Я разражаюсь смехом от тона его голоса. Я также говорю себе, что правильно поступила, симулируя все эти реакции. Я всё равно очень плохой друг.
– Направляясь к тебе в кабинет, я услышала разговор Сайто с Достопочтенным.
– А, да? Его статус очень высок, он стоит сразу после императора Далины, и он приравнивается к статусу Королей людей и землян. И никто не знает, кто он такой.
– Ах, да?!
О-ля-ля, ну какой же комик! Если я всё ещё буду жива, когда всё закончится, я подумаю о том, чтобы пойти в кинематограф, хе-хе.
– Ты бы хотела знать, когда появились земляне?
– Да, конечно!
На данный момент об этом я действительно ничего не знаю.
– Всё начинается с момента появления Homo sapiens около двухсот тысяч лет назад, что привело к быстрой и впечатляющей генетической эволюции. Большинство представителей этого вида эволюционировали в людей, подобных тем, которых ты знала. Оставшееся меньшинство получило новые способности, а также дальнейшие изменения в своём физическом облике. Так появились нимфы, эльфы, оборотни и волшебники. В то время эти разные виды жили в гармонии, поскольку знали, что все они произошли от одного и того же предка, – заключает он, давая мне время переварить эту информацию. – Теперь ты лучше понимаешь логику календаря?
– Да! Земляне решили отсчитывать годы от появления Homo sapiens, так как это наш общий вид. Итак, вот почему мы находимся в 200 020 году, когда с моей эпохи прошло всего-то около ста пятидесяти лет.
Я стараюсь не говорить «нашей эпохи», чтобы он не знал, что я помню, как мы познакомились.
– Вот именно! Теоретически… сейчас 2170 год.
– И вообще, в чём логика календаря?
– Земляне сохранили дни недели как есть – хотя недель теперь стало меньше. Но пишутся они на суахили. Существует девятнадцать месяцев по календарю ацтеков. Они пишутся на языке науатль и разделены природными климатическими явлениями. Именно сейчас мы находимся в Токсатле, который соответствует периоду с 3 по 22 мая и означает «засуха».
– Хорошо… я лучше понимаю. С другой стороны, я не понимаю историю эволюции. Если все эволюционировали в одно и то же время и произошли от одного и того же предка, почему в моё время мы знали о существовании волшебников и землян только из мифологии?
– Разве ты не изучала историю религий? – бросает он вызов этим вопросом.
– Неужели ты шутишь?
– Совсем нет.
– Хорошо, тогда позволь мне угадать. Как известно, различные человеческие религии были политеистическими. Люди почитали нескольких богов или духов природы и предков… И это, по логике вещей, должно было произойти и в случае с землянами. И когда появились монотеистические религии…
– Бинго! Когда монотеистические религии начали преобладать в ущерб религиям, основанным на персонификации духов и шаманизме, эльфы и нимфы, которых было немного, отступили, в то время как волшебники и оборотни довольствовались сокрытием своей природы от остальных людей. Таким образом, на протяжении многих веков вы забывали об их существовании, даже в эпоху костров, которая ознаменовала европейскую историю между XIV и XVIII веками.
– А какая религия является господствующей сегодня?
– Не господствующей – а религией большинства. Как ты можешь себе представить, это вера в духов и силы природы. Кроме того, именно из этих различных энергий черпают свои силы волшебники и земляне. С обеих сторон по-прежнему существуют верования в Единого Бога, иногда сочетающиеся с верой в духов. Но всем на это наплевать.
– Серьёзно?
– Ха-ха, почему ты выглядишь такой потрясённой?
– Ты когда-нибудь видел религии без внутренних и внешних конфликтов, а?
– Добро пожаловать в Далину!
– Извини, ты не представляешь, как бы мне хотелось, чтобы это было правдой, но я не могу тебе поверить.
– Знаешь, основными человеческими ошибками, которые не хотели повторять земляне, были все их расовые и религиозные конфликты. Если никто не пытается заставить другого поверить во что-то – проблем нет. Такое, конечно, случается, но это наказуемо.
– Подожди, тут что-то не клеится. Я слышал, что земляне недолюбливают людей. Почему же тогда их не наказывают?
– Кроме того факта, что именно они создали законы? – спрашивает он, будто издеваясь над собой.
– Конечно, легче выбирать и толковать законы, которые тебя устраивают, когда ты их создаёшь. И ты называешь это справедливым обществом, а?
– По правде говоря, у них неприязнь не к людям, а к реборнам. С волшебниками проблем нет. Только с вами, потому что вы не считаетесь естественными. Кроме того, хорошо известно, что для сохранения мира обычно должен быть козёл отпущения.
– Ага, ага. То, что ты пытаешься говорить это с юмором, не означает, что такую таблетку легче проглотить.
– Ах, да?
– Да, ну немного легче, – заявила я недовольным голосом, а он в этот момент снова засмеялся. – И всё-таки, – продолжаю я, – почему мы? Почему именно перерожденцы?
– Шах.
– Ой.
Я защищаю своего короля в спешке.
– Знаешь, дискуссия о людях была очень острой. Большинство из них были за то, чтобы вы все умерли. Земляне испытывают ужасную неприязнь к реборнам, потому что вы представляете в их глазах то большинство людей, из-за которого их право на существование было поставлено под сомнение на протяжении двух тысячелетий. И это ещё не всё. Как я тебе уже говорил, их было немного. Несколько раз им грозило вымирание. Они выжившие. Две тысячи лет изгнания и выживания не забываются за сто пятьдесят лет. Им нужно время. И хотя это несправедливо по отношению к возрождённым, ваша задача – показать себя лучше.
– Но тогда зачем мы существуем?
– Потому что Алина, которая позволила Возвращение и которая была первым императором, так решила. Её очень уважали, поэтому все встали на её сторону, включая тех, кто не соглашался. Идея заключается в том, чтобы позволить большинству людей умереть и спасти меньшинство, которое продемонстрировало бы потенциал, требующий воплощения.
– Как генетические избранные? – спросила я.
