Страница 3 из 4
– Сил не хватит, – зачем-то поддразнила его.
– Хочешь это проверить на деле? – Он хищно улыбнулся. – Детка, ты даже не догадываешься, на что я способен.
Вот он уже совсем близко, убрал волосы с моих плеч и пальцами приподнял подбородок. Заглянул в глаза, а у меня все плыло перед взором.
Не выдержав напряжения, я шумно сглотнула ком в горле. Взгляд Семена тут же приковала жилка на моей шее. Он медленно, словно под гипнозом, протянул руку и положил два холодных пальца на мою сонную артерию.
– А ты кузнечика уже помыл? – ляпнула, не подумав, и испортила всю интимную атмосферу, пропитанную флюидами флирта, витавшими между нами в виде бабочек и стрекоз с сияющими крылышками. Хотя, может, это все игра мозга, убитого предательством и придавленного алкоголем.
– Тата, – словно сквозь вату, откуда-то издалека донеслось до меня. – Тата, – настойчиво звал ласковый женский голос.
– Может, она померла? – ехидно заметил мужчина. – От такого количества возлияния даже здоровый мужик не сразу очухается. А в ней веса не больше пятидесяти килограммов.
– Сэм, я тебя умоляю. Давай хотя-бы сейчас без этого. Мы и так все сроки прос… прозевали. Мне сейчас вообще не до твоих идиотских шуточек.
– Попробуй плеснуть на нее водой, может, очухается, – в ответ предложил Сэм.
– Не надо, я уже не сплю, – простонала я охрипшим голосом и разлепила тяжелые веки.
– Проснулась, спящая красавица, – усмехнулся парень. – Ладно, девочки, вы тут и без меня справитесь. – Сэм одарил меня странным взглядом и вышел из спальни.
– Как же болит голова. – Я скривилась от боли и потерла виски. Казалось, что череп сейчас расколется пополам.
– На вот, выпей. – Марго заботливо протянула мне стакан с мутной жидкостью.
Не задумываясь выпила все залпом и только потом почувствовала отвратительный вкус.
– Что за гадость ты мне дала? – спросила, стараясь подавить рвотный рефлекс. – Меня сейчас стошнит.
– На это и был расчет. Поверь, тебе скоро станет легче. – Марго невинно улыбнулась, а я скинула с себя одеяло и понеслась в туалет.
Через пару минут обниманий с белым другом мне действительно стало гораздо лучше, но только физически. Моральное состояние упало ниже плинтуса, как только я поняла, что стою в одних трусиках.
Завершение вчерашнего возлияния будто стерли из моей памяти. Как бы ни напрягала мозги, последнее, что получилось вспомнить, это то, как я флиртовала с Сэмом. А вот что из этого вышло? Только он и может рассказать. Хотя, может, Марго тоже в курсе?
Быстро приняв душ, я накинула на себя халат, благо санузел был совмещен, и мне не пришлось никуда идти в голом виде.
На кухне Марго уже успела накрыть на стол.
– Марго. – Я вдохнула аромат свежесваренного кофе. – Выходи за меня! О такой жене можно только мечтать! – предложила я на полном серьезе.
– Скажешь еще, – она застенчиво улыбнулась. – Женой я тебе не стану, а вот подругой запросто.
– Я уже готова клясться тебе в вечной дружбе, – призналась честно, отхлебнув немного кофе. – А что за бормотуху ты мне дала? Она действительно помогла. Не поделишься рецептом?
– Думаю, сейчас тебе не стоит знать рецепт, а то опять побежишь в туалет. Давай я расскажу, когда тебя окончательно отпустит.
– Ладно. Еще раз обниматься с белым троном мне как-то не особо хочется.
– Тогда завтракай, точнее, обедай, и начнем собирать тебя в дорогу.
Когда я закончила, мы начали сборы.
– Бери только самое необходимое, остальное купишь в Мурманске. – Марго по-хозяйски шарила на полках моего шкафа. – Это не подойдет, это тоже нет, – бурчала она, отбрасывая в стороны мои вещи.
– Слушай, давай я возьму документы и пару вещей на первое время. Все равно у меня ничего приличного нет, – собрала разбросанную одежду и запихнула обратно. Не хотелось, чтобы кто-то рылся у меня в шкафу.
– Так даже лучше и в два раза быстрей, – согласилась она и села на кровать. – Не буду тебе мешать.
– Я вот что хотела тебя спросить, – неловко начала издалека, одновременно откладывая необходимые документы. – А точнее, извиниться за вчерашнее. Не думала, что так все получится.
– Тебе не за что извиняться. Я все прекрасно понимаю и даже знаю, о чем сейчас спросишь. – Марго загадочно улыбнулась.
