Вера засмеялась:
– Гуртом ходит только скотина.
Смех девушки развеял обстановку. Одна из пассажирок запела, но на морозе ее голос перешел в шепот, и она замолчала.
На счастье толпы, их встретил председатель местного колхоза. Он приказал открыть клуб, а повару в столовой – приготовить людям ужин.
– Деньги не возьму!
– Это что, коммунизм наступил?
– Для коммунизма рановато. После Нового года выставим счет городскому автобусному предприятию.
– А если не оплатят?
– Деньги переведут как миленькие. У автобусников директором – мой младший брат. Заартачится – как в детстве, ремешком угощу.
Вера попила чай и засобиралась.
– Ты куда?
– Домой, меня ждут.
– Чокнулась девка. На улице лютый мороз. До Борков почти двадцать километров.
Вера молча шагнула за порог клуба.
Снег резанул глаза, мороз сковал рот, обжег холодом ноги.
– Не пропаду, доберусь до родных, – прохрипела Вера и побежала по заснеженной дороге.
Через полчаса выдохлась. От пробежки тело покрылось потом, а ноги задубели. Еще сто шагов – она не почувствовала пальцы.
– Кажется, замерзаю, – прошептала Вера.
Но тяга к жизни, упорство толкали вперед. На горизонте показались огоньки Борков. Девушка, шатаясь, побрела к отчему дому. Но силы иссякли. Она остановилась и рухнула посреди дороги. Свет померк.
Очнулась дома на кровати. Мать оттирала спиртом ноги, отец влил в рот пару глотков водки.
– Что со мной?
Пелагея всхлипнула:
– Наконец очнулась. Замерзала ты. Спасибо колхозному шоферу Валере! Заметил тебя, впихнул в кабину и примчал к нам.
К вечеру поднялась высокая температура. Девушка бредила. Отец вызвал врача. Тот осмотрел больную, покачал головой:
– Немедленно госпитализировать.
Неделю Вера пролежала в районной больнице. Ей давали различные таблетки, ставили капельницы. Но ничего не помогало.
Из города вызвали «скорую помощь». Девушку привезли в областную больницу. И только там после многочисленных анализов поставили правильный диагноз.
К нормальной жизни Вера возвращалась долго. Ее радовал приход товарищей по работе, учебе. Из школы принесли учебники, она упорно штудировала их.
Однажды в палате появилась Ганна. Она высыпала кучу деликатесов.
– А это что?
Ганна улыбнулась:
– Яблоки попробуй. Вкусно и полезно.
– Какие новости у вас?
– Муж получил условный срок. Милиция разобралась в происшествии, попался хороший адвокат. С работы его погнали, все-таки военный завод. Устроился таксистом. Видишь, жизнь налаживается. Спасибо тебе, Вера!
– За что?
– Ты его остановила. Иначе далеко бы зашел.
– Откуда вы узнали?
– Процесс был закрытый, твое имя там не засекретили. Гоша тоже передает тебе привет.
Посетительница ушла. Вера дала себе слово, что с ними никогда не увидится. Она еще раз почувствовала какую-то степень вины в трагедии Гоши и Ганны.
Токарем Вера не стала. У нее долго болели ноги, ломило суставы. По женской части тоже пришлось лечиться.
И снова произошла встреча с директором. Ивашов разлил по чашкам кипяток, заварил чай и поинтересовался:
– Как здоровье?
– Вы, наверное, в курсе.
– Да, Игонина. Мы посоветовались и решили тебя перевести в отдел технического контроля.
– Смутно понимаю.
– Производство ты знаешь. Токарное дело тебе не в новинку. Ваша задача: с коллегами выявлять брак. Мы, знаешь, работаем на оборонку. Все детали должны поставлять идеальными. Заработок там неплохой. Из общежития тебя не выпишут. Закончишь школу – тебе открыта дорога в институт. Глядишь, со временем ты станешь дипломированным специалистом.
– Я согласна. Благодарю вас!
Глава четвертая
Через стенку, в соседней комнате, жила девушка. Она трудилась уборщицей в слесарном цехе. Среднего роста, чернявая, с правильными чертами лица, она притягивала к себе парней.
Девушку звали Оксаной. Ребят сторонилась, на все знаки внимания махала руками:
– Отстаньте, окаянные. Ищите девушек в другом месте.
Вере она нравилась. Главная ее черта – скромность.
Сегодня на заводе выдавали зарплату. Вера зашла в магазин, заняла очередь. Впереди заметила Оксану. Они разговорились, купили продукты и пошли в общежитие.
У дверей Оксана неожиданно предложила:
– Может, чайку вместе попьем?
Вера утвердительно кивнула:
– У меня в комнате стоит телевизор. Думаю, в компании артистов и дикторов нам будет веселее. Заноси к себе продукты и сразу в мою берлогу.
Девушки выпили по паре чашек индийского чая, закусили ароматными пряниками и расслабились.
Вдруг Оксана, глотая слезы, начала рассказывать о себе:
– Я родилась в селе на границе с Кировской областью. Отец – плотник, мать – телятница. В семье шестеро детей. Сколько помню, отец безбожно пил, часто колотил мать, нам тоже приходилось отведывать его кулаки. Одно время и мать прикладывалась к рюмке. Тогда в семье царствовал голод. На столе не всегда была даже картошка. Чтобы как-то выжить, мы, старшие дети, брали в руки по пустому ведерку и под покровом ночи крались на ферму. На ощупь, тихонько доили коров и чуть ли не ползком возвращались домой.
– Там что, сторожа не было? – спросила Вера.
– Был дядя Тихон, добрый, пожилой человек. Иногда у мамки мы воровали брагу, угощали ею сторожа. Праздник наступал, когда родители на время прекращали пьянствовать. Здесь, в общаге, другая беда.
– Какая еще?
– Ко мне стал приставать комендант. Как могла, отбивалась от него. Порою руки опускались, чуть-чуть – и могла ему уступить. Но я ведь еще девушка.
Вера вскипела:
– Сволочь, я его проучу.
– Не лезь, со свету сживет.
– Посмотрим, кто кого. Дай мне запасной ключ. Как придет этот вонючий гад, постучи в стенку.
– Я боюсь.
– Гарантирую, что его выгонят или посадят.
В ту ночь Вера рассуждала о своих поступках. Жить, как другие, она не могла. Справедливость, честность, наверное, родились раньше нее. Если видела, что человек в беде, без раздумий бросалась защищать его. Правда, после сердце разрывалось от страха, мыслей, жалости к себе. Но она комсомолка. Устав изучала неформально. Он – путеводитель в ее жизни.
Стук в стенку разорвал ночную тишину. Вера схватила ключ, накинула халат и рысью подскочила к соседней комнате. Ключ легко повернулся в скважине, Вера открыла дверь и ахнула: Кузьма Кузьмич сорвал с Оксаны ночную сорочку. Та тихо скулила и по инерции стучала в стенку. Мужчина всем телом навалился на девушку. Вера схватила стул и опустила на голову насильника. Тот сгоряча вскочил на ноги, закричал:
– Убью, сучка!
И рухнул на пол.
Шум разбудил обитателей второго этажа. Вера, тяжело дыша, скомандовала вбежавшим парням:
– Вяжите мерзавца, вызовите милицию.
После пережитого Оксана рыдала, не переставая. Девушки напоили ее валерьянкой, как могли, успокаивали.
К приезду милиции она только тихо всхлипывала. Коменданту надели наручники и увезли.
На работу Вера пришла растрепанная, сонная. Не успела переодеться, как в динамике раздалось:
– Игонина, вас срочно приглашает директор.
Ивашов с интересом поглядел на вошедшую:
– Игонина, ты что, современная Жанна д’Арк? Очищаешь землю от негодяев?
– Но…
– Помолчи. Правильно поступила. Спасибо! У тебя когда отпуск?
– В любое время.
– Я дам команду в профком, подберут путевку на Черное море.
– Мне?
– Да, тебе. Иди, девочка, но береги себя. Жизнь-то одна. Бывает так: делаешь благое, а оно обернется против тебя.
Впервые в жизни Вера ехала за пределы области. Ей выделили путевку в Одессу.