– Шах. Ты всё ещё слишком много думаешь как человек, – упрекает он меня, пока я отчаянно пытаюсь спасти своего короля.
– Мило.
– Ну, не обижайся, дорогая, – поддразнивает он меня, в то время как моё сердце учащается на этом русском слове.
– Один друг сказал мне, что я была неправа, утверждая, что все люди рождаются равными. Но другой объяснил мне, что у каждого человека есть неиспользованные ресурсы, которые он может улучшить. Эти два понятия не кажутся мне несовместимыми.
– Ну вот – можешь же, когда хочешь!
– Да-да, издевайся.
– Отбор перерожденцев был лёгким. Достаточно было обнаружить людей, которые вернули своё сознание и доказали это своими действиями. Ваш энергетический след был ослепительным… Настоящая красота.
– А почему криогенизация?
– На то есть две причины. Во-первых, лучше было подождать, пока Возвращение не завершится и Империя не стабилизируется. Во-вторых, нужно было уделить достаточно времени слиянию технологий и магии, чтобы помочь вам максимально хорошо развить свои способности. Ты принадлежишь к третьему и последнему поколению реборнов. Ваш первый год жизни имеет решающее значение, потому что вы должны понять этот новый мир и найти своё место.
– Шах и мат.
Ах, я всё так же плохо играю в шахматы. Тем не менее, меня переполняет огромное чувство радости и удовлетворения. Доктор бросает на меня вопросительный взгляд в связи с моей внезапной сменой настроения.
– Это не я. Это ты.
Поглощение эмоций других людей всегда мне удавалось. Так было и раньше, когда я была человеком, но доктор отказывается рассказывать мне больше. Ожидается, что реборны сами поймут, почему они были выбраны. Допустим, моя неуверенность в себе заставила бы меня сказать, что я ни в чём не хороша. Я, между прочим, родилась сверхчувствительной, а это неслыханная черта характера! И даже если бы это считалось подарком жизни, лучше бы выбрали мою подругу Элеонору.
Если я попытаюсь мыслить рационально, я могу сказать, что моя гиперчувствительность – это дар, потому что я контролирую её. Но это стало получаться совсем недавно, а именно – с момента моей поездки в Кыргызстан, где я познакомилась с Азатом. Оглядываясь в прошлое, я начинаю размышлять о том, что он, наверное, был чародеем. Вернее, шаманом. В любом случае, я не знаю, как работает мой мозг. Но после этой встречи моё подсознание определило ситуации, в которых нужно быть холодной и рациональной, а также ситуации, в которых эмоции играют определённую роль. И то, что сейчас произошло с доктором, ничто по сравнению с тем, на что я скоро буду способна. Но моя подруга Элеонора всё равно была бы отличным выбором!
Очевидно, Сопротивление заставило меня обманывать в этой игре. На допросах, которые предполагают мучения, я лишь имитирую их. Я в значительной степени знаю, почему я была выбрана и какое зло я способна породить. Но когда доктор узнает мой секрет, я уже сбегу…
Если мне всё равно придётся играть в «угадайку», ему легко будет узнать о Сайто и Эмме. У Сайто отличный мозг, он очень умён и изобретателен как в науке, так и в искусстве. А ещё он дотошен. Независимо от того, насколько сложной может быть поставленная перед ним задача, Сайто каждый раз будет решать её безупречно. А ещё он очень добрый, внимательный человек, который всегда готов дать ценный совет любому, кто его попросит об этом.
Что касается Эммы, её красота, элегантность и харизма служат отличным дополнением всем её человеческим качествам. Она отлично разбирается в истории искусства, а от её танцев просто захватывает дух. Она не осознаёт своей харизмы и интеллекта, потому что ей не хватает уверенности в себе. Она также очень вдумчивый человек, который смотрит на мир пристальным взглядом, пытаясь понять его без осуждения и всегда оставаясь при этом скромной. Я поднимаю глаза на врача, и он вновь начинает говорить своим профессиональным тоном:
– Ты научишься контролировать свою эмпатию.
Я внутренне улыбаюсь. Ах, Лиам… Если бы ты знал мои планы.
Глава 5
2.100M20, альхамиси 25 текуильхитонтли
(Четверг 25 июня 200 020)
Три выстрела – все точно в цель. Я не сплю уже полтора месяца, но я совершенно здорова. Мы снимаем шлемы и возвращаемся в тир, потому что запрещено тренироваться с огнестрельным оружием внутри. Помните: обе руки вместе, пальцы расставлены так, чтобы их не получилось сломать; будьте осторожны, чтобы не отклониться слишком далеко при отдаче. Когда я смотрела фильмы с персонажами, использующими огнестрельное оружие, я никогда не догадывалась об истинной физической силе, которая нужна для стрельбы. В первый раз после нескольких выстрелов я начала получать большое удовольствие от стрельбы. Стрельба очень интенсивна, требует подключать мышление, и мне это нравится. С другой стороны, хоть я и нахожу спортивную стрельбу забавной, я сомневаюсь, что целью этих тренировок является спорт.
Для начала мне нужно было уяснить основное различие между револьвером и пистолетом. У револьвера есть барабан, а у пистолета – нет, у него магазин. В зависимости целей использования мы должны тщательно выбирать своё оружие. Например, если наёмному убийце нужно сделать только один выстрел, он предпочтёт пистолет с глушителем. Глушитель более обременителен, чем можно предположить. Он весит пятьсот граммов, требует десяти секунд ожидания, а ещё он больше по размеру. Так что он очень хорошо подходит для одного-единственного выстрела. При стрельбе всё зависит от точности и концентрации.
