И уж не знаю, что там было в его голове, но как-то он сообразил, что отказывая, я говорила ему о традиционном сексе. Поэтому вроде бы даже пытался не дотрагиваться до меня своим твёрдым членом со вздувшимися венами, на самом кончике которого уже белела капелька смазки. Однако от цели заставить меня стонать под ним не отходил, продолжая водить ребром ладони вдоль припухших от возбуждения влажных складочек, стараясь больше всего внимания уделять клитору. Словно чувствовал меня. Угадывал. И сдерживаясь сам, хотел мне сделать хорошо.
Сдалась я примерно… сразу же. Как только поняла, что дальше он не пойдёт. Полузверь продолжал целовать, стараясь не оставить на мне ни одного не поцелованного им сантиметра. И я вновь прикрыла глаза, наслаждаясь новыми ощущениями. Поцелуи в пылу страсти и поцелуи, сами по себе являющиеся лаской, а не дополнением к сексу – совсем разное. И кажется мне нравился такой вариант. До такой степени, что я кончила минут через пять максимум.
Всё это время пока наслаждалась затухающими волнами оргазма, он смотрел на меня как на божество, осторожно прижимая ладонь к клитору, таким образом продлевая мои ощущения. Его зрачки сужались и возвращались в обычное состояние – верный признак того, что зверь внутри желает вырваться. Но Нир ничего не делал. Просто смотрел и ждал.
А когда я смогла отдышаться наконец и успокоилась, он меня… просто обнял. Прижал к своей могучей груди и замер. Всем своим телом я его чувствовала. Это было необычно. Я ни с кем не обнималась, кроме того, кто стал моим истинным против воли. Тем более – вот так. Свои ладони уложила теперь ему на плечи, пробуя на вкус вот это вот новое и странное между нами.
Но ему видимо ничего не казалось странным, он только водил носом от моего виска к шее и глубоко дышал, будто старался накопить в себе побольше моего запаха. Я погладила его, осознавая, что мне нравится гладкость его кожи, бугрящиеся под ней мышцы, и немного отодвинулась, заглядывая в глаза. В них было… восхищение, радость… обещание чего-то, что я не могла сама сформулировать, может защиты или того, что сам не обидит.
Непроизвольно улыбнулась ему. Я впервые за долгое время ощущала себя и правда в безопасности. Здесь, в палате исследовательского центра барсов, с тем, кого я же и сделала безнадёжным подопытным… И ведь даже если он этого не понял, то точно почувствовал.
Но в ответ вновь поцеловал меня и потёрся щекой о мой подбородок, напрашиваясь на ласку. В этот момент я вдруг и услышала шум вдали, а потом ощутила резкий запах гари…
Не знаю, понял ли он, что произошло, но глядя на моё лицо, немедленно выпустил из своих рук. Вскочив, я заметалась по палате. Моя одежда была испорчена бесповоротно, и теперь мне нечем было даже прикрыться. Выскочила из его палаты, оставляя дверь открытой, и кинулась к стойке с белыми халатами. Хороша руководитель центра. В момент пожара развлекаюсь с подопытным.
Прикрывшись, открыла пультом сразу все двери камер. Нир уже был рядом.
– Сможешь отвести всех за собой?
Он нахмурился, глядя на меня.
– Пожалуйста, сделай это! Я справлюсь сама. Мы встретимся на улице.
Но он только сильнее сводил брови к переносице, не соглашаясь. Несколько десятков огромных оборотней, застрявших в полутрансформации, стояли вокруг нас, принюхиваясь. Мало того, что рядом с ним я себя не сдерживала, была раздета, так от меня ещё и пахло так, что… Нир обернулся к ним, и я едва не оглохла от громогласного рёва. Все они пригнулись, опуская глаза.
Вот и славно. Молодец. Лишь один из всех так и не опустил взгляд. Он смотрел на меня и явно намеревался подойти ближе. Но я уже понимала, что пожар – это не случайность. Кто-то вновь устраивает нам ловушку. Потому покачала головой, давая ему знак, что подходить нельзя. Его ноздри затрепетали, тоже принюхиваясь. Теперь Эннир смотрел на меня с непониманием. Но мне некогда было объясняться. Уже и сама жалела о том, что позволила себе слабость.
– Идите за мной, – отдала приказ, таки взяв себя в руки, и пошла к коридорам, ведущим на внутренний двор через чёрный вход. До главного был риск не добраться.
Нир следовал за мной, а все остальные – за ним. Обычно они не были такими послушными, но сейчас тоже чуяли опасность и желание жить было сильнее. Мы уже достигли выхода, когда я остановилась на пороге, планируя вернуться в кабинет и спасти записи и ноутбук, а может и что-то из лаборатории. Все вышли кроме нас с Ниром. Он сверлил меня взглядом, молча убеждая, что меня тут не оставит.
Откуда появились четверо мужчин в масках и без запаха, так что я даже не могла определить оборотни они или люди, не заметила. Была занята тем, что выглядывала на улицу, убеждаясь, что медработники уже принимают тех, кого мы вывели. А потом уже было поздно.
