Даже когда бабушка и дедушка умерли, сразу после похорон последнего отец привез меня в пустую квартиру и оставил там ночевать одну. Он спешил в аэропорт, – у него были срочные дела в другом городе. Тогда мне пришлось смириться с одиночеством и темнотой.
Даже когда четверо парней поймали меня в темном дворе и не давали пройти, пытаясь обокрасть и раздеть. Я сама отдала им свою сумку, сняла всю одежду и под их немое удивление спокойным шагом вышла в более оживленное место, где мне помог мужчина. Накинул свой пиджак и вызвал такси.
Даже когда в самолете, когда я возвращалась как-то с очередного отдыха, произошла разгерметизация салона и всех пассажиров начало трясти, кто-то терял сознание, кто-то молился, кто-то навзрыд рыдал. И все это продолжалось, даже когда самолет спустился на приемлемую для нормального дыхания высоту. Я же открыла бутылку своего любимого шампанского из Duty Free и достала сыр камамбер. Девчонки, которые отдыхали вместе со мной, почему-то отказались от моего предложения присоединиться. Они бормотали что-то невнятное, а их окаменевшие лица были белее мела.
Вот пришел момент, когда я смогла их понять. И вроде ситуация с разгерметизацией кажется намного опасней, чем просто кучка людей, лапающая по очереди неизвестный камень. Но что-то подсказывало, что для меня этот вечер вряд ли закончится бокалом игристого напитка и любимым сыром с плесенью. И смеяться мне совсем не хотелось. В общем, интуиция, проницательность, чуйка, инстинкт самосохранения, шестое чувство – как бы это ни называлось в обществе, что-то внутри меня било тревогу.
Тем временем около двадцати человек уже прошли эту странную процедуру. Так как я ближе всех стояла к открытым дверям, то процесс стирания памяти был у меня на виду. Человек подходил к седому мужику, или как они его назвали? Точно, к мастеру. Он что-то лепетал себе под нос и затем указательным пальцем выводил какой-то знак на лбу подошедшего. Не понятно, конечно, какой результат был достигнут, так как все не мешкая сразу уходили, освобождая место для следующего. В целом ничего страшного.
Я попробовала выглянуть в открытый дверной проем. Но один из охранников сразу же закрыл мне обзор.
Вновь вернула взгляд к постаменту с камнем. Опять какая-то девчонка уходила со слезами на глазах и мольбой попробовать еще, но на резкое движение охранников сама побежала к выходу. А мне так и хотелось ей крикнуть: «Счастливая! Беги скорее домой!»
Пятерка главарей, как я их назвала, стояла неподвижно и практически ничего не комментировала. Но вот когда камень в руки взял молодой рыжеволосый парень, началось нечто необычное. Многие аплодировали, даже пятерка главарей.
– Явно какой-то фокус, – неосознанно произнесла я, благо негромко.
Камень начал светиться. С каждый разом все ярче. От него рассеивалось мягкое серое марево, в котором мерцали черные чешуйки, временами отливая лунным серебром.
Нет, фокусники так точно не умеют. Вернее, устроить световое шоу в наше время возможно с помощью всяких технологий, но вот, чтобы толпа завороженно смотрела с радостью и обожанием в глазах, – здесь сложнее. Даже меня это видение не отпускало. В душе зарождалось нечто странное… Я одновременно чувствовала пустоту внутри себя и желание стать частью чего-то неизвестного. Странное желание, несвойственное моему характеру.
Рыжеволосый пожал руки главарям и встал рядом. Когда большинство уже покинуло зал, таких счастливчиков было пятеро. Две девушки и трое парней. Они все без исключения радовались, что именно в их руках камень засиял. Одна девушка заплакала, с ее слов, от неверия в свою удачу, и от переизбытка чувств начала всех обнимать. Правда, злым дядям – охранникам это не понравилось, и они зло шикнули на нее, чтобы встала в строй счастливчиков.
Я, конечно, не могла понять причины их радости, так как прекрасно осознавала, что это не конец.
«Что будет с теми, кого выбрал камень?» – этот вопрос постоянно всплывал в голове.
Моя бурная фантазия не давала мне скучать, каждый раз подкидывая новый вариант исхода этого вечера. Версию с дурацким розыгрышем сразу откинула, так как понимала, что спланировать такое стоит больших денег. И вроде я не успела никому насолить, чтобы так жестоко со мной поступить. Поэтому первое место я отдала варианту с сектой. Что если они все члены какой-либо сектантской организации, где жертвоприношение не пустой звук, а довольно часто практикующееся мероприятие. А счастливчики – это те самые ягнята. Второй вариант – игра на выживание. Мне вспомнился недавно просмотренный фильм, где богатые люди развлекались по-особому, а именно устраивали охоту на людей. Победителя третьего места я не успела определить, так как подошла моя очередь.
Предпоследний участник не смог заставить камень засветиться, очевидно поэтому он со злостью бросил камень на постамент, что тот чуть не упал на пол. Охрана среагировала, как всегда, моментально, несколько человек быстро подбежали в надежде успеть поймать камень. Но, к их счастью, не пришлось. В практически пустом зале были слышны облегченные вздохи. Обидевшемуся молодому человеку не только стерли память, но и пару раз ударили под дых.
