— Мне кажется, что в Скотте что-то запрятано. Его амнезия защищает его от самого себя. А внутри него может прятаться что-то страшное и опасное. Поэтому его забытая личность должна оставаться где-то далеко, без возможности выйти наружу. Скотт итак неплох, даже без воспоминаний. Некоторые его мысли и действия пугают меня и дают мне основания защищать его от самого себя.
— Хм, — профессор Уайт нахмурился и странно посмотрел на меня. — Возможно, вы правы, и этой личности лучше оставаться в своём «сундуке». Ваше стремление помочь этому парню похвально, но могу ли я дать вам совет?
— Какой?
— Если вы не хотите возвращать этому парню память, то будьте готовы к тому, что он не будет полноценным и до конца счастливым человеком. Но если вы желаете ему счастья и добра, то вы должны вернуть ему его личность.
— Но что, если я верну кого-то страшного, кто будет пугать меня и делать зло?
— Не стоит заранее вешать ярлыки на людей, мисс Уильямс, — профессор посмотрел на меня своим гипнотическим взглядом. — Ответьте мне честно. Что вы чувствуете к этому пациенту? Верите ли вы, что он может быть злым и опасным?
— Нет, профессор Уайт, я не верю в это. Я не вижу в Скотте злодея или одержимого идеей убийств маньяка. Даже если ему и видятся эти видения, и он получает удовольствие от них, это не значит, что он одержимый маньяк. Я в это не верю.
— В таком случае, я бы настоятельно советовал вам придерживаться этого мнения и полностью опираться на него при общении с этим парнем, — глаза профессора внезапно приобрели странный отблеск, и я почувствовала лёгкое головокружение.
— Да, профессор. Я так и сделаю.
— Рад это слышать, — профессор мгновенно стал самим собой и спросил: — Так что у вас был за вопрос ко мне?
— Профессор, я знаю, что вы в основном специализируетесь на средневековой истории. Но, может быть, вы знаете что-то о божествах?
— О божествах? О каких конкретно?
— Меня интересуют божества, связанные с огнём и подчинением огня.
— Даже так? Зачем вам эта информация?
— У моего пациента после того, как он увидел горящее здание, возникают видения. В них он видит какое-то божество, которое якобы подчиняет себе огонь или связано с огнём. Вот я и подумала, что это может быть за божество и почему Скотт видит его теперь.
— Я немного знаю о божествах, — профессор Уайт задумался и напрягся. — Самым первым и главным божеством является сам Дьявол. Он повелевает адом и, следовательно, адским огнём. В истории человечества было множество божеств, кто повелевал огнём и был с ним связан. Например, в греческой мифологии огнём заведовал Гефест, но в свою очередь Прометей завладел божественным огнём и даровал его людям. В древнеримской мифологии существовал бог всеразрушительного огня — Вулкан. А в скандинавской мифологии богом огня был также бог коварства и обмана Локи.
— Постойте. Как Локи связан с огнём? Ведь, насколько я помню, он был богом коварства и обмана, а его брат ведал молниями.
— Вы это решили, посмотрев современные фильмы?
— Честно говоря, я смотрела «Мстителей» и все части «Тора». Поэтому и думала, что Локи не может быть связан с огнём.
— На самом деле в кино все исказили. Изначально Локи был богом огня, а не коварства. Он был сыном ледяных великанов Ётунхейма, а если быть точнее, королей-великанов Фарбаути и Лаувейи. Когда Один убил его отца, мать Локи подкинула младенца в Асгард, а сама решила покончить с собой.
Так что Локи изначально обладал силой огня и был богом огня. А уже потом его сложный характер и бунтарская натура привели к тому, что он стал богом коварства и обмана.
— Даже так? А что насчёт других богов? Какие ещё боги были связаны с огнём?
— Есть ещё индийский бог Агни, но он внешне совсем не похож на человека. По преданиям у него две головы и множество рук.
— Нет. Это точно не то, что видит Скотт.
— Есть ещё бог огня Арат. Это божество иранской мифологии, которое изображается в виде трёх существ, олицетворяющих три пути любого живого существа.
— Нет. Тоже не то. Какие боги имеют более человеческий вид?
— Гефест, Прометей, Люцифер, Локи, Решеф, Сварог — профессор задумался. — Вроде так. Но я могу ошибаться. Я не сильно специализируюсь на мифологии.
