Он немного нервничал. Если имена мальчиков понравились оба, а значит против Тони никто ничего не имеет, то варианты для имени девочки Рик еще не озвучивал. Он боялся, что родителям не понравится выбранное имя для его сестры.
– А полностью как? – заинтересовался мистер Флэнтон.
– Шарлотта.
– Хм, красивое имя, – улыбнулся папа и похлопал сына по плечу: – молодец, сынок!
– Правда?! – обрадовался Рик.
Он понял, что сделал это громковато, поэтому чуть тише добавил:
– Тебе правда нравится? А мама? Как думаешь, маме понравится?
– Смеешься что ли? Шарлотта Стар её любимая певица. Конечно маме понравится! – усмехнулся Честер.
– А подарок? Подарок понравится маме? А Шерри? – не мог угомониться Рик.
Хоть идея делать амулеты для маленьких детей казалась Честеру, мягко говоря, странной, он помнил, чему учила его Клара в общении с детьми. Поэтому мистер Флэнтон улыбнулся, похлопал Рика по плечу и одобрительно кивнул:
– Однозначно! Я думаю им всем очень понравится!
Рик сиял от счастья. Он был рад, что папа затеял этот разговор. Теперь у мальчика не осталось никаких сомнений, что он все делает правильно.
– Ладно, дорогой, мне пора бежать на работу. Если понадобится помощь с обработкой подарка – обращайся, сделаем всё вечером.
– Спасибо, па, – Рик обнял отца.
Они вместе вышли из кухни. Мистер Флэнтон отправился на работу, а Рик решил, что пришла пора будить Билла, сил ждать больше не было.
Солнце уже набирало высоту и постепенно начинало жарить. Выйдя на улицу, мальчик еще раз прикрыл глаза, чтобы в последнее мгновение насладиться нежным теплом солнечных лучей, и поспешил в соседний дом. На этот раз кричать он не стал, понимая, что Билл скорее всего еще спит.
Рик как можно тише постучал в дверь. Открыла миссис Вуз, жестом указала на лестницу и ушла на кухню, откуда по всей прихожей распространялся запах свежих вафель и слышалось потрескивание вафельницы. Это означало, что Билл еще спит, но пора бы ему вставать, и именно Рик может помочь в этом её сыну. Радостный мальчишка ринулся на второй этаж.
– Билл, дорогуша, вставай, – в этот раз шепотом произнес Рик, как будто подражая голосу миссис Вуз. – Сегодня на завтрак твои любимые вафли с яблочным джемом, – добавил он, еле сдерживая смешок.
Рик, как никто другой, знал слабые стороны своего лучшего друга. Именно поэтому он дал ему в волю выспаться и не стал будить на рассвете. Хотя, по той же причине он сейчас издевался, пытаясь поднять друга, используя второе его любимое занятие.
– Ну мааам, можно еще немного посплю, – не открывая глаза промямлил Билл.
– Ха, а вот и не мама, – заорал Рик. – Попался! Вставай, соня! Так всё самое интересное проспишь! Уже проспал! Я придумал, Билл! Я придумал!
– Что? Рик? Ты что, с ума сошел?! – вытаращился на Рика Билл. – Ты время видел? Можно ты расскажешь мне свою придумку позже? – не дождавшись ответа Билл зажмурил глаза и повернулся на другой бок.
– Позже?! Куда уже позже! Мы и так затянули с этим подарком! Знаешь сколько уже я сегодня тебя жду?! Нет у нас больше времени! Так что вставай! Твоя мама наверняка успела намазать вафли джемом, так что я пошел их лопать, – издевался Рик. – А ты поторопись, дорогуша! – хохотал мальчик, спускаясь на кухню.
Долго ждать не пришлось, ведь это был любимый завтрак Билла, и он очень не хотел, чтобы всё досталось этому доставучему Рику.
– Мои хорошие, – накрыв на стол и дождавшись Билла, обратилась к мальчишкам миссис Вуз, – я побежала в школу, у нас сегодня ежемесячное собрание. Ведите себя хорошо! – с этими словами Эмма поцеловала ребят и ушла.
– Ну фто там у тебя, выкладывай, – с набитым ртом поинтересовался Билл. Мамины вафли были безумно вкусными и Билл даже немного переживал, что горка вафель недостаточна велика, с учетом присоединившегося к завтраку друга.
С удовольствием приложившись к вафельному завтраку, который за сегодня уже был вторым по счету, Рик рассказал ему историю о вчерашней посылке и последующей за ней идее подарка. Рассказал он и о защитной функции амулета, и о странных снах, что только подтверждают правильность его задумки.
– Ого! Так просто и мы не могли до этого додуматься?! – восхитился Билл.
– Да! И я о том же! Всё элементарное рядом! – воскликнул Рик. – Так что доедай скорее и за дело!