– Вы последняя! Подходите, не стесняйтесь.
Я бы с радостью уже покончила бы со всем этим… Но ноги меня не слушались, отказываясь идти к постаменту.
– Вы знаете, кажется, я перепутала мероприятия и…
– Ничто не происходит случайно, – меня резко перебил ведущий. – Может, это карбонадо вас к себе позвал.
– Камень что ли? – нервно уточнила я.
– Не тратьте время: ни свое, ни наше. Оно слишком драгоценно.
– Если бы ваша охрана позволила мне сразу уйти, то вы бы уже разошлись, – немного осмелев или просто потеряв здравый рассудок, я была готова препираться.
Мне никто не ответил. Ведущий нервно повел правым плечом. Я расценила это как угрожающий знак.
– Ладно, ладно. Я поняла, – все-таки пришлось пересилить себя, подойти к постаменту и взять камень в руки. Холодный, а острые углы неприятно кололи нежную ладонь. Через пару секунд аккуратно вернула его на место. – Вот видите, только потратила ваши наиценнейшие минуты жизни. Спасибо. До свидания.
Я уже дернулась в сторону выхода.
– Возьми камень в руки и считай до десяти. Пары секунд маловато, – прямо рыча, обратился ко мне ведущий.
Хотелось съязвить, но увидела совсем недружелюбные взгляды охранников. Перехотелось тут же. Где они вообще нашли таких серьезных ребят?!
– Ладно, давайте попробую еще раз.
Снова взяла камень в левую ладонь.
– А может, надо на правую ладонь положить? – спросила у ведущего, обернувшись к нему. Тот в ответ отрицательно покачал головой. – А может, надо сильнее сжимать? – ответа не последовало. – А может, двумя ладонями одновременно?
– Уже не надо, – наконец-то ответили мне, и в этот же самый момент боковым зрением я заметила слабое свечение. Раскрыла левую ладонь и замерла…
Камень действительно ожил в моих руках. Но не было серого марева, блеска чешуек. Он не был темным, как мне казалось в начале. Он был прозрачным и светил мягким теплым светом.
– Вот черт! – спустя какое-то время произнесла я.
– Да, боюсь, мне не с чем вас поздравить! – неутешительно подтвердил ведущий.
– Как же? Разве я не войду в число ваших ягня… Счастливчиков? – говоря, кивнула в сторону ребят. Кивнула, и зацепилась за их лица. К этому времени они уже сняли с лица маски. Нет, я не пыталась выделить красивые черты и внешние недочеты. Я старалась понять, почему их лица вытянуты в недоумении, а в глазах плескалась… Тревога?
– Карбонадо принимает всех, кто может послужить Кругу Равенства. Вот только мы, – ведущий развел руками и указал на всех присутствующих, – Сектор Смерти – не принимаем никого, кто не с нами. А тебе точно с нами не по пути…
– Ой, знаете, я не обидчивая. У меня у самой другие планы. Так что, раз мы друг в друге не нуждаемся, то я, пожалуй, пойду, – аккуратно вернув камень на постамент, я всем вежливо помахала рукой и даже слегка улыбнулась. Но успела сделать только пару шагов в сторону заветного выхода, как меня больно схватил за левое запястье один из охранников и резким движением вернул на прежнее место. – Что вы себе позволяете? – возмутилась я, стараясь скрыть испуг.
Ведущий сделал пару шагов ко мне навстречу, оставляя между нами всего шаг.
– Я же говорил, что ничего не случается в этой жизни случайно, – его речь была пропитана ненавистью, каждое слово он словно выплевывал. – Ваш сектор слишком беспомощен. И вряд ли в тебе они потеряют верного соратника. Так что… Ты будешь первая, на ком я применю свое новое правило. Вернее, наказание, – договорив, мужчина засмеялся. Пятерка счастливчиков так и продолжала пребывать в коматозном состоянии. Остальные в масках стояли неподвижно. Получалось, что ведущий – самый главный в этой мишуре и его решения не обсуждают. Зато стая серых волков – охранников не сдержали едких усмешек.
«Значит, ягненок здесь только один», – в голове пробежала обреченная мысль. Но я не готова была сдаваться, как говорят: решила биться не на жизнь, а на смерть.
– Послушайте, мой отец…
– Твой отец тебе уже не поможет. Тебе никто не поможет, – мужчина начал переходить на повышенный тон. – Ни твоя подруга с другом фотографом. Никто. Был человек и пропал человек. А потом выясняется, что сидит он в какой-нибудь дальней тюрьме строгого режима за убийство. Ты не переживай, мои люди все сделают за тебя. Даже улики оставят, тебе придется только чистосердечное признание подписать.
– Да что я вам такого сделала? – мне тоже захотелось прикрикнуть на него, но смогла выдавить только хриплое сипение.
– Всего лишь оказалась в ненужное время в ненужном месте. Ах, да, забыл! Карбонадо признал в тебе служителя Сектора Надежды. А с недавних пор у меня… У нас со служителями этого сектора сложные отношения.
– Вы больные психи! Какой Сектор Надежды? Мой вам бесплатный и ценный совет – обратитесь к квалифицированному психиатру, – все же наконец у меня прорезался голос, и я накричала на этого придурка.
