Михаил Русаков "Странник"

Сергей Петрович усмехнулся:

– Кленовый лист как раз и есть эмблема Канады.

– А я и не знала. Но этот пиджак, действительно, из партии импорта, нам она случайно досталась пару месяцев назад.

Сергей Петрович одел пиджак и поразился глазомеру заведующей – пиджак сидел отлично, нигде ничего не жало и, насколько он видел в зеркале, не висело. Повернувшись спиной к Крымову и заведующей секцией (Меньшов, в это время, стоял лицом к залу и контролировал ситуацию), он спросил:

– Как там спина, мне плохо видно?

Крымов оглянулся на заведующую и неуверенно сказал:

– По-моему, неплохо.

Ирина Семёновна фыркнула и отрезала:

– Отлично сидит! Берёте?

– Конечно, – ответили и Крымов, и Сергей Петрович в один голос.

Сергей Петрович добавил:

– Я, пожалуй, в нём пойду. А эти вещи, если можно, упакуйте.

– После оплаты подойдите к девочкам.

Крымов тут же попросил выписать товарный чек. Ирина Семёновна подвела их к прилавку и сказала одной из продавщиц:

– Зиночка, выпиши товарищам товарный чек, – и ушла за перегородку.

Пока Зиночка выписывала чек, а Крымов его оплачивал, Сергей Петрович свернул жилетку и футболку, приложил к ним оставшиеся две рубашки и попросил упаковать. Зиночка завернула всё в плотную светло-коричневую бумагу и перетянула шпагатом.

Касса в секции была своя и очередь к ней была небольшая, всего два человека. Поэтому Крымов не стал прорываться мимо неё, а постоял минуты три, заплатил за пиджак и принёс чек Зиночке. Сергей Петрович забрал пакет со своими вещами и они направились к выходу из секции.

– Свитер или галстук? – спросил Крымов.

– Галстуки вряд ли раскупят, а свитеров может уже и не быть.

– Игорь, показывай, где тут свитера.

В отделе мужского трикотажа столпотворения не было. Просто потому, что полки были абсолютно пусты. Посмотрев на них и на одинокого продавца за прилавком, Крымов достал удостоверение.

– Позовите заведующего.

– Я заведующий, – заметив недоверчивый взгляд Крымова, пояснил, – Мы расторговались первыми и продавщиц забрали в другие отделы.

– Сочувствую. Но не верю, что ничего не осталось, что-то наверняка лежит на всякий случай. Так вот, этот случай как раз пришёл. Вот он стоит. Ему нужен тонкий свитер.

– Желательно, чтобы он подходил к костюму, который на мне. В крайнем случае будет достаточно, если его можно будет поддеть под пиджак и он будет греть.

Заведующий заинтересовано посмотрел на Сергея Петровича, потом попросил Крымова ещё раз показать документ. Тот показал развёрнутое удостоверение, не выпуская его из рук.

– На звание не обращайте внимания, новое мне только вчера присвоили, ещё не успел поменять удостоверение.

Заведующий внимательно прочитал удостоверение, осмотрелся по сторонам и сказал:

– Идите в секцию готового платья, это там, где костюмы и плащи, пришлите сюда Свету, скажите, мол, Пётр Петрович зовёт, и подождите меня там, около примерочных кабин.

Вернувшись к секции с костюмами, Крымов спросил у продавщицы у входа:

– А где Света?

– Я Света. А что?

– Тебя Пётр Петрович зовёт.

Света обернулась в зал и позвала:

– Маша, Маша, постой здесь, меня Пётр Петрович зовёт.

Подошла другая продавщица, Света ушла в сторону отдела трикотажа, а Сергей Петрович с сопровождающими прошёл к примерочным и занял очередь. Пётр Петрович появился минут через пять, в руке он держал что-то завёрнутое в бумагу.

– Вот, померьте.