***
Кулон – это, конечно, не модель самолета, и ребятам понадобилось совсем немного времени, чтоб его закончить, однако, более старательно Рик еще не делал ничего в своей жизни. Мистер Флэнтон снова согласился помочь. Точнее, в этот раз, ему скорее разрешили это сделать, при условии, что он будет лишь следить за безопасностью, а основную работу сделает сам Рик. Ему так хотелось, чтоб этот подарок, который оказался в руках мальчика таким чудесным образом, понравился Шерри, и прослужил ей долгие годы. Дети в таком возрасте еще склонны верить во всякую сверхъестественную ерунду, поэтому Рику казалось, что эта посылка – это однозначно какой-то знак, или, скорее, знамение. В этот раз даже Билл поддержал догадки друга. Честер лишь усмехался, стараясь не выдать свой взрослый скептицизм при детях. Теория мальчиков подтвердилась, когда они начали обработку странного то ли камня, то ли деревяшки. После прикосновения ножика к необработанной пластинке от нее откалывались или отсругивались ровные и гладкие стружки и кусочки, на которых сохранялся неповторимый узор. При этом, как ни старался Рик сделать один кулон, от пластинки постепенно отделялись такие кусочки, что все явственнее проявлялись два независимых по узору каплевидных кулончика, поначалу соединенных в тонкой части. В конце-концов пластинка разломилась пополам, и получились не один, а два подарка.
– Я думал, подарок для Тони уже готов, – аккуратно уточнил Честер.
Мальчишки переглянулись. Кажется, Билл сразу понял, что Рик сделал два кулона совсем не специально, но не знал, что нужно сказать мистеру Флэнтону, поэтому ждал реакции друга.
Рик же особо не ломал голову над тем, почему так получилось. Он сам никак не мог понять, какую хочет получить форму, поэтому в глубине души надеялся на случай. Как, собственно, и произошло. Мальчику ничего не оставалось, как примириться, так как вариантов все равно не оставалось. Да и он привык прислушиваться к своему внутреннему чутью, а оно сейчас было полностью спокойно, это означало, что все идет как нужно.
Понимая, что, если он начнет объяснять папе, что это случайность, точнее доказательство того, что посылка пришла не спроста, Честер лишь посмеется, очередной раз не поверив сыну. Поэтому на этот раз Рик был умнее и спокойно ответил:
– Я подумал, что Тони тоже захочет такой амулет, когда увидит его у Шерри. Так что решил сделать сразу два.
– Гениально! – первым нашелся Билл. – Два близнеца, два подарка.
Честер лишь пожал плечами. Все-таки взрослым очень сложно понять детей. Иногда создается впечатление, что дети живут совершенно в другом мире, где свои правила и устои. Мистер Флэнтон решил не вдаваться в подробность, а молча помогать мальчишкам. Он просверлил отверстия в кулонах и пообещал завтра с утра покрыть финишным слоем лака стульчики и стол для малышей. Сейчас, когда Клару все-таки забрали в больницу, можно было сделать это, не прячась.
Еще кое-что необычное заметил Рик, но не стал говорить об этом вслух: прекрасные стружки, что остались от обработки кулонов, и которые Рик хотел сохранить на всякий случай, куда-то исчезли. Рик обыскал всё вокруг, но стружек не было. Он спросил, не выкидывал ли их кто-нибудь из его напарников и, услышав отрицательный ответ, еще раз убедился в сверхъестественности неожиданной посылки.
«Не понимаю, как папа может не замечать этого?» – про себя снова и снова удивлялся Рик, но вслух решил не выражать свои догадки.
***
– Я связался с Офи. В секторе А8 всё под контролем. Мы чувствовали лишь всплеск сторонней энергии с Земли. Наш объект еще не прибыл.– Той энергии будет достаточно?– Однозначно. Офи уже давно занимается этим. У него есть партнер на Земле. Всё под контролем.
***
До появления на свет малышей оставалось несколько дней (по расчетам врачей, которые, по словам мистера Флэнтона, всегда ошибаются).
Закончив лакировку, Честер расставил поделки на газоне перед домом и велел ребятам их охранять, но, ни в коем случае, не трогать.
Погодка подвернулась то что нужно! Палящее солнце усмирял спокойный ветер. Он помогал мальчишкам не жариться под открытым небом. Для этого миссис Вуз так же принесла им кепки и по стакану свежего, прохладного лимонада.
Довольные мальчики валялись на теплой свежескошенной траве и выдумывали всякие истории про соседей, одноклассников и просто прохожих.
– О, смотри, миссис Анкерс с Пини, – пальцем указал в сторону бабули Билл.
Пини была маленькой собакой породы той-терьер, которая была больше похожа на щенка. Маленький размер делал ее скорее милой, чем грозной. Хотя сама Пини наверняка считала иначе.
– А давай она как будто летит, а пес это не собака вовсе, а огнедышащий дракон, который сопровождает ее, покрывая лавой всю землю под ними.
В этот момент Пини, проходя мимо, жалобно залаяла на ребят. Она, скорее всего, хотела сделать это грозно, но со стороны грозным это уж точно не было. Её лай скорее походил на противный писк. Ребята зашлись от хохота. То ли их рассмешило несоответствие Пини их образу дракона, то ли сама по себе собака показалось достаточно смешной. Сложно передать, что творится в голове у детей такого возраста. Миссис Анкерс уж точно не поняла, что произошло, поэтому лишь покосилась в сторону мальчишек осуждающе.