Позже меня познакомили с огнестрельным оружием, изготовленным уже не из металла, а из пластика, который по своей природе более лёгкий. Сегодня пластик исчез. Но принцип 3D-печати, совмещённый с заклинаниями, был подхвачен землянами. Я испытала первое в истории огнестрельное оружие, изготовленное при помощи 3D-принтера: пистолет, названный Liberator («Освободитель»). Дальность действия этого оружия составляет максимум двадцать метров (против тридцати-пятидесяти метров у металлического пистолета!). Это никоим образом не снижает его опасности: «Освободитель» может оказаться смертельным даже для своего владельца! Ствол пистолета имеет тенденцию время от времени взрываться в руках стрелка. Эта информация никоим образом не сдерживала меня: я не готова глупо умереть, стреляя из старого человеческого оружия. Возможно, они даже надеялись, что пушка взорвётся у меня в руках, и это позволило бы убедиться в том, что хирурги правильно выполнили свою работу. Короче говоря, теоретически моё мутационное тело не должно погибнуть из-за небольшого взрыва.
В дополнение к своему лёгкому весу, пластиковое оружие имеет и другие плюсы: например, его невозможно обнаружить с помощью сканера в аэропортах, поскольку металла в его конструкции слишком мало. Но, как говорили специалисты по человечеству, приоритет должен быть отдан скорее обнаружению опасных людей, чем обнаружению опасных объектов. Далина также придерживалась этой философии. Империя проявляет непримиримость к такого рода людям и мгновенно отправляет их в Крект. Действительно, со всеми способностями, которыми обладают люди, населяющие Далину, каждое существо можно рассматривать как своего рода оружие. Таким образом, для Империи более последовательно сосредотачиваться на опасных людях, чем на их силах.
Итак, теперь возникает вопрос: почему мы учимся использовать это оружие, относящееся к человеческому периоду, когда здесь оно считается незаконным? Либо речь идёт о том, чтобы зачислить нас в личную охрану неизвестно кого, либо о том, чтобы попрактиковаться в стрельбе в спортивных целях. Если второе предложение верно, эти тренировки могут быть направлены на то, чтобы помочь нам развить определённое мышление, сочетающее в себе стойкость, сосредоточенность, целеустремлённость и дотошность. Я не слишком в это верю, потому что существуют другие способы передачи этих навыков. С другой стороны, мне очень понравилось, что инструктор подчеркнул это различие между спортивной стрельбой и стрельбой в гораздо более гнусных целях. Возможно, это вопрос образования и того, как следует относиться к оружию, каким бы оно ни было. В конце концов, и вилка может стать оружием. И даже слово!
Моя стратегия проста: играть в страуса. Чтобы придать себе правдоподобия, я продолжаю прятаться за образом гиперэмоциональной маленькой девочки, которая не понимает, что с ней происходит, но пытается сделать всё как можно лучше. Но всё равно нельзя переусердствовать: моё поведение должно быть естественным. Одна из моих черт характера – не всегда понимать социальные коды. Так что я могу использовать это, чтобы задавать вопросы! Чтобы выяснить, почему все возрождённые учатся обращаться с оружием на индивидуальных занятиях с инструктором, я в середине разговора вставила замечание: «Вау, я удивлена, что это всё ещё существует за пределами музеев. Я думала, что земляне запретили всё, что напоминает о том, насколько саморазрушительным может быть человек». В конце концов, именно этому нас учат в ЦРБ.
Этот комментарий позволил мне получить ответ на интересующий меня вопрос. Реборны должны будут получить некоторые знания, относящиеся к периоду до Возвращения, когда магия была скрыта. Это как образовательная база. Сегодня оружие совсем другое. Благодаря сплаву технологии и магии часть человеческого оружия эволюционировала, поскольку в своём первоначальном состоянии оно не было бы эффективно в уничтожении большого мира.
Если подумать, то ведь способности пистолета не сравнятся с умением чародеек или ловкостью эльфов, о которых с незапамятных времён говорили, что «лучших воинов не существует». И сегодняшний мир, возможно, более опасен, чем тот, в котором я родилась. Может быть, поэтому принято учить детей драться с раннего возраста. Но я ничего не знаю, так как это не мой мир. По крайней мере – пока не мой… Независимо от того, правда это или нет, совсем скоро реборны также познакомятся с крав-мага – видом спорта, который я обожаю.
Айзада… Оказавшись в душе, я вспоминаю историю выбора своего имени. В день пробуждения врачи дали возможность либо сохранить своё первоначальное имя, либо выбрать новое. У нас было достаточно времени, чтобы принять решение. И вот как я его принимала: я поняла, что люблю буквы «А» в именах и что мне нравится необычное звучание. Я думаю, что в определённом возрасте каждый должен иметь возможность выбрать себе имя, потому что оно должно представлять одно из наших основных прав – право на идентичность.
Затем я еду в клинику на приём к медсестре Эмили. Я очень ценю её внимание. У этой женщины с каштановыми волосами средней длины действительно есть дар. Она всегда спокойна и уравновешена, никогда никого не осуждает. Она также умеет держать дистанцию со своим пациентом, проявляя при этом внимание. Для меня она гораздо больше, чем просто медсестра. Она умеет слушать, разговаривать, лечить. Полная противоположность некоторым психологам, которые в моё время владели искусством делать пациенту ещё больнее. Да-да! Суровые устаревшие идеалы, вписывающиеся в патерналистскую школу мысли, в которой дети и подростки лишены своих прав. Но я никогда не переставала чувствовать себя ребёнком… Может быть, причина в том, что я так и не научилась водить автомобиль. Однако этот вопрос не возникает, поскольку в настоящее время последние машины, относящиеся к человеческому периоду, находятся разве что в музеях.
В течение месяца я по несколько часов в неделю наблюдаю за Эмили, и это уже приносит свои плоды. Я рассказала ей не только о причинах выбора своего имени, но и о проблемах, связанных в прошлом с едой, а также о том, что происходит сегодня. Цель Эмили как медсестры – познакомиться со своим пациентом, чтобы помочь ему пережить переход из старого мира в новый. Рассказывая ей о своей жизни, я преследую две цели: интегрируюсь в общество и развиваю свой персонаж. Эмили не лжёт мне. Очевидно, что каждый медбрат и медсестра знали историю своего реборна ещё до того, как он проснулся.
Ожидая своего побега, я веду себя так, как будто всё ещё подвержена неуверенности и расстройствам пищевого поведения. Вау! Я никогда ещё не была против каких-то мелких незаконных действий, если они были без последствий, но меня беспокоит, когда это аморально. И лгать о том, кем я являюсь на самом деле, мне кажется неправильным. Но что же поделать – таков план! Я должна притворяться, что со временем начинаю чувствовать себя лучше… Я останусь заслуживающей доверия девочкой и буду поощрять их доверие ко мне. Сейчас я не на пике своего психического здоровья, но я достаточно опытна, чтобы планировать стратегию за стратегией.
Они не должны узнать, какое величайшее благо принесла мне жизнь в Бишкеке, столице Кыргызстана. Проживание в культуре, отличающейся от моей, изменило мою жизнь. Это заставило меня повзрослеть… Но я всё ещё маленькая девочка, которая за несколько месяцев пребывания в стране ещё не поняла, как самостоятельно ловить маршрутку! Однако я умею делать много других вещей. Например, разработать один «план А» и двадцать «планов Б».
– Заходи!
– Ну что же! – говорит с импульсивной спонтанностью Лиам, пытаясь наведаться без стука. Эмили приветствует меня улыбкой.
– Ой, извините. Не знаю, что на меня нашло.
Я устала тратить своё время на то, чтобы играть роль человека, которым я не являюсь. Как я могу установить подлинные связи с окружающими меня людьми, если мне не разрешено быть собой?!
– Хорошо! Как я понял, ты научилась ощущать энергию человека ещё задолго до того, как увидишь его, – подмечает с энтузиазмом Лиам. Эмили тем временем остаётся невозмутимой.
У-ля-ля. Если бы он знал… Гениально! Теперь кажется, что я одна этим пресытилась. Мой доктор решил нанести визит, чтобы обсудить тему, которую мы начали: мою диету.
– Не волнуйся, всё хорошо. Я пью свой эликсир три раза в день, употребляю пищу как минимум один раз в день, а когда нахожусь с друзьями – ещё чаще.
– Да, я вижу, что ты в порядке.
– Я должна быть озадаченной этим твоим загадочным тоном?!
Лиам и Эмили понимающе переглянулись. Эх… Я в беде!
– Готова ускорить процесс развития своих способностей с помощью симуляции??
НЕТ. Абсолютно нет. Я не знаю, что это за ловушки, но – нет. НЕТ!
– Хмм…
– Неважно. Я твой доктор, у тебя нет выбора. Иди за мной.
– Вау, какой авторитет, – подтвердила я, вставая, чтобы следовать за Лиамом по длинным коридорам в футуристическую комнату. И всё это было в сопровождении взгляда Эмили.
Как только мы подошли к концу нашего молчаливого путешествия, у меня наконец-то появилась возможность своими глазами увидеть то, что все называют «сплав технологии и магии».
– Ложись и расслабься. Не волнуйся, это не больно.
– Ммм-ммм, – выдыхаю я, откидываясь на удобную кушетку.
Доктор просит меня закрыть глаза на время, чтобы надеть мне на голову шлем. Я замечаю, что объект подключён к экрану.
– По-моему, ты любишь сказки, – слышу его шёпот, погружаясь в беспамятство.
Когда мои глаза открылись, я очутилась в лесу. Одна. Моя одежда изменилась: я совсем босая, в длинном белом платье. Воздух морозный. Я осматриваю окрестности, но там нет ни единой живой души. Внезапно я слышу, как кто-то бежит по направлению ко мне. Я вслепую пробираюсь сквозь лес, который кажется живым, но спотыкаюсь о корень. Но его не было здесь до того момента, как я подбежала к нему… Ах, у меня болит лодыжка! Я не могу освободиться и даже встать… Я вздыхаю от ярости. Я ненавижу разыгрывать стереотип женщины в беде. И именно в этот момент появляется мой преследователь. Мужчина, держащий в руках опасно отточенный меч. Охотник.
– Королеве нужно твоё сердце, – сказал он, угрожая мне своим оружием.
Глава 6
Может ли это быть кошмаром? Никаких шансов, ситуация кажется слишком реалистичной. Без паники! Думай холодно. И быстро. Эта симуляция – коварное испытание, позволяющее научиться выходить из худших ситуаций, не поддаваясь безумным побуждениям. Я должна сохранять стойкость и сосредоточенность, как на тренировках с огнестрельным оружием. Я должна жить так, как живут персонажи. Я должна стать Белоснежкой. Именно в такие моменты я не знаю, какая часть моего мозга определяет наилучшую реакцию. И теперь, судя по тому, что он проанализировал человека, стоящего передо мной, мне явно нужно использовать эмоции.
– Отец, мне страшно. Я не хочу умирать. Я не сделала ничего плохого. Я не понимаю, что происходит…
Охотник поднимает свой меч. Мои слёзы начинают течь по щекам. У меня нет сил даже пошевелиться. Я смотрю на лезвие.
– Уходи и никогда не возвращайся, – сказал он после того, как вонзил свой меч в корень, освобождая мою лодыжку.
Моё сердце снова начинает биться, и я восстанавливаю дыхание. Несмотря на боль, я встаю и бегу как можно быстрее. Внезапно посреди моего пути появляется зеркало.
– Не-е-ет!! – кричу я, защищая голову руками, поскольку импульс мешает мне вовремя остановиться.
Я бросаюсь к зеркалу и пролетаю сквозь него в грохоте осколков разбитого стекла. У меня перехватывает дыхание, которое возобновляется через несколько секунд. Я на земле. Лежу на животе, положив голову на руки. Ой, мне больно… Капли тёплой жидкости стекают по всему моему телу. Стекло порезало меня. Мне нехорошо…
– Моя дорогая, ты обязательно попробуешь одно из этих вкусных яблок.