– Да? И о чем же? – Отчего-то сердце испуганно забилось. Судя по поведению сестры Сэма, случилось то, чего я больше всего не хотела, хотя вчера была не против.
– Воспользовался ли мой брат твоей невменяемостью? – она игриво подмигнула. – Знаешь, я б даже обрадовалась этому, если бы ты полностью отдавала себе отчет в своих действиях. – Эмоции Марго резко сменились. Она будто специально дразнила меня, словно закручивая сюжет женского романа, и я была готова начать грызть ногти и рвать волосы, лишь бы эта интрига быстрее закончилась. – Но ты была настолько пьяна, что отрубилась, как только Сэм положил тебя на диван и начал снимать блузку. Вот за этим занятием я и застала вас: спящую тебя и матерящегося брата. Это было еще то зрелище. – Марго заливисто рассмеялась.
– Фух, аж отлегло, – выдохнула я, но небольшой осадок все-таки остался. Как теперь смотреть Сэму в глаза? Что он обо мне подумал?
– Не парься. Сэму не впервой обламываться. – Заметив, что я не разделяю ее веселья, Марго решила сменить тему. – Ты уже решила, в какой вуз и на какой факультет будешь поступать?
– Когда? Ты так внезапно свалилась на мою голову с неожиданным предложением. У меня не было времени хорошо все обдумать. – Я задумчиво достала пакет из трюмо, в котором лежали бабушкины вещи из больницы. В тот день я достала из него только папку, а остальное закинула подальше. Слишком свежи еще были воспоминания.
– Предлагаю поступить туда же, где учимся мы. У меня есть там небольшие связи, и, если не сдашь вступительные экзамены, я могу посодействовать. – Марго сделала очередное щедрое предложение. Слишком щедрое, на мой взгляд.
– Даже не знаю, что тебе ответить. Для меня это… – запнулась на полуслове, стараясь подобрать правильные слова. – Понимаешь, я не хочу доставлять хлопоты, да и такая помощь делает меня обязанной…
– Ой, да перестань! Мне это ничего не стоит, и ты мне ничего не будешь должна. Если захочешь, можешь потом вообще перестать со мной общаться.
– Мне нравится с тобой общаться. Правда, – искренне призналась я, шаря рукой по дну пакета, в угол закатилось что-то увесистое. Нащупав твердый предмет, я вытащила на свет то самое кольцо.
– Ой, мой перстень! Откуда он у тебя? – удивилась Марго.
– Ты потеряла в магазине. Я хотела вернуть его тебе, но в тот день позвонили с больницы и … Прости. – От воспоминаний на глазах выступили слезы.
– Зачем извиняешься, это всего лишь безделушка. – Встав, Марго подошла ко мне и крепко обняла. – Я так тебе сочувствую. Мне очень жаль, что тебе пришлось все это пережить. – Она прижимала меня к себе и гладила по волосам, от ее близости мурашки бежали по телу то ли от волнения, то ли от холода, исходившего от нее. Но через несколько секунд на душе стало легче. Может, и правда между нами завязывается настоящая дружба.
– Спасибо большое за то, что ты рядом. – Я шмыгнула, отстранилась от нее и протянула перстень.
– Я хочу, чтобы ты оставила его себе, и когда меня не будет рядом, пусть он успокаивает тебя и согревает. – Марго накрыла своей ладонью мою с украшением.
– Но он же дорогущий! Я не могу принять такой подарок! – испуганно выпучила глаза.
– Это обычная бижутерия и стоит не больше пятисот рублей. Так что не парься. Зато в случае чего у тебя останется память обо мне.
– Бижутерия?! – удивленно протянула я, глядя на кольцо с камнем. С трудом верилось, что эта красота – обычная побрякушка.
– Все, хватит болтать. Дай-ка сюда, он тебе будет большеват, но у меня есть идея. – Она забрала перстень и встала за моей спиной, затем убрала волосы на бок и отстегнула цепочку на моей шее, затем, повесив на нее подарок, застегнула обратно.
Случайно или нет, ее холодные пальцы коснулись кожи и ненадолго задержались на сонной артерии.
– У тебя невероятно нежная кожа, я еще в прошлый раз заметила …
– Вы еще не собрались?! – В дверях нарисовался возмущенный Сэм. – Я битый час жду вас в машине, а вы тут болтаете и цацки разглядываете. Ну что за женщины! – Его взгляд упал на перстень, а потом плавно перешел на грудь.
– Я уже собрала все, что нужно.
Плотнее прикрыв грудь рубашкой, я достала чемодан и скинула в него все вещи, которые отобрала для дороги, а сверху положила папку с документами.
– Негусто, – оценил Сэм мою поклажу. – Могла бы и быстрее собраться. Теперь-то можно ехать?
– Да, только я сначала вынесу мусор и отдам ключи соседке, чтобы приглядывала за квартирой и поливала цветы.