– Добрый день, детки! – нарушил кто-то идиллию ребят. – Что это вы тут лежите без дела?
Над Риком стоял высокий, немного сутулый молодой человек, лет 35. На вид он казался старше, но это, скорее всего, из-за его стремительно увеличивающейся лысины. Он улыбался, но эта улыбка совсем не казалась искренней или хотя бы приятной. Мистер Слоук частенько любил влезать в дела мальчишек, когда его туда никто не звал. Рика возмущало его любопытство и настораживал избыточный интерес к его семье.
– А, мистер Слоук! Здравствуйте, – Рик попытался улыбнуться, ведь мама учила его быть вежливым, даже если человек ему чем-то не нравится.
– Здрасте! Мы здесь по делу вообще-то лежим, – важно заметил Билл, – охраняем ценные вещи.
– Что еще за ценные вещи? – поинтересовался Джереми.
Живя по соседству, он часто проходил мимо двора и пытался завязать беседу с ребятами. Учитывая, что у них с Хлоей не могло быть детей, ему жутко не хватало детского общения. Не смотря на объяснения Клары истинной причины интереса Джереми, Рик, в силу своего возраста, не мог этого понять. Мальчику не особо нравилась такая навязчивость и долго разговор обычно не длился.
– Обычные такие вещи, – сдержанного сказал Рик, пытаясь ускорить этот нелепый диалог.
– Не скромничай, Рик, расскажи! А хочешь, я расскажу? – обрадовался Билл. Лично он не имел ничего против мистера Слоука. И вообще, Билл был очень добрый и открытый, когда был уверен, что опасность ему не грозит. – Это мебель для братика и сестрички Рика! Мы сделали им сюрприз. Сами! А мистер Флэнтон покрыл их лаком и велел сторожить, пока не высохнет.
– А разве у тебя не должны родиться братики? – обратился Джереми к Рику. – Кажется ты сам об этом говорил.
– Нет, – отрезал Рик. – Мы решили, что лучше будет, если родится и мальчик и девочка. Так будет веселее.
Он не собирался объяснять мистеру Слоуку такие элементарные вещи, тем более, когда сам толком их не понимал, а детский максимализм позволял Рику и самому считать, что в этой жизни они могут сами выбрать и решать практически всё, что угодно.
– Хм, как интересно, – проронил Джереми. – А можно мне взглянуть поближе на эти ваши подарки?
– Посмотрите. Только аккуратно, и ни в коем случае не трогайте! – процитировал отца Рик с таким важным видом, будто пускает прохожего подойти к бесценной достопримечательности, за которую он сам несет огромную ответственность.
Джереми приблизился, чтобы рассмотреть подарки. Особенно ему понравились столики, о чем он сразу и заявил, к удовольствию мальчиков. Наверное, в душе мистер Слоук хотел бы иметь сына, вот он и пытался подружиться хотя бы с соседними ребятишками. Рик неоднократно это слышал от мамы, однако, ничего не мог с собой поделать. У мальчишки постоянно было какое-то странное чувство рядом с мистером Слоуком. А своим чувствам Рик привык доверять.
Ведь у него бывало подобное чувство и относительно других вещей, и оно никогда не обманывало. Например, стоило Рику почувствовать что-то неладное, как обязательно что-то случалось. Прошлым летом он даже не поехал в летний лагерь, хотя собирался заранее, просто потому что почувствовал что-то нехорошее, непонятное и, несмотря на крайнее недовольство родителей, остался дома. Каково же было удивление его родителей, когда Билл, как и остальные дети, вернулся всего через несколько дней – лагерь закрыли из-за отравления части детей несвежей рыбой в столовой. Сам же Рик особо не удивился, а лишь очередной раз убедился в правоте своего внутреннего ощущения, или предчувствия. Родители замечали иногда странное и непонятное влияние настроения на поступки сына, но не предавали большого значения этим предчувствиям, относя их к редким капризам, так как они не были частыми и не сильно влияли на характер мальчика и взаимоотношения в семье. И чем старше становился Рик, тем сильнее он доверял своим внутренним чувствам, поэтому помимо напущенной вежливости, он не мог выдавить ничего другого в отношении к Джереми Слоуку.
– А что это за буквы на спинках стульчиков? – спросил Джереми.
– Инициалы малышей, – ответил Рик, все так же наигранно улыбаясь.
– О, родители и имена им успели придумать? – удивился Джереми. – Я слышал, это делают тогда, когда дети уже появляются на свет. Говорят, заранее придумать имя – плохая примета.
– Чепуха, – не смог сдержать свое раздражение Рик. – Ничего не плохая, а очень даже хорошая. Еще пару дней и малыши будут здесь. А имена придумал им я сам! И подарки придумал и сделал сам, вернее, с Биллом. И для моего брата Тони, и для моей сестры Шарлотты, – гордо заметил Рик, вспоминая, удачно получившиеся, волшебной красоты кулоны.
