– Кто ты? – прорычала Лис, оставаясь на четвереньках.
– Я тебе уже…
– Отвечай, чёрт возьми, на вопрос! – заорала она скалясь.
– А то что? Укусишь меня?
Зверь внутри неё утробно зарычал, мечтая разорвать незнакомца в клочья. Вся сущность желала его крови или на худой конец смерти. Коридор в один миг стал слишком тесным, и Лис сложила огненные крылья. Откуда они взялись, ей было неинтересно, как и безразлично, почему хотелось шипеть. Сейчас её ненавистная цель перед глазами и сила, дарующая превосходство, в жилах. А значит всё хорошо.
Она прыгнула неожиданно даже для себя. Незнакомец не успел среагировать и защититься, мощные лапы разбили осколки в пыль. Морские копии заверещали и всем скопом набросились на неё, выпрыгнув в коридор точно черти. Лис с остервенением раскрыла крылья, опаливая лица и кожу, превращая узкие стены в пар. Облачная дымка поглотила лабиринт и все твари, жалобно скуля, разбежались.
– Неплохо, – вдруг произнёс знакомый голос. – Твоя звериная сущность преобладает над человеческой. Энергия солнца пульсирует в тебе, но тьма поглощает его без остатка.
Чуть в отдалении появилась широкоплечая фигура. Она медленно приближалась, сладко продолжая:
– Беллатрис, ты свет, переходящий во мрак. Семена чужой ненависти давно взошли и не ровён час, когда ты потеряешь свободу.
– О чём ты говоришь?
– Шаг за шагом во тьму, всё ближе к свету.
Лис грозно зарычала, сложив крылья. Эти строки преследовали её на протяжении многих лет во снах, а недавно стали частью жизнью. Она не понимала их значения, но звериное чутьё ощущало опасность.
– За миг до конца ты поймёшь всё, – зловеще прошептал монстр.
Дым рассеялся, и незнакомец обрёл лицо. Лис ожидала увидеть любое безобразное существо, похожее одновременно на шакала, крокодила и летучую мышь. Огромные клыки, красные глаза, слюну, брызгающую из пасти, рога, кожистые крылья. Однако чудовище, представшее перед ней, не имело ни того, ни другого и при этом ужасало.
– Ты как тень во мраке ещё не своя, но уже не чужая.
Чёрные глаза хитро блеснули, и парень улыбнулся вроде по-доброму, но всё же, жутковато. На вид ему было не больше тридцати лет. Наглый взгляд и голубые, немного растрёпанные волосы. Он изучал её, рассматривая новый облик от когтистых лап и ярких зрачков до огненных крыльев. И судя по его вздёрнутому носу – незнакомец был доволен.
Мерзавец, – мысленно подумала Лис. – Ничем не лучше Лафрона.
– Хм, – усмехнулся парень. – Сила Рероли подпитывает огонь, но даже могущественным существам не дано сдерживать его вечность.
– Ты мне угрожаешь?
– Нисколько. Я тебя предупреждаю. Это ведь твоё первое перевоплощение.
Глаза Лис предательски сверкнули, и незнакомец засмеялся.
– Огонь сжигает всё и разумнее не играть с ним. Посади на цепь зверя, пока он не съел тебя.
– Р-р-р, – только и произнесла она, отталкиваясь от пола.
– Глупая девчонка, – его глаза сверкнули, и вытянутая рука остановила Лис в прыжке, а потом с громким стуком швырнула о стену. – Я сильнее тебя. Со мной бороться бессмысленно. Посади сущность на цепь и ищи друзей, пока их не нашёл я.
– Кто ты? – с болью в голосе прошептала она.
Незнакомец был прав, силы покидали, и гнев в груди обжигал. Ей с трудом удалось перевернуться на живот и посмотреть на его удаляющуюся фигуру со смесью отчаяния и отвращения.
– Я Нэморилл, – произнёс он, исчезая за поворотом.
Глава 19. Зал лазурного песка.
«Во всех мирах есть чудовища,
Разница состоит лишь в том,
Что некоторые из них похожи на нас».
Цитата из книги «Хроники Небес».