– Давай чемодан отнесу, а ты быстрее дела доделывай, мы тебя в машине подождем, – буркнул недовольный Сэм и забрал у меня вещи.
Я собрала в пакеты весь мусор, что был в квартире, чтобы за время моего отсутствия тут не завелся какой-нибудь гомункул, выключила все электроприборы, кроме холодильника, перекрыла воду, обулась и вышла в подъезд.
Ключи решила оставить Людмиле Михайловне, она много лет дружила с бабушкой.
– Кто там? – раздался старческий голос за дверью, как только я нажала на звонок.
– Баб Люд, это я, Тата! – в ответ щелчок открывающегося замка.
– Тата, рада тебя видеть, проходи. – Добродушная старушка посторонилась, пропуская меня в квартиру.
– Баб Люд, не могу, времени в обрез, уезжаю поступать в Мурманск. Пришла ключи вам оставить. Можете приглядеть и цветы еще поливать иногда? А еще там в холодильнике продукты остались, вы их себе заберите, а как все используете, выключите его, чтобы свет зря не мотал, – протараторила скороговоркой, чтобы меня не перебили, а то потом не смогу и слова вставить.
– Ой, так как же так, – заохала Людмила Михайловна. – А попрощаться, а чайку на дорожку?
– Честно, нет времени совсем. Опаздываю на экзамены. – Я чмокнула старушку в щеку, всучила ей ключи и, пока меня не завалили вопросами, быстро спустилась по ступенькам. Осталось донести мусор до контейнера.
От предчувствия новых ощущения меня начал бить мандраж. Я уже предвкушала новую жизнь. Настроение улучшалось на глазах. Уже через пару минут я попрощаюсь со старой жизнью и начну все с чистого листа.
– Тата! – окликнула меня прошлая жизнь голосом бывшего парня. – Тата, подожди! Нам надо поговорить. – Он схватил меня за локоть и развернул к себе.
– Нам не о чем разговаривать. Та картина в твоей квартире была более чем красноречива. – Я резко выдернула руку и гневно заглянула в его бессовестные глаза.
– Прости, я не понимаю, как это произошло. Между нами ничего не было. Мы не успели. Ты должна дать мне еще один шанс. – Он снова схватил меня за руку и крепко сжал.
– Я тебе ничего не должна. И да, ты бессовестный лжец. Маша беременна. По-твоему, ей ветром надуло или это все же от тебя? – Я едва сдерживалась, чтобы не вцепиться ему в лицо.
– Дорогая, какие-то проблемы? – сзади подошел Сэм и, обняв меня за талию, притянул к себе. – Ты почему так долго? Я уже соскучился, – хриплым голосом прошептал он мне на ушко, но так, чтобы слышала не только я, а затем поцеловал, отчего у меня закружилась голова. Такой страсти и огня я еще никогда не испытывала и в этот момент могла думать только о том, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался.
Миг удовольствия и страсти закончился так же внезапно, как и начался. Я неловко отвела взгляд и заметила, что Леша уже ушел.
– Что встала как вкопанная? Или ты хочешь, чтобы твой козел снова вернулся?
САЙРУС
Голова звенела, словно церковный колокол. Ненавижу колокола! От их звона буквально выворачивает наизнанку и хочется зарыться в землю, лишь бы его не слышать.
Вот и сейчас у меня были такие же ощущения, хотя звенело только в голове.
Ударная доза противооборотной сыворотки сделала свое дело. Если так пойдет и дальше, то рано или поздно желание отца излечить единственного сына убьет меня. Даже не знаю, боюсь я этого или, наоборот, хочу, чтобы это случилось как можно скорее.
Вечная боль, как вредная соседка, мешала мне жить, но я приспособился и практически перестал обращать на нее внимание. Но в этот раз было все иначе, будто к соседке приехала толпа не менее вредных родственников.
Превозмогая боль, я поднялся с мокрой от пота постели и сделал пару упражнений, чтобы разогнать кровь по мышцам.
Стоило мне пошевелиться, как в дверь тут же постучали.
– Войдите, – разрешил я и сделал неприятное открытие. Отчего-то голосовые связки не приняли обратную форму и остались частично трансформированы. Это придало голосу хрипло-рычащий оттенок.
– Ваши завтрак и лекарство. – В комнату вошла горничная с подносом в руках. Она поставила тарелку с плохо прожаренным куском мяса, как я люблю, и флакон с сывороткой на стол. – Может, вы хотите чего-то еще?
– Нет, можешь идти, – прокашлявшись, попробовал вернуть голосу естественность, но не помогло.
– Ваш отец просил зайти вас, как только вы позавтракаете, – добавила девушка перед тем, как уйти.