– Займешься ею, – ведущий сказал кому-то из охранников. Незамедлительно меня схватили за руки и заломили их за спиной. Конечно же, я начала вырываться, но мои жалкие попытки быстро пресекли.
– Будешь сопротивляться, случайно сломаю руку. В трех местах, – на ухо прошипел мне охранник.
– Подождите.
А вот проснулся и мой незнакомец с террасы. Этот голос невозможно было не узнать.
– Не вмешивайся. Это мое дело, – бесцветно озвучил ведущий.
– Она не сделала ничего плохого. Даже здесь оказалась случайно. Ее друзья рассказали об их грандиозном плане. Сотрите ей память и все.
– Не надо мне память стирать, – охранник ослабил хватку, и я смогла вырваться. – Не знаю, кем ты себя возомнил, – я подошла к ведущему и ткнула в него пальцем, – но обидеть беззащитную девушку может только…
– Ева, встань на место! – меня резко перебил незнакомец, но при этом мягко добавил: – Не усугубляй, пожалуйста.
– Ты знаешь, как меня зовут? – спросила я, хотя вопрос был неуместен.
Раз они успели допросить моих «сообщников», то, естественно, уже знали и мое имя, и чья я дочь. Но строгие вибрации в голосе незнакомца действовали на меня по-особому, мне хотелось его слушаться и подчиняться. Обычно начальственные нотки в мой адрес вызывают только раздражение и желание сделать все наперекор. Но не в тот раз.
Я послушно сделала пару шагов назад и сложила руки на груди в ожидании того, как этот красавчик (я почему-то была уверена, что под маской скрывается смазливое лицо) будет отстаивать право на мою жизнь.
– Отпусти ее. Если ты хочешь начать открытую войну с ними, то надо ликвидировать кого-то из значимых фигур их сектора. А не девчонку, о которой они узнали пару минут назад и не видели в глаза.
«Что? Уже другие про меня знают? Кто эти другие? Сектор Надежды? Они тоже захотят меня ликвидировать?» – очень хотелось озвучить свои вопросы, но сдержалась.
– Может ты прав, – задумчиво согласился ведущий, – но она испортила сегодняшний вечер, мое настроение. Все же… Начнем с нее.
– Послушай… – начал мой заступник, но договорить ему не дали. А ведь у него такой красивый голос – слушала бы и слушала.
– Я здесь принимаю решения, – взревел ведущий и сразу дал указание охранникам: – Хватайте ее и идите за мной.
Я уже было приготовилась драться, кусаться, царапаться…
Но меня все никто не хватал за руки, не тащил куда-то, не причинял боли. Я приподняла голову и огляделась по сторонам.
Вот один из охранников тянет уже ко мне свои загребущие ручищи, но почему-то застыл на месте и не моргает, словно восковая фигура. Остальные тоже будто играли в детскую игру «Замри». Даже ведущий стоял неподвижно, сжав руки в кулаки. За пятеркой счастливчиков лишних движений и раньше не замечалось, но было видно по их непроницаемым лицам, что они тоже «в игре».
Только незнакомец-красавчик стоял, покачиваясь с пятки на носок, видимо, ожидая моего внимания.
– Оценила происходящее? – спросил он, то ли усмехаясь, то ли ему было тяжело дышать. Не удивительно, в такой-то маске! Я свою-то уже мечтала снять. Мне не хватало воздуха, и я была на грани обморока. Хотя в моем случае наверняка дело было не в маске.
– Это розыгрыш? – спросила с надеждой в голосе, продолжая наблюдать за окаменевшими людьми.
– Ты же прекрасно понимаешь, что нет. Поэтому у тебя есть пять минут, чтобы убежать отсюда. Твои друзья ждут тебя на парковке. Вопросы есть?
– Что ты с ними сделал? – поинтересовалась, пока строила охранникам смешные рожицы и показывала средний палец ведущему. Я рассчитывала на то, что кто-нибудь не выдержит и улыбнется, так часто бывает в розыгрышах.
Но не этот вопрос от меня ожидал услышать красавчик.
– Ева, время! Беги! – он сердито прикрикнул на меня. – Я не смогу сдерживать их вечно.
– А куда бежать и когда остановиться? – уверена, что от моей глупости он закатил глаза.
– Тебя уже кто-нибудь ищет из Сектора Надежды. Просто беги и не останавливайся! Если тебя поймает кто-то из наших, то уже никто не сможет помочь. И в ближайшие дни не возвращайся домой.
После этих слов я должна была сорваться с места и бежать прочь. Но почему-то решила вначале подбежать к своему загадочному спасителю и обнять. Он не отшатнулся, но и не обнял в ответ. Только сдавленно прошептал на ухо: – Беги, Ева. Беги!
Больше ему не пришлось повторять.
Я скинула туфли и взяла их в одну руку, другой подхватила подол платья. И наконец-то побежала в сторону открытых дверей. Правда, быстро убежать не получилось. В дверях стояли застывшие статуи мастера и двух охранников. Свободное пространство между ними было слишком узким, даже для такой худой, как я. А другие двери были закрыты на ключ, это я запомнила. Оставалось только одно – осторожно подвинуть кого-то из них или нечаянно уронить. Двигать сил не было, поэтому… Пока я решалась на отчаянный шаг, неожиданно мастер отошел в сторону, да еще мило улыбнулся и кивнул головой. Я уже было хотела спросить: «Как так?» Но в спину донесся знакомый строгий голос: – Ева, быстрее!