Я мучительно открываю глаза и поднимаю голову. Сейчас я нахожусь внутри замка. В зале со стенами, покрытыми зеркалами. Ничего угнетающего. Передо мной стоит моя мачеха, злая королева. Она наклоняется и предлагает мне яблоко, которое подносит к моим губам. Это ярко-красное яблоко… Мой любимый цвет, цвет розы, цвет крови. Меня инстинктивно тянет к этому красному цвету, к этой крови. И королева кажется такой красивой… Я протягиваю левую руку и хватаю яблоко. Откусывая его, я бросаю взгляд на одно из зеркал.
Я встаю со стоном и, шатаясь, подхожу к нему, но не вижу своего отражения. По крайней мере, это не то, как я выгляжу. Так я выглядела несколько лет назад, когда я думала, что знаю своё место на Земле. Период моей жизни, когда я каждый день боролась за то, чтобы не покончить с этим… Моё отражение истекает кровью. Я была так ранена прошлым. Сегодня я уже не та маленькая девочка. Давно не маленькая девочка… Я поворачиваюсь к королеве.
– Нет-нет, моя дорогая… Даже если вы убьёте меня, вы не сотрёте ту, кем я являюсь. Это яблоко, этот красный цвет, эта кровь просто показывают, что я изменилась.
Затем я беру её за руку и веду к одному из многочисленных зеркал.
– Посмотрите на себя. Оно может говорить только правду. Взгляните, что нарциссизм сделал с такой женщиной, как вы! Женщиной, которая была такой красивой и могла бы стать ещё красивее… Это конец вашего правления.
На последнем слове я засовываю яблоко ей в рот. Яблоко превращается в тёплую красную жидкость. В то время как кровь неизвестного происхождения всё больше растекается по полу и дотекает до нас, королева начинает дрожать, трансформируясь. Она становится выше, внушительнее, опаснее. Именно тогда она хватает меня за воротник и швыряет в зеркало, разбивая его. Пока я с трудом поднимаю своё болезненное тело, кровотечение усиливается, королева обездвиживает меня и начинает душить. И она всё это делает, не касаясь меня!
Как я должна защищаться от этого?! Я задыхаюсь, чувствуя вкус крови во рту. Я скоро не смогу дышать… Я закрываю глаза. Я пытаюсь успокоиться. Я сосредотачиваюсь на королеве, несмотря на недостаток кислорода. Мне удаётся почувствовать её эмоции. Они могущественны и вредны. Это то, что уничтожит её. Она всего лишь женщина, которая позволяет себе быть поглощённой ненавистью и ревностью. Она не хочет создавать собственную жизнь. Она предпочитает уничтожать тех, кто достаточно смел, чтобы создать что-то своё.
Я открываю рот, как будто хочу сделать глубокий вдох. Но я питаюсь не чистым воздухом, а всеми её чёрными эмоциями. Последние горят во мне, но я достаточно спокойна и стойка, чтобы контролировать их. Ошеломлённая, королева мгновенно отпускает меня. Я приземляюсь с ловкостью кошки, одной рукой и одним коленом на пол. Когда я встаю на ноги, мои глаза приобретают тёмно-коричневый цвет. Мои раны больше не причиняют мне боли, а порезы закрылись. Я не отрываю взгляда от своей добычи. После последней макиавеллиевской улыбки я делаю глубокий вдох. Я извергаю на королеву всю эту мгновенно накопившуюся мощь, материализовавшуюся в потрясающее облако непрозрачного дыма. Шок от того, что вся её ненависть обернулась против неё же самой… Она настолько сильна, что разрушает её! Она рассыпается на миллионы осколков – взрыв, который в мгновение ока отбрасывает меня через одно из зеркал.
Где я сейчас нахожусь? Моё некогда белое платье, грязное и окровавленное сейчас, сменилось на лохмотья. По крайней мере, мои раны не появились снова. Я стою на коленях, собирая по зёрнышку чечевицу, упавшую в пепел камина. Мне нужно собрать все зёрна в банку. Если я вовремя не выполню эту работу, я не пойду на бал. Золушка. Как бы я ни старалась перебирать зёрна под насмешливые и унизительные далёкие отголоски моей мачехи и сводных сестер, всегда появляется вдвое больше. Это никогда не закончится! Я вздыхаю… Слишком много причин для отчаяния. Именно тогда я нахожу спасение в надежде. Никогда нельзя забывать, почему я что-то делаю. Это благодаря надежде, которая позволяет мне действовать дальше и осуществлять свои мечты. Я улыбаюсь. Я заканчиваю работу по дому. Как только последнее задание будет полностью выполнено, я отправлюсь к могиле своей матери.
Я смиренно склоняюсь перед могилой, делаю это очень настороженно… Птица проливает на меня всю свою магию. Вот я моргаю, и через мгновение обнаруживаю себя в подземелье. Меня это удивило. Человек, чьего лица я не могу разглядеть, со всей злости бросает меня на землю. Свои действия он сопровождает разными хорошо знакомыми мне голосами… «Толстуха, у тебя была хорошая оценка, но ты смухлевала», «она выпендривается», «ты манипуляторша», «она режет себя, чтобы её заметили», «ты лгунья», «ты больше не чистая», «легко расстаться, чтобы завести друзей и быть популярной теперь, когда ты больше не девственница», «ты бьёшь ниже пояса», «ты шлюха». Моё сердце бьётся несколько раз, когда я слышу все эти такие знакомые слова…
Взяв себя в руки, я поднимаюсь и выхожу из подземелья. Решётка не закрыта, мне просто нужно её толкнуть. Поднявшись на поверхность, я попадаю в большую приёмную. Там меня ждёт человек в синем костюме. Но если присмотреться – это не мужчина… Это зверь! Я делаю глубокий вдох и осторожно приближаюсь к нему. Несмотря на то, что он находится передо мной и кажется пугающим, я совершенно не думаю о его внешности.
– Теперь вы не боитесь меня?
Я двигаюсь вперёд до тех пор, пока не вижу белки его глаз, беру его за руку…
– А как насчет вас? Собираетесь ли вы и дальше позволять страхам определять своё поведение?
Резким движением он отстраняется, чтобы схватить меня за руку.
– Я не боюсь!