Больше не обращая на нее внимания, я отправился в ванную, а после контрастного душа съел бифштекс без особого удовольствия и отправился к отцу.
Не нужно было ломать голову, чтобы понять, о чем пойдет речь. Конечно же, он сейчас будет отчитывать меня за вчерашнее, говорить, как я подставил семью и как это безответственно с моей стороны.
– Сайрус, как ты себя чувствуешь? – сразу же спросил он, как только я вошел в его кабинет.
– Как и всегда, паршиво! – прохрипел, сев в кожаное кресло и закинув ногу на ногу. Мебель жалобно скрипнула подо мной.
– Что с голосом? – Отец обеспокоенно посмотрел на меня, пытаясь разглядеть первичные признаки трансформации.
– Что-то с голосовыми связками. – Я безразлично пожал плечами и взял газету с журнального столика, сделав вид, что меня это нисколько не беспокоит.
– Ты опять лекарство не выпил? – В голосе отца прозвенели властные нотки вперемешку с раздражением. – Как ты не поймешь, что твоя болезнь может низвергнуть всю нашу семью с вершины власти? – завел он старую шарманку.
– Да выпил я твое бесполезное лекарство. И давай больше не будем об этом, я устал обсуждать одно и то же. Все равно ничего не изменится, – как мог, держал себя в руках, чтобы снова не вступить в бесконечный спор.
Отец пытался удержать мое тело от полного оборота, а я просил его позволить мне окончательно принять облик зверя, чувствовал, что могу одержать верх над его разумом, но отец не хотел ничего слышать. Он боялся, что я навсегда останусь оборотнем, тогда его власти придет конец, хотя я до сих пор не мог понять, как это связано.
– Хорошо, – подозрительно легко согласился Верховный. – У меня есть для тебя хорошая новость.
– Для кого хорошая? Для тебя или для меня? – Я насторожился, ведь еще ни разу не слышал того, что для меня действительно было хорошо.
– Ты должен поступить в университет. – Отец задумчиво отбил дробь пальцами по дорогой столешнице.
– Что в этом хорошего? У меня и так чертова куча дипломов пылится на полке. Зачем мне поступать в университет? – Как и ожидалось, папина новость не предвещала ничего хорошего.
– А затем, что пора тебе выйти в свет. Перерыв окончен. Начнешь учиться… – Он посмотрел на мое скептическое выражение лица и запнулся. – Ладно, начнешь просто посещать лекции, активно изображать учебу и заводить новые знакомства. Твои имя и лицо должны быть на слуху.
– И куда в этот раз ты решил меня засунуть? Помнится, лет так восемьдесят назад ты проворачивал эту схему, когда продвигал меня в Верховный совет Советского Союза. – Борьба и махинации теневой власти меня никогда не интересовали, но отец периодически забрасывал меня в гущу событий. Видимо, очередной перерыв закончился, и пришло время вступить в игру. Но на фоне проблем со здоровьем это не самая хорошая идея, о чем я, собственно, и напомнил отцу: – А ты не боишься, что в самый неподходящий момент лекарства перестанут действовать?
– Не боюсь. Это повод для тебя относиться более ответственно к своему состоянию и не нарушать схему приема сыворотки. И вообще, над вопросом создания лекарства, которое навсегда избавит тебя от второй сущности, работают мои люди. – Отец пристально посмотрел на меня, но, не увидев радости на моем лице, тяжело вздохнул. – Пойми, я не могу позволить тебе обернуться. Мы не знаем, как оборотню вернуть прежний вид. Посмотри на тварей, что живут в подвале. Они безмозглые и безжалостные.
– И тем не менее это не мешает тебе использовать их как охрану и скармливать им провинившихся вампиров или людей. Они же подчиняются тебе!
– Использовать своего единственного сына в качестве цепного пса – непозволительная роскошь. Ты единственный наследник, и других у меня не будет. – Глаза отца потемнели и налились кровью, что свидетельствовало о высшей степени гнева.
– Зачем бессмертному наследник? – Я продолжал выводить его из себя, ведь гнев отца меня совершенно не трогал, а испорченная мебель и пара трупов среди обслуги – это ерунда.
– Несносный мальчишка! – наконец-то, вспылил он, изменившись в лице до неузнаваемости, подтверждая, что вторая сущность есть не только у меня. – Не забывай о том, что нас можно убить, хоть и сложно! А ты вместо помощи и опоры доставляешь мне одни проблемы! Вон с глаз моих!
Сохраняя спокойствие, молча встал и вышел из кабинета. Такие перепалки у нас не редкое явление. Я специально выводил отца из себя, чтобы хоть немного отыграться за боль, которую он добровольно причинял мне.
В длинном коридоре столкнулся с Самаэлем, он так торопился в кабинет к своему господину, что едва не сшиб меня с ног.