Трое накинулись на Нира с электрошокерами, кажется, раз в десять мощнее наших, потому что тот почти сразу упал на колени. Один попытался обхватить меня за талию и уволочь куда-то. Видя это, Нир вновь и вновь пытался встать, но эти трое уже скручивали ему руки и таранили в противоположную от выхода сторону. Видимо, как и я предполагала, основной целью сегодня была не я. Точнее я тоже, но главное ведь не увезти меня силой – а заставить идти самой на сотрудничество.
Поэтому, когда оказала сопротивление, принявшись кусаться и царапаться, ведь так и не вышла из полутрансформации сама, мужчина боролся как-то без особого энтузиазма. А стоило мне вывернуться из его рук и выскочить на улицу, и вовсе бросил меня и отправился за своими.
Понимая, что сейчас всё идёт именно так, как и предполагала раньше, вместо удовлетворения ощутила дикую тоску и угрызения совести. Ведь я подставила Нира. Сегодня невольно – оставив на нём столько своего запаха и оказавшись рядом, прежде – тем, что из него сделала. Но сжав зубы, не сказали никому ни слова о похищении. Лишь убедилась, что тот, ради кого это всё было сделано изначально, в порядке, бросилась обратно спасать то, что ещё можно было спасти.
На месте борьбы нашла телефон и машинально убрала его в карман. Судя по всему, полыхала часть здания с другой стороны, где не было подопытных. Эти твари планировали ведь среди них найти и забрать одного… а не убить всех. Поэтому смогла добраться до кабинета, одеться в запасную одежду, и принялась выносить вместе с остальными то, что можно было спасти.
Отдавала приказы, координировала действия, следила разом за всеми, стараясь не думать, что будет потом. Только когда появились Эрдан с Эрнардом не удержалась и едва не кинулась к ним двоим с чистосердечным признанием со слезами на глазах. Отдала найденный телефон, надеясь, что там нет важной информации обо мне. И чтобы не расплакаться при всех, отправилась в загородный дом распределять пациентов и оборудование.
Спасти удалось многое, почти всё. Потушили опять же быстро. Оставалась только одна деталь, которую пока не обнаружили. Но обязательно обнаружат.
И чтобы не вмешивать в свои личные дела весь прайд, я попросила приехать Эрдана для личного разговора. Про наши отношения ходило много слухов, но в реальности – я была обязана ему своей нынешней реальностью. А ещё… виновна в том, что с ним произошло. Он знал всё прекрасно. Но позволил остаться и уговорил дядю. На самом деле он был единственным, кому я рассказала о себе больше всего. Не могла довериться никому.
Эрнард был очень жёстким, многое ему было не понять, а с тех пор, как нашёл свою маленькую пару и вовсе стал нервным и злым на постоянной основе. Его племянник же напротив стал разумнее, пока рядом была Мия, и это немного успокаивало моё чувство вины перед ним и перед ней.
Только сейчас услышав мою частичную исповедь и предложения, вскочил со стула с пылающими гневом глазами:
– Он такой же, как мы! Мы не можем оставить его просто потому, что ты так решила! – загромыхал он.
– Я понимаю, мне тоже непросто. Но кого-то они должны были… получить взамен…
– Пытать, ты хотела сказать, – прорычал он, – возможно даже убить! Я немедленно соберу ребят, мы пойдём по следу и…
– Ему не помочь, Эрдан… Я… совершила ошибку… – не говорить же, что намеренно лишила его возможности оборота. Его доверие ко мне разрушится окончательно. – Он никогда не станет обычным.
– Ты понимаешь, что именно предлагаешь мне сделать?! Ещё и за спиной главы прайда, Эррин! Я не могу принимать такие решения! И даже если бы мог…
– Он вмешается, ты знаешь. И не позволит. Новый виток вражды стай. Если ещё не что-то похуже. У него сейчас и так много проблем. Прошу тебя… Позволь мне решить этот вопрос.
– Позволить им убить одного из своих?! Из тех, кому мы должны помочь? В тебе есть хоть что-то человеческое?! Хоть капля жалости? Пусть он не вернётся в себя, но будет жить, Эррин! Я тоже был таким когда-то. И если бы все решили, что спасать меня не нужно, если бы Мия не…
– Я знаю. Понимаю тебя. И мне правда жаль… Но если мы заберём его сейчас, они нападут снова. И у меня нет гарантий, что в следующий раз снова ошибутся. А если они получат Эннира… Хочешь, я на колени встану?
Он покачал головой и отвернулся к окну, сжав в кулаки руки. Я стояла за его спиной с почти бесстрастным выражением лица, и старалась говорить твёрдо. А ещё уговаривала себя, что выбор сделала уже давно. И теперь нужно лишь следовать плану. Если они заберут Эннира – у меня будет только два варианта: умереть или помогать им. И я точно выберу второй. Потому что в первом случае он тоже умрёт.
Никто кроме меня самой не знает, каково принимать это решение. Особенно после того, что было между мной и Ниром сегодня. Но я его приму.
*История Эрдана и Мии – в романе Посмотри на меня. В плену у зверя*
Глава 6
В тёмном помещении на металлическом стуле сидел мой полузверь, скованный толстенными цепями. Весь избитый. Но в сознании. Мне стоило только войти, как он вскинул голову и его зрачки расширились в ужасе. Только испуган он был явно за меня. И от этого внутри стало ещё более мерзко, чем прежде.