В этот момент как раз подошла очередь Сергея Петровича и освободилась одна из кабинок. Он зашёл туда и развернул свёрток. Внутри оказался светло-серый джемпер из тонкой шерсти с V-образным вырезом. На нём висела бирка на английском языке: «Made in UK»[47 - Специально для тех, кто плохо учил английский язык. UK – общепринятое в англоязычных странах сокращение названия государства, его полное название, в переводе на русский язык, звучит как Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии. В обиходе это государство называют Британией, Великобританией или Англией, что не совсем верно, правильнее было бы сокращённое название Соединённое Королевство.]. Сергей Петрович вспомнил, что на пиджаке никаких бирок и ярлыков не было. Видимо, НКВД в этом магазине уважали, раз заведующий отдал что-то, припрятанное, скорее всего, не просто для своих, а для себя. Сняв пиджак, он хотел одеть джемпер, но спохватился и спросил Петра Петрович:

– Мерить можно?

– Нет, давайте я приложу к спине.

Сергей Петрович снял пиджак и повернулся спиной, Пётр Петрович приложил к ней джемпер.

– Пожалуй, подойдёт. Его надо оплатить в кассе в общем зале, оформить товарный чек я могу только в своём отделе, и не могу оставить неоплаченный товар здесь.

Сергей Петрович одел пиджак, а Пётр Петрович завернул джемпер в бумагу и они все вместе пошли в отдел трикотажа. Отпустив Свету, Пётр Петрович оформил товарный чек и Крымов пошёл в кассу его оплачивать. Когда он вернулся, Сергей Петрович попросил заведующего отделом срезать бирку, поддел джемпер под пиджак и, в очередной раз, поразился профессионализму продавцов – джемпер сидел идеально, только рукава были чуть коротковаты. Но это даже хорошо – не будут торчать из-под рукавов пиджака. Поглядев в зеркало, Сергей Петрович отметил, насколько хорошо все вещи сочетаются друг с другом. Повернувшись к Игорю, он сказал:

– Давайте, теперь, бельё и носки, пока ещё не всё разобрали.

Толпа в отделе нижнего белья была, пожалуй, даже больше, чем в отделе рубашек, поэтому Крымову пришлось опять выполнять роль ледокола, прокладывающего путь. Правда, в этот раз обошлось без демонстрации оружия. То ли запасы товара в этом отделе были больше, то ли удостоверение Крымова отказало нужное воздействие на продавщицу, но нужные предметы (три пары семейных трусов, три майки, пять пар чёрных носок и подтяжки к ним[48 - Кто не понял, прогуглите на Яндекс.Картнках «Подтяжки для носок». Это сейчас подтяжки для носок – элемент мужского эротического белья. А до того, как научились делать носки с резинкой, это был элемент повседневной одежды.], пол дюжины носовых платков, про которые Сергей Петрович вспомнил в последний момент и которые, почему-то, продавались в этом же отделе) необходимых размеров нашлись мгновенно. Пока Крымов ходил в кассу оплачивать (и опять без очереди), Сергей Петрович попросил упаковать покупки.

Как и ожидалось, в отделе галстуков ажиотажа не было. Поэтому, обошлось без демонстрации корочек. Просто, подойдя к прилавку, Сергей Петрович попросил продавщицу подобрать галстук к его костюму. Пожилая продавщица, покопавшись на полках, предложила ему галстук в тёмно-синюю и тёмно-серую косую полоску. Приложив его к шее и поглядев в зеркало, Сергей Петрович согласился с её выбором. Крымов, как обычно, попросил выписать товарный чек и, как обычно, оплатил его без очереди. Взяв кассовый чек и наколов его на спицу, продавщица спросила:

– Вам упаковать или завязать?

– Спасибо, я сам завяжу. Только бирку срежьте.

Сергей Петрович взял освобождённый от бирки галстук, под удивлённым взглядом продавщицы и восхищённым Меньшова завязал его на весу и одел на шею, заправив под воротник рубашки, а концы – под джемпер. Ещё раз посмотревшись в зеркало, он повернулся к Крымову:

– Что там по списку, ещё что-то осталось или можем возвращаться?

Крымов достал из кармана бумажку.

– Ещё кепка, портфель, футболки и одеколон.

– Кепка к клубному пиджаку? Это шутка? – поняв, что не шутка, Сергей Петрович замотал головой, – Меня же засмеют и закидают тухлыми яйцами.

