Страница 8 из 8
Вставай! Мила моя, вставай!
Мила моя, вставай! Мила моя, вставай!
Давай! Мила моя, давай! Мила моя, давай!
Більшого вимагай!17
Тем временем, у «костра» завязалась оживлённая дискуссия. Михайло Головко пытался втолковать студенту из Житомира, что единственный путь для Украины – это национальная революция для свержения «режима внутренней оккупации»:
– Вступление в Евросоюз ничего хорошего Украине не принесёт. Мы должны сохранить свою самостийность!
– Ты говоришь как москаль, – негодовал парень. – Может, ты выступаешь за Таможенный союз с Россией?
– Ничего подобного, – возражал Михайло. – Я просто считаю, что одной торговой ассоциации вполне достаточно для поддержания дружественных связей с Европой. На этом мы должны остановиться и пойти по пути создания Украинской соборной державы. Наша страна вполне самодостаточна и может обойтись без европейской помощи, иначе мы потеряем батькивщину. Мы не должны раствориться в Европе… Как же ты этого не понимаешь?!
– Украина, – парировал его собеседник, – европейская страна… Даниил Галицкий в XIII веке принял корону от Папы Римского. Только в ЕС мы обретём защиту от Москвы…
– У тебя искажённое представление о патриотизме, – возмутился Михайло Головко.
– А твой патриотизм – это бездумный национализм! – отозвался парень из Житомира.
– Бездумный? Ну, знаешь…
– Эй, парни, не ссорьтесь, – вмешалась в мужской разговор Снежана. – Вы оба правы, каждый по-своему…
– Холодно тебе? – спросил Михайло, обнимая подругу. Румянец играл на лице девушки.
– Немного, – улыбалась Снежана.
– Я так горжусь тобой! – воскликнул Михайло.
– Тише, – засмеялась девушка. – На нас все смотрят…
– Пускай все знают – у меня самая лучшая девушка в мире! – вскричал он.
Глухая ночь стояла в городе, и только на Майдане раздавались голоса:
– Хто не скаче, той москаль! Хто не скаче, той москаль…
Около четырёх часов утра тишину взорвал шум моторов: по Крещатику двигалась колонна грузовиков, гружённых частями ёлки, каркас которой стоял на площади. В свете фонарей мелькнули тёмные тени. Со стороны улицы Институтской по ступенькам сбегали люди в камуфляже в чёрных касках и со щитами в руках, – это были бойцы спецподразделения милиции «Беркут». Впереди колонны шёл человек в штатском, который, приблизив громкоговоритель к губам, прокричал:
– Шановні громадяни! Негайно звільните територію! Тут встановлюват имуть новорічну ялинку.
Студенты переглянулись, не понимая, что происходит.
– Хлопцы, – крикнул Михайло, – Майдан хотят разогнать!
Он схватил подругу за руку и бросился на возвышенность к Монументу независимости, остальные последовали его примеру. Триста спецназовцев оцепили площадь, окружив горстку студентов плотным кольцом.
– Защити меня, – шептала перепуганная Снежана.
– Стой здесь, – приказал Михайло, загораживая собою любимую девушку.
– Хлопцы, не поддаваться на провокации. Поём гимн, – вскричал он, и студенты, взявшись за руки, затянули песенку, от которой, как мы помним, «дохнут мухи». Когда голоса смолкли, послышался новый призыв:
– Шановні громадяни…
В ответ одни студенты стали скандировать: «Милиция с народом!» а другие кричали: «Ганьба! Ганьба!»