– Вот эти подарки? – уточнил Джереми, радуясь, что разговор наконец завязался. – Да, красивые.
– Да нет, не эти, – еще больше раздражаясь ответил Рик. – Те подарки еще лучше, но они секретные. Вам я их не покажу.
– Тони. Красивое имя, – будто не замечая реакции Рика перевел разговор Джереми. – И стульчик у него будет красивый, и подарки твои секретные наверняка тоже. Молодцы ребята!
С этими словами он развернулся и пошел в сторону своего дома. Вид у него был крайне задумчивый, или даже мечтательный. Но от этого он не становился более приятным человеком, особенно в глазах Рика.
– Шарлотта тоже красивое имя, и подарок для неё красивый, – пробубнил Рик вслед мистеру Слоуку чуть погодя, чтобы тот не услышал.
– Думаешь, он расстроился? – спросил Билл, глядя ему в след.
– Расстроился? С чего бы это ему расстраиваться?! – недоумевал Рик
– Ну как, у них же не будет деток, а у твоих родителей их будет целых трое! – уточнил Билл.
– И что теперь? Я же не виноват! И ты не виноват, и родители мои тоже. И вообще, скоро эти Слоуки съедут, и некому будет расстраиваться. Не нравится мне этот Джереми, что-то с ним не так, чувствую я. Мама говорила, что они и вещи все собрали, и дом нашли в другом городе, но чего-то ждут. Никто не знает чего. Они же говорят, что еще какие-то дела здесь не закончены. Но до конца месяца, вроде как точно уедут, – недовольно рассуждал Рик.
– Тогда, может, в их доме будет жить какой-нибудь мальчик? Мы бы могли вместе играть! – развеселился Билл.
– Было бы здорово! – обрадовался Рик.
Он редко долго злились, как правило, злость исчезала уже через несколько секунд и все плохие эмоции будто улетучивались.
– А давай, пусть они как будто переехали на другую планету, – воодушевился Билл.
– И полетели туда на соседском драконе Пини, – подхватил Рик и ребята снова зашлись хохотом.
Глава 2
В десятом часу на рабочем месте Честера раздался звонок. Он как будто предчувствовал и с самого утра уже был как на иголках. Услышав, что звонят из роддома он без лишних слов ринулся к машине. Честер даже не стал уточнять, по какому поводу ему звонили, ведь повод был очевиден. Теперь нужно было заскочить домой и поскорее ехать в роддом, быть рядом с Кларой.
Это был один из тех дней, когда жара на улице стояла невыносимая, хотя прямого солнечного света не было видно: хоть и не особо плотная, но сплошная пелена слоистых облаков закрывала все небо. От жары у детей не было сил что-либо делать, но, несмотря на соблазн сидеть дома в прохладе кондиционера, весь день они планировали провести в новом бассейне, что успел поставить мистер Флэнтон. Эмма сегодня была свободна, поэтому периодически приносила ребятам освежающие напитки.
– Пожалуй, я отсюда не вылезу даже на обед, – с легким стоном произнес Билл, когда миссис Вуз принесла очередную порцию лимонада.
– Не поверю, – рассмеялся Рик. – На обед ты отсюда скорее побежишь.
– А вот и нет, – надулся Билл. – Эта жара отбивает аппетит даже у меня. Особенно, когда речь идет об этом бесконечном расстоянии отсюда до кухни, которое нужно преодолеть в такую жару, – с этими словами Билл погрузился под воду.
– Ой, перестаньте выдумывать, – улыбнулась миссис Вуз, – Не настолько там жарко, чтобы пропускать обед. Конечно, если вы боитесь свариться под солнцем, то я, так уж и быть, могу принести его вам прямо сюда. Но из бассейна вам все равно придется вылезти, – строго добавила она.
– Ура! – воскликнули мальчики.
Мальчишки были так погружены в свое безделье, что даже не заметили, как Честер пришел домой. Он собрал кое-какие вещи, на случай, если ему вдруг придется задержаться, схватил заранее приготовленный пакет Клары и пошел на голос Эммы, прямо к бассейну за домом. Честер поздоровался с ребятами и жестом подозвал к себе миссис Вуз, чтобы попросить присмотреть за Риком, если вдруг у самого Честера не получится вернуться до вечера.
– Желаю вам скорейшего возвращения домой! – провожала его Эмма, чуть не плача от счастья. Она была очень рада за Флэнтонов.
Кажется, только вчера они познакомились с Кларой. Эмма была безумно рада, когда они переехали и узнали, что по соседству живет малыш такого же возраста, что и ее Билл. Они часто гуляли вместе с Кларой. Соседка даже помогла Эмме устроиться на работу после переезда. По счастливой случайности Клара, как и Эмма, по профессии была педагогом и работала в местной школе. Она легко помогла миссис Вуз устроиться к ним в школу. Миссис Флэнтон была наверно лучшая, если не единственная, подруга Эммы в этом городе. После переезда прошло уже много времени, но с возрастом заводить друзей становится всё сложнее.
– Спасибо, Эмма! – выкрикнул Честер, открывая автомобиль.
Уже садясь в машину, мистер Флэнтон услышал, как кто-то выкрикивает его имя.
– Честер! Честер! Подожди! – доносилось всё ближе и ближе.
Честер оглянулся и увидел бегущего соседа, мистера Слоука. Он, сломя голову, несся к машине. Хлоя, жена Джереми, осталась стоять возле их дома, и, не заходя вовнутрь, наблюдала за мужем с каким-то волнением и интересом.
– Честер, дружище, началось? Клара уже рожает? – поспешно поинтересовался Джереми.
– Да, Джерри, начались схватки, мне только что позвонили, – ответил Честер.
До него только сейчас дошло, что он не помнит, что ему сказали по телефону.
– О, это же просто замечательно! Поздравляю, дружище! Надеюсь, всё пройдет быстро, – улыбнулся мистер Слоук.
– Да, и я на это надеюсь. Спасибо, Джерри, – проговорил Честер, не скрывая удивления от проявления такого интереса к событию их семьи.
Они хоть и были соседями, но близкими друзьями их назвать было бы трудно. Скорее просто знакомые. А тут мистер Слоук догоняет его, чтоб поинтересоваться о самочувствии Клары. «Может Рик и прав, Джереми и в самом деле порой бывает очень странным» – подумал Честер.
– Слушай, Честер, может, подкинешь меня? Я как раз должен попасть в банк, подписать пару бумаг, а он находится в одном квартале от роддома.
– Да, конечно, садись, – Честер обрадовался, что, наконец, сможет поехать к супруге.
Помахав жене, Джереми уселся на переднее сиденье минивена семьи Флэнтон. Не смотря на то, что Честер купил его 10 лет назад, машина выглядела очень ухоженной, и внутри всегда приятно пахло то хвоей, то морской свежестью (об этом обычно заботилась Клара). Честер был очень аккуратен. Он скрупулезно следил за состояние своей машины, так же как и за состоянием любой вещи, что попадала в его руки.
В этом плане он был даже чистоплотнее, чем Клара. Если речь шла об уходе за одеждой или обувью, то Честер был в этом спец. Туфли, что он купил еще на третьем курсе университета, до сих пор преданно служили ему на особо важных мероприятиях, и никто никогда не смог бы догадаться, что им столько лет.
Однако, что касается терпения и нервной системы, здесь он однозначно уступал жене. Она даже сейчас скорее всего была спокойнее, чем Честер. Ладони его вспотели, мысли путались. В этот момент мистер Флэнтон был даже рад, что едет не один и может немного отвлечься на мистера Слоука.
– Вы всё-таки переезжаете? – начал разговор Честер.
Хотелось бы сказать «наконец», однако Честер сдержался. Семья Слоук планировали переезд несколько месяцев назад, миссис Анкерс говорила, что видела их гостиную из окна – она вся была заставлена коробками с вещами, а стены были пустые. Это было два месяца назад. Получается, они собрали вещи уже давно, но по какой-то причине продолжали жить на старом месте, постоянно откладывая переезд. Разумеется, они никому не мешали. Однако, это было очень странно, а люди не любят вещи, которые не понимают.
– Да, осталось одно небольшое дело, и можем отправляться в путь. Думаю, сегодня-завтра уже уедем. В новую жизнь с новыми возможностями, – мечтательно произнес Джереми.
– Это здорово, Джерри! Очень рад за вас! Желаю вам удачи на новом месте! – искренне обрадовался Честер.
– Спасибо, дружище! – поблагодарил Джереми. – Вон на той остановке притормози, пожалуйста.
– Конечно.
Джереми поблагодарил Честера за то, что тот его подвез и еще раз пожелал легких родов Кларе. Мужчины распрощались, и Честер поспешил в роддом. Он словил себя на мысли, что почувствовал облегчение от новости, что семья Слоуков наконец съезжает. Может мистер Флэнтон, как и Рик, что-то чувствовал, а может просто всем надоела эта неопределенность с переездом соседей, уж больно долго они сидели на чемоданах. Сейчас, в любом случае, всё это было не важно, ведь Честер уже подъехал к роддому.
***
Даже не пытаясь скрыть свою радость, Честер подбежал к стойке дежурной медсестры на первом этаже роддома.
– Здравствуйте. Подскажите, пожалуйста, могу я увидеть свою жену? В каком она состоянии? Мне звонили, но я, к сожалению, не успел понять, что сказали, – тараторил Честер. В такие моменты их сходство с Риком было невероятным.
– Эм… Здравствуйте, – немного опешив от столь резкого появления мужчины, ответила медсестра. – Пожалуйста, назовите фамилию жены, сэр.
– Ах, точно! – растерялся Честер. – Простите. Флэнтон. Клара Флэнтон. Она поступила к вам вчера, у нас будет двойня. Я сорвался сюда, как только…
– Да, сэр, Ваша жена здесь, – будто не слыша Честера отчеканила медсестра. – Подождите, пожалуйста, в зале для посетителей, я уточню ее состояние.
– Да, да, конечно! – Честер понял, что слишком нервничал, чтобы продолжать говорить и решил молча удалиться.
Он плюхнулся на ближайшее кресло, но и это не помогло ему расслабиться. Прошло почти 7 лет с того момента, как они вышли отсюда с сыном, и вот уже совсем скоро выйдут еще с двумя малышами. Эта мысли успокаивала и будоражила одновременно. Но Честер знал, что Кларе лучше не видеть его в таком состоянии, поэтому он снял очки, закрыл глаза и начал глубоко дышать, чтоб выглядеть перед женой как можно спокойнее.
Он уже много лет по утрам делает упражнения на дыхание. В зависимости от вида, они могут служить ему зарядкой, способом взбодриться или расслабиться. И, как раз сейчас, навыки Честера пришлись весьма кстати. Он вспомнил нужное упражнение, которое помогло ему успокоиться и прийти в себя. Несколько глубоких вдохов и Честер уже мог осмотреться.
В роддоме было очень светло. Белые стены с бледно голубыми полосами, создавали очень мягкое и уютное ощущение. Из-за отсутствия темных элементов в декоре, помещения казались в разы больше, чем были на самом деле. Но в остальном это была самая обычная поликлиника, со своим специфическим запахом, что присущ, наверно, каждой больнице. В зале было еще несколько человек. Три пары, явно ожидавшие приема врача и несколько молодых людей, которые, как и Честер, ожидали вестей от своих жен. Не смотря на постоянное перешептывание посетителей, в зале было достаточно тихо. Лишь звон телефона на дежурном посту периодически врывался в помещение разрывая тишину.
Дыхательное упражнение сработало и, не смотря на больничную обстановку и предстоящую долгожданную встречу, Честер выглядел уже вполне спокойно (максимально спокойно, на сколько это было возможно, в данной ситуации).
– Мистер Флэнтон, – раздался голос за стойкой администрации.
– Да! Это я! – Честер подскочил, выронив от неожиданности свои очки. За мгновение он уже стоял у стойки.
– Ожидайте, сэр, сейчас к вам спустится врач Вашей супруги, – спокойно, даже немного холодно, проговорила сестра.
– Врач? – Глаза Честера вылезли от изумления, однако, говорил он достаточно спокойно и тихо. Дрожащими руками он пытался надеть свои очки. – А зачем врач? Что-то случилось? Она в порядке? – громкость голоса Честера нарастала с каждым словом пока он вовсе не перешел на крик. – ОНИ в порядке?
От расслабляющих техник не осталось и следа. Так же быстро, как они помогли Честеру успокоиться, он сейчас снова набирал обороты.
– Сэр, держите себя в руках. На сколько мне известно, с вашей женой и ребенком…
– …детьми, – перебил Честер. – У нас двойня.
– …детьми, – не скрывая раздражения, продолжила медсестра, – всё в порядке, но произошли кое-какие изменения, о которых с Вами лично хочет поговорить лечащий врач Вашей жены.
– Да, конечно, спасибо, – Честер опустил голову и отошел немного от стойки.
Он сейчас очень переживал, но понимал, что Клара нуждается в его поддержке. Как и 7 лет назад они заранее выбрали роддом и палату, выбрали лечащего врача, с которым уже были знакомы ранее. Это был приятный мужчина лет 50, роста ниже среднего, но явно с небольшим избыточным весом, что придавало ему какой-то шарм. Голос у него был низкий и грубый, что не совсем сочеталось с милым, почти детским, лицом. В свои 50 он отлично выглядел, не носил очки и даже мог отжаться 20 раз на брусьях (чем он сам очень любил хвалиться). Хотя последний факт Флэнтоны не проверяли и просто поверили на слово мистеру Дертону.
В этот раз, по совету врача, они даже решились на партнерские роды. Может быть именно это сейчас пугало Честера. Ведь много есть мнений на этот счет, и далеко не все папаши считают данный процесс приемлемым.
«Ладно, спокойствие, – проговорил про себя мистер Флэнтон и сделал глубокий вдох, – сейчас придет мистер Дертон и всё мне объяснит».
Не успел Честер в который раз привести себя в чувства, как услышал скользкий и тонкий мужской голос за спиной:
– Мистер Флэнтон, здравствуйте! – высокий, сутулый мужчина с большой горбинкой на носу мчался в сторону Честера с другого конца зала, держа перед собой вытянутую руку для приветствия.
Честер растерялся. Его удивило, что явно незнакомый ему человек узнал его с такого расстояния в достаточно людном зале.
– Мистер Флэнтон, – пытаясь отдышаться, мужчина крепко пожал руку Честеру. – Меня зовут Барни Нул.
Он сделал паузу. И, увидев, что кроме ожидания и смятения на лице Честера ничего не появилось, продолжил:
– Я лечащий врач Вашей жены…
– Но… – попытался перебить мигом проснувшийся Честер.
