Страница 2 из 3
Алмазов не просто прошёл мимо. Зацепил меня, гад противный. Потащил в кабинет. Будто мне мало было той чертовщины, что творилась в офисе. И коллег. И сына маминой подруги. И мамы.
Теперь ещё я вяло помахала в перекошенную улыбку Дианы, которая додумалась позвонить своему парню по видеосвязи. И тоже вовсе не рассчитывала, что меня присоединят к разговору.
Тем временем, за мной снова плотно прикрылась дверь. Помнится, в прошлый раз я вышла отсюда с приличной суммой денег! Вдруг он снова хочет мне заплатить, и я совершенно зря цеплялась каблуками за порог и назвала его… Просто обозвала. Шёпотом. Надеюсь, он услышал.
– Диана, ты не поверишь, но в офисе тётки есть говорящая с призраками, парочка баньши и полуразумное растение. Они её почему-то называют «Лиза». А это моя новая невеста, знакомься.
Очень приятно, вашу мать…
Следующие события отщёлкались, как кадры на старом фотоаппарате.
Алмазов хищно улыбается обомлевшей девушке и подтягивает меня за талию поближе.
Мой кроссовок опускается на его лодыжку. Получилось совсем не романтично. Зато доходчиво. Удалось отцепиться.
– Ну, Алмазов, с папой сам объясняться будешь, змей паршивый, – цедит Диана и отключается.
А мы остались вдвоём в кабинете.
Ну, Алмазов… Я даже за премию не собираюсь терпеть приставания начальника!
Случайно поймала взгляд своего взбешённого отображения в зеркале напротив. Сама испугалась перекошенного лица. Красота неземная, конечно. Макияж плохо вытерт по всему лицу. Футболка с цветными пятнами. Пальцы как когти скрючены.
Честно – надо быть редкостным извращугой, чтобы позариться на такое.
Хотя… кто этого Алмазова знает. Вижу его вживую впервые. А всё, что узнала про него раньше, против своей воли, было не особенно лестным.
С приходом нового начальника день в офисе стал максимально безумным. Чего только добивается, и почему жертвой своих розыгрышей выбрал меня?!
Мельком вспомнилась тугая пачка денег в рюкзаке. Если выяснится, что они не настоящие, будет обидно. И клиент подставной, наверное, до сих пор в шкафу отсиживается. А огненная речка?… Фотообои. Сейчас и не такое для декора мастерят.
Решительно подошла к обугленному шкафу, рывком открыла дверки.
– Если хотела проветрить, то окно не там, – меланхолично сказал Алмазов.
У мужика был на удивление довольный вид. Любитель розыгрышей… Над бедной Дианой так пошутил, что она в себя до сих пор приходит. И явится ко мне – с канистрой бензина под дверь.
В шкафу обнаружился только ворох сгоревших вещей. Брезгливо потрогала их кроссовкой. Точно не клиент там прячется.
– Могу всё объяснить, – миролюбиво сказал Алмазов, не двигаясь с места.
Очень уж удачно преградил дверь. Теперь можно выйти только в окно. Как вариант. Благо, что этаж позволяет приземлиться без последствий.
– Фирма «Врата» – часть концерна, который курирует бизнес между мирами.
Так я и до этого знала, что концерн протянул свои щупальца от западного до восточного мира.
Всё ещё отчаянно искала логику во всём, что здесь творилось.
– Моя тётка собрала уникальный набор людей для турфирмы, обладающими сверхспособностями. Ей на это понадобилось два года. Все девушки, которые здесь работают, являются потомками существ, обладающих даром. Просто коллекция дарований.
Кунсткамера, я так и поняла. Меня напрягло предположение, что мой предок тоже был «существом», если верить больной фантазии Алмазова. Но, в целом, его теория будет отлично смотреться в записях медкарты от психиатра.
– Стесняюсь спросить, а мой предок был с какими способностями? – наконец, уточнила я, сама себе удивляясь. Это меня что, реально интересует?