Глава 5
В старшей школе на уроках физкультуры, когда приходилось сдавать нормативы по бегу, я всегда прибегала к финишу одной из последних. Мой учитель недовольно поджимал губы и ставил заслуженную тройку, говоря при этом, что ленивее бегуна не встречал. Не отрицаю, у меня не было желания бежать с высунутым языком на плече и со сбившимся дыханием, которое потом тяжело восстановить. Тем более со стороны это выглядело непривлекательно. Совсем не так, как хотелось бы выглядеть девочке-подростку.
Но после того, как всего за пару минут я преодолела мраморную лестницу, большой банкетный зал, вновь мраморную лестницу, длинный холл, – поняла, что все дело в правильной мотивации. Она лучший спутник успеха. Согласитесь, неудовлетворительная оценка в школьный журнал совсем не так пугает, как кучка психов, покусившихся на твою свободу.
Внутри здания время будто остановилось, позволяя мне сбежать. Люди пребывали все в том же неподвижном состоянии. В голове не укладывалось, как такое возможно. Но я продолжала бежать, запрещая себе думать о чем-либо, кроме своей свободы.
Я без проблем выбежала на улицу и, не замедляясь, босиком по гладкому асфальту продолжила путь к парковке для персонала. К счастью, мои «сообщники» в полном составе ждали меня около машины и что-то бурно обсуждали. Даже с расстояния в пятьдесят метров было заметно, что они тоже взбудоражены и раздражены.
Они заметили-то меня сразу, но, когда я принялась им махать руками и кричать «заводи машину», начали перепуганно переглядываться между собой, оставаясь на месте и не внимая моим словам. Пришлось к «заводи машину» добавить пару нецензурных слов, и словно по щелчку все пришли в чувства и кинулись к машине занимать свои места.
– Ева, что происходит? – как только я запрыгнула в машину, спросила Наташа.
– Нет времени объяснять! Уезжаем отсюда быстрее! – говоря это, я уже доставала свои вещи из рюкзака, чтобы переодеться. Присутствие парня в машине меня нисколько не смущало.
– Ева, прости. Мою тетю никто не предупредил, что будет закрытое мероприятие. Как только все гости прибыли, официантам запретили выходить в зал к гостям. Я не могла никак тебя предупредить. А когда охрана увидела Диму с камерой, нас вообще заперли в какой-то комнате и устроили допрос. Они показались серьезными ребятами, которые вовсе не шутят. Поэтому мы не стали их обманывать, только скрыли, что провела нас тетя. Тебя тоже допрашивала охрана? – расстроенно спросила она. Я в ответ издала лишь нервный смешок и стала оглядываться назад. Погони не было. – Ты ничего не расскажешь? – осторожно поинтересовалась Наташа.
– Наташ, я тебе обязательно все расскажу, когда пойму, что мы в безопасном месте, – немного подумав, о том, куда будет лучше податься, обратилась к ней: – Отвези к моему отцу.
– Это далеко… – протянула она.
– Серьезно? Действительно, пускай где-нибудь поближе меня закопают.
– Все настолько плохо? – наконец-то подал голос Дима.
– Все просто замечательно. Уверена, кучка психов скоро догонит нас. Наташ, ты можешь быстрее? – я глянула на спидометр – сто десять. – Это максимум?
– Для меня – да. Ты знаешь, я уже один раз попала в ДТП. Больше не хочу.
– Ладно, – смирилась я, понимая, что ничего не могу поделать с этим, не вариант было выходить из машины и ловить попутку. Неизвестно на кого нарвешься. Постаралась расслабиться. Откинулась на сиденье и закрыла глаза. А перед ними вновь: круглый зал, пять счастливчиков, главари, чертов ведущий и карбонадо, что принял меня… в общество психов.
– Надеюсь, через неделю я уже забуду про этот день, – негромко озвучила свое желание.
– Так, может, завтра получится сделать пару фоток? Тетя сказала, что завтра они будут работать в другом месте, и там точно не будет таких жестких рамок, – с явной надеждой в голосе спросила Даша.
– Нет уж… Хватит с меня. Дешевле будет снять какую-нибудь студию, пригласить друзей в праздничных нарядах и сделать пару фоток со мной на их фоне. Почему мы сразу так не сделали?
– Потому что у нас денег нет, а брать у кого-либо взаймы, мы не приучены, – ответила Наташа.
– Такое ощущение, что денег нет только у нас… – обиженно пролепетала Даша, – куда ни посмотришь все на тонированных джипах только и разъезжают.
– Не говори, зажали нашего жучка со всех сторон, – подтвердив, Наташа начала рассказывать, о какой машине мечтает сама. В будущем, когда станет успешным менеджером.
– Что значит зажали? – я резко распахнула глаза и начала осматриваться.
– Чего ты? – озадаченно спросила одногруппница. – Едут по своим делам, никого не трогают.
Они не понимали, что меня так всполошило. Смотрели настороженно. Наташа бросала непонятливые взгляды в зеркало заднего вида. А когда я перевела на нее встревоженный взгляд, осторожно спросила: – Только не говори, что это за нами?