Цокая каблуками, я подошла ближе и чуть присела напротив, осторожно касаясь покрытой засохшей кровью щеки. Он потёрся о мою руку таким привычным жестом и закашлялся. Почему-то в горле появился спазм от этой картины, но я не успела сдаться на волю эмоциям.
Потому что тут же появились четверо мужчин в масках. Снова без запаха и явно использующих антидоты против меня. Я встала, но не сдвинулась ни на шаг. Меня сюда позвали не чтобы избивать и мучить. Боль причинять будут только ему… А я здесь для другого.
Подтверждая мои мысли, все они окружили нас, но ко мне никто не прикасался. Один только взял Нира за волосы пренебрежительно, тот в ответ зарычал.
– Зовите своего альфу, – приказала я. – И не трогай его. Иначе разговора не выйдет.
Мне стоило невероятных усилий уговорить Эрдана не вмешиваться и позволить мне ехать сюда одной. А ещё не спасать Нира сразу… Я дала обещание, что сделаю всё, чтобы вытащить его отсюда, но если не выйдет… Покину это место. И тогда только барсы нападут. Эрдан навесил на меня жучок для отслеживания места положения, чтобы понимать, где в случае чего искать.
В момент, когда дверь сзади скрипнула, я ожидала увидеть и услышать альфу чёрных. Или кого-то из их компаньонов-людей. Но никак не… своего истинного. Даже спиной ощутила притяжение. Метку начало дёргать словно судорогой. А всё моё существо устремилось к нему. Хотелось бежать, прижаться, обнимать, целовать… Но вместо этого я лишь медленно обернулась.
За эти годы я стала сильнее. Научилась почти не показывать чувств. Меньше бояться. Меньше чувствовать. Может Эрдан был и прав, когда говорил, что от человека во мне осталось очень мало. Робот.
Мужчина тоже казался взрослее с прошлой нашей встречи. Тогда и не до разглядываний-то было особо. Теперь передо мной стоял темноволосый, уверенный, жёсткий оборотень. Чёрный волк. Его глаза полыхали, вновь подтверждая догадки, что он из семьи альфы. Но самого альфу и двух его сыновей я знала и так. Кто был этот?
– Ну здравствуй, сладкая, – прорычал он, плавно подбираясь ближе.
От его хрипловатого, властного голоса по спине побежали мурашки. Хотя прозвище, которым он меня наделил, раздражало неимоверно. Сладкой, милой девочкой я не была. И не буду ни с кем. С ним – тем более.
Всё в нём кричало об опасности. И этот мужчина – мой истинный. Точнее тот, кто стал им. Принудив меня.
– Я думала, что буду говорить с альфой, – постаралась ответить спокойно и холодно.
– Ты ведь тоже скучала по мне, не так ли? – продолжал он свою тему. – Поэтому здесь я, а не альфа.
Нир захрипел, натянув цепи. Он каким-то чудом узнал в нём соперника, понял, чья метка на мне стоит. И был готов сражаться. За меня… За ту, по чьей вине он находился тут.
– Ну-ну, успокой братишку, – продолжал волк, – и тебе тоже не следует бояться. Я не причиню тебе вреда.
– Именно поэтому ты похитил моего брата и избил его? – вот это я репетировала сотню раз, поэтому произнесла без запинки. Знали ли они, что нас с Энниром связывают не только кровные узы, но и нечто гораздо более прочное? Скорее догадывались. Иначе не сделали бы из моего младшего братишки дичь, на которую охотится вся стая. И вместо которой жертвой был выбран Нир, так похожий на него внешне.
– Я? – наигранно удивился волк. – Я его пальцем не тронул.
– Так же и меня не тронешь, как его? – я поморщилась, а он нахмурился.
То, что они приняли безымянного прежде полузверя за моего брата – как раз и было моим планом. Несколько лет назад я провела целый курс по переливанию ему крови. Теперь он пах как я. На нём был и мой запах от нашего постоянного общения. И это был шанс для Эннира остаться в живых. Вот только привязываться к своему плану «Б» не стоило. Но эту ошибку я совершила. И понесу за неё ответственность.
Волк остановился в полуметре от меня и глубоко вдохнул.
– Я скучал по твоему запаху, – ещё шаг – и он приобнимает меня за талию. – Как же вкусно ты пахнешь, сладкая. Ночами мне снился твой аромат.
Я бы хотела оттолкнуть его, но меня тянуло ещё ближе. Мне было его мало. Как бы я не сопротивлялась, но тоже скучала. И снился он мне постоянно. Пусть я и не знала его совсем, но инстинкты брали своё. В себя вновь привёл хрип Нира рядом. Он даже смог освободить одну руку и попытаться схватить меня и притянуть к себе, но вдруг один из его похитителей резко вывернул её в сторону. Раздался хруст, полузверь зарычал и, кажется, на пару секунд даже отключился от боли.
Я вскрикнула и кинулась к нему. В его мутных от боли глазах продолжал плескаться страх за меня. Он тоже видел в волке и его группе поддержки угрозу для меня. Его рука висела плетью теперь.