Алмазов критически меня осмотрел.
– Суккуб. Определённо. Кровь разбавлена. Вода почти. Где-то ДНК суккубье болтается. Эффект есть. Призраков видишь. Морок наводишь.
Видимо, решил, что слов недостаточно. И показал мне на зеркало, отражение которого я испугалась недавно. Красота неземная никуда не делась. Только по глазам было видно – судорожно соображает, когда ещё не поздно будет в окно прыгнуть от психа.
– А вот так тебя видят другие, – непринуждённо заметил Алмазов, доставая из кармана маленькое зеркальце.
Да, оно было всего на пол-ладони. Но отражало естественную красоту девушки с пышными ресницами, которые не нуждались в туши. Чёрные пятна, вперемешку с помадой, были размазаны на безупречной коже.
Похлопала глазами, поднесла палец ко рту. Изображение эротично повторила жесты.
Содрогнувшись, вернула зеркало обратно. Не надо нам таких спецэффектов.
Главное – не спорить с человеком, у которого явно изменённое сознание. Грибов каких наглотался, или радуется, что удачно пошутил.
Алмазов, сам того не зная, отлично вписался в атмосферу нашего офиса. В чём-то его больная фантазия была права. Весь коллектив был с придурью. Себя я со скрипом, но тоже причисляла к тем, кого Антонина Сергеевна называла «чуточку придурошные». Что есть, то есть. Но Юрий Алмазов пошёл ещё дальше. И сочинил отличную легенду про моего предка-суккуба.
– А давайте позовём коллег, и вы им тоже расскажете, кто из них произошёл от Чебурашки? – С надеждой предложила я. Вдруг кто-то из них окажется более проворным и успеет набрать номер экстренной службы.
Алмазов улыбаться и бесить меня не перестал.
– Рано, – отрезал он, – из всех только ты проснулась. У других внутренняя суть ещё глубоко скрыта. Сколько мужей было у твоей матери? Двадцать?
Переход на личности был резким и не логичным. За мать я оскорбилась. За какую прости господи он её принимает?!
– Всего-то семь… семнадцать, – неохотно сказала я, нахмурившись. Соврать под блеснувшим янтарём взглядом Алмазова почему-то не получилось.
Тот шумно вдохнул воздух. Широкая грудь раздулась так, что рубашка затрещала по швам. В смысле? Меня только что понюхали?! Ловите извращенца…
– А у тебя ни одного?
Я только вяло помахала рукой. Зачем мне столько мужей? Матери скучно с одним мужчиной дольше, чем полгода. А мне вереница «Дядь Пети.. Дядь Вани… Мишутки…» надоела ещё в пятнадцать лет.
И вообще, с каких пор начальство так вдумчиво интересуется личной жизнью персонала?!
Понимаю, когда мать пытается втюхать свидание с очередным сыном своей подруги. Но от Алмазова такого не ожидала.
Замерла от покровительственного похлопывания по плечу.
Вытаращенными глазами посмотрела на руку босса, которая слишком уж задержалась на моей футболке.
– У суккубов тоже есть генетические аномалии, – авторитетно заявил Алмазов, – редко, но рождается девушка, у которой нет хобби соблазнять людей. Интересно, какой морок ты накидываешь обычно?
Снова посмотрела в зеркало напротив. Здорово, всё-таки, узнать, что я не только суккуб, но и генетический урод.
Встряхнув головой, попробовала улыбнуться начальнику. Получилось криво и не убедительно. Но очень уж хотелось выйти, наконец, из кабинета.
Хорошо, что Алмазов освободил проход, чтобы рассмотреть шкаф поближе.
– У нас ещё десять офисов по всему миру, – со вздохом сказал он, – но такого допотопного оборудования ещё нигде не видел.
Шкаф срочно доставили на прошлой неделе. Антонина Сергеевна нервничала и подгоняла рабочих. Потом выводила какие-то закорючки на деревянных стенках. Как будто готовилась к проверке.