– Не стоит беспокоиться, – продолжил врач, явно ожидая такой реакции, – всё в порядке, я Вам сейчас всё объясню. Пойдемте присядем.
Он взял Честера под руку и потащил в сторону кресел.
– Эээ… – Честеру не удавалось вставить ни слова.
– Видите ли, – подведя Честера к креслам, врач потянул его вниз так, что тот мигом оказался в сидячем положении, – мистер Дертон, к моему величайшему сожалению, приболел так сильно, что не смог сегодня прийти на работу. Да и ближайшие дни, думаю, не сможет.
Мистер Нул сделал паузу для вопроса, который тотчас последовал.
– Что-то серьезное? – испугался Честер.
Они знали мистера Дертена уже много лет, и он очень нравился всей их семье.
– Нет, нет, что Вы! – воскликнул мистер Нул. – Думаю, что за несколько дней доктор придет в себя. По секрету между нами, – он наклонился к самому уху Честера и прошептал, – у него, по всей вероятности, кишечный грипп, со всеми вытекающими последствиями, – доктор отпрянул и подмигнул Честеру, явно намекая на не самые приятные последствия этой болезни.
– Ах, простите, конечно, я понимаю, – Честеру стало неловко.
– С каждым может случиться, – улыбнулся доктор и сразу продолжил. – Что касается Вашей жены… – он посмотрел на Честера, как бы проверяя, внимательно ли тот его слушает. – С ней всё в порядке. Клара хорошо себя чувствует, передает Вам привет и уже готовится к операции.
– Что?
– Вы успокойтесь, стандартное кесарево сечение, ничего необычного, – доктор придержал Честера за плечо, чтоб тот не вскочил. – Вам наверно интересно узнать почему поменялись планы? – Честер кивнул, даже не стараясь что-то сказать. Доктор опустил глаза. – Здесь все немного сложнее. Видите ли, в природе всё устроено очень сложно и не всегда справедливо. В дикой природе выживает сильнейший. Как правило, в стае остаются лишь те, кто достаточно силен и здоров, чтобы продолжать жить и размножаться. Подобное правило иногда работает и в мире людей. Естественный отбор, так сказать.
– Что Вы сейчас имеете в виду? – еле слышно сказал Честер.
– К моему глубочайшему сожалению, во время развития двух плодов в одной утробе произошел гормональный сбой, что повредило некоторые функции одного плода. Пока это лишь наше врачебное предположение по результатам обследований. Более точно можно будет сказать после операции. Одно известно наверняка – один плод прекратил свое развитие уже достаточно давно. В результате ошибки Вам об этом не сообщили. Поэтому сейчас требуется кесарево сечение, ради безопасности Вашей жены и дочери.
Честер сглотнул. Он не знал, что сказать, и стоило ли вообще что-то говорить.
Доктор дал мистеру Флэнтону немного времени осознать информацию и продолжил.
– Ваша жена чувствует себя хорошо, она очень сильная женщина и достаточно спокойно перенесла это ужасное известие. К сожалению, пока вам нельзя её увидеть, но обещаю, как только всё закончится, я лично распоряжусь, чтобы Вам позвонили и сообщили. Она очень хотела Вам позвонить, но я пообещал ей, что сообщу всё лично. Для этого, собственно, я и пришел.
Честер кивал, особо не разбирая слов. Ему очень хотелось поддержать жену, быть сейчас рядом. Если ему тяжело, то каково же тогда ей?!
– …у Вашей жены уже достаточный срок, поэтому откладывать операцию нет смысла, – продолжал доктор. – Кесарево сечение назначено на сегодня на 15:00. У нас очень опытная команда хирургов. Несмотря на смелость, Вашей жене всё же дали легкое успокоительное. Так что не переживайте. Я попрошу медсестру выписать успокоительное и Вам, после чего отправляйтесь домой и отдыхайте, – заметив долю сопротивления на лице мистера Флэнтона доктор добавил. – Поверьте, Вы будете гораздо нужнее своей жене, когда всё закончится. И вряд ли ей помогут ваши трясущиеся руки.
– Да, сэр, пожалуй, Вы правы, – тихо проговорил Честер, стыдясь сжав руки вместе.
В голове был целый рой мыслей, и он просто не мог понять, с чего ему стоит начать. Даже сжимание рук не помогло сдержать дрожь, голова кружилась, Честера немного мутило. Видимо, ему действительно было не обойтись без успокоительного. Ведь доктор прав, он как никогду будет нужен Кларе в полном спокойствии.
– Вот и молодец. Синти, выдай этому мистеру порцию успокоительного, – крикнул мистер Нул через весь зал медсестре у стойки.
Медсестра кивнула, сразу сообразив, о чем идет речь. Видимо, по Честеру это было видно даже на таком расстоянии.
Мистер Нул встал, за ним последовал и мистер Флэнтон.