– Ладно, пойдёмте в отдел, там решим. Игорь, где тут кепки и шляпы?

Уже отработанным порядком они прошли в отдел головных уборов. Пробившись к прилавку и продемонстрировав удостоверение, Крымов спросил продавщицу:

– Что Вы можете предложить на этого товарища?

Взглянув на Сергея Петровича, молодая женщина сразу пошла от полупустых полок с кепками к шляпам, лежащим в дальнем углу. Крымов не стал возражать. Вернулась она с чёрной шляпой с маленькими полями. Примерив её, Сергей Петрович сказал:

– Маловата. И, если можно, тёмно-коричневую, – и, заметив удивление продавщицы, пояснил, – У меня туфли коричневые.

Продавщица кивнула, отнесла чёрную шляпу на место и принесла две одинаковые тёмно-коричневые шляпы со светло-коричневой лентой и более широкими полями. Померив первую, Сергей Петрович сразу отложил её в сторону – велика. А вторая подошла по размеру. Подойдя к зеркалу и проворчав:

– Никогда не любил шляп, но тут пиджак обязывает, – он попытался понять, в каком положении её лучше носить, но так и не нашёл такого, чтобы понравиться самому себе, – Ладно, выписывайте, – заметив протянутую руку продавщицы, снял шляпу и отдал ей.

Когда Крымов принёс чек (как обычно, заплатил без очереди), продавщица срезала бирку со шляпы и Сергей Петрович её одел (шляпу, а не бирку).

За футболками пошли к уже знакомому Петру Петровичу. Поняв, куда их ведёт Игорь, Сергей Петрович сказал:

– Может, не будем доводить человека до инфаркта, а купим футболки в другом месте? Или в другой день? Не похоже, что завтра будет жарко.

Крымов согласился и хотел повернуть в другую сторону, но Сергей Петрович его притормозил:

– Давайте, на всякий случай, уточним размер.

Он подошёл к прилавку.

– Пётр Петрович, мне ещё нужны футболки, но похоже, у Вас уже ничего нет. Мы зайдём через пару дней или поищем в другом магазине. Не подскажете мой размер?

– Нам должны вечером подвезти с базы. Английского хлопка не обещаю, но что-нибудь подберу. Зайдите завтра после обеда.

Сергей Петрович посмотрел на Крымова, тот пожал плечами:

– Обещать не могу, но постараюсь.

Сергей Петрович повернулся к заведующему отделом:

– Видите, я человек подневольный. Но мы постараемся, – и пошёл к лестнице.

Пётр Петрович удивлённо посмотрел вслед странной компании. Отойдя от отдела, Сергей Петрович остановился:

– Вроде, всё купили? Только одеколон остался. Товарищ Меньшов, где это?

Оказалось, что парфюмерия на первом этаже. Народу было так же много, как и везде, но мужских одеколонов, пока, хватало, хотя правило «не больше двух в одни руки» уже действовало. Крымов решил купить три флакона Тройного одеколона и три – Шипра, максимум того, что было возможно на трёх человек без демонстрации удостоверения.

На улице похолодало и Сергей Петрович порадовался, что удалось купить шерстяной джемпер.

До здания НКВД шли не спеша, на четвёртый этаж поднялись пешком. На третьем этаже около лифта стояла охрана и сотрудники с кубиками и шпалами в петлицах носили стопки папок в правый коридор. Сергей Петрович подумал, что это переезжает Разведуправление. Когда они поднялись на свой этаж и отошли от лифта метров на десять он спросил:

– Виктор, а они так и таскали свои секреты через улицу?

– Нет, конечно. Здесь есть подземный ход[49 - Автору неизвестно, существовал ли подземный ход между зданиями НКВД в 1941 году. Но если подобные переходы существовали между корпусами московских больниц в конце 70-х годов прошлого века, то нет сомнений, что в это время они были и между зданиями КГБ. И автор полагает, что такой ход мог быть сделан после передачи здания на улице Дзержинского, д. 12/1 НКВД в 1940 году. А также, своей волей, назначает переезд части сотрудников центрального аппарата НКГБ в новое здание на середину 1941 года, ведь для строительства такого сооружения, пусть и открытым способом, нужно больше времени, чем для перепланировки и ремонта внутренних помещений.].