На самом деле, комиссия явилась. И забраковала мебель, которую обозвала громко «вратами». Видимо, тётка была в курсе задушевного увлечения племянника по поджиганию шкафов. А ещё нас называла «чуточку придурошными». На фоне нового, на всю голову больного начальника, я была нереальной умницей.
И красавицей.
Поправила локоны, глядя на себя в зеркало. Алмазов чуть не поперхнулся водой, как раз собирался выпить стакан.
– А вот суккубьих выплесков нам тут не надо.
И резким взмахом выплеснул воду мне в лицо.
Так нас и застала Катерина, сунувшаяся в кабинет, в качестве прикрытия прихватив с собой документы. Растерянно замерла на пороге. За её плечом тут же образовалась плотная баррикада из любопытных коллег.
– Отчёты, – проблеяла растерявшаяся Катя, – сказали же подойти в три часа дня.
Расширенными глазами посмотрела на часы. Реально прошло столько времени? Казалось, только недавно был полдень.
– А что там происходит?!
Лизавете было не видно. И она скакала позади всех, пытаясь хоть что-то рассмотреть.
Фыркнув, я мрачно ответила.
– Конкурс мокрых маек, очевидно же. Я выиграла.
Передо мной расступились моментально, настороженно глядя на Алмазова. Тот дёрнулся было в мою сторону. Но посмотрел на остальных девушек и вздохнул. Будем считать, что я свой отчёт сдала. И, кстати, за день одного клиента отработала, задание выполнила. Коллегам тоже было что рассказать начальнику. Иначе не толпились бы здесь с решительным выражением лица. Даже Лизавета отработала странную пару, отправив их на Тибет.
Решила, что на сегодня с меня достаточно. Сама не понимаю, почему я до сих пор не уволилась. Возможно, просто хочу увидеть, как Алмазова уводят из офиса в смирительной рубашке. Или лень искать новую работу. Наверняка в каждой организации сидят волшебные на всю голову коллеги и такой же начальник.
Своих коллег-змеючек я, хотя бы, изучила. А начальник… Ну, разыграл пару раз. Суккубом обозвал. Да и ещё и генетически бракованным. Девушку свою натравил на меня. Интересно, каких предков он придумает для Катерины? Лизавета, я уже поняла, разумное растение у нас.
Я просто не могла пропустить следующий день в офисе. Пожалуй, возьму с собой попкорн. И полюбуюсь на серию жёсткого боевика. Он начнётся, когда Алмазов объявит, кто у него будет заместителем. Даже не собираюсь ему говорить, что, в случае неверного выбора, Катерина сожрёт его сердце. Несмотря на маму-учителя и папу-учёного в предках.
С чувством дёрнула на себя гироскутер. Критически осмотрела пострадавшую «Мазду». Ой, подумаешь, царапнула бамперок. Нечего на таких нежных машинках ездить.
– Твою мать!
Вопль заставил вздрогнуть и поднять голову. Надо мной стоял здоровенный лысый бугай, едко пахнущий потом.
Дёрнула руль гироскутера на себя, даже не собираясь заботливо выспрашивать, с какой стати этот тип неприлично выражается. Плохо получилось. Бугай вцепился в гироскутер с другой стороны, даже не дёрнувшись на мой толчок.
– Красота-то какая! Куда бежишь, золушка? Щас ботиночек-то отниму. И тебя везде найду. А потом как… Гы, стихи в твою честь, сечёшь?
Кто бы ему всёк… Тоскливо огляделась кругом. Мне ещё назойливого поклонника не хватало. Бывало, приставали на улице всякие. Поэтому, возможно, не удивилась Алмазову и его придурям. Насмотрелась разных неадекватов. К сожалению, защитников искать – дело долгое и практически безнадёжное.
И коротко о том, почему у меня в рюкзачке есть крайне незаменимая вещь для любой девушки.
– Подержи, – попросила я, отдавая руль полностью.
Бугай охотно придержал мой транспорт, пока я роюсь в рюкзачке.