– О, да! Вы прячетесь и показываете себя с плохой стороны, потому что думаете, что вас не поймут. Но это не так… И я здесь, чтобы доказать это! Внешний вид не определяет человека; его определяет способность использовать свой мозг для правильного мышления. А ещё это там, в вашем сердце, если вы можете испытывать сострадание.
Я беру свободную руку зверя и кладу ему на сердце, на этот столь ценный орган.
– Тогда докажите это.
– Вы позволите потанцевать с вами? – спросила я с озорной улыбкой.
Зверь протягивает руку, я беру её. Мы танцуем вальс, не отрывая глаз, не отрывая сердец. Это волшебный, нереальный момент… Я бы узнала из тысячи энергию, исходящую от этого зверя: энергию человека, которого, я уверена, знала в своей прошлой жизни. Человека, который пробудил во мне что-то, когда он впервые заговорил по-русски. Звучит музыка из мультфильма. Именно тогда моя грязная одежда сменяется солнечным платьем. Мои волосы выглядят причёсанными и уложенными. Когда песня прекращается, мы целуемся, и это происходит так по-настоящему… Мой лучший поцелуй… со сказочным персонажем. Проходят секунды, и я чувствую на своих губах рот человека, а не зверя. Я открываю глаза, чтобы не дать себе времени увидеть лицо Лиама.
Я просыпаюсь в испуге. Я пытаюсь сделать большой глоток свежего воздуха, чтобы унять одышку, но только продолжаю задыхаться. Я в панике. Я не могу мыслить ясно. Я вижу множество машин и странных компьютеров. Электронные звуки доносятся отовсюду. Я ненавижу это место… Ощущаю себя подопытным кроликом или цирковым зверем. Я пытаюсь встать, но меня удерживают ремни. Именно тогда моё видение проясняется. Я замечаю Лиама, который пытается меня успокоить. Я вижу, что он вытащил зонд. Теперь я менее взволнована, но держу глаза широко раскрытыми, не произнося ни слова.
Потратив время на то, чтобы лучше осмотреть комнату, я замечаю, что ураган пронёсся через часть зала. Я внутренне улыбаюсь, зная, что это моих рук дело. Но я не должна ничего упускать из виду, продолжая играть невинную невежественную маленькую девочку, которая не осознаёт масштабов своих способностей.
– Мне очень жаль, Айзада. Я не хотел тебя связывать, но ты была слишком неуправляема, – покаялся доктор, снимая с меня ремни.
– Ты солгал мне. Ты сказал, что это не больно, – возразила я, с ужасом глядя на него, и в этот момент текли мои тихие слёзы…
– Я не лгал тебе. Боль и травмы были только в симуляции. Посмотри на себя – на тебе ничего нет, – заявляет он, садясь рядом со мной.
– Ты играешь словами, – упрекнула я его.
– А ты – нет? – произносит он в ответ.
– Мы говорим о тебе, – отвечаю я, бросая на него злой взгляд, когда мои слёзы высыхают.
– Нет, пожалуйста, Айзада. Я клянусь, что никогда не хотел заставлять тебя плакать, не хотел делать тебе больно, – пытается он утешить меня, обнимая.
Он начинает укачивать меня, и я расслабляюсь в его объятиях. Лиам намного сильнее меня в шахматах. Действительно ли у меня есть шанс одержать победу в его собственной игре?
Глава 7
2.100M20, джумамози 11 хэй текуильхитль
(Суббота, 11 июля 200 020)
Сюрприз! Я только что получила подарок. Это книга, датируемая периодом до «Возвращения». «Искусство войны» Сунь-Цзы. Она очень хорошо сохранилась, несмотря на следы времени. Я могу без страха перелистывать страницы. Спасибо защитным заклинаниям.
Книга состоит из тринадцати глав:
Глава I: Планирование
Глава II: Цена вовлечения
Глава III: Государство стратегии: политика завоеваний
Глава IV: Меры и силы непобедимости
Глава V: Формы сил
Глава VI: Использование нематериального
Глава VII: Манёвры: фундаментальные факторы
Глава VIII: Девять переменных изменений
Глава IX: Правила оккупации
Глава X: Тактические пространства
Глава XI: Девять ситуаций
Глава XII: Пепел победы
Глава XIII: Об информации: прорицатели и шпионы
Вот что составляет основу любой стратегии, используемой руководителями крупнейших компаний даже по сей день. Но я не знаю, от кого эта книга. Я нашла её в своей комнате в шкафу, где хранятся мои швейные принадлежности. На первой странице осталось только рукописное сообщение: «Можешь ли ты действовать хладнокровно и мудро? Призрак». Кто этот призрак? Если только он не настоящий призрак? Трудно понять, что происходит в этом мире, полном тайн. Но после бурной симуляции предыдущего дня этот подарок и странное послание доставляют мне удовольствие.
Вторая половина дня прошла хорошо. С Эммой и Сайто мы провели часть утра в танцевальном зале. Я воспользовалась возможностью и подарила своим друзьям вышитую розу, а также небольшое личное послание в придачу.
– О, это так мило, – хором сказали они.
О, это они были слишком милыми!
– Знаете, мне очень повезло, что я встретила вас, поэтому я хотела подарить вам это. А также поблагодарить вас за вашу дружбу и доброту.
Это безумие. Я поняла, как сильно я их действительно люблю.
– Нет, это нормально.
– Нет, я говорю абсолютно искренне! Возможно, это нормально для вас, но всё-таки редко можно найти таких друзей, как вы: всегда добрых, готовых помочь. С вами я чувствую себя как в доме, полном плюшевых мишек.
Они рассмеялись над моим сравнением. Я признаюсь: впервые в жизни я использовала такое сравнение. Не пойму, откуда я его взяла…
После коллективного объятия Сайто взял на себя инициативу, чтобы поднять нам настроение:
– Хорошо, Айзада. Это ещё не всё, но если ты ограничила нас заточением в этом зале, то для того, чтобы отработать как следует движения. Что ж, продолжим!