Когда они вошли в свою комнату в здании НКВД, их встретила обрадованная Люся. Оказалось, что она давно закончила расшифровывать стенограмму, но уйти не могла, так как у неё не было ключа от сейфа и она не могла убрать в него секретные бумаги, а ходить с ними по зданию и, тем более, по улице, она не решилась. Крымов посмотрел на неё, потом на сейф и почесал в затылке.

– Да, как-то нехорошо получилось. Но ключ от этого сейфа я не могу никому выдать, а затребовать второй сейф я не сообразил. Так что, пока, придётся так, – он посмотрел на часы, – Ничего себе, уже почти семь. Пойдёмте поужинаем, а потом продолжим с бумагами.

– Это мы ещё легко отделались, – усмехнулся Сергей Петрович.

А Люся, посмотрев на него, восхитилась:

– Ой, как Вы импозантно выглядите!

Крымов убрал блокнот для стенографии и готовые распечатки в сейф, запер входную дверь и они пошли в столовую. На ужин взяли котлету пожарскую с гречкой (Сергей Петрович взял сырники со сметаной), чай и сочник[50 - Для тех, кто не в теме – сочник, это такой открытый пирожок из песочного теста с творогом.]. Заканчивая ужин, Сергей Петрович сказал:

– А нужна нам сейчас Люся? Вычитать стенограмму я могу и без неё, а утром она перепечатает.

Крымов с ним согласился и добавил:

– Значит, встречаемся здесь завтра в восемь. Игорь, к тебе это тоже относится.

Около лестницы они попрощались, Люся и Игорь пошли по домам (по домам ли?), а Сергей Петрович и Крымов поднялись в комнату. Крымов достал из сейфа распечатки надиктованных утром материалов, отдал их Сергею Петровичу и сказал:

– Вы, пока, читайте, а я схожу, узнаю, может, что-то подписали.

Вернулся он минут через тридцать с подписанным Требованием на выделение материальных ресурсов.

– Сегодня ходить по складам уже бесполезно, а завтра с утра этим займёмся. Вы ещё не закончили?

– Полстраницы осталось.

Пока Сергей Петрович заканчивал править текст, Крымов переоделся в штатское. Закончив, Сергей Петрович сложил бумаги в сейф, Крымов хотел его запереть, но Сергей Петрович достал из малого отделения и убрал во внутренний карман телефон, потом распаковал принесённые из ЦУМа пакеты и убрал в малое отделение сейфа свою безрукавку, одну пару носок, подтяжки и один флакон одеколона разложил по карманам, а остальные вещи сложил в ящик стола, но не того, за которым работала Люся.

– Можем идти.

Крымов запер сейф и они пошли на квартиру. Эта ночь отличалась от предыдущей только тем, что Сергей Петрович, постиравший вечером носки и утром убедившийся, что они ещё не высохли, минут десять разбирался с подтяжками. Когда-то, больше пятидесяти пяти лет назад, он видел, как их одевал его отец, но сам никогда не носил.

В служебную столовую НКВД они пришли минут за пять до назначенного времени, но Люся и Игорь были уже здесь, подавальщица как раз принимала у них заказ. На завтрак взяли макароны по-флотски, чай и пирожок с мясом.

Поднявшись в комнату, Крымов снова попросил Люсю подождать в коридоре, пока он переодевается, выдал ей выправленные накануне тексты и сказал:

– Пока Люся печатает, пойдёмте сфотографируемся на новые удостоверения.

Поскольку Крымов взял с собой папку с Требованием на выделение материальных ресурсов, на котором тоже стоял гриф «Совершенно секретно», они спустились в подвал и прошли по подземному переходу. Фотолаборатория располагалась не рядом с отделом кадров, как думал Сергей Петрович, а на третьем этаже. Добравшись до неё и объяснив фотографу задачу, Крымов определил очерёдность: