Страница 7 из 8
А ти чомусь русалкою мене назвав,
Немов у дивний світ, у казку, переніс,
Де папороть цвіте і мрія ожива.
– Может, потанцуем? – спросила Снежана, улыбаясь. Молодые люди вышли из-за стола и слились в медленном танце.
– Я так счастлива, – шептала девушка на ухо своему жениху. – Сегодня самый лучший день в моей жизни! Мы всегда будем вместе, правда?
Михайло не разубеждал свою подругу, напротив, он искренне верил, что любовь связала их навеки.
– София, исполни нашу песню, – кто-то крикнул из-за стола, когда певица уже раскланялась. София Федына зарделась и не смогла отказать в просьбе своих товарищей по борьбе. Она затянула песню, известную под названием «Националисты»:
Чуєш, сурми грають, юнаків скликають,
У ряди збирають, «Буде бій!» – звіщають. Гей!
Hаціоналісти – раз, два! Молоді орлята,
Хлопці, хлопці, соколята!
Україна-мати кличе нас повстати,
Одностайно стати, в бою погуляти. Гей!
Hе будемо спати, плакати-ридати,
День пімсти, розплати будем готувати. Гей!
За нашу свободу, за красу і вроду
Підемо в огонь, в воду для свого народу. Гей!
Hаціоналісти – раз, два! Молоді орлята,
Хлопці, хлопці і дівчата!
В тот день София Федына имела бешеный успех, но её звёздный час на Львовском майдане был ещё впереди…
Когда молодые люди вернулись на свои места, поляк Янковский разговаривал с рядом сидящим «свободовцем»:
– Будущее Украины – в Европе либо в составе России. Третьего не дано! Луценко, кажется, понимает это как никто другой среди ваших политиков…
Михайло, которого раздражал польский гость, а, более всего, его акцент, грубо вмешался в разговор:
– Наше будущее, пан, это Украинская самостийная соборная держава! А ваш Луценко – никто и зовут его «никак». Каторжник, который растерял свой политический капитал…
Поляк на мгновение потерял дар речи, не ожидая такого поворота. Депутат из фракции «Свобода» снисходительно парировал Михайло:
– Позвольте, молодой человек. Я, конечно, понимаю ваш юношеский максимализм, но не могу согласиться с вами. Без поддержки Европы и Штатов Украине не выстоять в борьбе с имперской Москвой. И соглашение об ассоциации с Евросоюзом, которое будет подписано на саммите в Вильнюсе 28 ноября, – это первый шаг в европейское будущее Украины…
– Мы хотим Украину для украинцев, управляемую украинцами и не служащую интересам других, – грубо оборвал его Михайло.
– Простите, а кто это «мы»? – улыбнулся «свободовец».
– Мы – это народ Украины, мы – это молодёжь, и за нами будущее!
– Поверьте, я полностью разделяю ваши идеалы, юноша, но, если в конце этого месяца не будет подписано соглашение с Евросоюзом, можете распрощаться с самостийной Украиной.
– Мы будем бороться за незалежность и с москалями, и с жидами, и с поляками, если это потребуется! – несдержанно выкрикнул Михайло, глядя с ненавистью на пана Янковского.
– Тише, – прошептала ему на ухо Снежана, – на нас все смотрят.
– Да мне плевать, что смотрят. Я говорю, что думаю, – отмахнулся от своей подруги Михайло. Его понесло, и он уже не мог остановиться:
– Что вы тут забыли, пан? – говорил он, в упор глядя на поляка. – Ваши предки мало кровушки попили у моего народа? Уезжайте в свою Польшу, там отстаивайте европейские ценности, а нам оставьте нормальную семью, христианство и сильное государство во главе с национальным орденом.
– Я знал, – вскричал Янковский, красный от гнева, – что на Украине до сих пор процветает махровый национализм, граничащий с фашизмом! Это ваши предки резали мирных поляков на Волыни в 43-ем году…
Ирина Михайловна, чуя, что запахло скандалом, вскочила с места и попыталась успокоить своего компаньона:
– Пан Янковский, не стоит обращать внимания на слова моего сына. Он ещё молод, не опытен…
– Ах, это ваш сын! – завопил поляк. – Тогда мне тут делать нечего.