Я разразилась смехом, и мы снова начали танцевать.
Затем я посетила урок метания ножей. Я очарована этим курсом! Или, скорее, удивлена способностями, которые я проявляю на нём. Я проявила необычайную предрасположенность к метанию ножей, а вот в рукопашном бою крав-мага мне мешает, очевидно, моя диспраксия. Но я считаю, что этот успех обусловлен моим новым зрением. Впервые я очень хорошо вижу то, что в высшей степени меняет мою жизнь. Помимо моей встречи с реборнами, эта операция на глазах – лучшее, что когда-либо случалось со мной здесь.
Находясь в душе, я с удивлением отмечаю свою физическую форму. После того, как я занималась спортом весь день, не глотая ничего, кроме воды и укрепляющих средств, усталость почти не ощущается. Правда, всё это отнимает очень мало сил по сравнению с моей тайной деятельностью. И день ещё не закончился! Некоторые реборны регулярно устраивают вечеринки, и это произойдёт сегодня. Они всегда проходят в нашем крыле, в нашей большой общей зоне, откуда открывается вид на большой и красивый сад.
Нас двадцать реборнов. Последние из поколения импортированных людей. В ЦРБ, центре Реборн, никто не имеет права входить в специально отведённое для нас крыло, за исключением случаев крайней необходимости. Безопасность превыше всего, и именно поэтому удивительно, что призрак мог проникнуть сюда. Я уверена, что он не является кем-то из нас. И надеюсь, что не первый враг Империи, получивший доступ к ЦРБ. Это крыло – место, где мы спим, проводим свободное время, пируем, пьём, танцуем. Крыло состоит из двух этажей, в которых размещаются наши апартаменты. Десять на каждом этаже, сорок квадратных метров, отдельная ванная комната. Мы выбираем декор, а ещё решаем, чем будет обставлена наша комната – от кровати с балдахином до домашнего кинотеатра (хотя на первом этаже он уже есть). Для меня были необходимы пианино и кларнет.
Некоторые предметы были предоставлены нам далеко не по нашей инициативе. Например, диффузор, который вызвал у меня недоумение, когда я узнала, о чём идёт речь – ещё один пример магико-технологического сплава. Устройство работает по автоматическому перезаряжаемому заклинанию. В нём представлена вся известная человеческая музыка, а также песни сегодняшнего дня. То же самое относится и к видео. Люди до Возвращения увидели бы это как YouTube 2.0. Вещатель, управляемый голосом, может, как следует из названия, транслировать изображения в дополнение к звукам. Лучше всего проецировать его на стену, но в центре комнаты изображение будет таким же чётким, тем более что мы можем активировать как опцию 3D, так и 4D. Обновление происходит автоматически, и нет необходимости подключать его к какому-либо устройству, чтобы послушать музыку.
У возрождённых также есть компьютер, примерно такой же, как и в человеческий период. Но связь с остальным миром ограничена. Как это удивительно… По крайней мере, у нас есть доступ к целому ряду фильмов: как нашей эпохи, так и современных, с участием эльфов, нимф, оборотней и чародеев. Реборны появляются время от времени, но ещё мало представлены. Я бы посмотрела, как хорошо играет Эмма. Она такая красивая… Она бы непременно преуспела в этом. Мне очень нравится смотреть комедии, в которых показаны стереотипы каждого вида, а также интересно наблюдать за романами между двумя разными расами. Интересно, с каких это пор я стала такой простушкой?
Изначально нас заверили, что ограничения в подключении компьютера носят временный характер и продлятся всего несколько месяцев. Это своего рода защитная мера. Я никогда не разбиралась в компьютерах… Вот почему я веду себя старомодно, роясь в библиотеке. Я предполагаю, что врачи или кто-либо из руководства ЦРБ, скорее всего, следят за нашими компьютерами. Поэтому я решила не привлекать к себе внимания, избегать ввода в строку поиска слов, которые выдали бы меня… Например, слово «Сопротивление».
С каждым днём мы формируем из возрождённых всё более сплочённую группу. Надев новое платье на вечер, я направляюсь в комнату Эммы, которая меня уже ждёт. Моей подруге нравится делать мне причёски и печь пироги, которыми мы потом делимся. Иногда она говорит, что могла бы открыть парикмахерскую. Однажды, когда мы едва были знакомы, я проникла в её комнату. Я шла в свою, и меня привлёк компьютерный голос. Эмма сидела за компьютером, отрабатывая свой голландский с помощью языкового программного обеспечения. Это один из основных языков, на котором говорят как во Фрее, так и в Гайсте. Не в силах противостоять своему любопытству, я напрягла слух и постучала в дверь. Этот язык напомнил мне Лилль, потому что у нас было много туристов из Бельгии и Нидерландов. С тех пор Эмма стала одной из моих самых близких подруг.
Весь ЦРБ оснащён базовыми средствами перевода, а это значит, что, вне зависимости от того, на каком языке говорит каждый человек, всё автоматически переводится и понимается собеседником по умолчанию. Кроме того, эти языковые программы очень специфичны: они тоже заколдованы. Они позволяют мгновенно изучать языки.
Поскольку доктора являются референтами реборнов, я не лишила себя возможности практически обругать своего:
– Могу я узнать, почему ты запрещаешь мне доступ к такого рода программному обеспечению? – спросила я тоном, который не смог скрыть моего раздражения. – Ты прекрасно знаешь, что я хочу улучшить свой русский и арабский. И у меня много работы, если я хочу говорить на этих языках правильно.
– Это ты осмеливаешься задавать такие вопросы? – усмехнулся он, заставив меня вскипеть ещё больше.
Я стреляла в него взглядом, пока он терпеливо ждал, кода меня наконец осенит. Что ж, всё в порядке, я прекрасно понимала, почему этот вопрос показался неуместным. Частично я изучала языки под воздействием алкоголя с иностранными студентами. Кроме того, в свободное от работы время я давала кыргызам уроки французского языка.
– Прощай, межкультурное измерение. Но… ладно, без носителей я могу долго её искать, эту межкультурность!