Так… далеко не могла закопать. Сосредоточенно порылась в поисках газового баллончика. Бугай вежливо ждал, с кривой ухмылочкой.
Дождался. Проверив направление ветра, я нажала на спасительный клапан, на всякий случай, затаив дыхание.
А вот бугаю такой ценной подсказки никто не давал. Вой разнёсся далеко над офисами. Я содрогнулась – ну будто вурдалак. После чертовщины в офисе уже ничему не удивлюсь, впрочем.
Выхватив гироскутер и, всё-таки, кашляя, выпрыгнув второпях из одного кроссовка, споткнувшись, попробовала уехать с места происшествия. Бывают дни, когда из кровати вылезать просто не рекомендуется.
– Стой.
Меня остановили, не дав толком разогнаться.
Алмазов. Судя по ключам от машины в руке, совещание закончилось. Даже не хочу знать, о чём сейчас шипят коллеги в подсобке.
Начальник, подойдя к мужику, легко приподнял кашляющее тело одной рукой. Даже бицепцы не вздулись. Или у него нет мышц. Или упавший на диво лёгкий. Зря перец потратила. Могла бы просто оттолкнуть.
– Он на вас напал? – сурово сказал он, встряхивая бугая, как котёнка.
Застенчиво спрятала баллончик обратно в рюкзак.
– Предупреждал же – суккубий выплеск… В таком состоянии опасно ходить по улице.
Так я ходить не собиралась. Только поехать.
– Это вообще, кто? – продолжил допрос Алмазов, отпуская мужика.
– Вадим я, – просипел он, – пришёл романтично встретить эту психичку после работы. Мама велела произвести хорошее впечатление. На ужин проводить. Семейный.
До этого я собиралась просто уехать. И пусть они сами вдвоём разбираются. Притормозила только для того, чтобы кроссовок надеть.
– Вы знакомы? – удивился Алмазов, – странное приветствие. Можешь со мной завтра не здороваться.
– Это сын маминой подруги, – вздохнула я, оглядывая стонущее тело, – надо бы молока купить, лицо от перца отмыть. И вернуть мальчика производительнице. Пусть ещё погуглят, что такое «романтично».
– У суккубов всегда такая насыщенная личная жизнь, – пробормотал Алмазов, с интересом глядя, как я оттаскиваю стонущее тело поближе к тротуару.
Не знаю, что насчёт суккубов. И насколько я к ним имею отношение. Но личная жизнь у меня откровенно нулевая. За меня отрывается мама. Причём у неё есть принципы. С мужчиной живёт исключительно в законном браке. В ЗАГСе ей каждый раз на полном серьёзе желают «До скорых встреч», сочувственно хлопая жениха по плечу.
Странно, но ещё ни один не догадался, почему родня со стороны невесты такая неестественно весёлая, и почему скандирует слово «Навсегда» практически всю свадьбу.
Я, честно говоря, заколебалась шить платья на очередную свадьбу родительницы. Мама зорко следила, чтобы на очередное торжество дочь носила только новый наряд, и никаких платьев напрокат! Чтобы счастье не сглазить.
Доставив мамкину лысую сыночку-корзиночку к тротуару, перевела дух и достала телефон.
– Да, милая, – мурлыкнула мать в трубку, едва ответив, – как вы с Вадимом? Уже познакомились? Мы с его мамой выбираем тебе платье на свадьбу.
– Спасибо, у меня штук десять в шкафу точно по размеру будут, – мрачно ответила я, – не Вадимов, конечно, а шмоток. А можно я сама выберу? Лет через десять.
– Не можно, – отрезала родительница, – какие десять лет? Дали тебе хороший экземпляр в руки, который на всё готов – радуйся. Кстати, что мальчик делает? Тут его мама интересуется.
– Плачет, – честно ответила я, – ну правда, мам, давай я сама выберу… На ужин не жди. У Вадима, кстати, тоже настроения нет.
И настроение резко портилось уже у меня. Закусив губу, пронаблюдала, как Алмазов грузит мой верный гироскутер в свою калечную машину.
– Я вас подвезу, – будто услышав мои мысленные ругательства, сказал Алмазов, – во время суккубьих выплесков не стоит рассекать по улице в открытом транспорте, – нам с вами ещё на завтра два раза Врата открывать. Поучу вас, как это делается.
Слева рыдающий Вадим. Справа ухмыляющийся начальник. Который откровенно стащил моё имущество.
Подумала. И шагнула поближе к Вадиму. Не так уж сильно он потом пахнет. Зато ухаживать пытается. На ужин к маме зовёт. На психа не так откровенно похож.
Впрочем, права выбора мне особенно и не дали.
– Эти особенные дни у суккубов, – со вздохом сказал Алмазов, – я, конечно, читал, что умственные способности у вас снижаются в период выплесков. Но чтобы настолько…
Так замысловато меня дурой ещё не называли. Из желания наговорить гадостей в лицо начальнику не стала сопротивляться, когда он меня затаскивал в машину на переднее сиденье.
«Мазда» мягко тронулась вперёд, оставляя позади офис и Вадима. Надо же, всего полпшика перцем, и огромный парень выведен из строя на час, минимум.
– Врата, значит, – пробормотала я, – хотелось бы уточнить, почему именно мне выпала честь их открывать.
– Я же объяснял. Остальные сотрудницы ещё не пробудились. А если выбирать между растением и суккубом, то выбор очевиден.
Ну, логично же! Действительно, чего это я докопалась.
– Завтра ещё вместе отработаем, – деловито сказал начальник, выруливая куда-то за город, – а потом сама поймёшь. Возьми в бардачке инструкцию к Вратам.
Подняв брови, нажала на бардачок, послушно его открывая. Со психами не спорят, я это помню.
Действительно, какая-то книжка была. Книженция. Огроменный том. И как он только поместился в таком небольшом ящичке!
Не веря глазам, положила себе на колени книгу, погладила переплёт из грубой кожи. Страницы были тончайшими, пергаментными. Такой контраст с обложкой поражал не меньше размеров талмуда.
Страницы были испещрены рисунками и подписями. Вполне даже читаемыми по-русски.
– Кто это…
Я остановилась на образе обнажённой девицы с рогами и хвостом. Которую рекомендовали отправлять в миры Сириам, на планету Венера и не пользоваться при клиентах сильными духами.
– А парфюм причём?
Алмазов мельком глянул на картинку.
– Сразу прабабку нашла? Суккуб. У вас фобия на резкие запахи. И проще слизать парфюм с кожи, если он покажется слишком пахучим, чем его нюхать. Некоторых людей это шокирует. Собственно, если читать историю сущностей, на суккубов начали охотиться не из-за их интимных предпочтений. А из-за этой небольшой особенности. Люди такие странные, правда ведь?
Суккубьи хобби и фобии мне не нравились всё больше и больше. Как и рассказы Алмазова про моих предполагаемых предков.
Невольно пощупала свою макушку. Рогов, к своему облегчению, не обнаружила. Зато неприятно кольнуло воспоминание о беззаботной болтовне матери, которую, казалось бы, забыла. Тогда она говорила по телефону со своей подругой, которая только родила. Малыша с зубами.
– Подумаешь, зубы. Да у нас все женщины в роду с хвостиком рождаются. Врачи говорят, атавизм, редкая аномалия. Копчик слишком разрастается. Я Веронику так в роддоме узнала. Несут мне кормить девчонку. Бесхвостую, представляешь? Ну, я там шум подняла, чтобы моё хвостатое вернули. Зато точно своего младенца из роддома принесёшь.
Точно, есть шрамик на копчике. От удаления хвостика-атавизма… Если бы не тот подслушанный разговор, то даже не вспомнила бы про него. Про то, что сама не люблю резкие запахи, старалась не думать. И вообще, это нормально! Ненормально обливаться духами с ног до головы.