Он второпях покинул банкетный зал, в котором воцарилась тягостная тишина. Ирина Михайловна не знала, куда глаза деть, сгорая от стыда за своего сына…
***
Киев. На другой день
Дверь распахнулась. Среднего роста круглолицый господин прошёл мимо услужливого швейцара, не удостоив того и взглядом. Оставив плащ в гардеробе, он вступил в зал дорогого ресторана на улице Льва Толстого. Народа было немного. Невзрачный человек в очках поднялся навстречу вошедшему мужчине, в котором посетители ресторана признали «шоколадного короля» Петра Порошенко. После приветственного рукопожатия мужчины сели за стол. Тотчас подскочил официант в белых перчатках и протянул меню, в котором самое дешёвое блюдо стоило пятьсот гривен8. Порошенко сделал заказ и, когда официант скрылся из виду, заговорил тихим, твёрдым голосом:
– Юра, пришло время действовать. Законопроекты по вопросу Тимошенко неминуемо будут провалены регионалами и коммунистами. Миссия Кокса-Квасьневского обречена на неудачу, что ставит под удар подписание соглашения в Вильнюсе. Это наш шанс… Мы должны вывести народ на улицы…
Собеседник Порошенко, в прошлом – полевой командир Оранжевого Майдана, бывший министр внутренних дел, отсидевший несколько месяцев в тюрьме, лидер движения «Третья украинская республика», Юрий Луценко был несколько обескуражен столь внезапным предложением своего патрона:
– Петро, – сказал он, – наши ресурсы весьма ограничены. Протест не будет многочисленным…
– Все расходы я беру на себя, – тотчас выразил готовность Порошенко.
– Дело не только в деньгах, – продолжал Луценко. – Нам не обойтись без участия лидеров парламентской оппозиции. Только они могут собрать массы.
– Это дохлый номер, – угрюмо усмехнулся Порошенко. – Наш человек в «Батькивщине» не в силах противостоять «яйцеголовому». А ещё эта ведьма с косой строчит малявы из Харькова… Мы не можем допустить того, чтобы во главе протеста встали эти люди, иначе все наши усилия окажутся напрасными.
– Петро, – возразил Луценко, – сейчас, когда твой рейтинг колеблется в районе 4%, мы не можем диктовать свои условия, но что будет завтра, никому не известно.
– Хорошо. Убедил, – мрачно усмехнулся Порошенко, – прощупай почву для переговоров с «оппозиционной тройкой».
– Думаешь, соглашение не будет подписано? Европейский Союз заинтересован в украинском рынке.
– Это неважно. Главное – нам заручиться поддержкой Запада, отодвинуть в сторону Яценюка и придавить гадюку Тимошенко.
Вскоре Луценко удалось провести переговоры с лидерами оппозиции, и совместный митинг был назначен на воскресенье 24 ноября. Но события развивались стремительно и самым неожиданным образом…
Перед тем, как продолжить наше повествование, нужно обратить внимание на следующее. Украина к концу 2013 года подходила в весьма плачевном состоянии. Государственный долг – чуть менее 70 млрд. долларов, золотовалютные резервы на исходе. МВФ выдвигал кабальные условия предоставления очередного кредита. Страна с населением порядка 45 миллионов человек стояла на перепутье: либо ассоциация с Евросоюзом, который обещал финансовую помощь, либо вступление в Таможенный союз, возглавляемый Россией. На украинское правительство давили и с Запада, и с Востока. Ситуация усугублялась тем, что Украина входила в зону свободной торговли СНГ9. А соглашение об ассоциации с ЕС предусматривало взаимное открытие рынков, что создавало угрозу экономической безопасности России10.
Виктор Янукович пытался лавировать между двумя геостратегическими фигурами (Россия и Германия, за которой стояли США). Он шёл на уступки – так, обрёл свободу «узник совести» Луценко, но Евросоюз требовал большего – освобождения Тимошенко из Харьковской колонии, которую осудили «за газовый контракт с Россией». Янукович её люто ненавидел, прямо говоря, побаивался, ибо «оранжевая королева» могла стать единым кандидатом от оппозиции на выборах 2015 года и была угрозой его власти. Впрочем, Янукович заблуждался на её счёт (просто потому, что Тимошенко растеряла свой политический капитал), и опасаться ему следовало совсем других людей…
***
Утром 21 ноября народные депутаты Украины выходили из своих иномарок и, косо поглядывая на политических противников, приехавших на автомобилях представительского класса, проскальзывали сквозь парадный вход в трёхэтажное здание по улице Грушевского, за дверями которого открывалась «святая святых» украинского парламентаризма – Верховная рада Украины. Они поднимались по ступенькам лестницы, покрытой красным узорчатым ковром, в кулуарах второго этажа сталкивались со своими соратниками по партии и, завязывая оживлённые беседы, после регистрации проходили в сессионный зал, хорошо известный российским зрителям по выпускам новостей и жарким перепалкам на словах, подчас перерастающим в схватки на кулаках.