– А, Сайрус, это ты. Вижу, что тебе уже лучше. – Он оценивающе оглядел меня с ног до головы и участливо улыбнулся. Но я-то знал, как этот вампир на самом деле относится ко мне. Будь его воля, он бы давно всадил мне в грудь серебряную пулю.
– Куда так торопишься? Не терпится поцеловать моему отцу его верховный зад? – презрительно скривился, не скрывая своего настоящего отношения к лицемеру.
– Ты все шутишь, а у меня, между прочим, важные новости, и они имеют к тебе непосредственное отношение. – Самаэль зло сверкнул глазами, но его сдержанности можно только позавидовать. – Скоро твоя жизнь изменится. – Он мстительно улыбнулся и поспешил сообщить эти новости Верховному.
ТАТА
Мы выехали из города и притормозили у заправки.
– Девочки в магазин, а мальчик к колонке, ничего не путаем и шевелим своими спичками, – выгнал нас из машины Семен и вышел сам, чтобы заправить свою детку.
Марго выудила из клатча карточку, напоследок глянув на себя в зеркало, хлопнула дверью, и мы пошли в мини-маркет. Не глядя на завышенные вдвое, а то и втрое цены, даже по меркам частных магазинов, где царь и бог – хозяин, Марго кидала в корзину сырные крекеры, воду, энергетики и еще много вредной еды, за которую в свое время бабуля могла нахлопать меня по рукам и лишить карманных денег. Зато сейчас я благодарна ей за свою чистую кожу и здоровый желудок.
– Не стесняйся, бери, что хочешь, – оторвавшись от проверки срока годности на глазированном сырке, предложила Марго и добродушно улыбнулась.
– Нет, меня жаба душит, я лучше пойду кофе куплю, и, может, здесь неплохая выпечка есть.
Оставив девушку у холодильника, прошла к кассе, где молодой человек в желтой форме с черными полосами продал мне свежесваренный кофе и посоветовал купить пакетик с мини-круассанами.
Поблагодарив его, я вышла на улицу, дожидаться подругу и считать проезжавшие мимо груженые фуры и их дикие маневры на трассе.
– Идиоты, – выругалась Марго за моей спиной, а я вздрогнула от неожиданности и чуть не выплюнула горячий кофе.
– Ты меня напугала! Как ты так тихо здесь оказалась?
– Фуры шумные машины, вот ты и не заметила. – Она безразлично пожала плечами.
– Так колокольчик на двери, даже не звякнул, – продолжила гнуть свою правду.
– Он внутри, Тата, уже не так слышно, трусишка. – Марго посмотрела на меня умиленным взглядом, как на неразумное дитя.
– Наверное, – сдалась я и дальше допивала кофе, морщась от обожженного языка, напиток помогал справиться с похмельем и сонливостью.
Выбросив пустой стаканчик в мусорку, глянула на Марго, которая подозрительно тихо все это время стояла рядом со мной, держа в руках пакет с покупками.
– В чем дело? – задала логичный вопрос, потому что ее испуганный взгляд встревожил меня.
– Видишь того паренька? – Она стрельнула глазами в сторону черного Гелендвагена, из открытого окна которого, будто ненавязчиво, на нас смотрел незнакомец.
– И что? Гелик как гелик. Парень как парень.
– Не нравится он мне. Типчики на геликах всегда пафосные сволочи, – зашипела девушка, видимо, у нее в прошлом была как минимум одна плохая история с владельцем мерседеса. – Пошли отсюда, пока он не начал номерок просить и предлагать прокатиться вдоль ночных дорог, – нервно закончила девушка строчкой из песни, и мы двинулись в сторону нашего автомобиля. – Только не оглядывайся, вдруг решит, что ты заинтересована.
Разумеется, я обернулась и вблизи узнала в хозяине внедорожника мужчину из больницы у бабулиной палаты. Его пристальный взгляд странных желтоватых глаз был направлен именно на меня. На мгновение стало страшно, и я торопливо отвернулась.
Сунув мне в руки пакет, Марго с ловкостью кошки запрыгнула на переднее сидение, и Семен, ревя двигателем, сорвался с места, набирая скорость. Дурь какая-то.
Ехать из одной попы России в другую на хоть и современном, но автомобиле тот еще квест.
Шесть дней моя пятая точка испытывала на себе все виды российских дорог. И выходя на остановках, чтобы сбегать в кустики, я почти не чувствовала ног, копчика и самое обидное – ягодиц.
Но, в чем главный плюс, мне повезло ехать на заднем сидении, хоть и в позе креветки, но все же лежа, я могла поспать, в отличие от Марго, которой хватало всего пары упражнений, чтобы размять затекшие мышцы.