— Но ваши знания в этой области явно выше моих. Профессор, как вы думаете, что может объединять всех этих божеств?
— Мы привыкли считать, что огонь — это зло и это плохо. Но в древности люди считали его очищающим и благословенным. Все божества огня олицетворяли чистоту и очищение. То есть избавление от зла, даже через всепоглощающий огонь.
— Значит, огонь олицетворял не зло, а очищение?
— По общему представлению древних народов — да. Так было принято считать в древние времена.
«Значит, Скотт видит не огонь, который всё вокруг уничтожает. Возможно, его видения олицетворяют какое-то очищение и защиту от чего-то плохого. Вдруг парень до своей амнезии защищался от чего-то негативного, но в итоге не справился и потерял память. Тогда его подсознание этими видениями огня пытается защитить его и тем самым избавить от чего-то болезненного и тяжёлого».
Слова профессора Уайта сильно воодушевили меня и вселили надежду, что со Скоттом всё в порядке. Я не знаю, как описать нахлынувшие эмоции, но они точно заставляли меня двигаться дальше и ни в коем случае не сдаваться.
— Профессор, вы мне очень помогли. Я постараюсь строить лечение Скотта на немного других принципах.
— В этом я вас полностью поддерживаю. Не стоит делать поспешных выводов о человеке, пока не узнаешь его и не разберёшься в мотивах, что им движут. Всё может оказаться намного сложнее и неоднозначнее, чем вы могли предположить изначально.
— О чём вы? Что вы имеете в виду?
— Я говорю о том, что иногда стоит рискнуть, несмотря на страх и сомнения. Иногда нужно довериться своим чувствам, а не здравому смыслу.
«Стоп. Кажется, профессор Уайт цитирует Стефани. Значит, они оба столкнулись с чем-то подобным в своих отношениях. Но что может быть опасного в жизни профессора истории и скромной девушки?» — подумала я.
Слова профессора насторожили меня, и в голове возникло множество вопросов. Я заинтересовалась историей профессора и его отношениями со Стефани. Позже я решила узнать об этом у Рэйчел.
Сейчас меня больше интересовали видения Скотта. Я решила не отвлекаться на посторонние вопросы и сосредоточиться на своих целях.
Профессор Уайт снова посмотрел на меня строгим взглядом и спросил с ухмылкой:
— О чём задумались?
— О ваших словах, — я попыталась изобразить уверенность на лице. — Вы считаете, что видения Скотта могут означать очищение огнём, а не его желание навредить и творить зло?
— Я лишь предположил такую возможность. Но я не могу быть уверен в этом. Согласно теории вероятности, нельзя исключать ни одну из возможных версий.
— Вы правы, профессор. Но всё же, какую из версий вы считаете наиболее вероятной?
— Мисс Уильямс, моё мнение не должно играть для вас решающую роль. Вы должны опираться на своё мнение и ощущения.
— И всё же, профессор Уайт, я бы хотела услышать ваше мнение.
— Если для вас это так важно, то я считаю, что ваш пациент не может быть чем-то злым и уж тем более он не может быть одержим идеей убийства. Поверьте, я в этом разбираюсь.
— Откуда у вас такие глубокие познания в таких вопросах?
— У меня был небольшой опыт в подобных ситуациях.
— И что это был за опыт?
— Эта тема немного личного характера, поэтому я бы не хотел вдаваться в подробности перед вами.
Профессор сверкнул своими изумрудными глазами и улыбнулся мне.
— Надеюсь, вы не в обиде на меня.
— Профессор Уайт, я безмерно благодарна вам за эту встречу и вашу помощь. С чего мне обижаться на вас?
— Мне показалось, что вы немного расстроились моим нежеланием откровенничать с вами.
— Это лишь банальный человеческий интерес и стремление узнать немного больше, чем полагается, — я попыталась перевести свой вопрос в шутку, чтобы не вызвать у профессора негативных эмоций.
— В таком случае, я могу попрощаться с вами и пожелать вам удачи в вашей работе.
— Спасибо, профессор Уайт. Я ваша должница.
— Я бы хотел напоследок дать вам совет. Будьте всегда верны себе и никогда не сдавайтесь. Даже если кажется, что весь мир против вас, и вас будет одолевать страх и сомнения, никогда не поддавайтесь им. Полагайтесь на себя и свои внутренние ощущения.
Профессор как-то странно посмотрел на меня, а затем своим обычным строгим тоном произнёс:
— Всего вам доброго, мисс Уильямс. Удачи вам в вашем деле и всего наилучшего вашему пациенту.
Когда я уходила от профессора Уайта, я ненароком кинула на него взгляд. Не знаю почему, но профессор вызывал во мне странные чувства. Словно в нём самом было что-то таинственное и сильное. Взгляд его пронзительных глаз я запомню надолго, а его невероятную энергетику я буду ощущать ещё долгое время.
Когда я выходила из аудитории, краем уха я услышала напряжённый и странный тон профессора:
— Грета, я надеюсь, у тебя для меня хорошие новости, и я не буду разочарован. Ты знаешь, что стоит на кону, и то, что всё это должно остаться в стороне от Стефани и её семьи.
Глава 6
После разговора с профессором я была в замешательстве. Его слова, его взгляд — всё это оставило глубокий след в моей душе. Я знала, что он обаятельный и привлекательный мужчина, но чтобы настолько сильно притягивать и располагать к себе...
Я не могла перестать думать о нашей встрече с профессором Уайтом. Даже сидя в своём автомобиле, я всё ещё прокручивала в голове наш разговор. Что он имел в виду, когда говорил о необходимости быть верной себе, полагаться на свои ощущения? Вопросов стало даже больше, чем до встречи с ним.
Этот мужчина был загадкой и сильным манипулятором. Я сама не понимаю, как рассказала ему то, что не должна была. Это врачебная тайна, а я слишком активно обсуждаю своего пациента с посторонними людьми.
Я решила быть осторожнее и больше не допускать подобных разговоров о Скотте и его состоянии с кем-либо.
Вечером я сидела дома, склонившись над блокнотом. Как обычно, я пыталась разобраться в полученной информации. С первого курса меня учили делать логические выводы и находить связи между различными элементами загадки.
Сейчас я пыталась применить свои знания на практике, чтобы составить полную картину имеющихся у меня данных. Я была уверена, что Скотт что-то скрывает, и его память не случайно блокирует воспоминания. Возможно, профессор Уайт был прав, и память Скотта защищает его разум от тяжёлых воспоминаний. Но если это так, то, возможно, ему не стоит возвращать память, и лучше оставить его в неведении. Однако как тогда дать ему шанс жить дальше и быть полноценным?
Эти вопросы не давали мне покоя, но я старалась сохранять спокойствие. Рэйчел была занята, и я не стала ждать её возвращения домой. Отложив записи в сторону, я закуталась в одеяло и крепко заснула.
Через пару дней я сидела в гостиной Рэйчел и читала свою диссертацию. Сегодня я решила посвятить день изучению теоретических аспектов своей научной работы и немного углубиться в её содержание. Я всё ещё не могла определиться, как поступить со Скоттом и его памятью.
Раз за разом я напоминала себе, что я врач и должна помочь пациенту. В то же время моё внутреннее чутьё подсказывало мне, что нужно подождать и ещё раз всё обдумать. В такие моменты я вспоминала пронзительный взгляд профессора Уайта и его слова: «Будьте всегда верны себе и никогда не сдавайтесь. Даже если кажется, что весь мир против вас, и вас будет одолевать страх и сомнения, никогда не поддавайтесь им. Полагайтесь на себя и свои внутренние ощущения».
Я старалась прислушиваться к своим ощущениям, которые говорили мне, что нужно попытаться помочь Скотту, не возвращая его истинную личность. Я долго размышляла над этим, пока на моём телефоне не раздался входящий звонок.
— Оливия Уильямс слушает.
— Оливия? Я думал, это номер Шерил. — В динамике телефона я услышала незнакомый мужской голос.
— Вы ошиблись. Этот номер принадлежит не Шерил.
— А вы, случайно, не знаете Шерил Бёрнс?
— Бёрнс?
— Да. Мне этот номер дали как способ связи с мисс Бёрнс.
— Произошла небольшая путаница. Шерил Бёрнс — моя однокурсница. Мы вместе учимся, но я не знаю её номера телефона.