Если вам когда-нибудь доводилось попасть в лабиринт и выйти живым, то это не значит, что и на сей раз фортуна будет благосклонна. Я за все свои жизни ещё не встречал такого счастливчика. Правда, сейчас мне срочно захотелось им стать. Бесконечные коридоры и ответвления это ещё ничего, смириться можно, а вот преследующие твари, желающие твоей крови, как-то неблагоприятно влияют на нервное состояние. В общем, у меня дёргался ус и мне это дико не нравилось.
На очередном тупике я не сдержался:
– Да провались ты вместе с котлом в преисподнюю!
– С чёртом, – любезно поправил меня Тару.
– Да хоть с двуликим репигом, разорви их легриф!
– Нехорошо пушистому небожителю использовать словечки из тёмного наречия, – ехидно заметил Белый чёрт.
Чтоб он провалился в котёл! Умник нашёлся, – мысленно подумал я, а вслух сказал:
– Тебе жалко, что ли?
– Для тебя нет, – улыбнулся он. Хитро, почти как лис.
– А что, если её сломать? – вдруг предложил Айрамур.
– И думать забудь, – буркнули мы одновременно.
– Миро, я тебя не узнаю. Ты с Арнесом и не такое вытворял.
– Я тогда был несмышлёным котёнком, мне было всего-то 20 тысяч лет.
– Ага, а сейчас он умный и большой, прямо как лев. Р-р-р! – Тару ухмыльнулся, осматривая мой гладкий чёрный мех и белую гриву.
Я же ещё не сменил облик, так и ходил огромным львом. А вдруг стражи Ра найдут нас? Вот-вот.
– Не завидуй, – рыкнул я. – Твоё обличие ничуть не хуже.
Белый чёрт дружелюбно улыбнулся и хотел что-то добавить, как из-за спины мы услышали незнакомый голос:
– Никакая шкура не сравнится с мехом царя зверей. Здесь и величие, и могущество едино.
Мы обернулись, в проходе стоял высокий парень с голубыми волосами, совсем ещё юный. Он нагло озирал нас, словно выбирал трофей. Мне это не понравилось. Паренёк уж слишком дерзкий, таким в былые времена выкалывали глаза.
– А ты кто такой? – спросил Тару, зажигая хвосты.
Юноша улыбнулся, не сводя с меня взгляда. Его чёрные глаза напоминали бездну, хранившую в своих глубинах настоящих чудовищ. Я вздрогнул, и шерсть на спине встала дыбом. Вот и сбылись мои худшие опасения.
Какого чёрта?
– Нэморилл, – тихо произнёс я. – Не ожидал увидеть тебя в человечьем обличии. Мне почему-то казалось, что все монстры предпочитают шкуры диковинных зверей иль духов.
Тару и Айрамур переглянулись. По их взглядам я понял – им страшно. Хоть мы и забрели неведомо каким путём в его царство, а всё же страстно мечтали разминуться с ним. Эх, не судьба, как и всегда.
– У меня много лиц.
– И для нас ты специально выбрал шкуру смертного? – я резко махнул хвостом, концентрируя энергию в груди.
– Нет, котик, – сладко пропел монстр. – Этот облик был необходим для твоей подопечной Рероли.
В меня будто шарахнула молния. Лапы подкосились, и я едва устоял. Шок длился лишь миг и за ним явился гнев, перерастающий в ярость. Нэморилл гадко улыбнулся, и мне дико захотелось вывернуть его наизнанку.
– Что ты с ней сделал?! – закричал я, фактически пророкотав.
– Пробудил зверя, как и в тебе сейчас.
Зверя?! Моё тело обмякло, пригвоздив к месту. Это могло значить лишь одно – сила Рероли пробудилась, а любая сущность будь она белая или чёрная имеет двойное дно. Непреклонное правило противоположностей – инь и ян. Света не бывает без тьмы, как тени без солнца. Всё связано между собой и в сердце у каждого живого существа есть зверь. Что, если Лис не смогла совладать с ним в порыве ярости? Мне не хотелось об этом думать.
– Но зачем? – не понимая, спросил Айрамур.