Бойцы «Беркута» двинулись стеною, махая дубинками. Посыпались удары, послышались вопли и стоны. Милиционеры швыряли в сторону студентов, расчищая путь к центру площади – стилизованной часовне, лежащей в основании Монумента независимости. В темноте они не видели лиц и били всех без разбора, досталось и нескольким девушкам, которые пытались укрыться за спинами парней. Михайло получил удар дубинкой по голове. В его глазах потемнело, ноги подкосились, он кубарем скатился вниз по ступенькам…
Спецназовцы заняли возвышение, вытеснив оттуда студентов. У подножия монумента остались лежать несколько молодых людей, которые потеряли сознание. Но протестующие не торопились покидать площадь, снимая всё происходящее на камеры мобильных телефонов, среди них появились несколько десятков человек с медицинскими повязками на лицах. С криками: «Ганьба!» – они начали забрасывать стражей порядка камнями, палками и пустыми бутылками, то есть всем, что попадалось под руку. Один из агрессивных молодчиков перевернул горящую бочку. Другие пытались успокоить своих товарищей, которые зачем-то спрятали лица под масками.
Оратор с мегафоном в руке из-под колонны продолжал увещевать «уважаемых граждан». Но всё было напрасно. И тогда беркутовцы рассвирепели и, прикрываясь щитами, стали наступать, вытесняя студентов с площади… Они, ругаясь матом, били ногами падавших, хватали за одежду и тащили по земле, запихивая в «автозаки» всех подозрительных (таковых оказалось около тридцати человек). Вскоре подъехала первая карета «Швидка медична допомога», и санитары стали погружать раненых.
Новость о силовом разгоне Майдана за считанные минуты облетела социальные сети, кадры ночного побоища вскоре оказались в свободном доступе на видеохостинге «You Tube», правда, в укороченном виде, то есть без сцен с агрессивными молодчиками, скрывающими свои лица под масками.
Интернет-издания пестрели сообщениями: «Беркут» утопил Майдан в крови…»
Быстро стала популярной фраза: «Они же дети!»
Телеканал «Интер», принадлежащий Фирташу и Лёвочкину, показал сюжет о разгоне мирного митинга…
***
Киевские события в ночь на 30 ноября вызвали широкий общественный резонанс. Янукович, вернувшийся с охоты, был вне себя от ярости. Он вызвал в Межигорье силовиков для отчёта, схватил со стола бутылку водки (на этикетке красовался его портрет), хотел бросить её в стену, но передумал, наполнил рюмку и залпом опустошил её. Через полчаса в резиденцию Януковича приехали на иномарках: Виталий Захарченко (министр внутренних дел), Александр Якименко (глава СБУ) и Виктор Пшонка (генеральный прокурор). Все трое выглядели растерянными, понимая, что на встрече с президентом не миновать «разбора полётов». Хозяин ждал их в своём рабочем кабинете. Он окинул вошедших мрачным взглядом и приказал:
– Садитесь, господа.
Свой первый вопрос Янукович адресовал Захарченко:
– Виталий Юрьевич, может, ты мне объяснишь, что, чёрт возьми, произошло этой ночью на Майдане?
Министр внутренних дел побледнел:
– Коряк напишет рапорт…
– Да причём тут Коряк? – заревел Янукович. – Не хочешь же ты сказать, что он действовал по своей инициативе?
– Виктор Фёдорович, я не давал команды!
– Тогда, может, это я приказал разогнать Майдан?
– Я пока не готов сказать, кто это сделал… Мы проводим служебную проверку, виновные будут наказаны…
В разговор вмешался глава СБУ Якименко:
– Виктор Фёдорович, прошёл слух, что приказ о разгоне поступил из СНБО, а Сивкович лично присутствовал в кабинете Коряка, когда всё это происходило…
– Что за бред?! – возмутился Янукович. – Вы сами-то в это верите? Андрей Клюев – человек с головой на плечах, да и нет у него таких полномочий…
– Я склонен думать, что тут не обошлось без участия Лёвочкина, – высказал догадку Якименко.– Всем известна его ненависть к Клюеву…
– Ох уж мне эта подковёрная грызня между кланами! – воскликнул Янукович. – Они когда-нибудь успокоятся?
– За Клюевым стоит Ахметов, за Лёвочкиным – Фирташ, – напомнил Якименко. – Нам приходится считаться с ними…
– Я должен знать всё! – оборвал его Янукович и обратился к прокурору Пшонке. – Виктор Павлович, найдите виновных как можно скорее… Лёвочкина и Клюева не трогать!
–Я вас понял, Виктор Фёдорович.