– Сама подумай. Здесь пять полос. Могли бы уже сто раз обогнать. А не тащиться за компанию с нами.
– Здесь разрешенная скорость сто десять, – ответила Наташа, но уже не так бойко.
Немного подумав, я твердо заявила:
– Им нужна я. Скоро будет съезд к заброшенному жилому комплексу. Где-нибудь там останови, только предупреди заранее, чтобы я подготовилась к старту.
– Ева, я не понимаю. Чего они хотят? Ты же ничего не натворила? Правда?
– Я была само очарование.
– Девчонки, давайте не будем заниматься самодеятельностью. Хватит на сегодня. Давайте махнем к ближайшему отделению полиции. Там нас никто не тронет, – подал голос фотограф.
– Ты просто не видел, что за дичь у них там творилась. Полиция отдыхает со своими умениями, – я посмотрела на него серьезно.
Но мой встревоженный взгляд не мог передать весь тот страх и непонимание, что творились у меня в душе. Сердце колотилось, как у жалкого зайчонка. Все внутри сжалось. Я была на грани отчаяния. Но, как всегда, не могла этого показать и объяснить. Вообще, с проявлением чувств у меня всегда было не очень. Поэтому ребята даже на половину не могли меня понять и почувствовать, что пахло совсем не жареным, а уже тлеющими углями. Поэтому только я знала, что не стоит привлекать посторонних. Ни ребят, ни полицию, ни родителей. Мой спаситель – незнакомец не был похож на психа. Ему стоило верить. Он сказал бежать и не останавливаться. Я так и поступлю.
Когда мы почти подъехали к развилке дорог, я неожиданно для всех закричала:
– Тормози!
Наташа резко нажала на тормоза, не спросив, в чем дело, и даже не подумав о позади идущем автомобиле, видимо, нервное перенапряжение усыпило бдительность. Благо преследующий нас внедорожник успел вовремя среагировать и тоже с резким визгом затормозил. Я, не прощаясь и ничего не говоря, выбежала из машины и побежала по дороге в сторону съезда к заброшенной стройке.
Еще лет пять назад здесь планировалось строительство нового престижного жилого комплекса, но застройщика посадили в тюрьму за былую противозаконную деятельность. И до сих пор он оставался застроенным лишь на половину. Два десятиэтажных дома без дверей, окон, инженерной инфраструктуры, в общем, голые бетонные плиты. Надеялась лишь на то, что память не подведет, и я смогу неплохо ориентироваться на заброшенной стройке, как и на втором курсе университета, когда мы с некоторыми однокурсниками проводили здесь все свободное время. И не только свободное. Если честно, мы частенько прогуливали нелюбимые предметы. Парень, который нам все здесь показал и рассказал, был сыном того застройщика. Поэтому я знала, где находятся все дыры в заборах.
Однако глупо было надеяться, что в такой абсурдный день удача повернется ко мне лицом. Повезло лишь в том, что целой и невредимой мне удалось добежать до спасительного забора и не попасть под машины или в лапы опасных людей.
Вот только я не знала, что деревянный забор давно пал под натиском всяких подростков, сталкеров и просто бомжей, которые пытались проникнуть на внутреннюю территорию. Вместо него теперь красовалось двухметровое ограждение из зеленого профнастила. И мое идеальное стопроцентное зрение не наблюдало ни единого отверстия, даже маленькой щели в нем. Сплошная идеальная стена, мать ее…
В общем, решила не обегать забор по кругу в поисках хоть какой-то лазейки, а побежала в сторону гаражного комплекса. Да и времени я не так много выиграла у своих преследователей.
В момент, когда я только приблизилась к первому гаражу и оперлась на него рукой, чтобы немного перевести дыхание, практически возле меня затормозил тонированный джип, а следом и второй. Куда делся третий, мне некогда было раздумывать, я сразу же ринулась вглубь комплекса, надеясь оторваться от них и где-нибудь спрятаться.
Но эти ребята действительно были на своем месте. Они быстро меня нагнали, а один из них схватил за ногу, когда я пыталась пролезть между железными прутьями ограждения, ведущего к жилым пятиэтажкам.
Меня спасло то, что я была в кедах и коротком сарафане, а на ноги было нанесено специальное масло с мерцающим эффектом, которое передала мне Даша перед фотосессией. «Чтобы ножки блестели, как у модели». А еще оно способствовало идеальному скольжению рук по телу. Поэтому стоило дернуться посильнее, и в руках преследователя остался лишь мой ботинок.
Обидно, конечно. Это были любимые кеды. Но времени на требования вернуть ботинок назад не было. Два других охранника уже перелезали через невысокое ограждение.
Я понимала, что далеко убежать хилой спортсменке не позволят, и оставались считанные минуты до того, как заломят руки за спину и наверняка свяжут, заклеят рот скотчем, затолкают в машину. Но все равно не сбавляла ход, хотя от переизбытка адреналина в крови уже темнело в глазах и шумело в ушах. А может, не только из-за адреналина – бежать в одном ботинке – то еще удовольствие.