– Чтобы она стала сильнее, – догадался Тару.
Нэморилл кивнул, вновь одарив меня надменным взглядом. Он пробудил зверя в Лис и теперь ему нужен был я. Что же за игру задумал монстр?
Одно я знал точно – моя подопечная жива. Нэмориллу хочется силы, а заполучить её нельзя убийством. Таковы небесные и земные правила. И после смерти они не теряют своей власти.
До меня вдруг дошёл смысл его действий. Вот, зараза! Нашёл лазейку. Но об этом позже. Тару грозно замахал хвостами, объятыми огнём. А Айра раскрыл каменные крылья.
Бой начинается, и рассуждать больше некогда.
Мои глаза озарились как два янтаря на солнце и огромные крылья, что невидимы были до этого момента, сверкнули. Грудь горела, и энергия пульсировала по артериям, ожидая своего часа. Я замер на секунду, осознавая, что впервые иду в схватку со смертельным врагом без Арнеса. Вот же удивится, когда узнает. По губам расплылась кошачья улыбка, хитрая как сам подземный король. На душе стало тепло и, чтоб мне проиграть спор с огненным котом, я готов убить монстра.
Нэморилл плотоядно облизнулся, точно пробовал мою силу на вкус, а после превратился в чёрный дым и только глаза были видны посреди тёмной массы. Красные как кровь и безумные как человеческий мир.
Тару взревел и три огненных шара полетели в него, за миг до столкновения, увеличившись в размере. Раздался оглушительный грохот, и стена лабиринта разлетелась фонтаном. В коридор ворвалась ледяная вода и накрыла нас с головой. Монстр зеркал перевоплотился в водоворот и затягивал на дно неизвестного океана. Я с трудом взмахнул крыльями, отбросив его в стену. Произошёл обвал, образовав огромную дыру, засасывающую в себя всю воду и заодно нас.
Нэморилл первый угодил ей в пасть, за ним последовали я, Тару и Айрамур. Уж не по своей воле. С таким течением не совладать. Поток вынес нашу четвёрку в узкий туннель, прокатил, так сказать, с ветерком и выбросил в большой зал, наполненный лазурным песком.
Это что-то новенькое. Я лишь однажды слышал про синий песок и то в легенде Лафрая.
– Бей гада! – заорал Тару, быстрее всех подскочивший с места.
– Моя очередь, – возразил Нэморилл, воздев руки к потолку.
Песок тут же пришёл в движение, выскочил из-под наших ног, закрутился, засвистел в ушах и защипал глаза. Слёзы покатились у меня и Тару, а Айра невозмутимо скрестил лапы и сказал:
– Детские фокусы.
Каменный кот ударил хвостом, и песок заскулил. Мне даже стало его жаль, но я быстро взял себя в лапы. Потом проникнусь сочувствием.
– Вы как? – встревожился Айра.
– Жить будем, а вот он нет, – рыкнул Тару, обнажая зубы.
Мне знаком этот взгляд убийцы. Не успела дрожь пройтись по моему телу, как Белый чёрт призвал землю разверзнуться. Жар чёрного пламени вырвался из расщелины и на лице Нэморилла отразился ужас. Тару злорадно оскалился, поднимая дьявольские языки из бездны и бросая их на песок.
Монстр увеличился и превратился в огромную косматую тучу. Я быстро почуял, что он задумал и расправил крылья. Нэморилл смерил меня взглядом, полным ненависти. Мои губы ехидно изогнулись. В большом зале завыл ураган. Он за секунду сдул монстра к стене, впечатав его лицом в камень. Чёрный огонь Тару стал свирепее и быстрее. Что меня обрадовало.
Мерлин, Лафрай и Арнес могли гордиться мной. Стихийная магия никогда не давалась мне с такой лёгкостью.
– Тару сожги ты его! – заорали я и Айрамур.
– Разумеется!
Чёрное пламя жадно поедая песок медленно поднималось по отвесной стене к бесформенной туче. Фут за футом оно тянулось к Проклятию зеркал и стоило языкам коснуться его, как зал поглотила тьма.
Глава 20. Спасибо, что не съела меня.
Она брела по лабиринту и сворачивала наугад. Мягкие лапы охотницы ступали бесшумно, и ни один китообразный монстр не нашёл её. Коридоры бесконечно тянулись вглубь, и плеск воды усиливался. Куда же она идёт? И кого в итоге найдёт? Друзей или всё-таки смерть?
Зеркальный лабиринт плавно перешёл в водный, и свет постепенно покидал её. Сложенные на спине крылья продолжали гореть, освещая ей путь. Чем дальше она уходила, тем темнее становились воды. Зеркальные копии тоже изменились, у них появились разноцветные хвосты, как у русалок. Они следовали за ней и хранили молчание, даже их взгляды оставались безучастны.
Лис краем глаза наблюдала за одной. Русалка плыла рядом в футах десяти от неё, и девушка могла изучить свою преследовательницу. Бледная кожа, зелёные глаза, высокие скулы и фиолетовые длинные волосы под стать хвосту. Она казалась чужой среди бездушных существ.
Маленькая птичка в клетке с тигрицами, прямо как я в собственном теле, – с горечью подумала Лис.
Продолжая идти вперёд, ей приходилось бороться с желанием заговорить с русалкой, как и со страстью, зарычать и понестись прочь. Кошачья натура поглощала её, постепенно захватывая всё тело. Она уже не помнила, на какой по счёту развилке перешла на четвереньки и начала красться. Немного погодя появились усы и хвост, а совсем недавно уши. Нюх и зрение обострились, жар в груди разгорался с новой силой. С каждым шагом человечность утрачивала свои позиции, и разум перестраивался на кошачий лад.
Сколько ещё понадобится времени, чтобы зверь загнал её сущность в клетку? И возможно ли будет вернуться?
Стены туннеля вздрогнули, вырвав её из мыслей. Обернувшись, Лис увидела странную картину, не умещающуюся в голове. Несколько дюжин русалок окружило девушку с фиолетовыми волосами. Они шипели и царапались, выдирали пряди. Вода окрасилась в алый цвет, и несчастная безвольно повисла на руках своих сестёр.
– Оставьте её, морские демоны! – зарычала Лис, вставая на задние лапы.
Ярость пробудилась, и человечность в её сердце угасла. Она издала утробный рык и нырнула в стену. Русалки ощерились, крепче вцепившись в добычу. Лис с завидной лёгкостью поплыла к ним, и девушки ринулись навстречу. Завязалась битва, и кровь тёмным ореолом окружила их. Одна из сестёр запрыгнула на неё и укусила. Боль обожгла плечо, и принцесса раскрыла огненные крылья. Пламя превратилось в лёд. Русалки зашипели и бросились врассыпную, а серебристые осколки поплыли следом, точно пули за оборотнями.
Лис улыбнулась, по-кошачьи дёрнув усами, и тут же скривилась от боли. Укус пульсировал по шее и спускался по позвоночнику в ноги. Все нервные сплетения поразил огонь, но она всё ещё помнила, почему ввязалась в битву. Быстро окинув взглядом пространство, ей на глаза попалась копна фиолетовых волос. Русалка безвольно парила, точно чьи-то невидимые нити не позволяли опуститься на дно. Лис медленно подплыла к ней и, схватив, потянула за собой.
Каждое движение сопровождалось болью, но девушка и не думала бросить свою ношу. Наконец она рухнула вместе с русалкой на пол и тяжело задышала. По мокрому меху стекала ручьями вода, усы неприятно опали, и очаг боли запульсировал с новой силой. Лис перевернулась на бок и закашляла, выплёвывая воду. Живот скрутило и она, свернувшись калачиком, дрожала всем телом, пока дурнота не опустилась обратно в желудок. Русалка лежала рядом, и, казалось, была без сознания. По её лицу стекали струйки крови, а на груди, руках и шее виднелись следы зубов.
– Чудовища, – только и прошептала Лис насторожившись.
Острый кошачий слух уловил какой-то шум вдалеке. Неспешный и ритмичный. Что это? Ответ на вопрос пришёл сразу – кто-то идёт.
Она приподнялась на лапы и принюхалась. Став кошкой Лис обнаружила, что весь мир целиком состоит из запахов. Даже вода и та имела свои ароматы. А незнакомец пах очень любопытно мускусом, цедрой апельсина и свежестью дождя. Принцесса не знала, как пахнет дождь, но почему-то ощущала его нотки в мужчине, оказавшемся в конце коридора.
Заметив её, он остановился в нерешительности. Лис тоже не спешила подходить. Кошачья натура не любила торопиться, и девушка замерла, рассматривая статную фигуру. Тёмные, вьющиеся волосы, высокие скулы и надменный взгляд. Что-то знакомое проскальзывало в чертах мужчины. Но она не могла вспомнить его имя.
– Лис? – вдруг спросил он.
– Р-р-р.
– Почему ты в этом облике?
– Р-р-р.
Делрой задумчиво покачал головой, не сводя взгляда с Лис. Некоторое время он молча рассматривал её, а потом внезапно ударил в ладоши и воскликнул:
– Первое обращение! Как же я сразу не догадался!
Лис утробно зарычала, наклонив голову вправо. Вся её сущность требовала подкрасться и растерзать его. Делрой уловил её плотоядный интерес и быстро добавил:
– И думать забудь! – девушка рыкнула, приготовившись прыгнуть. – Да рухни мир, я совсем невкусный. Тебя же стошнит на меня.
Она фыркнула, но стойку не сменила, продолжая следить за ним оранжево-карими глазами охотника.
– Лис, ты сильнее своего зверя, – вкрадчиво сказал Делрой. – Да пусть меня цапнет ещё раз Белый чёрт, если это не так. Но я знаю – тебе хватит упрямства достичь цели, – губы мужчины дерзко изогнулись. – Поэтому прекрати скалиться, кошечка.
Слова Делроя пробудили в Лис отнюдь не желание посадить зверя в клетку. Она пристально изучала его, начиная от шеи, где пульсировала сонная артерия с тёплой, как солнце кровью, потихоньку смещаясь ниже к сердцу. Всё её естество желало убить, растерзать и съесть, медленно смакуя. Вместе с предвкушением вкусной трапезы к Лис пришло ещё одно чувство, настолько сильное, что оно вмиг заглушило ненасытный азарт хищника. Дикое отвращение к Делрою отразилось на губах в виде кривой улыбки. Девушка тряхнула головой, стараясь прогнать гадкие видения. Но становилось лишь хуже.
Она попятилась, раскрыв крылья и жалобно мяукая. Человечность забурлила в ней, и огонь полился по венам. Не в силах устоять на лапах, Лис рухнула, распластавшись на полу. Руки и ноги хрустнули, боль разом скрутила всё тело. В голове непрестанно шумело, точно все мысли превратились в улей и жужжали, жужжали. Она посмотрела на довольное лицо Делроя и вскрикнула. Крылья воспламенились, погружаясь обратно в кожу. Невыносимая мука сопровождалась переломом всех костей.
Через минуту обращение завершилось. И Лис ощутила холодный пот, градом падающий на пол. Она боялась шевельнуться. Тело продолжало неистово гореть, и память бессердечно воскрешала всё пережитое в новых красках.
Лис не знала, сколько пролежала без движения. Может, минуту, а то и десять. И Делрой стоял рядом, ничего не говоря, он набросил на её плечи плащ. Тепло успокаивало и приносило облегчение. Она поймала себя на мысли, что благодарна ему. Чёрт возьми, она была благодарна человеку, который ранил Арнеса!
Немыслимо, но это было правдой.
Когда Лис посмотрела на него, то увидела улыбку. Не насмешливую, а как ни странно, добрую, означающую: ну и хорошо, что ты жива, мне не хотелось говорить твоим друзьям плохие вести.
А вслух он произнёс:
– Спасибо, что не съела меня.
Делрой засмеялся. Да так чертовски заразительно и громко, что Лис не удержалась и присоединилась к нему.
В водном лабиринте впервые зазвучал смех, вместо криков.
Глава 21. Да сохрани меня дьявол.
– О чём ты вообще думала?! – глаза Делроя вспыхнули яростью.
Лис невольно съёжилась, искренне жалея, что их веселье завершилось. Наследник ордена быстро взял себя в руки и теперь больше напоминал своего отца и Лафрая. Она опустила взгляд, сгорая от стыда. Миро и Арнес предупреждали её. У силы Рероли есть тёмная сторона, и Лис, зная об этом, позволила ей завладеть собой.
Глупо, чертовски глупо! Но сделанного не воротишь.
– А если бы я не нашёл тебя? – он со злостью встал. – Ты хоть понимаешь, что могло случиться?
Лис кивнула, не поднимая взгляда. Она прекрасно помнила страшилки, рассказанные Арнесом. Целые тысячелетия существа, обладающие могуществом, терялись в собственных телах, становясь зверями. Но это лишь цветочки. Говорили будто все несчастные, попавшие в плен обличий, никогда больше не возрождались. А некоторые замирали, превращаясь в статуи. Лис бросило в жар, она прошла в дюйме от смерти.
– Да, я знаю, – почти бесшумно выдохнула она.
– Тогда какого легрифа…
– Не кричи на меня, – спокойно произнесла Лис. – Ты же не думаешь, что я это сделала специально? – его недоверчивый взгляд взбесил её. – Да, в конце концов, я не полная идиотка, чтобы добровольно становиться кошкой!
Уголки губ наследника ехидно дёрнулись.
– Ну, знаешь! – фыркнула она, скрестив руки. – Не зли меня, а то в этот раз я не побрезгую откусить тебе голову!
Делрой рассмеялся, словно Лис рассказала ему шутку. Гадкий сын тьмы!
– Ты и вправду считаешь, что тебе под силу укусить меня? – он покачал головой, продолжая нагло улыбаться. – Беллатрис, я давно не мальчишка. Меня не испугает кошка и уж тем более не убьёт, – его взгляд стал серьёзным. – Знаешь, перевоплощение могущественная вещь и в эпоху войны не раз спасало мне жизнь. Однако это не шутки. Звериные обличия жадные до силы и власти. Если ты хоть на миг ослабишь бдительность, оно поглотит тебя.
– Я не призывала его. Меня разозлил Нэморилл и зверь сам выскочил.
– Проклятие зеркал? Он здесь?
– Да.
– Хм, – Делрой задумался. – Неужели ты его победила?
– Нет, он просто ушёл.
– Странно, очень странно. Сначала монстр заманил нас сюда, разделил и напал на тебя, а потом просто ушёл? В чём смысл?
– Я не знаю…
– Нэморилл жаждет силы Рероли, а всем известно, что их сущность едина с Анмуко. Свет и мудрость, как тень и грех, связаны между собой.
Делрой и Лис обернулись. Русалка сидела напротив них, облокотившись о водную стену. Она успела смыть кровавые потёки со щёк и привести причёску в порядок. Фиолетовые волосы завились и встали пушистой копной. Девушка мягко улыбнулась и добавила:
– Спасибо, если бы не твоя доброта и глупость меня бы убили.
– Эээ, не за что, – пролепетала Лис. – А почему на тебя напали?
– Я новенькая и не всем нравлюсь, – русалка потупила взор. – Они терпеть не могут мои волосы.
Её хвост вдруг исчез, и девушка осталась совершенно нагой. Делрой в одно мгновение снял рубашку и протянул ей.
– Держи.
– Спасибо, – сказала она, прикрывая плечи и начиная застёгивать пуговицы.
– Ты же не русалка, – тихо произнёс Делрой, осматривая девушку. – У них не бывает таких волос.
Лис в недоумении уставилась на сына тьмы. Как это не русалка? А хвост тогда откуда взялся?
– Не бывает, – согласилась девушка, не решаясь посмотреть на него.
– Как тебя зовут? – спросила Лис, не позволив Делрою задать очередной вопрос.
– Я Рисария, – немного помедлив, ответила та.
– Ты из Вистарды, – добавил наследник. – Страна Вистерий.
– Вистерий? Разве это не цветущая лиана?