– Ты чудовище! – я подлетела вновь к истинному. – Прекрати это!
Внутри скрутился жгучий узел, причиняющий боль. Кажется, я пропустила момент, когда мой «план» превратился в нечто большее. Но глядя на того, кто страдает из-за меня сейчас, уже не считала такой плохой идеей сознаться во всём прямо сейчас, чтобы прекратить.
– Ты же видишь, сладкая, я ничего не делал, – возразил он спокойно, но поморщился отчего-то и кинул быстрый взгляд на мужчину, сломавшего руку Ниру.
– Я не останусь, – решила перейти к главной части переговоров. Торговаться здесь всё равно не с кем. Он ещё более бесчувственный, чем я.
– Даже ради братишки? Помнишь те славные времена, когда он сидел в клетке в нашей лаборатории? Ты тогда была послушной девочкой.
– Вы хотите снова управлять мной. Этого не будет.
– Ты так уверена? Может, я вообще тебя отсюда не выпущу.
– Ирбисы знают, где я. За мной придут.
– И каким же образом ты добилась покровительства их прайда, сладкая? – угрожающе начал он.
– Не твоё собачье дело, – огрызнулась я, глядя прямо в тёмные, пылающие злостью глаза.
– Разве это не ты стонала подо мной как течная сучка? Не ты послушно стояла на четвереньках в коридоре лаборатории и подставляла мне шею? А псом называешь меня.
От тех воспоминаний по моему телу разнёсся жар. Почему-то они не казались мне неприятными. Напротив, я даже ощутила тяжесть внизу живота и влагу ещё ниже. Хотя головой понимала, что от этих слов не возбуждаться должна, а ненавидеть его больше.
– И тебе понравилось, сладкая. Тебе было хорошо. Ты хотела ещё. Меня. Мой член. Нашу связь.
У меня закружилась голова от его слов и от того, как сильно натянулась невидимая связь. Я даже не осознала, как так вышло, что стою к нему вплотную, а он прижимает меня к себе, оглаживая мои бёдра и талию. Только когда ощутила на губах терпкий вкус его губ (который до сих пор не могла забыть), оттолкнула, борясь с инстинктами:
– Я здесь, чтобы ты мог потешить своё самолюбие? Или для обсуждения дела? – на удивление голос прозвучал собранно и холодно, а не до противного неуверенно.
Возможно, со стороны кажется, что меня не впечатлила его речь. Только ведь он ещё и чувствует меня… А я его не особо из-за отсутствия моей метки на нём. Поэтому не могу разгадать истинных мотивов.
– Это и есть моё к тебе дело, сладкая. Ты же спряталась у ирбисов так, что тебя не достать. Твой брат – единственный способ привести тебя саму в стаю.
– Разве тебя послал не альфа из-за лаборатории?
Он как-то странно поморщился. Неужели была ещё какая-то цель? Не из-за связи же он меня искал… Да и как вышел из полутрансформации? Это наша близость тогда на него так подействовала или что-то другое?
– И это тоже, – согласился он без особого энтузиазма.
– Тогда и говори об этом, – припечатала, не желая выяснять личные отношения, которых фактически нет. И не будет. С этим самовлюблённым, эгоистичным, наглым волком я не останусь. Будто сама лучше …
Он усмехнулся.
– Какая ты стала смелая. Дерзкая. Мне нравится.
– А ты мне не нравишься! – я отступила к полузверю, осторожно ощупывая его плечевой сустав.
Надеялась на вывих, но нет. Нам не повезло. Перелом. И он сейчас так смотрел на меня… Только бы они всё не поняли и приняли этот взгляд за братскую заботу. Хотя стоит признать, что ощущать заботу в принципе для меня непривычно. Тем более – от такого, как он. Привыкла считать их почти животными.
– Мы предлагаем тебе сделку, – изменил вдруг тон волк. – Твой брат остаётся жить, а ты возвращаешься в нашу стаю и лабораторию. И разумеется, ко мне.
– А если я скажу «нет»?
Его брови взметнулись вверх. Видимо, такой вариант он даже не рассматривал. В прошлый раз же сработал безотказно. И теперь явно волк не понимал, почему я не молю его о пощаде и не кидаюсь ему в ноги. Как сделала однажды, когда они приволокли Эннира впервые.
– Если ты ещё не готова дать верный ответ… мы можем тебе помочь…
Он нехотя кивнул одному из своих, а сам оттащил меня от Нира подальше, удерживая за талию. Мужчина в маске вытащил нож и вонзил его в бедро полузверю, провернув пару раз. Нир зарычал, а я забилась в тесных объятиях, пытаясь вырваться.
Было ощущение, что это только что со мной сделали. На глазах показались слёзы. Когда-то я думала, как смогу не показать отсутствие родственной и эмоциональной связи между мной и подставным Энниром. Теперь же на самом деле почти не могла сдерживаться.
– Ну-ну, – голос нашего мучителя стал теплее на целый градус, а свободной рукой он стёр пару крупных солёных капель с моего лица. – Видишь, его больше не трогают. Только согласись и всё. Я тебе обещаю, что больше ему не причинят вреда.
– Я не останусь тут… – посмотрела ненавидящим взглядом в его глаза. – Вы – подлые, мерзкие твари, которые не умеют играть по-честному.
– Не ты ли помогала нам играть, сладкая? – он уткнулся носом в мою шею и вдруг оставил там жаркий поцелуй.
– Вы меня заставили. Это был шантаж.
– Правда? – будто бы удивился он. – А мне казалось, тебе нравилась наша лаборатория.
– Я не знала, что вы там делаете! – вновь забилась в его руках, чтобы оказать помощь полузверю. Хотя уже понимала, что всё бессмысленно.
– Теперь ты знаешь. Останься. Тебя не станут заставлять делать что-то ужасное. Будешь тихо сидеть в своей лаборатории – всем необходимым тебя обеспечат. Любое твоё желание будет исполнено, – почему мне кажется, что в этот момент он не только про работу говорит? – А твой брат будет жить в лучшей палате. С лучшим уходом. Если захочет, ему даже девочек будут доставлять.
Мурашки пробежали по спине от воспоминаний, когда я впервые увидела в лаборатории «девочек». И видимо через метку или иначе, но он почувствовал моё отвращение.
– Послушай, – продолжил даже примирительно. – Я готов рассмотреть твои условия. Просто останься со мной. Дай согласие… А с альфой я всё решу.
Мне показалось, что я неверно поняла его мысль. Но взглянув в глаза, увидела одержимость. Наваждение. Он всерьёз предлагает мне просто остаться с ним и не работать в их лаборатории, если не хочу?
– Ты верно услышала, – он прошёлся горячими пальцами по моей щеке. – Только дай согласие. И никто больше не пострадает.
– Кроме тех, кому вы будете колоть препараты из моей крови, так?
Он усмехнулся с досадой:
– Это всё, что я могу тебе предложить.
– Я не согласна, – отчеканила. – Можешь удержать меня силой. Но за мной придут. Это в прошлый раз ты воспользовался тем, что меня некому было защищать…
– Ирбисы нарываются. На тебе моя метка. Они не имеют права забирать тебя у меня, – зарычал он мне в лицо.
– Но заберут. И ты знаешь, почему.
– Только если ты сама не захочешь остаться, правда? – он вновь кивнул одному из мужчин, и тот повторил представление с ножом.
Полузверь не издал даже стона, только начал биться сильнее, пытаясь освободиться под звон цепей. И в этот раз я уже не пыталась вырваться из держащих меня рук. Только бросила на волка ледяной взгляд, маскирующий бурю внутри.
– Даже если ты скажешь, что убьёшь нас обоих, я не останусь.
Кажется, он был удивлён таким заявлением. Настолько, что выпустил меня. Не теряя времени, кинулась к Ниру и, сорвав с себя ремень, перетянула его бедро выше ран. Он благодарно рыкнул, но продолжил смотреть на главного здесь волка. Снова переживал за меня… И глаза его пылали беспомощной злостью. Я обернулась.
– Дай нам уйти. И, возможно, я буду меньше тебя ненавидеть.
Вдруг наша связь значит для него хоть немного больше, чем я думаю? Только тогда это может сработать.
– Ты меня хочешь, а не ненавидишь.
На самом деле хотелось расцарапать эту наглую, самоуверенную физиономию.
– Это действие метки.
– Той, что является подтверждением твоей мне принадлежности? – насмешливо уточнил он.
– Той, которую ты поставил нечестно.
Волк вдруг смерил странным взглядом полузверя. Принюхался. Тут я только могла поблагодарить Луну, что не перешла черту и не переспала с ним. Иначе бы всё понял. Если его реакцию ещё можно было списать не на ревность, а на беспокойство о сестре, то вот запах бы разрушил легенду.
– Мой ответ «нет», – ответил холодно.
Я взглянула на свои руки, испачканные в крови Нира и глубоко вдохнула. Меня не мучили угрызения совести, что подставила его и заставила испытывать эту боль вместо брата. Я защищала то, что мне дорого. Боролась за свою и его свободу. Не хотела больше сидеть на цепи. И заплатила за это им…
Посмотрела ему в глаза и увидела в них подтверждение, что он всё понял. Всё до последнего слова, произнесённого здесь. Что я работала с этими уродами раньше. Что этот издевающийся над ним волк – мой истинный, чья метка стоит на мне. И то, как я её получила, он тоже услышал от него. И что выдаю его за своего брата, которого он видел прежде, и вместо которого страдает теперь. Возможно даже то, что намеренно дала ему похожее имя, чтобы если обмолвлюсь случайно, не выдать себя. А он ведь даже сказать не может, что я вру.
Подло? Да. Но иначе всё сложилось бы гораздо хуже для всех.
Кроме него.
Перевела взгляд на волка, выдыхая, заставляя себя отогнать инстинкты как можно дальше и запереть глубоко внутри остатки чувств. Выбрала бы ли я его в других обстоятельствах? Возможно. Прежде мне нравились такие, как он. Опасные, сильные, идущие напролом. А сейчас… Сейчас я хочу просто выжить. Но если меня он убьёт очень вряд ли, то Нира может. В отместку за моё упрямство.
Неосознанно положила ладонь на голову полузверя и пропустила сквозь пальцы его светлые, испачканные в крови волосы. Привычным жестом он попытался прильнуть ближе.
Просто уйти и оставить его умирать здесь одного?
– Ну конечно, – проговорила задумчиво, – что ещё можно было ожидать от вас? Ты же даже не дал ему возможности сражаться. Приковал к стулу, а не предложил справедливое сражение…
Я не была уверена, что Нир его одолеет (тем более в таком состоянии), но это хотя бы шанс, который могу попробовать ему выторговать.
– Ты не спровоцируешь меня на сражение с ним, сладкая. Я бы поборолся с тобой… И уверен, тебе бы понравилось мне проигрывать. А вообще плевать, насколько благородно я выгляжу в твоих глазах. Это ты любишь надевать белое пальто. Я не скрываю того, какой я есть.
– Монстр.
– Пусть, – хмыкнул он безразлично. – Но разве ты не такая же? И ты хочешь быть со мной.
Нир снова забился в цепях. Я понимала, что ему невыносимо видеть меня рядом с другим. Ведь считает меня своей. Возможно, я дала ему повод так думать. Сколько бы не твердила обратное. А также понимала, что частично волк прав. Его метка навсегда связала нас двоих. Связь со мной не так просто разорвать, как даже обычную истинную. Но только мне решать – поддаваться зову инстинктов или найти в себе что-то важнее. Разум… Холодный расчёт. Для того чтобы сделать то, что я должна делать. Хочу или нет – уже не так важно.
– Меня ты тоже посадишь на цепь?
– Нет.
– То есть я могу уйти? – уточнила холодно.
Он нахмурился:
– Ты хочешь оставить брата и уйти, сладкая? Или я как-то неверно понял твою мысль?
– Хочу, – подтвердила и почувствовала, как Нир затаил дыхание.
Понимал, что без меня не проживёт здесь долго? Видел во мне хоть какую-то защиту от жестокости своих мучителей? Ждал, что я сделаю что-то? Не знаю. Я медленно присела напротив, чтобы смотреть ему прямо в глаза. Коснулась ладонью его щеки и шепнула:
– Прости.
В его глазах отразилось неверие. Казалось, он был уверен, что я не уйду. Попытаюсь помочь ему. Но что я могла? Предложить себя волку на блюдечке? Как только я уеду, здесь будут ирбисы. И надеюсь, что они успеют.
Нир дёрнулся в последний раз, а потом напрягся весь, так что мышцы под кожей взбугрились, сжал кулак на ещё пока здоровой руке, и прикрыл глаза, упрямо стиснув зубы, больше не глядя на меня. То ли смирился, то ли разочаровался. А может пытался унять рвущуюся наружу ярость от моего предательства. Хотя я ведь не обещала ему ничего…
Волк тоже был удивлён. Никто здесь не верил, что оставлю его. И когда уверенно направилась к выходу, в помещении был слышен только стук каблуков. Меня не пытались остановить.
– Ты же понимаешь, что будет дальше? – хрипло переспросил волк, но я не обернулась. И не остановилась.
Да. Я понимала.
Именно поэтому здесь оказался этот полузверь, а не тот, кто им был нужен на самом деле. А ещё я понимала, что это не значит, что после того, как они уничтожат рычаг воздействия на меня в виде подставного Эннира, мой истинный не захочет просто выследить меня и забрать себе. Вне зависимости от того, соглашусь ли я работать в лаборатории. И то, что он этого ещё не сделал лишь подтверждает, что он знает обо мне гораздо больше, чем все остальные. И хочет меня себе не на пару лет. А на гораздо более длительный срок. Запри он меня насильно – так долго не проживу.
Глава 7
Я провела ладонью по запотевшему стеклу в ванной и посмотрела на свое отражение в зеркале. Холодный, ничего не выражающий взгляд не понять какого цвета глаз. Идеально уложенные светлые пряди натурального оттенка блонд. Длинные пушистые ресницы. Мерцающие дымчатые тени. Накрашенные красной помадой губы с идеальным контуром и формой. Перевела взгляд ниже.
Под идеальной до последнего штриха одеждой скрывается такая же идеальная грудь. Узкая талия. Длинные, стройные ноги, которые всегда на каблуках. Вновь встретилась взглядом со своим отражением. И мы синхронно усмехнулись.
Улыбка становилась всё шире и шире, пока не переросла в истерический смех. Я смотрела на себя и смеялась, смеялась, смеялась.
Так ненавидела сейчас. Себя, свою жизнь, свой дар – проклятье. Все вместе те, кого я погубила, меня так не ненавидят. Дьявол под внешностью модельной тупой блондинки. Жестокая, беспринципная тварь, идущая по головам. Способная на предательство. На убийство. Даже тех, кто протянул мне руку помощи. Я могу убить каждого из них. Каждого…
Я закричала. Но крик сорвался на визг. Настолько, что голос захрипел и затих. Связки не выдержали. Я выпустила когти и проводила раз за разом по своей груди, по бёдрам, шее. Кромсая одежду и собственную кожу. Смела зеркало со стены. Баночки и тюбики с полок. Разодрала колготки, упав на колени на кафель. И продолжала плакать и смеяться.
Какой же я сейчас была жалкой. Меня разрывало от скопившихся эмоций. Мне хотелось домой. Домой…
Где мой дом? У меня его нет. И я не имела ввиду конкретное место. Скорее ощущение…что я дома. Смогу ли я его когда-то испытать? Вряд ли. И поделом. Я сдохну одна. Вероятнее всего тогда, когда однажды не удержу себя, и меня растерзанную бросят доживать последние минуты где-то в подвале среди наркоманов или под забором. А может меня убьёт Эрнард, когда узнает, какая я на самом деле. Или на куски разорвут наши подопытные.
Моя жизнь не имеет смысла для меня. Всё, что я хотела, всё, о чем мечтала когда-то – вышло наоборот. Настолько, что смешно думать. И горько. Как же горько вспоминать себя – наивную, залюбленную родителями, витающую в розовых облаках, мечтающую о светлом будущем, где смогу осчастливить сразу всех. Луна… Какая же дура!
Не бывает так, чтобы всем было хорошо. И всегда приходится выбирать. Легко быть тем, за кого выбрали – можешь радоваться или ненавидеть. А когда решение нужно принять тебе, и самой потом нести за него ответственность, не на кого спихнуть… Ну да. Мне ли плакаться об этом?
Я снова захохотала, размазывая свой уже совсем не идеальный макияж и случайно или может и намеренно царапая лицо. Какая разница, если всё равно всё заживёт? Моей регенерации позавидует любой оборотень. Может и правда податься к истинному? Пусть посадит меня в клетку. Он был прав, что мне даже понравилось, как он обладал мной, как грязно и подло проделал это всё. И прав, что я – такая же, как они. За идеей создать идеально подходящие друг другу истинные пары – не увидела того, каким образом это достигалось. Считала, что имею право решать за других.
Да даже с Ниром я решила за него. Не дала ему даже шанса – крошечного шанса на свою собственную жизнь. Сделала его отражением своего брата. Его заменой для жестоких волков. Так было нужно – да. Но разве я не понимала внутри себя, что именно творю? Разве совсем забыла то, чему меня учили с детства? И как смогла бы после всего этого посмотреть в глаза родителям? Как рассказала бы, что Эннир пострадал тоже из-за меня? А то, кем я стала, как скрыть? Теперь от них ничего не скрыть.
Жестокая тварь, которую почему-то Луна посчитала достойной дара… Почему я? Почему не кто-то другой?! Я запустила стеклянной мыльницей в дверь, и она разлетелась на блестящие крошки. И вдруг… стало так тихо и пусто. Как отрезало. В ушах зашумело только.
Я поднялась.
После истерики, закончившейся так же внезапно, как и началась, лицо некрасиво покраснело пятнами, тонкие шрамы уже затягивались светло-розовой нежной кожицей. Через пару минут и их не будет. Волосы растрёпаны. Веки опухли. Умылась машинально и прислушалась.
В голове звучали чьи-то быстрые шаги. Далеко. Квартал. Может чуть меньше. Кто-то идёт, а точнее – бежит сюда… Так я и пошла к выходу, ожидая гостя, которого пока не чуяла. Странно, что вообще почувствовала приближение. Может инстинкты обострились после выплеска негативных эмоций? Давно у меня такого не случалось.
Равнодушно опустила глаза на пол. Кровавые следы. Зеркало разбилось, и наверное я наступила на осколки. Но мне не было больно. Это оттого, что я чудовище. Раздалась громкая трель. И я молниеносно повернулась на звук.
Телефон.
На экране высветилось имя Эрдана. Нажала на приём. И едва не оглохла от отборнейшего мата. Между нецензурными словами было мало других. Но по ним я поняла, что племянник главы прайда интересуется, какого собственно… рожна меня понесло в квартиру, а не в загородный дом. Потому что там безопаснее – раз, а два… сейчас там беснуются несколько десятков оставшихся подопытных. Видимо, из-за моей истерики. Интересно почему позвонили ему, а не мне? Или я просто раньше не услышала звонка.
И в-третьих… Нир вырвался, как только его освободили и кинулся по какому-то следу. То ли искать волка, который успел уйти. То ли… меня. И судя по словам Эрдана, его глаза горели жаждой мести и ненавистью. Я усмехнулась. Он выжил. И конечно теперь захочет отомстить… Значит, это он идёт ко мне. Его приближение я чувствую.
Эрдан говорил, чтобы я уходила немедленно. Что они уже упаковали оставшихся волков и все выезжают ко мне, но если он успеет раньше, то… Я отключилась и поставила телефон на беззвучный, не дослушав.
Он едва не умер из-за меня. А многие умерли. Чью жизнь я спасала? Эннира? Или всё же свою? Кого я хотела защитить? Своего братишку? Или свою свободу? Может наш род? Ведь он последний из моей семьи, кто сможет его продолжить… Имеет ли это значение для Нира, которого я сделала игрушкой в этой игре? Вряд ли. Как и остальных.