— Так вы вместе учитесь? — голос на том конце телефона стал игривым. — Значит, вы тоже психотерапевт?
— Всё верно. Я, как и мисс Бёрнс, имею квалификацию психотерапевта.
— Мисс Уильямс, верно?
— Верно.
— Вы случайно не проводите частные консультации? Я хотел обратиться к мисс Бёрнс, но, похоже, судьба послала мне вас.
— Не знаю, как судьба, но пока я не провожу сеансы с пациентами. Я временно живу в Нью-Йорке и пока работаю здесь.
— Мисс Уильямс, а вы планируете вернуться в Калифорнию?
— Планирую. А вы хотели записаться на сеанс?
— На самом деле, да. Мне посоветовали мисс Бёрнс, но мне кажется, что лучше обратиться к вам, раз вы появились у меня на пути.
— Скорее вы появились на моём пути. Вы позвонили мне, а не наоборот.
— Не отрицаю этого, — в телефоне раздался громкий мужской смех. — Так когда вы сможете меня принять?
— Ориентировочно через месяц. Ближе к Хэллоуину.
— Прекрасно! Я буду ждать нашей встречи, доктор Уильямс.
— Может, для начала вы представитесь?
— Я Том Однер. И я недавно переехал в Калифорнию.
— И у вас, мистер Однер, возникли проблемы? — голос парня и его манера общения вызвали во мне слабое недоверие к нему и к наличию у подобной личности психологических проблем.
— Возникли. А что вас так удивило? Вы же психотерапевт и должны, как никто другой, понимать трудности адаптации в незнакомом месте и незнакомом обществе.
— Я это понимаю, но, судя по вашей манере разговора, вы не страдаете застенчивостью и неуверенностью в себе.
— Но я страдаю небольшой паранойей и страхом начать обживаться на новом месте. Мне бы хотелось обсудить это со специалистом и избавиться от этого груза в душе. Признаюсь вам, я не привык быть слабым и чувствовать внутри себя слабости. Это немного не типично для меня.
— В таком случае, мистер Однер, я готова принять вас.
Не знаю почему, но история с этим парнем меня заинтересовала. К тому же, мне нужно было возвращаться к обычной деятельности и продолжать вести обычных пациентов. Финансовую сторону тоже никто не отменял, ведь я до сих пор стараюсь доказать своей матери, что могу самостоятельно о себе позаботиться.
— Тогда пообещайте набрать меня по этому номеру телефона, когда вернётесь в Калифорнию и будете готовы провести сеанс.
— Непременно, мистер Однер. Я вас обязательно наберу.
— Благодарю вас, мисс Уильямс. И я безмерно рад нашему знакомству.
— Взаимно.
— Всего вам доброго и доброй ночи.
— Доброй ночи, мистер Однер.
Я положила трубку и почувствовала смущение. Этот странный звонок от неизвестного парня вновь заставил меня тосковать по дому и моей прежней жизни. Я вспомнила свою спокойную и размеренную жизнь в Пало-Альто, свои сеансы психотерапии и научную деятельность. Мне безумно не хватало моих лучших друзей.
С самого детства у нас была своеобразная компания из трёх человек: меня, Сэма и Хлои. Мы подружились ещё со времён наших светских приёмов, которые устраивали наши родители. Их дружба сблизила нас, и мы стали лучшими друзьями.
Хлоя пришла в нашу компанию в средней школе. Она была из обычной семьи и не имела больших возможностей. В школе её пытались травить, но она всегда отвечала обидчикам в жёсткой манере. Её характер и сила духа меня поразили. Мы стали общаться, и вскоре я прониклась к ней симпатией. Наше общение становилось всё ближе, и вскоре Хлоя стала моей близкой подругой.
Когда Хлоя начала появляться со мной, её статус в школе возрос. Она стала популярной. Со временем мы стали ещё ближе и стали лучшими подругами.
Сэм, хоть и занимался футболом, проводил с нами много времени. У нас сформировалась своя компания. Позже мы втроём поступили в Стэнфорд.
Хлоя закончила факультет Лингвистики, мечтая стать журналистом в модном журнале. Сэм закончил факультет Киноведения и медиаведения и планировал стать известным кинорежиссёром.
Наша компания, несмотря на занятость каждого из нас, всегда находила время на встречи и совместное времяпровождение. Мне было грустно осознавать, что я ещё не скоро увижу своих близких друзей.
Загадки Скотта и мои сомнения по поводу него подначивали меня улететь в Калифорнию первым рейсом. Но я не могла бросить дело, не доведя его до конца. И я обещала помочь Скотту, поэтому не могла его бросить.
Всю ночь я мучилась от бессонницы, обдумывая варианты своих дальнейших действий. На рассвете мне пришла в голову безумная идея. Просчитав в голове примерный план действий, я наконец успокоилась и позволила себе заснуть.
Проснулась я, когда за окном были видны блики закатного солнца. «Я что, проспала весь день? Это ужасно!» — подумала я и в ужасе подскочила с кровати. В гостиной на диване сидела Рэйчел в домашнем виде и смотрела фильм, поедая мороженое из небольшого ведёрка. Она улыбнулась мне.
— Смотрю, кто-то вчера заработался. Добрый вечер, — Рэйчел усмехнулась, осмотрев мой сонный и помятый вид.
— Который час?
— Почти шесть вечера. Я недавно пришла домой и обнаружила, что ты всё ещё спишь. Я не стала тебя будить, решив, что тебе нужно отдохнуть после напряжённых дней.
— Дни действительно были напряжёнными, — я упала в кресло и раскинулась на нём.
— Ты голодна? Может, закажем китайской еды и посмотрим какой-нибудь романтический фильм?
— Если честно, то не откажусь, — перспектива такого вечера меня явно устраивала и даже была мне необходима. Я уже больше месяца жила в Нью-Йорке и за всё это время ни разу не позволяла себе подобных вольностей.
— В таком случае, ты заказываешь еду, а я выбираю фильм.
Я оформила доставку разнообразной китайской еды и небольшого десерта к ней. Рэйчел ещё долгое время щёлкала по списку фильмов в её телевизоре. Её выбор пал на «Сумерки», что сильно удивило меня. Когда наш заказ был доставлен, а охлаждённое вино было разлито по бокалам, мы засели за просмотр фильма.
Мы с Рэйчел дошли до третьей части этой истории, и в конце, когда герой делал предложение своей девушке, Рэйчел шмыгнула носом и вытерла рукавом глаза.
— Рэйчел, ты чего?
— Это так трогательно. Белла так долго боролась за Эдварда и так долго его добивалась, что в итоге он всё-таки сделал ей предложение.
— А ещё у них будет ребёнок, и все будут счастливы. Ты что, не видела этот фильм?
— Миллион раз видела, и каждый раз завидую и плачу от таких видов любви.
— Здесь всё показано слишком утрированно. Мы с тобой обе понимаем и знаем, что такого не может быть в реальной жизни.
— Почему это? — Рэйчел перестала шмыгать носом и удивлённо посмотрела в мою сторону.
— Как почему? Сама посуди. Как столетний вампир может полюбить обычную девчонку, которая ещё и изменяет ему с оборотнем?
— Белла не изменяла ему, — Рэйчел сильно нахмурилась и недовольно скривилась, — Она просто думала, что их с Эдвардом отношения обречены. Вот она и переключила своё внимание на другого, желая заполнить пустоту внутри себя.
— Это довольно эгоистично с её стороны. Она, получается, морочила голову одному парню, любя другого. Неудивительно, что оборотень её возненавидел в один момент.
— Но он её не бросил и защищал до последнего. Что делает его благородным и наиболее надёжным вариантом, чем Эдвард.
— Так ты на её месте выбрала бы волка, а не вампира? — мне стало безумно интересно узнать мнение подруги на этот извечный вопрос.
— Да! Он красив, он спортивный, он активный, надёжный и самое главное тёплый, — Рэйчел засмеялась, — И не убивает без надобности. Он во всём выигрывает у вампира.
— А как же вечная жизнь и вечная молодость?
— Так оборотни могут замедлять своё старение. Джейкоб об этом потом расскажет, когда запечатлится с Рэнесми.
— О, Боже, — я закатила глаза в слабом приступе недовольства, — Так ты у нас поклонница оборотней.
— Если честно, то я больше по вампирам. Я роман Стокера читала раз десять и другие книги про вампиров. Никогда не забуду, как Дэмиан пришёл ко мне и представился Владом Цепешем, представляешь?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