Алмазов снова стал нудить про наши особенные услуги «Врата». Настоятельно посоветовал почитать инструкцию и завтра быть предельно внимательной.
– Врата подготовили ещё в Рязани, Новгороде и Казани. Прекрасные древние города. Из них такие миры открываются – просто сказка. Но и ты молодец. С ходу открыть доступ в замок пыток графа Мерти, да ещё для подходящего клиента – реально талант надо иметь. Сомневаюсь, что среднестатистическая феечка была бы рада такому путешествию. Могла бы и жалобную книгу попросить. Если бы выжила.
Я машинально потрясла инструкцию, пролистав несколько страниц в поисках гостя подвида «феечка». Точно ли их нельзя пытать тартаром из зомби. Не верить же начальнику на слово в таком важном вопросе.
Обратила внимание, что просто тупо уставилась в страницы, не пытаясь осмыслить написанное.
– Десять офисов, готовых к запуску… Верховные драконы, похоже, покурили чего-то позабористее серебристой мяты, – бормотал о своём Алмазов, пока я пыталась делать вид, что его горячечный бред – самое нормальное, что я слышала за сегодня.
– Верховные, простите, кто? – вежливо уточнила я, поглаживая кожаную обложку книги.
– Драконы, – послушно повторил Алмазов, – а кто, как ты думаешь, курирует бизнес между мирами?
Ну очевидно же, что не феечки… С экспертным видом хотела произнести я, но воздержалась. Как-никак, дом уже рядом (адрес, кстати, я не говорила, но радовалась мысли, что меня реально доставили домой, а не развращают в ближайшей подворотне). Хотя, о чём это я. Я же потомок суккуба. И у меня хвост был и всё такое. Развращать Алмазова должна я. Только почему-то именно сейчас не хочется.
– Вероника, на пару слов ещё, – сказал мне в спину Алмазов, когда я уже приготовилась шустро бежать в сторону квартиры, таща на буксире гироскутер, который начальник любезно вытащил из салона машины.
Пришлось остановиться. И даже изобразить вежливый интерес.
– Во-первых, так в сторону клиентов скалиться не нужно, – предупредил Алмазов, – примут за открытую агрессию. Эльфы так точно. Психи неуравновешенные. Страница пятьдесят пять в инструкции. Для них только каменное лицо, чтобы даже бровь не дрогнула.
Вот я ещё насчёт эльфов не переживала, как бы не оскорбить няшек фэнтезийных.
– Во-вторых, кабинет с Вратами теперь твой, обживай понемногу.
Хорошее пожелание. Не успею обжиться, правда. Коллеги меня повесят в этом же кабинете. Но кого это волнует?
– И, раз я тебя представил Диане, как свою невесту, надо будет появиться на парочке официальных мероприятий.
Только если он за этот спектакль приплатит.
– Конечно, я заплачу за неудобство, – спохватился Алмазов. Странно, я же только успела ехидно подумать об этом, но не сказала вслух!
На дрожащих ногах заползла в подъезд, подтаскивая с собой многострадальный гироскутер.
Кто сказал, что я у мамы не молодец? В один день успехи и в личной жизни, и в карьере. Стала невестой богатого человека, и получила должность заместителя придурковатого (но очень красивого, надо признать) начальника в турфирме. Есть чем похвастаться. Правда, некому. Коллеги наверняка создали уже отдельный чат, без меня. И дружно (в кои-то веки!) выбирают мне приветственный яд на завтра и гроб в подарок. А мама, скорее всего, будет меня игнорить месяца два за покалеченного Вадима. Она терпеть не может, когда её выбор критикуют. А тут я не просто обругала парня, как обычно. Я в него перцем пшикнула.
Кстати, ошиблась. Мамин игнор ещё не начался. Мне не всё высказали, похоже. На мамины звонки я отвечаю всегда, так как если игнорить её в ответ не рискую. Мало ли что она придумает в отместку.
– Вероника! Ты зачем мальчика отравить пыталась? – неожиданно грустно спросила мама, когда я нехотя нажала на зелёную кнопочку.