– Ты, которая так любит тусоваться в библиотеке, можешь изучать язык и его цивилизацию по книгам, – усмехнулся он, когда я, вздохнув, бросила на него измученный взгляд.
Это действительно несправедливо. Этот метод используется всеми. Почему я должна быть лишена этого? Если весь мир может говорить на всех языках, а я нет, то я практически начинаю выглядеть как инвалид. Но Лиам оставался непреклонным, как и Эмили, которая стала ещё более строгой, утверждая, что я пойму причину этого позже. Этот разговор напомнил мне о взрослых, которые говорят детям: «Ты поймёшь, когда вырастешь». Это всегда меня раздражало! Ты же можешь объяснить всё сейчас, и сегодня я буду ложиться спать менее глупой. Но поскольку я уважаю Эмили, я решила подчиниться решениям врача.
В своей комнате Эмма с удовольствием делает мне причёску. Для нашего вечера хорошенькая француженка решила заплести мне корону. Иногда мы ночуем вместе – как по будням, так и по выходным. Это утешает и успокаивает нас. То же самое обстоит с Сайто. Хотя у меня бывают моменты, когда я чувствую настоящую потребность побыть одной, мне нравится спать рядом со своими друзьями.
Мы спускаемся вместе с Эммой, и я приветствую первых реборнов, которых мы встречаем объятиями, сохранив склонность обнимать всех остальных. Весь вечер я разговариваю, смеюсь, танцую… Я скучала по алкоголю и его эффекту. Я наслаждаюсь настоящим моментом, позволяю себе двигаться в ритме музыки и разговоров. В такие минуты я забываю обо всём. Я вернулась к своей прежней жизни: я всего лишь простая студентка, которая любит всё самое обыденное.
Я замечаю, что перешла стадию «очень навеселе, но ещё не пьяна», когда я начинаю танцевать вокруг стойки для танцев на пилоне; прыгаю, чтобы приземлиться с большим трудом. Это моя жизнь. Настоящая я.
– Тебе когда-нибудь говорили, что ты сумасшедшая? – спрашивает меня один из моих товарищей, поднимаясь на ноги.
– Я была француженкой, влюблённой в Кыргызстан. Как ты думаешь?
На мою реплику он разразился смехом. Тем не менее, я не виновата, что никто, кроме любителей трекинга, похоже, не слышал об этой проклятой стране! Похоже, я только что сама дала ответ на вопрос.
– Хочешь, я принесу тебе ещё напиток?
– Всегда!
Вечеринка в самом разгаре, и я выхожу подышать свежим воздухом в саду. У меня кружится голова от алкоголя, мне нужно подышать. Я смотрю на звёздное небо и прислушиваюсь к звукам природы с бокалом в руке, слегка покачиваясь на ногах. На этот раз усталость даёт о себе знать, особенно когда я понимаю, что забыла поесть. Но в еде вроде недостатка нет. В распоряжении реборнов сегодня шведский стол, где можно заказать абсолютно всё. Но, как обычно, я об этом только подумала… А на деле сразу же набросилась на выпивку! К счастью для меня, приём у доктора, назначенный на следующий день, проводится с Эмили, а не с Лиамом. Так я получу менее суровую проповедь. Я хихикаю, наблюдая за тем, как два реборна уединяются в тёмном углу сада. Я бы ни за что на свете не променяла свою независимость на это, но я всегда рада за людей, которые веселятся и идут к тому, чтобы стать парой.
Я допиваю остаток своего бокала одним глотком, прежде чем отпустить его. Различные бытовые заклинания предназначены для уборки или для того, чтобы собрать все вещи и вернуть каждую на своё место. Мой бокал был отправлен прямо на кухню для мытья. В обычное время я бы с удовольствием танцевала весь вечер, но сегодня я не чувствую, что нахожусь в отличной форме, поэтому предпочитаю лечь спать. Сегодня я усвоила один из первых уроков, который преподают иностранным студентам: всегда есть перед вечеринкой с алкоголем. Я потеряла эту привычку. Мне очень жаль… Я больна, и это на моей ответственности. И в данный момент мысль о том, чтобы проглотить что-нибудь твёрдое, меня действительно не прельщает. Что подумает призрак? Возможно, он был бы разочарован.
Я приветствую реборнов, с которыми ещё не здоровалась, а затем поднимаюсь в свою комнату. По пути я качаюсь и натыкаюсь на стены слева и справа. Вау! Возможно, я дошла до стадии «пьяна». Это заставляет меня осознать, что ходить прямо не так-то просто! Особенно когда я начинаю чувствовать покалывание по обе стороны моего тела. Возможно, проблема не в алкоголе, а во мне… У меня, должно быть, есть несколько недостатков. В противном случае, почему у меня сейчас такое ощущение, будто я получаю электрический разряд изнутри? Как только я достигла своей комнаты и едва закрыла дверь, у меня закружилась голова.
Я с трудом волочусь до кровати. Я ложусь на спину, я закрываю глаза, надеясь прийти в себя. Но у меня не получается этого сделать… Я чувствую себя очень плохо, и моё состояние продолжает ухудшаться. Моё тело бьётся в конвульсиях, как будто всё начинается от сердца и распространяется по рукам и ногам, вплоть до пальцев… Ну, это может быть серьёзно. Или нет… Посмотрим, насколько хорошо хирурги поработали с моим генетически модифицированным телом.
Мои глаза остаются закрытыми, так что я чувствую, что моя голова горит. Только моя гордость мешает мне кричать от боли. Мои руки яростно жестикулируют, рисуя фигуры, похожие на круги. Мои глаза открываются в тот момент, когда голова машинально поднимается к потолку. Я вижу там форму, представляющую собой шар, состоящий… из энергии? Прежде чем я успеваю понять, что со мной происходит, я инстинктивно выворачиваю руки, направляя этот концентрат энергии наружу. Всё становится чёрным после звука разбитого окна.
Глава 8
2.100M20, джумапили 12 хэй текуильхитль