– И да, и нет, – его взгляд упал на смущённую девушку, прикрывающую голые ноги. – Вистарда известна тем, что на её землях произрастают редкие растения, дарующие всей стране магию и бессмертие, а коренные жители рождаются с цветными волосами. У каждого знатного рода свой цвет. Например, фиолетовый встречается только у особ королевской крови.
– Всё верно, – подтвердила Рисария. – Я принцесса своей страны. Точнее, была когда-то ей, пока Королева Стихий не напала на мой народ и не отправила в этот мир.
– Но как ты стала русалкой? – не понимала Лис.
– Вистарцы обладают магией и не удивительно, что, попав в зеркало, она стала одной из стражей.
Рисария тяжело вздохнула, подтверждая слова Делроя.
– Дей, а мы можем ей помочь? Её нельзя оставлять с этими тварями…
– В теории можем, но мы сами не в лучшем положении, – он посмотрел на русалку и, заметив на её лице испуг, спросил: – Ты хочешь пойти с нами?
– Хочу! – воскликнула она и, замявшись, добавила: – Если, конечно, ваша девушка не будет против.
– Да сохрани меня дьявол! – одновременно крикнули Делрой и Лис.
– Я не его девушка.
Лицо Рисарии покраснело, и она сказала:
– Простите, я не знала.
– Ничего страшного, – улыбаясь, как сытый кот, произнёс наследник. – Я Делрой, но можешь звать меня Дей.
– А я Беллатрис или Лис, зови как удобно.
– Хорошо, – улыбнулась она. – Тогда и меня зовите Риса.
Глава 22. Чёрное пламя.
Шорох волн неспешно надвигался, заполняя собой всё пространство. Лис, Делрой и Риса оглянулись. Позади них смыкались водные стены, растворяя в бездонных глубинах океана запутанные коридоры. Холодная стихия приближалась, угрожая накрыть их с головой и схоронить на дне морском. Подул ветер, и солёные брызги волн привели в чувство Лис, она закричала что было силы:
– Бежим!
Дей мгновенно очнулся, схватив Рису за тонкое запястье, он побежал за Лис. Глухой рокот следовал по пятам, и им едва удавалось опережать его. Все многочисленные развилки и проходы сомкнулись, оставив свободным лишь один коридор. Лис неслась вперёд, прекрасно осознавая, что их загоняют в ловушку. Нэморилл устал ждать. Он хотел завершить начатое.
– Как же монстру не терпится познакомиться с нами! – крикнул Делрой, чтобы Лис и Риса услышали его.
Минув очередную развилку, они выскочили в просторный коридор, ускользающий в пропасть.
– Что это такое?
– Новые неприятности, – пошутил Дей.
– Совсем не смешно! – огрызнулась Лис, останавливаясь на краю.
– Прыгай! У нас всё равно нет выбора! – крикнул он, пнув её в спину, и сиганул следом вместе с русалкой.
– Ааа! – дружно заорали Лис и Риса.
И всех поглотила тьма, а водный лабиринт с шипением слился с океаном.
***
В пустой комнате гулял ветер, и тьма окутала собой всё пространство, не пропуская ни единого шороха в царство отчаяния. За 40 тысяч лет я повидал много диковинных вещей, чудес и монстров. И всё же Нэморилл оказался для меня загадкой.
Я сидел на песке и всматривался в чёрную бездну, созданную Монстром зеркал, и ждал, что будет делать враг. Он не нападал, и это было странно.
– Ты его видишь? – спросил меня Тару.
– Нет.
– Может, он ушёл? – предположил Айрамур.
– Нет, – фыркнул Белый чёрт. – Я чую, он всё ещё здесь.
– Тогда почему не нападает?
– Есть у меня одна мысль и тебе она не понравится.
– Говори уже, – вздохнул я и постарался увидеть очертания своего друга.
– Возможно, он хочет дождаться Лис.
Меня пробил озноб, и ярость загорелась в груди, да так ярко, что это не укрылось от зоркого глаза Белого чёрта.
– Не злись, – прорычал Тару. – Нам нужно беречь силы. Нэморилла недаром окрестили Проклятием зеркал. Он силён и хитёр.