Соседом по купе оказался симпатичный чернявый парень.
Он протянул руку:
– Игорь. Мчусь в Одессу отдыхать. Кстати, я тоже живу в вашем городе. Вы же стояли на перроне впереди меня.
Молодые люди разговорились. Игорь родился в Туркменистане. Отец родом оттуда, мать русская, приехала в солнечные края из Воронежа. Там вышла замуж, приняла ислам и родила пятерых детей. Игорь – первенец, любимец родителей.
– Я учусь в Политехническом институте на пятом курсе. Скоро получу диплом, уже распределили на ваш завод, – закончил юноша.
В Одессе Игорь и Вера расставались только поздно ночью. Днем они бродили по берегу Черного моря, ездили на Привоз, там покупали продукты, изучали окрестности. Однажды с группой экскурсантов посетили Кишинев. Молдаване сильно отличались от одесситов. Добрые, чуткие, с душой ребенка, они притягивали к себе.
Экскурсия продолжалась целый день. Молодые, не сговариваясь, оторвались от группы и поехали на первом попавшемся автобусе. Попутчиком оказалась смуглая старушка. Она долго приглядывалась к ребятам, наконец не выдержала:
– Вы приезжие?
– Да, отдыхаем в Одессе. Прибыли к вам на несколько часов.
– Сейчас куда путь держите?
Вера пожала плечами:
– Сами не знаем. Просто сбежали от своих. Вот и бродим.
– Тогда прошу ко мне. Угощу мамалыгой и нашим молдавским вином.
Старушка жила на окраине города в небольшом уютном домике. Прямо у забора рос виноградник. Вера осторожно протянула руку к кисточке.
– Срывай, не бойся, дочка. У меня этого добра шесть соток, – произнесла хозяйка. – Да, меня зовут бабушка Дорина.
За обедом она спросила:
– Вы, соколики, с каких краев?
Игорь назвал город.
Дорина ахнула:
– Моя дочь у вас помощником судьи работает. Закончила институт, в Россию направили. Запишите адрес, я гостинцы ей пошлю.
– Продукты? Они испортятся.
– Нет, нет! Бутылочку вина и носочки, которые сама связала.
– Хорошо, мы выполним вашу просьбу, – сказала Вера и спрятала в сумочку листок с адресом.
Закончился отпуск. Поздним вечером Вера с Игорем вернулись с курорта. На привокзальной площади Игорь поймал такси. Сначала довезли девушку до общежития.
– Может, Вера, я к тебе загляну на чашечку чая?
– Поздно. У меня и заварки нет, – ответила девушка и впорхнула в подъезд.
Игорь вздохнул и укатил в темноту.
Глава пятая
Иляна Сырбу второй год работала в суде. Она, как губка, впитывала опыт коллег.
Пугало только одно – матерые преступники. Вчера судили уголовника за убийство. Пожилая судья его не пожалела, определила наказание в пятнадцать лет.
Выслушав приговор, тот просипел:
– Запомни, судья, выйду – на куски порежу.
После процесса Иляна спросила:
– Вера Ивановна, вам не страшно?
Судья устало ответила:
– За четыре десятка лет моей работы это сотая угроза. Как видишь, девочка, я жива и здорова.
В дверь робко постучали. Иляна отодвинула на край стола исписанный листочек:
– Войдите!
На пороге появилась симпатичная девушка. Видно, что не проситель. В глазах посетительницы она заметила любопытство.
– Вы по личному вопросу?
– Да!
– У меня приемные часы в четверг. Вас об этом секретарь уведомила?
– Да!
– Странно. Как вас пропустили?
Девушка поставила на стол холщовую сумку, выложила на стол бутылку вина, носки и кусочек мамалыги, завернутый в плотную бумагу.
Сердце у Иляны бешено заколотилось:
– Откуда это?
– Ваша мама прислала.
У строгой судьи на глазах показались слезы. Она поцеловала кусочек мамалыги.
– Такой радости я давно не испытывала. Вы принесли мне чуточку родного дома.