Порой мне казалось, что она делает наклоны в стороны просто по мышечной памяти, да и засыпала она всегда последней, а Семен, как робот, выжимал последние силы, ведя авто с одинаковой уверенностью и днем, и ночью.
Мы заезжали в придорожные кафе и один раз ночевали в таком же отеле, только потому что в одной из областей меня сильно укачало, и пришлось сделать вынужденную остановку.
Семен долго бурчал по этому поводу и за это был наказан, получив стакан воды в лицо. Марго долго смеялась и смешивала для меня очередную бурду в стакане. Только выпив, я поняла, что это была обычная вода с лимоном.
Потом была длинная дорога вдоль еловых боров, сменявшихся березняком, полями со зреющей пшеницей, островками деревьев, кроны которых усеивали вороньи гнезда. Особенно страшно мне было проезжать через мосты над реками, благо их было не так много.
А дальше, как в сказке «долго ли, коротко ли…», добрались мы до Мурманска.
Об этом оповестили голубая табличка с белыми буквами и вздох облегчения брата и сестры. Я же, наоборот, подобралась и, как собачонка из приюта, задрожала, глядя на чужой огромный город.
– Дом, милый дом, – страдальчески застонала Марго, опуская окно и высовывая нос, как собака язык на встречный ветер. – Тата, остановишься пока у нас, если не понравится, то подыщешь квартиру ближе к центру или универу, где учиться будешь.
– Я вообще планировала комнату в каком-нибудь общежитии снять, – пробурчала себе под нос, но даже через шум ветра, попадающего в салон, меня услышали.
– Не неси ерунду. Спать на подушках, в которых клопы организовали свою колонию? Или воевать с тараканами за ложку салата? И это в лучшем случае, если с тараканами. А соседи алкаши? Хочешь вспомнить ночную работу в магазине? Не думала, что ты так быстро соскучишься по такому, – съязвила Марго, но потом добродушно улыбнулась.
Я только посмеялась от стандартной байки об общежитиях и, ничего не ответив девушке, перевела взгляд на Семена.
Он с огромным пафосом на лице нацепил на нос солнцезащитные очки и положил локоть на опущенное стекло, держа руль одной рукой. Джеймс Бонд с налетом электрика, которого шибануло током и теперь его волосы торчат в разные стороны. Парень поймал меня на разглядывании его физиономии через зеркало заднего вида и нагло ухмыльнулся, в ответ я показала язык, отчего ухмылочка с его лица сползла, как краска под дождем.
Мы проехали почти весь город поперек, и я все ждала, когда Сэм завезет нас во двор мощной новостройки, но этого так и не случилось. Мы проехали мимо светящихся вывесок торговых центров, и я дала себе обещание попасть туда хотя бы просто чтобы увидеть, что там находится, собственными глазами, а не по рекламе и не по рассказам знакомых, в чьих словах больше хвастовства, чем желания поделиться эмоциями.
Когда солнце начало клониться к горизонту, мы выехали из города с другой стороны и попали в коттеджный поселок.
Прилипнув к окну, я разглядывала ровные ряды добротных домов в два этажа из широких бревен. Они напоминали барские избы из старых сказок, огороженные высоким забором с кованым узором, охраняемые либо собаками размером с медведя, либо охраной. Даже страшно представить, что за люди жили в таких домах и сколько зарабатывали.
Чтобы содержать такое хозяйство, нужно вкладывать немало средств. А еще стало обидно за свою никчемность, каким я могу быть другом для Марго, если на достойный ее положения подарок на день рождения мне придется потратить все бабушкины деньги и еще взять кредит?
Настроение резко скатилось к коленвалу, и, засунув руки в карманы толстовки, я продолжила созерцать виды и добивать себя мыслями, что ни в жизнь мне не заработать на такой дом. О содержании его и речи быть не может.
– Ты устала? – Марго повернулась ко мне, ласково улыбаясь. – Мы почти приехали, здесь довольно прохладно, так что мы должны как можно скорее отправиться на шоппинг. – Последнее слово девушка произнесла с благоговением, а в моем больном мозгу представилось это как ментальный оргазм. – Я покажу тебе город и докажу, что есть люди, которые готовят гораздо лучше меня. Ой… – Марго что-то вспомнила. – Я тебе постелю в моей любимой комнате, там есть смежная ванная, а еще она на одном этаже со спортзалом.
– Гоша намекает тебе, что ты толстая и воняешь, – вставил свои пять копеек Семен, отчего мне стало обидно до горечи на языке, но я промолчала, ведь я уже не у себя дома, чтобы за хамством прятать свои чувства.
– Я же просила тебя, не называй меня так! – возмутилась Марго и дала брату подзатыльник. Но меня удивило, что она никак не отреагировала на грубость брата в мою сторону и до самой парковки во дворе одного из однотипных коттеджей не сказала ему больше ни слова.