Недалеко впереди я увидела шумную компанию молодежи, расположившуюся в открытой беседке во дворе жилого дома, и из-за всех сил ринулась к ним. Их было не меньше десяти человек, я надеялась, что они рискнут за меня заступиться. Но я не успела…
Внезапно и не понять откуда сбоку от меня появился светловолосый парень. Совсем не похожий на тех, кто гнался сзади. Он бежал наравне со мной, а когда заметил мой непонимающий взгляд, просто весело подмигнул и резко толкнул в правую сторону. Естественно, я не удержалась и полетела на землю, вернее, на капот рядом стоящего седана. И затем уже должна была скатиться на землю, но как-то приземлилась на своего неожиданного обидчика.
– Только молчи, – коротко сказал он. – Они не заметят нас.
Эта заминка стоила мне жизни… Точнее, я уже приготовилась к тому, что меня сейчас схватят. И прощай свобода. Но, на мое немое удивление, два охранника, что первыми добежали до машины, за которой мы сидели, просто пошли дальше.
– Она, наверное, за следующей машиной спряталась, – почти шепотом сказал один из охранников. – Безмозглая дура.
«Это я дура?! Разуйте глаза, идиоты!» – хотелось крикнуть в ответ. Но сдержалась, понимая, что вокруг опять происходила какая-то неведомая ерунда.
Четверо серьезных мужчин в дорогих костюмах чуть ли не подлезали под каждую машину в поисках меня, даже заглянули в мусорные баки. Разводили руками, ругались, плевались. А потом сели в свои тонированные джипы и уехали.
– Что это было? – осторожно спросила у своего нового знакомого. Немного не понимала, как мне вести себя с ним. Он, конечно, спас меня, но после его дружеского толчка и моего весьма немягкого приземления на капот остались синяки и ушибы. Поэтому сложно было определить его намерения.
– А что было? – насмешливо спросил он, поднимаясь и протягивая мне руку. – Пойдем, моя машина за углом. Отвезу пока к себе, а ты по дороге расскажешь, откуда такая везучая свалилась на мою голову.
– Вообще-то я даже не знаю тебя, – я проигнорировала его руку и сама поднялась с земли, бережно прижимая к себе ушибленный локоть.
– Артем, – он протянул руку и по-мальчишески улыбнулся. – Твой наставник на ближайший месяц.
– Наставник? – я вскинула брови. – Мне не нужен наставник. Просто отвези меня к отцу, – немного подумав, добавила: – Пожалуйста.
– Ан нет, дорогая, не получится к отцу. Мне, знаешь ли, тоже без тебя хорошо жилось. Но долг все же обязывает. Тебя, кстати, как зовут?
– Ева.
– Добро пожаловать, Ева, в тайный мир, наполненный несправедливостью и опасностью, – парень для специального эффекта приглушил голос и открыл, склоняясь в легком поклоне, пассажирскую дверь своего автомобиля, к которому мы только подошли.
Я засмеялась. Смех был истерическим и неконтролируемым. Слишком много переживаний для одного дня. Тем более для той, которая привыкла упрощать себе жизнь и избегать лишнего перенапряжения.
– Да, я тоже поначалу смеялся. Сейчас даже анекдот смешной не заходит, – ответил он, оставляя передо мной распахнутую дверь. Сам развернулся и пошел занимать водительское место.
Выбора у меня особо не было. Рискни я рассказать все отцу, на следующий день точно уже оказалась бы на приеме у психотерапевта. А с этим парнем было чуть проще. Он сам жил в условиях необъяснимого. Поэтому, смирившись, я все-таки села к нему в машину.
– Правильное решение, – одобрил Артем. – Давай вначале расскажешь, как случилось так, что ты только инициировалась и сразу завела крепкую дружбу с «палачами смерти», – на слове «дружбу» он сделал особый акцент.
– Думаю, ничего глупее ты не слышал…
Мне действительно хотелось рассказать все, что произошло со мной. Особенно тому, кто поймет. И Артем действительно верил моим словам и даже не смеялся, лишь изредка хмурился и что-то бубнил себе под нос. Под конец своего душещипательного мистического рассказа я только осознала, что все это время нервно сжимала подол сарафана, а в глазах стояли слезы. Глядишь, чуть жалости с его стороны, точно расплакалась бы. А не плакала я целую вечность. Наверное, последний раз в детстве, когда свалилась с качелей.
– В общем, если бы не ты, то не знаю, где бы сейчас была… – закончила я свою речь.
– Обычно в таких случаях речь заканчивают словами благодарности…
– Спасибо, Артем.
– Не за что, Ева. Ты не переживай, это только в первое время кажется, что попала в клуб анонимных шизофреников. На самом деле быстро свыкаешься с новой реальностью. Правильнее сказать, тебе не дают времени, чтобы все обдумать и принять.
– Принять? Что за Сектор Смерти? Сектор Надежды? Сектанты? Ты откуда?
Объясни… Пожалуйста.
– Давай по порядку! Где твой телефон?
Глава 6
– Ты здесь живешь? – недоверчиво спросила у Артема, пока мы поднимались на седьмой этаж, где, с его слов, находилось пару жилых квартир. Меня смутил тот факт, что он жил в доме, где помещения в основном сдавались под офисы и магазины, не подразумевая частных квартир. Зато на первом этаже оказался неплохой обувной магазинчик, где я смогла выбрать себе новые белые кеды. Не Prada, конечно, но все же лучше, чем в одном ботинке.