– Да… заварили кашу, – мрачно протянул Янукович. – И как её расхлёбывать? Теперь к событиям на Майдане будет приковано внимание всего мирового сообщества! У оппозиции появился козырь, которым они будут нас бить. Поднялась чудовищная вонь. Завопили о кровавом режиме, который убивает детей. Говорят, что есть одна погибшая девушка?
– Эта информация не подтверждается, – отозвался Захарченко. – Тридцать раненых, тридцать задержанных – все уже отпущены из Шевченковского РОВД.
– Зачем надо было избивать их до полусмерти?
– Трудно пока делать выводы. Видимо, ребята действовали по обстановке. В толпе студентов были провокаторы, которые кидали камни и горящие головешки…
– Какие провокаторы? Кто за ними стоит?
– Мы пока не знаем…
– А что вы вообще знаете? – заревел Янукович. – Вы знаете, как выпутаться из этой передряги? Что делать, чёрт возьми?
Захарченко молчал, но подал голос глава СБУ Якименко:
– Виктор Фёдорович, думаю, мы должны зацепиться за этих неизвестных провокаторов, чтобы показать всему миру, что только они стали виновниками силового разгона Майдана.
– И как это сделать?
– По нашим данным оппозиция завтра в парке Шевченко собирает людей на митинг. Они пойдут маршем на Майдан незалежности. Мы не будем препятствовать, напротив, мы отдадим им некоторые здания…
– Зачем?
– Чтобы весь мир увидел, что это вовсе не мирные протестующие, а люди, которые захватывают административные учреждения.
– Как вы намерены это сделать? – спросил Янукович, немного пораскинув мозгами.
– Через лояльные нам националистические организации…
– А есть и такие?
– Их достаточно много, – усмехнулся Якименко и продолжал. – Одни захватят, скажем, здание Киевсовета. А в это время другая группа пойдёт на штурм Администрации президента…
– Вы в своём уме?! А если они захватят правительственный квартал на Банковой?
– Это исключено! Мы примем меры безопасности. Но весь мир должен увидеть, что правоохранители – жертвы нападения, а на протест вышли жестокие и опасные националисты. Кадры избиения стражей правопорядка расставят все точки над «и».
– Думаете, спецназ будет послушно стоять и сносить удары? – усомнился Янукович.
– Спецназ не будет, а вот солдаты внутренних войск не ослушаются приказа… Как полагаете, Виталий Юрьевич? – обратился руководитель СБУ к министру внутренних дел.
– На случай массовых беспорядков действует специальная инструкция, которой руководствуются солдаты внутренних войск.
– Пообещайте им повышенное жалованье и двухнедельный отдых, – мрачно отозвался Янукович. – Сейчас слишком многое стоит на кону! Виталий Юрьевич, подготовьте своих ребят, а вы, Александр Григорьевич, проведите работу с подконтрольными националистами… Всё должно быть чётко и слаженно организовано. Мы не имеем права на ошибку. Ступайте, господа. Я вас больше не задерживаю.
***
Якименко вернулся в Киев и дал поручение своему заместителю, который отвечал за работу с националистами. Тот, в свою очередь, созвонился со своими подчинёнными, за которыми было закреплено кураторство над подконтрольными организациями. Механизм заработал как часы, – завертелся маховик, вовлекая всё большее количество людей, но одного не учли организаторы этой спецоперации: украинские националисты, лояльные власти, порой не брезговали брать деньги и у противников оной.
Так, небезызвестная партия «Свобода» Олега Тягнибока получала финансовую подпитку сразу из нескольких крупных источников, среди которых – олигарх Коломойский, «Украинский выбор» Медведчука и «Гражданская позиция» бывшего министра обороны, нардепа Анатолия Гриценко, большого друга американцев, которые поддерживали своего протеже через неправительственные организации вроде Национального фонда демократии. И, кстати, жена Гриценко Юлия Мостовая, главред популярной газеты «Зеркало недели», тоже пользовалась благосклонностью Европы и США за свои аналитические статьи, направленные против Януковича.