Доктор снова взял Честера под руку и тихо прошептал:
– Еще один совет Вам, мой друг: попытайтесь убедить свою жену, что ей не следует видеть плод, который прекратил развитие.
– Но… – попытался было возмутиться Честер.
– Послушайте, Честер, я не просто так называю его «плод». Это не ваш ребенок, он давно уже не развивается. Это плод, который, к моему огромному сожалению, не смог выжить. В моей практике это далеко не первый случай и, уж поверьте, когда матери всё-таки добиваются встречи с «нерожденным ребенком», как сами его и называют, это заканчивается весьма плачевно. Однако, вряд ли миссис Флэнтон будет слушать врачей. Очень важно чтобы и Вы придерживались нашего мнения и повлияли на супругу. Я, в свою очередь, предоставлю все документы об обследованиях и утилизации.
– Да, конечно, сэр, я Вас прекрасно понимаю, – закивал Честер. – Думаю Вы правы, так, наверное, будет лучше для нее… для нас…
Доктор похлопал Честера по плечу, попрощался и поспешил к лифту.
Честер еще немного постоял, пытаясь собрать мысли в кучу. Было ощущение, что это какой-то страшный сон, что всё не по-настоящему, не с ним. Как там его жена? А дети? Точнее ребенок, девочка. У него теперь будет дочка. Как сказать Рику? Почему всё в одно время: и плод, и операция, да еще и мистер Дертон. Мистер Нул был весьма галантен, сопереживал, подбадривал, однако, у Честера почему-то не возникло к нему никакого доверия.
– Мистер Флэнтон!
Честер вздрогнул и увидел перед собой медсестру
– Мистер Флэнтон, вот Ваше успокоительное и снотворное, на всякий случай. Держитесь, сэр, – она передала Честеру два пузырька с таблетками, страдальчески улыбнулась и ушла.
Честер вышел на улицу. Он сразу выпил две таблетки успокоительного поэтому ему казалось, что чувствует он себя лучше.
Жара уже не имела никакого значения. Меньше всего Честеру сейчас хотелось возвращаться домой. На часах был почти полдень, до операции еще пару часов и он не сможет что-то делать, пока не узнает, что все прошло хорошо. С другой стороны, когда все закончится, ему нужно будет быть рядом с Кларой и нельзя допустить, чтобы она видела его таким. Поэтому Честер собрал все свои силы и решил сделать всё, чтобы через пару часов выглядеть свежим. Он приехал домой, принял душ и поменял одежду. Ему даже удалось задремать, под убаюкивающий шум кондиционера и крики детей, доносившиеся с заднего двора.
***
– Мистер Флэнтон? – раздался звонкий голос в телефоне, который с третьего раза разбудил Честера.
Честер кивнул, потом опомнился, что это звонок и хриплым голосом проговорил «Да». Сил отвечать у него не было, хотя казалось, что он проспал целую вечность. Голова была мутная, то ли от обеденного сна, то ли от таблеток успокоительного, то ли от невыносимой жары, от которой не спасал даже кондиционер. Честер широко раскрыл глаза, чтоб поскорее проснуться. Он взглянул на часы: 18:00.
– Мистер Флэнтон, – выдержав паузу, чтобы дать собеседнику прийти в себя, уже утвердительно повторила медсестра, – рада Вам сообщить, что операция прошла успешно. Обе Ваши девочки здоровы. Вы можете их навестить, – в трубке звучал приятный голос.
Честер кое-как промямлил «спасибо» и положил трубку. Секунду он медлил. В его голове промелькнула мысль: «Почему обе девочки? Должны быть мальчик и девочка». Но Честер не придал ей никакого значения. Он вскочил и быстрым шагом проследовал к выходу. В коридоре Честер понял, что хорошо бы сначала посмотреть, как он выглядит. Увидев свое отражение Честер был в шоке, но видимо таблетки все еще действовали, потому что он очень быстро пришел в себя и заодно привел в нормальное состояние свой внешний вид. И только сейчас, возможно, от вида своего осунувшегося лица, до Честера дошел смысл фразы: «Ваши девочки». Это же Эмма и их новорожденная дочь – Шарлотта. Честер понял, что надежда исчезла. Он до последнего верил и ждал чуда. Он думал, что ему все приснилось и ребенок будет не один. Но, увы, реальность порой не такая, как нам хотелось бы.
С тяжелым вздохом, похожим на стон, Честер еще раз посмотрел в зеркало. Он понимал, что сейчас точно не время раскисать. Честер сделал несколько глубоких вдохов и, полностью собравшись с мыслями, он позвонил Эмме, предупредить, что Рик еще немного погостит у них, скорее всего даже останется на ночь. Из-за спешки его голос звучал вполне обычно. Он не стал вдаваться в подробности, да и Эмма на этом не настаивала. Её совсем не нагружала забота за двумя мальчишками, она скорее была этому рада.
Через полчаса он, с огромным букетом ромашек и хризантем (любимых цветов Клары), уже стоял у стойки дежурной медсестры. Он был спокоен. Таблетки и сон сделали свое дело.