Так. Вадим пришёл в себя и успел пожаловаться.
– Этих мальчиков дустом не вытравишь, – буркнула я, открывая дверь в квартиру и с облегчением сваливая транспорт в угол, – в следующий раз, предупреждаю, буду очередного сына твоей подруги лупить. Гироскутером. Больно. Где ты вообще берёшь этих бесконечных подруг с сыновьями?!
– На фитнесе, – неожиданно легко раскрыли мне секрет заповедника плодовитых подруг, – правда, из-за тебя, поганки, уже десятый клуб меняю… Завтра придётся новый клуб искать. Эта противная Марина, мать Вадима, оказывается, близкая подруга владельцев. Эгоистка ты, Вероника. Ни внуков, ни спорта.
И резко прекратила разговор. Я ответственно проверила – точно, уже в чёрном списке. Не дозвонюсь, да и не очень-то и хочется. Вздохнув, проверила холодильник. Пораскачивала пальцем повешенную игрушку-мышку и пошла на любимый балкон. К сожалению, больше в холодильнике делать было нечего. Ну, если нет желания попробовать заветренную горчицу, конечно.
Однако повышение решила отпраздновать, пусть и в полном одиночестве.
Пицца из любимой кафешки, кальян, тихая квартира без всяких пяточек и Вадимов. Пожалуй, пусть завтра коллеги и планируют сделать со мной что-то нехорошее. Но сегодня вечер будет только моим. Кстати, будет время почитать инструкцию, которую мне выдали на работе. Босс с откровенным прибабахом. Но и работа мне нужна. Придётся подыграть его фантазиям. Суккуб, так суккуб. Главное, чтобы платили.
Гироскутер плавно вырулил на парковку перед офисом. В рюкзачке лежал с трудом найденный костюм и инструкция к обновлённой турфирме.
Надеюсь, эта книга сказок так и останется невостребованной. То нереальное, что случилось вчера, казалось сном. Кошмарным. Наверняка, в кабинете распылили галлюциноген. Это было логичное объяснение. Не верить же своим глазам и начальнику, на самом деле. Хорошенько проветрю, и буду стараться выжить.
А идти, всё-таки, надо было. Глубоко вздохнув, отправилась на любимую работу. К родному коллективу.
Который встретил меня глубоким молчанием.
– На, поздравляю, – сказала Гита, кинув в меня бумагой.
От испуга я поймала листок.
– На корпоративную почту пришло, – процедила сквозь зубы Тамара, хлюпая носом и чаем на кухне, – приказ.
Вгляделась. Ничего себе. Кто-то решил испортить коллегам настроение с утра пораньше, и прислал аккуратно оформленный приказ о моём назначении заместителем Юрия Алмазова.
– Да переспала она с ним, точно, – авторитетно заявила Катерина, выруливая из бухгалтерии, – прыгнула к нему в машину, и заработала повышение. Нормально, да, так меня опередить? Парня бросила, кстати, все видели, он плакал на дороге. А эта хвостом вильнула, и полетела… Ведьма.
– А я вас всегда уважала, Вероника Сергеевна, – отчиталась Лизавета, раскачиваясь передо мной с огромной чашкой свежего кофе и реально напоминая какое-то растение.
Проследив за ехидной ухмылочкой Кати, которая тоже посмотрела на предложенный мне кофе, решила отказаться. Отныне делаю все напитки самостоятельно. С этой станется или плюнуть, или слабительного подсыпать.
– Открываемся через десять минут, девочки, – просипела я, пятясь к своему кабинету, – сегодня обычный рабочий день, ничего особенного!
С трудом отдышавшись, захлопнула плотнее двери, и прижалась к ним лбом. Очень надеюсь, что мои слова сбудутся. Коллеги пошипят и успокоятся. А я Алмазову любую статистику отправленных на пляж суккубов нарисую. И фей туда же.
За моей спиной послышалось деликатное покашливание.