– Тебе нравится? – воодушевленно спросила Марго, держа меня за плечи и выглядывая через одно из них.
– Она размером с мою квартиру, – выдохнула, пытаясь охватить взглядом «комнату», которую мне выделили. Сложно представить, для чего нужно столько места.
– Согласна, маловата, но я подумала, что она тебе понравится, у нас есть комната с золотой лепниной на потолке и джакузи, – добавила блондинка. – Хочешь, можешь там устроиться.
– Нет, – резко прервала ее. – Мне эта подойдет. Спасибо. – Я бы решила, что она издевается надо мной, но все было сказано на полном серьезе.
При мыслях о золотой лепнине и вообще о золоте где-то помимо украшений и зубов во рту цыганского барона сразу приходил в голову тот уполномоченный, который поставил в своем особняке унитаз с позолотой. Мне такого счастья не надо, я не планирую в будущем купаться в деньгах, как Скрудж МакДак. Нет, жить в достатке, безусловно, хорошо, но такие излишества – это уже перебор.
– Тогда кидай кости и наслаждайся апартаментами, – швырнул на большую кровать с красивым светлым покрывалом мой чемодан с документами Сэм, не глядя на нас, развернулся, агрессивно печатая на ходу кому-то сообщение.
– Давай я покажу тебе, где, что, куда, как и зачем. – Марго с энтузиазмом принялась проводить мне экскурсию. – Это пульт от кондиционера, это от телевизора, – взяла два разных по размеру пульта, показала и положила обратно на тумбочку под огромной плазмой. – За этой дверью – душ и туалет, а это шкаф для одежды, – кивнула на две совершенно одинаковые двери, но находившиеся в разных углах комнаты. – Оригинально, правда? Это было рискованно, такой шаг в дизайне, но в итоге все получилось хорошо. – Кажется, Марго заметила мой кислый вид и, прочистив горло, ладошкой указала на рабочее пространство в виде компьютерного стола с удобным стулом и регулируемой лампой. На полу у стола стояла полка и несколько книг уже собирали пыль. – Значит, вот…
– Гоша! – раздался не крик, а настоящий рык с первого этажа дома голосом Семена.
Марго закатила глаза к потолку, шумно втянув воздух, как это бывает, когда подавляешь гнев, и торопливо вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Так началась дурацкая жизнь в лоне природы Мурманска.
Первым делом меня свозили в тот вуз, куда я рассчитывала поступить, но, к сожалению, баллов на бюджет не хватило, а на платное обучение нужна была кругленькая сумма, и это только на первый год. За шесть лет студенческой жизни я рисковала растратить все бабушкины накопления, которые были сейчас доступны, а на остальную сумму еще нужно в наследство. Где был мой мозг, когда я хотела оплатить обучение Леше?!
Деваться некуда, придется в срочном порядке искать вечернюю работу, а иначе после получения образования придется забрать диплом и жить с бомжами на вокзале, еще и делить голубя на троих.
Когда Марго узнала о провале, долго материалась и отпускала злобные фразы, полные сарказма, в сторону безмятежного Сэма. А он, в свою очередь, был подозрительно спокоен. Может, ему в кои-то веки дала какая-то бедняжка.
Это, в принципе, меня не волновало, он так или иначе продолжал обижать меня своими колкостями. До сих пор не понимаю, как мы чуть не переспали. Только представлю его на себе… прямо фу!
Наутро после этого мне позвонили из вуза, сказали, что перепутали мои документы с какой-то другой Татой, а я прошла на бюджет. Только голос был какой-то нервный, словно запуганный.
Сейчас конец июля, и моя комната погрузилась в хаос из книг, тетрадей и шариковых ручек. Сразу после того как узнала о возможности поступить на бюджет, я занялась наверстыванием упущенных знаний, и теперь записей только на потолке не было.
– Бросай ты эти конспекты, – заглянула Марго в комнату. – Учеба еще не началась, а ты уже выручку продавцам на канцелярии сделала, – усмехнулась она и плюхнулась на кровать.
Через открытую дверь до меня донеслись запахи вкусного ужина и звуки сервируемого стола на первом этаже.
– Я подумаю об этом, когда закончу, – улыбнулась подруге и, положив ручку в блокнот, поднялась с пола. Неужели так увлеклась, что не заметила наступления вечера? – Уже ужин?
– Да. – Подтвердив мои догадки, Марго встала и прикрыла дверь. – Давай я тебе спину и плечи разомну, а то сидишь скрюченная над книгами, так и искривление недолго заработать, – предложила она, невинно улыбаясь.
– Я хожу в ваш спортзал, – зачем-то сказала очевидное.
– Я вижу, и попочка появилась, – шлепнула меня по ягодицам. – И сисюли подтянулись, – слегка сжала мою левую грудь девушка. – Загляденье просто! Давай ложись на кровать, я тебе мышцы расслаблю.