– Да, очень удачное место. Всего две квартирки с соседями. Недорого. И далеко ходить не надо: парикмахерская, бытовой и продуктовый магазины, медицинские товары, ритуальные услуги и прочая ерунда, – все в доме. Просил еще кальянную открыть, но пока желающих нет.
Пока он говорил о плюсах своего жилья, я нервно оглядывалась по сторонам, все еще опасаясь преследования. Благодаря этому не заметила, как быстро и с легкостью мы поднялись на нужный этаж.
Да, если в будущем такие жесткие дневные тренировки войдут в норму, то я и на свой двадцатый этаж буду вприпрыжку подниматься.
– Чувствуй себя как дома, – распахивая предо мной тяжелую металлическую дверь, сказал Артем и жестом руки пригласил внутрь.
– Миленько, – немного осмотревшись, тихо произнесла. – Я смотрю, ты любитель минимализма.
Площадь квартиры была весьма немаленькой. Только гостиная, совмещенная с кухней, занимали не меньше ста квадратных метров. Правда, взгляду не за что было зацепиться. Голые кирпичные стены, ничем не обработанные, потолок давно покрашенный в белый цвет и не скрытые под ним деревянные балки, вместо люстры – пару лампочек на длинных проводах. Обшарпанные деревянные полы. Из мебели: старенький кухонный гарнитур со столом и стульями. Большой кожаный диван, явно видевший лучшие времена, и какой-то дохленький коврик возле него.
За двумя хлипкими деревянными дверями – просторная ванная комната, спальня с двуспальной кроватью и напольной передвижной стойкой для одежды. Это даже не минимализм. Это глубоко наплевательское отношение на уют в доме.
– Может, все-таки к отцу меня отвезешь? – не получилось скрыть своего брезгливого отношения к внутреннему убранству его жилья. – Мне в любом случае нужна одежда и обувь, всякие личные вещи. Не думаю, что у тебя здесь безопасно оставаться, – он нахмурился, видимо, не очень понял про безопасность, я пояснила: – Вдруг, меня мыши унесут к себе в норку.
– Не переживай, они у меня ручные, – он немного оскалился. – А ты, значит, у нас принцесса.
– Принцесса бы уже с криками бежала вниз по лестнице.
Артем обвел оценивающим взглядом свое жилье и, пожав плечами, сказал:
– Вполне себе неплохо. Со временем и тебе станет все равно на такие приземленные вещи.
– Слушай, а есть вероятность, что ваш карбонадо ошибся и у меня получится избежать участи быть принятой в вашу секту.
– Во-первых, камень не ошибается, – раздраженно ответил он, – и это не простой черный алмаз, который многие называют карбонадо. Его уникальность в том, что для каждого сектора он приобретает свой оттенок. Окажись он в руках избранника Сектора Смерти – засветится черно-серым с серебристыми переливами, для Сектора Жизни – примет светло-розовый оттенок с перламутровыми отливами, для Сектора Обречения – темно-фиолетовый, для Сектора Надежды – просто мягкий теплый свет. Для обычного человека – обычный черный алмаз. Во-вторых, мы не секта, а тайное общество, действующее на протяжении многих веков.
– Как масоны? Или ассасины? – не без ехидства спросила я.
– Нет, совсем нет, – он озадаченно покачал головой и склонился над кухонным столом, прикрыв глаза. – Знаешь, у меня предыдущая ночь была бессонной, хочу прилечь. А ты можешь сходить вниз в супермаркет за продуктами. У меня в холодильнике кроме пива ничего нет. В общем, прогуляйся по магазинам, не отходя далеко от дома. Здесь тебе ничего не угрожает. Деньги можешь взять в морозильной камере, – он махнул рукой в сторону старенького холодильника и, не взглянув на меня, пошел в спальню.
– Замечательно. Хоть что-то у нас есть общее, – я обессиленно рухнула на диван и прикрыла глаза, наверное, мне тоже стоило немного вздремнуть. Но сон не шел. Я все думала о Наташе и ее компании, вспомнив, что третий внедорожник больше не видела с того момента, как выбежала из машины. Что если он последовал за ними? Вдруг эти психи решили, что я успела сболтнуть лишнего и свидетелей тоже нужно убрать.
К моей удаче (весьма неожиданной!), Артем оставил свой телефон на кухонном столе, я решила без спроса им воспользоваться. Тем более он тоже не спрашивал, можно ли вышвырнуть в окно мой телефон или нет. Просто выкинул его на проезжую часть и тут же небольшой грузовик с легкостью проехался по нему. Артем сказал, что сделал это на случай, если Сектор Смерти всерьез обиделся на меня за несанкционированное проникновение на их модную вечеринку и не уймется, пока не спрячет меня в темнице в какой-нибудь глуши. В общем, у них не осталось возможности вычислить мое местоположение.
Я, конечно, понимала, что все делалось ради моей безопасности. Старалась не злиться, по крайней мере, не кричать. Но скрыть досаду не получилось. Я насупилась и замолчала, внутренне оплакивая свой любимый телефончик. Тем более, чтобы заказать такую редкую модель смартфона небезызвестной корпорации, пришлось потратить немало денег, а еще больше нервов. Не своих, конечно. А той милой девушки, которая обслуживала мой заказ. Все же мне было очень жаль его потерять. А этот наставничек даже бровью не повел, чтобы хоть как-то извиниться.