– Вообще-то, мне назначено.
Замерев, повернулась на совершенно деревянных ногах. Одновременно примеривалась к тревожной кнопке, которая скрывалась под столешницей. Надо бы вызвать охрану. Пусть мальчики отрабатывают ежемесячную оплату. Взбодрятся. С дубинок пыль смахнут. Если что, сделаю вид, что случайно кнопку коленкой нажала. Ага, предварительно отодвинув ящик стола.
Звать коллег на помощь я категорически не хотела. С этих станется радостно подтвердить любую мою галлюцинацию. И сдать меня в руки добрых психиатров, предварительно связав.
Вот только чтобы добраться до заветной кнопки, мне нужно было пройти мимо типа не просто потрёпанного. С бомжом, случайно забредшим в кабинет, я бы смирилась. Мужик вонял, что было, то было. И это потерплю.
Но вежливо здороваться с башкой рептилии, которая как так и надо торчала из воротника рубашки, категорически не хотелось. Посетитель скалился и протягивал чешуйчатую руку, конечно. Вот как узнать, это агрессия, или приветствие?!
Рука сама потянулась к рюкзачку. Не отрывая глаз от клиента, нащупала перцовый баллончик, помедлив, отбросила его в сторону. И достала инструкцию.
Вроде бы, вчера встречался такой чудик. Просматривала мельком. Меня больше интересовали суккубы. А вот это…
Рептилоид. Исподлобья посмотрела на него, оценивая положение рук. Вроде всё в порядке. Если бы хотел сожрать, конечности бы расставил в стороны, выпуская метровые когти. Агрессивный, любит активные виды отдыха и побольше острых ощущений.
Глубокий вдох. Выдох. Кривая улыбка в сторону клиента.
– Вам никогда не предлагали отдохнуть на курорте графа Мерти?! Тартар из зомби, огненные вечеринки и просто изумительная компания единомышленников?!
Клиент всё шире открывал глаза. Вроде, написано, что это знак одобрения. Вот если бы натягивал боевую шапочку – то у меня были бы проблемы.
Ленивый Алмазов отделался от меня просто инструкцией. А ведь обещал рассказать, как открывать Врата!
Как понимаю, этот чешуйчатый из той же компании, что и вчерашние посетители. На дрожащих ногах подошла обгорелому шкафу, от души надеясь, что замок Мерти мне снова приглючится.
Повезло. Знакомый пейзаж снова леденил душу, обдувая жарким ветром. Шкаф реально или бездонный. Или мне придётся уже смиряться с мыслью, что Алмазов не такой уж и придурковатый.
Рептилоид взмахнул конечностями, доставая из потёртого пальто пачки денег. И, присмотревшись к листку, который лежал на столе, добавил ещё пару купюр.
Процесс отправки клиента был короток. Он подошёл ближе – шкаф вспыхнул – открылись до отвращения знакомые зловещие виды – клиент через секунду уже был по ту сторону.
Спохватившись, взяла огнетушитель. Одну маленькую деталь забыла добавить!
Глухой стук удара по рептильей черепушке заставил меня съёжиться. А вдруг эти твари не одобряют такой бонус от турфирмы?
Да и огнетушитель жалко, он отправился за рептилоидом… На ту сторону, прямо на берег огненной реки! И как мне теперь за него отчитываться? Покупать за свой счёт, что ли.
Отправив клиента и проследив, как, мерцая, закрываются Врата, оставляя только горелый остов шкафа, я посмотрела на стол, куда он так многозначительно складывал пачки купюр. А это что такое? Гадский Алмазов реально подготовился к рабочему дню для нас. Аккуратным убористым почерком на листочке было написано, как понимаю, расписание чудиков на сегодня.
«9:00 Рептилоид.»
Не очень хорошо соображая, взяла ручку и зачеркнула данный пункт. Очень не хотела смотреть что написано дальше но пришлось. Итак…
10:00 – мы ожидаем двух призраков
11:30 – прибудут два суккуба.