Депутаты занимали свои места, оборудованные пультом электронной системы голосования (три кнопки цветов светофора: зелёная – «за», жёлтая – «воздержаться» и красная – «против»). Спикер Верховной рады открыл пленарное заседание и огласил повестку дня. Народным депутатам предстояло рассмотреть в первом чтении шесть законопроектов, общий смысл которых сводился к возможности лечения заключённых за границей, но единственной целью был выезд Тимошенко в Германию.
После короткого обсуждения началось голосование. Депутаты двух фракций, составляющих большинство в Раде, дружно нажимали на жёлтую кнопку по всем шести законопроектам. В результате не был принят ни один из них. И оппозиция взорвалась бурей возмущения:
– Ганьба! Ганьба! – скандировали они, и это слово (в переводе с украинского – «позор») вскоре станет одним из самых употребительных на Украине.
21-го числа во второй половине дня из здания Правительства Украины, что находится на той же улице Грушевского, поступает сообщение, которое тотчас подхватывают все информагентства. Кабинет министров приостанавливает собственное решение, принятое двумя месяцами ранее, о подготовке к подписанию соглашения об ассоциации с ЕС «с целью принятия мер по обеспечению национальной безопасности страны… для восстановления утраченных объёмов производства и направлений торгово-экономических отношений с Российской Федерацией и другими государствами – членами Содружества Независимых Государств». Однако Янукович, будучи в Вене на встрече с австрийским президентом, заявляет о незыблемости курса на евроинтеграцию: «Мы и дальше будем идти по этому пути…»
Кстати, именно украинский президент все последние месяцы вёл страну в Европу, собирал фракцию «Партии регионов» в кинотеатре «Звездный» и говорил, что те, «кто не за евроинтеграцию, с чемоданом на выход». Отчего ж тогда произошёл столь резкий поворот на сто восемьдесят градусов с Запада на Восток?
Вспомним, ещё в октябре президент Путин заявлял о последствиях подписания этого пресловутого соглашения с ЕС. Думаю, теперь из Москвы поступило весьма щедрое предложение – льготный кредит (с намёком на возможность его последующего списания) в обмен на вхождение Украины в Таможенный союз. В разгар Евромайдана это предложение будет публично озвучено российским президентом и приведёт к снижению градуса напряжённости противостояния. Правда, жалкая попытка нашего руководства по привычке купить украинский народ не потушит полностью революционного пожара. Найдутся те, кто подбросит в тлеющий костёр щепки из «человеческого материала».
Бедная страна, разрываемая на части соседями и внутренними противоречиями, народ, используемый как источник обогащения политиков и олигархов, ненавидящих друг друга и идущих по головам к вершинам власти… Боже мой, как жалко Украину, этот многострадальный народ, ныне заражённый тлетворным духом национализма!
***
Одним из первых, кто узнал горячую новость о судьбоносном распоряжении Правительства, был известный на Украине журналист интернет-издания «Украинская правда» Мустафа Найем11. Он сидел в кафе, пил кофе и просматривал ленты информагентств на своём смартфоне. Вдруг телефон зазвонил, высветилось имя высокопоставленного чиновника Администрации президента. В глазах журналиста тотчас зажглись азартные огоньки. Он схватил телефон и выслушал своего патрона:
– Янукович уступил давлению Москвы. Решение принято. Мне кажется, сегодня на Майдан должен выйти несогласный народ. Желательно, чтобы вы оказались в первых рядах…
Вскоре Мустафа Найем на своей странице в сети Фейсбук бросил клич на русском языке: «Кто сегодня до полуночи готов выйти на Майдан? Лайки не считаются. Только комментарии под этим постом со словами: «Я готов». Как только наберётся больше тысячи, будем организовываться».
Уже через час желающих выйти на Майдан перевалило за тысячу (в числе выразивших готовность были Юрий Луценко и будущий «фейсбучный» министр внутренних дел Арсен Аваков). Позже появилось новое сообщение Мустафы Найема: «Встречаемся в 22:30 под монументом Независимости. Одевайтесь тепло, берите зонтики, чай, кофе, хорошее настроение и друзей. Перепост всячески приветствуется».
Поздно вечером на центральной площади Киева у подножия Монумента независимости собирался народ на митинг в поддержку евроинтеграции. В первых рядах были журналисты «Украинской правды» и студенты киевских вузов. Когда электронные часы на башенке Дома профсоюзов показывали 23:00, подтянулись народные депутаты от оппозиции с охраной. На автомобиле установили сцену и с неё выкрикнули лозунг, тотчас подхваченный толпой:
– Україна – це Европа!
Волна национального возрождения, идущая от бронзового Тараса Шевченко, захлестнула жителей столицы Западной Украины. Молодёжь высыпала на улицы города. Утром ректор Украинского католического университета (принадлежит униатской церкви) с академической трибуны призвал учащихся выступить в защиту европейского выбора Украины. Студенты, обрадованные тем, что их отпустили с занятий, весёлою шумною толпой двинулись на улицу Винниченко к зданию областной администрации. Молодые люди шутили, смеялись, развернули огромный флаг Европейского Союза и разрисовывали плакаты надписями: «Ми хочемо в ЕС», «YES ЕС», «Нам виднiше, куди йти». Вскоре к ним присоединились собратья из Львовского национального университета. На следующий день ректоры городских вузов собрались и подписали коллективное обращение в поддержку студенческого движения, дополненное многозначительною фразою: «Для тех, кто поедет на Евромайдан в Киев, это считается уважительной причиной пропуска занятий».
В тот воскресный день, когда в украинской столице оппозиция организовала многотысячный митинг на Европейской площади, который перерос в потасовки у здания Правительства, в Львове на проспекте Свободы у памятника Тарасу Шевченко возвели сцену «За европейску Украину», облицованную синими полотнищами со звёздами, и установили экран для показа новостей из Киева. Над Высоким замком взметнулся флаг Евросоюза…
На площадь отовсюду стекался народ, чтобы послушать патриотические песни и высокопарные речи политиков. Городской голова Андрей Садовый, пришедший со всей своей семьёй, был встречен дружной овацией. Толпа приветствовала градоначальника, подхватывала благозвучные лозунги и проводила оратора долгими аплодисментами. Близился вечер. Похолодало. Со сцены снова полилась праздничная песня. Молодые люди прыгали и хлопали в ладоши в такт музыке. Вдруг в наставшей тишине над площадью пронёсся звонкий юношеский голос:
– Хто не скаче, той москаль!
Группа футбольных ультрас (болельщики львовского клуба «Карпаты») подхватили слова своего вожака, и понеслось веселье… Покатилась волна, которая тотчас захлестнула всех собравшихся на площади. Толпа дружно прыгала, скандируя:
– Хто не скаче, той москаль! Хто не скаче, той москаль!
– Мы поскачемо козлами, щоб не быты москалями…
Фраза вошла в народ, стала крылатой, полетела по украинской земле, а вскоре кто-то придумал продолжение:
– Хто не скаче, той Янукович… Хто не скаче, той Азиров12.
Львовские студенты, весело попрыгав на площади, шли согреваться в ближайшую кофейню. И пока готовилась ароматная кава (кофе), они обсуждали новости и делились идеями.
– В гости к Сало надо идти, – с жаром говорил Дмитро Чумаченко13.
– Ходили уже, и что это дало? – усмехнулся Михайло Головко.
– Нет, теперь всё серьёзно. Мы пойдём требовать отставки назначенного зэком губернатора. Студенческое братство в теме! Призыв на странице в Фейсбуке народ воспринял на «Ура!»
– Сам придумал? – улыбнулся Михайло.
– А то! – не без гордости отозвался Дмитро, чтобы не упасть в грязь лицом. Он предпочёл умолчать о звонке приятеля из Львовского национального университета, хорошо известного среди фанатов команды «Карпаты» под кличкой «Ветер», который предложил объединиться для похода на областную администрацию.
Зима, между тем, вступала в свои права. Назавтра выпал снег. Студенты, объявившие забастовку (банально прогуливая занятия), под флагами Украины и ЕС прошли строем по улицам города, скандируя: «Сало – на нары», «Зека на йолку, «йолку» – в Рашу, а Рашу – в парашу!» – и битый час под окнами облгосадминистрации требовали, чтобы Сало вышел к народу, – странно, почему-то не сработало, тогда они попытались здание, где прятался губернатор, забросать… снежками, но и это не помогло. Тогда молодые люди заскучали, видя, что с ними не хотят разговаривать, а твердыня злочинца неприступна, выкрикнули последние оскорбительные эпитеты в его адрес и двинулись колонною на площадь, где шёл концерт: хором петь гимн, плясать и скакать козлами в своё удовольствие.
Увы, львовским юношам и девушкам было невдомёк, что их используют ради своих целей невидимые кукловоды…
На самом деле, идею похода на губернатора придумал галицкий предприниматель – Пётр Петрович Дыминский, владелец футбольного клуба «Карпаты», который контролировал футбольных ультрас и Студенческое братство Львовщины. Дыминский не так знаменит и богат, как Коломойский или Ахметов, но его не зря называют «олигархом №1 в Западной Украине». Именно он финансировал проект под названием «Евромайдан. Львов», протест, который студенты воспринимали как своё коллективное творчество…
***
– Я клянусь своей честью и совестью перед Центральным проводом Народа Украинского бороться за Украинскую Самостийную Соборную Державу. В той борьбе не пожалею ни крови, ни жизни и буду биться до последнего вздоха и окончательной победы над всеми врагами Украины. Буду мужественным, храбрым и отважным в бою и беспощадным к врагам земли украинской. Буду выполнять все приказы начальников. Если я нарушу или отступлю от этой присяги, пусть меня покарает суровый закон Украинской национальной революции и падёт на меня гнев Украинского народа, – в исступлении кричали юноши в камуфляжной форме, подхватывая слова своего командира.
В центре зала висело красно-черное знамя подле водружённого на древко трезубца (герб Украины). Присяга была принесена, раздались звуки державного гимна, и молодые люди, возложив руку на сердце, хором запели:
Ще не вмерла України і слава, і воля,
Ще нам, браття молодії, усміхнеться доля.
Згинуть наші воріженьки, як роса на сонці.
Запануєм i ми, браття, у своїй сторонці.
Душу й тіло ми положим за нашу свободу,
І покажем, що ми, браття, козацького роду.
Стихли звуки гимна, и командир областного отряда, выкинув руку вверх, крикнул:
– Слава України!
– Героям слава! – взорвался зал ответным возгласом.
Церемония приведения к присяге новых бойцов УПА проходила в одном из спортивных клубов Львова, где размещался штаб и центр подготовки местной ячейки организации «Тризуб имени Степана Бандеры». Среди тех новобранцев, которые поклялись «биться до последнего вздоха с врагами Украины», был уже знакомый нам Дмитро Чумаченко.
Одно время он участвовал в деятельности молодёжного крыла «Свободы», но вскоре разочаровался, понял, что за националистической риторикой партийцев ничего, кроме политики, нет. Душа патриота жаждала настоящего дела и причастности к великим событиям. Однажды Чумаченко спьяну проболтался приятелям о нападении на «Русский дом». Слух пошёл по университету и достиг ушей одного из тех молодчиков, которые в Киеве участвовали в факельном шествии. Он нашёл Чумаченко и предложил ему вступить в «орден». Так, горячий юноша оказался в львовском логове «Тризуба». Он выдержал экзамен на знание Устава организации и истории ОУН-УПА, прошёл проверку на полиграфе и досрочно был принят в ряды украинских националистов, провозглашающих свою преемственность от бойцов УПА.
На самом деле, организация «Тризуб», которая вскоре составила костяк «Правого сектора», получала существенную подпитку с Запада, а её лидер – «полковник» Дмитрий Ярош под прикрытием патриотических лозунгов сколачивал послушную армию для Валентина Наливайченко, завербованного ЦРУ в 2001 году.
***
– Депутаты от фракции «Батькивщина» Арсений Яценюк и Николай Княжицкий заявляют, что ночью, 25 ноября, сотрудники спецподразделения «Беркут» задержали и избили группу львовских студентов, которые возвращались во Львов с Евромайдана в Киеве. «Семеро детей жестоко избиты, сломано три ребра. Сейчас они находятся в больнице, их били в машине, пока везли, били в Печерском райотделе…» – прочитал в своём планшете Михайло Головко, сопроводив сообщение таким комментарием. – Мусора совсем оборзели! Мне кажется, мы зря теряем время. Сейчас в Киеве основные события происходят. Что тут делать? Песни Софии Федыны слушать или выступления «свободовца» Михальчишина? Дмитро, ты меня слышишь?
Двое студентов Львовской политехники зашли погреться в «кавярню». Официант принёс на подносе дымящийся кофе в фарфоровых чашках, украшенных зубочистками с крохотными флажками ЕС. Михайло поморщился при виде звёзд на синем фоне, вынул зубочистку и глотнул ароматного львовского кофе, просматривая последние новости из Киева.
– Дмитро, ты меня слышишь? – повторил он свой вопрос.
– Да… Так что ты говорил? – переспросил Чумаченко.
– Что случилось? – нахмурился Михайло. – О чём ты думаешь?
– Ни о чём, – мрачно отозвался Дмитро. – Да, я согласен, что здесь делать нечего…
– Так поехали в Киев?
– Я пока не могу.
– Не хочешь пропускать занятия, но ректор отпускает!
– Нет, – усмехнулся Дмитро. – Учёба меня не волнует. Просто не могу. Это не моя тайна…
Михайло увидел решительный взгляд своего приятеля, и его осенила догадка:
– Тебя приняли? Так скоро?
Дмитро угрюмо молчал.
– Не хочешь – не говори, – пожал плечами Михайло. – Я понимаю – военная тайна! Ты как хочешь, а я уже записался. Завтра мы едем на поезде…
– Это куда ж вы собрались, хлопцы? – прозвенел девичий весёлый голос. Михайло поднял глаза и увидел Снежану.
– Привет, любимый, – девушка села рядом и поцеловала его. – Так, куда мы едем?
– В Киев, вестимо, – улыбнулся Михайло, лаская возлюбленную по щеке.
– Я с вами! – тотчас заявила девушка.
– Снежана, это исключено – там небезопасно! Вот погляди – милиция избила львовских студентов.
– Тем более, – возразила она, – мне надо быть рядом, чтобы с тобой ничего не случилось.
– Хорошо, милая, только имей в виду: мы поедем за счёт «Студенческого братства», и ночевать, видимо, придётся на Майдане…
– Это так романтично, – засмеялась девушка. – Ночь. Мороз… Мы дрожим от холода и пытаемся согреться, прильнув друг к другу, – она обняла своего молодого человека и вдруг вспомнила. – Главное, успеть вернуться к нашей свадьбе.
– До 13 декабря ещё далеко! – заулыбался Михайло. – Янукович подпишет соглашение в Вильнюсе, и Евромайдан станет не нужен. Мы вернёмся во Львов, распишемся в РАГСе и будем веселиться три дня и три ночи напролёт…
Дмитро Чумаченко усмехался про себя, исподлобья глядя на «воркующих голубков».
***
Митинг 24 ноября в Киеве удался на славу… Колонны оппозиции под разноцветными знамёнами прошли маршем по улицам города и заполонили всю Европейскую площадь, где со сцены Турчинов, депутат от «Батькивщины», назвал премьера Азарова предателем и призвал народ сходить в гости к министрам «посмотреть, что делают изменники Родины». Полукруглое здание Правительства находилось под охраной отрядов милиции особого назначения. Внезапно откуда-то появилась группа молодых людей «в спортивных костюмах», завязалась драка сторонников и противников действующей власти. Кто-то крикнул: «Революция!» – и в «Беркут» полетела бутылка с зажигательной смесью…
В воскресенье глава МИД Польши Радослав Сикорский заявил: «Украинцы – европейский народ, и ЕС готов подписать соглашение». Но в тот день властям всё-таки удалось навести порядок, а утром 25 ноября на Майдан незалежности заехала техника для монтажа новогодней ёлки и катка (смогли поставить только каркас ёлки, которую митингующие в насмешку назвали «стратегическим» объектом).
В тот день, когда в Киеве выпал первый снег, а два Майдана (оппозиционный и студенческий) объединились, на площади появилась спикер литовского сейма:
– Я люблю вас, украинцы, и верю в вас! Литва и дальше готова быть мостом Украины в ЕС.
Толпа хором благодарила за поддержку:
– ДЯ-КУ-ЕМО!
Впрочем, интерес западных политиков к событиям на Украине до поры до времени был невелик. Никто и подумать не мог, что Евромайдан – это «всерьёз и надолго». Основную массу протестующих составляли студенты, которые не доверяли политикам и шли на Майдан как на праздник, чтобы пообщаться, послушать музыку, потанцевать и попрыгать на морозе, короче, чтобы весело провести время. Это были дети, которые играли во взрослую жизнь. Оболваненная западной массовой культурой и антироссийской пропагандой молодёжь, которая привыкла жить чувствами, а не идеями, и уж, тем более, не способная отстаивать эти идеи с оружием в руках.
Впрочем, Запад действительно готовил новый сценарий «цветной» революции для Украины. Небезызвестный Фонд поддержки демократии (сокр. – NED) через американское посольство (отдел прессы, образования и культуры) выдавал деньги на строительство сети прозападных неправительственных организаций, финансировал СМИ, в том числе популярный сайт «Украинская правда». Однако, очередное «народное восстание» стратеги из разведсообщества США планировали на 2015 год, чтобы приурочить его к выборам президента, поэтому даже американцев обострение кризиса на Украине застало врасплох.
Увы, и киевская власть эту молодёжную массу на Площади независимости долгое время не воспринимала всерьёз и пыталась дискредитировать протест, по старинке действуя через проплаченных провокаторов, которых в народе называли «титушки»14. Янукович, давая интервью журналистам ведущих телеканалов, улыбался и заявлял:
– Я аплодирую тем, кто вышел за евроинтеграцию, но выступаю против политизации процесса.
Оппозиция в глазах президента не выглядела грозной силой. Было видно, что среди товарищей согласья нет; каждый выдвигал свои лозунги и требования: об освобождении Тимошенко, об отставке кабинета Азарова, об импичменте президента… Они не способны были поднять народ на свержение Януковича, человека, для которого политика была чем-то вроде семейного бизнеса, а власть – источником личного обогащения. Но в окружении коррумпированного президента притаился враг, который ждал подходящего момента, чтобы нанести удар и расправиться со своими противниками…
***
Группа львовских студентов прибыла в Киев днём 28 ноября. На Майдане в это время певица Руслана выступала перед немноголюдною толпою у Монумента независимости:
– Если Янукович не подпишет ассоциацию с Европейским Союзом, такой президент нам не нужен!
–Пiдпиши! Пiдпиши! – скандировали молодые люди, пытаясь докричаться до Януковича, который вылетел в Вильнюс на судьбоносный саммит Восточного партнёрства. Руслана была главным заводилой на Майдане и обошла по популярности даже ведущего Евгения Нищука, которого называли голосом «оранжевого майдана». С её подачи толпа каждый час хором исполняла державный гимн, и вся площадь наполнялась звуками, от которых по выражению американского посла Джона Теффта «дохнут мухи»:
– Ще не вмерла України і слава, і воля…
На площади царила праздничная атмосфера. Звучала музыка. Перед собравшимися выступал музыкальный коллектив «Мандры». В перерывах между концертами каждый желающий мог выйти и высказаться. Народные ораторы поднимались по ступенькам на возвышение у подножия беломраморной колонны, увенчанной блестящей фигурой богини-Берегини, и восклицали в микрофон:
– Мы встали с колен! Мы встали на защиту своего выбора. Бандитская власть делает всё, чтобы нас разделить. Но вместе мы – сила! Слава Украине!
И в толпе подхватывали:
– Героям слава!
Львовские студенты растворились в толпе и кричали вместе со всеми:
– Студенческий страйк – студенческая солидарность!
Тем временем, Янукович прибыл в Вильнюс и провёл переговоры с евробюрократами: Баррозу и ван Ромпеем. Поздно вечером на встрече с Ангелой Меркель он постарался на пальцах объяснить, что уже три с половиной года один на один с очень сильной Россией. На общей фотографии участников саммита немецкий канцлер скромно стояла во втором ряду, но это не должно вводить в заблуждение. Именно она, Меркель, является истинной хозяйкой Евросоюза, который изначально задумывался стратегами США как плацдарм для расширения своего влияния в Евразии с ключевой ролью Германии, как страны, фактически находящейся под оккупацией Штатов15.
Янукович пожаловался Меркель на давление Москвы, как ранее, будучи в Киеве, жаловался на давление со стороны ЕС. Он приехал в Литву, думая, что с ним начнут торговаться, и был готов принимать предложения. Но европейские чиновники не пошли на уступки, отказали в кредитах и компенсациях, на которые намекал украинский президент. На пресс-конференции президент Литвы Грибаускайте грубо заявила: «Никаких сделок или сговоров с украинским руководством ЕС точно практиковать не будет и на них не пойдёт». Соглашение об ассоциации так и не было подписано…
29 ноября Янукович вернулся в Киев, где на Европейской площади шёл митинг, на этот раз организованный Партией регионов. В своём офисе на Банковой улице он получил донесение, что в столице всё спокойно, и поехал в Межигорье, откуда три часа спустя отправился на охоту…
В 19:00 на Майдане выступала целая плеяда оппозиционных лидеров, и звучали самые гневные словеса в адрес Януковича, Путина и России. Вот, как говорил «контуженный в боях за Родину» Виталий Кличко:
– Они боятся потерять власть, они подслушивают, задерживают людей… Эта власть делает всё, чтобы не допустить смены власти. Сейчас они тренируют спортсменов, собирают людей. Власть хочет пролить кровь. Если это случится, то вся ответственность за это будет на Януковиче…
Любопытно, что чуть ранее в американском посольстве заявили, что разгон мирного митинга будет иметь тяжёлые последствия для отношений двух стран.
После отъезда Януковича на Банковой остался глава администрации президента Сергей Лёвочкин. Из своего кабинета этот «серый кардинал» внимательно наблюдал за событиями на Майдане, глядя в монитор видеонаблюдения, куда транслировалась информация с видеокамер, установленных на площади:
– Власть хочет пролить кровь. Если это случится, вся ответственность будет на Януковиче. На Януковиче!
В голове предприимчивого человека, привыкшего оперировать многоходовками, созрел план дьявольского заговора…
Он набрал номер рабочего телефона киевского мэра Александра Попова:
– Саша, жду тебя…
Киевский градоначальник явился без промедления по первому зову своего патрона. Сергей Лёвочкин угостил гостя дорогим коньяком и, сделав небольшой глоток из своего бокала, мрачно проговорил:
– Мне кажется, ты не справляешься со своими обязанностями.
Попов мгновенно изменился в лице:
– Я не понимаю вас, Сергей Владимирович.
– Новый год не за горами, а ещё ничего не готово. Даже ёлку не поставили!
– Сергей Владимирович, так ведь не позволяет ситуация на Майдане, – заметил градоначальник. – Люди мешают…
– Люди всегда мешают, – поморщился Лёвочкин. – Была дана команда разогнать этот балаган. Акция состоится сегодня ночью…
– От кого… команда? – побледнел Попов.
Лёвочкин глянул на своего гостя долгим тяжёлым взглядом:
– Андрей Клюев распорядился, ответственный – его зам Сивкович16. – Запомни это. К утру ёлку должны поставить.
– А Коряк в курсе? – спросил дрогнувшим голосом бледный Попов. Его рука затряслась, и он поставил бокал с коньяком на стол.
– Я сообщу ему. Ты же проконтролируй, чтобы всё прошло гладко.
После ухода Попова Лёвочкин позвонил начальнику киевской милиции:
– Валерий Владимирович, вас беспокоит… Вы догадались? Замечательно. У президента для вас есть маленькое, но чрезвычайно ответственное поручение…
***
В последних числах ноября природа склонилась пред зимою. Мороз крепчал, щипал лицо, проникал сквозь одежду, холодил руки и ноги. Ночью несколько сотен студентов оставалось на Майдане. Молодые люди по очереди спали в палатке, обогреваемой печкой-буржуйкой, спускались в подземку, где было теплее, чем наверху, и пытались согреться у металлических бочек, пылающих огнём. Светили уличные фонари, мерцали вывески неоновой рекламы. Костёр потрескивал. Девушка, обёрнутая в жовто-блакитный флаг, протягивала руки к огню. Молодёжь, пританцовывая, затянула песню Святослава Вакарчука:
Вставай!
Пий чай з молоком,
Молися на теплий душ!