Она не договорила. Зазвонил телефон. Иляна взяла трубку, вздохнула, с горечью произнесла:
– Увы, начинается процесс. Вот мой адрес. Прошу, в выходной придите ко мне. Я вас очень и очень буду ждать. Кстати, как вас зовут?
Вера представилась и спросила:
– В обед вас устраивает?
– Конечно!
К встрече Вера готовилась тщательно: выгладила платье, надела новые туфли, чуть подкрасила ресницы. По дороге купила коробку конфет.
Увидев сладости, Иляна покачала головой:
– Вы моя гостья, я угощаю.
Вера возразила:
– У нас правило: идешь в гости – принеси подарок.
Обе девушки рассмеялись.
Иляна открыла бутылочку молдавского вина:
– За встречу, за счастье, дорогая Вера! Расскажи о себе.
Вера пожала плечами:
– Я только начала жить. Ничего серьезного не совершила. Разве преступника разоблачила.
– Об этом подробнее.
Вера в деталях поведала о случае с изготовлением оружия, о своих сомнениях.
Иляна горячо отрезала:
– Правильно поступила. Нечего жалеть негодяев. Хватит о плохом. А парень у тебя есть?
– Дружу, правда, недавно. Я толком не узнала его.
– У тебя время еще есть. Но в постель сразу не прыгай.
– Спасибо за совет! У тебя как на личном фронте?
Иляна посерьезнела:
– И плохо, и хорошо.
– Разве так бывает?
– Наивная ты, но слушай. С Василием мы приехали в ваш город по распределению. Дружили с третьего курса университета. Его направили в прокуратуру. Все шло хорошо. Мы готовились к свадьбе. Решили пожениться на родине, когда нам дадут отпуск.
Она замолчала. На глазах снова появились крупинки слез.
– Дальше, дальше-то что?
– Потом все пошло наперекосяк. Василь поехал в командировку. Трое суток с местными операми работал не покладая рук. Несчастье пришло с неожиданной стороны. Его и водителя поселили в один номер. Василь поужинал, лег спать. А пистолет положил под подушку. Водитель же спустился в буфет, там крепко выпил и повздорил с местными парнями. Его поколотили. Тогда он пришел в номер, вытащил пистолет и в пьяном угаре открыл стрельбу. Одного парня ранил в ногу. В итоге Василя уволили из прокуратуры.
– Дальше-то что? Вы расстались?
– Нет. Василь проработал таксистом, потом устроился в адвокатуру. Свадьбу сыграем в следующем году.
Вера покачала головой:
– Я бы его бросила. Он нарушил закон.
Глаза у Иляны зло загорелись:
– Ты в жизни ничего не понимаешь или хуже того – однобоко мыслишь.
Расстались девушки холодно.
Вечером в комнате Веры раздался стук в дверь.
– Войдите, – произнесла она.
С букетом цветов вошел Игорь.
Девушка радостно улыбнулась. Цветов ей еще никто не дарил.
Игорь бережно приспособил букет в трехлитровую банку и приблизился к девушке.
Она открыла рот, чтобы его поблагодарить, но задохнулась. Игорь ее крепко поцеловал.
Правая рука Веры дернулась и раздалась звонкая пощечина:
– Не смей этого делать. Я тебе не уличная девка.
Игорь опешил:
– Но, Вера, я тебя люблю.
Вера враз остыла:
– Прости, но ты был не прав.
Они долго молчали. Девушка сильно переживала за свой поступок, но виду не подавала.
– Вера, у меня на родине заболел дядя. Завтра я улетаю. Вот пришел попрощаться.
Девушка приблизилась к парню, виновато погладила его по щеке:
– Прости за мою резкость.
– Прощаю, дорогая.
– Пока ты в отъезде, я буду готовиться к сессии, я на втором курсе университета. Ты хоть расскажи о своих родителях.
– Они живут как все советские люди. Отец работает в торговле, мать – учительница.
– Это правда, что они мусульмане?
– Да, я тебе об этом говорил.
Вера лукаво произнесла:
– Тебе жениться надо только на мусульманке.
– Не совсем так. Если девушка иной веры, ей следует стать мусульманкой. И, конечно, соблюдать наши обычаи.