Увы, такова жестокая украинская действительность – все продаются и все покупаются, особенно те, кто рвётся во власть!
Информация о предстоящем штурме административных зданий вскоре начала гулять среди участников националистических организаций. И уже вечером на Михайловской площади, где собрались студенты, пережившие силовой разгон, прозвучали слова: «Завтра мы не будем мёрзнуть на майданах, завтра мы займём Администрацию президента…» А Порошенко заявил, что завтра народ Украины заставит власть ответить за всё, что она сделала. Конец цитаты.
В воскресенье 1 декабря состоялся так называемый «Марш миллионов». В полдень многотысячная колонна, над которой развевались разноцветные партийные знамёна, выдвинулась с Михайловской площади к бульвару Шевченко. Впереди несли огромный национальный флаг, за которым шла «оппозиционная тройка»: Яценюк, Кличко и Тягнибок. По улицам города текли полноводные реки, которые вливались в грандиозное людское море, растворяясь в нём. Процессия, тем временем, миновала Бессарабскую площадь и свернула на Крещатик. Кличко оказался рядом с Ярославом Качиньским18. Вскоре над этим морем взметнулся огромный флаг Европейского союза (синее полотнище с двенадцатью выстроенными по кругу звёздами). В толпе, шествующей по центру Киева, было много вооружённых битами молодых людей, лица которых скрывали медицинские маски.
– Мы вас будем защищать от «Беркута», – отвечали они на вопросы любопытных старушек. Затем несколько человек в масках отделились от основного потока и оказались под стенами Киевского городского совета. Они принялись бить стёкла в окнах, выломали дверь и проникли внутрь здания, которое никто не охранял. Вскоре появились отряды «Беркута», но безоружные бойцы стояли в сторонке, не вмешиваясь в происходящее. Олег Тягнибок объявил о размещении в колонном зале Киеврады Штаба национального сопротивления. Час спустя без всяких стычек будет захвачен Дом Федерации профсоюзов (здание на Майдане с башенкой, на которой горит электронное табло). Считается, в этих захватах ключевую роль сыграли бойцы молодёжного крыла партии «Свобода».
Майдан покинули правоохранители, а молодёжь, разбросав по сторонам металлические ограждения, залезала на зелёный каркас многострадальной ёлки, которую так и не успели нарядить к наступающему празднику, вешая партийные флаги и венки (по городу ещё ходил слух о гибели девушки в коричневом пальто, но вскоре её нашли живой и почти невредимой).
«Марш миллионов» закончился митингом на центральной площади города. Колыхалось волнами море людское. На улице Крещатик яблоку негде было упасть. Яценюк заявил о пятистах тысячах протестующих, Луценко насчитал восемьсот тысяч, но, на самом деле, в центре города в тот день собралось не более двухсот тысяч человек, но и этого, конечно, немало. И грянул гром – вся эта масса людей хором затянула песню, от которой «дохнут мухи».
А в это время в пятистах метрах от Майдана незалежности разворачивались весьма печальные события.
На углу Банковой, как утверждают очевидцы, стоял строительный трактор-грейдер цветов национального флага, принадлежащий коммунальным службам города. Водитель скрылся так поспешно, что забыл даже ключ в замке зажигания. Несколько сотен молодых людей, прячущих свои лица под чёрными масками, строем прошли по улице Институтской, за ними двигалась колонна автомобилей так называемого «Автомайдана», которыми перегородили проезжую часть. Алексей Гриценко (сын Анатолия Гриценко, инициатор автомайданного движения) и пронырливый журналист из «Дорожного контроля» Андрей Дзиндзя увидели, как парень в маске оседлал трактор и поехал на нём в сторону Администрации президента. Толпа дружно скандировала: «Зека геть! Зека геть!». На крыло трактора вскочил известный лидер движения «Братство» Дмитрий Корчинский, которого впоследствии объявят организатором штурма Администрации президента (он единственный из националистов не скрывал своего лица, желая попиариться, а когда понял, что акция спланирована, поспешил исчезнуть из поля зрения, но было уже поздно – «засветился» усатый хлопец!).