Было еще кое-что. Мой наставник попросил не звонить близким в ближайшие пару дней, а лучше неделю. Мои слова, что даже и не собиралась, его успокоили. Но все равно еще раз попросил не глупить и продержаться хотя бы несколько дней. На этот раз пришлось соврать, сказав, что память на цифры плохая и кроме своего номера больше ничей не помню.
Конечно, я знала номер своей старосты наизусть. И в ближайшие пару лет точно не смогла бы забыть. Наташа всегда была моей палочкой-выручалочкой. И это касалось не только учебы. Вспомнить только, сколько раз она забирала меня с вечеринок где-нибудь за городом, когда такси не получалось вызвать. Жуть! Именно поэтому я не могла просто лежать и спокойно отсчитывать дни, чтобы узнать, что у них все в порядке.
И вновь удача была на моей стороне, при разблокировке чужого телефона не пришлось сражаться ни с какими способами защиты. За что я мысленно поблагодарила Артема. Хотя у самой было установлено и сканирование лица, и отпечаток пальца, и пароль. Ключевое слово – было.
– Алло, – послышался встревоженный голос на том конце связи.
– Наташ, это я, – чуть ли не шепотом сказала я, чтобы ненароком не разбудить своего наставника. Если он, конечно, спал.
– Ева, боже мой! С тобой все в порядке?
– Все хорошо… – мне не дали договорить.
– Ты совсем дурная? Нет, почему я спрашиваю? – Наташа сама себе задавала риторические вопросы. – Ева, ты совсем дурная! Как ты могла с нами так поступить! Я не знала, что делать. А когда за тобой ринулись два джипа, то вообще растерялась. Создала аварийную ситуацию. Там такое движение было. Ты понимаешь, что тебя могла сбить машина! Насмерть!
– Ладно, не ругайся, я все понимаю, – пыталась успокоить подругу, но казалось, что на том конце разъяренный бык, тяжело дышащий мне в трубку, а не Наташа. – Если тебе интересно, то я у своего друга. Он подобрал меня по дороге и привез к себе. Пока у него отсижусь. Вы как?
– Отлично, – она тяжело выдохнула, – третий внедорожник вначале ехал за нами. Мы даже собирались последовать совету Димы, – поехать в ближайшее ОМВД. Но, к нашему счастью, на одной из развилок машина свернула.
– Ладно, я позвоню завтра. Сама на этот номер не звони, – не дожидаясь ответа, я сбросила вызов.
Я осторожно вернула телефон на место. Даже протерла его кухонным полотенцем, чтобы не осталось ни единого мерцающего пигмента от хайлайтера.
Хотела присесть, но вспомнила про морозильную камеру с деньгами.
– Ух ты…
Денег у наставника было побольше, чем у меня. Морозильная камера была полностью отключена за ненадобностью, а может, и вовсе не функционировала. Верхняя полка была забита долларами, средняя – евро, а нижний ящик, как и у меня, доверху набит пятитысячными купюрами.
– С такими деньгами жить в такой обстановке…
В общем, с нижнего ящика вытянула приличную пачку денег, сунула в рюкзак и отправилась на поиски необходимого. Свои деньги решила принципиально не тратить, так как Артем был связан с этим Кругом Равенства, а я, между прочим, тоже была на них обижена, именно из-за них страдала моя нервная система и отодвигался сказочный отпуск.
А еще пару таких «забегов на короткие дистанции», и отдыхать придется в ближайшем санатории, так как сил на побег в другую страну не останется.
Поэтому без зазрения совести решила спустить все до рубля на всякую ерунду, чтобы хоть немного отыграться… Правда, непонятно на ком. Что-то мне подсказывало, что мой наставник даже не заметит, что из его сокровищницы вытянули увесистую пачку денег.
Тратить деньги я умела всегда. В принципе, кто не умеет? Но в какой-то момент поняла, что вымоталась. На мне висело восемь больших пакетов с одеждой, обувью, косметикой, всякой мелочью. А еще необходимо было купить продукты и некоторые элементы посуды, новое постельное белье…
Пришлось нанять носильщика. Вернее, двух парней подросткового возраста. Гора пакетов свалилась с моих плеч… Открылось второе дыхание. В общем, вернулась поздно вечером уже с пятью парнями, нагруженными моими покупками. Вручила каждому по пятитысячной купюре, закрыла за ними дверь и радостная завалилась на диван. Что еще нужно для счастья?
Глава 7
– Ты чем думала, когда чужих людей впускала в квартиру? – кричал Артем с утра, пока я еще сонная сидела на диване, прикрываясь мягким пледом.
– А что такого? Парни добросовестно выполнили свою работу, за что были вознаграждены и отпущены восвояси.
– Ты свои барские замашки оставь до того момента, когда съедешь отсюда и начнешь самостоятельную жизнь.
– Слушай! Ты должен мне сказать спасибо, посмотри, как твоя квартира преобразилась.
– Вот я и смотрю, что проще будет самому от тебя избавиться. А Сектор Смерти мне бабла скинет за это! Сразу поменяю это убожество, – он махнул головой в сторону нового ворсистого ковра возле дивана.
