мешка и воды.
У меня не сразу получается понять, о чем она говорит. Затем ее слова повергают меня в шок. Она хочет его… утопить? Но как? Зачем? Он же такой маленький и милый.
– Как можно так поступить с маленьким котенком? – спрашиваю чересчур громко.
– Потому что они доставляют проблемы, пока маленькие. А потом вырастают и доставляют еще больше проблем. Мне есть чем заняться вместо того, чтобы заботиться об уличном коте. Одного непослушного котенка мне хватает, – на этих словах она смотрит прямо на меня, и в этот раз смысл доходит до меня быстро. Обычно она называет меня лисой, а не котенком.
– Мы сами будем о нем заботиться, обещаю. Только проверь все ли с ним хорошо, пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, – складываю ладони вместе и придаю лицу умоляющее выражение. Как правило, оно не работает на бабушке, наверное, за свою долгую жизнь она уже видела такое выражение слишком часто.
– И до конца лета ты будешь выполнять все, что я попрошу? – ее вопрос я принимаю за хороший знак. Если есть условия, мы сможем договориться.
– У меня все еще будет время играть с Денисом?
– Не знаю, может тебе стоит выбрать между ним и котенком.
– Бабушка! – выкрикиваю от удивления. – Это нечестно, они совершенно разные.
– Значит ты не хочешь оставить себе животное?
– Ладно, я буду делать что скажешь до конца лета. Денис сможет мне помогать, когда ему снимут гипс? – котенок же будет и его тоже, я не должна работать одна.
– Я удивлюсь, если этим летом он вообще будет в состоянии нормально ходить, – говорит бабушка и ставит ведро на землю, малины там больше середины. – Пойдем, покажешь мне вашего найденыша. И завтра никаких игр, пока не закончишь собирать вишню.
Даже день наедине с вишней не омрачает моей радости. Подпрыгиваю, хлопаю в ладоши, и крепко обнимаю бабушку.
– Спасибо-спасибо-спасибо. Ты лучшая бабушка в мире, я очень тебя люблю.
– Лучше об этом не забывай.
Довольная собой, прекрасным солнечным днем и жарким летом, я победоносно возвращаюсь к Денису с бабушкой. Котенок лежит у него на руках, и Денис лишь вопросительно смотрит на меня. Отвечаю ему улыбкой, которую он вскоре повторяет.
– Здравствуйте, бабушка Лида, – здоровается он радостно.
– Здравствуй-здравствуй, давай мне вашего кота, – она протягивает руку и Денис осторожно передает котенка. – Ну какой грязный, ты только посмотри.
Бабушка так уверенно крутит его из стороны в сторону, держа при этом одной рукой, что мне становится страшно, что с ним что-то случится. Котенок тоже не рад новой компании и начинает жалобно мяукать и выворачиваться.
– Молчи и не брыкайся, я тебе тут помогаю, неблагодарный, – слова бабушки не помогают, и малыш продолжает пищать. – Такая недовольная девчонка, – значит у меня будет кошка. – Надо ее помыть. Но выглядит здоровой, тут вам повезло. Был бы у нее лишай, научило бы это вас не тащить кого попало с улицы, – она бросает короткий многозначительный взгляд на Дениса. – Ева, иди налей воды в тазик, будем эту даму купать.
– Но коты же не любят воду, – подает голос наш кошачий эксперт.
– Хочешь, чтобы я ее такой оставила? Тогда сам будешь за ней следить, знаток нашелся.
– Как скажете, – затихает Денис. Бабушка Инна добрее моей, вряд ли он к такому привык. Но моя бабушка всегда знает, что делает, в этом я не сомневаюсь.
– Чего встала?