Послушно легла на постель, расталкивая руками в стороны тетради, пара даже упала. Марго потянула мою широкую футболку, чтобы оголить спину, села на меня сверху, а затем начала ласково перебирать пальчиками по позвонкам и надавливать на определенные точки, о которых только она и знала. От этого мне стало больно, но через пару секунд оставались лишь приятные ощущения.
– Ну вот, другое дело. – Когда я была готова мурлыкать, Марго опустила обратно ткань футболки, слезла с меня и поправила свои шорты. – Спускайся к ужину, мы ждем.
Подруга вышла, а я собрала волосы в хвост и отправилась следом, ведомая ароматом запеченного мяса.
– Скоро начнется учеба, – начала разговор Марго, скребя по своей тарелке вилкой. – Наши друзья устраивают вечеринку по этому поводу, не хочешь развеяться?
– Не знаю. – Оторвав взгляд от тарелки, я выпрямилась и пожала плечами, отчего футболка натянулась на груди, продемонстрировав мои горошины, затвердевшие в прохладной столовой. – Мне надо еще пару книг прочитать, наверное, лучше останусь дома.
– Вот и правильно, – поддакнул Сэм, отчего я чуть не выронила вилку. – Нечего таким, как ты, там делать, сиди дома и читай, а Гоша хрень говорит.
– Сэм, – устало вздохнула Марго и откинулась на спинку стула. – Тебе нужен фильтр для рта и желательно побольше, чтобы заткнул его полностью.
– А тебе в голову, – парировал парень, указывая зубьями вилки в сторону сестры. – Твои подружайки ее сожрут и не подавятся, она же язык в одно место засунет и будет молчать.
Бесит, когда он говорит обо мне при мне в третьем лице. Будто меня тут нет или я вообще вещь какая-то.
– С чего ты взял? Наши друзья – нормальные ребята. – Неуверенность в голосе девушки так и сквозила, тем самым подтверждая мое решение остаться дома.
– Потому что вес кошельков одинаковый и тряпками дизайнерскими пол моют уборщицы. А она что? Приличный ТЦ лишь проездом видела! – Сэм активно жестикулировал, при этом зло посматривая на сестру.
– Перестань, – мягко попросила Марго брата, но так, словно ее не волновало, чем в итоге обернется этот странный спор.
– Угу, я перестань, а ее, – направил зубья вилки на меня, – в пекло?! – На секунду, всего на крошечный момент показалось, что Семен за меня заступился, необоснованно, но сделал это, однако последние его слова заставили меня потерять аппетит, а овощи в моем горле стать горьким пеплом. – Что она там будет делать? Рассказывать о нищенской жизни тем, кто в день тратит ее годовую зарплату вместе с премией? Или посвятит в тонкости продажи просроченных продуктов? Марго, не позорься, матом тебя прошу.
Унизительней ситуации со мной еще не случалось. До какой степени Семен – прогнивший человек, что позволяет себе оскорблять других без основательных причин? Неужели он настолько меня ненавидит? Или до такой степени морально туп, что, говоря такие вещи, не понимает, что глубоко задевает меня?
Но почему я только сейчас заметила, как это больно и неприятно – ощущать себя какой-то неполноценной лишь потому, что ты не «породистая кошечка», а обычная «дворовая трехцветная»? Чем я отличаюсь от той же Марго, кроме толщины кошелька?
Скрип столового прибора по посуде заставил вздрогнуть, и до меня не сразу дошло, что это я так беспощадно кромсаю мелкий картофель
– Семенушка, твой рот кроме дерьма хоть что-то умеет извергать? – Мой тон такой же, как у синоптика в телевизоре, максимально равнодушный и пофигистичный, как раз то, что нужно, чтобы скрыть эмоции. – Неудивительно, что ты ни с кем не можешь завести отношения. Даже мне было с тобой так скучно, что уснула в самом начале, – произнесла и сделала намеренно долгий глоток воды из стакана, пока Сэм складывал из вилки оригами.
– Ты была в слюни пьяная. – В его голосе столько яда, что любая кобра обзавидуется.
– Ой, – отмахнувшись от него, потянулась за миской с салатом лишь для того, чтобы отвлечься и не выдать настоящие чувства, – тебе показалось, солнце мое. – Наложив в тарелку салат, поставила миску обратно.
– Думаешь, я тогда шутил? Да любая девушка была бы счастлива оказаться со мной в одной постели!
– Ну, проверять я точно не буду. Да и как-то фиолетово, что там о тебе девушки думают, – жестко припечатала я и заткнула свой рот зеленью с болгарским перцем, чтобы не ляпнуть еще чего лишнего. И так наговорила достаточно.