Здание Администрации президента находилось в милицейском оцеплении. Поперёк дороги за металлическими ограждениями выстроилась колонна солдат внутренних войск, молодых ребят, не экипированных ни щитами, ни дубинками. Движению трактора мешала эта чёрная стенка из живых людей, стоящих в плотно сомкнутом строю.
– Уходите отсюда, – грубо кричали мятежники, прячущие свои лица под масками. Это были крепкие молодые люди, вооружённые металлическими цепями, армированными прутами и газовыми баллончиками. Многие из них имели жёлтые нарукавники со знаком «Идея нации»19, принадлежащим Социал-национальной ассамблее и её военизированному крылу – «Патриоты Украины».
Трактор остановился в нескольких метрах от заграждения. Мятежники попытались ногами опрокинуть сцепленные металлические щиты, – не вышло, тогда они нашли трос, который прикрепили одним концом к забору, другим – к ковшу трактора. Грейдер подался назад, заграждения разорвались, щиты со скрежетом волочились по асфальту…
Вперёд выступила группа агрессивных молодых людей, они подбегали к передней шеренге милицейского оцепления, брызгали в лицо солдатам слезоточивым газом, колотили их прутьями арматуры по каскам. Один молодчик лихо орудовал длинной металлической цепью… Чёрная стенка попятилась к выстроенным в два ряда автобусам. Грейдер двинулся вперёд и снова остановился. Мятежники разбирали тротуарную плитку, ругались матом, как это ни странно, по-русски и напирали, но солдаты внутренних войск, по-прежнему, стояли в сомкнутом строю. По их каскам стучали булыжники, их били железными прутами и цепями, в них летели зажжённые файеры, принесённые фанатами киевского «Динамо», но они, несмотря ни на что, держались.
К концу первого часа противостояния появились раненые. Приехала скорая помощь… А вскоре на улицу Банковую пришли политики с Майдана, самым заметным среди них был Пётр Порошенко, который решил, что его звёздный час настал. Он вскочил на трактор и с помощью красного мини-мегафона «ОРАЛО» пытался докричаться до восставшего народа:
– Люди, успокойтесь!
Но в ответ он услышал грубые слова:
– Уходи отсюда! Убирайся!
Молодчики не поняли, почему «шоколадный король» здесь распоряжается, покрыли его отборным матом и скинули с трактора. Король обиделся и вскоре написал на хулиганов заявление в милицию…
Обстановка на Банковой накалялась. Молодчики, манерами похожие на футбольных фанатов (впрочем, это и были ультрас киевского Динамо, которые исповедовали национализм), беспрестанно нападали на солдат внутренних войск. Но несколько десятков человек попытались оттеснить хулиганов назад и препятствовали движению трактора. В числе тех смельчаков были Юрий Бутусов, главред интернет-издания «Цензор.нет», и Алексей Гриценко из Автомайдана, – это они призвали политиков с Майдана, а когда миротворцы ретировались, начали самостоятельную «операцию по принуждению к миру». С Майдана подходили люди и, не вмешиваясь, снимали всё происходящее на камеры своих мобильных телефонов.
Вспоминает Юрий Бутусов, участник тех событий: «Я стал перед строем солдат, чтобы закрыть их от нападения и поднял для защиты металлическую палку, чтобы её не пустили в ход хулиганы. В этот момент не менее 15–20 провокаторов напали непосредственно на меня. Я получил несколько ударов руками и, как минимум, один – арматурой, а прямо в лицо мне разрядили баллон слезоточивого газа. Меня сбили с ног вместе с тремя солдатами, которых я прикрывал. В давке здорово стиснуло, и когда толпа схлынула, мне удалось с трудом отползти на коленях в сторону. Я ничего не видел, дышать было трудно. В этот момент сотрудниками милиции из-за спины солдат была выпущена волна слезоточивого газа. Когда мне оказали помощь добрые люди, я был вынужден покинуть место столкновения на Банковой, чтобы прийти в себя, восстановить зрение и дыхание».
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