Помню, когда впервые увидела своими глазами результаты препаратов, над которым работала, не могла спать несколько ночей. Они обещали, что это будет открытием. Что это наконец прорыв… Тогда я даже не спросила, на ком и как будут проводится опыты. Наивная дурочка, которую так удобно было подстроить под себя…
Буду ли я сражаться за свою жизнь с Ниром? Попытаюсь ли сбежать? Или может объясниться? Чтобы сохранить свою жизнь. После того, что сделала с его…
Буду.
Да, я не стану валяться у него в ногах, вымаливая прощения. Не стану каяться, тем более, что так и не чувствую своей вины. Что в ней толку? Если бы мне дали возможность проиграть это всё заново, я поступила бы ровно так же. Ни за что не подвергла бы опасности жизнь брата…
Дверь заскрежетала, когда он вцепился когтями в металл. И я решительно распахнула её, глядя уверенно и почти бесстрастно в его пылающие яростью глаза. Он был весь в крови. Одна рука продолжала висеть. Перелом даже если начал срастаться, то неправильно. Из бедра всё ещё стекает кровь. Не стоило так напрягать рану. А он шёл несколько километров пешком. Бежал даже, судя по испарине на лбу. Вены на его шее и руках вздулись. Сердце громко и быстро грохотало. Слишком быстро даже для оборотня. А моё наоборот от эмоционального истощения из-за истерики опять было равнодушно ко всему, я даже не боялась сейчас. Его светлые волосы красными прядями прилипали к щекам…
Неосознанно сделала шаг назад. Инстинкты подсказывали запереться от него, попытаться убежать, хитростью заставить успокоиться – поманить чем-то, пообещать что-то, не провоцировать… Хотя очевидно было поздно. Но всё же я перешла в полутрансформацию, готовая к тому, что он на меня бросится. Сдаваться даже перед ним – не мой вариант.
И это стало спусковым крючком для хищника.
Предавшая его самка собиралась обороняться, а не просить прощения, отказывалась сразу признать, что он сильнее, и она проиграет. Он кинулся ко мне с громким рыком, впечатывая меня в своё тело и не обращая внимания, что я впилась в его плечи когтями. Резко наклонился, обнажая клыки. Я попыталась причинить ему боль, чтобы вырваться из жёсткой хватки, и сдавила повреждённое плечо – нечестно, но было не до соблюдения правил приличий. Он заревел громче, вероятно желая свернуть мне шею, и в последний момент я прикрыла глаза – ещё не сдаваясь, но уже понимая, что бороться бессмысленно.
Какая же ирония – стать жертвой того, кто ещё недавно был моей…
Глава 8
В момент, когда ожидала укуса и боли, его горячие губы коснулись нежной кожи на моей шее. Просто коснулись. Он не укусил меня. Но и не целовал. А только держал, прижимал сильнее и глубоко дышал. Очень глубоко. И быстро.
Что-то явно было не так.
Я слышала, как грохочет его сердце. Втянула носом воздух и ощутила запах лекарств от него. Что ему вкололи? Кажется, попытались вывести из полутрансформации. Идиоты. Это бесполезно. Но было что-то ещё…
Рука Нира, прижимающая меня к его горячему, пропитанному запахом крови телу, вдруг разжалась, и распахнув веки, я увидела его налитые кровью глаза. В прямом смысле слова. Белки глаз были красными. Из носа бежала тоже алая струйка. А сердце продолжало биться ещё быстрее. Он открыл рот, будто собираясь говорить, но вместо этого закашлялся, и из уголка губ тоже потекла красная дорожка.
С грохотом он упал передо мной на колени, повалив стоящую рядом тумбу. Я присела рядом, тут же взяв себя в руки. Все эмоции и страхи отошли на второй план. Сейчас я опять была хладнокровным врачом. И снова вдохнула. Что ещё они ему вкололи? Среди множества разных запахов вычислила, кажется, тот самый. Нужный.
Убойная доза адреналина. У него давление, наверное, сейчас такое, что сосуды не выдерживают. Может хотели вызвать в нём ярость. Или просто оставить погибать вот так мучительно. А у меня здесь нет совершенно ничего, что могло бы помочь быстро. Тем временем Нир пытался снова подняться на ноги. Но делал это как-то слишком аккуратно для того, кто собирался мне мстить – не отталкивал, не рычал больше, не пытался причинить вреда. Наверное, сейчас сам испугался своего состояния, или тут было что-то ещё. Но разбираться было некогда.
Я осторожно толкнула его к стене, заставив окончательно сесть на пол и расслабиться, а сама сорвала собственноручно наложенный жгут с его бедра, чтобы снизить давление. Кровь брызнула фонтаном, окатывая меня. Но я не обратила внимания, лишь отвела в сторону его ладонь, дёрнувшуюся закрывать кровоточащую рану. Присев рядом, прислонила его голову к своей груди.
– Так нужно. Сейчас станет легче. Ты слышишь, как бьётся моё сердце? Твоё должно биться так же. Слушай. И дыши медленно. Очень медленно. Давай вместе со мной. Вдох… Раз. Два. Три. Четыре. Пять… Выдох. Давай. Слушай меня. Вдох… – изо всех сил старалась, чтобы мой голос был спокойным и размеренным.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
